7:30 утра.

Телефон взрывается будильником, будто сирена над спящим городом, и где-то за стенкой — или сверху? или снизу? в хрущёвке этого не разобрать, — надрывно гудит звонок такого же, как я, собрата по несчастью.

Я с трудом приподнимаю голову, фокусирую взгляд на ярком экране, тычу пальцем в кнопку — и с глухим стуком роняю лицо обратно в подушку.

Сегодня понедельник, и мой отпуск официально похоронен. Всю прошедшую неделю я зажигал на этом диване с соседскими дочками — знатно, с огоньком, — а вчера вечером они сбежали готовиться к приезду родителей из тёплых краёв: привести себя в божеский вид, отлежаться после марафона похоти, чтобы предстать перед мамой и папой в образе почти невинных принцесс. Ну да, «почти» — это ключевое слово.

Еле отклеиваюсь от кровати, плетусь в ванную, чтобы наконец умыться. Из зеркала на меня пялится уже малость заросший негр: недельная щетина с лёгкой проседью старит меня лет на десять, и я с тяжёлым вздохом хватаюсь за бритвенный станок, словно за спасательный круг и сбриваю её к чертям собачим, оставляя только густые усы. Нужно будет сегодня съездить, подравнять их.

Приведя себя в относительный порядок, я отправляюсь на кухню. Включаю кофемашину — она сразу начинает ворчать, как старый кот, — и распахиваю холодильник: четыре яйца, кефир и безлактозное молоко. Сначала размешиваю на кефире протеиновый коктейль, параллельно ставлю овсяную кашу и отправляю яйца вариться. Всё чётко, как у робота, только мысленно я всё ещё сплю.

Выпиваю коктейль залпом, делаю кофе. Глотаю чашку американо почти не дыша — и, кажется, потихоньку начинаю возвращаться в этот гребаный мир.

Несомненно, кто-то должен ответить за понедельники. Но я пока не придумал, кто именно, — так что оставлю это на потом, как незакрытый гештальт. Окончательно проснувшись и собравшись, я натягиваю строгий костюм, как доспехи перед битвой — на моем мощном теле он смотрится весьма нелепо — и выхожу из дома.

Тесный офис, жди меня. Я уже иду.

***

Чёрный «Кадиллак» бесшумно подкатывает к старому ДК, который лет тридцать назад отдали под офисы. Я покидаю его просторный салон, ставлю машину на сигнализацию и неспешно направляюсь к лифтам. Поднимаюсь на третий этаж и толкаю пластиковую дверь с табличкой «Этнорэс Консалтинг». Про себя я давно окрестил её «энурез консалтинг» — это куда точнее отражает тот цирк, что творится внутри. Захожу в тесное помещение, где едва помещаются четыре стола. Один из них — мой. И последние две недели он сиротливо пустовал.

С первого взгляда я вижу, сколько разноцветных стикеров налепила на мой монитор Леночка — формально моя заместительница, которая брала на себя мои функции на время отпуска. Я не сомневаюсь: она первым делом заявит, что большинство моих клиентов требуют разговаривать именно со мной. О, не подумайте, я не владелец этой шаражкиной конторы — всего лишь старший менеджер. Но своё дело знаю, и клиенты мне доверяют. Леночка — «очаровательное» создание с отвратительным характером (что не помешало мне однажды её трахнуть — уж такой я человек, что поделать). Она не любит напрягать свой седалищный нерв даже ради прямого процента с продаж наших услуг и умеет изобрести миллион способов увильнуть от работы.

Я тяжело выдыхаю, окидывая взглядом образовавшийся фронт работ. Плюхаюсь в кресло, включаю компьютер, сдираю с монитора первый стикер и надеваю гарнитуру IP-телефонии. Да-а-а… день обещает быть долгим.

***

БУ-УМ! Тяжёлый удар штанги о резиновый помост прокатывается по залу упругой волной, но никто даже не оборачивается — в тренажёрке, забитой под завязку после рабочего дня, никому нет дела до чужих рекордов, когда на кону свои собственные. Лязг тренажёров, звонкие удары блинов, шелест цепей — здесь всё подчинено железу.

Вот мой секрет — почему мой начальник до сих пор жив, почему Леночку никто не посылает на хуй пять раз в день, почему ни один мой клиент так и не услышал о себе неприятную правду в самой грубой форме. Весь накопившийся за день негатив я оставляю здесь, в горячем поту тяжёлых тренировок на этом самом помосте.

