Вольный перевод рассказа: «The new generation», на русский язык. Автор рассказа: Shadow Kiss. 2008 год.

Уважаемые читатели этот рассказ чистая фантастика...

Тридцати пятилетняя Анна Александровна Шарова вздохнула, глядя на свое обнаженное отражение в зеркале. Она поправилась с тех пор, как Эдуард бросил ее. Ей было неприятно, что ее депрессия, так демонстративно выставляется напоказ. Она знала, что подумает Эдуард, если увидит ее сейчас: «Она потеряна без меня. Я знал, что она никогда меня не забудет».

Анна снова глубоко вздохнула и надела халат. По крайней мере, ей не приходилось постоянно смотреть на себя в зеркало. Волосы у нее еще были мокрые после душа, но она не стала натягивать полотенце. Ей хотелось, как можно скорее уйти, от зеркала. Она прошла по коридору в гостиную и села смотреть телевизор. Из-за угла выскочил ее пёс Дэрил, радостно приветствуя свою хозяйку махая хвостом.

Она улыбнулась, когда пёс подошел. Как бы плохо она ни себя чувствовала, Дэрил всегда был рядом, чтобы поднять ей настроение. Анна похлопала, по сиденью рядом с собой на диване, и Дэрил с радостью запрыгнул на него. Анна долго гладила, царапала и обнимала свою собаку. В конце концов, они оба успокоились, и Анна смотрела передачу по телевизору. Прошло около часа, Анна медленно засыпала на диване, под работающий телевизор.

Проснулась Анна, от странного ощущения. Что-то теплое и влажное скользило, по ее влагалищу. Сначала Анна подумала, что это сон, но ощущение усиливалось. Открыв глаза, она увидела, как морда Дэрила зарыта в ее влагалище. Его язык ласкал, ее «Детородную дырочку», словно драгоценный нектар.

Анна не могла поверить своим глазам. Дэрил, никогда раньше ничего подобного не делал. Она даже не представляла, что собака может захотеть лизать женскую письку. Дэрил продолжал свои ласки, и Анна не могла сдержать возбуждения. Из ее влагалища начала выделяться жидкость, что, казалось, еще больше подстегивало Дэрила. Его язык скользнул в «Детородный канал», Анны, отчего женщина вздрогнула.

Язык собаки глубоко проник, коснувшись шейки матки Анны и скользя, по ее клитору. Тело Анны содрогалось, приближаясь к оргазму. Собачий язык Дэрила доводил ее, до новых высот экстаза. Наконец, он глубоко вонзил язык и кончиком пощекотал ее шейку матки. Анна взорвалась оргазмом. Она взвизгнула, когда ее тело превратилось в вибрирующую массу удовольствия.

Когда, она наконец успокоилась, Дэрил высунул язык и тихонько заскулил. Анна вопросительно посмотрела на него, гадая, что случилось. Она посмотрела вниз и заметила проблему. Член Дэрила встал. Его красный, набухший член блестел и пульсировал. Анна поняла, чего он хочет.

Анна разрывалась между желанием отплатить Дэрилу, за ошеломляющее удовольствие, которое, она только что получила, но не знала, сможет ли она заставить себя заняться сексом с собакой. Она посмотрела в глаза Дэрилу и увидела в них явное желание. Анна опустилась на четвереньки и повернулась, чтобы предстать перед Дэрилом. Она задрала халат, полностью обнажив себя.

Сначала Дэрил выглядел растерянным. Он обнюхивал её влагалище и анус, пытаясь понять необычное строение. Анна терпеливо ждала, решив дать своему новому любовнику шанс разобраться, во всём самостоятельно. Наконец Дэрил забрался ей на спину и обхватил передними лапами её талию. Ткань халата защищала, от его когтей и от царапин, пока Дэрил искал подходящий вход.

Его член скользил, по ягодицам и внутренней стороне бедер Анны, пытаясь найти свою цель. Наконец, Дэрил приставил кончик к входу, во влагалище Анны и резко толкнул вперед. Анна ахнула, когда член Дэрила скользнул, до самой шейки матки и дальше. Головка его члена фактически оказалась внутри ее матки. Ни один мужчина, никогда не наполнял ее так глубоко своим членом.

