— Моя дорогая любовь! Иди сюда! — Александра бросается ко мне и крепко обнимает меня, покрывая мои щеки, подбородок и лоб десятками поцелуев.

Тридцатилетняя Александра, она работает в бухгалтерии, так же как и я в одной из крупных строительных компаний Санкт-Петербурга. Мы знакомы меньше года по работе, но она быстро стала моей лучшей подругой. У нас с ней была приятная дружеская симпатия, мы проводили время, встречались, переписывались, дарили друг другу маленькие подарки. Я, выросшая в консервативной среде, была удивлена, что позволила себя унести этим торнадо Александры в очень тактильной, плотской дружбе, где мы никогда не перестаём держаться за руки, обниматься и целовать друг друга. Мы спим в одной кровати, как минимум раз в неделю и даём себе много милых прозвищ. И всё же, несмотря на шёпот сослуживцев в офисе, между нами нет никакой неоднозначности: «Мы с ней на 100% гетеросексуалки. Мы любим друг друга в огромной дружбе, вот и всё».

— Давай Леночка, любовь моя! Я забираю тебя на выходные! — говорит Александра мне, совершенно удивляя меня.

Сегодня пятница, конец дня, и она заходит за мной в мой кабинет в офисе, когда я собираюсь домой. Меня это удивляет, ведь я подумала, что у неё планы на выходные со знакомым мужчиной.

— Да, но этот подонок только что бросил меня, — причём по смс! Так что мы с тобой воспользуемся моим забронированным номером и устроим себе отличный «Уикенд», в отеле на берегу Финского залива... Давай, пошли на служебную стоянка к моей машине.

Я возразила, сказал, что у меня есть дела и у меня нет купальника, но Александра не хотела ничего слышать: «Я одолжу тебе свой! Поверь, я взяла достаточно одежды на двоих!».

Александра хлопает меня по ягодицам, чтобы я двигалась вперёд, и я с достоинством кланяюсь её энтузиазму...

В машине я пытаюсь заставить её рассказать о расставании с её «Бойфрендом», который последние три месяца трахал её, чтобы понять, как она это воспримет, но быстро понимаю, что она не хочет жалеть себя:

— Он всё равно был не в моём вкусе, да и член у него довольно маленький. И, к счастью, мы расстались: это заставляет меня понять, что он совсем не тот человек для меня.

Я крепко сжимаю её руку в своей, и Александра крепко целует меня в шею, и это чуть не заставляет машину съехать с дороги. Мы смеёмся, как дети. И она права: он был придурком, этот мужчина. Он никогда не мог меня терпеть, и я даже не знаю почему...

Оказавшись в гостиничном номере отеля, наступает время примерки одежды. У нас с ней примерно одинаковые размеры, но совсем не одинаковый стиль. Ей всегда нравилось заводить парней и показывать свою фигуру, а я всегда стеснялась своего тела и ношу одежду, которая это скрывает и делает меня невидимой. Достаточно сказать, что очень маленький супер сексуальный флуоресцентно-оранжевый бикини, который Александра мне даёт, вообще невозможен.

— Ленка, ты — Секс-бомба! Возможно, пришло время тебе это осознать, думаю. У тебя размер модели, лицо ангела и тело демона, красивые ноги, красивая грудь и красивая маленькая попка…

— Любая женщина отдала бы всё, чтобы быть похожей на тебя. Так что, пожалуйста, хоть раз в жизни расслабься и немного наслаждайся жизнью, хорошо?

Поскольку у меня нет купальника, и я не собираюсь отказываться от купания, я с неохотой соглашаюсь. Я надеваю бикини, который создан так, чтобы максимально подчеркнуть ягодицы и декольте. Я никогда не носила что-то настолько неприличное, я обычно ношу только цельные купальники, и даже тогда краснею от смущения.

Это катастрофа: «Отражение зеркала, — это настоящая красивая женщина, без ума от своего тела и фигуры. Однако, когда я об этом думаю, должна признать, что чувствую себя менее уродливой, чем обычно, и вдруг всё, что обычно казалось мне неловким в теле, кажется мне вполне приемлемым. Даже соблазнительным…

Александра появляется позади меня и будит меня, от задумчивости. Она носит белое бикини, ещё сексуальнее моего, и обнимает меня сзади, покрывая поцелуями щеки, шею, плечи, а в спешке случайно хватает мои груди.

