Раздевалка перед физрой не предвещала ничего хорошего. Тоня толкнула дверь плечом, пропуская вперед хромающую Джордан, и тут же услышала знакомый смешок.

— О, смотрите, школьные шлюхи приползли! — голос Сары поприветствовал их, только они вошли.

Воздух, казалось, стал густым от взглядов. Девушки с команд поддержки перестали разговаривать, когда Тоня с Джордан вошли, и теперь разглядывали их с откровенным отвращением.

— Боже, от них воняет спермой, я забеременею от одного запаха, — одна из девушек скривила нос, прикрывая его рукой. — Может, им вообще нельзя в раздевалку? Есть какие-нибудь правила гигиены?

Душевые кабинки оказались пустыми — никто не хотел мыться рядом с ними, и девушки могли хотя бы на десять минут расслабиться. Горячая вода смывала с кожи липкую смесь пота и спермы, превращаясь в мутные потоки у их ног. Тоня намылила руки до локтей, потом резко провела ладонями по лицу, как будто пыталась стереть не только грязь, но и само утро.

— Знаешь, что самое смешное? — Джордан подставила спину под струю, морщась от боли. — Форма для физры — теперь единственная вещь в этом школе, которая прикрывает нас полностью. В спортивном костюме, пусть даже и без белья,  мы выглядим, как нормальные люди, а не как...

— Школьные давалки? — Тоня вздохнула, отжимая мокрые волосы. — Это последний урок. Надо придумать, что нам делать после. Нас могу ждать у школы.

Джордан выключила воду и прислонилась лбом к прохладному кафелю.

— Ты права. Может, спрятаться где-нибудь? Не будут же они нас ждать до вечера.

Раздевалка встретила их неестественной тишиной. Тоня первой высунула голову из душевой, ожидая увидеть насмешки или откровенные взгляды, но сейчас здесь стояла гробовая тишина. Джордан вышла следом, неуверенно переступая босыми ногами по мокрому кафелю, и тут же замерла — у выхода стояли миссис Грейнджер, учительница физкультуры, и мисс Вейл, преподавательница английского. Это было необычно.

— Вот они, — сказала миссис Грейнджер, скрестив руки на груди. — Тоня, собирайся. Ты пойдёшь с мисс Вейл.

Тоня почувствовала, как у неё внутри что-то ёкнуло. Она оглянулась на Джордан, но та только растерянно моргнула.

Это было что-то новое. Они уже привыкли, что «что-то новое» означает — «что-то плохое». Но делать было нечего. Тоня медленно опустила полотенце и потянулась к своей «форме». По счастью, одевать её было так же несложно, как и снимать.

Тоня ещё раз мельком оглянулась на Джордан, когда выходила из раздевалки — подруга натягивала спортивную форму на голое тело. Но мисс Вейл уже шла вперёд, не оглядываясь, и Тоня поспешила за ней.

**

Кабинет мисс Вейл был тёплым и пахнул корицей — неожиданно уютным после казённых школьных помещений. Тоня замерла у двери, цепляясь пальцами за дверной косяк. Она не вела у неё уроки. Никогда. Вейл преподавала английский в параллелях, и до сегодняшнего дня их пути не пересекались.

Учительница ничего не сказала. Она просто взяла со стола указку и начала разглядывать, застывшую в ожидании Тоню. Указка скользнула по воздуху, почти касаясь её плеча, затем груди, и наконец остановилась у подбородка, приподняв его. Тоня почувствовала, как внутри всё сжалось. Эта тишина была хуже любых слов.

— Мисс Вейл, — пролепетала она, — зачем? Что вам нужно от меня?

Указка вылетела, как гадюка, ударив по бедру Тони. Мгновенно расцвела резкая, жгучая боль. Тоня вскрикнула, хватая воздух, но не отступила. Она сжала зубы, ощущая, как горячая волна растекается по коже.

— Ты говоришь, — мисс Вейл не повысила голос, — когда я тебе скажу. Если я задам тебе вопрос, ты отвечаешь на него. Быстро. И полностью. Ты поняла?

Указка немного приподнялась, готовая к новому удару. Тони вздрогнула, её глаза расширились от ужаса.

— Д-да... — слово едва вырвалось, прежде чем указка треснула по тому же месту, ещё сильнее. Сдавленный крик сорвался с её губ.