Дэрил бесцеремонно начал вбивать свой собачий член в «Детородную дырочку», Анны. Анна стонала, ее тело дрожало, от возбуждения. Ее груди раскачивались взад и вперед, и ей было трудно сохранять равновесие. Дэрил тяжело дышал, прилагая все усилия, чтобы трахнуть свою человеческую сучку.

Наконец, он глубоко вонзился в неё. Потоки собачьей пред спермы брызнули наружу, заполняя матку Анны. Ощущение вызвало у неё оргазм, и она издала гортанный стон. Она откинула бёдра назад, пытаясь ещё глубже вонзить его член. Внезапно Анна почувствовала новое ощущение, когда член Дэрила начал набухать внутри неё. Прежде чем Анна успела отреагировать, его узел вошёл в её влагалище и связал их вместе.

Влагалище Анны болезненно растянулась вокруг распухшего члена Дэрила. Пёс удобно устроился, повернувшись и встав своей задницей к заднице Анны стоявшей на четвереньках связанная «Собачьим узлом». Несмотря на боль, Анна все еще испытывала эротическое возбуждение. Откровенная непристойность привязанности к собаке наполняла ее извращенным весельем. Боль утихла, и Анна достигла еще одного оргазма. Она кончила дважды, прежде чем член Дэрила уменьшился и отпустил ее.

Дэрил отошёл в угол и начал вылизывать себя. Анна села на диван. Она всё ещё была возмущена произошедшим. Она посмотрела на её распухшие половые губы и увидела, как из её влагалища сочится белая жидкость. Она взглянула на Дэрила, который вылизывал свой член. Если он и понимал, что только что совершённый ими половой акт был неестественным, то уж точно этого не показывал.

Зачем, я это сделала? — подумала Анна про себя. Я никогда раньше не думала, о сексе с Дэрилом. Я даже, никогда не думала, о том, чтобы трахнуть собаку. Как, я могла это сделать?

Анна чувствовала себя развратной и извращенной женщиной. Ей понравился секс, но она знала, что «Зоофилия», — это неправильно. Разве нет? Она все еще чувствовала запах секса в воздухе. Анне нужно было выйти, из комнаты, чтобы проветрить голову. Она пошла в свою спальню и закрыла, за собой дверь на всякий случай, если Дэрил решит последовать, за ней.

Вдали, от собаки Анна наконец-то смогла ясно мыслить. Очевидно, после расставания с мужем она чувствовала себя одинокой. Она жаждала секса, но зачем ей было унижать себя, занимаясь сексом, со своей собакой? Странно было то, что Анна не чувствовала себя униженной. Она чувствовала себя воодушевленной. Секс с Дэрилом был лучшим в ее жизни сексом. На самом деле, она даже подумывала повторить его.

Неужели, так уж плохо было переспать с Дэрилом? Она никому не причиняла вреда. Ей это пошло на пользу, и Дэрил, похоже, ничуть не смущало. Может, это именно то, что ей было нужно: «Cексуальные отношения без эмоционального груза». Как только она закончила свои мысли, Анна услышала жалобный стон у двери. Дэрил стоял снаружи её комнаты, умоляя впустить его к ней.

Анна улыбнулась про себя и открыла дверь своему новому любовнику. В комнату вошел Дэрил. Он вилял хвостом, а в глазах читалась радость. Анна сняла халат и соблазнительно растянулась на кровати. Член Дэрила выскользнул из мехового укрытия и встал, почувствовав готовность своей госпожи к спариванию с ним. Он вскочил на кровать рядом с Анной.

Анна встала на четвереньки и подняла ягодицы. Дэрил снова забрался на нее и стал искать ее отверстие. Его член легко скользнул внутрь. Пока Дэрил яростно трахал свою драгоценную сучку, Анна приготовилась испытать очередную серию оргазмов. Она посмотрела вниз и увидела, как красный член Дэрила поршень проникает внутрь нее. Это определенно то, что она собиралась продолжать.

