Странные они, эти женщины. Носят одежду, которая открывает декольте, чтобы все туда пялились. А когда мужики начинают пялиться, женщины возмущаются. Где логика?

За ужином, поедая голубцы, Никита пялился на декольте Надежды Степановны. Но она не возмущалась, потому что Никита всегда делал это незаметно. Как сейчас, когда тёща усердно изучала один из своих самых симметричных голубцов.

– Ты когда пятно на балконе закрасишь? – буркнула она, даже не взглянув на зятя.

– Завтра, – ответил Никита со вздохом.

– Опять завтра. А работу когда нормальную найдешь?

– Да у меня нормальная работа!

– Мужик должен семью обеспечивать, – сказала Надежда Степановна и отпила компот из кружки. – А ты только пиво пьёшь да бездельничаешь. Как только за тебя Танька согласилась замуж выйти? Руки кривые. Мозгов нет. Деньги не зарабатываешь. Только на внешность твою клюнула – красавчик ты. Повезло с генами. Иначе Танька в твою сторону и не посмотрела бы, оболтус!

Никита молча жевал. Он так и не понял, было ли это наконец хоть что-то хорошее, сказанное тещей в его адрес, или же больше похоже на очередную претензию.

– Я к себе, – сказала Надежда Степановна после ужина. – Медитация. Маска для лица. Отдых. А ты посуду вымой. И пятно закрась.

Теща ушла, а Никита некоторое время сидел, меланхолично поглядывая в окно. Затем он вымыл посуду и ушел к себе, чтобы заняться любимым делом: отлёживать бока и пялиться в смартфон. Пятно на балконе осталось незакрашенным.

А тем временем у Надежды Степановны медитация явно не пошла. Потому что уже через 10 минут она выскочила из своей комнаты и быстрым шагом, в одном только коротком домашнем халате, открывавшем бёдра, она направилась к выходу из квартиры. На Никиту, который как раз проходил по коридору в сторону своей комнаты, она даже не взглянула.

– А вы одеться не забыли? – осторожно спросил он, украдкой поглядывая на голые гладко выбритые ноги.

– Я к соседке, – буркнула та, не оборачиваясь, и скрылась за дверью.

Соседку через стену звали Валька. Ровесница Надежды Степановны, Валька упорно не желала стареть, и не позволяла, чтобы её называли по имени-отчеству. Только Валька, и только на «ты». Она осветляла волосы, заплетала задорные косички, пыталась молодиться, всегда выглядела веселой, беззаботной и жизнерадостной.

Валька обожала яркие наряды и танцы допоздна. Она любила мужчин, а мужчины любили её. Валька никогда не была замужем, что не помешало ей вырастить дочь. А вот карьера не удалась: последние 20 лет соседка проработала продавщицей в киоске неподалёку, который каким-то чудом дожил до наших дней и не закрылся.

Жила Валька одна, и Надежда Степановна любила зайти к ней в гости: посидеть, выпить чаю или чего покрепче, поболтать, посплетничать. Именно к веселой соседке она всегда обращалась, если нужен был совет по поводу мужчин. И хотя личная жизнь у Надежды Степановны была скудной – всю энергию съедала работа – сейчас ей действительно был нужен совет опытной в амурных делах женщины.

– Всё, это началось, – объявила Надежда Степановна прямо с порога.

– Что началось? – удивилась Валька. – Война? Эпидемия? Нашествие жуков-мутантов?

– Началось, – повторила Надежда Степановна. – Всё как у тебя. Как ты и предупреждала.

– Да что случилось-то?

Надежда Степановна прошагала на кухню, по-хозяйски достала из шкафа Вальки бутылку дешевого вина и открыла штопором.

– Понятно, – вздохнула Валька. – Случилось страшное. Ну, наливай тогда, не стесняйся.

Они выпили по бокалу, а затем Надежда Степановна заговорила:

– Никита. Он меня хочет.

– В смысле хочет? – удивилась Валька. – Как женщину?

– Да. Раньше он только на ноги мои пялился, да в сиськи заглядывал. А теперь...

– Что теперь?

– Вот, смотри.

Надежда Степановна достала смартфон. Она открыла программу и показала рассказ.

– Видишь, какие у него фантазии пошли? – Надежда Степановна кивнула на экран. – Опубликовал рассказ под названием «Как я трахнул свою тёщу».

– Откуда у тебя это? – удивилась Валька. – Он с твоего телефона, что ли, публиковался?

– Да нет, конечно, – отмахнулась Надежда Степановна. – Это я слежку на его комп установила. Ну, чтобы проверить, чем он там занимается. Есть программа, которая через каждые полминуты скриншот экрана делает, и мне отправляет. Понятно?

– За родным зятем шпионишь?

– А что делать? Жизнь такая, – пожала плечами Надежда Степановна. – Зятя нужно держать в узде, чтоб не распоясался.

– Но он всё равно распоясался.

– Как видишь. Нет, ну ты только почитай, что он там пишет!

– Не хочу, – Валька лениво отпила из бокала. – Лучше скажи в двух словах.

– Он пишет... – Надежда Степановна отпила полбокала зараз, поморщилась, и продолжила –. ..пишет, что проснулся утром, а теща ему член сосёт. А потом влезла ему на член, и как давай прыгать! Вначале он кончил, а потом и я. То есть, она. В общем, мы все кончили.

Валька покосилась на экран. Затем сказала:

– Может, это и не о тебе. Смотри, тут даже имён нету.

– Ну да, вот только совпадений столько, что и имен не нужно. И жена у него медсестрой работает по сменам, и теща требует пятно на балконе закрасить.

Вальке стало любопытно. Теперь она взяла смартфон и прочитала небольшой рассказ.

