Вольный перевод рассказа» «Chiara Anna», на русский язык. Автор рассказа: Mandrekino. 2026 год

Воздух в квартире стал плотным, почти осязаемым, наполненным тем сладким и опьяняющим ароматом, который может излучать только тело молодой женщины в цвету. Мне было двадцать четыре, — в возрасте, когда сексуальные импульсы проявлялись с жестокой силой, а моей сестре Екатерине было всего восемнадцать.

Восемнадцать лет, её тело расцветало с пугающей скоростью, превращаясь из стройной молоденькой девушки в молодую женщину, с едва заметными изгибами, но уже способной зажечь огонь внутри меня. Я видел, как она двигается по дому, её каштановые волосы спадали на плечи, длинные ноги начинали приобретать форму, а ягодицы округлялись, под лёгкими тканями шорт. Каждый её жест, каждый её вдох был безмолвной пыткой, для моего разума, первобытным зовом, который выталкивал меня, за все пределы приличия. Её трусики, рассеянно оставленные на кровати или в корзине для белья, стали моим тайным фетишем. Я поднял их, сжал между пальцами, глубоко вдыхая её запах, — смесь невинности и того нового, захватывающего женского аромата.

Я заперся в ванной, сердце бешено колотилось, и с этим кусочком ткани в руках, я мастурбировал, представляя её под собой, её кожу гладко прижимается к моей, её тело подчиняется моим желаниям. Однажды днём, я нашёл Екатерину сидящей на диване, смотрящей какой-то фильм, поджав ноги под себя. Её домашний халатиик подчёркивал, её зарождающиеся силуэты. Я подошёл, притворяясь равнодушным, и сел рядом с ней. Её присутствие было словно магнит, притягивая меня к себе с неотразимой силой.

Моя рука, почти без моего разрешения, протянула её и легонько коснулась её ягодиц.

— Эй! Катюха! Она обернулась, её большие карие глаза удивлённо смотрели на меня, но без злости. Катька, по сути всё ещё была ребёнком в свои восемнадцать лет, не понимала подтекста этого жеста.

— Что смотришь, по телеку? — сказал я ей, голос был хриплее, чем обычно.

— Ты меня напугал, Серёга. Катя улыбнулась, — невинной улыбкой, которая пронзила моё сердце уколом тоски и вины.

В тот день похлопывание и поглаживание стало более частым жестом с моей стороны. Каждый раз, проходя мимо неё, моя рука находила путь к её ягодицам, которые становились, для меня всё более манящими. Это, уже не были невинные прикосновения, а едва скрытые ласки, способ почувствовать тепло её кожи сквозь одежду, насладиться искушением, которое она невольно мне предлагала. Иногда, я слышал, как Катюха слегка дрожит или тихо вздыхает, но она ничего не говорила.

Возможно, она начинала чувствовать что-то, другую энергию в моих прикосновениях, но его девичий ум всё ещё не мог этого расшифровать. Однажды вечером, я пришёл домой поздно. Родители уехали на выходные к своим друзьям, и в квартире было тихо. Я нашёл Екатерину на кухне, которая собиралась приготовить чай. На ней был короткий шелковый халат, доходящий, до середины бедра, а волосы были распущены. Тусклый свет кухни освещал её спину, рисуя изящные изгибы фигуры. У меня пересохло горло.

— Всё ещё не спишь сестрёнка? — спросил я её шёпотом. Катя повернулась, щеки слегка покраснели. «Я не мог уснуть Сережа. А ты? Ты вернулся поздно домой сегодня». Я медленно подошёл, не в силах оторвать, от неё глаза. Запах её тела, тёплый и сладкий, окутал меня, заставляя голову кружиться. Я положил на неё руку. Я почувствовал, как шелк халатика соскользнул, под мои пальцы, открывая обнажённую и мягкую кожу сестры.

— Я был занят, — ответил я, голос едва слышен. Моя рука медленно скользнула, по её руке, пока не схватила её, пальцы переплелись с её пальцами. Катюха не возражала. Его глаза смотрели на меня, большие и любопытные, смесь невинности и искры, чего-то неопределённого.

— Что случилось, Сережа? Я не ответил. Я слегка потянул её за руку, и она без сопротивления последовала, за мной, из кухни, через коридор, в мою комнату. Я запер дверь, за нами. Комната была тёмной, освещённой лишь мягким лунным светом, пробивающимся, через окно.