Я стираю пот со лба, беру бутылку с изотоником и делаю три крупных глотка. Подход закончен — три минуты отдыха, и ещё десять повторов. Окидываю зал взглядом: вон снова тренируются соседские дочки, то и дело стреляя глазами в мою сторону; у кроссоверов уже очередь; на блоках девочка-тренер гоняет свою постоянную клиентку. А это что за чудо? Вижу впервые — в силовой раме, тщательно удерживая осанку, приседает смуглая полубогиня. Невысокая, где-то 170 см, атлетичная, но не перекаченная, покрытая вязью татуировок, с копной чёрных косичек, связанных в один длинный хвост. Явно того же происхождения, что и я, только на пару тонов светлее. На вид лет двадцать пять. Да, милая мулаточка.

Тренировка сразу стала куда интереснее, и у меня как будто прибавилось сил. Накинул на гриф ещё по блину с каждой стороны — подход! И… нет, вес я не беру. Вместо этого я роняю штангу и присаживаюсь на прорезиненное покрытие помоста, чтобы не грохнуться в обморок. Решил выпендриться — в итоге чуть не опозорился. Приложился к бутылке с изотоником. Нужно срочно поднять сахар. И бросил взгляд в её сторону. Она сосредоточенно приседает, в наушниках явно играет музыка — есть шанс, что она не видела моего позора.

Придя в себя, разбираю штангу — хватит на сегодня.

А девочку надо запомнить. Потом поинтересуюсь у администраторши, как зовут.

***

День прошел, число сменилось — ни хуя не изменилось.

Снова ранний подъём, быстрый завтрак, протеиновый коктейль и бодрящая чашка кофе.

В офисе дела как-то сами собой рассосались, и образовавшийся перерыв я провёл, скролля ленту сайта знакомств. Честно говоря, я там частый гость, особенно когда на горизонте не мелькает чья-то манящая фигурка. Эти бесконечные ряды одинаковых лиц и заоблачных запросов («молодая мама троих ангелочков ищет для них заботливого отца»; «если твой доход меньше 5 миллионов в месяц – даже не пытайся писать» и прочее) вызывали скорее снисходительный смех, чем желание начать переписку. Так что сайт для меня был скорее источником развлечения, чем реальной площадкой для поиска пары на вечер или два.

И тут – бац! – на экране мелькает знакомое лицо. Та самая мулатка из спортзала. Пусть лицо и скрыто маской, но эти татуировки, эта точёная фигурка, эти бесконечные косички – всё выдаёт её. Зовут Элла, 22 года (если верить анкете), ищет «новые знакомства и яркие впечатления». А главное: «не для серьёзных отношений».

Идеально. И, что ещё лучше, она сейчас онлайн. Написать сразу или рискнуть подойти в зале?

Ладно, будь что будет! Пишу: «Привет, видел тебя вчера в зале, классно приседаешь».

Не проходит и минуты – прочитано. Ещё две минуты ожидания… И приходит ответ: «Тоже тебя помню. Те 30 кг тебе явно были лишними, не так ли? 😉»

«Хаха, увидел тебя и слишком в себя поверил 😅» — отвечаю ей мгновенно, с легкой самоиронией.

«Мог бы не стараться, я и так тебя сразу заметила, красавчик 😘» — признаюсь, мне чертовски нравится, куда движется этот диалог.

«Ну раз мы оба друг другу интересны, может, сходим куда-нибудь в пятницу?» — решаюсь сделать следующий шаг.

«Нуууу, не знаааюю… а куда?» — тянет она, подогревая интригу.

Я вписываю название своего любимого стейк-хауса и назначаю время. К моему полному удовлетворению, она соглашается и тонко намекает, что ждёт от меня не только вкусного ужина. Смотрю на календарь – сегодня только вторник. Что ж, эти три дня пролетят незаметно, если меня ждёт такой приз.

***

Пятница. Десять вечера. Её губы, горячие и влажные, обнимают мой член, но сейчас мой разум не сосредоточен на этом, а прикован к монитору плэй-бэка. На экране – мы с Эллой, запечатленные под самым выигрышным углом, а рядом с надписью "зрители онлайн" сияет цифра 1128. Да, такого я точно не мог предвидеть, когда писал ей во вторник. Но обо всем по порядку.