– Да, это точно о тебе, – заключила она. – Ну что ж, значит, повезло.

– Повезло? – Надежда Степановна выглядела возмущенной.

– А почему нет? Дай ему разок, – пожала плечами Валька. – Он же симпатичный парень. Высокий, крепкий. Милая мордашка. Член наверняка большой.

– Ты сдурела? Он мой зять! Муж моей дочери!

– Рано или поздно секс с зятем со всеми случается, – философски заметила Валька.

– Ну ты всех-то под свою гребёнку не греби, – буркнула Надежда Степановна и выпила снова. – Я уверена, что в других семьях такого не бывает.

– А я уверена, что если мужчина и женщина живут на одной жилплощади, то между ними рано или поздно случается секс.

– У меня ничего такого не случится, – заявила Надежда Степановна. – Я не хочу закончить, как ты.

– Я просто была неосторожна, – сказала Валька. – Мы с Егором трахались слишком часто, вот Катька нас и застукала, когда с работы пришла. Или с магазина? – Валька задумалась, вспоминая. Затем признала: – Хотя нет, Катька никуда не ходила. Просто спала у себя в комнате, а потом проснулась. В общем, мы просто осторожность потеряли. А если бы не...

– Слышала я это уже сто раз, – прервала Надежда Степановна. – А итог всей этой истории в том, что теперь у твоей Катьки нет мужа, а у тебя нет дочери. Потому что она с тобой уже два года не разговаривает.

– А тебя это явно беспокоит, – заметила Валька.

– Что? – не поняла Надежда Степановна.

– Будет ли с тобой дочь твоя разговаривать. Значит, ты уже обдумываешь варианты, просчитываешь последствия, верно? Размышляешь, не отсосать ли с утреца своему зятю, как в этом его рассказике...

– Ни о чем таком я не размышляю! – Надежда Степановна покраснела. – Я просто говорю, что у всяких решений есть последствия.

– Да, у меня наступили последствия, – признала Валька. – Но я была неосторожна. Если бы ты с Никитой всего лишь один разок...

– Валька!

– Один-единственный раз, тайно, пока никто не видит...

– Всё, я не хочу этого больше слушать! – Надежда Степановна выставила ладонь, будто защищаясь.

– Очень зря, – сказала Валька. – Посмотри на себя, ты постоянно на взводе! Только работаешь, а мужика сто лет не было. И это при том, что у тебя дома живет молодой красивый парень, который на тебя запал!

– Это не просто какой-то молодой парень! Это муж моей дочери! Мой зять!

– И что?

– Как это «и что»? Если дочь моя узнает, она меня возненавидит!

– Как она узнает? Разве ты ей расскажешь?

– Я? Нет.

– А Никита расскажет? Какой муж рассказывает собственной жене об измене с её мамашей?

Надежда Степановна несколько секунд смотрела на подругу. Затем ещё раз налила и выпила. Затем сказала:

– Ты права. Знаешь, на самом деле мне очень нравится Никита. Я имею в виду... Он, конечно, лоботряс, но симпатичный. И однажды я видела его член. Он не закрылся в душе, и я заглянула.

Надежда Степановна помолчала немного, будто что-то вспоминая. А затем продолжила.

– И я иногда представляю его, когда сама моюсь в душе. Когда направляю струю себе в... Ну, ты понимаешь, – она слегка покраснела.

– Понимаю, – кивнула Валька. – Понимаю, что струя из душа теперь заменила тебе мужика. Это самая настоящая беда. Реши эту проблему срочно! Срочно оседлай его член, пока у тебя крыша от недотраха не съехала.

– Ты в своём уме? – возмутилась Надежда Степановна. – Как я это сделаю? Что я ему скажу? Просто подойду и схвачу за член? А вдруг он меня отвергнет! Как глупо я буду тогда выглядеть! А вдруг он расскажет всё моей дочери! А вдруг...

– Ничего такого не случится, – перебила Валька. – Если боишься сказать прямо, сделай так, как в его рассказе.

– Как это?

– Приди к нему утром, найди под одеялом стояк и начинай сосать, пока он ещё спит. Такова ведь была его фантазия, верно?

– Что, так прям в наглую? – опешила Надежда Степановна, не донеся бокал до рта.

– Ну да, а чё? У него так-то не будет шансов ни свинтить, ни отказаться. Когда член уже во рту, то всё, ничего уже не поделаешь. Считай, и возмущаться поздно, и перед женой уже дискредитирован...

Надежда Степановна смотрела на подругу долго, широко раскрытыми глазами. Затем она допила вино из бокала, резко встала и ушла.

– Ты куда? – удивилась Валька.

– Домой.

– Расскажешь, как всё прошло?

– Отстань, я ещё не решила.

– Не ври, всё ты уже решила, – ухмыльнулась Валька. – Даже если ещё сама об этом не знаешь.

Надежда Степановна ничего не ответила. Она вышла из одной квартиры и тут же вошла в другую – в свою.

Услышав звук в коридоре, из своей комнаты выглянул Никита.

– Уже вернулись? – спросил он с заискивающей улыбкой.

– Нет, блин, у Вальки ещё сижу, – буркнула Надежда Степановна.

Улыбка Никиты померкла.

– Да я ж просто так спросил...

– Вот именно, спрашиваешь всякую чепуху. Ты пятно закрасил на балконе?

– Ну, это не так быстро делается... – стал мямлить Никита.

– Ну так займись уже делом, наконец!

С очевидным раздражением Надежда Степановна удалилась в свою комнату. А Никита про себя отметил, что у его тещи, скорее всего, на работе намечается важное мероприятие. Потому что Надежда Степановна всегда свирепствовала больше обычного, когда нервничала и к чему-то готовилась.