Уже утром, а была суббота и на работу идти не надо, Сергей еще нежился в постели, когда раздался стук в его дверь.

— Да, заходи, - крикнул он дочери, и она ещё не успела войти, как он догадался, что опять произошло это. Её грустное лицо, припухшие глаза, подтвердили догадку.

— Замок срочно надо, - грустно произнесла Катя, зайдя и ставя на тумбочку ноутбук. – Вот от сюда. Только кнопку нажми. А я смотреть это не буду. Мне стыдно.

Она печально посмотрела на него и вышла, больше ничего не сказав.

Сергей вскочил и уставился в экран.

На экране была темная, но достаточно различимая остановившаяся картинка Катиной комнаты и очевидно, она сама на кровати под одеялом. Сергей запустил видео. Картинка пришла в движение. Дверь в её комнату стала открываться, и вскоре Сергей увидел, как он сам появляется в дверях, а потом бесшумно подходит к кровати дочки. Та видимо еще спала. Сергей на экране аккуратно снял трусы, положил их на стул, на дочкин халат и взялся за её одеяло. Приподняв его, он навалился всем телом на Катю, лежавшую на спине в короткой ночнушке. Катя, проснувшись, закричала, попыталась оказать сопротивление, дрыгая ногами и руками, пытаясь скинуть его, но силы были явно не равны. Её руки были прижаты его ручищами к кровати по обе стороны от подушки, а ноги пытались колотить его по бедрам, жопе и спине. Она громко голосила "Нет! Не надо! Пусти меня!", а он просто лежал на ней и держал её. Тут на Сергея, смотрящего на экран, стала накатывать ярость. Ему очень захотелось защитить дочку, помочь ей. Схватить бы этого подонка, посмевшего покуситься на его дочь и швырнуть его в стену, а потом подойти и. .. ещё добавить. Его кулаки сжались, в голове застучало, перед глазами поплыла кровавая пелена. Он даже забыл на какое-то время, что это он сам! Там, на экране.

Экранный Сергей, дождавшись, когда его жертва затихнет, обессилев от своих бесплодных попыток вырваться, прихватил её руки уже одной своей пятерней, а другая полезла между их телами вниз к паху. Его задница приподнялась и вскоре опустилась. Катя, обреченно лежавшая под его телом и лишь что-то бормотавшая, сквозь слезы, в этот момент дернулась, вминаясь головой глубже в подушку. Ей ладони сжались в кулаки, и из горла вырвался полустон полукрик. Под всё слабеющие всхлипы жертвы, задница насильника стала прыгать вверх вниз. Два тела ритмично вминались в пружинящую кровать, и лишь слабое поскрипывание и не прекращающиеся постанывания молодой девушки озвучивали картину ночного изнасилования.

Сергей захлопнул крышку ноутбука. Лишь огромным усилием воли он заставил себя не швырнуть его в стену.

Он был вне себя от бешенства. "Ну, как же так?! Как он мог?! Откуда это?!" Мозг отказывался верить!. .. Теперь сомнений нет, . .. но почему?! Он никогда не смотрел на свою дочь как на сексуальный объект. Да, он, конечно, видел, что она превращается из хорошенькой девчушки-хохотушки в молодую симпатичную девушку. Этого нельзя было не видеть. Как формируется её фигура, всё больше наливается спелостью её тело, молоденькие грудки, попка, бёдра приобретают соблазнительные для мужского взгляда очертания. Ну и что?! Он видел и знал, что она привлекательна, но он никогда, даже в мыслях, не представлял, что она и он. .. заниматься сексом! Дикость какая-то! "Это ж моя дочь!"

Очнувшись, он осознал, что как загнанный зверь, ходит по своей комнате в одних трусах от одной стены до другой. Но его мозг сейчас не анализировал его поведение, он работал на пределе своих возможностей, как перегруженный процессор, пытаясь найти хоть что-то, за что можно зацепиться, и хоть как-то объяснить самому себе новую реальность. Но безрезультатно. Весь его опыт 44 лет можно было выбросить на помойку. Мозг отказывался воспринимать совершенно дикую невозможную для него ситуацию и крутился как заезженная пластинка на одном и том же месте. "Как такое возможно!"

— Ты завтракать-то будешь? – послышался голос Кати из кухни.