После того судьбоносного дня Анна и Дэрил стали практически любовниками. Они занимались сексом почти каждый день, и Анна почти всегда была инициатором. Она стала носить юбки без трусиков, чтобы дать Дэрилу свободный доступ к своей «Детородной дырочке». Пёс стал довольно искусен в доведении её до оргазма с помощью орального секса. Анна так часто стояла на четвереньках, что у неё появились мозоли на коленках. Она несколько раз пыталась уговорить Дэрила заняться с ней сексом в миссионерской позе, но он был так сбит с толку, что она отказалась, от этой идеи.

Анна пребывала в состоянии блаженства. Наконец-то она нашла спутника жизни, сострадательного, любящего и абсолютно преданного. Он, никогда не осуждал её внешность и не критиковал, её решения. Тот факт, что он был собакой, был второстепенным. Для Анны было важно его абсолютное обожание.

Всё казалось идеальным, пока у Анны не задержались месячные. Сначала она подумала, что просто сбился цикл. В конце концов, забеременеть, от собаки было невозможно. Прошёл ещё месяц, и Анна забеспокоилась. Она купила домашний тест на беременность. Результаты оказались положительными.

Анна была потрясена этой новостью. Даже в самых смелых мечтах она не могла представить, что сможет забеременеть, от Дэрила. Считалось, что это невозможно. И все же доказательство было прямо у нее в утробе. Ребенок Дэрила рос внутри нее. Что ей делать? Стоит ли сделать аборт?

Как только эта мысль пришла ей в голову, она поняла, что не может этого сделать. Убийство собственного ребенка было слишком отвратительным. Но был ли ребенок в ее утробе действительно ребенком или щенком? Был ли это один ребенок или потомство? Чем больше она размышляла об этом, тем больше Анна отчаивалась. Что бы ни случилось, она в конце концов станет изгоем общества.

Люди будут презирать её, за рождение полу собаки. С её ребёнком будут обращаться как с уродливым монстром. Анна обняла себя, за живот и заплакала. В этот момент в комнату заглянул Дэрил. Почувствовав её тревогу, он подошёл к ней и лизнул её лицо. Анна улыбнулась и обняла своего любимого пса.

— Что бы ни случилось, ты всегда будешь меня любить, правда, Дэрил? Я тоже тебя люблю. Я собираюсь родить нашего ребенка, и мы будем воспитывать его вместе. Мне все равно, что это будет и как тяжело будет. Пока мы вместе, мы сможем все.

После этого у Анны, казалось, появилась новая жажда жизни. Она отправилась, за покупками одежды, для беременных. Она превратила свою спальню в детскую и читала книги, о беременности как у людей, так и у собак. А еще она все чаще занималась сексом с Дэрилом. Бедняга едва справлялся с желаниями Анны, ведь она занималась с ним сексом два-три раза в день.

Беременность Анны протекала быстрее, чем у обычного человека, но гораздо медленнее, чем у собаки. Живот начал заметно увеличиваться на третьем месяце. К четвертому месяцу, он уже стремительно рос. На пятом месяце она выглядела как женщина в третьем месяце. Роды начались ближе к концу шестого месяца.

Анна была хорошо подготовлена. Она предусмотрела все необходимое на случай, если роды начнутся раньше срока, как у собаки. Анна обустроила в углу своей комнаты родильное отделение. Оно состояло, из нескольких одеял и стопки подушек. Там был горшок с водой, для умывания себя и ребенка, бутылка с водой, чтобы предотвратить обезвоживание, аптечка первой помощи, включающая ножницы и перевязочные материалы, для пуповины, а на случай непредвиденных обстоятельств мобильный телефон был всегда под рукой, и номер вызова скорой был на быстром наборе.

Схватки у Анны участились, и она чувствовала, как ребенок извивается, пытаясь выбраться наружу. Дэрил расхаживал, за дверью спальни. Он не знал подробностей, но инстинкт подсказывал ему, что происходит, что-то важное и опасное. Он также понимал, что бессилен помочь, если его партнерше станет хуже. Схватки теперь шли одна за другой. Анна глубоко вздохнула и начала тужиться.