Я аккуратно уложил сестру на кровать. Она села, её ноги свисали с края, всё ещё не замечая грозы, которая вот-вот начнётся. «Мне холодно Сережа», — сказала она с лёгкой дрожью в голосе. Я опустился на колени перед ней. Мои глаза были прикованы к его губам, полными и розовыми, только что открывшимся. Я погладил её щёку, большим пальцем скользя, по её мягкой коже.

— Тебе больше не будет холодно сестрёнка, — прошептал я. Я наклонился, и мои губы коснулись её губ. Это был мягкий, исследовательский поцелуй, пахнущий невинностью и подавленным желанием. Катя не ответила сразу, осталась неподвижной, удивлённой. Затем медленно её губы чуть приоткрылись, позволяя моему языку проникнуть внутрь.

Я услышал её стон, — тихий, почти неуловимый звук, пока мой язык исследовал её рот, наслаждаясь каждым углом, каждым изгибом. Вкус был сладким, как спелая клубника. Я погладил затылок, вцепившись пальцами в её шелковистые волосы, слегка потянув. Поцелуй стал глубже, жаднее. Мои руки скользнули, по её спине, под халатик, лаская гладкую, тёплую кожу. Я почувствовал, как её тело дрожит, бёдра прижались к моим. Мои пальцы коснулись края её халатика, и медленным движением, я поднял его, обнажая обнажённые бёдра сестры.

Они были гладкими, мягкими, как бархат. Катя оторвалась, от поцелуя, слегка запыхавшись.

— Сережка ты что делаешь... Её голос был таким тихим.

— Тсс...с, — сказал я, целуя её шею, затем опустился к её декольте, где её халат чуть расстегнулся. Её грудь, всё ещё маленькая, но уже пухлая, была закрыта бюстгальтером. Мои пальцы ловко двигались, расстегивая крючки на нём. Бюстгальтер расстегнулся, обнажив её маленькие груди с слегка эрегированными сосками. Они были идеальны. Я наклонился, язык коснулся одного соска, затем другого.

Я услышала, как Катюха ахнула, тихий стон вырвался, из её губ. Я начал нежно сосать их, чередуя лёгкие укусы, чувствуя, как соски под ртом становятся возбужденными. Мои руки ласкали её живот, затем опустились ниже, к краю трусиков.

— Серега, что ты делаешь? — его голос был шёпотом, смесью страха и любопытства.

— Я заставляю тебя чувствовать себя хорошо сестрёнка», — ответил я, тяжело дыша. Трусики были из тонкого хлопка, прилипшего к коже. Мои пальцы скользнули, под резинку трусиков, касаясь мягких, шелковистых волосиков её промежности.

Сестрёнка слегка выгнулась, по телу пробежал холодок. Мои пальцы зашли глубже, находя её клитор, — маленький и чувствительный. Я нежно коснулся его, чувствуя её мгновенную реакцию. Из губ Кати вырвался громкий стон, и ноги крепче сжались вокруг моей руки.

— Мм...м! Серега ты что творишь? Мм...м! Я продолжал стимулировать её, большим пальцем лаская её маленький драгоценный клитор, а мои губы перемещались с шеи к губам, целуя сестру с такой страстью, что у неё перехватило дыхание. Я чувствовал, как её тело вибрирует, под моим прикосновением, жар усиливается, дыхание становится всё более тяжёлым.

— Мне нравится... Прошептала между поцелуями Катя.

— Мне это так нравится...» Её слова были тем подтверждением, которого я искал. Плавным движением, я снял с неё трусики, оставив её полностью голой ниже пояса. Её половые губы были розовыми и слегка опухшими, лобковые волосы едва заметны, шелковистая вуаль, скрывающая её вход в «Детородную дырочку». Это был вид невинности и обещания.

Я наклонился, губы коснулись её кожи, медленно спускаясь с плоского живота к её промежности между ног. Я почувствовала, как её тело напряглось, — смесь страха и возбуждения. Мои губы коснулись её половых губ влагалища, и я начал нежно сосать, язык медленно и круговыми движениями ласкал её «Детородную дырочку».

— А...а! Катюха выгнула спину, её руки вцепились в мои плечи, пальцы сжали мою плоть. Её тело дрожало неконтролируемо. Влагалище, под моим языком, стало мокрым, от соков и пульсировало. Его аромат был опьяняющим, — смесь сладости и железного вкуса, который может излучить только возбужденная женщина. Я продолжал сосать, мой язык двигался всё сильнее, нос погрузился в её лобковые волосы, ощущая, её влажное тепло. Катя извивалась, её ноги то раздвигались, то сжимались, стоны становились всё громче и громче.

