Черный «Гелендваген» плавно катил по серпантину, уходящему в горы Дагестана. За окном мелькали сухие склоны, редкие деревья и белые дома, прилепившиеся к скалам. В салоне пахло дорогим кожаным салоном и духами Полины , сладкими, дурманящими, как и она сама.

Полина сидела на заднем сиденье, закинув ногу на ногу, и от этого движения тонкая ткань белого шелкового платья ползла вверх, открывая идеально гладкое бедро. На ногах , телесные чулки в мелкую сеточку, которые она надевала специально для мужа. Черные лакированные шпильки на 12 сантиметров, с тонкими ремешками вокруг щиколоток, делали её ноги бесконечными. Она знала, что выглядит сногсшибательно в свои 34. Она знала, что каждый мужик, который её видит, мечтает её трахнуть. И ей это нравилось.

Платье было с глубоким вырезом, который открывал внушительную грудь , пятый размер, упругую, с розовыми сосками, угадывающимися под тонким шелком. Лиф платья едва держался на тонких бретельках, и когда Полина потянулась поправить русые волосы, бретелька соскользнула с плеча, обнажив кружевную чашку черного бюстгальтера. Она поправила её не спеша, лениво, глядя в зеркало заднего вида. Она хотела, чтобы муж это увидел.

Сергей сидел за рулем, и его взгляд то и дело падал на её ноги, на её грудь, на её лицо. Ему было 45, он был богат , бизнес, связи, дорогие костюмы, часы «Patek Philippe» на запястье. Он любил Полину до безумия. Он баловал её, задаривал подарками, водил по ресторанам. В постели он делал всё ради её удовольствия: часами вылизывал её клитор, делал анилингус, массировал спину, носил её на руках. Он был идеальным мужем. И Полина это ценила. Но... ей иногда хотелось, чтобы он был чуть жестче. Чуть грязнее. Чуть грубее.

— Ты самая красивая на этой свадьбе, Полинка, — сказал Сергей, улыбаясь, и протянул руку, чтобы погладить её колено. Его пальцы скользнули по чулку, по коже, и Полина почувствовала, как между ног становится тепло.

— Ты мне каждую минуту это говоришь, — усмехнулась она, откидываясь на спинку сиденья. — Но мне приятно. Продолжай.

Она прикрыла глаза, чувствуя, как его ладонь ползет выше по бедру, к краю платья. Она представила, как он сейчас остановит машину, задерет её платье, снимет трусики и будет вылизывать её прямо на дороге, как делал в прошлый раз на парковке ресторана. Ей нравилось быть его маленькой, любимой, облизанной до скрипа.

— Полин, мы приезжаем к людям, с которыми я работаю. Там будут мужчины, — Сергей посмотрел на неё серьезно. — Оденься чуть... скромнее, а? Твоё платье, оно...

— Оно что? — Полина приподняла бровь, и в её голосе зазвучал вызов. — Оно красивое. Оно дорогое. Оно сидит на мне лучше, чем на любой местной курице в платке. Я не собираюсь надевать балахон, Сережа. Я еду на свадьбу, а не в мечеть.

— Да я не про то, — Сергей вздохнул. — Просто я знаю этих людей. Они дикие. Они смотрят на женщин как на мясо. А ты... ты выглядишь слишком открыто.

— Пусть смотрят. — Полина усмехнулась, провела пальцем по вырезу платья, чуть оттянув ткань, чтобы показать мужу край лифчика. — Я твоя, Сережа. И я хочу, чтобы ты мной гордился.

Сергей улыбнулся, но в его взгляде мелькнула тревога. Он снова посмотрел на её ноги, на разрез платья, который доходил почти до самой промежности. Чулки, шпильки, открытая грудь. Она была как женщина с обложки журнала, только настоящая, живая, и от этого её хотелось трахнуть ещё сильнее.

