/ сказка для взрослых /

Жил старик со своею старухой

У самого синего моря.

Они жили в ветхой землянке,

Ровно тридцать лет и три года.

Старик ловил неводом рыбу,

Старуха пряла свою пряжу...

Темы классик не раскрыл

Или просто позабыл,

Что Старуха – нимфоманка.

Только встанет спозаранку,

Тут же клитор теребит,

Пока старый крепко спит.

До обеда бабка дрочит,

Ну, а после письма строчит

Во все стороны страны.

Дескать, мужики нужны,

Чтоб конец аж до колена,

Ясно, толстый, как полено.

Мол, готова отсосать,

Ну, а после в анус дать.

Рада плеткой поработать,

Чью – то жопу обработать,

В общем, полный "соцпакет",

А ответа нет и нет.

Дед, тем временем, у моря

Заливает водкой горе.

Что же делать, коль Старуха,

По ночам, как потаскуха,

Шарится по околотку,

С мужиками хлещет водку,

А потом, задрав подол,

Ищет подходящий "кол".

Только это все напрасно.

Знают все вокруг прекрасно,

Если в лапы к ней попал,

То заведомо пропал.

Всем известно – у Старухи

Все супруги мрут, как мухи.

Пятерых уж извела,

А шестого довела

До запойного синдрома.

Дед уж не бывает дома.

Солнце золотит восход,

А Старик уж к морю прет.

Вот закинул невод раз,

Только старый керогаз.

Во второй раз кинул сеть,

Вовсе не на что смотреть.

Бросил третий раз икая,

Смотрит – Рыбка Золотая.

С перепугу, взял острогу,

Выставил немного ногу.

"Стой, старик, не убивай,

Три желанья загадай,

Даже больше, если хочешь".

"Что ты голову морочишь?" –

Разозлился старикан.

Накатил себе стакан,

Рыбку крепко взял за хвост,

Размахнулся в полный рост

И забросил за буйки.

Вот такие старики

На Руси порой живут;

Водку пьют, да девок прут,

До тех пор, пока стоит,

А потом – дорога в скит.

Наш Старик домой пошел,

По пути в кабак зашел

И предстал пред жены очи,

Где – то в апогее ночи.

И, по пьяни, рассказал,

Как сегодня он поймал

Золотую рыбку в сеть

И, что мог теперь иметь

Все, что в голову придет.

Тут Старуха: "Идиот!

Посмотрите на него.

Отказался от всего.

Вот уж право молодец,

Вместо члена огурец".

Пользует его жена:

"Подымайся, сатана,

Выпей пол стакана водки

И иди к своей селедке.

Пусть пришлет вибратор мне

Буду, словно на коне,

Восседать и день и ночь.

Ну, ступай отсюда прочь".

Сел на берегу старик,

Ну, а после поднял крик.

Рыбка скоро приплыла,

Все конечно поняла

И отправила домой.

Дед приходит, слышит вой,

Что несется из дверей.

В хату забежал скорей,

Забежал и обалдел,

Попросту на жопу сел.

Бабка ноги развела

Член резиновый ввела,

В анус сунула второй

И опять подняла вой.

"Ну, довольна ты теперь?" –

Дед спросил, прикрывши дверь.

Тут Старуха отвечает:

"Дурака колпак венчает.

Что ты выпросил, козел?

Ну – ка, к морю вновь пошел

И скажи своей лягушке,

Чтоб сегодня две подружки

Были дома у меня.

Что расселся размазня?"

Дед пошел, договорился

И обратно возвратился.

Что ж он видит; две девахи,

Без стыда, сорвав рубахи,

Лижут Бабку между ног.

Член резиновый, как рог,

В анусе ее торчит,

А Старуха то рычит,

То ревет, словно белуга.

Тут, одна ее подруга

Села Бабке на лицо.

Почесав свое яйцо,

Дед спросил: "Ну, как теперь?"

А старуха: "Пшел за дверь.

Вновь иди к своей селедке.

Можешь, кстати, выпить водки

И скажи ей, что мне надо,

Для промежности услады,

Пару крепких мужиков,

Пару плеток и оков.

Ну, по мелочи слегка.

Да, скажи, чтоб мужика

Выписала для меня,

Чтобы член, как у коня.

Понял все? Теперь иди

Назад не приходи,

Коли сделаешь не так.

Знаю ведь, что ты мудак".

Дед пошел, договорился

И обратно воротился.

Смотрит – мать твою ети!

Не проехать, не пройти.

Среди хаты Бабка раком,

Рыжий пялит ее в сраку,

Белобрысый в рот заправил,

А Брюнет в промежность вставил.

Ну и тройка понесла.

Дед спросил: "Ну, как дела?"

"Да пошел ты, старый пень,

Даже в рожу плюнуть лень, –

Ощетинилась Старуха, –

Я хочу, чтоб потаскуха,

Та, что Рыбкой ты зовешь,

Приползла сюда, как вошь,

И пусть лижет мне манду".

"Хоть убей, но не пойду, –

Возмутился вдруг Старик,

Разом перейдя на крик, –

Уж не знаешь чем заняться".

"Ты намерен пререкаться? – "

Усмехнулась тут Старуха

И, схватив его за ухо,

Мордой к полу наклонила,

Да Брюнета поманила.

Малый только пробасил:

"Зря ты, Старый, голосил".

И заправил ему в жопу.

Тут Старик, на всю Европу,

Завопил, да толку что?

Рыжий снял с него пальто,

Белобрысый вставил в глотку,

А Старуха взяла плетку.

В общем, получил по полной

И с кишкою, спермой полной,

Похромал на брег морской,

Там уселся и, с тоской,

Рыбку начал подзывать.

"Вот же так твою не мать, –

Донеслось вдруг из пучины, –

Что за сволочи мужчины.

Нет покоя день и ночь.

Ну, чего там сучья дочь,

Твоя стерва, сочинила?"

Тут у Старика заныло

И в печенке, и в заду.

Забубнил он, как в бреду,

О желании Старухи,

Чтоб ей сдохнуть потаскухе,

И просил простить его.

Не сказала ничего,

Лишь махнула подолом

И рванула напролом,

Сквозь волну, в глубины моря.

Дед, осунувшись от горя,

Похромал домой к себе.

Только подошел к избе,

Тут же подкосились ноги,

Он увидел на пороге,

Бабку с огурцом в манде.

Оглянулся, но нигде,

Не увидел мужиков.

Нет ни плети, ни оков,

Даже девок нет в округе.

Вот подходит он к супруге:

"Ну так что, седая блядь,

Доигралась, твою мать?

Верно говорит народ,

Широко раскрывши рот,

Не поймаешь ни хера.

Пусть теперь твоя дыра

Принимает огурец,

Как резиновый конец.

Говорится ж на Руси:

Много хочешь – хер соси".

Стас Маховский.