Еще пять часов назад я наивно полагал, что иду на обычное свидание, которое, разумеется, будет иметь предсказуемое продолжение. Ведь передо мной была удивительно красивая девушка, пусть и с весьма экзотической внешностью, даже для меня, привыкшего к разнообразию.

Но уже за столиком, после первого знакомства и неизбежного ритуала легкого флирта, она ошарашила меня признанием: — Знаешь, у меня никогда не было чернокожего парня, а мне всегда хотелось попробовать. Мой папа, кстати, цветом кожи очень на тебя похож. Я случайно увидела их с мамой секс лет семь назад… Тогда я подумала, как же ей повезло с папой, а я здесь такого никогда не найду. В зале смотрела на тебя и думала, подойти или нет, а ты вдруг сам написал. Так что, предлагаю не тянуть, а сразу поехать ко мне.

— А почему не ко мне, например? — я, признаться, не большой поклонник трахаться на чужой территории, но если она будет настаивать, я готов уступить.

— О, увидишь. Кстати, как ты относишься к вебкаму?

Вопрос прозвучал с такой обезоруживающей непринужденностью, что моя бровь невольно поползла вверх, а в голове закружились смутные, но волнующие сомнения. — Ну… не осуждаю. Но ни разу не смотрел. Предпочитаю обычное порно.

— Хахаха, нет, смотреть я тебе не предлагаю, предлагаю поучаствовать.

Я не был шокирован, и смутить меня было непросто, но доля удивления, безусловно, присутствовала. С другой стороны, что я теряю? Мы оба прекрасно знаем, зачем встретились. Я в любом случае собирался насладиться ею со всех сторон. Отказываться от этого лишь потому, что за нами будет наблюдать некая толпа анонимных извращенцев, которых я даже не вижу? Это просто глупо.

— Ты имеешь в виду, что будешь транслировать наш секс? — я считаю, что такие вещи нужно прояснять прямо, чтобы избежать недоразумений.

— Да, здоровяк, именно это я и имею в виду. Ты же хорошо трахаешься, надеюсь? — Эллочка слегка подколола меня, и в её глазах мелькнул озорной огонек.

Я ухмыльнулся в свои густые черные усы, чувствуя, как по телу разливается предвкушение. — Не то слово, милая. Обещаю, завтра ты будешь с трудом вставать с кровати.

***

Так что это был, пожалуй, самый странный эротический опыт в моей жизни.

Я поймал Эллочку за талию и впился в её губы долгим, влажным поцелуем, как только мы пересекли порог её квартиры. Она ответила — жадно, умело, будто пробуя меня на вкус. А потом отстранилась, посмотрела прямо в глаза, и в её зрачках плясали неоновые искры.

— Нам понадобится реквизит. И мне нужно в душ — подготовиться. Ты же хочешь попробовать все мои дырочки?

Определённо, вечер мне нравился всё больше и больше.

— Разумеется, милая. Мы же собираемся устроить шоу. А какое шоу без анала?

— Да ты уже готовый порнорежиссёр, сечёшь фишку, — рассмеялась она. — Ладно, проходи в комнату, раздевайся и жди.

Ещё один поцелуй — на этот раз мягкий, почти невесомый, — и она уплыла в ванную, демонстрируя мне открытую спину, по которой, как ручей по камням, стекал свет. Я разулся и вошёл в единственную комнату, окинув её взглядом.

Посередине — просторная кровать, занимавшая почти треть пространства. Скромность размеров комнаты лишь подчёркивала масштаб ложа. Напротив — рабочий стол с компьютером, чей прозрачный корпус светился изнутри неоном, два монитора по двадцать семь дюймов, клавиатура-радуга, мышь, наушники с подсветкой, микрофон на кронштейне. Игровое кресло — не дешёвый «ковш», а настоящее эргономичное произведение искусства. И, конечно, камеры: одна над мониторами, три вокруг кровати, плюс софтбоксы, стоявшие, как часовые.

Да, опыт обещал быть интересным.

Я открыл шкаф, чтобы убрать одежду, и замер. Ряд костюмов — Снегурочка, Женщина-кошка, рабыня Лея, медсестра, Леди-Баг. Моя тройка проведет время в хорошей компании. Нашёл свободную вешалку, разделся до трусов, лёг на застеленную кровать.

Если не считать техники на пару миллионов, обстановка — скромная. И находимся мы всё ещё в Купчино, в старом доме.