"Что? Завтракать?! После такого?! У него мир рушиться, а она "завтракать"?! Сергей недоуменно оглядел свою комнату и замер, наткнувшись на фото своей погибшей жены Ирины. Она озорно улыбалась ему, её растрепанные волосы были в движении, ямочки на раскрасневшихся щечках, слегка приоткрытые губы. Это фото было сделано им, когда они только ещё женихались. Тогда казалось, что теперь, когда они повстречались, вся их жизнь будет счастливой и благополучной. Сергей почувствовал горечь и отчаяние, подступавшее к нему. "Да, за что же мне это?! Почему всё черт знает как! Жену схоронил, теперь ещё вот это!!!" Сергей смотрел на фото. Его просто выжигало изнутри это чувство отчаяния.

Это не правда, что мужчины не плачут. Плачут, но только внутри себя, без слез, без заламывания рук и причитаний, молча, . .. но это ещё страшней.

"Прости меня, Ириш! Я не знаю, что со мной. Была бы ты с нами, мы бы конечно разобрались.. .. Да, что там разобрались, всего этого кошмара просто бы не случилось.. .. Ты нам очень нужна, . .. ты нам сейчас нужна как никогда! А теперь. .. Я. .. я не знаю, что мне делать!. .. Как с этим жить?!"

— Пап, ну ты чего? Идешь? – Катерина заглянула в приоткрытую дверь.

— Да, да. Иду, дочка, сейчас - Сергей встал, глубоко вздохнув, и пытаясь хоть немного прийти в себя.

Он заставил себя пойти в ванную, умыться. В зеркале он не узнал себя. На него глядела чужая затравленная и растерянная физиономия. Назло ей и оттягивая момент, когда надо будет смотреть в глаза дочке, он взял бритвенный станок и начал насухую, без пены, шкрябать по выросшей щетине.

— Ну, что, ты так долго? Я уже и кофе успела выпить, – укорила его Катя, когда он, пряча взгляд, опустился на кухонную табуретку у стола. – Всё уже остыло.

Она, поставила перед ним тарелку с тремя румяными сырниками и пододвинула к нему поближе сметану и банку сгущенки, а сама, взяв чайник, налила в его кружку, где уже лежала щепоть гранул растворимого кофе, кипятка и добавила немного молока из пакета.

Сергей, решившись, поднял на неё глаза:

— Катюш, ты меня прости! Это просто ужасно! Я сам не знаю, что это!. .. Дикость какая-то!

— А, посмотрел?. .. Да уж, приятного мало. Ладно, давай, ешь, после поговорим, - вздохнула она и, опустив свою кружку, и пустую тарелку в раковину, прошла в комнату, оставив его одного со своими нелегкими думами.

Когда он вошел в комнату и уселся в своё кресло, на вид казалось, что он постарел лет на двадцать. Катя подошла к нему и села на корточки у кресла, пытаясь заглянуть ему в глаза.

— Пап, ну ты чего?. .. Не надо так.. .. Ну, не переживай так!

Ей вдруг стало тревожно от одного его вида. Красное лицо, затравленный мутный взгляд, мелкие порезы на щеках и шее, сгорбленная спина, руки плетьми лежащие на коленях. Она прекрасно видела, что он убит горем "Господи, этого еще не хватало! Сейчас вот хлопнется с сердцем, что тогда делать. Эти мужики только на словах герои, а стоит возникнуть какой проблеме, так они сразу расклеиваются".

— Ну, прекрати. Всё же поправимо. Мы же решили – сейчас поставишь замок и всё! Дальше всё будет хорошо. Да?

Она прогладила его по плечу, успокаивая и призывая отвлечься от дурных мыслей и заняться делом.

— Да, да. Точно! Замок! – отозвался Сергей, не своим, глухим голосом. – Конечно.

— Послушай, Катюш, а я тебя там, - он скосил глаза на её пах, – . .. не очень? Всё нормально?. .. К врачу не надо обратиться?. .. Насухую всё-таки.

— Да, не переживай. Я еще после второго раза стала. .. там детским кремом мазать на ночь. Так, что всё "на мази", - она ещё шутила.

Он поднялся и пошел в свою комнату одеваться, идти в магазин.

— С тобой точно всё нормально? Может, вместе сходим, - крикнула вдогонку Катя, всё ещё опасаясь за исход его переживаний.

— Нет, нет. Всё нормально. Я сам, - донеслось из комнаты, и этот голос уже больше походил на голос её отца.

***

Сергей купил замок, и остаток дня провел, устанавливая его на дверь дочкиной комнаты. Вечером они вместе опробовали его, открывая и запирая дверь.

— Ну, вот и хорошо, - Катя, оставила ключ в замке и невесело пошутила. – Теперь ты уже ко мне не ворвешься.

— Слушай, Кать, а ты там поспрашивай, если сможешь, что это за болезнь, . .. как ты там её называла, . .. может быть есть какие лекарства, процедуры, а то мне всё равно как-то боязно, а ну как я ещё чего-нибудь выкину во сне? Может можно как-то полечиться?

