Каждую ночь, перед сном, прокручиваю в голове произошедшее со мной за последние несколько недель и реально не понимаю, что происходит и куда это катится.

Я молодой парень, теперь, наверное, в прошлом, потому что то, кем я являюсь на данный момент, точно не парень.

Меня считает своей девушкой мужчина, но при этом я страстно желаю его бывшую. Этакий любовный треугольник получается.

Вот только выяснять, кто к кому какие чувства испытывает, я не очень хочу. Ну, вернее, мне страшно, ведь я сам погряз в интригах.

Я много времени провожу с Сергеем. Он наведывается ко мне в гости, когда родителей нет дома, приглашает покататься на машине, попить кофе или посмотреть кино и даже предлагал к нему переехать. А я, наверное, уже можно себе в этом признаться, влюбился в Машу. И поэтому избегаю более серьезных отношений с Сергеем. Ведь чем глубже они, тем меньше шансов видеться с Машей, а меня это в корне не устраивает.

Вот и приходится постоянно придумывать какие-то отговорки. Хотя даже отговорки, на самом деле ложь. Мало того, что он мне нужен исключительно для встречи с Машей, так я еще не представляю, как вообще наши отношения выглядят со стороны.

«Привет, мам, я хочу переехать от тебя к мужчине?»

«Я опоздал на работу, мой с утра решил палку кинуть?»

От таких мыслей аж в дрожь бросает.

Но регулярная женская роль, пусть даже не желанная, а вынужденная, не может проходить бесследно. Я чувствую, что меняюсь. Плюс свои коррективы вносит Маша.

Так повелось, что в субботу мы встречаемся втроем или у Сергея, или у Маши, не важно. Важно, что Маша согласна на свидание втроем только если я буду полностью Олей.

Принимая это во внимание, я приезжаю к ней, она меня готовит (по полной программе, там кучу всего надо сделать, прежде чем мальчик сможет в тебя проникнуть) и только потом, если я весь вечер хорошо себя буду вести, Маша даст мне поиграться с ее гениталиями. Зачем ей это, я не представляю, но ради встречи с ней я готов на все.

Сергей, в свою очередь, совсем не рад моему общению с его бывшей. Говорит, что она меня плохому научит. Отчасти это правда.

«Она открыла мне пероральный способ исполнения желаний. Это когда ты уговариваешь своего мужчину с членом во рту – работает безотказно.»

В общем, они видели меня или хотели видеть, не знаю, что хуже, исключительно Олей, не только когда мы втроем. В кафе, в кино, где угодно, они общаются с Олей, а меня это ставит в неловкое положение. Наверное, если бы начал переодеваться в женскую одежду, я бы не ловил на себе недоумевающие взгляды окружающих, но я не хотел и не хочу носить женское.

Пытался слегка изменить гардероб, на унисекс, чтобы мой гендер не так бросался в глаза, но Маша мне в этом помогать не желает, а сам я грамотно подобрать вещи не в состоянии.

Поэтому пока я старался встречаться с ними исключительно в частных замкнутых помещениях, вдали от чужих глаз. Где я довольно быстро разогревался алкоголем, который мне исправно подсовывала Маша, и границы вместе с претензиями исчезали.

С каждой порцией алкоголя раздраженный положением Коля уходил все глубже в подсознание, и его место занимала голодная до секса Оля. И это крайне сильно беспокоило меня как Колю уже на следующий день с похмелья.

Дальше больше: крайне неприятно было узнать, что когда Маша преображала меня в Олю, для удаления волос постоянно использовала фотоэпилятор (подарок Сергея), и теперь, после многократного использования этого аппарата, у меня совсем не растут волосы на теле и лице. Все это переросло в комплекс, и теперь я стесняюсь показаться всем, кроме этих двоих, обнаженным.

«Ну, как обнаженным – я стараюсь вообще не показывать никому свои ноги, а дома притворяюсь, что каждый день брею лицо.»

Я: – Это бред!!!

Недавно директор устраивал мальчишник в сауне, это привело меня в ужас, я прям представил, как они смотрят на меня полностью выбритого.

У нас просто совершенно мужской коллектив (бухгалтер на аутсорсе). Я всегда терялся в присутствии начальника, и когда он вызвал меня в кабинет спросить, почему я не пришел, минут 15 нес какую-то чушь. Вернее, большую часть этого времени я просто испуганно моргал. Пока директор сам не выдал версию, что причина моего отсутствия, вероятно, отравление. Хотя я так и собирался сказать, но рядом с ним я просто терял дар речи.

«Ну, он все-таки начальник.»

В общем, ситуация мне напоминала снежный ком: он катится и со временем становится только больше. Меня уже давно не покидало ощущение, что скоро этот ком упадет на меня сверху.

Идею отправиться в отпуск подкинула Маша. Причем она, во время подготовки, убедила меня, что мне это необходимо, и настояла, чтобы я уговорил, перорально, своего парня.

«Блин, как это у нее получается, я не знаю?»

В общем, как только появился Сергей с выпивкой и закуской, я, переодетый в Олю, вложил член своего мужчины себе в ротик и легко добился нужного «мне» результата, правда, на условии, что на отдыхе я не буду надувать губки и буду послушно отзываться на имя Оля.

«Мне кажется, меня и тут поимели.»

На работе я взял двухнедельный отпуск. Но внезапно столкнулся с сопротивлением родителей. Все мои доводы мама категорически отвергала и требовала познакомить ее с попутчиками.

«Очередной компромисс.»

Чтобы заставить Машу и Сергея называть меня Колей во время знакомства, пришлось согласиться на курорте ходить в женской одежде.

Я, если честно, понимал, что к этому все и идет, поэтому ломался для вида, в глубине души смирившись с этой участью.

«На пляж в купальнике идти я все равно не собирался, о чем им четко заявил. Они утвердительно кивнули, но мне показалось, что у них в глазах блестит заговор.»