Они подъехали к воротам банкетного зала. Высокие, каменные, украшенные цветами. Возле них уже толпились люди , мужчины в дорогих костюмах, женщины в закрытых платьях, с платками на голове. Полина вышла из машины, и её шпильки застучали по асфальту. Ветер подхватил подол платья, приподняв его почти до попы, и она не стала его придерживать. Наоборот, сделала шаг медленнее, чтобы все увидели, как белеет её кожа на фоне темных чулок.

Она услышала, как кто-то из мужчин свистнул. Кто-то сказал что-то на местном языке, и это прозвучало как ругательство. Полина не поняла слов, но поняла интонацию , смесь восхищения и пошлости. Она почувствовала, как между ног снова потеплело.

Сергей вышел следом, положил руку ей на талию, притянул к себе. Он чувствовал взгляды и понимал, что его жена сейчас выглядит как кусок мяса на витрине. И он ничего не мог с этим поделать.

В зале гремела музыка, пахло шашлыком и сладостями. Полина шла через толпу, и все оборачивались. Она ловила мужские взгляды, скользящие по её груди, по ногам, по лицу. Ей это нравилось. Она чувствовала себя королевой.

К ним подошел высокий, широкоплечий мужчина. Лет 30, темные волосы, хищные глаза, дорогой костюм , на запястье , массивные золотые цепи, а на пальце , перстень с камнем. Он выглядел как человек, который привык брать то, что хочет, не спрашивая разрешения.

— Сергей! Брат! — мужчина раскинул руки и обнял Сергея, похлопал его по спине. — Наконец-то! А это, значит, твоя жена? — он посмотрел на Полину. Взгляд его был тяжелым, оценивающим, как у мясника, который смотрит на тушу.

— Да, это Полина, — Сергей кивнул. — Полина, это Аслан. Друг моего делового партнера.

— Очень приятно, — Полина протянула руку, и Аслан сжал её пальцы. Его ладонь была горячей, грубой, мозолистой. Он держал её руку дольше, чем нужно, и смотрел в глаза с такой похотью, что Полина невольно отвела взгляд.

— Приятно, приятно, — сказал Аслан, и в его голосе прозвучало что-то такое, от чего Полина почувствовала, как мурашки бегут по спине. Он оглядел её с головы до ног, задерживаясь на груди, на ногах, на чулках. — Ну и баба, Сергей. Такая баба... , он цокнул языком. — Слушай, а ты чего такую красоту без присмотра оставил?

Полина вспыхнула. Она не знала, как реагировать , то ли оскорбиться, то ли улыбнуться. Её лицо покраснело, но в груди что-то сжалось. От этого грубого комментария её тело отреагировало странно , между ног стало влажно. Она сама не поняла, почему её возбуждают такие слова.

— Аслан, давай не будем, — Сергей нахмурился, но улыбнулся, чтобы сгладить конфликт.

— Ну и, блядь, — Аслан усмехнулся, глядя на Полину как на проститутку. — У тебя жена, брат, как шлюха выглядит. Красивая, дорогая, но шлюха. Такие шлюхи всегда хотят, чтобы их драли.

Полина почувствовала, как её бросило в жар. Она хотела огрызнуться, сказать что-то резкое, но её голос застрял в горле. Она только смотрела на Аслана, чувствуя, как между ног становится всё мокрее.

Сергей сжал челюсти, но промолчал. Он не хотел скандала на свадьбе.

— Пойдем, Полин, выпьем, — сказал он и повел её к столу, подальше от Аслана. Но Полина обернулась через плечо и увидела, как Аслан смотрит ей вслед. Его взгляд был голодным, жестоким. Он даже не пытался скрывать, что хочет её.

Она села за стол, и Сергей налил ей вина. Она взяла бокал, но её рука дрожала. Она думала о словах Аслана , «как шлюха выглядит». И от этого она чувствовала себя одновременно униженной и возбужденной.

