Наталья сидела во дворе отеля и чувствовала, как от вечернего тепла и вина внутри всё медленно расползается. Юрий рядом, его рука привычно лежала на её бедре, и это должно было успокаивать. Но когда к их столу подсела Светлана с этими невозможными, тугими силиконовыми сиськами и острым, чуть насмешливым взглядом, внутри что-то дрогнуло. Не просто любопытство. Что-то более тёмное, голодное.

Светлана говорила легко, почти игриво, но Наталья ловила каждое слово так, будто оно касалось её кожи.

— Хочешь потрогать? — Светлана взяла её ладонь и положила себе на грудь. Сиськи были жёсткие, чужие, чуждые. Наталья почувствовала, как пальцы сами слегка сжимают, и внутри поднялась волна стыда, смешанного с острым возбуждением. Юрий смотрел. Виталий молчал, но его глаза не отпускали. Наталья отдёрнула руку, рассмеялась слишком громко, и сердце колотилось так, будто она уже сделала что-то запретное.

Они пили. Разговоры становились всё более грязными. Светлана рассказывала о том, как её ебут сразу в две дырки, как сперма течёт по подбородку, и Наталья слушала, чувствуя, как между ног становится мокро. Она смотрела на Юрия — он ухмылялся, но в глазах было что-то напряжённое. Она любила его. Любила по-настоящему. И именно поэтому страх смешивался с желанием так остро, что хотелось одновременно убежать и остаться.

Когда Виталий ушёл спать, Светлана предложила убрать посуду. Наталья согласилась, хотя ноги уже слегка дрожали. В коридоре, у двери их номера, Светлана вдруг толкнула её. Тарелки грохнулись. Дверь захлопнулась. И Светлана поцеловала её — жадно, глубоко, без всякой нежности. Только голод.

Наталья оттолкнула бы. Должна была. Но тело предало. Когда чужая рука скользнула под юбку и пальцы нащупали уже мокрую пизду, из горла вырвался тихий, почти жалобный стон.

— Ты... что ты делаешь... — прошептала она, но голос дрожал не от протеста.

Светлана затолкала её на кровать, стянула трусы, раздвинула ноги. И начала лизать. Грязно, широко, всасывая. Наталья выгнулась, схватилась за простыню. В голове мелькало: «Юра... он сейчас придёт... он увидит...» Но язык Светланы работал так умело, что мысли рассыпались. Стыд горел щёками, а пизда пульсировала, требуя ещё. Когда пальцы вошли внутрь, Наталья уже не сдерживалась — кончила с протяжным, сорванным криком, сжимая бёдра вокруг чужой головы. Слёзы выступили на глазах. Не от боли. От того, как сильно она этого хотела.

Юрий услышал стоны ещё в коридоре. Его шаг замедлился. Сердце стучало тяжело. Он открыл дверь и остановился.

Жена. Его Наталья. С раскинутыми ногами, с чужой женщиной между бёдер. Светлана лизала её пизду так, будто это было самое важное дело в мире. Наталья увидела мужа — и не закрылась. Наоборот. Глаза её были влажными, губы приоткрыты.

— Юр... — только и смогла выдохнуть она. В этом одном слове было всё: вина, страх, мольба и дикое возбуждение.

Юрий молча разделся. Хуй стоял так жёстко, что болело. Он подошёл. Наталья потянулась к нему ртом, взяла глубоко, слюняво, почти отчаянно. Будто через этот минет пыталась извиниться и одновременно умолять не останавливать.

Светлана не отстранилась. Юрий обошёл кровать, схватил её за бёдра и вошёл сразу до конца. Светлана всхлипнула прямо в Натальину пизду. Юрий ебал её жёстко, глядя на жену. Наталья смотрела в ответ — и сосала его хуй, пока он трахал другую. Внутри у Юрия всё кипело: ревность, ярость, дикая похоть. Он хотел наказать. Хотел видеть, как Наталья ломается от удовольствия. Хотел, чтобы она поняла, что теперь всё будет иначе.

— Трахни её... — стонала Наталья, отрываясь от его хуя. — Еби эту блядь... я хочу видеть...

