— Иди сюда...

Андрей уверенно отбросил мои руки, которые я выставила вперёд в жалкой попытке остановить его. Ладони, горячие и жёсткие, сразу нырнули под подол красного платья и жадно сжали мою задницу. Пальцы впились так, что я невольно выгнулась.

Господи, как же я ненавижу этого говнюка!

Ненавижу и обожаю. Ненавижу его наглую уверенность, его вечную алкогольную ухмылку, его привычку трахать всё, что шевелится. И всё равно каждый раз, когда он меня касается, мозг просто отключается.

— В следующий раз надевай чулки, — прорычал он мне в ухо, резко разведя мои ягодицы в стороны. Тонкие колготки «Омсо» 20 ден жалобно затрещали под жёсткими пальцами.

— Андрей, ты с ума сошёл! Это женский туалет! Выйди немедленно! — попыталась я сказать строго, но голос предательски дрогнул.

Он только хмыкнул. Ногой распахнул дверь ближайшей кабинки и грубо затолкнул меня внутрь. Дверь захлопнулась, щёлкнул замок. В тесной кабинке сразу стало душно. Запах дорогого мужского парфюма смешался с ароматом клубничного освежителя воздуха и лёгкой ноткой мочи — типичное амбрэ ночного клуба «Кристалл».

— Хочу тебя, сучка, — выдохнул он, прижимаясь ко мне всем телом. Я почувствовала, как его твёрдый член упирается в бедро сквозь брюки.

Господи, когда это наконец закончится? Раз пять я клялась себе, что порву с этим алкашом, наркоманом и бабником. Каждый раз после очередного запоя я собирала волю в кулак, писала гневные сообщения и удаляла его из контактов. А потом он появлялся — пьяный, наглый, красивый — и я снова раздвигала ноги. Потому что когда Андрей хотел, сопротивляться было бесполезно.

Все мои подруги (которых он, кстати, всех почти перетрахал) называли его конченым. «У него одно достоинство — и то между ног». И они были правы. Единственное, в чём Андрей действительно был хорош — это секс. По его словам, длина его «нефритового стержня» ровно 22, 5 сантиметра. Я никогда не брала линейку, но на ощупь и по ощущениям — не врёт. К тому же он мастерски умел пользоваться этим инструментом так, что девушки после него ходили враскоряку и с блаженными улыбками.

Я понимала, насколько тупо встречаться с парнем только из-за большого члена. Понимала — и всё равно не могла остановиться. Когда твоя подруга по секрету рассказывает, что у Васи или Пети «вот такой вот», первая мысль у нормальной девушки — «ну надо же». А у меня? «Хочу попробовать»! И если парень ещё и симпатичный — всё, прописка в моих фантазиях ему оформлена. Выписаться можно только после того, как удовлетворишь любопытство... или пока не надоест.

— Андрей... ах... — выдохнула я, послушно упираясь ладонями в холодную стенку кабинки. Перед глазами маячил белый унитаз с синим ободком — совсем не романтичная картина. Но мне уже было всё равно.

Горячие руки Андрея оставляли затяжки на колготках, медленно скользили по бёдрам, задирали платье выше. Он прикусил мочку моего уха, затем прошёлся губами по шее, оставляя влажный след. Каждый поцелуй отзывался электрическим разрядом между ног.

— Моя девочка... — прошептал он хрипло. — Как же я соскучился по твоей пизде.

Андрей словно выучил наизусть все мои эрогенные зоны. Он знал, где провести ногтем, где прикусить, где просто прижаться горячим дыханием. Он словно с отличием закончил курсы "Узнай все эрогенные зоны Яны". Я дрожала, стонала и уже чувствовала, как трусики промокли насквозь. Я хотела только одного — чтобы он вошёл в меня. Прямо здесь, в вонючей кабинке ночного клуба, пока за дверью гремит музыка и смеются пьяные девчонки.

— Ниже, — скомандовал он, тяжёлой ладонью надавив мне на поясницу.

Я прогнулась, как кошка. Платье задралось до талии. Андрей одним резким движением стянул мои трусики вниз вместе с колготками. Я услышала характерный треск — ещё одни капронки в расход. Бля, они сейчас стоят как половина стипендии...

— Ахххх... — протяжно выдохнула я, когда почувствовала, как толстая головка члена раздвигает мои губы.

Он входил медленно, очень медленно, как я любила. Сантиметр за сантиметром, растягивая меня, заполняя до предела. Горячий, массивный, пульсирующий. Когда он вошёл полностью, я почувствовала, как его яйца прижались к моей промежности. Полное, глубокое проникновение. Я чуть не потеряла сознание от удовольствия.

— Да... Ты моя... Моя сучка, — простонал Андрей, вцепившись пальцами в мои бёдра.

Он начал сразу трахать меня. Мощно и глубоко. Каждый толчок сопровождался влажным чавканьем и шлепками. Кабинка была такой тесной, что мне приходилось упираться лбом в стену. Андрей одной рукой держал меня за волосы, другой мял грудь, выкручивая набухшие соски через ткань платья.

Я стонала уже в голос, не заботясь о том, услышат ли нас. Пусть слышат. Пусть все знают, что я снова даю своему любовнику.

Он внезапно вышел из меня. Я жалобно всхлипнула от пустоты.

— Повернись, — приказал он.

Я послушно развернулась лицом к нему. Андрей подхватил меня под ягодицы, приподнял и насадил на себя. Мои ноги обвили его талию. Теперь я буквально сидела на его члене, прижатая спиной к холодной стенке кабинки. Он начал долбить меня снизу вверх, ещё глубже, ещё жёстче.

— Смотри на меня. Смотри сука...

Я открыла глаза. Его лицо было совсем близко: расширенные зрачки, приоткрытый рот, капли пота на лбу. Красивый, ненасытный ублюдок.

Я кончила первой — резко, ярко, с протяжным стоном, который, наверное, услышали даже у барной стойки. Тело свело сладкой судорогой, киска сильно сжалась вокруг его члена. Андрей зарычал, ускорился и через несколько мощных толчков тоже кончил, заливая меня горячим семенем глубоко внутри.

Несколько секунд мы просто стояли, тяжело дыша. Его член всё ещё пульсировал во мне. По внутренней стороне моего бедра медленно стекала густая смесь наших соков.

— Бля... — выдохнула я, когда он наконец поставил меня на ноги. Коленки дрожали. — Ты порвал мне колготки. Опять.

Андрей ухмыльнулся своей фирменной наглой улыбкой и поцеловал меня в губы — нежно, страстно.

— Куплю новые.Завтра. А сейчас пошли выпьем.

Он поправил мне платье, словно заботливый парень, а не тот, кто только что оттрахал меня в туалете как последнюю шлюху. Я посмотрела на себя в маленькое зеркальце над унитазом: растрёпанные волосы, размазанная помада, счастливые глаза.

Я снова ненавидела себя за то, что не могу ему отказать.

Но, чёрт возьми, как же это было охуенно.

Мы вышли из кабинки. Две девчонки у раковин многозначительно переглянулись и захихикали. Пусть завидуют.

Андрей обнял меня за талию и повёл обратно в зал, где гремела музыка и ждала новая порция алкоголя.

А я уже знала: сегодня это не последний раз. Перед закрытием клуба он наверняка потащит меня ещё куда-нибудь — в машину, в тёмный уголок, или прямо на заднее сиденье такси. И я опять не откажу ему. Потому что я умею быть и умной и расчётливой, но когда дело касается Андрея, я мокрая и послушная сучка.

И пока что это меня совершенно устраивает.