Прошло два часа. Свадьба набирала обороты , тосты, песни, танцы. Местные женщины сидели скромно, в платках, потупив взгляд. А Полина сидела в центре стола, как белая ворона среди серых. Её платье блестело под светом люстр, обнажая ноги до самого верха. Чулки, шпильки, грудь, едва прикрытая шелком , каждый мужик в зале смотрел на неё, и Полина это чувствовала. Она ловила взгляды, ловила шепот, ловила похоть, витающую в воздухе.

Аслан сидел напротив. Он пил вино, глядя на неё поверх бокала, и его глаза не отрывались от её груди. Он не стеснялся. Он смотрел, как смотрит хозяин на свою вещь. Полина старалась не смотреть на него, но взгляд сам возвращался. Она видела, как его кадык ходит вверх-вниз, как он облизывает губы, как его пальцы сжимают бокал. И от этого её внутренности сжимались.

Она попыталась заговорить с женой какого-то местного мужчины, но та отвечала односложно, не поднимая глаз. Полина почувствовала себя чужой, неуместной. Но именно это возбуждало её , она была здесь не такой, как все. Она была той, на которую смотрят. Той, которую хотят.

— Пойду в туалет, поправлю макияж, — прошептала она Сергею на ухо.

— Хорошо, я скоро приду, — он поцеловал её в плечо, и его губы задержались на коже чуть дольше, чем нужно.

Полина встала, и платье задралось, открыв бедро с чулком до самого верха. Она услышала, как кто-то из мужчин за столом издал низкий, животный звук, похожий на рычание. Она не обернулась. Она знала, кто это. Аслан.

Она пошла по коридору, каблуки стучали по мраморному полу. Зал был огромный, и туалет находился в другом крыле. Она толкнула дверь, зашла. Внутри было чисто, зеркала, золотые краны. Она поправила волосы, подкрасила губы. На мгновение она задержала взгляд на своём отражении , белое платье, блестящая кожа, грудь, выпирающая из выреза. Она выглядела как сука. Как дорогая, охрененно красивая сука. И ей это нравилось.

Дверь приоткрылась. Сергей зашел внутрь, закрыл за собой замок.

— Ты чего? — удивилась Полина. — Мы же на свадьбе, нас хватятся.

— Хрен с ними, — Сергей подошел к ней, обнял за талию. — Я смотрю на тебя весь вечер и не могу остановиться. Ты такая охеренная, Полинка.

Он прижался губами к её шее, вдохнул её запах. Его руки скользнули вниз, под платье, на её бедра. Полина закрыла глаза, чувствуя, как его пальцы ползут по чулкам, по кружевным трусикам.

— Сережа, не здесь, — прошептала она, но её голос дрожал.

— Здесь, — он наклонился, поднял подол платья, стянул трусики вниз до колен. — Ты знаешь, как я люблю тебя вылизывать. Я не могу ждать.

Он опустился на колени. Полина оперлась руками на раковину, запрокинула голову. Она чувствовала его дыхание на своём клиторе, и её ноги начали дрожать. Он прижался языком к её половым губам, раздвинул их, провел по всей длине. Полина застонала, вцепилась в раковину.

— Сережа, да-а-а, — прошептала она, — языком глубже, не останавливайся.

Он делал это мастерски. Он знал её тело наизусть. Он лизал её клитор, всасывал его, вводил язык внутрь, потом поднялся выше и начал вылизывать её анус, заставляя её сжиматься от удовольствия. Полина чувствовала, как её тело плавится. Она была на грани, когда дверь неожиданно открылась.

На пороге стоял Аслан. Он не просто вошел , он прислонился к косяку, скрестил руки на груди и ухмылялся, глядя на них, как на животных в зоопарке.

— Ого, брат, — сказал он громко, — какой ты смелый. Жену в общественном месте решил поелозить. Только ты не так делаешь.

Сергей резко вскочил, загородил собой Полину. Она лихорадочно натянула трусики, но её лицо пылало, а колени дрожали.

— Выйди! — крикнул Сергей. — Это не твоё дело! Закрой дверь!