— Ленусик! Моя любовь! Ты красивая! Я знала, что ты будешь выглядеть потрясающе в этом наряде... Я бы это съела! — сказала она, положив руку мне на ягодицы.

— Кто знает, может, это выходные открытий и перемен, для нас с тобой подруга?

Мы оказываемся в бассейне отеля, в воде. Чтобы этого добиться, мне приходилось смотреть в глаза других посетителей бассейна, — особенно мужчин, — но рядом, со мной Александра не переставала меня учить, чтобы я перестала прятаться в углах бассейна:

— Встань прямо Ленка... Выгни спину... Ходи аккуратнее... Улыбнись... Мир принадлежит тебе, хорошо? Веди себя согласно этому…

Её советы помогают мне, и когда мы оказываемся в термальной воде джакузи, я чувствую, что сделала большой прогресс и чувствую себя менее застенчивой. Какое-то время, я почти чувствовала себя желанной…

— Я так горжусь тобой, моя любовь! — сказала Александра, прижимая меня к себе.

Поскольку у нас не хватает места для каждого в чаше джакузи, мы прижимаемся друг к другу. Ощущение, как струи воды под напором массируют моё тело, приносит мне огромную пользу: «Я никогда не думала, что можно так сильно расслаблять свои мышцы».

Александра, должно быть, чувствует это, потому что соединяет руки с пузырьками и делает мне массаж. Моя подруга ухаживает за моими плечами, лопатками, впадиной на спине, прежде чем снова подняться. Это удивительно приятно: «Она знает, как это делать, я люблю чувствовать влияние её рук на себе, настолько, что я погружаюсь в полу сонливость после её ласк».

Но Александра не останавливается: «Расширяет ласки и теперь массирует мои ягодицы обеими руками. Я не могу отрицать, что это очень приятно, даже если ощущение, как она ласкает эту часть моего тела, заставляет меня краснеть. Не желая, чтобы она остановилась, я закрываю глаза и делаю вид, что не против этого. И стараюсь не обращать слишком много внимания на чувственное тепло её рук, которое постепенно опускаются между моих ног».

Александра заходит всё дальше и дальше, её жесты становятся всё более интимными, и вдруг она поворачивает меня, и я чувствую, как она обхватывает мои груди обеими руками, через верхнюю часть моего маленького бикини. Она хватает их, ласкает, затем позволяет пальцам вращать кончики сосков, которые, наслаждаясь этим вниманием, встают и твердеют в возбуждении.

Я выдохнула с удовольствием: «Мм...м, Александра... Это внезапно прерывает моё задумчивое состояние.

Что происходит? Что она со мной делает и почему я принимаю её ласки? Я встаю и злобно смотрю на неё:

— Эй подруга! Скажи мне! Ты немного увлеклась, дорогая! Я не лесбиянка, напоминаю тебе!

Александра начинает смеяться, будто я сказала что-то неприличное: «Не волнуйся, моя любовь! В этом нет ничего сексуального, обещаю... Просто немного нежности между подругами, вот и всё. Давай, если тебя это беспокоит, я остановлюсь!».

Чтобы загладить вину, Александра дарит мне серию нежных поцелуев в затылок... Мои соски возвращаются в обычное состояние, но их лишают ласк, и я, раздражённая...

Чуть позже мы оказались в зоне «Турецкой бани». В ней много пара, который создаёт плохую видимость в помещении. Я смотрю на влюблённую парочку с завистью: только что массаж напомнил моему телу, насколько оно было отлучено, от объятий за последние месяцы…

Мы садимся в другой угол с Александрой, и сразу она начинает подражать паре сидящей на другой стороне, особенно отвратительному старику, который целует маленькую девочку, выкручивая язык, как пиявку, прежде чем поцеловать её.

Моя подруга делает то же самое со мной: «Это смешно, но я сдерживаю смех, потому что боюсь, что старик заметит и обидится. Но это не останавливает Александру, которая широко открывает глаза и метится языком в мою сторону, затем начинает лизать мой рот, подбородок, щёки и половину лица». Я умираю от смеха, когда она заставляет моё лицо покрываться слюной — старик вообще ничего не замечает.

