Позвонив в звонок, я сразу же постучал, не дожидаясь пока мне откроют.

Сказать, что я нервничал, значит не сказать ничего. Мне очень не хотелось вот так вот все потерять. Мою любимую казашку и ее сына.

Дверь открыл грустный Габит.

— Где она? – выпалил я, чуть ли не отталкивая парня, входя в квартиру. – Что ты ей сказал?

Опешивший от такого напора он уставился на меня не в силах что-либо сказать, затем указал на дверь в комнату Алуа.

Быстро пройдя по коридору, я взялся за ручку в попытке войти в комнату, но дверь не поддалась. Она была закрыта на замок.

— Уходи. – послышался мне ее печальный голос.

— Давай поговорим. – сказал я, прильнув к двери. – Очень тебя прошу.

— О чем? – ответила она мне, не двигаясь с места.

«Если разговаривает со мной, значит, надежда еще есть.» - промелькнула обнадеживающая мысль в моей голове, заставляя судорожно соображать, что ей сказать, чтобы расположить к себе.

— Алуа... – самым проникновенным голосом на какой был способен сказал я. – Я люблю тебя... вы мне очень дороги... и я не хочу и не могу вас потерять...

Я не лгал. В моей жизни действительно многое изменилось с момента нашего первого знакомства тогда, когда я помог ей донести тяжелые пакеты.

— Так любишь что трахаешь меня и моего сына во все щели? – я слышал, как она подошла к двери и прислонилась к ней. – Ведь тогда это был не сон? Ты действительно драл моего сына в зад пока я была в невменяемом состоянии?

Все это время Габит стоял рядом со мной. На его лице была потерянность. Судя по его глазам, парень сам не знал, что делать. После моих слов о моих чувствах к ним, он поднял глаза в надежде, что мать откроет дверь и все будет как прежде, потому что это произвело на него сильное впечатление.

Он хотел было открыть рот чтобы сказать что-то матери, как я поднес указательный палец к губам, давая ему знак помолчать.

«Ты уже достаточно наговорил.» - подумал я, стараясь подобрать те слова, которые не разрушат наши отношения окончательно.

— Я делал все это никого ни к чему не принуждая. Ведь ни ты, ни Габит не страдали во время занятий сексом. Мы получали удовольствие, наслаждаясь друг другом. Тем более твой сын хочет, чтобы ты была счастлива. Он боялся тебе сказать, опасаясь именно такой реакции. – я продолжал и продолжал говорить, набирая в легкие воздух, которого не хватало для всех моих чувств и эмоций, которые я хочу выразить моей любимой женщине. – Но ему нравится то, что я с ним делал и получал огромное удовольствие. Он очень хотел быть рядом с тобой в моменты нашей с тобой близости. Тебя ведь тоже очень возбуждало, что он наблюдает за нами.

После того, как я окончательно выдохся от этой тирады, замок в двери негромко щелкнул.

— То есть, ты хотел бы трахать нас вдвоем с сыном? – строго сказала она, но в ее глазах я читал растерянность. – Полка я на работе, пользовать Габита во все дырки, а как я домой пришла, так нас вместе накачивать спермой, как ты это любишь делать?

В идеале оно все так и должно было быть, но так ответить сейчас я ей никак не мог.

По лицу казашки было понятно, что такой поворот событий, как признание бисексуальности Габита, был для нее шоком. Алуа просто не знала, как ей поступить в такой ситуации. Укрепившиеся моральные устои и так сильно покачнулись за это время, но такие откровения были уже перебором. Одно дело, когда это всего лишь сон, другое, когда сын действительно стонет, как шлюшка от долбящего его зад члена, принадлежащего твоему любимому мужчине.

— Неужели ты готова отказаться от всего, что между нами было и что может быть? – увильнув от ответа сказал я, пристально смотря в глаза моей любимой.

— Я не знаю... - честно ответила она. – Мне нужно время, чтобы все обдумать.

Когда Алуа закрыла дверь я спиной сполз по двери обхватив голову руками.

Габит последовал моему примеру, опустившись у стены. Он обхватил руками ноги положив подбородок на колени.

Посидев в молчании какое-то время он встал и тихо сказал:

— Пошли на кухню. Посидим, поговорим...

Подняв глаза на Габита я какое-то время думал, затем обреченно махнув рукой в душе встал и поплелся за ним.

Мы молча сидели, перемешивая сахар в кружках. Ни о каком разговоре и намека не было.

— Разговаривай с ней. – после долгих раздумий сказал я ему. – Не дави. Просто разговаривай. Я тоже постараюсь не молчать. Она колеблется и нужно помочь сделать ей верный выбор.

— После нашего разговора она молчит. – печельно ответил он. – Только смотрит на меня с грустным выражением лица.

— А ты все равно говори. – напирал я на парня. – Она твоя мать. Долго молчать не получится. Ты только не запори все это.