Спустя минут сорок ожидания цоканье каблучков раздалось в коридоре. Дверь открылась.

Эллочка стояла на пороге — полупрозрачные лиф и трусики из тонкого кружева, чёрная полумаска с заячьими ушками, чулки на резинке без пояса, босоножки на шпильке.

— Михаил, — она виртуозно развернулась на носочках на триста шестьдесят, демонстрируя свою шикарную фигуру со всех сторон, — я не поняла, почему ты ещё в трусах?

— Я надеялся, что их с меня снимешь ты, — хитро улыбнулся я.

— Хм, — она задумалась на секунду. — Ладно, пожалуй, ты прав. Но, как я уже говорила, нам нужен реквизит.

Она подошла к шкафу, открыла нижний ящик и достала кожаную портупею и чёрную латексную маску на всё лицо, с вырезами для глаз, рта и носа. Бросила их на кровать.

— На, надень. Нам нужен антураж. А тебе — хоть чуть-чуть анонимности.

Я взял маску. Латекс холодил пальцы. Эллочка смотрела, как я застёгиваю ремни портупеи на груди, и в её взгляде разгоралось что-то древнее, голодное. Когда маска натянулась на мою голову, мир сузился до четырёх вырезов.

— Ну вот, — прошептала она, скользя ногтем по коже ремня. — Теперь ты — мой анонимный черный властелин. А я — твоя зайка. И у нас впереди вся ночь, чтобы провести самую грязную трансляцию во всем городе.

Она щёлкнула выключателем. Софтбоксы вспыхнули белым. Камеры мигнули красным.

Эллочка села за компьютер и запустила трансляцию. Минуты три ничего не происходило. На мониторе плэйбека я видел только лицо Эллы и себя на заднем фоне, лежащим на кровати.

Вдруг в чате начали появляться разные никнеймы, онлайн рос на глазах и наконец Элла заговорила:

— Хэй, гайс! Йо БаниХани хиар энд тунайт ви хав сам шоу — язык был определенно английский, но правильностью произношения девушка себя не утруждала, справедливо полагая, что зрителей не очень волнует как и что она говорит — Тудэй, май Гуд френд, Биг Майк, визитинг ми, энд иф ю вона си, хау хиз дестроинг олл май холлс, ю нид пэй — она что-то набрала на клавиатуре и на экране появилась полоса донатов — файв саузен токенз. Бат фёрст — она встала и покрутилась перед камерой — андресс ми, гайс.

По экрану побежали строчки чата и посыпались первые донаты, а Элла закружила весьма простой, но действенный танец, соблазнительно покачивая бедрами и вытягивая руки над головой. Вот первый донат гол достигнут, и с плеч Эллы поползли бретельки лифа, да и сам лифчик тоже сползает с груди, оголяя её темные вишенки сосков.

Лифчик падает на пол и она поворачивается к камере спиной и наклоняясь, стаскивает трусики, демонстрируя зрителям свои дырочки и стразу анальной пробки между ягодиц. Выпрямляется, крутит еще немного попкой перед камерой и забирается на кровать и ложится рядом со мной.

Берется за резинку моих трусов и спускает их, оголяя мой уже вставший член, который пружиной выскакивает наружу.

— Лук ат зэт кок, гайс! — шапчет она, обхватив его рукой и наклонившись к нему — вона си зис блэк монстр ин май эсс? Вона си, хау зат биг блэк дик стретчин май пусси?— она сомкнула свои губы на нем и начала двигать головой. На экране плэйбэка я мог наблюдать, как очередная полоска донатов стремительно заполняется а чат бежит вверх с невероятной скоростью. Вот нас смотрит уже более 1000 человек и полоска пожертвований из оранжевой превратилась в зеленую, знаменуя достижение очередной цели и из колонок монитора раздался звуковой сигнал.

Она оторвалась от моего члена, посмотрела в камеру и произнесла — О, Ю вона си хау хиз факин май фэйс? Окей, гайс!

Поднимает глаза на меня и говорит — Давай встанем перед камерой, что бы лучше было видно, схвати меня за волосы и трахай в рот, пока не кончишь.