Она почувствовала, как показалась головка, и сделала, еще одну потугу. Головка показалась, и из уст младенца вырвался слабый вой. Боль была невыносимой. Анна думала, что может потерять сознание, но была полна решимости довести ребенка, до срока. Еще несколько потуг, и ребенок освободился, от тела матери. Анна быстро перевязала пуповину и перерезала ее. Затем она откинулась назад и вытолкнула послед.

Анна была совершенно измотана. Ей хотелось закрыть глаза и уснуть, но она заставила себя не засыпать. Она вытерла новорожденного и внимательно его осмотрела. К ее удивлению, он оказался не собакой и не человеком, а чем-то средним между ними. У младенца была целая голова собаки, туловище и руки человека, а также ноги и хвост собаки. Он был покрыт тонким слоем шерсти того же рыжего оттенка. На его крошечных пальчиках были когти и подушечки там, где обычно находятся отпечатки пальцев.

Другие женщины пришли бы в ужас, родив такого монстра. Но Анна была в восторге. Она нежно поцеловала малыша в голову и поднесла его ротик к своему соску. Крошечный младенец, в ответ, взял его в рот и начал сосать. Анна откинулась назад и прижала новорожденного к груди. Она безмятежно улыбнулась и уснула.

После этого динамика в семье изменилась. Анна сделала Гришу, своего малыша, приоритетом. Она редко занималась сексом с Дэрилом, и только когда пёс долго её уговаривал. Дэрил начал обижаться на маленького незваного гостя, который отнимал у его подруги так много времени. Он был категорически против того, чтобы держать Гришу дольше, чем это необходимо, для его воспитания. Анна не обращала внимания на чувства своего любовника и постоянно баловала своего сына.

Она, никогда не выпускала его из виду, если это не было абсолютно необходимо. Она постоянно играла с ним или кормила грудью, хотя из-за его быстрого взросления в этом не было необходимости. Она даже спала, держа Гришу на руках. В первый и единственный раз, когда она положила его в кроватку, он капризничал, поэтому Анна отказалась, от нее. Она считала, что Гриша заслуживает столько любви и внимания, сколько она может ему дать.

Такое отношение также привело к тому, что Анна стала воспринимать Гришу гораздо более невинным, чем он был на самом деле. По сути, вся чрезмерная опека Анны превращала его в избалованного мальчишку. Он никогда ни в чём не нуждался и точно знал, как манипулировать своей матерью. Лучшим примером этого является то, что случилось с Дэрилом.

Прошло два года, после рождения Гриши. К этому возрасту большинство щенков, уже давно покинули свои дома. Инстинкты Дэрила подсказывали ему либо выгнать Гришу, либо заставить его подчиниться своему альфа-самцу. Конечно, собачьи наклонности Дэрила вызывали у Анны отвращение. Всякий раз, когда Дэрил пытался дисциплинировать своего сына, она в итоге ругала пса. Это приводило к тому, что Дэрил становился угрюмым и злым.

Всё достигло апогея однажды, когда Анна кормила Гришу обедом. Он уже сидел в высоком стульчике и ел твёрдую пищу, но, по крайней мере, один раз в день он всё ещё получал еду, из груди Анны. Гришу, Анна кормила с ложки, когда на кухню вошёл Дэрил, ища внимания. Он вскочил на Анну, отчаянно требуя признания. Гриша разозлился, из-за того, что его обед прервали. Он схватил свою миску и швырнул её в голову Дэрила.

Дэрил взорвался, от ярости. Он угрожающе зарычал на Гришу и уставился на него так, будто собирался укусить. Анна схватила Дэрила, за загривок и вышвырнула его из кухни в коридор. С тех пор всякий раз, когда Дэрил оказывался рядом, Гриша скулил, зовя свою мать, словно животное нападало на него. Анна каждый раз попадалась на эту уловку. В конце концов она решила, что лучше всего будет, если Дэрил уйдет из её жизни. Она отвела Дэрила в приют, для животных и оставила бедного пса, который когда-то был любовью всей ее жизни.

Анна не осознавала, что Гриша развивался гораздо быстрее, чем человеческий младенец. К двум годам его интеллект соответствовал уровню шестилетнего ребенка. Физически он был меньше человека, но если бы Анна учла, что собаки меньше людей, она могла бы заметить, что он уже наполовину достиг взрослого размера. Эта роковая ошибка не позволила Анне узнать, что в четыре года Гриша вступил в период полового созревания.

