Теплый южный вечер медленно опускался на старый портовый город. Воздух пах морем, бензином и раскалённым асфальтом. В небольшом баре у набережной, где под потолком лениво крутился вентилятор, сидела Кадина — женщина, о которой в городе ходило слишком много слухов.

Она была из тех женщин, которые входят в помещение — и мужчины сразу забывают, о чём говорили секунду назад. Красное платье плотно облегало фигуру, тёмные волосы спадали на плечи, а взгляд был ленивый, опасный и немного насмешливый.

За стойкой появился Артём — бывший механик, человек с вечной щетиной и руками, пахнущими машинным маслом. Он знал Кадину давно. И каждый раз, когда видел её, чувствовал одно и то же: будто рядом становится жарче.

— Ты опять исчезла на месяц, — усмехнулся он, ставя перед ней бокал вина.

— А ты опять делаешь вид, что тебе всё равно, — ответила она тихо.

Музыка играла где-то на фоне. Старый блюз. Медленный и вязкий.

Кадина слегка коснулась его пальцев, когда брала бокал. Совсем случайно. Но этого хватило, чтобы между ними снова вспыхнуло то самое напряжение, которое когда-то уже едва не разрушило им жизнь.

Позже они вышли на улицу. Город уже тонул в ночи, а с моря тянуло влажным ветром. Они шли молча вдоль пустой набережной, пока Кадина вдруг не остановилась у старого склада.

— Помнишь это место? — спросила она.

Артём усмехнулся: — Такое сложно забыть.

Она подошла ближе. Настолько, что он почувствовал её дыхание. В её глазах было что-то дерзкое и одновременно уязвимое.

— Тогда ты так и не решился, — прошептала она.

— А сейчас?

Кадина медленно провела ладонью по его груди, задержавшись на воротнике рубашки.

— Сейчас я устала ждать.

Он поцеловал её резко, будто слишком долго сдерживался. Она ответила сразу — жадно, горячо, с тихим смешком между поцелуями. Где-то за стенами склада шумело море, а вокруг не было ни души. Он прижал ее к стене. Рука сама поплыла под платье, оголяя нежное, смуглое бедро. Пробравшись к лону, пальцы Артема устремились внутрь.

— Наконец - то... Мой герой решился!

Артем опустился на колени. Закинул смуглые, стройные ножки Кадины себе на плечи и жадно впился губами в темную волосатую, промежность. Кадина, с силой, сжала ножки, до хруста позвонков и вцепилась тонкими пальчиками в шевелюру Артема.

— Зачем мы так долго мучали друг друга?

— Артем, молча, продолжал вылизывать коротенькие, тоненькие губки. Покусывал и засасывал нежный маленькмй клитерок.

Кадина резко отстранила Артема. Повернулась к нему попкой и стала на четвереньки.

Артем вошел в нее резко, не жалея.

Его ствол разрывал плотную пещерку.

У Кадины задрожали ножки. Артем крепче прижал ее к себе и трахал пока член не стал разряжаться. Он, резко, повернул Кадину и вставил член в маленький ротик.

Кадина засасывала и подрачивала ствол губками и пальчиками, пока последняя капля не была проглочегна.

Когда все было кончено.

Они стояли в полутьме, прижавшись друг к другу, будто весь остальной мир исчез. Кадина обнимала его за шею, иногда шепча что-то едва слышное, и от этого у Артёма окончательно сносило голову.

Ночь становилась всё теплее.

И впервые за долгое время им обоим не хотелось никуда спешить.