Поздний вечер застал Юлю в дороге. Молодая студентка была настолько измотана долгим путем, что едва удерживала руль, когда впереди, посреди безлюдной округи, показался силуэт дома. Это было единственное жилое здание на много километров вокруг. Надеясь на помощь, девушка свернула к нему, поднялась на крыльцо и нерешительно постучала в тяжелую деревянную дверь.

Ей открыла привлекательная взрослая женщина.

— Извините за поздний визит... — устало выдохнула Юля, зябко поводя плечами. — Я очень уставшая, застряла в дороге. Не разрешите ли вы мне перевести дух и немного отдохнуть у вас?

Женщина мягко, понимающе улыбнулась и отступила в сторону, приглашая гостью войти.

— Конечно, проходи. Меня зовут Анна, а тебя?

— Юля, — представилась девушка, переступая порог.

— Ну что ж, Юля, устраивайся поудобнее. Ты, должно быть, голодна с дороги? Ужинать будешь?

— Если честно, я просто умираю от голода, — призналась студентка.

— Вот и отлично. Присядь пока за стол, а я сейчас принесу что-нибудь из кухни, — ласково ответила Анна и скрылась в коридоре.

Юля опустилась на массивный стул и принялась с любопытством оглядываться. Интерьер дома поражал: он до мелочей напоминал старинный готический замок. По высоким мрачным стенам в тяжелых рамах висели загадочные портреты красивых женщин, чей взгляд, казалось, преследовал гостью.

Вскоре вернулась Анна, неся в руках изящный поднос. На нем возвышалась бутылка дорогого вина и тарелка со спелыми фруктами.

— Чтобы долго не готовить — такой вариант тебя устроит? — с легким прищуром спросила хозяйка.

— Да, конечно, это просто чудесно! — обрадовалась Юля.

Анна неторопливо наполнила бокалы. Юля сделала первый глоток и потянулась к винограду. Вино оказалось терпким и удивительно крепким — уже после пары бокалов и легкого перекуса мысли девушки начали приятно путаться, а по телу разлилась ленивая, пьянящая истома. Юля заметно захмелела.

Заметив это, Анна мягко поднялась со своего места.

— Думаю, тебе пора отдохнуть. Идем, я покажу твою комнату.

Она осторожно взяла Юлю под руку, и от этого мимолетного прикосновения по коже девушки пробежали едва заметные мурашки. Анна повела захмелевшую студентку на второй этаж. Они вошли в просторную спальню с большой кроватью.

— Можешь располагаться здесь, — тихо, с бархатными нотками в голосе произнесла хозяйка дома. — Раздевайся и ложись.

— Спасибо вам большое... — прошептала Юля, чувствуя, как кружится голова.

Анна подошла к дверям, но перед тем как уйти, обернулась и окинула Юлю долгим, оценивающим взглядом.

— Чувствую, сегодня будет очень интересная ночь, — многообещающе улыбнулась она и скрылась за дверью, оставив девушку в полумраке комнаты.

Юля мгновенно провалилась в тяжелый, тягучий сон. Но отдых не принес забвения — сознание девушки тут же затянуло в водоворот странных, дурманящих образов.

Она открыла глаза, но это была не ее комната. Юля обнаружила, что видит происходящее как бы со стороны, но в то же время отчетливо чувствует все кожей. Какая-то девушка — или она сама? — стояла на коленях на прохладном полу перед хозяйкой дома. Анна восседала в массивном, похожем на трон готическом кресле. Ее внимательный, пронзительный взгляд гипнотизировал, подчинял себе.

У ног Анны стояла глубокая мисочка, до краев наполненная парным белым молоком. Повинуясь безмолвному приказу, девушка опустила лицо и принялась по-кошачьи, неторопливо лакать теплое молоко. Властная ладонь Анны опустилась на ее голову. Женщина медленно, с легким нажимом перебирала пальцами шелковистые волосы гостьи, гладила ее по затылку, нежно чесала за ухом, заставляя девушку трепетать от этого ласкового, но властного жеста. Анна бережно подливала молоко из кувшина, заставляя свою «питомицу» продолжать.

Вдруг Анна неторопливо опустила свою изящную обнаженную ногу прямо в миску. Молоко мягко плеснуло через край. Женщина приподняла ступню, с которой крупными белыми каплями стекала жидкость.

— А теперь — мою ногу, — тихо, но не терпящим возражений тоном скомандовала Анна.