Она всё ещё обращалась с ним как с невинным ребёнком, но у него начинали появляться очень взрослые желания. Анна всё ещё спала с Гришей в своей постели. Она считала его эрекцию рефлекторной реакцией, а его любовные ласки, — проявлением нежности. Гриша прекрасно понимал, что его мать понятия не имеет, о чём он думает. Хитрый гибрид полу-собаки, полу-человека, планировал в полной мере этим воспользоваться.

Поздней ночью Анна спала рядом с Гришей. Он с пристальным интересом рассматривал женщину. Он обнюхивал воздух вокруг её тела. Хотя он и не осознавал этого, инстинкты подсказывали ему, что Анна находится в состоянии течки. Член Гриши выскользнул, из мехового укрытия и начал стремительно увеличиваться в размерах. Он схватил его лапой и несколько раз толкнул. Теперь он был готов забрать свой приз.

Гриша заглянул, под одеяло и понюхал промежность матери. Мускусный аромат был опьяняющим. Он осторожно взял ее трусики и медленно снял их. Поднеся их к морде, он глубоко вдохнул. Его хвост непроизвольно завилял. Затем Гриша приподнял ночную рубашку Анны, обнажив ее половые органы. Он уткнулся носом в ее волосатый лобок и сделал несколько вдохов, прежде чем осторожно лизнуть ее половую щель. Анна застонала, ее глаза затрепетали, но она не проснулась.

Воодушевленный Гриша с энтузиазмом начал лизать влагалище своей матери. Его длинный собачий язык глубоко проник в ее складки и щекотал клитор. Анна, теперь была полусонной и в своем оцепенении представляла, что Дэрил лижет ее. «Какой хороший мальчик», — пробормотала она механическим голосом.

Это взбудоражило Гришу, который ещё больше разгорячился и вцепился когтистыми лапами в ягодицы матери, чтобы засунуть свой нос ей в промежность. Ощущение прикосновений к её телу насторожило Анну, заставив её понять, что что-то не так. Она широко раскрыла глаза и посмотрела вниз, увидев собачью голову своего сына, зарытую ей в промежность. «Гриша! Что ты делаешь? Прекрати!», — потребовала Анна самым строгим тоном, каким когда-либо говорила с ним.

Гриша тихонько заскулил, но продолжил куннилингус. Анна схватила сына, за уши и силой вытащила его, из своей вагины. Гриша был ошеломлен. Его мать, никогда раньше так с ним не обращалась. Внезапно, из горла гибрида вырвалось глубокое рычание. Он почувствовал внезапные волны страха, исходящие от матери, и еще больше возбудился.

Анна была потрясена гневным выпадом Гриши. Она никогда не считала этого парня-собаку кем-то большим, чем безобидным младенцем. Теперь же она внезапно столкнулась с возможностью того, что ее сын может причинить ей серьезный вред. Ее колебание стало, для Гриши достаточным поводом. Без лишних церемоний он раздвинул ноги Анны и приставил свой эрегированный член к входу в ее влагалище.

Инстинкт вел его, когда Гриша, до самого конца вонзил свой член в женщину, которая его родила. Он издал странный звук, что-то среднее между стоном и рычанием, закрыл глаза и наслаждался новым ощущением. Сердце Анны заколотилось, а разум закружился. Каким-то образом она поверила, что это нереально. Это должен быть какой-то странный кошмар.

Словно желая подтвердить реальность ситуации, Гриша лизнул лицо матери. Этот привычный знак нежности, казалось, немного успокоил женщину, но она все еще не могла отреагировать. Бёдра Гриши начали покачиваться взад и вперёд, когда он вводил свой член в любовный туннель Анны. Кровать заскрипела от усилий, и Анна чувствовала, как член сына ударяется, о её шейку матки. Вопреки себе, Анна начала получать удовольствие от этой игры внутри своего тела.