Александра продолжает целовать даже тогда, когда я перестала смеяться, оставляя десятки поцелуев на моём лице, но постепенно всё больше и больше на губах. Она обнимает меня, прямо у стены «Турецкой бани», её почти голое тело прижато к моему. Думаю, я слишком ошеломлёна, чтобы реагировать...

С этого момента нет ничего пародического: Александра дарит мне настоящие поцелуи в губы, всё более чувственные, даже пытается открыть мои губы языком. Я чувствую жар прежнего возбуждения, который снова начинает меня захватывать.

— Хватит, — говорю я ей, не слишком громко.

Александра смеётся. «Если ты оттолкнёшь меня Ленка, я остановлюсь!

Я не отталкиваю её. Хуже того: «Побеждённая, я раздвигаю закрытые губы, и моя подруга пользуется моментом, чтобы проникнуть в мой рот своим языком».

Это слишком: «Я полностью отдаюсь этому безумному поцелую, позволяю губам скользить по её, прихожу, чтобы прижать язык к её языку». Александра держит меня близко к себе, притягивает к себе. Теперь её руки ласкают всё моё тело, не скрывая этого: «Поясницу, спину, плечи и особенно ягодицы, которые она массирует ладонью».

Сердце бешено колотится...

Мой мозг отключается...

Меня возмущает то, что она со мной делает...

Мне это очень нравится...

Она должна остановиться.

Я хочу, чтобы всё шло дальше.

Озадаченная, я наконец освобождаюсь из её объятий: «Все смотрят на нас…

Александра ухмыляется, будто я только что сказала что-то неприличное: «Нет, дорогая подруга, они слишком заняты, чтобы смотреть на нас».

Она возвращается, чтобы напасть на меня, и я не понимаю, почему не прерываю эти лесбийские объятия, единственный ответ, который приходит глубоко внутри — это то, что мне это нравится, что я хочу этого…

Александра прижимает меня к стене и прижимает свой таз к моему, начиная качаться взад-вперёд и вбок, перекатывает меня, мы трёмся друг о друга, тревожим друг друга. Это влияет на меня: «Всё моё тело горит! Моё влагалище в смятении, открыто и мокрое от выделяемых им соков, наши груди сталкиваются, трутся, дразнят друг друга! Наши рты пожирают друг друга».

Я беру ягодицы своей подруги в руки, чтобы укрепить наш восхитительный контакт. Мне всё равно, увидит ли нас кто-то, мне всё равно, если нас осуждают, мне всё равно на мою банально гетеросексуальную ориентацию: «Это то, что я хочу сейчас. Я оставляю стыд в стороне и позволяю удовольствию подняться, что откладывает все вопросы на потом».

Соединение наших тел усиливается, ускоряется. Жар в нижней части живота превращается в бомбу замедленного действия, удовольствие растёт, растёт, растёт.

Потом наступает ударная волна, которая проходит сквозь меня и сбивает с ног.

Мне приходится кусать губу, пока не начнут кровоточить, чтобы не закричать, от удовольствия. Я открываю глаза и вижу, что Александра испытывает оргазм одновременно со мной: «Мы смотрим друг на друга, наши губы в букве «О», глаза пьяные, щеки румяные, дыхание хриплое!».

Постепенно, когда волна удовольствия уходит, стыд возвращается. Я вновь осознаю, что нахожусь в «Турецкой бане», на публике, и что я только что... Занималась сексом с моей лучшей подругой. Мне так стыдно, что я хочу исчезнуть.

Я, не осознавала, что мы только что сделали... Это полная чепуха…

Александра берёт моё лицо в ладони и говорит: «Ты и я, мы только что занимались сексом... Для тебя Леночка нормально расстраиваться. Я тоже никогда ничего не делал с женщинами. Наверное, я была первой из нас двоих, кто понял, что между нами, нравится нам это или нет, — это гораздо больше, чем дружба!».

Я хочу возразить, подчеркнуть свои годы гетеросексуальности или возразить, что то, что я к ней чувствую — это всего лишь дружба, но вместо этого, я целую её ещё раз и слышу, как говорю ей:

— Ты отведёшь меня в наш номер?

Мы быстро покидаем «Турецкую баню». Кстати, я присматриваю за своей подругой так, как никогда раньше. У неё красивая маленькая попка. Я хочу её. Я надеюсь, что мы с ней в номере будем делать друг другу всякие очень непослушные вещи…

По крайней мере, так думает самая смелая часть меня. Остальные боятся такой дерзости и почти не имеют шансов совершить серьёзную ошибку. Долгий поцелуй, который мы обмениваемся в душе, немного успокаивает мои тревоги, но не полностью.