Уже у меня дома, все оговорив и убедив родителей, что ребята будут в оба глаза следить за мной, нас благословили на поездку. Не обошлось без нюансов: Во-первых, мне показалось, что Маша слишком свободно общается с мамой, такое ощущение, что они уже пересекались. Ну а Сергей лихо спалился, сделав маме комплимент про изысканный вкус чая. Мама была рада комплименту, но отметила, что Сергей был в гостях, возможно, не раз.

«Не знаю.»

Я собрался в поездку, которую не планировал, но во время подготовки к ней все как-то закрутилось. Кажется, меня снова втянули во что-то, но я пока не понимаю во что.

Курорт.

Первая неделя в отпуске пролетела в полупьяном сне. Мне кажется, мы ни разу не покидали виллу.

«Хотя нет, покидали. Точно!»

Я: — Мы ездили в супермаркет за продуктами, я в легком сарафане и шляпе, пьяный.

«Господи, на мне хоть трусы были?»

Я: — Дырявая голова!

«Вспомнил, были, я их на обратном пути снял. Мы заехали на какой-то мыс с маяком, там было так красиво, так просторно. Очень хотелось сюда вернуться по трезвому, чтобы хорошенько рассмотреть всю эту красоту, и Маша предложила завязать узелок желания на ограждении смотровой площадки. Ничего другого не нашлось, и мы подвязали свои трусики.»

В основном мы и не собирались покидать наше гнездышко. Не знаю, как остальные, но меня просто накрывало от возбуждения, может, алкоголь, может, то, что я постоянно в женской одежде, а может, постоянный доступ и к мужскому, и к женскому телу. Хотя не исключено, что всё это в совокупности и срывало крышу.

Тут, за неделю безрассудства, мы опробовали наверно всё.

Наверно, это просто кажется, но из-за положения в сексе с широко разведенными ногами мои тазовые кости как-то деформировались, и таз стал немного шире. Особенно это заметно в платье с пояском, — хотя, может, Маша специально подбирает для меня такую одежду.

Она смеется, говорит, что мне бы талию потоньше да грудь побольше, и я был бы круче любой телки.

Мне же хватало уже того, что в супермаркете я привлекаю внимание мужчин больше, чем она. Слава богу, я совершенно не понимаю, что они говорят, и эти два факта добавляют мне желания не выходить из нашего гнезда.

«Не знаю, как у них тут называется подобная недвижимость — вилла?»

С улицы ворот нет, небольшая парковка на 3–4 машины и сам дом двухэтажный: две спальни наверху и еще одна внизу, рядом с гостиной и кухней. На заднем дворе — зона отдыха, небольшой бассейн, шезлонги, барбекю, гамак.

Выбирая себе спальню, естественно хотелось занять гостевую с огромной кроватью, отдельным санузлом и дверью, выходящей на задний двор прямо к бассейну. В принципе, мы в ней в основном и спали, если могли добраться, а если не могли, то спали прямо у бассейна в шезлонгах.

За продуктами мы ездили либо все втроем, и это обычно заканчивалось оргией в каком-нибудь живописном месте, либо посылали Сергея, так как он единственный знал местный язык. Маша немного знает английский, я же даже по-русски не сильно болтлив.

И вот, спустя неделю нашего блаженного отдыха, Сергея внезапно вызвали на работу. Через час он уже ехал в аэропорт.

На следующий день мы, как обычно, вышли к бассейну с бутылочкой белого сухого, понежиться под ласковым солнцем. Намазывая кремом от загара спинку Маше, захотел близости с ней и я вдруг обнаружил, что сделать этого не могу. Мой детородный орган, который до этого никогда не сбоил, вдруг ушел в отказ.

Это естественно смутило меня.

Ну а Маша, которая обычно делала вид, что вовсе не заинтересована в сексе со мной, поняв, что мое естество не реагирует на ее тело, с психом накидав колкостей, гордо свалила в дом, оставив меня уныло взирающего на вялый член.

В этот момент я почувствовал себя маленьким мальчиком, брошенным в каком-нибудь огромном торговом центре.

«Такое со мной впервые, и я совершенно не представляю, нормально это или нет. И что мне с этим делать?»

Минут 15 я сидел не двигаясь с места, смотря на воду и пытаясь прийти хоть к какой-нибудь здравой мысли, но я не знаю, как быть? Обычно, если у вас проблемы, вы идете к близким.

«Но я же не пойду с этим к маме.»

От моих мыслей меня отвлекла Маша, она что-то говорила, но когда я повернулся к ней лицом, сразу же замолчала. Присела рядом и начала вытирать своим парео слезы с моего лица. Странно, я их даже не почувствовал.

Маша: — Ну все, упокойся. Ничего страшного не случилось. Сейчас мы его погладим, и он заработает.

Маша начала целовать мне лицо, одной рукой гладила голову, а второй залезла в плавки купальника. Но все ее потуги были напрасны: орган не реагировал, хотя желание было – тут не поспоришь. Помучавшись еще пару минут, разочарованная Маша хотела пожаловаться Сергею, но выслушав мои категорические протесты, начала искать ответы в интернете.

Маша: — Так, тут написано, что с такими вопросами надо обращаться к урологу.

Я: — А тут есть урологи?

Маша: — Откуда я знаю? Тебе что, горит? Недельку не подождет?

Я: — Я-то чувствую возбуждение, у меня башню рвет, а он не реагирует.

Открыв карту Google, Маша нашла несколько салонов и начала им прозванивать, но ни в одном не говорили на английском, поэтому разговор заканчивался примерно сразу. В конце концов, Маша нашла место, где специалист нашел с ней общий язык, мы оделись и вызвали Uber.

Ехать на прием в виде Оли мне не хотелось.

Найдя компромисс – в этот раз регулярное использование косметики, мы направились в клинику, на деле очень похожей на салон массажа.

Нас встретил мужчина африканских кровей и выслушав Машу, предложил мне пройти в отдельную комнату на осмотр.

Доктор: — Lie down on the couch and stretch your buttocks.