Лицо учительницы осталось невозмутимым.

— Да, мисс Вейл, — мягко поправила она.

— Да, мисс Вейл! — задыхаясь повторила Тоня, в ей глазах стояли слёзы. На бедре уже проступала красная полоса. Тишина растянулась, Вейл возобновила своё медленное кружение вокруг неё. Указка ритмично постукивала по ладони. Тоня следила за её движениями, дрожа всем телом.

Учительница остановилась прямо перед девушкой, указка упёрлась в подбородок, приподнимая его выше, пока их взгляды не встретились.

— Сколько хуев ты отсосала сегодня? — её голос был холодным, как сталь. — И не вздумай лгать.

Тоня почувствовала, как её горло резко пересохло. Указка мисс Вейл давила на подбородок, словно раскалённый гвоздь. Она попыталась сглотнуть, но слюны не было — только комок страха, застрявший где-то в внутри. Четыре? Нет, больше. В комнате 12-Б... сколько их там было? Она закрыла глаза на мгновение, пытаясь вспомнить лица, но в памяти всплывали только размытые силуэты, руки и члены, сейчас кажущиеся совершенно одинаковыми.

— Пять... — Тоня сглотнула, но цифра повисла в воздухе неоконченной. Мгновение спустя она вспомнила утро: свою комнату, брата Итана, его член у своих губ — первое, что она увидела сегодня, когда проснулась. — Шесть. Шесть... хуев.

Мисс Вейл кивнула, как будто Тоня только что правильно ответила на вопрос по грамматике. Указка плавно опустилась, скользнув по её шее, груди и остановилась у пупка, слегка надавив.

— А теперь скажи мне, — голос учительницы звучал почти задушевно, словно они обсуждали домашнее задание, — сколько раз тебя ебали сегодня? И в какие именно дырки? Будь точна.

Тоня пыталась понять, к чему ведёт этот допрос, но указка не ждала. Впрочем, в этом ответе она была уверена.

— Пять... в пизду, — её голос дрогнул на последнем слове, но мисс Вейл лишь подняла бровь, ожидая продолжения. — И двое... в попу.

Она приготовилась к новому удару. Но вместо удара указка лишь скользнула вниз, приподняв подол её ультра-короткой юбки. Тоня замерла, ощущая, как холодный воздух касается голой кожи под тканью.

— Тебе понравилось? — мисс Вейл чуть склонила голову набок, разглядывая Тоню с лёгкой улыбкой. Указка застыла у внутренней стороне её бедра, едва касаясь кожи.

Тоня резко вдохнула, губы раскрылись сами собой:

— Конечно нет!

Указка треснула по тому же месту ещё сильнее, заставив Тоню вскрикнуть и подпрыгнуть на месте. Кожа на бедре пылала, будто её прижгли раскалённым железом.

— Ложь, — мисс Вейл ударила указкой снова, на этот раз по внутренней стороне бедра, заставив Тоню зашипеть от боли. — Твой профиль на «Согласии» утверждает обратное. Ты ищешь унижения. Ты жаждешь насилия. Я посмотрела твое видео из школы сегодня. Ты весьма прилежно подмахивала какому-то мальчику.

— Это неправда! — Голос Тони дрожал, слезы катились по ее щекам, оставляя мокрые дорожки. Она сжала кулаки. — Нас подставили, мисс Вейл. Лайам... Он сделал эти фото, загрузил в систему без нашего согласия. Мы не хотели этого! Мы просто... — Она замолчала, понимая, насколько глупо звучат ее слова. Кому какое дело до их «хотелок» теперь?

— Вот как? — мисс Вейл с интересом посмотрела на Тоню. Указка замерла у её бедра, словно змея, затаившаяся перед броском. Губы учительницы искривились в полуулыбке. — То есть это всё игра? И ты ни разу не кончала под парнями за эти дни?

Тоня застыла на месте, неудержимо покраснев.

— Нет, — прошептала она, но в её голосе дрожала неуверенность — как будто даже она сама не верила в этот ответ. Мисс Вейл приподняла бровь, указка замерла у подбородка, холодная и неумолимая. Тоня почувствовала, как язык прилипает к нёбу — сухой, бесполезный. Она попыталась сглотнуть, но ком в горле не исчезал. Мисс Вейл ждала, её глаза — две зелёных льдинки — не моргали.

