Меня зовут Аня, мне 21 год. Я довольно миниатюрная девушка — 169 см роста, с длинными тёмными волнистыми волосами, большими карими глазами и очень заметной, красивой грудью четвёртого размера. Грудь упругая, тяжёлая, с нежно-розовыми чувствительными сосками. У меня тонкая талия, округлая попа и гладкая, всегда тщательно выбритая киска. Я знаю, какое впечатление производит моё тело, и давно научилась этим пользоваться.

Моя лучшая подруга Вика — полная моя противоположность. Высокая, длинноногая блондинка с третьим размером груди и дерзким характером. Мы дружили уже четвёртый год и были очень близки. Настолько, что она часто помогала мне с контентом для моего приватного Telegram-канала Anka4you. У неё дома, в её комнате, мы устраивали настоящие мини-фотосессии: она поправляла мне бельё, выбирала позы, снимала видео и говорила, где я выгляжу особенно горячо. Эти совместные съёмки всегда нас очень веселили и немного возбуждали.

Отец Вики — Сергей Александрович — был человеком, который притягивал внимание. Ему было 49 лет. Высокий (почти 190 см), широкоплечий, с крепким, тренированным телом. Короткая аккуратная борода с заметной сединой, глубокий голос и спокойный, уверенный взгляд взрослого мужчины. После развода он жил один и редко приводил кого-то домой. Я всегда чувствовала, что он смотрит на меня не так, как должен смотреть отец лучшей подруги. Его взгляды были дольше, тяжелее, будто он видел меня насквозь.

В тот вечер я снова осталась у Вики ночевать. Мы весь день провели вместе: болтали, смеялись, пили вино. Вика, как обычно, уговаривала меня сделать новые фото для канала Anka4you, но я сказала, что сегодня устала. Около полуночи она начала зевать и ушла спать к себе в комнату, пожелав мне спокойной ночи.

Я осталась в гостиной одна. Свет был приглушённый, в квартире стояла тишина. Я сидела на диване в короткой домашней футболке и тонких трусиках, листая свой канал. Новые комментарии и подарки от подписчиков заставляли меня улыбаться. Я чувствовала приятное тепло внизу живота — внимание всегда меня возбуждало.

В какой-то момент я услышала шаги. В гостиную вышел Сергей Александрович. На нём была только серая футболка и домашние штаны. Он выглядел расслабленным, но когда его взгляд остановился на мне, что-то в нём изменилось. Он медленно обвёл глазами мои голые ноги, тонкую футболку, под которой отчётливо проступали соски, и задержался на лице.

Я почувствовала лёгкий озноб. Между нами всегда было какое-то скрытое напряжение, но сегодня оно ощущалось особенно сильно. Я знала, что он мужчина в самом расцвете сил, опытный, сильный. И я знала, что он уже не первый раз смотрит на меня именно так.

Сергей Александрович прошёл на кухню, налил себе воды, но вместо того чтобы уйти обратно в свою комнату, остановился в дверном проёме и снова посмотрел на меня. Долго. Оценивающе. В его взгляде не было ничего отеческого. Только мужской интерес — тяжёлый, взрослый и очень откровенный.

Я почувствовала, как внутри меня медленно разгорается возбуждение. Мне было немного страшно, стыдно... и в то же время очень сладко. Я сидела перед отцом своей лучшей подруги практически полуголая, и он смотрел на меня так, будто уже представлял, что сделает со мной.

Ни один из нас пока не сказал ни слова.

Но мы оба понимали — что-то сегодня обязательно произойдёт.

Сергей Александрович стоял в дверном проёме и не спешил отводить взгляд. Он медленно допил воду, поставил стакан на столик и сделал несколько шагов в мою сторону. Я сидела на диване, поджав ноги, и чувствовала, как сердце начинает биться всё быстрее.

— Не спится? — спросил он низким, спокойным голосом.

— Нет... жарко немного, — ответила я, стараясь говорить ровно.

Он кивнул, будто это было вполне логичное объяснение, хотя оба понимали, что дело совсем не в жаре. Сергей Александрович сел в кресло напротив меня, откинулся назад и снова посмотрел на мои голые ноги, потом выше — на тонкую белую футболку, под которой явно проступали мои соски.