— Сереженька... Пожалуйста... Больше... Оо...о, Боже! Я почувствовал, как её тело вибрировало, затем полностью напряглось, вырвался долгий, пронзительный стон, вырвавшийся, из её губ, когда волна удовольствия накрыла сестру. Её тело дрожало, и тёплая, густая жидкость наполнила мой рот. Это был её первый оргазм.

Я поднялся, лицо было влажным, от её соков, её глаза смотрели на меня, блестящие и озадаченные, но с новым осознанием произошедшего.

— Это было... Невероятно, — прошептала Катя, голос всё ещё дрожал. Я улыбнулся ей, вытирая рот тыльной стороной ладони.

— Это ещё не конец, сестрёнка. Я снял спортивные штаны и трусы, обнажив эрекцию своего члена — твёрдую и пульсирующую. Катюха посмотрела на него, её глаза расширились, от любопытства и лёгкого страха.

— Это... Это он так вырос от возбуждения? — сказала сестра, её голос едва был слышен.

— Я хочу, чтобы ты это почувствовала, — сказал я, взяв её за руку и направляя к своему возбужденному члену. Пальцы сестры коснулись кончика головки, затем сжали ствол члена, ощущая жар и его твёрдость.

— Какой большой и твёрдый, — прошептала Катя.

— Я хочу, чтобы ты взяла его в свой рот сестрёнка, — сказал я ей, мой голос был мягким приказом сестрёнке. Катя посмотрела на меня, нерешительным взглядом.

— Но... Я никогда не делала этого Сережа.

— Я научу тебя сестрёнка, — ответил я, мягко подталкивая её вперёд. Катя наклонилась, медленно опустив голову. Его губы приоткрылись, и кончик головки моего члена лег на её язык. Он был мягким и тёплым. Я почувствовал, как она нежно сосёт, её движения были неуверенными, но полными любопытства. Мои руки схватили её за голову, направляя её, толкая глубже.

Катюха слегка покашляла, мой член наполнил её рот. Я сказал ей расслабиться. И она это сделала. Она начала сосать сильнее, её язык облизывал мою эрекцию, губы двигались вверх и вниз. Её глаза были закрыты, выражение лица было смесью сосредоточенности и удовольствия. Я чувствовал тепло её рта, слюна смазывала мою эрекцию, делая её ещё более чувствительной. Движения рта становились более опытными, щёки впадали, когда он сильно сосала. Я чувствовал, как моё удовольствие растёт, внутри меня нарастает давление. Мои пальцы погрузились в её волосы, нежно потянув их, заталкивая ещё глубже в её рот свой член. Горло сжалось, но она не жаловалась, продолжала сосать, её глаза время, от времени смотрели на меня, в них пробегало желание.

— Ты так хорошо сосёшь сестрёнка, — сказал я, голос сломался от удовольствия. Она продолжала сосать ещё несколько минут, мой член пульсировал у неё во рту, пока я не почувствовала приближение оргазма. Со вздохом, я отстранился. Капля слюны стекала с её подбородка, но она не обратила на это внимания.

— Я хочу почувствовать тебя внутри себя, Сережка, — сказала Катюха хриплым голосом, глаза умоляли меня. Я уложил её на кровать, слегка раздвинув ноги. Расположился между её бёдрами, глядя на её влажную, пульсирующую «Детородную дырочку». Мои пальцы легли на неё, нежно лаская её, а другой рукой схватил свой возбужденный член, направляя её к отверстию «Детородной дырочки».

Катька застонала, её тело выгнулось, её вход во влагалище открылся, чтобы встретить меня. Я медленно начал вводить свой член, ощущая сопротивление её девственности. Она была узкой, тёплой, мягкой стеной, которую мне нужно было преодолеть.

— Больно сестрёнка? — спросил я её, голос был шёпотом.

— Немного, — ответила она, стиснув зубы.

— Но ты Сережа продолжай... Я нажал сильнее, стон вырвался из моих губ, когда я почувствовал, как её мембрана девственности поддаётся. Из её груди вырвался тихий крик, и я почувствовала влажное, липкое тепло. Я притянул её к себе, страстно поцеловал, мои губы сосали слёзы, что текли по её лицу.

— Всё Катюха, теперь ты стала женщиной, — сказал я ей, целуясь губами на её шее.

— Теперь ты моя. Я начал двигаться медленно, чувствуя, как её тело приспосабливается к моему члену, её теплое влагалище окутывало мой член. Это было туго, невероятно туго, и каждый толчок члена был взрывом удовольствия. Я чувствовал, стоны сестры становились всё громче и громче.