— Я... Да... — слово сорвалось с губ Тони, прежде чем она успела его остановить. Голос звучал чужим, будто её горло сжала чужая рука. — На выходных. Несколько раз. Они... — она замолчала, чувствуя, как щёки пылают.

Указка мисс Вейл замерла у горла Тони, холодный металлический кончик впивался в кожу, будто предупреждая: не вздумай замолчать.

— Они... использовали игрушки, — выдохнула она наконец, глядя куда-то в сторону, за плечо мисс Вейл, на книжную полку с аккуратно расставленными томами Шекспира.

Указка резко опустилась, прижавшись к её нижней губе.

— Какие именно? — голос мисс Вейл звучал мягко, почти заботливо, но указка отодвинулась от её губ лишь на дюйм.

— Наручники и кляп, — прошептала Тоня, глядя в пол. — И... вибраторы. Маленькие и большой. На длинной ручке.

Мисс Вейл понимающе кивнула.

— Ты кончаешь не от секса, — проговорила она, будто делясь каким-то тайным знанием. — Ты кончаешь от беспомощности. От ощущения, что тобой владеют. Что ты не можешь остановить то, что с тобой делают. Очень хорошо. Я не ошиблась.

Тоня хотела крикнуть, что это неправда, что она ненавидит каждую секунду этого кошмара... но её тело отозвалось на эти слова. Она не могла отрицать этого. Вейл видела её насквозь.

— Но интересно, — указка мисс Вейл скользнула по шее Тони, оставляя ледяной след, — будешь ли ты так же охотно подчиняться мне? — Голос учительницы звучал почти задумчиво, но в её глазах горел холодный интерес. Указка остановилась у подбородка Тони, приподнимая его. — Если я прямо сейчас прикажу тебе пойти и отсосать у нашего уборщика Мигеля... выполнишь ли ты?

Тоня почувствовала, как её желудок сжался в тугой узел. Мигелю было за пятьдесят, с жёлтыми от никотина зубами и потными руками, которые всегда пахли хлоркой и потом. Она видела, как он пялится на неё в коридорах последние два дня, но даже Брэд с его грубыми шутками казался джентльменом по сравнению с этим...

— Я... — голос Тони прервался. Она знала правильный ответ. Её тело знало его ещё до того, как мозг успел сформулировать мысль. — Д-да, мисс Вейл. Если... если вы прикажете мне.

— Хорошая девочка, — мисс Вейл произнесла это так, словно выдавала золотую звезду за поведение. — Скажи мне вот еще что... Джордан. Вы с ней правда лесбиянки-пиздолизки? Как указано в ваших профилях?

Тоня всхлипнула. Указка всё ещё давила на подбородок, заставляя её смотреть прямо в холодные зелёные глаза мисс Вейл. Губы учительницы изогнулись в едва заметной улыбке — словно она наблюдала за интересным экспериментом, ожидая реакции подопытной.

— Мы... мы просто друзья, — прошептала Тоня, и тут же пожалела об этом. Указка взметнулась вверх, хлёстко ударив её по руке.

Мисс Вейл достала телефон и зашла на профиль девушки в «Согласии». Тоня узнала видео сразу — первая их запись полицейского участка. На экране она сама, стоящая на коленях перед Джордан. И её язык... её язык медленно скользил между ног подруги, проникая внутрь, нежно играя с клитором. Тоня закрыла глаза, но образ всё равно стоял перед ней — Джордан, вся дрожащая, пальцы в её волосах, её собственное лицо, искажённое странной смесью стыда и...

— Подруги? — Мисс Вейл картинно приподняла бровь. — Вы так теперь это называете?

Лицо Тони залила горячая волна — она буквально пылала от ушей до шеи.

— Нас... нас заставили, — её голос звучал хрипло, будто она прошептала это сквозь стиснутые зубы. — Я... я не интересуюсь девушками. Никогда не интересовалась.

Мисс Вейл неожиданно хихикнула, её губы искривились в странной полуулыбке, от которой по спине Тони пробежали мурашки.

— Любопытно. Но так даже интересней.

Учительница подошла к двери, щёлкнула замком и повернувшись спиной, начали неторопливо расстёгивать пуговицы на блузке.

— Зачем я здесь, мисс Вейл? — Тоня спросила снова, глядя, как учительница раздевается перед ней, бросая блузку на стул.