Меня уговаривать не нужно, встаем боком к камере, она садится передо мной на колени, я собираю её косички в кулак, второй рукой беру себя за основание члена и запихиваю ей его в широко открытый рот. Фиксирую её голову и начинаю двигать бедрами. Член покрывается её слюной, из её набитого горла раздаются булькающие звуки а я ускоряюсь с каждым движением. Мне надоело чувство бесконечного ожидания и сейчас я намерен полностью его окупить. Устроим твоим зрителям настоящее шоу, милая. Я вдавливаю её лицо в свой пах, потом снова ослабляю хватку, делая несколько фрикций, снова вдавливаю и так все время. Вот я чувствую приближение оргазма и в последний раз жестко загоняю свой член по самые яйца и извергаюсь ей в горло. Удерживаю её а из колонок монитора продолжает сыпаться звон донатов. Медленно вынимаю член из её рта и прижимают её лицо к моей мошонке — Оближи их, милая.

Она послушно лижет их, глядя в камеру, чат продолжает бежать вверх, зрители определенно в восторге. Снова запихиваю член ей в рот и отпускаю волосы — Теперь оближи его.

Она послушно двигает головой вдоль моего стало, отчищая его от семени и своей слюны. Снова достаю член и хлопаю им ей по губам. Она жмурится и смеется. Я ухмыляюсь, шоу в самом разгаре, а зрителе уже в полном экстазе, новая полоска донатов тоже уже почти заполнена. Заниматься сексом под фактическим управлением толпы даже стало интересно. Посмотрим, что эти извращенцы придумают еще.

***

Через 10 минут, за которые я возбудился снова, а она прополоскала горло минералкой, Элла уже лежала на кровати, раскинув ноги в идеальном шпагате, а я припал губами к её лону, языком играясь с её клитором и правой рукой дергая туда-сюда пробку в её анусе. Элла стонала и иногда бросала взгляд в монитор. Звуки донатов продолжали разноситься по комнате и в какой-то момент она потянулась к тумбочке (мне пришлось оторваться от своего занятия), достала оттуда прозрачный силиконовый член и протянула его мне.

— На, лижи и одновременно трахай меня этим. Заставь меня кончить.

Сама она уже давно была мокрая, для неё все происходящее явно не было просто работой, Эллочка поучала искренне наслаждение от процесса. Я молча повиновался. Тяжелый фаллос в моей руке легко проскользнул в её норку а я вновь обхватил губами её бугорок. Выписывая на её клиторе языком круги восьмерки и ритмично двигая фаллоимитатором я терпеливо ждал, когда она наконец кончит. Вот она наконец-то начинает стонать чаще и я ускоряю свои движения. Её стоны становятся громче и еще через две минуты быстрых фрикций она выгибается дугой и руками вдавливает мою голову в свою промежность. Её ноги задираются к потолку а саму её трясет мелкой дрожью. Наконец, этот перфоманс заканчивается и она морской звездой растирается по кровати. Но я то до сих пор возбужден, и терпеть больше не намерен. Отбрасывая в сторону прозрачный дилдо, забираюсь на неё сверху и вставляю свой возбужденный член в её мокрую киску, не давая ей ни минуты передышки. Задираю её ноги к потолку и сходу беру очень быстрый темп. Шлепки тел друг о друга разносятся по комнате, мой член мокрый от её соков без сопротивления скользит в её влагалище и я хочу кончить как можно быстрее.

— В меня не кончай — подает она уставший голос. — Хочу, чтоб они видели твою сперму на моей коже.

Конечно, как скажешь милая, и когда я чувствую, что уже вот-вот кончу, я достаю свой член и покрываю её живот, грудь, половину лица и даже её маску своим семенем. На её коже цвета «кофе с молоком» оно смотрится контрастно, как драгоценный жемчуг. Она пальцем снимает капельку со своего темного соска и с видимым удовольствием слизывает её своими сочными губами.

Звон донатов снова заполнил собой пространство. Что ж, милая, твоя попка сегодня будет гвоздем этого непристойного шоу.

***

Эллочка, уперлась коленями в ковер и легла животом на кровать, выставляя перед камерой свои идеальные ягодицы, которые она раздвигала сейчас руками. Пробка уже покинула её анус и я возвышался над ней, размазывая по члену толстый слой лубриканта, одновременно поправляя камеру. Вот, лучший на мой взгляд ракурс выставлен и мы можем приступать к главному блюду.

— Готова, милая?

— Начинай уже, не томи — Она вильнула попкой, как бы приглашая меня к действию.

Я встаю над ней и широко расставив ноги начинаю погружать свой большой и толстый черный член в её узкую попку. Первое движение дается с трудом.