«Наверное, если бы он не дублировал речь жестами, я бы ничего не понял.»

Стыдливо спустив штаны, я лег грудью на массажную кушетку и растянул ягодицы.

Доктор: — Very good. I'm going to get inside you.

Мужчина пальцами одной руки изобразил кольцо, а другой показал то, что собирался сделать. Мне ничего не оставалось, как кивнуть в ответ.

Я стою раком со спущенными штанами и стыдливо раздвигаю ягодицы в стороны, а врач, как нарочно, не торопится, не спеша надел перчатки, взял лубрикант и деловито склонился к моей жопе.

«Как это унизительно!»

Я сразу почувствовал, как в меня проникают пальцы доктора. Сначала один, но совсем скоро к нему присоединился и второй. Проходя вдоль нижней стенки, они совершали лёгкие круговые движения.

Доктор: - Do you have a well-stretched anus.

Я ничего не понимая, мог только стыдливо улыбаться в ответ, боясь поймать прямой зрительный контакт с мужчиной. Почти сразу с момента проникновения я почувствовал, как кровь начала наполнять мой член, и когда пальцы врача начали стимулировать определённую область, он вдруг зашевелился.

Доктор: - Good. Very good. Try masturbation.

Эти слова не нуждались в переводе, но врач другой рукой показал, что мне следовало делать. И я, отпустив одну ягодицу, потянулся рукой к своему члену.

Член почувствовал прикосновения и сразу послал сигнал, что с радостью готов пойти до конца, но я не мог себе этого позволить в присутствии постороннего, да ещё и с его пальцами в своей заднице.

Доктор: - Don't be shy, go ahead and reach an orgasm.

Свободная рука врача начала поглаживать и немножко сжимать мою попку. Он встал вплотную, и я точно почувствовал его полуэрегированный член, прислоняющийся к моей руке.

«Он что хочет, чтобы я кончил при нём?»

Я вопросительно посмотрел мужчине в лицо и увидел улыбку на его лице. Он кивал мне и, продолжая манипулировать внутри, свободной рукой прошелся по телу вверх на спину, под футболку, тем самым вызвав лёгкую дрожь в теле.

Доктор: - Come on, do it.

Голос специалиста стал звучать ниже, бархатистее, с хрипотцой, и у меня всё поплыло перед глазами. Лицо бросило в жар, спина прогнулась, попка оттопырилась, и я, пытаясь заглушить стон в кушетку, начал кончать.

Доктор: - Excellent!

Чернокожий мужчина пошёл мыть руки, а я, натягивая штаны, увидел лужицы спермы на полу под кушеткой, и меня залило краской.

Доктор: - Don't worry, everything will be cleaned up.

Я всё ещё ничего не понимал, но врач вытер руки и пошёл за дверь, махнув мне идти за ним. По дороге перед выходом в холл он затормозил и тихо спросил.

Доктор: - Did you like it?

«Он улыбается и показывает большой палец вверх. Тон вопросительный.»

Я: - Да! Я не знал, поймёт ли он по-русски, поэтому тоже не уверенно поднял палец вверх.

Выйдя в холл, он о чём-то переговорил с Машей, и мы вышли на улицу.

Маша: - Что он там тебе делал?

«Блин, а о таком можно рассказывать?»

Я: - Осматривал, а что он тебе сказал?

Маша: - Сказал, что желательно курс пройти какой-то, минимум 5 сеансов, но они все так говорят, это же их работа, будешь ходить?

Испытав стыд, мне совершенно не хотелось возвращаться сюда снова, но категорично заявлять, что я сюда не вернусь, было бы подозрительно. Поэтому я просто пожал плечами.

Маша: - Ладно, визитка есть, поехали домой.

Дома Маша вынудила меня быть до конца дня своей фрейлиной, а это значит, я должен прислуживать и развлекать её Величество.

Весь вечер меня не покидало ощущение, что Маша немного переигрывает, она явно грубила, пыталась унизить меня как можно сильнее, хотя по большей части мне нравилась эта игра: я целовал ей ноги, и в конце мне позволили ублажить королеву языком.

«Ведь это игра, сегодня так, а завтра всё будет по-другому.»

Но утро следующего дня, прямо с утра, не принесло радости. Утром в душе я понял, что мой дружок как-то слишком мягок. Это уже реально вызывало беспокойство.

«Хорошо, что мы тут последнюю неделю и потом домой.»

Машу разбудил какой-то звонок с работы, и она уже с утра была излишне ершистой. В таком состоянии лучше держаться от неё подальше, но подальше на Вилле. Решение пришло само.

Маша: - Оля, твой врач звонил, он тебя ждёт через полчаса у себя.

Я: - А почему через полчаса?

Маша: - Потому что я тебя так записала. Давай улепетывай, меня в отпуске работать заставляют, я сейчас тут буду разносить всех.

«Тогда реально лучше бежать! Но что надеть?»

Быстро надел шорты, белую футболку, запрыгнул в тапочки и, пока меня не увидела Маша, выскочил из дома.

Доктор встретил меня чуть ли не у порога. Улыбался и что-то говорил. Проводив в уже знакомую комнату, он показал мне на кушетку, а сам полез в шкафчик. Я спустил до коленей шорты и лёг грудью на кушетку.

Доктор: - Oh no, take off all your clothes.

Врач жестами показывал мне раздеваться.

«Но я это как-то не планировал. Зачем раздеваться?»

Робко сняв футболку и шорты, я повесил их на вешалку у стены и, стыдливо прикрываясь, подошёл к кушетке. Устав ждать от меня действий, доктор сам развернул меня и наклонил.

«Я стою голый раком перед негром, и он сейчас начнёт проникать пальцами мне в зад.»

Только подумав об этом, я сразу почувствовал, как член наполняется силой.

«Сука – это что за дела?»

Мужчина начал наглаживать мою попку, периодически капая на неё каким-то гелем.

Доктор: - Nice ass!

Трудно не понять смысл этого выражения.