В ответ на мои слова Габит усердно закивал, соглашаясь с каждым словом.

— Ладно... Пойду я домой... - устало поднявшись со стула я зашагал в сторону выхода.

— Ты еще придешь сегодня? – с надеждой в голосе спросил парень, по девичьи загибая руки.

— Не знаю... - честно ответил я, надевая обувь. – Пиши потом, как она. Буду ждать.

Просидев до обеда в комнате и постоянно прокручивая в голове наш разговор я не заметил, как дверь в комнату открылась и в проходе показалась Инна.

В этот раз ее грудь без лифчика, обтянутая топиком и короткие шортики не всколыхнули в моей душе ничего чтобы могло на меня хоть как-то повлиять.

— Пошли обедать. – быстро сказала сестра, рассматривая мой пах, но не увидев там ничего интересного вышла из комнаты.

На удивление в обед воскресного дня все были дома.

Заметив мое настроение, сестра молча сидела, иногда кидая на меня обеспокоенный взгляд.

В таком состоянии она меня еще никогда не видела и это ее нервировало.

— Что случилось? – учтиво спросил отец, наблюдая, как я без всякого энтузиазма ковыряю вилкой в тарелке.

— Ничего... хорошего. – буркнул я, стараясь не поднимать эту тему.

— Казашка, наверное, бросила. – констатировала мать, вызывающе посматривая на меня.

Мне достаточно было взгляда, чтобы она потупила взор и молча продолжила есть свой суп, найдя в тарелке что-то очень интересное.

— Сильно поругались? – отец старался говорить как можно более деликатно, чтобы лишний раз не резать по живому.

— Не знаю... - только и смог сказать я. – Может и навсегда.

Встав со стола, я ушел в комнату, чтобы не портить настроение своим близким.

Просидев в комнате до вечера, я отправил несколько сообщений Габиту, интересуясь как обстоят дела с его матерью. Он ответил, что из подвижек только то, что она стала отвечать ему односложно.

Вот так думая и периодически посматривая в мессенджер я уснул.

Собираясь утром на работу, я решил довезти Алуа и постучал в дверь к соседям.

— Она ушла пару минут назад. – сказал парень, сонно потирая глаза. – Ты ее еще можешь догнать.

Быстро спустившись по лестнице, я увидел, как она уезжает на пассажирском сиденье отцовской машины.

«Ну сука.» - в ярости подумал я, понимая, что отец решил воспользоваться моментом и увести мою женщину.

Со злости я схватил кусок кирпича в надежде попасть по машине, но она отъехала уже на такое расстояние, что кидать его смысла уже не было.

Как на зло моя машина была припаркована у соседнего дома в ста метрах. Пока я добежал бы до нее и кинулся в погоню в потоке машин догнать их не было возможности.

Сгорающий от ревности и злости я поехал в офис к отцу, чтобы побеседовать с ним по душам, но его там не оказалось.

— Олег Валерьевич еще не приезжал. – сказала мне молодая симпатичная секретарша, что-то усердно печатающая на компьютере.

Судя по всему, он взял ее на работу недавно, так как я не был с ней знаком. Красивое лицо, светлые волосы, с выдающейся грудью выпирающей из-под красной блузки и юбкой делового черного цвета, облегающей стройную талию, которая переходила в подтянутую попу со стройными ножками и чулками в сетку заставляли задуматься «за какие заслуги она была принята на работу?»

Но для меня это сейчас не имело никакого значения.

— Передайте, что его сын искал. – сухо бросил я, быстро покидая помещение, не слушая извинения о том, что секретарь была не в курсе и чего-то там еще.

Чувство ревности направило меня теперь в то место, где моя любимая трудится. Нужно было проверить на месте ли она, и я поехал к Алуа на работу.

— Здравствуйте, вам куда? – вежливо спросил охранник, стоящий в холле около рамки металлодетектора.

— Мне нужно увидеть Алуа Маратову. – так же вежливо сказал я. – Можете ее позвать или пропустить меня?

— Извините, но здесь вход только по пропускам. – мужчина перегородил вход, внимательно изучая меня.

Решив не усложнять жизнь моей казашки, я, чертыхнувшись про себя, вышел из здания.

Позвонив ей, но так и не дождавшись ответа, поехал к себе на работу.

Уже позже вечером, зная время окончания работы Алуа я ждал чтобы отвезти ее домой, но прождав 2 часа так и не увидел мою любимую среди выходящего персонала.

Пребывая в ужасном настроении, я написал Габиту, но он ответил, что матери еще нет с работы.

Уже поздно вечером вернувшись домой, я в первую очередь пошел к соседям.

— Она дома? – устало спросил я, смотря в лицо ее сына.

— Нет. Я ей звонил, но она сказала, что сегодня будет поздно и повесила трубку. – сказал парень, рассеянно почесывая затылок.