— Спокойно, спокойно, — Аслан усмехнулся, но не сдвинулся с места. — Я никому не скажу, брат. Но я смотрю и вижу: ты её балуешь, как маленькую. Облизываешь её, как щенок сиську. А она у тебя, между прочим, как шлюха выглядит. Смотри, разденут и заберут.

Он посмотрел прямо на Полину. Его взгляд прошел по её лицу, по груди, по бедрам. Он даже не скрывал, что рассматривает её.

Полина хотела сказать что-то, но у неё не было слов. Она чувствовала, как её лицо горит, а между ног всё мокро. Стыд, унижение , и при этом её тело предательски реагирует. Её клитор пульсирует. Ей хочется, чтобы этот грубый тип смотрел на неё ещё. Ей хочется, чтобы он сделал что-то.

Аслан повернулся к Сергею, похлопал его по плечу.

— Ладно, не парься, брат. Я никому не скажу. Но если твоя жена такая горячая, что тебе приходится её в туалете облизывать, значит, ты её не удовлетворяешь. — Он посмотрел на Полину с презрением. — Такие шлюхи, как она, хотят, чтобы их драли, а не целовали. Смотри, уведёт кто-нибудь.

Он вышел, хлопнув дверью. Сергей закрыл лицо руками. Полина стояла, прижимаясь к раковине, и её тело дрожало. Она не могла понять, что с ней происходит. Она должна была ненавидеть этого человека. Но она чувствовала, как её тело отвечает на его грубость. Её трусики были мокрыми насквозь. И когда Сергей обнял её, она оттолкнула его.

— Я боюсь его, Сережа, — прошептала она, но в её голосе не было страха. Было возбуждение. Она сама это слышала.

— Он просто ублюдок, — Сергей обнял её. — Не бойся, я не дам тебя в обиду.

Свадьба закончилась около полуночи. Сергей наговорился с партнером , выпил, но держался молодцом. Он помог Полине сесть в машину, обнял её, поцеловал в висок.

— Ты сегодня была самой красивой, — сказал он, и в его голосе была искренняя гордость. — Поедем в отель, я тебя разомну. Ты заслужила.

Полина улыбнулась, но улыбка вышла натянутой. Она всё ещё думала об Аслане. О его взгляде, о его словах, о том, как он смотрел на неё в туалете. Она чувствовала себя грязной. И ей это странно, но нравилось.

Отель был роскошным , номера с видом на горы, ковры, хрусталь. Сергей заказал шампанское, пока Полина принимала душ. Она вышла в халате, накинутом на голое тело, и он посмотрел на неё с вожделением.

— Иди сюда, — он поманил её, — я хочу тебя.

Она подошла, села к нему на колени. Он начал целовать её шею, расстегивать халат.

— Сереж, я устала. Давай завтра, — сказала она, хотя в её теле всё горело. Но она хотела остаться одна.

Сергей нахмурился, но не стал настаивать. Он поцеловал её в лоб, пошёл в душ.

Через полчаса Сергей вышел из душа, лёг рядом, обнял её. Полина притворилась спящей. Она слышала, как он засопел, и только тогда открыла глаза. Она лежала в темноте, слушая его ровное дыхание, и её тело горело от неудовлетворённости.

Она хотела, чтобы её трахнули. Грубо. Жёстко. Так, как Сергей никогда не смог бы.

И тут она услышала щелчок. Дверь номера открылась.

Полина села на кровати. В темноте она увидела силуэт , высокий, широкий, знакомый. Аслан.

— Что ты здесь делаешь? — прошептала она, но её голос дрожал. — Уходи, я вызову охрану.

Аслан закрыл дверь, щёлкнул замком. Подошёл к кровати, наклонился над ней.

— Вызовешь охрану? — усмехнулся он. — А я скажу твоему мужу, как ты в туалете стонала, когда он тебя вылизывал. Или как ты на меня весь вечер пялилась. У тебя же глаза голодные, я всё видел. Ты хочешь, чтобы тебя трахнули. Я тебе это дам.