— Вика уже спит? — спросил он.

— Да, давно.

Повисла пауза. Тяжёлая, густая. Я чувствовала, как воздух в комнате будто сгущается.

— Аня, — начал он наконец, глядя мне прямо в глаза. — Я давно хотел с тобой поговорить... наедине.

Я сглотнула.

— О чём?

Он слегка улыбнулся уголком губ.

— О твоём канале. Anka4you.

Моё сердце пропустило удар. Я замерла, чувствуя, как жар мгновенно заливает лицо, шею и грудь.

— Вы... знаете про него? — тихо спросила я.

— Знаю, — спокойно подтвердил он. — Уже почти восемь месяцев подписан. Сначала думал, что просто совпадение имени. Но потом увидел татуировку на левом ребре и понял, что это точно ты.

Я не знала, куда деть глаза. Мне было безумно стыдно. Отец моей лучшей подруги уже почти год смотрел, как я раздеваюсь, трогаю себя, принимаю откровенные позы...

— Не нужно краснеть, — мягко сказал он. — Наоборот. Ты там очень красивая. Очень смелая и очень... желанная девушка. Я не пропустил почти ни одного поста.

Он наклонился чуть вперёд, опираясь локтями на колени.

— Особенно мне нравятся те съёмки, где ты в чёрном кружеве. И то видео, где ты медленно снимаешь трусики, глядя в камеру. Я его пересматривал... несколько раз.

Его голос стал ниже, чуть хрипловатее.

Я сидела, сжав бёдра, и чувствовала, как между ног становится влажно. Мне было стыдно до дрожи, но при этом возбуждение нарастало с каждой секундой. Зрелый, взрослый мужчина, отец моей лучшей подруги, сидел напротив и спокойно признавался, что дрочил на меня.

— Вика знает? — тихо спросила я.

— Нет. И не должна узнать, — твёрдо ответил он. — Это останется между нами.

Сергей Александрович встал и медленно подошёл ближе. Теперь он возвышался надо мной. Я подняла голову и посмотрела на него. Он был очень большим. Широкие плечи, сильные руки, уверенный взгляд.

— Скажи мне честно, Аня, — тихо произнёс он. — Когда ты снимала эти фото и видео... ты хоть раз думала о том, что я могу их увидеть?

Я прикусила губу. Сердце колотилось как бешеное.

— Иногда... — почти шёпотом призналась я.

Он удовлетворённо кивнул.

— Хорошо. Потому что я думал о тебе постоянно.

Сергей Александрович протянул руку и очень медленно провёл тыльной стороной пальцев по моей щеке, потом по шее. Его прикосновение было горячим. Я слегка вздрогнула, но не отстранилась.

— Ты же понимаешь, что если я сейчас начну... — он сделал паузу, — то уже не остановлюсь?

Я молчала, только тяжело дышала. Между ног уже было совсем мокро. Я чувствовала, как трусики прилипают к киске.

Он наклонился ниже, почти касаясь губами моего уха, и прошептал:

— Скажи «да», Анечка... и я сделаю с тобой всё, о чём думал последние месяцы, глядя на твои фото.

Его дыхание обжигало кожу. Я чувствовала запах его тела — тёплый, мужской, с лёгкой ноткой древесного парфюма.

Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох и едва слышно прошептала:

—. ..Да.

Сергей Александрович тихо, но победно выдохнул. Он взял меня за подбородок, приподнял лицо и поцеловал.

Поцелуй был жёстким, голодным, взрослым. Никакой нежности — только желание. Его язык сразу проник в мой рот, а большая рука легла мне на затылок, не давая отстраниться.

В этот момент я окончательно поняла — обратной дороги уже нет.

Поцелуй был жёстким и требовательным. Сергей Александрович целовал меня так, будто ждал этого несколько месяцев — жадно, глубоко, почти грубо. Его язык властно проникал в мой рот, а большая сильная рука крепко держала меня за затылок. Я тихо застонала ему в губы, чувствуя, как по всему телу разливается жар.

Он оторвался от моих губ, посмотрел мне в глаза и низким голосом сказал:

— Встань.