Ничего не говоря я развернулся и пошел к себе домой.

В надежде что батя дома и мои домыслы на счет них неверны, я постучался в родительскую комнату.

— Войдите. – услышал я голос матери.

Открыв дверь, я увидел, что отца тоже нет дома. Мать лежала на кровати в просвечивающейся ночнушке на голое тело, настороженно на меня посматривая.

Собрав в голове все недостающие кусочки пазла в голове мне стало понятно, что они вместе. План мести созрел моментально. На ходу скидывая с себя футболку я расстегнул джинсы быстро освобождаясь от них.

— Ты что надумал? – испуганно спросила она, от удивления выпучив глаза.

— Батя будет еще не скоро. – жадно посмотрев на нее, сказал я. – А пока его нет, ты моя.

— Подожди... постой... Игорь... - шепотом затараторила мать, когда я резким рывком потянул ее за ноги на край кровати сверху наваливаясь на нее. – Инна дом...

Не дав ей договорить, я страстно поцеловал ее в губы, одновременно раздвигая ножки в стороны.

Поначалу она сопротивлялась, пытаясь меня оттолкнуть, но в конце концов сдалась моему напору крепко обнимая.

Оторвавшись от нее, я приподнялся над ней сдвигаясь в сторону. Ее ножки были раскинуты в стороны, освобождая доступ к ее дырочкам.

Без особых прелюдий мои пальцы скользнули в истекающее соками влагалище, от чего она возбужденно охнула, шире раздвигая ножки.

— Пойдем к тебе в комнату... – сквозь стоны взмолилась она. – Я боюсь, что он придет...

Вытащив член из трусов я поднес его к лицу матери настойчиво проталкивая его между губ. Она еще хотела что-то сказать, но после того, как головка глубоко погрузилась в ее жаркий ротик, закрыла глаза отдаваясь моей воле.

«Такая ты мне больше нравишься.» - подумал я, наблюдая как мать возбужденно сосет мой ствол, в то время пока мои пальцы трахают ее дырочку. Покорной, той женщиной, которая готова отдаться полностью и без остатка несмотря на то, что это была моя мать.

Залезая на нее сверху, я постучал головкой по клитору под ее одобрительные стоны, затем приставив член к ее пещерке вошел сразу больше, чем на половину.

— Ууууууух... - застонала она, прижимая меня к себе и разводя пошире ноги. – Как приятно ощущать твоего толстячка в себе.

Без какой-либо раскачки я принялся грубо трахать материнское лоно, бессовестно его растягивая.

— Аааааа. – завыла она, от такого неистового напора. – Долби меня! Еби меня жестче!

Мой пах аплодировал ее выкрикам издавая громкие шлепки о лобок.

«Интересно, что думает в этот момент Инна? Может быть она думает, что это отец трахает мать или нет?» - подумал я, пока мой член натягивал материнское влагалище.

Устав от миссионерской позы мои руки поставили ее на четвереньки и мой член снова вошел в уже растянутую дырочку.

Пока мать содрогалась от моих фрикций, уронив голову на кровать, страстно при этом подмахивая, дверь в комнату беззвучно приоткрылась. В этот раз мы были повернуты лицом ко входу и мне удалось увидеть в темноте силуэт сестры. Она смотрела сквозь небольшую щель в проеме. Судя по всему, она была одета в такую же ночнушку что и мать. Было сложно рассмотреть из-за густого сумрака в коридоре. Наблюдая за нами, она положила руку на грудь, опустив при этом вторую между ног.

Наблюдая за Инной, я взял волосы матери в пучок и потянул на себя. Подчиняясь мне она подняла голову над кроватью.

— Игорь! Ааааах! Игорь! – закричала она, увидев свою дочь, мастурбирующую на то, как ее брат, жестко трахает их мать. – Иннаааааа!

Она попыталась соскочить с моего члена, но я крепко держал ее за волосы, оттягивая их на себя, в то время пока моя рука крепко держала ее за талию. Все это время я продолжал жестко долбить ее дырочку.

Борьба не могла продолжаться долго и вскоре она сдалась, покорно отдаваясь моей воле и желаниям.

Почувствовав, что мать больше не сопротивляется, я ослабил хватку, но не сбавил напор.

Протяжно застонав мать стала извиваться подо мной. Ее влагалище пульсировало, лаская растягивающий его агрегат.

— Какой же ты мудак... - пытаясь прийти в себя прошептала она. – Отодрать меня при дочери...

Вспомнив о сестре, я посмотрел в дверной проем, но уже никого там не увидел. Наверное, кончив, Инна тихо ушла, оставляя меня наедине с матерью.

Замерев в ней, я дал ей отдышаться. Не теряя времени зря, я раздвинул ягодицы в стороны открывая доступ к ее анусу. Все это время он пульсировал такт конвульсиям.

