Дверной звонок разорвал тишину квартиры ровно в тот момент, когда из ванной донёсся шум воды — Лена только что включила душ. Олег отложил телефон, прошлёпал босиком в прихожую и распахнул дверь.

На пороге стояла Света — соседка из квартиры напротив. Лет тридцати пяти, разведённая, с вечно блестящими глазами и улыбкой, которая задерживалась на его лице чуть дольше, чем требовала вежливость. В руках она держала старый кухонный миксер, обмотанный проводом.

— Привет, Олеж. Возвращаю должок, — она протянула ему миксер, и её пальцы нарочно задержались на его ладони. — Спасибо, выручил.

— Да не за что, — он взял прибор, не сводя с неё глаз.

Света была в коротком сарафане, который обтягивал её так, что каждая складка ткани подчёркивала то, что под ним. Волосы распущены, на губах яркая помада. Пахло от неё чем-то сладким, приторным, как от переспелой вишни.

— А Лена где? — спросила она, заглядывая за его плечо.

— В душе.

Света улыбнулась шире.

— Тогда, может, пригласишь на кухню? Хоть кофе нальёшь за беспокойство.

Олег посторонился, пропуская её внутрь. Она прошла мимо, задев его бедром — то ли случайно, то ли нет. Он закрыл дверь и пошёл за ней, глядя, как сарафан обтягивает её зад при каждом шаге.

На кухне Света оперлась о стол, отставив бедро, и посмотрела на него так, что вопрос о кофе отпал сам собой. Олег поставил миксер на подоконник и шагнул к ней.

— А ты не теряешься, — сказала она тихо.

— А чего теряться.

Он взял её за талию. Света не отстранилась — наоборот, подалась вперёд, и её ладонь легла ему на ширинку, сжала через ткань.

— Ого, — выдохнула она. — А ты полон сюрпризов.

Дальше всё произошло быстро. Света опустилась на колени прямо на кухонный кафель, расстегнула его джинсы, стянула их вместе с трусами до середины бёдер. Член выскочил наружу — твёрдый, налитой, с блестящей головкой. Она обхватила его обеими руками, провела языком по стволу снизу вверх, медленно, смакуя, и взяла в рот.

Олег застонал, упёршись ладонями в край стола. Света сосала жадно, с хлюпающим звуком, заглатывая глубоко, до самого горла, и её слюна текла по его яйцам. Она отстранилась на секунду, перевела дыхание, и снова насадилась ртом до основания, мыча от удовольствия. Её рука подрачивала ствол, пока губы обхватывали головку, язык кружил по уздечке. Олег запустил пальцы в её волосы и толкнулся глубже. Она не сопротивлялась — только замычала громче.

— Хватит, — выдохнул он. — Иди сюда.

Он поднял её, развернул спиной к столу, задрал сарафан. Трусиков под ним не оказалось. Света сама раздвинула ноги, опёрлась локтями о столешницу и выгнула спину.

— Ну давай, — сказала она хрипло. — Вставь мне.

Олег приставил головку к её мокрой щели и вошёл одним резким толчком. Света вскрикнула, закусив губу.

— Блядь, какой же у тебя хуй огромный, — простонала она. — Еби меня, Олеж, только грубо. Не жалей.

Он и не собирался жалеть. Взял её за бёдра и начал долбить — быстро, жёстко, с влажными шлепками, от которых стол ходил ходуном. Света стонала в голос, выкрикивая грязные слова, которые сыпались из неё одно за другим, без остановки:

— Да, блядь, вот так! Трахай меня, сука, глубже! Разорви мне пизду своим хуем!

Олег наклонился, схватил её за волосы, потянул голову назад. Света застонала ещё громче, её тело выгнулось дугой. Он вколачивался в неё так, что её груди, вывалившиеся из сарафана, тряслись в такт каждому удару.

— Какая же ты блядь, — прорычал он ей в ухо.

— Да, я блядь! — выкрикнула она. — Твоя грязная блядь! Еби меня, как последнюю шлюху!

Он вытащил член, развернул её лицом к себе, усадил на край стола. Света обхватила его ногами, и он снова вошёл — теперь глядя ей в глаза. Она смотрела на него ошалело, губы приоткрыты, по подбородку текла слюна. Он трахал её медленнее, но глубже, вдалбливаясь до самого конца, и она стонала на каждом толчке:

— Ох, блядь... да... ещё... глубже, сука...

Потом он снял её со стола, развернул и нагнул лицом к столешнице. Вошёл сзади, держа за талию, и снова взял бешеный темп. Света уткнулась лбом в стол, её стоны превратились в сплошной вой:

— Да-да-да! Трахай меня! Еби свою сучку! Я кончаю, блядь, я кончаю!

Её тело задрожало, сжалось вокруг его члена, и она закричала — громко, без стеснения, не думая о том, что жена за стеной. Олег продолжал долбить её сквозь оргазм, пока не почувствовал, что сам на пределе.

— Встань на колени, — приказал он.

Света сползла на пол, повернулась к нему лицом, открыла рот и высунула язык. Олег подрочил себе несколько секунд, глядя в её пьяные от похоти глаза, и кончил — густыми белыми струями, которые легли ей на щёки, на губы, на подбородок. Одна капля повисла на реснице.

Света не вытиралась. Она подалась вперёд, обхватила губами его всё ещё пульсирующий член и слизала остатки спермы, медленно, тщательно, не сводя с него глаз. Потом поднялась, поправила сарафан, провела пальцем по щеке, собирая сперму, и облизала палец.

— Спасибо за кофе, — сказала она с усмешкой.

И пошла к выходу, не умываясь. Сперма блестела на её лице, пока она открывала дверь и выскальзывала в подъезд. Олег остался стоять посреди кухни, слушая, как в ванной затихает вода.