Мы встречаемся в комнате нашего номера и не теряем времени, снимая халаты. Мы оказываемся в объятиях друг друга, в купальниках, поедаем друг другу лица.

Её руки повсюду на моём теле, мои на её. Что касается наших глаз, они прикованы друг к другу, чтобы не потерять ни лики удовольствия, которое мы приносим друг в другу.

Очень быстро мы снимаем купальники и оказываемся на простынях, голые, прижимаясь друг к другу.

Вот и всё: «Я в постели со своей лучшей подругой. Я, которая сегодня утром считала себя полностью гетеросексуалкой, всё ещё ласкаю руками Александру, лаская её бёдра, ягодицы и поясницу, пока моя подруга нападает на мою грудь.

Она облизывает мои груди одну за другой, сосёт кончики сосков, вызывает новые ощущения во мне. На этот раз сдержанность, которую мы испытывали в бане, закончилась: я могу без смущения выразить то, что она вызывает, вздохами, стонами, стонами — пока нет слов, я ещё не готова к этому…

Подруга пользуется тем, что я полностью сосредоточена на том, что она делает с моей грудью, чтобы застать меня врасплох: «Александра вводит один палец, затем два в мой «Детородный орган». Я обнаружила, что моё влагалище промокшее, чем когда-либо.

Его контакт меня пугает: «На этот раз невозможно притвориться, что это невинная ошибка. Мы действительно занимаемся Лесбийской любовью!».

Кончики её пальцев исследуют мои половые губы, скользят вверх и вниз, затем поднимаются к клитору, который она нежно берёт между двумя пальцами и мастурбирует нежными и точными движениями…

— Алекс... Прошептала я.

Она заставляет меня чувствовать себя хорошо, она заставляет меня кончить... Не останавливаясь, чтобы погладить меня, моя подруга подносит губы к моему уху и шепчет:

— Это то, что тебе нужно было, чтобы раскрыть свои желания, — это просто быть с кем-то, кто проявляет инициативу... Кто-то, кто полностью контролирует тебя…

Она ртом касается моей пуговицы любви, чтобы я заплакала. Она продолжает так какое-то время отрываться, а я поддаюсь этому виновному удовольствию, забывая обо всём, включая самые базовые правила вежливости.

Я наконец пришла в себя, осознав, что Александра тоже имеет право на своё удовольствие. Робко я скольжу рукой между её бёдрами и нахожу влажное влагалище, которое с пышной радостью встречает мои пальцы.

— А...а! стонет Александра, когда я неловко начинаю трогать её «Детородный орган».

Теперь мы мастурбируем друг с другом, и если я пережила новую фазу смущения, всё прошло, и я могу снова есть это глазами, пока мы доставляем друг другу сексуальное удовольствие.

Это великолепно, что мы делаем с собой. Александра и я очень долго ласкаем друг друга, учимся доводить друг друга до оргазма, совершенствуемся в тонком искусстве объятий между женщинами. Когда мы чувствуем, что новая волна вот-вот унесёт нас, мы соединяем губы и языки и вместе качаемся в общем, прекрасном оргазме.

Я перевожу дух на несколько мгновений, а потом уже вижу, что Александра двигается между моими ногами с львиным выражением лица.

Её намерения очень ясны, и это подтверждается, когда она начинает покрывать внутреннюю сторону моих бёдер поцелуями, которые поднимаются всё выше и выше рядом с моим открытым влагалищем. Она достигает своей цели и позволяет своему рту захватить моё влагалище, которое просто просит, ища её жадный язык, который сразу находит точки, вызывающие у меня самые сильные сексуальные ощущения.

Я никогда особо не видел смысла быть облизанным мужчиной, но с женщиной всё иначе. Александра точно знает, что мне нужно, поднимает меня на седьмое небо, понимает моё женское тело изнутри.

Кроме того, зная, что именно моя возлюбленная дарит мне всё это удовольствие, моя лучшая подруга, моя Александра, чьё прекрасное лицо я вижу, двигающееся между моими бёдрами, чей язык очерчивает круги вокруг клитора, это умножает моё сексуальное удовольствие в тысячу.