Полина хотела крикнуть, но он зажал ей рот ладонью. Его рука была твёрдой, горячей. Он наклонился к её уху.

— Не шуми, сука. Муж спит. Если разбудишь, я его убью, а тебя выебу так, что ты забудешь своё имя. Поняла?

Полина кивнула. Её глаза наполнились слезами. Но между ног всё сжалось от страха и странного возбуждения.

Аслан снял с неё одеяло. Она лежала в халате, накинутом на голое тело. Он резко развязал пояс, распахнул халат. Под ним , чёрные кружевные трусики, чулки, всё то, что она надевала для мужа. Аслан усмехнулся.

— Охеренный набор, — сказал он, оглядывая её. — Прямо как для шлюхи. Твой муж хоть понимает, что с такими ногами и такой грудью тебя нужно не облизывать, а трахать до потери сознания?

Он схватил её за грудь, сжал так сильно, что Полина вскрикнула.

— Больно! — прошептала она.

— Больно? — усмехнулся он. — Это тебе ещё не больно. Сейчас ты узнаешь, что такое настоящий мужчина.

Он скинул пиджак, развязал ремень, спустил штаны. И Полина увидела его член. Он был огромный , 23 сантиметра, толстый, с тёмной головкой, вздувшимися венами. Она никогда не видела такого. Даже в порно. Её сердце замерло.

— Соси, — сказал он. — И не дай бог укусишь.

Полина замотала головой. Она хотела отказаться, но он схватил её за волосы, притянул к себе.

— Я сказал, соси, блядь! — он надавил на её голову, и она почувствовала, как его член упирается в её губы.

Она открыла рот, и он вошёл. Сразу, на всю длину. Её горло сжалось, она закашлялась, слёзы хлынули из глаз. Он держал её за волосы, двигаясь вперёд-назад, вбиваясь в её рот.

— Глубже, сука! — кричал он. — Глотай! Ты умеешь сосать, как настоящая шлюха, я знаю!

Полина пыталась дышать, но её горло было забито. Она чувствовала, как его член давит на гортань, как он скользит по языку, как он пахнет потом и мужчиной. Её тошнило. Но она не могла остановиться , он держал её за волосы, и каждое движение его бедра заставляло её голову двигаться в такт.

— Вот так, сучка, — он ускорился. — Вот так, хорошо. Ты мне нравишься. Такая покорная, такая мокрая.

Он просунул руку между её ног. Она была мокрая. Трусики промокли насквозь.

— Ах ты, блядь, — засмеялся он. — Тебе нравится, да? Тебе нравится, когда тебя насилуют? Ты течёшь, как сука в течке. Твой муж тебя так не доводит.

Полина хотела сказать «нет», но из её рта вырвался только стон. Она чувствовала, как её клитор пульсирует. Она ненавидела себя за это. Но её тело уже не подчинялось ей.

Аслан остановился, вытащил член из её рта. Он был весь в слюне, блестящий, огромный , толстый, с тёмной головкой, вздувшимися венами, покрытый её слюной и слезами. Полина стояла на коленях, дрожа, её губы были распухшими, слёзы текли по щекам, слюна стекала по подбородку.

— Смотри на меня, — сказал он, взял её за подбородок, поднял её лицо. — Ты моя шлюха. Поняла? Ты будешь делать всё, что я скажу. И ты будешь кончать от этого. Я это знаю.

Она смотрела на него снизу вверх, и в её глазах были страх, унижение и... желание. Она не могла этого отрицать. Она хотела, чтобы он продолжил.

Когда он снова насадил её на член, она попыталась оттолкнуть его, замотала головой, но он схватил её за волосы и притянул обратно. Он намотал её волосы на кулак, запрокинул её голову назад, открывая ей горло. Он сжал её затылок так, что она не могла пошевелиться, и вбился в её рот до самого горла.