Вскоре она поддалась наслаждению. Ее дыхание стало прерывистым, и она подсознательно обхватила ногами волосатые бедра своего сына. Это подстегнуло Гришу, и он стал сильнее двигать членом, пытаясь ввести его глубже в мать. Вскоре Гриша почувствовал, как его яички сжались, и он глубоко вонзил свой член. Он завыл, кончив густыми струями горячей спермы.

Анна не смогла сдержать оргазм. Она застонала от экстаза, когда её сын наполнил её утробу инцестуозным семенем. Когда оргазм утих, Анна почувствовала, как узел Гриши вошёл в её влагалище и привязал её к себе «Собачьим узлом». Затем полукровка обняла свою мать и прижала её, как это сделал бы человеческий любовник. Двойное ощущение человеческой и собачьей привязанности вызвало у Анны, ещё один оргазм. Всё её тело дрожало, когда она кончила.

Когда всё закончилось, Гриша вытащил свой орган, перевернулся и заснул. Анна лежала в кровати, до поздней ночи, размышляя, о последствиях произошедшего. Она только что переспала, со своим сыном. Ребенок, которого она родила, наполнил её живот своей спермой. Это было нечто, что Анна просто не могла объяснить. Это было вполне естественно среди животных, но её сын... В конце концов Анна уснула, так и не решив свою проблему.

На следующее утро Анна проснулась раньше Гриши и незаметно ускользнула, из постели. Сперма её парня вытекла, из её влагалища, за ночь и засохла на промежности и бёдрах. Это явное напоминание, о вчерашних событиях было для неё невыносимо. Она тут же направилась в ванную, чтобы умыться. Во время душа тревоги прошлой ночи снова дали, о себе знать. Что Анна будет с этим делать? Ящик Пандоры, связанный с инцестом, будет закрыт не так-то просто.

Размышления Анны были прерваны внезапным появлением Гриши. Гибрид просунул голову сквозь занавеску в душе и с тоской посмотрел на пышные формы своей матери. Анна сначала была слишком ошеломлена, чтобы отреагировать, но собралась с духом и сумела сказать: «Гриша, что ты делаешь?».

В ответ Гриша отдернул занавеску, обнажив свой огромный стояк. Анна была потрясена увиденным. Его член в эрегированном состоянии был длиной в двадцать пять сантиметров, и хотя он был скользким, как у собаки, он очень напоминал человеческий. Головка члена была фиолетовой, с оттянутой от нее крайней плотью. Скользкий ствол пульсировал кровью, и из кончика сочилась капелька пред семенной жидкости.

Анна отступила в угол душевой кабины. Она была поражена и напугана анатомией своего сына. Она точно знала, чего он хочет, но обманывала себя, веря, что сможет переубедить сына. «Нет, Гриша, мы не можем», — поспешно объяснила она.

— Ты не понимаешь. Это неправильно. Я твоя мать, я могу забеременеть, от тебя.

Анну прервало резкое рычание сына. Его тон ясно давал понять, что он не собирается оказывать сопротивление. Гриша вошёл в душевую кабину и схватил мать, за руки. Анна закричала, когда челюсти сына схватили её, за шею. Вместо того чтобы укусить её, Гриша нежно прижался мордочкой к её коже. Анна немного успокоилась, но всё ещё отказывалась позволить Грише делать то, что он хочет.

Она крепко сжала ноги и прикрыла грудь руками. Грише это совсем не понравилось. Он тут же продемонстрировал свою выдержку, осторожно подбросив мать в воздух и схватив её за ягодицы. Её ноги автоматически раздвинулись, и Гриша приложил свой член к её лобку. Он скользил скользким членом по её влагалищу, одновременно облизывая её лицо, шею и грудь.

Анна положила руки на плечи Гришы, чтобы опереться. Она почувствовала, как под его кожей пульсируют мощные мышцы. Ее осенило: «Если Гэвин захочет причинить ей вред, она никак не сможет его остановить. Физически он был сильнее ее, с когтистыми лапами и мощными собачьими челюстями. Он мог разорвать ее на куски без особых усилий».

Осознание этого вызвало у женщины чувство страха, но затронуло и нечто другое. Глубокий, первобытный инстинкт, подавленный, но не утраченный, — инстинкт подчинения сильному мужчине. Это было внутреннее стремление к спариванию с наиболее подходящим представителем противоположного пола, без каких-либо угрызений совести, по поводу морали. Сама того не осознавая, Анна возбудилась. Ее выделения потекли и смешались с вязкой жидкостью, покрывавшей член ее сына.