Большой палец, обильно смоченный слюной, погрузился в ее попку.

— Нет! – с напускной строгостью сказала мать, но никак не попыталась меня остановить.

Смочив большой палец другой руки, я, чувствуя небольшое сопротивление сфинктера так же вставил в нее при этом замирая.

— Ты меня порвешь. – испуганно простонала она, пока мои пальцы медленно скользили в ней.

— Ты же даешь отцу иметь тебя в зад. – констатировал я, чувствуя, что попка матери не такая уж и девственная.

— Даю раз в две недели, примерно. – призналась она. – Но у него не такой толстый, как у тебя.

— Ты справишься. – настраивая ее на неизбежность моего члена в ее заднице сказал я ей. – Где смазка?

— В тумбочке справа. Нижний ящик. – сдалась она, внутренне готовясь к моему члену.

Достав смазку, я выдавил гель на анус, затем обильно смазал свой член, беспокоясь за то, что это может быть последний раз. Если сейчас ей будет больно, потом она меня уже туда не пустит.

— Только медленно. – прошептала она, со страхом посматривая мне в глаза, после того как головка уперлась в сфинктер.

В этот моменте я постарался проявить деликатность. Несмотря на поступок отца мне не хотелось причинять боль матери, ведь она здесь была ни причём.

Раздвинув колечко ануса, моя головка на половину погрузилась в мать, отчего та испуганно застонала.

По ней было видно, что она заранее накрутила себя и теперь выдает свои страхи за реальность.

— Все хорошо. – прошептал ей, одновременно полностью проталкивая головку в зад.

— Стой! – сказала она с выпученными глазами. – Замри!

Чтобы лишний раз ее не нервировать я на какое-то время остановился.

Подождав так десяток секунд мой член двинулся дальше, погружаясь в глубины прямой кишки.

Я видел, как анус плотно обхватил член, но смазка делала свое дело, и он постепенно входил в нее.

Будучи уже на три четверти в ней она попросила остановиться:

— Игорь... я больше не могу принять в себя это полено.

Решив, что меня устроит и такой ход члена в ее попке я стал постепенно двигаться в ней, наращивая темп.

Трахая материнский зад она стонала так что казалось сейчас придут посмотреть, что случилось не только сестра, но и соседи.

Обхватив ее за бедра, я долбил ее анус. Через какое-то время она сама стала подмахивать мне грязно ругаясь при этом.

— Схвати меня за волосы! – командовала она, пребывая в сильном возбуждении. – Растяни мое очко! Отымей этим поленом свою мать! Аххх! Даааааа!

Исполнив ее просьбу, я сильно потянул волосы матери на себя отчего она страстно застонала.

Чувствуя, что сам скоро кончу, моя рука потянула волосы еще сильнее, заставив мать захрипеть.

Выгружая свое семя в ее задницу я от удовольствия зажмурил глаза. В эти мгновения я взлетал к вершине блаженства, пока сперма заполняла ее внутренности.

Когда все закончилось мой член покинул эту растянутую дырочку. После моего члена попка не закрывалась, оставляя небольшое отверстие с сочащейся из нее семенем.

Устало упав на кровать, я любовался результатами своих стараний.

В этот момент во входной двери раздался звук вставляемого ключа.

Подскочив как от удара током мать быстро метнулась к шкафу, доставая из него халат.

— Быстро одевайся! – шепотом сказала она со страшным выражением лица. – Как я махну рукой, живо в свою комнату!

Повторять мне не требовалось. Сердце бешено билось в груди от избытка адреналина.

Быстро соскочив с кровати, я стал очень быстро одевать на себя одежду. Как мне казалось, в этот момент я мог заткнуть за пояс любого солдата по скорости одевания.

Не дожидаясь, мать вышла к двери встречать отца.

— О! Чего не спишь, Валюш? – удивленно спросил батя, входя в квартиру.

— Ждала тебя, пока ты придешь. – укутавшись в халат она стояла, перегораживая дальнейший проход по коридору. – Пойдем на кухню, поговорим.

— У меня сегодня был тяжелый день. – стал отбрыкиваться батя. – Может быть отложим на завтра?

— Олег, давай не увиливай! – повысила тон мать, безапелляционно указывая на кухню.

— Ну давай поговорим... - сдался отец, скрываясь в дверном проеме.

Как только он вошел, мать быстро повернулась в мою сторону, чтобы убедиться в моем наблюдении за ними и резко махнула рукой, давая знак.

Когда я уже подходил к двери в свою комнату, на мгновение обернулся убедиться, что все нормально, то заметил стекающую по материнским ногам сперму из ее только что оттраханной задницы.

Только я зашел в свою комнату и закрыл дверь, как телефон издал звук входящего сообщения.

Благодаря судьбу за то, что это случилось именно сейчас, я корил себя за то, что впопыхах не выключил звук.

«Она пришла.» - немногословно написал Габит в сообщении.