Полина почувствовала, как его головка упирается в заднюю стенку горла. Она закашлялась, её глаза заслезились, она упёрлась ладонями в его бёдра, пытаясь оттолкнуть, но он только сильнее намотал её волосы на кулак, дёргая её голову вперёд. Его член скользил по её языку , гладкий, горячий, с солёным вкусом кожи. Она чувствовала каждую вену, каждую складку, каждое биение пульса в его стволе.

— Не сопротивляйся, сука, — рявкнул он. — Или я разбужу твоего мужа и заставлю его смотреть, как я тебя трахаю.

Полина замерла. Она не могла допустить, чтобы Сергей это увидел. Она перестала сопротивляться, расслабила горло, открыла рот шире. Аслан почувствовал это и начал двигаться , сначала медленно, растягивая удовольствие, потом всё быстрее и грубее. Он вбивался в её рот, каждый раз доходя до самого горла. Полина чувствовала, как его член давит на гортань, как он скользит по её языку, как он трётся о нёбо. Она старалась дышать через нос, но воздух не проходил , её горло было забито. Она задыхалась, слёзы текли по щекам, слюна стекала по уголкам губ, смешиваясь со слезами и стекая по подбородку на грудь.

Аслан просунул руку между её ног , трусики были мокрые насквозь, ткань прилипла к половым губам. Он нажал на клитор через мокрую ткань, потом отодвинул её в сторону и скользнул пальцами внутрь. Она была горячая, влажная, сжималась вокруг его пальцев.

— Ах ты, блядь, — засмеялся он. — Ты течёшь, как сука в течке. Твой муж тебя так не доводит.

Полина лишь застонала. Она чувствовала, как её клитор пульсирует под его пальцами. Она ненавидела себя за это. Но её тело уже не подчинялось ей. Она начала двигаться навстречу его члену, сама, инстинктивно, насаживаясь на него глубже. Она обхватила его член губами, втянула его, работая языком , обводила головку, скользила языком по нижней стороне ствола, чувствуя, как он напрягается от каждого движения. Она сосала его так, как сосала бы мороженое , жадно, глубоко, слыша, как он стонет от удовольствия.

— Вот так, шлюха, — прошептал он. — Вот так. Теперь ты поняла, кто здесь хозяин.

Он ускорился, вбиваясь в её горло всё глубже. Полина чувствовала, как он набухает, как его член пульсирует у неё в горле, как он становится твёрже с каждым движением. Он кончил ей в рот , тёплой, густой струёй, заполняя её рот, стекая по горлу. Он держал её за волосы, пока она глотала, заставляя проглотить всё до последней капли. Полина закашлялась, но проглотила. Она чувствовала вкус его спермы , горький, солёный, с металлическим привкусом. И от этого она возбудилась ещё сильнее.

Аслан вытащил член из её рта, схватил её за руку, поднял с пола.

— Вставай, — сказал он. — Иди в ванную. Я ещё не закончил с тобой.

Он толкнул её в сторону ванной. Полина пошла, шатаясь, её ноги дрожали, колени болели от ковра. Она вошла в ванную, включила свет. Аслан зашёл следом, закрыл дверь на замок. Он посмотрел на неё, и в его глазах горела похоть.

— Раздевайся, — сказал он. — Всё, что на тебе есть. Начисто.

Полина дрожащими руками сняла халат. Под ним , трусики, чулки. Она остановилась, не зная, снимать ли их.

— Я сказал, всё, — он рявкнул. — Трусы, всё на хуй сними.

Она стянула трусики вниз, они упали на пол. Потом начала снимать чулки, но он остановил её.

— Чулки оставь. — Он усмехнулся. — Так даже лучше. Шлюха в чулках , это классика.

Она стояла перед ним голая, только в чулках. Её грудь тяжело вздымалась, соски затвердели. Она смотрела на него, и её лицо горело от стыда.

Аслан оглядел её с ног до головы, как мясник, оценивающий тушу.

— Охеренная баба, — сказал он. — Такая баба должна быть не у одного мужика, а у всех. Смотри, какая спина, какая попа.