«Интересно, а нормально, что врачи так с клиентами общаются?»

Вся эта ситуация одновременно вызывала у меня стыд и возбуждение, в меня ещё даже не начали проникать, а вялый с утра дружок уже стоял колом.

Пальчик доктора начал совершать круговые движения по колечку ануса, слегка задевая дырочку, и я понял, что уже не в состоянии терпеть.

Доктор: - Nice ass hole!

Вот пальцы устремились внутрь, я инстинктивно прогнулся и потянулся рукой в сторону паха.

Доктор: — Stop! don't touch it!

Строгий голос доктора пытался меня остановить, но я сделал вид, что не слышу.

Доктор: — Hands up!!!

Уже поздно, я мастурбировал, надеясь на скорую кульминацию.

Доктор: — Who did I tell! Fuckin slut! Hands up!

Как я ни пытался сопротивляться, мои руки в считанные секунды были заломаны за спину. И когда я абсолютно беззащитный смирился с судьбой, возникла пауза.

Меня распирало желание, как можно останавливаться почти дойдя до финиша, от досады я попытался взглянуть на мужчину.

Доктор: — I'm in charge here, I'm telling you what you're doing. Do you understand?

«Блин, ну ничего же непонятно, надо было переводчик включить, давай уже продолжай, я сейчас с ума сойду.»

Я кивнул в ответ, соглашаясь с чем-то, и мужчина продолжил.

Доктор: — Turn on your back!

Увидев, что доктор свободной рукой показывает вращение, я смущенно встал и, попытавшись укрыть эрегированный член, сел на кушетку попой. Дальше врач сам уложил меня на спину, сложил руки по швам, а ноги поднял, согнул в коленях и развел в стороны.

Так стыдно мне не было никогда, мужчина властно смотрел на меня, а я в свою очередь, не понимая, что мне делать дальше, не мог отвести от него взгляд.

Доктор: — Good girl, obedient.

Я проглотил ком подкативший к горлу.

«Он меня девочкой назвал? А потом, что это значит?»

Доктор встал между моих ног и начал обеими руками гладить мои ноги, слегка надавливая, как бы проверяя, насколько они могут еще шире развестись.

Доктор: — Your wife doesn't know why your dick won't get up, but I do.

«Блин, зачем он со мной разговаривает, я же ничего не понимаю?»

Доктор: — It's just that you're turned on by cocks, right?

«Это вопрос? Райт — это по моему право, при чем тут это?»

Доктор: — Do you want me to fuck you?

«Да что это все значит? Он меня посылает? Нет, тут по-другому, это вопрос, может он спрашивает, чтобы продолжить пальцами стимуляцию?»

Я облизал губы и не уверенно слегка кивнул головой, вызвав на лице врача улыбку.

Доктор: — Of course, whatever you want, now I'll warm you up a little and fuck you well.

Мужчина одной рукой начал гладить живот, а вторую направил вниз и пальцы сразу нашли вход.

«Отлично, значит я правильно понял.»

Тепло сразу растеклось по телу, одновременно стимулируя указательным и средним пальцем внутри, а большим снаружи под мошонкой, доктор за минуту довел меня до нужной кондиции. После недельного беспробудного секса у меня был секс один раз за два дня и то тут же.

Рука нерешительно потянулась к члену, но вновь ее остановили на полпути. Врач положил мою руку мне же на грудь и слегка сжал, вызвав из моих уст легкий стон. Через какое-то время он снова задал вопрос.

Доктор: — Come on, caress yourself, do you like it?

«О чем он?»

Я посмотрел сначала на доктора, а потом по направлению его внимания. И обнаружил, что я совершенно не осознавая, обеими руками ласкаю свое тело и сжимаю грудь.

«Твою мать, я сейчас сойду с ума.»

Глаза сами закрылись от удовольствия, теперь я мог полностью погрузиться в процесс, не отвлекаясь на зрительное восприятие.

Я чувствовал, как тело реагирует на ласки, и чувствовал разницу между своими прикосновениями и прикосновениями мужчины: на них тело реагирует острее. Попробовал ущипнуть себя за сосок, не сильно, слегка сдавив, оттянул его вверх.

«Неужели в определенной стадии возбуждения любой контакт, тело воспринимает как ласку?»

Мой член уже готов был разорваться от давления внутри, как на него что-то легло сверху, вызвав во мне недоумение.

«Кажется, я знаю, что это. Но это не может быть правдой, не будет же доктор?»

Я медленно открыл глаза и понял, что предчувствие меня не обмануло: мой член сверху накрыл внушительный орган с четко прорисованными контурами. Мужчина деловито тонкой струйкой начал поливать оба наших фаллоса из бутылки.

Доктор: — Let's lubricate it, we don't want it to hurt you.

Я пребывал в легком шоке, осознавая, что совсем недавно именно на это дал согласие своим кивком.

Доктор взял мою кисть и переместил себе на член. А я, понимая, что меня сейчас трахнет не Сергей, а какой-то мужик, которого я вижу второй раз в жизни, поплыл. Глаза перестали фокусироваться, дыхание стало прерывистым, в ушах начал стучать пульс.

Я неуверенно сжал член мужчины, поводил рукой вверх и вниз, размазывая гель, и заметил, что мой член истекает смазкой.

Доктор: — Good!

Дальше все как в тумане. Доктор поводил членом по входу, а потом бесцеремонно ворвался внутрь, вызывая во мне бурю эмоций и стонов.

Уже через несколько минут я с удовольствием встречал проникновение и потом кончил, обильно заливая свою грудь и шею. После чего еще несколько минут находился в прострации, пока мужчина не закончил, орошая мое тело своим семенем.

Немного отдышавшись, я открыл глаза и посмотрел на своего любовника. Тот надменно улыбался.

Доктор: — Did you like it?

«Вопрос очевиден, я лежу, залитый коктейлем спермы, и понимаю, что мне одновременно стыдно и хорошо.»