Мне не хотелось ему отвечать. Все и так было понятно, где и с кем она была.

Сначала мне очень хотелось выйти из комнаты и броситься с отцом в драку, но с большим трудом я пришел к выводу, что не стоит опережать события и подумать, как поступить. «Месть нужно подавать холодной», как говорится в кино. Провалявшись в кровати до самого рассвета, я провалился в сон.

Проснувшись по будильнику, кое как встал с кровати. Приняв душ, принесший далекую от идеала частичку бодрости, я проследовал на кухню. За столом была вся семья. Даже сестре сегодня утром понадобилось на прием к врачу.

Сухо поздоровавшись с семьей, я сел напротив отца, рядом с матерью.

В этот раз она не задавала лишних вопросов и едких комментариев, посматривая на мой тяжелый взгляд в сторону отца.

Сестра, после вчерашних событий сделала вид, что ничего не произошло и молча листала ленту соцсетей, попивая кофе.

Отец же делал вид, будто ничего не произошло, изредка кидая удивленный взгляд в мою сторону, но опасаясь что-то спросить.

В этой напряженной тишине, мы позавтракали и разошлись по своим комнатам.

Отработав один из самых тяжелых дней в своей жизни, я приехал домой.

За это время ни сообщений, ни звонков от моих казахских соседей так и не поступило.

Рассматривая пустой экран телефона, я закинул его под подушку, не желая уже никого и ничего видеть.

Внезапно раздался звонок в дверь.

«Никого нет дома.» - устало подумал я, решая не открывать дверь.

Но гость не унимался. В дверь постучали.

«Идите на хрен отсюда!» - мысленно выругался я на незваного пришельца, что докучает мне.

Тем не менее то названивая в звонок, то стуча в дверь, надоедливый гость вынудил меня подняться с постели.

Шагая в сторону двери я представлял, как с матами и криками спускаю с лестницы этого надоедливого товарища с лестницы, но открыв дверь я так и застыл с открытым ртом в попытке гневно выругаться.

— Здравствуй... - сказала Алуа, улыбаясь тому, какие метаморфозы претерпело мое лицо за эти пару секунд.

«Она готовилась к этому разговору.» - мысленно сказал я себе, рассматривая легкий макияж на ее прекрасном лице. Платье, безупречно смотрящееся на ее фигуре, чулки облегающие стройные ножки казашки... все это было сделано для меня.

— Здравствуй... - растерянно промямлил я в ответ, уставившись на нее так, как будто впервые ее видел.

— Можно войти? – переминаясь с ноги на ногу сказала она, всматриваясь в мое лицо.

— Входи. – собравшись с мыслями сказал я, отходя в сторону.

Молча сняв обувь, она повернулась ко мне в ожидании моих дальнейших действий.

Не говоря ни слова, я указал ей на свою комнату.

Она пошла по коридору виляя бедрами, снова разжигая во мне ураган чувств, сплетаемых с горечью предательства.

Мне так хотелось снова заключить в объятиях мою любимую казашку, но то чувство, что она была с моим отцом выжигало мою душу.

Закрыв дверь в комнату я указал на стул рядом с моим рабочим столом, но она демонстративно села на кровать, закинув ногу за ногу.

Ее улыбка не покидала лица, рассматривая мое угрюмое выражение.

— Говорить будем или в гляделки играть? – после минутного молчания сказал я, стоя у стены напротив нее.

— Ты почему такой злой? – нахмурив брови сказала Алуа, делая вид, что не понимает, почему я себя так веду.

— Потому что моя женщина предала меня. – хмуро выпалил я, поднимая палец в ответ на ее попытку меня перебить. – Я видел, как ты уезжала с отцом, тебя не было весь вечер дома, а появилась ты только поздно ночью! Так скажи мне Алуа, почему я не должен быть злым?!

— Ты следил за мной? - на лице казашки появилось удивленное и в то же время растерянное выражение.

— Нет. – снижая тон, чтобы совладать со своими эмоциями ответил я. – Хотел отвезти тебя, но Габит сказал, что ты ушла пару минут назад. Я спустился вниз и увидел, что ты уезжаешь с отцом, поехал потом к тебе на работу, но меня не пустили, прождал тебя, как дурак, 2 часа после работы, но ты уже уехала. Заходил вечером... ай... да что я рассказываю?!

Пока я излагал про мои розыскные мероприятия в отношении ее персоны на лице Алуа все больше и больше расцветала улыбка умиления и восхищения.

— Я что-то смешное сказал? – с вызовом сказал я, не понимая, почему у нее мои страдания вызывают улыбку.

— Нет. – она поняла свою ошибку, перестав улыбаться. – Разреши, я расскажу тебе, где я была и что делала?

— А это теперь важно? – в сердцах бросил я, понимая, что это может быть конец наших отношений.