Он развернул её спиной к себе, наклонил вперёд, заставив опереться руками на раковину. Полина почувствовала его дыхание на своей спине, его руки, которые схватили её за ягодицы, раздвинули их. Он провёл пальцем по её анусу, надавил, и Полина вздрогнула.

— Не надо, — прошептала она, но голос её был слабым.

— Надо, — сказал он. — Ты будешь делать всё, что я скажу. Ты будешь стоять, как я хочу, и будешь лизать, что я скажу. Лижи мой зад, шлюха. Встань на колени.

Она опустилась на колени. Он развернулся к ней спиной, наклонился, раздвинул свои ягодицы. Полина увидела его анус , тёмный, морщинистый, с лёгким запахом пота. Она почувствовала, как её тошнит. Но она наклонилась и прижалась языком к его анусу.

Первый вкус был горький, солёный, отвратительный. Она поморщилась, но продолжила. Она провела языком по кругу, обводя его анус, потом начала вылизывать его , медленно, тщательно, чувствуя, как её язык скользит по морщинистой коже. Она облизывала его со всех сторон, проникая кончиком языка в самую серединку, чувствуя, как он сжимается от удовольствия. Он стонал, и это подталкивало её продолжать.

Потом он развернулся чуть боком, и она увидела его яйца , обтянутые кожей, тяжёлые, с лёгкой щетиной на мошонке. Она наклонилась и взяла одно яйцо в рот. Облизывала его языком, чувствуя, как кожа натягивается, как она скользит под её языком. Потом взяла второе яйцо в рот, сосала его, обводила языком, чувствуя, как его мошонка натягивается от удовольствия. Она облизывала его яйца, брала их в рот, сосала, чувствуя, как он дрожит от наслаждения.

— Вот так, шлюха, — стонал он. — Вот так, хорошо. Ты умеешь, сучка..

Он повернулся к ней, поднял её с колен, поставил перед собой. Его член был снова твёрдый, огромный, с каплей спермы на головке. Он прижал её к раковине, развернул спиной, наклонил вперёд, заставив прогнуться так, чтобы её пышная задница торчала вверх. Её большие, тяжёлые сиськи качнулись, наливаясь тяжестью, соски затвердели, упираясь в холодный кафель.

— Сейчас я тебя выебу в задницу, — сказал он, раздвигая её ягодицы. — Ты будешь кричать, и ты будешь кончать. Шлюха, хочет же...

Он раздвинул её булки, приставил член к анусу. Полина замерла, чувствуя, как огромная головка упирается в её дырочку.

Он вошёл. Резко, на всю длину, без всякой подготовки. Полина закричала, вцепилась в раковину так, что побелели костяшки. Боль была невыносимой. Ей казалось, что её разрывают изнутри. Она чувствовала, как его член давит на стенки её кишки, как он растягивает её до предела, как он вбивается в самую глубину.

— Блядь! — заорала она. — Больно! Пожалуйста, вытащи!

— Не вытащу, — рявкнул он, схватив её за волосы и запрокинув голову. — Терпи, сука. Ты создана для этого. Ты шлюха, ты должна уметь принимать член в задницу.

Он начал двигаться. Грубо, глубоко, вбиваясь в неё до самого конца, так что её булки шлёпались о его бёдра при каждом ударе. Он сжимал её ягодицы, раздвигал их, смотрел, как его член входит в её узкую дырочку. Каждый удар заставлял её сжиматься, она чувствовала, как его член скользит внутри, как он заполняет её целиком.

Потом он схватил её за грудь , за эти пышные, тяжёлые сиськи , и сжал их так сильно, что она вскрикнула. Он мял их, сжимал соски, дёргал их, пока она стонала от боли и удовольствия одновременно. Его пальцы сжимали её булки, раздвигали их, он шлёпал по ним, оставляя красные отпечатки.