Я поднялась с дивана. Ноги слегка дрожали. Сергей Александрович сел на диван сам, широко расставив ноги, и посмотрел на меня снизу вверх.

— Снимай всё. Медленно.

Я взялась за край футболки и медленно стянула её через голову. Моя большая упругая грудь четвёртого размера тяжело колыхнулась. Соски уже были твёрдыми и чувствительными. Он смотрел на них не отрываясь.

Потом я стянула тонкие трусики. Они были полностью мокрыми. Я стояла перед отцом своей лучшей подруги полностью голая. Сергей Александрович долго и молча рассматривал меня — грудь, тонкую талию, гладкую киску, округлую попу.

— Повернись, — хрипло сказал он.

Я повернулась спиной. Он тяжело выдохнул.

— Наклонись и раздвинь ноги.

Я наклонилась вперёд, опираясь руками о журнальный столик, и широко развела ноги. Моя киска и попа были полностью открыты перед ним. Я слышала, как он расстёгивает ремень и молнию.

— Боже, какая же ты красивая... — почти простонал он.

Я услышала, как он встал. Через секунду почувствовала его горячие ладони на своих бёдрах. Он провёл рукой по моей киске, раздвинул губки пальцами и медленно ввёл в меня два толстых пальца.

— Такая мокрая... — прорычал он. — Ты уже давно текущая стоишь, да?

Я только застонала в ответ. Он начал трахать меня пальцами — уверенно, глубоко, находя все чувствительные точки. Второй рукой сильно мял мою грудь, щипая сосок. Я едва сдерживала громкие стоны.

Вдруг он убрал пальцы, схватил меня за бёдра и резко вошёл в меня своим толстым членом.

— Аааахх!.. — вырвалось у меня.

Он был большой и очень толстый. Я почувствовала, как он сильно растягивает меня изнутри. Сергей Александрович не стал ждать — сразу начал трахать меня жёстко, глубоко, держа за бёдра. Каждый толчок был мощным. Моя грудь тяжело раскачивалась, шлепки его тела о мою попу заполняли всю гостиную.

— Тихо, — рыкнул он и сильнее сжал мои бёдра. — Вика спит рядом.

Но сам при этом ебал меня ещё сильнее. Я кусала губу, чтобы не кричать. Ощущения были сумасшедшие — взрослый, опытный мужчина трахал меня в гостиной, пока его дочь спала в соседней комнате.

Он внезапно вытащил член, резко развернул меня лицом к себе и посадил на диван. Поднял мои ноги высоко, почти прижав их к моей груди, и вошёл снова — теперь ещё глубже. В этой позе его толстый член доставал до самой матки. Я закрыла себе рот рукой, чтобы не кричать.

Сергей Александрович трахал меня жёстко и быстро, глядя мне в глаза.

— Ты моя теперь, — хрипел он. — Будешь приходить, когда я захочу. Поняла?

— Да... — стонала я.

Он наклонился и жадно впился в мою грудь, сильно посасывая и покусывая соски. Я уже была на грани. Через пару минут мощный оргазм накрыл меня. Я сильно сжалась вокруг его члена, дрожа всем телом.

Сергей Александрович не остановился. Он продолжал долбить меня ещё быстрее, пока наконец не напрягся всем телом.

— Сейчас... — выдохнул он.

Он резко вытащил член, встал надо мной на колени и начал яростно дрочить. Первые мощные струи густой горячей спермы ударили мне на грудь и шею. Следующие — на лицо, на губы, на щёки. Он кончал очень обильно, полностью покрывая меня своей спермой. Последние капли он выдавил мне на язык.

Я лежала на диване, тяжело дыша, вся залитая его спермой, с красной, пульсирующей киской.

Сергей Александрович посмотрел на меня сверху вниз и тихо, но уверенно сказал:

— Это только начало, Анечка.

Я лежала на диване, тяжело дыша, вся покрытая густой спермой Сергея Александровича. Она стекала по моей груди, животу, лицу и подбородку. Я всё ещё не могла прийти в себя.

— Мне нужно в душ... — тихо сказала я, поднимаясь.

— Иди, — кивнул он с тёмной улыбкой. — Только не запирайся.