— Это важно, Игорь. – уже серьезным тоном сказала Алуа, чтобы лишний раз меня не нервировать. – Когда я вышла утром из подъезда, твой отец проезжал мимо и подобрал меня. Я тогда еще злилась на тебя, за ваши «секреты» с Габитом. Он довез меня, и я отработала весь день, но так как у меня был прием у врача, отпросилась пораньше, поэтому ты меня не застал. Уже позже я пришла домой и запретила Габиту говорить тебе что-либо о том, где я и что со мной. Я слышала, как ты приходил...

«Вот же говнюк! Знает как я переживаю и так со мной поступил!» - со злобой в сердце подумал я, делая пометку о том, чтобы его потом за это пропесочить.

— Что же на тебя так повлияло, что ты не злишься теперь? – уже более спокойно сказал я, не понимая такой перемены в ее отношении ко мне.

— Пока мы ехали с твоим отцом, он обещал мне золотые горы за то, чтобы я была его любовницей, так как нас с тобой больше ничего не связывает. – говорила Алуа, нахмурив брови. – Он говорил о любви ко мне, а я все больше понимала, как я счастлива с тобой... А сын? Если он и правда такой, то я все равно его люблю...

Он все-таки предал меня... Воспользовался нашими проблемами в отношениях и нанес подлый удар мне в спину. Ну что же? Надо подумать, как сделать так, чтобы он понял свою ошибку. Но это потом. Сейчас мне нужно разобраться с главными отношениями в моей жизни.

— У меня к тебе просьба... - робко сказала Алуа, ожидая моего ответа.

— Какая? – устало сказал я, после того как все прояснилось.

Мне казалось, что у меня гора с плеч свалилась. Чувство спокойствия и умиротворения окутало меня. Я понимал, что в жизни наступает новый этап и это искренне радовало меня.

— Давай не будем торопиться в наших отношениях с Габитом... – опустив глаза негромко сказала Алуа. – Мне все это очень непривычно... Дай мне немного времени...

Я подошел к ней, усаживаясь рядом на кровать:

— Он тебе не говорил, что это его мечта? Самое важное в его жизни это твое счастье. Габит мечтает о том, чтобы учувствовать в нашем с тобой занятии любовью.

— Как ты это пафосно сказал... – моя казашка лукаво усмехнулась. – Так и скажи, что Габит хочет так же получать твой член в свою развратную задницу.

— Твоя развратная задница тоже любит, когда я тебя трахаю. – подыграл я моей любимой, выражаясь так как ей хочется. – Да еще и при сыне. Только теперь он хочет принимать в этом участие...

— Это правда... - Алуа положила голову мне на плечо.

Я обнял ее, крепко прижав к себе. Повернув лицо ко мне она страстно поцеловала меня, положив руку мне на пах. Ее руки ласкали мой член через штаны, возбуждая меня с каждой секундой.

— Пойдем к нам... - возбужденно прошептала она, когда я завалил ее на кровать, уже готовясь к тому, чтобы примириться окончательно с моей любимой казашкой. – Там Габит уже заждался...

«Алуа уже не хватает ее сына, чтобы получать удовольствие на полную катушку.» - подумал я, поднимая ее с кровати.

— Пошли... - я хлопнул по попке мою казашку, когда она выходила из комнаты.

Бросив влюбленный взгляд на меня, она схватила меня за руку, быстрым шагом утаскивая меня в свою квартиру.

В дверях мы столкнулись с матерью и сестрой. Сначала на их лицах появилось недоумение, затем на лице матери появилась нескрываемая ревность, в то время как Инна лишь нахмурилась, в знак женской солидарности.

— Здравствуйте! – радостно воскликнула моя казашка, открывая дверь в свою квартиру. – На ночь Игоря сегодня не ждите!

На секунду мне показалось что меня и Алуа сейчас и отлупят на лестничной площадке, но ничего подобного не произошло.

Затащив меня в прихожую Алуа заключила меня в жаркие объятия, страстно целуя мои губы.

Переместившись в ее комнату, я увидел сидящего на краю кровати Габита.

На нем из одежды были только черные стринги, прикрывающие его небольшое хозяйство.

Он радостно кивнул мне, когда увидел нас вместе. Парень чувствовал то же что и я. Наблюдая за нами, Габит искренне радовался, что все снова наладилось, все карты раскрыты и теперь мы можем быть по-настоящему счастливы.

— Давай сделаем этот как мы любим. – прошептала мне на ухо Алуа, в то время пока я расстегивал молнию на ее грациозной спине.

Скинув с нее платье, я залюбовался моей женщиной. Алуа не одевала нижнее белье, как теперь это было у нас заведено. Черный пояс с подвязками, да чулочки украшали ее красивое тело. Груди призывно покачивались, мечтая, чтобы их сжали мои ладони.

Опустив мою казашку на колени, я приставил член к ее губам.