— О-о-ох, блядь, ты огромный…— шепчет она и я понимаю, что торопится не стоит. Чуть подаюсь назад и снова погружаюсь в неё, на этот раз глубже. Снова низкий стон. Снова медленно двигаюсь назад и вновь проталкиваюсь вперед. Еще четыре фрикции в таком неспешном темпе и вот я весь в ней и замираю, давая ей привыкнуть. Она выгибается в спине, её тело наряжено, я наклоняюсь и целую ей лопатки и основание шеи. — Расслабься, я буду аккуратен.

— Ничего, продолжай — шепчет она.

Я начинаю двигаться снова, положив руки ей на талию и она начинает тихо повизгивать на каждый мой толчок. Меняю положение своего тела, не выходя из неё. Теперь одно мое колено поставлено на ковер, а вторую ногу я ставлю на кровать. Так амплитуда моих движений увеличивается, так же усиливается устойчивость моего положения и теперь я могу одной рукой ласкать ей киску, чем я незамедлительно начинаю заниматься. Параллельно я ускоряюсь с каждым новым движением и визги Эллы сливаются в один сплошной вой. Она задирает голову, как будто её кто-то тянет за волосы и кончает, сотрясаясь в новых судорогах.

Я вытаскиваю из неё член и хватаю её за переплетенные косички, стаскивая с кровати.

Она плюхается на колени у моих ног и я запихиваю член ей в горло, что бы кончить туда. Как и в самом начале этого шоу, прижимаю её голову к паху и извергаюсь ей в рот. Она почти ничего не соображает в посторгазмическом экстазе, и не сопротивляется ни одному моему действию. Я вытаскиваю член из её глотки и говорю ей — Открой рот, детка.

Она послушно открывает его, демонстрируя мне мою же сперму на своем языке и я разворачиваю её к камере:

— Покажи им, милая.

Она демонстрирует в камеру заполненный спермой рот и глотает её одним жадным глотком.

— Окей, гайс, си ю некст тайм — говорю я и выключаю трансляцию.

***

Как только камеры выключаются, я стаскиваю с себя портупею и латексную маску. В первый и последний раз я её надел, лицо ужасно вспотело.

Так же снимаю маску с Эллы, она все еще в полувменяемом состоянии. Помогаю ей подняться и вместе мы голые идем в душ.

Мою её прекрасное тело, пока она приходит в себя.

Наконец она заговорила:

— Надо будет потом без камер повторить — её голос был хриплым, как будто она залпом выпила стакан чистого спирта.

— Милая, у меня два выходных, так что можем повторять сколько захочешь.

— Ага. Помнишь, я про папу с мамой говорила?

— Да, не забыл еще — усмехнулся я, намыливая её со всей тщательностью.

— Я с тех пор так это и представляла — огромный черный член, который растягивает меня до предела — продолжала она говорить, никак не обращая внимания на мои манипуляции.

— Так что я как, не разочаровал? — снова усмехнулся я

— Не то слово. И да, встать с кровати завтра будет сложно. Можешь донести меня до неё?

— Конечно, моя королева — я уже вытирал её большим полотенцем, которое висело на полотенцесушителе, растирая её расслабленное тело.

Подхватил её на руки и понес её обратно в комнату. Откинул с кровати, так и не снятый за время трансляции, и положил её на белую простынь. Погладил её по голове:

— Есть хочешь?

— Нет, спать только хочу. Ложись рядом, обними меня. Мне охота поболтать.

Я послушно лег, накрылся с ней одним одеялом, обнял её и спросил:

— Как тебе мой дебют?

— Ты был великолепен. Когда нужно — нежен, когда нужно — наоборот, жесток. По-моему, у меня сегодня рекорд по донатам. И ты вообще не стеснялся камеры. Знал бы ты, сколько парней говорили мне, что им вообще плевать на трансляцию а как доходило до дела у них не вставал от страха.

У меня так три стрима сорвалось. Так что дебют вышел отличный. Но завтра ты мой без всяких камер, хочу трахнуть тебя без оглядки на донаты.

— Договорились. А сейчас давай спать и набираться сил.

— Угу — и она положила голову на мою черную грудь, закрывая глаза а я перебирал в пальцах её косички. Выходные обещают быть насыщенные и я безмятежно закрыл глаза, предвкушая завтрашний день.