Доктор: — Open your mouth.

Я открыл рот, и в него начали собирать сперму с моей шеи и лица.

Доктор: — Eat up, we'll do it again tomorrow.

Кинув на меня пачку влажных салфеток, врач скрылся за дверью, оставив наедине со своими ощущениями.

«Что это было, почему меня трахнул какой-то врач? Почему я ему не смог отказать? Как мне с этим бороться, а я вообще хочу с этим бороться?»

Я осторожно вышел из комнаты, но ни в холле, ни на улице никого не было.

«Слава богу, я понятия не имею, как себя вести после секса с незнакомцем, просто сказать ПОКА?»

Сел в такси и поехал на Виллу. Маша все еще была чем-то занята, и я, чтобы ее не беспокоить, быстро перекусил и решил позагорать возле бассейна. Поднявшись наверх, накинул на себя купальник, но тут же подумал, что пока Маша занята, можно полежать и в своих плавках, надел их и спустился вниз.

К сожалению, шляпы у меня была только одна широкополая пляжная, типично женская. Накинув ее на голову, чтобы не получить солнечный удар, пристроился на шезлонге, надел наушники и задремал.

Разбудил меня звонок на телефоне.

Я, как обычно все и делают, смахнул вызов и сонным голосом, прикрыв глаза рукой от солнца, ответил.

Я: — Алло!

Мама: — Алло, солнышко, привет, глянь на меня!

«В смысле куда глянь?»

Я открыл глаза и увидел маму в экране.

«Видеосвязь?»

Я: — Привет, мам, а ты чего по видеосвязи?

Мама: — Посмотреть на тебя, ты же не звонишь. А обещали.

«Обещали?»

Я: — Когда?

Мама: — На той неделе, ты еще в женской одежде, у вас там маскарад был?

«Твою мать, ничего не помню.»

Я: — Да, нет, это не маскарад, я просто проспорил.

Мама: — Вы же в прошлый раз говорили что на маскарад идете?

«По моему я закапываюсь.»

Я: — Ой, мам, да забей, вы там как, все нормально?

Мама: — Да у нас, то что, мы дома, за тебя переживаем.

Мне уже хотелось избавиться от собеседника, я не готов был к звонку, и он шел не по лучшему сценарию.

Я: — Ну я же отдыхаю, тут.

Мама: — Понятно отдыхаешь, на море хоть бываешь?

Я вспомнил момент, когда мы были около моря и завязывали трусики на память.

«Наверное, об этом ей лучше не рассказывать.»

Я: — Да был, конечно, я и сейчас около моря, оно там, метров 300 от нас.

Мама: — Вижу, загар такой красивый, голову закрываешь?

«Это мамино переживание...»

Я: — Конечно, закрываю.

И тут я вспомнил женскую шляпу на своей голове.

Я: - Вот шляпа Маши.

Тут из дома послышался голос Маши.

Маша: - Оля, это Сергей?

Спроси, надолго он свою невесту оставил? Я ей не нянька.

Мне, конечно, хотелось сменить тему, но Маша сделала только хуже.

Я: - Это не Сергей!

Мама: - Невеста?

Я: - А, нет, это проект такой на работе.

Маша: - А кто тогда?

Мне хотелось провалиться под землю. Маша уже выходила из дома, а я, вскочив на ноги, прикрывая экран, пытался показать ей, чтобы она заткнулась.

Я: - Это мама?

Маша: - О, мама, дай поболтать.

Маша посмотрела на меня с легким укором и, приложив телефон к груди, обвела мой контур пальцем.

Маша: - Ты, наверное, кремом намажься, а то сгоришь.

В ее словах был явный намек на то, что я в мужских плавках. Прищурив глаза, она еще раз оценила меня взглядом и пошла в дом, о чем-то оживленно болтая с моей мамой.

«Откуда у них вообще могут быть общие темы, они один раз виделись?»

Я взял крем от загара и, намазывая его на грудь, с ужасом обнаружил сформировавшийся загар. Он был не сильный на груди, но вот на плечах были явно заметны следы от лямок купальника.

«Какого черта? Почему я раньше этого не заметил?»

Я как угорелый побежал в спальню и уставился на себя в зеркало. На теле, особенно со спины, был четкий след от женского купальника.

«А мама заметила? Да как это можно не заметить? Сука, я же у доктора полностью раздевался.»

Мое тело покрылось мурашками. Я представил, что было в голове у врача, когда он все это обнаружил.

«Это фиаско!»

В спальню вошла Маша.

Маша: - О, а ты чего нагишом?

Я не знал, на связи мама или нет, поэтому ляпнул первое, что пришло на ум.

Я: - Переодеваюсь.

Маша: - Хорошо, чтобы я больше этого задрота не видела. Поехали в магазин, сейчас мама тебе рецепт салата кинет.

Я: - А почему мне?

Маша: - Потому что ты сегодня готовишь.

Я: - Капец, да я каждый день готовлю.

Маша: - Ну правильно, у тебя же мужик огромный, тебе нужно навык развивать. И это тебе наказание, мы договаривались, думаешь, я не видела, что ты на прием в задротском ездила?

Не знаю, как такое возможно? Можете месяцами не встречаться с соседями по площадке, а можете совершенно случайно встретить в Антарктиде родственников. Так и тут.

Мы ходили по супермаркету, закидывая продукты в корзину, и уже в винном отделе, определившись с ассортиментом выпивки на вечер, я совершенно случайно, отходя от прилавка, воткнулся головой в грудь мужчины и, подняв голову вверх, чуть не посидел.

Директор: – Николай?

Говорить я не мог, я смотрел на него, от страха просто моргая глазами.

Директор: – Коля – это же ты?

Я: – Да.

Кое-как вырвав из себя один слог, я пытался сформулировать хоть что-нибудь в ответ.

Маша: – Оля, к тебе пристают? Скажи, что ты почти замужем, а вот подружка у тебя свободна.

Стало только хуже.

Директор: – Замужем, Коля, что происходит?