— Мм...М!, Александра... Моя любовь... моя любовь...

Она поднимает сексуальное удовольствие всё выше, почти до нового оргазма, но отказывается.

Вместо этого она говорит: «Ты моя, Леночка... Я хочу тебя полностью!».

Она разворачивает меня, направляет моё тело так, чтобы я встала на четвереньки на кровати, раздвигает мои ягодицы и начинает лизать мой анус.

Я тихо вскрикнула от удивления, но позволила ей это сделать, позволила лучшей подруге ласкать меня своим языком. Это самый грязный момент в моей жизни. Она вводит кончик языка в прямую кишку, лаская меня, и я предлагаю себя ей в позе полного подчинения.

— Господи! Александра... Ты сумасшедшая, моя любовь... Я твоя, я твоя, просто твоя…

Я бы никогда не сказала это мужчине, никогда бы не позволила ему

сделай всё это. Но сейчас ничто в мире не может меня остановить. Александра, — моя любовница, и я предлагаю ей себя без ограничений.

Она продолжает владеть мной, вставляет третий палец в моё влагалище. Александра Моя облизывая мой анус, и это настолько хорошо, что я кричу во весь голос от счастья.

Моё поле зрения закрыто чёрными вуальями, темнее и темнее с каждой волной удовольствия. Я сдерживаюсь, но чувствую, что вот-вот испытаю оргазм — двойной: «Вагинальный и впервые в жизни анальный».

Моя подруга Александра это заметила и ускорила свои движения, приближая меня к взлёту. Её кулак, как огромный член, трахает моё влагалище. Теперь, я кричу без остановки, задыхаюсь, рычу, ощущения усиливаются, насыщаются, переходят в безумие, и вдруг, — я кончаю…

Я никогда не испытывал такого удовольствия. Это настолько сильно, что я вот-вот упаду в обморок. Я взрываюсь от счастья, и моё влагалище тоже, всё тело возбуждается от спазмов такой интенсивности, о которой я и представить не могла. Это ураган экстаза, который захватывает меня, переворачивает меня, взрывает, опрокидывает, превращает. Как только первый порыв оргазма утихает, приходит второй, потом третий, снова и снова, пока я не становлюсь сонной, уничтоженной, с сердцебиением, во всех мышцах и звёздами в глазах.

Я не знаю, сколько времени проходит, чтобы выйти из оцепенения, но когда это происходит, я понимаю, что мои пальцы всё ещё сжаты в ткани простыней, и я лежу в кровати, промокшая в поту.

Александра рядом, смотрит на меня с эмоциями, и на неё меня вдохновляют новые желания, которые кажутся мне такими естественными. Я голодна по ней, мне нужно довести её, до оргазма. Как волчица, бросающаяся на добычу, я пробираюсь между её ног, к перекрёстку её бёдер, и когда моё лицо приближается к её прекрасному тридцатилетнему влагалищу, она смотрит на меня похотливыми глазами, острыми от желания.

Теперь моя очередь совершить посвящение, раскрыть самый божественный из его секретов. Я покрываю её выбритую промежность нежными поцелуями, затем позволяю языку медленно и чувственно исследовать её влажные складки половых губ, пока не расцветает бугорок её клитора, который я облизываю и беру в рот.

Я уже мастурбировала с ней, но то, что я делаю с ней здесь, кажется мне ещё более интимным, словно я окончательно прощаюсь с миром женщин, которые любят мужчин. Мне нравится её женский вкус, я пью соки, из этой влажной половой щели, ведущей внутрь её тела.

Александра издаёт трогательные стоны, это я их провоцирую, поэтому я продолжаю, усиливаю балет языка, веду свою Александру всё ближе к краю, где она уже меня забрала, и чувствуя, что она вот-вот рухнет, я делаю ей последним поцелуем на пуговице любви, от чего она кричит поражённая тем, что только что получила от своей подруги.

Мы прижимаемся друг к другу, покоряемся, её прекрасное тело тридцатилетней женщины прижалось к моему телу, моя рука на её тонкой талии, другая — на одной из её грудей.

— Так это значит, что я твоя девушка, любовь моя? — говорю я Александре.

Мы громко смеёмся и целуем друг друга в губы, снова и снова, чтобы похоронить нашу прежнею дружбу и принять нашу Лесбийскую любовь...