Когда вошёл Виталий, в комнате уже пахло сексом и потом. Он остановился на пороге. Увидел свою женщину раком, чужого мужика, ебущего её, и Наталью с хуем во рту. На секунду в глазах мелькнуло что-то холодное. Потом он разделся.

Виталий подошёл к Наталье, раздвинул ей ноги и вошёл. Медленно, глубоко. Наталья всхлипнула — теперь её ебали двое. Юрий в рот, Виталий в пизду. Светлана села ей на лицо. Наталья лизала чужую мокрую дырку, чувствуя, как внутри всё сжимается от стыда и наслаждения одновременно. Она любила Юрия. Она никогда не думала, что будет так — с открытыми глазами, с чужим хуем внутри, пока муж смотрит. Но тело дрожало, кончало, просило ещё.

Они менялись. Наталья села на Юрия сверху. Виталий встал сзади, сплёвывал на её анус, растирал. Наталья чувствовала, как пальцы раздвигают тугое кольцо, и внутри поднималась паника, смешанная с острым желанием.

— Хочешь, чтобы я тебя в жопу выебал? — тихо спросил Виталий ей на ухо. Голос был ровный, почти ласковый. — Пока ты на хуе своего мужа.

Наталья кивнула. Слёзы снова выступили. Она хотела. Хотела почувствовать себя полностью раскрытой, использованной, принадлежащей всем сразу.

Головка вошла с трудом. Жжение. Наталья закусила губу, но не остановилась — продолжала двигаться на Юрии. Виталий проталкивал глубже, сантиметр за сантиметром, пока не вошёл полностью. Наталья застонала низко, протяжно. Два хуя внутри. Пизда и жопа. Она чувствовала каждого из них отдельно — толстый, родной хуй Юрия и длинный, жёсткий хуй Виталия. Слёзы текли по щекам. Не от боли. От того, как сильно она чувствовала себя живой.

— Смотри на меня, — сказал Юрий снизу, держа её за бёдра. — Смотри, пока тебя ебут в две дырки.

Наталья смотрела. В глазах Юрия была не только похоть. Там было что-то глубокое, почти нежное и одновременно жёсткое. Он видел её полностью — сломанную, открытую, кончающую на чужом хуе. И не отворачивался.

Виталий ебал жопу всё жёстче. Каждый толчок заставлял Наталью сильнее насаживаться на Юрия. Она кончала — долго, с криком, с дрожью во всём теле. Пизда сжималась, анус пульсировал. Юрий кончил внутрь, заливая её. Виталий продолжал, пока сам не кончил глубоко в её жопу.

Он вытащил. Из растянутого ануса потекла сперма. Светлана сразу наклонилась и начала вылизывать — медленно, тщательно, собирая языком. Наталья лежала, глядя в потолок, и чувствовала, как внутри всё ещё сокращается. Стыд возвращался волнами. Но сильнее был голод.

Они не остановились. Юрий снова взял Светлану. Виталий снова вошёл в уже растраханную жопу Натальи — теперь лицом к лицу, глядя ей в глаза. Наталья обхватила его ногами, притягивая ближе.

— Жёстче... — прошептала она. — Мне нужно жёстче...

Виталий ебал без жалости. Наталья плакала и кончала одновременно. Юрий смотрел. Светлана гладила её волосы, шептала грязные слова прямо в ухо. В какой-то момент Наталья поймала взгляд мужа и не смогла отвести глаз. В этом взгляде было всё: «Я вижу тебя. Я принимаю. И я тоже хочу этого».

Под конец они все лежали вперемешку. Наталья чувствовала, как из пизды и жопы вытекает сперма двух мужчин. Тело ныло. Душа тоже. Но внутри было странное, тяжёлое спокойствие. Словно что-то важное сломалось — и оказалось, что под этим слоем было что-то более настоящее.

Светлана лениво провела пальцем по Натальиному клитору.

— Завтра вечером опять? — тихо спросила она.

Наталья посмотрела на Юрия. Он молчал несколько секунд. Потом кивнул. И в этом кивке было больше, чем в любых словах.

Наталья закрыла глаза. Сердце всё ещё колотилось. Она любила своего мужа. И теперь знала, что эта любовь только что стала другой — более тёмной, более голодной, более честной. И она уже не хотела возвращаться назад.