«Я совершенно без понятия, что отвечать!»

Я даже слово из себя выдавить не могу.

Маша: – Ой, а вы наш? Неожиданно.

Директор: – Да, это же Коля, я не ошибся?

Маша: – А вы ему простите, кто?

Мужчина начал теряться в догадках, было видно, что он тоже не может объяснить происходящее, да и Маша пыталась выяснить, как вырулить без потерь.

Директор: – Ну я, он работает на меня.

Маша: – Ух ты. Коля, познакомь меня со своим начальством.

«Она меня Коля назвала? Не к добру.»

Я: – Антон Павлович.

Оба человека уставились на меня, Маша, видимо, ждала продолжения, а директор осознавал, что это действительно я.

Маша: – Отлично, а я?

Я: – А что ты?

Я все еще на ручнике пытался понять, что от меня хотят теперь?

Маша: – Меня как зовут?

Я: – Маша.

Маша: – Слава богу, очень приятно, Антон, а вы тут какими?

Мужчина все еще удивленно смотрел то на меня, то на Машу.

Директор: – За вином приехал.

Маша: – Очень интересно, а поближе магазина не было? КБ, например?

Директор: – А, вы об этом. В командировке, а тут друзья недалеко живут, решил проведать.

Маша попыталась что-то спросить еще, но директор ее перебил.

Директор: – Так вы мне объясните, что происходит?

Мне кажется, я стал уменьшаться в размерах, пространство начало сдавливать со всех сторон, и, видя, что я не в состоянии, за меня вступилась Маша.

Маша: – Ой, да не обращай внимание, он мне проспорил.

Маша взяла моего начальника под руку, и они, что-то обсуждая, пошли на кассу, а я за ними как хвостик потащил тележку.

Директор был на машине, взятой в прокат, и, довезя нас до Виллы, любезно помог занести пакеты в дом и, попрощавшись со мной, минут пять о чем-то разговаривал с Машей.

Скорее всего, она расставила снасти и теперь умело тащит свой улов в садок.

Пока Маша кокетничала с моим боссом, я решил заняться готовкой.

“Капец, если директор обмолвится на работе, что видел меня в женской одежде, мне придется уволиться. А смысл? Мне тогда лучше вообще переехать, желательно в другой город.»

Маша: - Ты чего как не своя?

Я: - В каком смысле?

Маша: - Ну, чересчур молчаливая.

Я: - Не знаю, он директор, я всегда перед ним дар речи теряю.

Маша: - О, это известный недуг, очень от него помогает минет под столом.

Я, не очень понимая, как минет под столом может помочь мне легче общаться с директором, вопросительно посмотрел на Машу.

Маша: - Лезешь к нему под стол, расстегиваешь ширинку...

Я: - Да фу, Маш...

«Девочки, конечно, мыслят совсем иначе. Вот как можно трахаться с директором, а потом с сотрудниками обсуждать его приказы или еще хуже, его семью.»

Весь оставшийся день разговоры были только о начальнике. Маша продолжала общаться со мной как со своей фрейлиной, мотивируя это тем, что она выручила меня. Ну а ближе к ночи с превеликим удовольствием села мне на лицо.

Странно, мой орган был не так вял, что-то в нем все-таки пробудилось, но этого было недостаточно для гетеросексуального соития, поэтому я снова исправно отработал языком, думая о завтрашнем приеме у врача.

«Интересно, если я в женской одежде приду, доктор удивится?»

Легкий сарафан, шляпка, доктор даже глазом не повел от моего преображения. Рукой пригласил меня в ту же комнату и, пропустив вперед, направился следом.

«Интересно, он сейчас мне на задницу смотрит?»

Я не знал, самому мне открыть дверь или ждать, когда мне ее откроют, решил сделать так, как делает Маша: остановился и сделал лицо как минимум британской королевы. Мужчина обошел меня и галантно открыл дверь, впуская внутрь.

Доктор: - Make yourself comfortable, I'll go in a few minutes.

Доктор вышел, оставив меня одного в комнате.

«Ну и что мне делать? По смыслу, он придет через минуту, мне раздеться или ждать его одетым? А если он сказал раздеваться? Я ничего не понимаю. Переводчик!»

Я включил переводчик на телефоне и начал медленно снимать одежду. Ее было не так много, поэтому через две минуты я стоял, уперевшись на кушетку, в одних трусиках, прикрывая грудь.

Не знаю, кому как, а мне нравятся трусики бразильяна, причем они мне нравятся и на женских попках, и на мне, к стрингам я не могу привыкнуть.

Доктор: - Are you ready, take off your panties and lie down.

Переводчик: - Ты готова, снимай трусики и ложись.

Доктор посмотрел на телефон и, увидев, что я его понимаю, догадался, в чем дело.

Доктор: - Did you like it yesterday?

Переводчик: - Тебе понравилось вчера?

Я кивнул головой и откинулся на спину, самостоятельно раскидывая ноги в стороны. Член начал наливаться силой, а как только рука врача слегка касаясь прошла от пяточки до коленки, меня немного передернуло. Это не страх и не неприязнь, это однозначно желание.

«После прошлой порочной недели, секс раз в сутки – этого нещадно мало.»

Доктор: - Do you want me to fuck you?

Переводчик: - Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул?

«Ох ты, как откровенно. Вчера мне эта фраза казалась романтичнее.»

Врач провел рукой по животику, потом сделал пару оборотов вокруг груди и, проведя по шее, положил руку на щеку, большим пальцем накрывая губы. Я понимаю, чего он добивается, но прилагаю невероятные усилия, чтобы не облизать его. Пока мое внимание было занято пальцем правой руки, левая достала из штанов член и воткнула его мне в щеку.

Доктор: - Come on slut, don't be shy.

Переводчик: - Давай, шлюха, не стесняйся.

«Офигеть, он меня так второй день называет. Это так унизительно.»