Мисс Вейл медленно повернулась и посмотрела на девушку с лёгким недоумением. Губы её дрогнули в едва уловимой насмешке.

— Мальчики совсем вытрахали тебе все мозги? — Глаза учительницы сузились, будто она разглядывала редкий экземпляр насекомого под микроскопом. — Ты не принадлежишь одноклассникам. Ты принадлежишь всем. Ну а сейчас, — Мисс Вейл круто повернулась и шагнула к учительскому столу. Она снова подняла указку и Тоня только сейчас поняла какая та длинная и толстая, — ты принадлежишь мне. И не бойся, я не причиню тебе перманентных повреждений.

Мисс Вейл сбросила юбку одним плавным движением, и она упала на пол с тихим шелестом. Она осталась в одном белье — неожиданно изящном для обычного школьного дня: кружевное, чёрное, с тонкими подвязками, которые цеплялись за чулки. Тоня застыла, не в силах отвести взгляд. Это выглядело так... неестественно. Как будто учительница английского и эта женщина в кружевах были двумя разными людьми.

— Стой ровно, — голос мисс Вейл был спокоен. — Не шевелись.

Указка просвистела в воздухе с коротким, резким звуком, прежде чем опустилась на Тонину попу. Боль вспыхнула мгновенно, заставив её дёрнуться всем телом. Губы Тони раскрылись в беззвучном крике — она даже не успела вдохнуть перед ударом. Это было в тысячу раз больнее, чем предыдущие шлепки по рукам или бедрам. Кожа горела, будто её прижгли раскалённой проволокой.

— Я же сказала не шевелиться, — протянула с некоторым разочарованием мисс Вейл. — Ничего, мы поработает над этим. А пока, что ты забыла сказать?

Тоня тяжело дышала, её пальцы вцепились в собственные бёдра, оставляя бледные следы на коже. Она пыталась собрать мысли, но боль пульсировала горячими волнами, затмевая всё. Учительница терпеливо ждала, слегка покачивая указкой перед собой, как дирижёр перед оркестром.

— С...спасибо, мисс Вейл, — выдавила Тоня наконец.

Мисс Вейл одобрительно кивнула, и девушка напряглась в ожидании новых ударов. Вместо этого учительница медленно провела указкой по внутренней стороне её бедра, зацепила и приподняла её ультра-короткую юбку. Указка скользнула между Тониных ног. Она замерла, чувствуя, как кончик указки легко проникает внутрь, скользит по её влажным складкам, а затем выходит наружу.

Мисс Вейл медленно подняла указку перед глазами Тони, демонстрируя блестящий от её выделений кончик.

— У тебя природный талант, — её голос звучал почти восхищенно. — Даже не пытаешься сопротивляться. И ты, дурочка, будешь рассказывать, что тебя обманули?! Нет, это твоя судьба нашла тебя.

Учительница медленно опустилась на край стола, раздвинув ноги с изящной театральностью. Указкой она легонько постучала по полу перед собой.

— На колени, Кингсингтон.

Тоня опустилась на колени с привычным уже движением. Вейл сидела на краю стола, ноги разведены, кружевное бельё блестело в свете лампы. Она ожидала очередного унижения, но учительница вдруг наклонилась вперед и мягко подняла её за подбородок.

— Ты хочешь, чтобы я помогла тебе? — Голос мисс Вейл звучал неожиданно серьёзно. Тоня замерла. Это была ловушка. Должна была быть. Но в глазах учительницы не было привычного холодного удовольствия — только расчёт. — Я могу вытащить тебя из этого. Не сразу, но я придумаю способ. Но только если ты будешь подчиняться мне беспрекословно.

Сердце Тони забилось быстрее. Это был первый намёк на выход за последние дни. Но цена... цена была ясна. Она медленно кивнула.

— Очень хорошо, — кивнула мисс Вейл, её губы дрогнули в едва заметной усмешке. Она слегка приподнялась с края стола, раздвигая бёдра шире. — Тогда сними с меня трусики. И познакомься с новым центром твоего мира.

Пальцы Тони дрожали, когда её руки потянулись к тонкому кружеву на бёдрах мисс Вейл. Кружевные трусики скользнули вниз, обнажая бледную кожу и тёмные заросли учительницы. Тоня замерла, не в силах отвести взгляд от того, что теперь открылось перед ней.