Без всяких предисловий Гриша слегка приподнял Анну и направил свой член ей во влагалище. Он опустил ее тело так, что его огромный член полностью вошел в нее. Все тело Анны задрожало, а мышцы ее влагалища сжались вокруг члена ее ребенка. Мальчик-собака заскулил, от чистого удовольствия. Он начал вращать бедрами, вставляя и вынимая свой член, из влагалища матери.

Анна обхватила ногами талию Гриши. Всё её тело двигалось вверх и вниз, а ягодицы ударялись, о стену. Гриша яростно трахал свою мать, вбивая свой член всё глубже в неё. Он лизал её груди и водил языком, по её затвердевшим соскам. Анна стонала и сжимала член сына, пытаясь запереть его узел в себе. Они достигли взаимного оргазма. Анна вскрикнула, а Гриша завыл, когда они кончили.

После этого они опустились на дно душевой кабины. Прошло несколько мгновений, и Гриша отстранился от матери. Он небрежно вышел из душа, отряхнулся и покинул ванную. Анна осталась лежать неподвижно, позволяя воде хлестать себя. Она испытывала совершенно противоречивые чувства, по поводу произошедшего.

Cын заставил её заняться сексом. Он угрожал ей и забрал её вопреки её категорическим возражениям. В то же время Анна получила, от этого удовольствие. Нет, не просто удовольствие, она полюбила это. Оргазм, который она испытала, был сильнее любого, который она помнила. Даже Дэрил, никогда не мог так её возбудить. Она не могла решить, чего хочет и как найти ответ.

Анна закончила принимать душ и вышла, из ванной. Она направилась в свою комнату с чувством тревоги. Она почти ожидала, что Гриша бросится на нее из какого-нибудь укромного уголка. Вместо этого она обнаружила его мирно спящим на их кровати. Он свернулся калачиком, чтобы согреться. До прошлой ночи Анна сочла бы его милым. Теперь же она видела в нем спящего альфа-самца, готового броситься в бой, как только его потревожат.

Она на цыпочках прошла в дверной проем и осмотрелась. Комната была в полном беспорядке. Все ящики комода были выдвинуты, а дверцы шкафа распахнуты настежь. Пол был усеян обрывками одежды. Анна понятия не имела, что заставило Гришу это сделать. Неужели ее сын сошел с ума?

Лишь осмотрев разорванную одежду, Анна поняла, в чем причина всего этого безумия. Поврежденными были только трусики, джинсы, брюки и все остальное, что могло прикрывать ее промежность. Все остальное осталось целым. Очевидно, Гриша пытался что-то сказать. Это было лишь началом их сексуальных отношений.

Анна сумела собрать себе наряд. Он состоял из футболки и мини-юбки. В этом наряде Анна чувствовала себя совершенно беззащитной. Сильный ветер мог бы обнажить её интимные части тела любому случайному наблюдателю. Анна отбросила свои опасения и направилась к двери. Как раз когда она собиралась уйти в магазин за продуктами, проснулся Гриша.

Он лениво зевнул и потянулся на кровати. Встал и подошел к матери, обняв ее, как обычно. Однако вместо того, чтобы отстраниться, он мягко притянул ее к кровати. На этот раз Анна не сопротивлялась. Она смирилась с судьбой, которую ей уготовил её сын Гриша.

Он подвел ее к изножью кровати и повернул Анну так, чтобы она смотрела на нее. Затем Гриша толкнул ее голову вперед, и она инстинктивно удержалась на руках. Он приподнял крошечную юбку Анны, обнажив ее подмигивающую вагину, которая непроизвольно увлажнялась от предвкушения. Член Гриши стал твердым как камень, и он расположил его за спиной матери. С мощным толчком, от которого Анна пошатнулась, Гриша вонзил свой член, до самого основания.