Не дожидаясь моей реакции, правая рука повернула лицо и воткнула член в губы. В свою очередь я почувствовал, как головка моего члена налилась кровью по максимуму.

«Шлюха, он меня шлюхой считает и трахает как шлюху, стыдно то как. Но если не открыть рот, то не видать мне секса.»

Я закрыл глаза и открыл рот, впуская орган внутрь. Доктор, посапывая от удовольствия, гладил мое тело, оттягивал соски и приговаривал.

Доктор: - Good girl!

Переводчик: - Хорошая девочка!

Доктор: - Lick your testicles.

Переводчик: - Оближи яички.

«Я еще никому не лизал яйца.»

Доктор: - Excellent.

Переводчик: - Отлично.

Я так увлекся процессом, что не заметил, как начал ласкать себя пальчиками, причем минуя член, средним и безымянным проник внутрь и сам начал стимулировать нужную точку.

Доктор: - Slut fondles pussy.

Переводчик: - Шлюха ласкает киску.

Доктор: - That means you don't need a wife anymore. You're a wife.

Переводчик: - Это значит, что тебе больше не нужна жена. Ты и есть – жена.

«Все это очень странно, грязно, пошло, развратно.»

Утверждение, что я жена, меня начало сводить с ума.

«Я – жена. Мой муж – Сергей, и я сейчас ему изменяю, за его же деньги.»

Пока я размышлял над определениями, мой любовник зашел снизу, властно дернув за ноги, подвинул меня в нужное ему положение и, налив гель мне на пах, небрежно бросил свой член, снова придавливая мой, как бы иерархически показывая, кто тут альфа.

Ждать я уже не мог, я начал растирать гель на его члене и, проведя рукой по дырочке, сам попытался вставить его внутрь.

Доктор: - Do you want to get fucked?

Переводчик: - Ты хочешь, чтобы тебя трахнули?

«Неужели не очевидно?»

Доктор: - ask.

Переводчик: - Попроси.

«В каком смысле попроси?»

Я начал ногами пытаться придвинуть тело любовника к себе, но он отбросил мои ноги в сторону и, нависнув надо мной, сквозь зубы произнес.

Доктор: - Beg me, slut!

Переводчик: - Умоляй меня, шлюха!

“Как же это грязно, как же это унизительно и как же это возбуждающе, я абсолютно не могу сопротивляться желанию.”

Я: - Пожалуйста.

Переводчик: - Please!

Доктор: - Please?

Переводчик: - Пожалуйста?

«Вопрос, опять вопрос.»

Я: - Трахни меня, пожалуйста.

Переводчик: - Fuck me please!

Доктор: - Good sissy!

Переводчик: - Хорошая неженка!

Как только член вошел во меня, я потерял контроль. Сильнейшее возбуждение придавало каждому движению особую значимость, и, кончая, я снова залил себе грудь. Но мой любовник сегодня не собирался быстро сдаваться.

Насладившись этой позой, он перевернул меня на бок. В такой позе я еще не был, но мне показалось, что она скорее для галочки.

Снова не церемонясь, меня перевернули на живот и потащили на себя. Несколько шлепков по заднице, и меня накрыл азарт.

Я, как дикая кошка, опираясь руками в кушетку, начал с силой встречать проникновения партнера. Звонкие шлепки паха партнера о мою жопу заполняли комнату вместе со стонами обоих участников соития. Это больше было похоже на соревнование, кто сильнее и быстрее кончит. Слова «соитие» или «секс» слабо могут описать происходящее.

Уже в такси я слегка прикусил нижнюю губу, пытаясь понять, что происходит.

«Я меняюсь, стремительно, безвозвратно и совершенно точно не могу этому противостоять. Да и не хочу. Вопрос только один: что стало причиной изменений? Неужели постоянное ношение женской одежды послужило импульсом для изменения сознания? А если так, то возможно ли обратное преобразование? Вернее не так. Когда я вернусь домой и вынужден буду носить привычную одежду, не станет ли это причиной отката в сознании?»

Маша сидела на кухне и с кем-то разговаривала по видеосвязи. Я хотел подняться в спальню, принять душ, надеть купальник и понежиться на солнце в наушниках, но услышал.

Маша: - Да, теть Лена, вот вернулась.

«Тетя Лена – это моя мама, и ее голос я уж точно узнаю.»

Я: - Ты с моей мамой разговариваешь?

Маша: - Да, она мне рассказывала, как чай собрать, Сереже ведь понравилось.

Мама: — Да, солнышко, я же тебе рассказывала, какие травки добавляю, они обязательно будут в продаже.

«Нафига чай для Сережи собирать, если Сережи нет? А когда он есть, мы обычно не чай пьем.»

Я: — Я все помню, но он что-то тут не просит чай, ему может твоего хватило.

Тут же опомнился и прекратил развивать тему чая.

Мама: — Ну так, а что же ты, собери, каждому мужчине свой сбор нужен, придет с работы, а ты ему чашечку заваришь, и все заботы уйдут. А этот я для отца собирала, тут под него травки.

«Какой-то бредовый разговор, бредовый и не уместный.»

Я: — Попросит, соберу.

Не желая развивать эту тему, повернулся и пошел в спальню.

Маша: — Э, ладно, теть Лен, позже поговорим.

Мама: — Да, Машенька, звони в любое время, пока.

Как только звонок прервался, я услышал знакомые нотки в голосе.

Маша: — А ну-ка стой!

Я остановился, не понимая смысла происходящего, но задранное платье и Машина рука, проникающая в трусы, заставили заподозрить неладное.

Маша: — Это блядь, что за хуйня?

Я вырвался и, пытаясь понять, почему моя задница мокрая, стал щупать ее. Агрессивный взгляд Маши и тыкающая в лицо рука заставили сделать один единственный выбор.

Я повернулся и стремительно побежал наверх, пытаясь закрыться в спальне.

Маша: — Ты что охуела? Ты где была?

Прыгая через ступеньку наверх.

Я: — На приеме.

Маша: — Не пизди мне!