— Ближе, — мисс Вейл провела пальцами по волосам Тони, мягко направляя её лицо к себе. — Ты должна узнать мою киску получше. Она будет важной частью твоей жизни.

Запах ударил в ноздри первым — тяжелый, насыщенный, с лёгкой кислинкой. Тоня почувствовала, как её собственное тело откликается на этот аромат. Губы учительницы были уже влажными, слегка припухшими, и Тоня поняла, что мисс Вейл возбуждена уже давно.

— Лижи, — коротко приказала мисс Вейл. — Медленно. Прочувствуй вкус, не отказывай себе в удовольствии.

Язык Тони коснулся её сначала нерешительно — кончиком, почти робко. Мисс Вейл вздохнула, пальцы вцепились в её волосы крепче, и потянули ближе.

Тоня закрыла глаза, когда её лицо прижалось к горячей пизде учительницы. Язык скользнул между влажных складок, и странный, солоноватый вкус заполнил её рот. Она ожидала отвращения — но его не было. Только пульсирующая теплота и какой-то древний, животный инстинкт, заставляющий её двигаться.

Мисс Вейл управляла её движениями — руки, держащие голову Тони, направляли её то вверх, к набухшему клитору, то вниз, к дрожащему входу. Тоня чувствовала, как учительница напрягается под её ласками, как её бёдра слегка подрагивают от каждого движения. Неожиданно указка снова упала на её попу — не так больно как в прошлый раз, но всё равно чувствительно.

— Спасибо, госпожа, — едва оторвав голову прошептала Тоня.

Губы мисс Вейл дрогнули в едва заметной улыбке при этих словах, она схватила голову девушки с новой силой.

— Да, именно так, — прошипела она. — Повтори.

Тоня успела лишь открыть рот для ответа, как её лицо резко вжали в раздвинутые бёдра учительницы. Её нос упёрся в тугой бугорок клитора, а губы плотно прижались ко входу. Мисс Вейл начала двигать её головой взад-вперёд, используя её лицо как живую игрушку. Каждое движение сопровождалось громким чмоканьем и хлюпающими звуками, которые разносились по кабинету.

— Спасибо, госпожа, — снова промычала Тоня, её голос был еле слышен, пока её лицо вдавливалось во влажную пизду учительницы. Рот мисс Вейл приоткрылся, она тяжело дышала, а её бёдра дёргались, будто её било током. Она вдруг сильно сжала Тонину голову бёдрами и вдавила её особенно глубоко.

Мисс Вейл внезапно выгнулась всем телом, глухой, хриплый стон вырвался из её горла, когда влажная волна хлынула прямо на Тонино лицо. Она инстинктивно зажмурилась, но не осмелилась отстраниться. Тёплая, липкая жидкость оставалась на губах, стекала по её щекам, подбородку, капала на грудь. Вейл дышала прерывисто, её пальцы всё ещё впивались в волосы Тони, словно боясь, что та сбежит.

— Н-неплохо... для новичка, — выдохнула учительница, слегка откинувшись назад. Она медленно провела по Тониной щеке, собирая влагу и возвращая её обратно в рот девушке. — Но до звания настоящей пиздолизки тебе ещё расти и расти, девочка.

— Ну и что тебе больше нравится, Кингсингтон? — Мисс Вейл провела пальцами по Тониному подбородку, оставляя липкие дорожки. — Члены этих мальчишек... — её голос стал низким, почти вкрадчивым, — или вот это? — Она раздвинула пальцами свои ещё влажные губы, демонстрируя розовую плоть под тёмными волосами.

Тоня застыла, её язык рефлекторно облизнул губы, собирая остатки вкуса учительницы. Горло сжалось — она знала, что любой ответ будет неправильным. Сказать «члены» — значит несомненно нарываться на еще одно наказание. Признаться в обратном — подтвердить свой статус лесбиянки, который так яростно отрицала.

— Я... я не знаю, госпожа, — прошептала она наконец.

Указка свистнула в воздухе, прежде чем врезалась в Тонино бедро с резким щелчком. Она вскрикнула, инстинктивно хватаясь за свежий красный след ладонью.

— Я дала тебе попробовать себя, дрянь, а ты ещё сомневаешься! — Мисс Вейл вскочила на ноги. Она крутанулась на каблуках, отбрасывая волосы за плечо, и подошла к стене. — Ну что же, мы в школе, значит будем учить тебя. Начнём с азов.