Потратив немало энергии в душе, Гриша трахал её медленно и размеренно. Её тело покачивалось взад и вперёд в такт движениям бёдер сына. Анна испытала несколько оргазмов, пока Гриша двигался с невероятной скоростью. В конце концов, Гриша тоже достиг оргазма. Он резко подался вперёд и изверг небольшое количество спермы внутрь своей матери, а затем связал её своим узлом.

Лежа на кровати, крепко прижавшись телом к члену своего сына, Анна размышляла о его анатомии. У него был узел, но он не использовал его в душе, а это означало, что он, возможно, контролировал его, по своему желанию. Что это могло означать, Анна понятия не имела, но она знала, что если он связывал ее добровольно, это означало, что он намеревался ее оплодотворить. Анна вздохнула и смирилась с тем, что ей предстоит родить собственного внука. Ну что же, подумала она, это не может быть страннее, чем родить полу человека-собаку.

С этого момента жизнь Анны кардинально изменилась. Теперь она официально стала рабыней Гриши. Он занимался с ней сексом, когда и как хотел. Анна, никогда не обновляла свой гардероб, зная, что Гриша, только испортит его и возможно, накажет. Почти через шесть месяцев после того дня, как Гриша впервые переспал с ней, Анна родила дочь, которую назвала Ариэль.

Как и Гриша, Ариэль была гибридом, но у неё не было собачьих ног, как у отца. Она напоминала пушистого человека с головой собаки и когтистыми руками. Анна кормила Ариэль грудью, как и Гришу. Гриша, казалось, очень гордился своей маленькой дочкой. Он осыпал её лаской и прекрасно заботился о ней всякий раз, когда Анна отсутствовала.

После рождения Ариэль Гриша немного смягчился. Он сократил количество интимных встреч, до нескольких раз в месяц. Однако это не пошло на пользу Анне. Казалось, Гриша инстинктивно чувствовал, когда у Анны овуляция. В эти дни он держал её рядом с собой и занимался с ней сексом с дикой страстью, всегда связывая её узлом. И вот, через неделю после первого дня рождения Ариэль, Анна родила своего третьего ребёнка, Диму.

Анна родила, еще троих детей, примерно по одному в год. Каждый из них был похож на дочь Ариэль тем, что имел человеческое тело и собачью голову. Анна начала беспокоиться, что Гриша заставит ее рожать детей, до наступления менопаузы. Анна не была уверена, сможет ли она выжить, если это произойдет.

Однажды ночью Анна проснулась от шума, который не могла определить. Сначала она подумала, что это Андрюша, ее новый щенок, но он крепко спал в своей кроватке. Она проверила Маша и Беллу, свою третью и четвертую дочерей, но обнаружила, на полу любопытный предмет. Это был один, из бюстгальтеров Ариэль.

Анна одевала своих детей с тех пор, как Ариэль исполнилось три года и у неё начали расти очень похожие на человеческие груди. В пять лет у Ариэль было тело шестнадцатилетней девочки, хотя и покрытое тонким слоем чёрного меха. Анна быстро всё поняла. Она прокралась в гостиную и ничуть не удивилась тому, что увидела.

На диване Ариэль лежала, раскинув ноги. Из ее горла доносился странный звук, который слышала Анна. Это было что-то среднее между стоном и воем. Между ее гладкими, возбужденными бедрами находился скользкий член, энергично трахающий ее влагалище. Гриша яростно трахал свою дочь, одновременно играя с ее грудью.

Анна молча наблюдала, как любовники, практикующие инцест, достигли оргазма и связались друг с другом узлом. По их поведению Анна поняла, что это не первая их интимная связь. Анна не почувствовала ни гнева, ни обиды, от этого осознания. На самом деле, она почувствовала облегчение. В глубине души Анна всегда знала, что её детям нет места в этом мире. Они не смогут вписаться в человеческое общество, а жизнь в дикой природе им не подходит.

Наблюдая, как её сын с гордостью вступает в связь с их дочерью, Анна понимала, что они нашли своё место. Их было немного, но их число будет расти. В конце концов, они станут самостоятельным видом, независимым, от своих человеческих и собачьих предков. В каком-то смысле Анна чувствовала себя Евой. Она была матерью новой расы, новой породы, которая займет свою собственную нишу на земле...