— Хорошо, попробую, есть у нас один завкафедры, довольно знающий товарищ, но. .. вряд ли получится. Это всё еще не изучено, мы же с тобой читали.

— Ну а вдруг, - Сергей уже более-менее отошел от потрясений и успокоился, насколько это было возможно. С тем они и разошлись на ночь.

***

Прошло два дня. Сергей уже обрадовался, что они нашли решение проблемы, как на утро третьего дня Катя, появившись на кухне, ухмыляясь, спросила:

— Ну и как же ты умудрился его открыть?

— Чего? Опять что ли? – опешил Сергей, чувствуя, что опять накатывает беспокойство. Когда ж это кончится? Что, действительно, может лучше, отдаться в руки врачей. Пусть посадят куда-нибудь в бокс и изучают. Если у них с Катей жизни не стало, может хоть кому-то пригодиться, найдут, как бороться с этой напастью.

— Опять, - Катя прошла к столешнице и, открыв дверцу полки над ней, взяла пачку растворимого кофе. – Слушай, тебе этот кофе нравиться? Мне тут другой посоветовали. Чуть подороже, но и запах и вкус. ..

— Подожди, - перебил её Сергей. – Я что-то не понял?. .. Я сегодня ночью приходил к тебе? Дверь как-то открыл или нет?

— Да, приходил, приходил.. .. Правда, только в банках, в фольгированных пакетах пока нет, - она оглянулась на его растерянное лицо. – Приходил, приходил и. .. всё как обычно.

— Я тебя не понимаю? Для тебя это стало – "обычно"?!

— А что тут не понимать? Я что теперь, каждое утро должна в истерике биться? Волосы на себе рвать? – Катя досадливо отвернулась, взяв свою кружку. – Мало того, что насилуют, так я ещё должна это демонстративно переживать!

Сергей помолчал не зная, что сказать. Катя, обернувшись и видя его терзания, подошла, погладила по руке, лежавшей на столе и примирительно промурлыкала:

— Ладно, не дуйся. Ничего же нового... Ты мне лучше скажи, как ты открыл. Я же запирала на ключ, а он оказался потом на полу.

— Не знаю. Я же не помню ничего.. .. Но, я же слесарь. И неплохой. Что мне этот замок? . .. Впрочем. ..

Сергей встал и прошел в прихожую, где во встроенном шкафу нашел коробочку из-под замка.

— Вот, - Сергей, появившись на кухне, показал дочке, прихлебывающей кофе с бутербродом, блестящий ключ на колечке.

— Ну, ключ и что? – не поняла Катя.

— В комплекте три ключа, один у тебя, второй здесь, а где третий?

— Не знаю... и где?

— Третий видно я ночью взял, и, протолкнув твой, вставленный изнутри, открыл им дверь.

— Молодец! – съязвила Катя, прожевывая последний кусок. – Такой целеустремленный, мне даже лестно, что ты так стараешься из-за меня.

— Катя, я всё же не понимаю твоего настроя, - укоризненно поглядел на дочь Сергей.

— Ладно, ладно. Всё! Я побежала, мне в институт пора. Сегодня мне надо пораньше.

Чмокнув в щечку отца, Катя, выбежала из кухни собираться.

Вечером Сергей установил на двери Катиной комнаты небольшой, но хороший стальной засов. Два дня им казалось, что проблема полностью решена.

На третий день, утром Сергей, проснувшись, обнаружил у себя на ткани трусов непонятную подсохшую корочку, да и сам член был явно измазан засохшей спермой. "Поллюции – что ли? Сон, какой эротический приснился?. ..Тогда спермы мало. Должно быть больше". Сергей вспомнил, как в подростковом возрасте при ночных поллюциях у него трусы к утру не успевали полностью высохнуть, а та часть, что высыхала, превращалась в подобную корку. Расслабленное самочувствие также намекало на то, что недавно он получил сексуальную разрядку. Он снял трусы, понюхал их. Да, сперма и. .. ещё какой-то слабоуловимый знакомый запах. Он попытался вспомнить этот запах, но память подводила, а когда он закрыл глаза, вспоминая, вдруг ему привиделись набегающие на берег морские волны. Почему, как они связаны с запахом, и связаны ли вообще, он так и не понял.

Еще одно вызывало беспокойство. Уже много лет подряд, вечером, во время вечернего душа, он, пару раз в неделю, занимался самоудовлетворением. Полюбился ему в Интернете один сайт с каким-то названием по-английски, где почему-то публиковались фантазии-рассказы на сексуальные темы только на русском языке. Сергей даже зарегистрировался на этом сайте и всегда, когда ему нравилось написанное, ставил свои оценки авторам, благодаря их таким образом. А они щедро делились с ним своими порнострастями и сюжетами, которые помогали ему в мастурбации. А что? Нормальная здоровая мужская потребность.