— Сережка... О, Боже... Сильнее... Я ускорил темп, мои толчки становились всё глубже и быстрее. Кровать скрипела под нами, наши тела сталкивались с первобытной силой. Я почувствовал, как её тело вибрирует, мышцы влагалища напрягались вокруг моей эрекции. Ещё один оргазм захлестнул её, и я почувствовал, как её тело сильно дрожит, её близость сокращается вокруг меня. Я продолжал тужиться, моё удовольствие достигло пика. С хриплым стоном, я выcтрелил в неё своё семя, моя тёплая сперма наполнила её матку. Мы оставались так какое-то время, наши тела были вместе, наши тяжёлые вдохи смешивались в воздухе.

— Я люблю тебя, Сережка, — прошептала Катюха, крепко обнимая меня.

— Я тоже, тебя люблю Катя, — ответил я, целуя её в волосы. На следующий день Катька была другой. В её глазах появился новый свет, осознание, которого раньше не было. Наши взгляды встречались чаще, полные общей тайны. Мои руки не переставали искать её, мои прикосновения становились всё более дерзкими, более собственническими. Через неделю, когда родители, ещё были вне дома, мы решили попробовать снова. Катюха вошла в мою комнату, её шелковый халат расстегнут, открывая её обнажённое тело.

— Сережа, я хочу, чтобы ты взял меня снова, — сказала она шёпотом. «Я хочу почувствовать тебя внутри себя». Я взял её на руки, мои губы коснулись её. На этот раз поцелуй был глубже, более жадным. Я толкнул её на кровать, руки ласкали её тело, наслаждаясь каждым изгибом, каждым сантиметром её кожи. «Я хочу попробовать что-то новое», — сказал я ей, голос был хриплым.

— Что? — спросила Катя, глаза его сияли любопытством. «Я хочу попробовать с тобой анальный секс сестрёнка», — ответил я, не отрывая взгляда от её маленькой круглой попы. Катюха на мгновение замялась, затем кивнула.

— Ладно! Но будь осторожен. Я повернул её, её ягодицы поднялись, приглашая. Мои пальцы покоились на её анусе, чувствуя, как кожа становится гладкой и тугой. С небольшим количеством слюны, я смазал свою эрекцию и её отверстие в задний проход. Я медленно тужась, начал вводить свой член ощущая сопротивление её мышц заднего прохода. Катя застонала, её тело напряглось.

— Больно, Сережка... Подожди... Я остановился, поцеловал её в ответ, шептал нежные слова. «Расслабься, сестрёнка. Расслабь себя». Я надавил свой член снова, на этот раз сильнее. Я почувствовал, как её мышцы заднего прохода поддались, и мой член вошел в её задний проход на всю длину. В нём было очень тесно, невероятное ощущение. Катюха закричала, но на этот раз это был не крик боли, а крик удовольствия, смешанное с удивлением. Я начал двигаться медленно, чувствуя, как её тело приспосабливается к моему. Каждый толчок был взрывом ощущений, её анус сжимал меня с невероятной силой. Мои руки схватили её за бёдра, притянув к себе, погружаясь всё глубже и глубже.

Катька стонала, её стоны становились всё громче и громче, тело извивалось подо мной. «О, боже... Да... Сильнее... Сережка... Сильнее!». Я ускорил темп, мои толчки становились всё быстрее и глубже. Кровать скрипела, наши тела сталкивались с первозданной жестокой схватке. Я почувствовал, как её тело вибрирует, мышцы напрягались вокруг моей эрекции. Ещё один оргазм накрыл её, и я почувствовал, как её тело сильно дрожит, анус дергался вокруг меня. Я продолжал тужиться, моё удовольствие достигло пика. С хриплым стоном, я влил в неё своё семя, моя тёплая сперма наполнила её кишки. Мы оставались так какое-то время, наши тела были вместе, наши тяжёлые вдохи смешивались в воздухе.

— Я люблю тебя, Сережка, — прошептала Катя, крепко обнимая меня.

— Я тоже, сестрёнка, — ответил я, целуя её в рот.

День продолжился в сюрреалистической атмосфере. Мы мало разговаривали, но наши взгляды часто встречались, полные желания заняться сексом вновь.

Вечером, я чувствовал себя полностью опустошённым. Катюха и я посмотрели друг на друга, не сказав ни слова. Мы знали, что ничего, уже никогда не будет прежним. Мы изменились...

На следующий день наши родители вернулись. Я пытался вести себя нормально, но постоянно чувствовал взгляды сестры на себе, — смесь желания и страха.

Наши жизни перевернулись с ног на голову. Мы были заперты в секрете, милом секрете...