Высунув язычок, она нежно облизывала головку игриво посматривая мне в глаза.

— Габит! – позвал я, все еще чувствуя небольшое чувство обиды за его молчание. – Мне снова нужен твой похотливый язык на моем анусе, пока я буду трахать горло твоей матери.

От моих слов Алуа смущенно улыбнулась, затем ее губы сомкнулись на моем члене. Без лишних слов она стала сосать член, периодически упираясь горлом в головку.

Не теряя времени Габит соскочил с кровати и подполз на коленях ко мне сзади.

Я почувствовал его дыхание сзади, затем язык парня осторожно коснулся моей попы. Слегка наклонившись, моя рука схватила голову парня и с силой прижала лицо парня. Его язык уперся в мой зад, жадно облизывая анус, дополнительно возбуждая меня.

Взяв за голову мою женщину, я без лишних церемоний протолкнул в глотку давно стоячий как кол член. Нависая над ней, мой хер долбил горло моей любимой.

Алуа знала, что так будет, но не думала, что напор будет таким. Обхватив руками мои бедра, она уперлась в меня, контролируя погружение в ее пищевод.

Глаза казашки пустили слезы радости, а ее горло издавало такие приятные для меня звуки принимающей болт глотки.

Две мои сучки теперь уже осознанно ублажали меня и это приносило мне огромное удовольствие.

— Подготовь зад матери своим шаловливым языком. – скомандовал я ему, когда понял, что пора двигаться дальше.

Подняв Алуа с колен, я отвел ее на кровать и поставил на четвереньки. Лицо казашки выглядело очень довольным. Оттопырив попку, она пошире развела ножки чтобы у сына был больший доступ к ее дырочке.

Взобравшись на кровать Габит наклонился над попкой матери, жадно разглядывая ее любящими глазами.

Как только язык сына коснулся ее ануса, жадно вылизывая, Алуа открыла рот от возбуждения, издавая вздох удовольствия. В этот момент я снова воткнул ствол в ее гостеприимное горло, быстро трахая голову.

Ей нравилось то, что я делаю. Возбуждение моей казашки было на максимуме, потому она и позволяла обращаться с собой, как только того мне захочется.

Пока я трахал глотку матери Габита она, покачиваясь назад, насаживалась в порыве страсти на язык собственного сына. Стараясь ей угодить, он старался засунуть его поглубже. Я видел, как вжалось его лицо, источая огромное удовольствие.

Грудь моей казашки призывно покачивалась от страстных толчков в горло ее обладательницы, как бы намекая на то, что они незаслуженно обделены вниманием.

Решив оставить без внимания шикарные сисечки Алуа я уложил ее на спину, широко разводя в стороны прекрасные стройные ножки.

— Пока я буду драть ее в зад, лижи ей клитор. – была отдана команда парню.

Алуа издала протяжный стон удовольствия, когда мы с Габитом одновременно приступили к удовлетворению ее похотливых желаний.

Мой член вошел в мою любимую в тот момент, когда язык ее сына нежно, но быстро стал ласкать ее горошинку.

— Что же вы делаете со мной? – простонала в безответном вопросе Алуа пока я растягивал ее зад своим петухом, а язык сына блуждал добавлял огня в этот ураган страсти.

Вытащив член из попки казашки я несколько раз стукнул головкой по лицу Габита.

Жадно открыв рот, он ухватил ее губами, обсасывая соки матери вперемешку с моей смазкой.

— Какой хороший куколд. – похвалил его я, положив голову ему на затылок несколько раз протолкнув член в глотку.

Парень принял его легко своим тренированным горлом.

Бросив взгляд на Алуа, я увидел, что она внимательно следит за тем, как это умело делает Габит.

Вытащив ствол изо рта парня, мой член снова вошел в уже растянутую дырку матери, продолжая свой карнавал секса.

Моей любимой казашки не хватило на долго от такого удовольствия, которое мы старались доставить с ее сыном.

Схватив руками голову парня, она прижала его к своему влагалищу и протяжно завыла, изгибаясь всем телом.

Ослабив свой напор, я наблюдал, как Габит не останавливаясь лижет клитор матери, пока она бьётся в экстазе.

Мне и самому немного не хватило чтобы накачать спермой эту блудливую попку, но казашка меня опередила, обломав кайф.

Я не обижался на нее. Удивительно, что она вообще так долго продержалась.

— Мам... - взмолился красный как рак парень. – Разреши Игорю меня... в попку... Мне чуть-чуть осталось...

На лице моей любимой появилось такое выражение будто что-то совсем не уместное прозвучало в этой комнате.

— Габит... - испуганно прошептала она, уже собираясь ему отказать, но я решил убить сразу двух зайцев.

Подняв зад парня к верху, я сдвинул нитку стрингов в сторону и извлек его любимую анальную пробку. От неожиданности, он издал томный вздох, когда его любимая игрушка покидала его недра.