Я собрала свою одежду и на трясущихся ногах пошла в ванную. Закрыла дверь, но не до конца — оставила небольшую щель. Включила тёплую воду и встала под душ. Горячие струи начали смывать с меня следы только что произошедшего.

Я закрыла глаза, пытаясь осмыслить, что сейчас случилось. Отец моей лучшей подруги только что жёстко выебал меня в гостиной, пока она спала в соседней комнате...

Вдруг я услышала тихий шорох за дверью. Я открыла глаза и через щель в двери увидела её.

Вика стояла в коридоре и смотрела на меня. Она не спала. Её глаза были широко раскрыты, щёки красные, дыхание учащённое. Одна рука была у неё между ног под короткой ночнушкой.

Она подглядывала за нами.

Наши взгляды встретились. Я замерла. Вика тоже. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Потом она медленно толкнула дверь и вошла в ванную.

— Вика... — тихо начала я.

Она не дала мне договорить. Подошла вплотную, взяла меня за мокрое лицо обеими руками и жадно поцеловала. Поцелуй был страстным, нервным, голодным. Её язык сразу проник в мой рот. Я почувствовала вкус вина, который мы пили вечером.

— Я всё видела... — прошептала она между поцелуями. — Всё...

Её руки дрожали. Она сильно сжала мою грудь, потом опустилась ниже и начала целовать мою шею, ключицы, грудь. Встала на колени прямо передо мной в душе и жадно прижалась ртом к моей киске.

Я громко застонала, схватившись за её мокрые светлые волосы.

Вика была очень возбуждена. Она лизала меня жадно, почти отчаянно — глубоко засовывала язык внутрь, сильно сосала клитор, двумя пальцами трахала мою всё ещё чувствительную киску. Вода стекала по нашим телам. Я стояла, широко расставив ноги, и едва держалась на ногах от удовольствия.

— Блядь, Ань... ты такая мокрая... — шептала она, не отрываясь от моей киски. — Я так возбудилась, когда видела, как папа тебя ебал...

Она продолжала работать языком всё быстрее. Я уже была близка к оргазму. Вика почувствовала это и начала сосать клитор особенно сильно, одновременно трахая меня пальцами.

Я кончила — сильно, дрожа всем телом, едва сдерживая громкий стон. Вика продолжала лизать меня, выпивая все мои соки, пока я не начала дрожать от переизбытка ощущений.

Она поднялась, поцеловала меня снова, и я почувствовала свой собственный вкус на её губах.

— Я так давно хотела тебя... — прошептала она мне в губы.

В этот момент мы обе услышали тихий звук за дверью.

Мы одновременно повернули головы.

В дверях ванной стоял Сергей Александрович.

Он смотрел на нас — голых, мокрых, обнимающихся под струями воды. Его член уже снова стоял, натягивая домашние штаны.

На его лице медленно появилась хищная, довольная улыбка

Сергей Александрович стоял в дверях ванной и смотрел на нас. Его взгляд медленно прошёлся по нашим мокрым, прижатым друг к другу телам. Вика всё ещё держала меня за талию, её губы были в нескольких сантиметрах от моих.

— Жаль, что вы остановились, — низким, чуть хриплым голосом произнёс он. — Ане, ты уже получила своё удовольствие... Теперь сделай приятно моей дочери.

Вика вздрогнула, но не отстранилась. Её щёки были ярко-красными. Она явно была очень возбуждена.

Сергей Александрович вошёл в ванную полностью, закрыл за собой дверь и прислонился спиной к стене. Он расстегнул штаны, достал свой уже твёрдый толстый член и начал медленно дрочить, глядя на нас.

— Продолжайте, девочки, — спокойно сказал он. — Я посмотрю.

Вика посмотрела на меня. В её глазах было сильное возбуждение и лёгкая растерянность. Я взяла инициативу — прижала её спиной к стене душа и поцеловала. Поцелуй получился горячим и нервным. Мои руки скользнули по её мокрому телу, обхватили грудь, потом спустились ниже.

Я встала перед ней на колени, раздвинула ей ноги и прижалась ртом к её киске. Вика громко застонала, запустив пальцы мне в мокрые волосы. Она была очень возбуждена — её киска была горячей и обильно мокрой. Я начала лизать её — сначала медленно, потом всё быстрее и жаднее, сосредоточившись на клиторе.