И вот теперь он почувствовал, что сейчас у него такое же расслабление как после достижения оргазма. Он осмотрел свою простынь, но не нашел на ней даже намеков на свою семенную субстанцию. "Странно", - подумал он. – "А где же всё?"

Выйдя из своей комнаты, он легонько подергал дверь Катиной комнаты, она была заперта.

Он прошел в ванную, где умылся, наскоро помылся, сунул измазанные трусы в корзину для стирки и прошел на кухню, где быстро разогрел завтрак.

Катя появилась на кухне, счастливо улыбаясь, когда он уже заканчивал пить кофе:

— Доброе утро - она широко улыбнулась ему и чмокнула в щеку, настроение у неё было явно хорошее.

— Доброе, - ответил Сергей, ответно улыбаясь и любуясь ею. "Ну, слава богу, оттаяла, а то поначалу всей этой кутерьмы, было прямо страшно смотреть. А сейчас, вон как сияет!"

Катя прошла к холодильнику.

— Кать, а ты как, нормально сегодня спала? – какая-то непонятная тревога как заноза свербила у него где-то в уголке сознания. Он не знал, не понимал, что как, но почему-то ему было неспокойно.

— Всё хорошо, - вроде бы беззаботно ответила дочь, доставая свой йогурт, скользнув по нему настороженным взглядом. – А что?

— Точно? – Сергей хотел, чтобы хоть она оказалась вне этого беспокойства, и спросил, только чтобы удостовериться лишний раз, что с ней всё в порядке.

— Да. А разве что-то случилось? – Сергей не придал особенного значения тому, как забегали её глаза. – По-моему, всё хорошо. Ты мне такой засов приладил, что теперь мне ничего не страшно.. .. А почему ты спрашиваешь?

— Да, нет. Ничего, - попытался он уйти от разговора. – Забудь.

Катя, уселась напротив, открывая крышку разноцветного пластикового стаканчика и беря в руки ложку.

— Ну, как же ничего? Вчера, допустим, ты так меня не спрашивал.

— Да, всё нормально, не переживай.

— Нет. Мы же договаривались без утайки – наседала она. – Выкладывай!

— Да, тут, . .. я и сам не понимаю. .. вроде поллюции у меня, . .. измазаны трусы, член. .. да что-то совсем мало, ни как раньше. .. Ничего не понимаю. Ты должна знать что это. .. – он вопросительно посмотрел на дочь.

Катя вдруг смутилась, покраснела и быстро вскочила, якобы что-то ища в хлебнице.

— . .. ты же врач! Бывает это в моем возрасте или нет? – закончил он ей в спину. Катя заметно расслабилась и уселась обратно с пакетом белого хлеба в руке.

— Нет, не знаю, но если хочешь, поищу в Интернете.

— Не надо, - махнул рукой, - я сам посмотрю.

— Да, ты не переживай, может это ничего особенного. Может уже больше и не будет.

— Ладно, я пошел, - он обнял её за плечи, чмокнул в лоб и пошел собираться на работу.

На работе было полно проблем, не присесть, и только вечером, в автобусе, он опять вернулся к своим утренним мыслям. "Что же это было? Это как-то касается его болезни? Ведь лунатизм- это болезнь. Или просто непонятный сбой организма? Пройдет или дальше повториться? Как всегда – полно вопросов и нет ответов.. .. Ладно, это уже мелочи. Главное - у дочки всё хорошо, а он как-нибудь обойдётся. Ну, подумаешь, трусы и член в сперме – ерунда".

Прошла неделя, Катя полностью ожила и порхала как бабочка. Её отношение к нему стало, как и прежде, даже ещё лучше, ближе. Она, разговаривая с ним, частенько садилась к нему на колени, прижималась, обнимая и целуя в щеку. Один раз даже поцеловала в губы, но Сергей, глядя на веселых чертиков в её глазах, воспринял это просто как неудачную шутку и не стал ворчать. Поначалу, Сергей подумал, что такая перемена в её настроении произошла из-за её отношений с Кириллом, но Катя его огорошила тем, что они расстались, и она нисколько об этом не жалеет. Это было непонятно, но. .. она уже взрослая, сама решит. Главное, что она не убивалась как раньше, а даже наоборот – вся цвела. Сергей тоже успокоился, считая, что все невзгоды остались позади. Никаких проблем больше вроде бы не намечалось, но не тут то было.