Девушка, ведомая необъяснимым желанием угодить, прильнула губами к влажной коже. Она начала трепетно ласкать аккуратную ступню, ловя губами каждую стекающую каплю. Ее горячий язык медленно скользил по нежному изгибу подъема, поднимался к лодыжке и спускался обратно к пальцам. Она поочередно, с особым упоением обводила губами каждый пальчик, слизывая остатки сладкого молока, задерживаясь в ложбинках и чувствуя пальцами ног дыхание Анны. Из уст женщины вырвался тихий вздох удовольствия.

Когда на коже не осталось ни следа белой влаги, Анна снова опустила ногу в миску, едва заметно коснувшись пальцами подбородка девушки.

— Хорошая девочка. Теперь закончи с молоком.

Девушка снова послушно наклонилась к миске, продолжая лакать...

На самом интересном месте Юля резко открыла глаза и села на кровати. Сердце бешено колотилось в груди, дыхание было частым и прерывистым, а кожа горела так, словно все это происходило наяву.

— Что это было?.. — прошептала Юля в темноту, тяжело дыша.

На тумбочке у кровати тускло поблескивал стакан с чистой водой. Девушка дрожащими пальцами взяла его, сделала несколько жадных глотков, пытаясь смыть наваждение, и бессильно опустилась обратно на подушку. На мгновение ей показалось, что все улеглось, но стоило векам сомкнуться, как сознание вновь затянуло в пучину нового, еще более откровенного и пугающего сновидения.

Она снова оказалась заперта в чужом теле. Юля огляделась: комната утопала в полумраке. Девушка, чьими глазами она смотрела на мир, сидела в самом центре комнаты... прямо в массивном деревянном гробу. Напротив нее в старинном кресле-качалке, мерно покачиваясь, устроилась Анна. Хозяйка дома медленно потягивала из бокала густой напиток кроваво-красного цвета, а ее темные глаза гипнотизировали гостью, требуя покорности.

Подчиняясь этому немому, порочному призыву, девушка в гробу медленно подняла руки и принялась ласкать себя, не сводя взгляда с Анны. Ее тонкие пальцы плавно скользили по собственной шее, очерчивали ключицы и спускались ниже, с трепетом сжимая и поглаживая грудь, а затем мягко огибая живот. Все ее движения были подчеркнуто неторопливыми — она двигалась так, чтобы госпожа в кресле могла сполна насладиться каждым жестом.

Она опустилась на спину, поудобнее устраиваясь на бархатной обивке гроба. Девушка бесстыдно и широко расставила ноги, полностью открываясь взору Анны. Сначала ее пальчики нежно и влажно заскользили между ног, дразня и подготавливая плоть, а затем она потянулась рукой в сторону и взяла лежащую рядом толстую, пока еще незажженную восковую свечу.

Медленно, дюйм за дюймом, она начала погружать прохладный воск в свое разгоряченное лоно. Девушка плавно двигала свечу внутри себя, шумно вздыхая и выгибаясь, доставляя удовольствие и себе, и наблюдающей за ней хозяйке замка.

Спустя несколько минут упоительных ласк, повинуясь новому безмолвному капризу Анны, девушка сменила позу. Она перевернулась и полностью легла на живот, прижимаясь грудью к бархатному дну гроба и слегка приподнимая бедра. Ее округлые ягодицы оказались идеально открыты взору Анны.

Удерживая этот порочный ракурс, она завела руку назад и подвела кончик прохладной свечи к своей аккуратной задней нежной дырочке. Медленно, давая хозяйке возможность рассмотреть каждую деталь, она погрузила восковой стержень глубоко в себя и замерла, тяжело дыша от переполнявшего ее острого чувства покорности.

Анна плавно поднялась с кресла-качалки. Ее шаги были бесшумными. Она приблизилась к гробу, нависая над распластанным телом девушки, протянула руку и... чиркнула спичкой, поднося огонек к фитилю свечи, торчащей из ее тела.

Вспышка яркого пламени — и Юля с криком проснулась в своей постели. Сердце колотилось где-то в горле, а на лбу выступили капли холодного пота. Не в силах больше выносить это душное наваждение, она поднялась с постели и вышла в темный коридор. Бродя по погруженному в тишину этажу, она наконец отыскала ванную комнату. Включив холодную воду, Юля жадно плеснула ей себе в лицо, пытаясь прийти в себя.

— Да что это такое со мной происходит?.. — прошептала она, глядя на свое бледное отражение в старинном зеркале.