Тем временем я нанес немного смазки на мои пальцы и скользнул внутрь его попки.

Массируя пальцами простату парня, я хлопнул его по заду, отчего он издал протяжный стон удовольствия.

Алуа смотрела на мои действия с нескрываемым возбуждением и легким недоумением. С одной стороны зад ее сына сейчас не растягивается под напором моего члена, а с другой стороны я все равно трахаю его.

Мои пальцы скользили, быстро трахая его жопу, в то время как он, изогнув спину задрал её к верху, старательно выгибая спину, пытаясь впустить меня глубже. Его голова лежала у бедра матери в то время, как ее рука нежно гладила его по голове.

— Ааааааай... хорошоооооо! – застонал Габит сжимая своей похотливой дыркой мои пальцы, трахающие его в зад.

Он задрожал, жалобно поскуливая тоненьким голоском, как будто это была девушка, а вовсе не парень.

Приподнявшись с кровати после оргазма, я увидел, как его стринги спереди покрыты спермой. Габит кончил себе в трусики и его этот факт совсем не волновал. Лицо парня сияло от удовольствия.

В ответ на его улыбку Алуа не смогла не ответить ему тоже улыбнувшись ему в ответ.

— Так! – наигранно обиженно сказал я. – Все кончили кроме меня! Давайте высасывайте сперму из этих яиц!

Я подошел к ним вплотную, размахивая своей елдой.

Спохватившись, моя казашка и ее сын, не сговариваясь принялись ласкать мой член.

Обхватив ствол руками они попеременно сосали его, передавая как эстафетную палочку. На их лицах не было видно смущения или какой-то неловкости. Им нравилось ублажать меня, доставляя самим себе не меньшее удовольствие.

Когда в очередной момент Алуа сосала мой болт я взял ее за голову и затолкал ей его по самое основание так что моя казашка уперлась носом в мой лобок.

Габит с удивлением смотрел, как член раздвигая стенки глотки проталкивается в недра пищевода его матери.

Я трахал горло моей любимой пока она не стала упираться своими ладошками, чтобы вдохнуть немного воздуха.

Как только член покинул ее горло я быстрым движением рук схватил за голову сидящего рядом парня и повторил свои действия.

Легких парня хватило на долго. Мои яйца бились о его подбородок, а член жестко долбил горло Габита, но он не сопротивлялся, покорно принимая меня.

Посмотрев на лицо моей любимой, я увидел очень удивленное выражение лица от возможностей ее сына. Алуа не ожидала что ее сын на такое способен и это было для нее откровением. Казашка видела, как он, обхватив мои ноги сам насаживается головой до основания издавая при этом звуки удовольствия.

Затем я покинул горло сына, сменив его на горло матери. Так продолжалось несколько раз. Я попеременно менял глотки моих сучек приближая себя к оргазму.

В очередной раз трахая голову Алуа, я понял, что уже готов и резко вытащив член крикнул:

— Кончаю!

Не сговариваясь, они подались вперед, подставляя довольные и возбужденные лица открывая при этом рты.

Первый и второй залп попал на лицо Алуа. Она лишь немного прикрыла глаза, принимая мое семя. Резко направив член в сторону парня я видал ему несколько струй четко в рот. Лишь самая малость стекла по его подбородку, превращаясь в капельку. Быстро перехватив ее пальцами, он проглотил сперму, ничего не оставляя на лице.

Остатки упали крупными каплями на грудь моей любимой.

— Ты глотаешь сперму моего Игоря? – удивленно смотря на сына, сказала моя казашка, после того как все закончилось.

— Мне она очень нравится, мам... - краснея от скромности прошептал Габит, облизывая губы от остатков. – Поделишься со мной своей?

— Можешь облизать с груди. – сдалась она, закатывая глаза. – Все остальное мое.

Довольный как удав парень принялся слизывать мое семя с груди матери.

Подойдя к ней сбоку, чтобы не мешать ее сыну я рукой повернул ее голову направляя на половину опавший член в сладкий ротик Алуа.

Она поняла, что я хочу сделать и закрыв глаза слизала остатки спермы с члена.

«Ну вот... И волки сыты и овцы целы.» - почему-то подумал я, вспоминая старую поговорку. Но, тем не менее смысл был понятен. Все остались довольны.

Собрав пальцами остатки семени со своего лица, казашка быстро их облизала, как будто это был кусочек лакомства, которым она не хотела делиться с сыном.

— Я в душ... - сказала Алуа поднимаясь с кровати.

Улыбнувшись мне она проследовала мимо меня, успев получить легкий шлепок по попке.

Мне же предстоял небольшой разговор с Габитом.

***

Уважаемые друзья!

Переходите на мой бусти:

https://boosty.to/parallepiped

Там я публикую продолжение истории, которое в публичном доступе появится не раньше чем через 2 месяц