Потом он засунул пальцы ей в рот. Она почувствовала вкус своей смазки на его пальцах , солёный, резкий. Он засовывал их ей в рот, двигал туда-сюда, имитируя трах, и она сосала их, облизывала, чувствуя, как он становится ещё грубее.

— Ах, блядь, — стонала она. — Ах, не останавливайся, не останавливайся!

Он вытащил пальцы из её рта, схватил её за волосы и притянул голову назад, заставляя смотреть на него, пока он трахал её в жопу.

— Вот так, сука, — он шлёпал её по ягодицам, хватал за грудь, сжимал её соски. — Вот так, тебе нравится? Ты течёшь, я чувствую.

Он вбивался в неё всё быстрее, всё грубее. Потом он резко схватил её за чулки и рванул их. Нейлон затрещал, порвался, обнажая её бедро. Он засмеялся и рванул ещё, разорвав чулки на куски.

— Так даже лучше, — сказал он. — Порванные чулки на шлюхе , это то, что надо.

Он снова вбился в неё, теперь уже без чулок, голая, только с разорванными лоскутами на ногах. Полина чувствовала, как её тело наливается тяжестью, как внутри нарастает волна. Она была на грани. Она хотела кончить, но он остановился.

— Не смей кончать, — сказал он, замирая внутри неё. — Я не разрешал.

Он вышел, развернул её лицом к себе, поставил на колени.

— Соси, — сказал он, и его член, всё ещё мокрый от её ануса, оказался у неё во рту. Она начала сосать, чувствуя вкус своей собственной смазки и его пота. Это было отвратительно, но она делала это с удовольствием. Она хотела его. Она хотела, чтобы он снова вошёл в неё.

Он снова развернул её, снова вошёл в её задницу. На этот раз Полина не сопротивлялась. Она насаживалась на него сама, двигаясь ему навстречу. Она чувствовала, как его член входит до самого конца, как он касается самых глубоких точек. Он сжимал её булки, раздвигал их, шлёпал, заставляя её стонать от боли и удовольствия. Его пальцы снова засунулись ей в рот, и она сосала их, пока он трахал её в жопу.

И волна накрыла её снова.

— Можно? — прошептала она. — Пожалуйста, можно?

— Кончай, шлюха, — сказал он. — Кончай, сука, я разрешаю.

И она кончила. Её тело содрогнулось, она закричала, её внутренности сжались вокруг его члена так сильно, что он застонал. Волна удовольствия прошла по всему телу, от живота до кончиков пальцев. Она чувствовала, как её анус сжимается, как её клитор пульсирует, как она теряет контроль над собой.

Аслан кончил в неё, изливаясь горячей спермой глубоко в её кишке. Полина стояла на четвереньках, дрожа, не в силах пошевелиться. Он вышел из неё, и она почувствовала, как сперма стекает по её ноге.

Он оттолкнул её, поправил штаны и вышел из ванной. Полина осталась лежать на полу, голая, с разорванными чулками, с текущей спермой. Она слышала, как он вышел из номера.

Полина очнулась от того, что солнце било прямо в лицо. Она лежала на кровати, накрытая одеялом по грудь. Её тело ломило, анус ныл, а между ног было липко и влажно. Она не сразу поняла, где находится. Потом вспомнила. Вспомнила всё.

Она повернула голову и увидела Сергея. Он сидел в кресле, смотрел в телефон, попивая кофе. Он выглядел отдохнувшим, свежим. Он улыбнулся, когда увидел, что она проснулась.

— Доброе утро, красавица, — сказал он, откладывая телефон. — Ты так сладко спала. Я не хотел тебя будить.

Полина попыталась улыбнуться в ответ, но улыбка вышла кривой. Она чувствовала себя грязной. Она чувствовала, что он видит её насквозь. Но он не видел. Он ничего не знал...

P.S я пишу эротические рассказы на заказ. Любой Ваш сюжет напишу лично я, автор с опытом 10+ лет и образованием сексолога. Для заказа и уточнения деталей пишите в личку или на мой тг eroticheskierasskazi