Вернувшись в спальню, она залпом допила остатки воды из стакана, снова легла и, вопреки страху, почти мгновенно погрузилась в глубокий сон.

На этот раз кошмары отступили, уступая место чистой, гипнотической эротике. Во сне Юля шла по бесконечному мраморному коридору замка, пока ее ноги сами не привели ее к массивным дверям в конце галереи. Толкнув их, она перешагнула порог и замерла. В центре роскошной комнаты, залитой мягким светом свечей, стояла полностью обнаженная Анна. Рядом с ней стояла еще одна незнакомая, невероятно красивая девушка, на которой тоже не было ни клочка одежды.

Обе женщины медленно обернулись к вошедшей Юле и синхронно протянули к ней руки, безмолвно, но так желанно предлагая присоединиться к их тайному союзу. Юля, словно под гипнозом, сделала шаг навстречу. Их прохладные, нежные пальцы коснулись ее тела, бережно и неторопливо избавляя от одежды, пока Юля сама не осталась абсолютно нагой.

Затем зазвучала тихая, едва уловимая музыка, и все трое слились в медленном, покачивающемся танце. Анна, доминируя и направляя, ласково притянула девушек к себе, бережно обнимая обеих за округлые, подтянутые ягодицы, заставляя их прижиматься друг к другу еще плотнее. В этот момент Юля и незнакомка встретились взглядами и, не в силах сдерживаться, слились в глубоком, страстном поцелуе. Анна удовлетворенно улыбнулась и медленно отступила на шаг назад, занимая позицию наблюдателя.

Оставшись вдвоем, девушки полностью отдались ласкам. Их поцелуи становились все горячее, руки блуждали по изгибам тел, сжимая и поглаживая упругую грудь друг друга, очерчивая соски, которые мгновенно твердели от нежных прикосновений. Постепенно они переместились к роскошной готической кровати под тяжелым темным балдахином.

Они легли на шелковые простыни друг напротив друга полубоком — так, чтобы голова каждой оказалась прямо напротив бедер партнерши. Их интимные зоны оказались прямо перед их лицами. Не теряя ни секунды, они начали одновременно ласкать друг друга языками.

Комнату тут же наполнили первые, сдерживаемые стоны. Юля чувствовала, как горячий, влажный язык незнакомки умело исследует ее трепещущую плоть, лаская самую чувствительную точку, в то время как сама Юля со страстью отвечала ей тем же, впитывая вкус чужого возбуждения. Стоны становились все громче, они эхом отражались от готических сводов, заполняя все пространство комнаты звуками чистой страсти. Девушки тонули в этом обоюдном экстазе, их тела выгибались, а пальцы впивались в простыни. Когда волна мощного, изнуряющего оргазма наконец накрыла обеих, они, обессиленные, оторвались друг от друга. Лениво потянувшись, они переплелись ногами и мгновенно уснули прямо так, обнявшись.

Анна, все это время наблюдавшая за ними из полумрака, тихо подошла к кровати. На ее губах играла загадочная улыбка. Она наклонилась и бережно, почти по-матерински погладила обеих спящих девушек по головам.

И в этот момент Юля опять проснулась.

На этот раз она пришла в себя окончательно. Солнечные лучи едва пробивались сквозь тяжелые шторы, окрашивая комнату в приглушенные тона. Девушка спустила ноги с кровати, все еще чувствуя отголоски ночного возбуждения, и направилась к выходу из спальни.

Толкнув дверь, она замерла на пороге. Прямо у ее ног на полу стояла та самая глубокая миска из ее первого сна — пустая, загадочно поблескивающая в полумраке коридора. У Юли перехватило дыхание, а по спине пробежал сильный озноб.

Подчиняясь неведомому импульсу, она подняла миску и, медленно неся ее в руках, спустилась по скрипучей деревянной лестнице на первый этаж. Юля вошла в просторную гостиную, напоминающую готический зал.

В самом центре, в том самом массивном, похожем на трон кресле, сидела Анна. На ней был роскошный шелковый халат, а в руке она держала уже знакомый бокал с темным напитком. Хозяйка дома медленно повернула голову к вошедшей девушке, и на ее губах заиграла загадочная, властная улыбка.

— Я ждала тебя, — тихо, но отчетливо произнесла Анна, и ее бархатный голос эхом разнесся по комнате. Она окинула Юлю долгим, гипнотизирующим взглядом, опустившимся к миске в руках студентки. — Ты ведь знаешь, что нужно делать, правильно?