Сергей Александрович стоял в двух метрах от нас и тяжело дышал, медленно дроча свой толстый член.

— Вот так, Аня... Лижи мою дочь как следует, — низко проговорил он.

Вика стонала всё громче, её бёдра дрожали. Она прижимала мою голову сильнее к себе. Я активно работала языком, двумя пальцами трахая её внутри. Через пару минут она сильно кончила — задрожала, громко всхлипывая, сжимая мою голову бёдрами.

Я поднялась. Мы с Викой стояли под струями воды, обнимаясь и тяжело дыша. Сергей Александрович подошёл ближе. Его член был полностью напряжён.

Он посмотрел на нас обеих и хрипло сказал:

— Теперь обе на колени.

— Обе на колени, — жёстко повторил Сергей Александрович.

Мы с Викой переглянулись и медленно опустились на мокрый кафель ванной. Вода продолжала литься сверху. Две голые девушки — я и его собственная дочь — стояли на коленях перед ним.

Сергей Александрович взял ремень от своих домашних штанов и медленно сложил его пополам. Щелчок кожи прозвучал очень громко.

— Руки за спину, — приказал он.

Мы послушно убрали руки за спину. Он подошёл ближе. Его толстый член находился прямо перед нашими лицами.

— Смотрите на меня, — сказал он властно. — Сегодня вы обе будете делать только то, что я скажу. Ясно?

— Да... — одновременно ответили мы.

— Хорошо.

Он сначала подошёл ко мне. Взял меня за мокрые волосы и довольно грубо засунул член мне в рот. Я начала сосать — глубоко и мокро, как он любил. Пока я работала ртом, он посмотрел на Вику.

— А ты будешь лизать мне яйца, пока твоя подруга сосёт.

Вика, красная от стыда и возбуждения, наклонилась и начала послушно лизать его тяжёлые яйца. Сергей Александрович тихо застонал от удовольствия, держа меня за волосы и трахая в рот.

— Вот так... две послушные девочки, — рычал он. — Давно мечтал об этом.

Через пару минут он вытащил член из моего рта и сунул его Вике. Теперь она жадно сосала отца, а я лизала его яйца и ствол. Он смотрел на нас сверху вниз с тёмным, властным удовольствием.

— Хватит, — резко сказал он.

Он поднял нас обеих за волосы и поставил лицом к стене, уперев руки в плитку.

— Ноги шире.

Мы раздвинули ноги. Сергей Александрович сначала сильно шлёпнул меня по мокрой попе, потом Вику. Шлепки звучали громко и звонко. Мы обе вскрикивали.

Он вошёл в меня первым — резко и глубоко. Начал трахать жёстко, одной рукой держа меня за волосы, второй — шлёпая по попе. Потом перешёл к Вике, трахая её с не меньшей силой. Мы стояли рядом, плечом к плечу, и стонали, пока он по очереди ебал нас.

— Кто из вас большая шлюха? — спросил он, сильно шлёпнув меня.

— Я... — выдохнула я.

— Громче.

— Я! Я большая шлюха! — почти крикнула я.

Он удовлетворённо хмыкнул и ещё сильнее вошёл в меня.

Потом он заставил нас встать на колени лицом друг к другу. Мы с Викой целовались, пока он по очереди трахал нас в рот. Иногда он приказывал нам целоваться с его членом между нашими губами.

В конце он поставил нас рядом на колени, прижавшись спинами к стене.

— Откройте рты и высуните языки.

Мы послушно сделали, как он сказал. Сергей Александрович стоял перед нами, яростно дроча свой толстый член. Его лицо было напряжённым.

— Сейчас я вас обеих помечу, — хрипло проговорил он.

Первые мощные струи спермы ударили Вике на лицо и в рот. Следующие — мне на язык, щёки и грудь. Он кончал долго, обильно, покрывая наши лица и груди густой горячей спермой. Мы стояли на коленях, с высунутыми языками, и принимали всё.

Когда он закончил, то посмотрел на нас сверху вниз с тёмным удовлетворением.

— Теперь вы обе мои, — спокойно сказал он. — И это только начало.