Через час комната всё ещё пахла сексом — густо, приторно, смешанно. Запах пота, спермы, её возбуждения, сигаретного дыма Анны. Лера лежала на ковре, свернувшись калачиком рядом со мной, колени подтянуты к груди, руки между ног. Дрожь прошла, но кожа была горячей, липкой. Она молчала. Только дышала — часто, поверхностно, как после долгого бега.

Анна вернулась из кухни с бутылкой воды. Поставила стакан перед Лерой.

«Пей. Тебе понадобится».

Лера села медленно. Взяла стакан обеими руками — пальцы всё ещё дрожали. Выпила половину залпом. Вода стекла по подбородку на грудь. Она не вытерла.

Дима не уходил. Сидел в том же кресле, но теперь без футболки — широкая грудь, рельефные мышцы живота, татуировка на левом плече, которую я раньше не замечал. Член лежал на бедре полутвёрдый, блестящий. Он смотрел на Леру не мигая. Как будто уже знал, что будет дальше.

Анна подошла к Лере. Присела на корточки перед ней. Взяла за подбородок — нежно, но властно.

«Готова продолжить?»

Лера посмотрела ей в глаза. Голос хриплый, почти шёпот:

«Я... не знаю...»

Анна улыбнулась уголком губ.

«Ты знаешь. Просто боишься сказать вслух. Скажи: "Да, я хочу, чтобы он взял меня снова. Жёстко"».

Лера сглотнула. Глаза заблестели — слёзы или возбуждение, уже не разобрать.

«Да... я хочу... чтобы он взял меня снова... жёстко».

Анна погладила её по щеке.

«Хорошая девочка. Теперь на спину. На пуф. Ноги широко. Руки за голову. И не смей закрываться».

Лера легла. Пуф был низким, кожа холодила спину. Она вытянула руки за голову — локти в стороны, грудь поднялась, соски твёрдые, тёмные. Ноги раздвинула широко — колени согнуты, ступни на ковре. Вся открыта. Влагалище всё ещё блестело от предыдущего раза, губы припухшие, красные. Из неё медленно вытекала белая капля — его сперма.

Дима встал. Подошёл. Не спеша. Взял её за лодыжки, резко развёл ноги ещё шире — почти в шпагат. Лера ахнула, но не сопротивлялась. Он встал между её бёдер на колени. Член уже стоял полностью — толстый, венозный, головка тёмно-розовая.

Он не стал входить сразу. Сначала наклонился, взял её сосок в рот — сильно, зубами. Лера вскрикнула, выгнулась. Он укусил — не до крови, но ощутимо. Потом второй сосок — то же самое. Лера стонала, пальцы сжимались в кулаки за головой.

Анна стояла рядом, наблюдала.

«Держи руки там. Если уберёшь — свяжу».

Дима выпрямился. Взял член в руку. Провёл головкой по её клитору — быстро, резко. Лера дёрнулась, как от удара током. Он шлёпнул членом по её губам — сильно, звук влажный, громкий. Лера застонала.

Потом он приставил головку к входу. Надавил — резко, одним движением вошёл до половины. Лера закричала — высоко, надрывно. Он не дал ей отдышаться. Вошёл до конца — резко, грубо. Лобок ударился о её лобок. Лера дёрнулась всем телом, глаза закатились.

Дима начал трахать её — жёстко, быстро, без разгона. Каждый толчок — как удар. Пуф скрипел под ними. Лера кричала непрерывно — уже не стонала, а именно кричала. Грудь колыхалась сильно, соски тёрлись о воздух. Она пыталась держать руки за головой, но пальцы сжимались, разжимались, тело выгибалось.

Он взял её за горло — одной рукой, не сильно, но достаточно, чтобы она почувствовала давление. Лера захрипела, глаза широко раскрыты. Он не душил — просто держал. Контролировал.

Анна подошла ближе. Наклонилась к лицу Леры.

«Говори, что чувствуешь».

Лера хрипела, слова вылетали рваными:

«Он... большой... глубоко... больно... хорошо... не могу...»

Анна улыбнулась.

«Продолжай».

Дима ускорился. Толчки стали короче, но сильнее. Его яйца шлёпали по её промежности — громко, ритмично. Лера уже не кричала — выла. Тело покрылось потом. Волосы прилипли ко лбу.

Он вдруг вышел полностью. Лера ахнула — пустота внутри была почти болезненной. Но он не дал ей опомниться: перевернул её на живот одним движением — грубо, как куклу. Лицом вниз, грудь на пуф, жопа вверх. Ноги он раздвинул коленом.

Вошёл снова — сзади, резко, до упора. Лера закричала в кожу пуфа. Он схватил её за волосы — пучок в кулаке, оттянул голову назад. Шея выгнулась. Он трахал её теперь как животное — быстро, глубоко, без пощады. Каждый толчок выбивал из неё воздух. Она уже не могла говорить — только хрипела, стонала, всхлипывала.

Я сидел на коленях в углу. Смотрел. Член стоял так, что болел невыносимо. Но Анна видела — если трону, остановит всё.

Дима наклонился над ней. Второй рукой нашёл её клитор — начал тереть сильно, грубо. Лера задёргалась, закричала ещё громче. Оргазм накрыл её волной — тело напряглось, мышцы влагалища сжались вокруг него, выдавив ещё больше смазки. Она кончала долго — судорожно, с хрипом, слёзы текли по щекам.

Он не остановился. Продолжал долбить её через оргазм — жёстко, без остановки. Лера уже не кричала — только скулила, как будто сломалась. Тело обмякло, но он держал её за волосы, не давал упасть.

Анна присела рядом. Провела пальцем по её мокрой щеке.

«Проси, чтобы кончил в тебя. Громко».

Лера прохрипела:

«Кончи... в меня... пожалуйста... заполни...»

Дима рыкнул. Ускорился до предела. Вбивался с такой силой, что пуф сдвигался по ковру. Потом вошёл максимально глубоко — замер. Член пульсировал внутри — мощно, долго. Лера застонала протяжно, чувствуя каждый толчок спермы. Он кончал глубоко, не выходя.

Когда закончил — медленно вышел. Из неё хлынуло — густое, белое, смешанное с её соками. Потекло по бёдрам, капало на ковёр. Лера лежала неподвижно — грудь тяжело вздымалась, ноги дрожали.

Дима встал. Член мокрый, красный. Посмотрел на Анну.

Анна кивнула мне.

«Чистить. Всё».

Я подполз. Лера даже не пошевелилась. Я лизал — жадно, тщательно. Вкус был сумасшедший — солёный, густой, горячий. Она тихо постанывала — уже без сил.

Когда закончил, Анна помогла Лере сесть. Та сидела на ковре, ноги раздвинуты, спина согнута. Глаза стеклянные. Слёзы всё ещё текли.

Анна обняла её за плечи.

«Молодец. Теперь отдыхай. Через полчаса — третья серия. Только теперь он будет трахать тебя в жопу. А ты будешь держать ей ноги и смотреть в глаза. Чтобы она видела, как ты наслаждаешься этим».

Лера посмотрела на меня — долго, молча. В глазах — смесь ужаса, стыда и дикого, почти животного желания.