Да, вот такая напасть напала на меня. Там что то на уровне нуклеотидов (а их у нас 3.1 миллиардов штук) ч что там не так адгезировалось.  И у меня (о боже) стал расти член. До размеров полена. Полено толщиной с ляжку. 

Ну я тык мык. Что делать. Девушки распускают порочащие слухи.  Озлобилась однако. И принялась мстить. Каким образом.

Случайно заметила что приличные девушки теряют сознание после визита моего члена.

Да и сделала себе развлечение.

Какое развлечение. Вижу девушку.  Ах какие ляжки.  Полные.  Накачанные. Молодые.   И прогнозирую. Сколько фрикций она способна выдержать до потери пульса.

Прикладываю тьму усилий. Затаскиваю.  И всаживаю  на полный хуй несколько раз.

Весь цимус угадать на сколько раз её хватит до потери сознания.

Начинала  на своей маме. Чтобы не приставала    ебу её в её пизду.  После 10-и раз она точно теряла сознание. И я могла спокойно собраться на работу. Она лежала как спящая кукла  с раздвинутыми ногами и не приставала не хватала меня за интимные места.  Правда я не всегда уходила мирно.  Вид раздвинутых ляжек и пизды между ними  и полная беспомощность женского тела  -  возбуждали.  И я ещё добавляла несколько раз  на полный размер  для уверенности

Перед уходом звонила Рейке. Это которая будущая стюардесса.  У них любовь.    Говорила что я не закрыла дверь. И ты сука не вздумай припорхнуть.  И не еби мою маму.  Она отдыхает.   На самом деле  именно это и происходило.  

Какова фактура.   Устанавливала потайной смартфон.  Смартфон с прибабахом.  Он снимал только если шевеление происходило. Потом просматривала. И вот что показала эта  штуковина.  Ну сначала как я ебу маму.  Она развигает ляжки.  Дрыгает.  Потом перестаёт.  Отрубилась значит.  Потом в кадре появляется Рейка.  Она подходит к маме. Она целует маму в губы.  Она целует мамину пизду.  О боже, О боже  совсем не телячьи нежности.   Она раздвигает свои ноги.   Вставляется между ними своими ляжками и ебёт маму в позе ножницы.  Совсем не телячьи нежности.  Но я за это привезу Рейке колготы из Гонконга.  У них разрез такой  что можно ссать не снимая.

Но теперь я в городе.  Я  проектировала свою похоть на  встречных  фигуристых суках.  И даже перестала ошибаться. Например.  Вот этих ляжечек точно хватит  раз на 6 не более.  Ну а эту кобылу придётся трахать и трахать

Ну там по всякому заманивала  их. Обычно в подъезды, под мосты  и в строящиеся дома. 

Они запоминали меня и обычно вертели попками в следующие разы. 

Причём не имели веса анатомические габариты женщин. Могла быть мелкая, но её хватало даже на двухзначное число фрикций. Были и крупные всего на 2 - 3 фрикции. Фрикция трение это по умному. А по глупому засаживание до крика у счастливицы

Оно бы всё бы ничего. Но возбухла моя основная девушка Сора. Это у которой пизда размером с хоккейные ворота. Сколько ни ебу   а ей всё мало.

Так ты ввела его наконец? Это после того как он весь там и во что то давно упёрся. Бесила она меня таким образом. Однажды пришлось ей надавать по морде. Правда и я получила взамен. Но это не для исторических мемуаров.  И ничего такого не было и быть не могло.

Вдобавок Сора мастерски целовалась. Весь язык засовывала мне в рот.  И я тоже потом засовывала свой язык в её рот. Член заведомо не помещался.  У него диаметр как у ляжки.

Обидный нюанс состоял в том что суки унюхали про этот размер и  эксплуатировали меня как рабыню.  Придёшь куда либо.  Твари начинают перемигиваться и  мерзко хихикают.   Оставляют  наедине с кем либо. Потом следующая. Это не всегда гут. Это следовало как то  хоть как то  прекратить.  Я же не рабыня занюханная.

Прослышала я про кудесника. Выращивал на грядке всякие чуды-юды. Пришла. Он раздвинул мне ноги. Долго сопел. Лизал. Сказал вердикт. Дам тебе чай в пакете.   Выпей весь и у тебя пройдёт.

Там на самом деле был никакой не чай. Но кордицепс. Бактерия-вирус или всё такое. Гадость. Никогда не погибает. Он там в организме прорастает и делает свои тёмные делишки. Он и сделал. Член принял нормальные размеры. 20 см в длину и толщина как у бутылки вина с журавлём.

Жизнь наладилась. Сора правда возбухала иногда. Но я драла её в рот. И она  замолкала.