Тоня ещё не успела осознать боль от удара указкой, как мисс Вейл уже повернулась к доске. Мел скрипел, оставляя чёткие буквы: «Правила приветствия. Урок первый.»

— Вставай, — бросила учительница через плечо, не оборачиваясь. — Ты должна научиться правильно здороваться со мной. Это будет твой первый настоящий урок.

Тоня поднялась с колен на нетвёрдых ногах. Мисс Вейл обернулась, её глаза сверкали чем-то вроде азарта. Она подобрала и надела юбку, подошла к своему столу и села на край, скрестив ноги. Чёрные лаковые туфли блестели под люминесцентными лампами.

— Ползи сюда, — Вейл указала на пол перед собой. — На коленях. Не вздумай вставать без разрешения.

Тоня опустилась на колени и выполнила приказ. Половые доски скрипели под её весом. Каждый сантиметр казался километром. Места ударов неприятно саднили. Когда она приблизилась, мисс Вейл вытянула ногу, поднеся туфлю к её лицу.

— Для начала, — прошептала учительница, — поцелуй мою туфлю. И не просто коснись губами. Я хочу услышать это.

Девушка наклонилась и прижала губы к лакированному носку. Она поцеловала туфлю с громким чмоканьем, будто это были губы возлюбленного.

— Хорошо, — кивнула Вейл. — Теперь ныряй под юбку и вдыхай. Прижмись к своей хозяйке.

Тоня подняла голову и горячий, густой аромат ударил в ей прямо в нос — учительница еще не отошла от своего оргазма. Девушка зажмурилась и прижалась носом к еще влажному входу, лицо её утонуло в густых кудрях.

— И только теперь можешь сказать «Здравствуйте, госпожа», — усмехнулась мисс Вейл. — Запомнила?

Тоня запомнила.

— Да, госпожа, — прошептала Тоня, её голос дрожал, нос всё ещё елозил во влажной щели учительницы. Мисс Вейл довольно улыбнулась, её пальцы провели по Тониным волосам, прежде чем оттолкнуть её голову.

— Неплохо. Но будем тренироваться. Каждый день. — Мисс Вейл скользнула с края стола и села в в своё кресло. — Сними мои туфли. Аккуратно.

Тоня потянулась к блестящим лаковым туфлям, расстегнула пряжки и медленно стянула их. Ноги учительницы оказались удивительно мягкими в своих чёрных чулках — тонкие, с аккуратно подстриженными ногтями. Тоня инстинктивно поцеловала каждую ступню, прежде чем положить туфли аккуратно рядом.

— Ложись на спину. Под стол. — Мисс Вейл показала пальцем куда именно. Тоня опустилась на холодный под и проползла под стол. — Голову сюда. Лицо вверх.

Когда Тоня выполнила указание, учительница положила ноги прямо на её лицо. Вейл раздвинула их слегка, чтобы Тоня могла дышать, но не более того. Затем она достала пачку тетрадей и ручку.

— Теперь слушай внимательно. Ты будешь лежать тут тихо. Не шевелись без приказа. Если захочешь пить — потерпишь. Если захочешь в туалет — потерпишь ещё дольше. Ты сейчас — подставка для ног. Обычная мебель. Поняла?

— Да, госпожа.

— Хорошо. А теперь открой рот.

Тоня подчинилась. Пальцы учительницы — тонкие, с коротко подстриженными ногтями, — скользнули ей между губ.

Тоня лежала на спине под учительским столом, губы её были слегка приоткрыты, а язык лениво обвивался вокруг пальцев. Иногда учительница чуть шевелила ими, и тогда девушка принималась сосать их. Мисс Вейл при этом совершенно спокойно проверяла тетради, изредка вздыхая и делая пометки. Тоня смотрела в в столешницу, а иногда между бёдрами учительницы, которая так и не потрудилась надеть трусы, и думала о том, как странно сложился этот день.

Ещё утром она была просто измученной девушкой, пытающейся хоть как-то выжить в этом кошмаре. А сейчас она лежала под столом своей новой хозяйки и сосала её пальцы. Она обещала помочь. Хоть как-то. Тоня почувствовала, как пальцы учительницы пошевелились, и поспешила обхватить их губами.

Интересно, как сейчас Джордан? Тоне искренне хотелось верить, что у подруги дела идут лучше.