Я попытался закрыть дверь, но Маша вовремя просунулась в щель и теперь уже толкнув меня на кровать пыталась занять выгодную позицию для допроса.

Маша: — Ты где-то еблась, блядина.

«Я никак не мог понять, как она так быстро вычислила этот факт, и просто моргал в ответ.»

В какой-то момент Маша замерла и изменилась в лице.

Маша: — Ты что врачу жопу подставила? Блядь ты охуела, уже на третьем приеме?

Ответить мне было нечего, я просто испуганно смотрел на Машу, пытаясь скрыть детали.

Маша: — Блядь, что серьезно?

Я: —. ..

Маша: — Вчера?

Мне стыдно признаться, но, кажется, и не придется.

Маша: — Ебать в первый же день? Ты сука нормальная? У тебя же мужик есть?

Я: — Он уехал.

Маша: — И что блядь, это оправдывает твое блядство?

Я: — Да я откуда знал, ты сама меня туда привела, я думал, это процедура такая.

Маша: - Во-первых, называй себя в женском роде, ты сука перед мужиками ноги раздвигаешь, мальчики так не делают, а во-вторых. В каком смысле процедура? Тебя в жопу ебут и ты думаешь, это процедура?

Конечно, теперь, когда я слышу это от нее, я начинаю понимать, что все немного необычно, но я совершенно не готов к таким вызовам жизни. Видя мое пассивное сопротивление, Маша полезла в телефон.

Маша: - Лежать, сучка!

Сидя на мне сверху, она пыталась что-то найти в телефоне, я же только сейчас почувствовал, как из моей попки что-то вытекает.

Маша: - Блядь, тут в комментариях, через одного пишут, что он любую до оргазма доведет. Блядь. Он наверно подумал, что ты кончить не можешь. Сука, ты не подумала, что какие-то процедуры странные?

Маша вроде успокоилась, чувствуя и на себе часть вины.

Маша: - Сука, я и маме твоей и Сереже обещала присматривать за тобой. А раз так, значит, я буду тебя трахать.

Немного не понятно, как она собирается это осуществлять, но не самое лучшее время для уточнения.

Маша: - Сейчас поедем в магазин, выберем член побольше и я тебя буду страпонить.

«А вот и ответ.»

Сама идея, что я не могу противостоять Маше в ее желании заменить мне любовника, меня повергла в шок.

Маша: - Что молчишь? Будешь мне жопу свою подставлять?

В голове возникла картинка этого безумства.

Маша: - Охуеть, так вот что тебе нужно?

Маша спустилась вниз и задирая мое платье показала мне мой вставший член. Даже сейчас, мои мысли начали лететь только в одном направлении, мне захотелось во что бы то ни стало воспользоваться ситуацией и видя мой настрой, Маша резко прервала потуги.

Маша: - Ни хуя подобного, хрен ты больше засунешь свой клиторок в меня, будешь теперь кончать так, как положено девочке. Пиздуй в душ. Я скоро вернусь.

Обмывшись в душе, я думал, как мне защититься от возможного последующего протекания.

«Не тампон же вставлять? Может прокладка или пробка? Спросить у Маши? Так эта долбанутая, все вывернет вообще не в ту сторону.»

Надевая купальник, снова обратил внимание на загар.

«Цвет кожи стал очень красивый, но что делать с трафаретом купальника? Он быстро не смоется, да и спрятать сложно. На работе то ладно, а дома?»

Решив, что проблемы, которые могут настигнуть меня в будущем, ничто по сравнению с трындежом Маши, если она увидит меня в мужских плавках, я надел бикини и развалившись в шезлонге, погрузился в ритмы Trip Hopа.

Дома, я бы такую музыку в жизни не слушал. Обычно из динамиков звучит что-то гораздо агрессивней, но в нынешней обстановке эта музыка не уместна. Trip Hop – самое то. Из этого прекрасного состояния меня вывело втыкающееся в лицо нечто.

Открыв глаза, увидел перед собой темно-коричневый резиновый член, который поясом прикрепила к себе Маша.

Я инстинктивно отстранился от этого чуда китайских промышленников и недовольно взглянул в лицо нарушительнице моего сна.

Маша: – Что рожу кривишь? Как будто ни разу членом в рожу не тыкали.

«Может, конечно, мне и совали член в лицо, но ни у одного из мужчин при этом не было такой злорадной улыбки.»

Разговаривать с ней мне не хотелось, хотелось просто лежать и по возможности вздремнуть. Поэтому я поправил шляпу и сказал: «Отстань.»

Маша: – Херос два. Теперь пока не передам тебя в руки Сережи, буду твоим мужчиной. Ну что, в спальню пойдешь или тут тебя отстрапонить?

Я: – Фу, пиздец!

Такой мерзости от нее я еще не слышал. Маша нависла над головой и стала стукать фаллоимитатором по лицу, что было и противно, и больно одновременно. Пытаясь отбиваться руками от неугомонной сожительницы, нужного результата получить не удалось, и понимая, что на суше мне не спрятаться, я скатился на другую сторону шезлонга и нырнул в воду.

Хоть я и был домашним ребенком, но в воде она меня в жизни не догонит.

Маша: – Ах ты сучка, думаешь спряталась? Ничего, уснешь, и я тут как тут.

Болтая искусственным членом из стороны в сторону, девушка пошла в дом.

Маша: – Завтра поедем к настоящему врачу, имей в виду.

Солнце опускалось, мне надоело ничего не делать, и в голову пришла мысль что-нибудь приготовить из еды, но зайдя в дом на кухне обнаружил Машу, общающуюся по телефону.

Маша: – Вон идет, жопой виляет, на загоралась.

В голосе собеседника я снова услышал свою маму. Не знаю почему, но мне стало немного обидно.

Я: – Ты что, с мамой моей общаешься?

Маша: – Да, а что?

Я: – Да ничего, у тебя своей что ли мамы нет, какого фига моей каждый день названиваешь?

Мама: – Я сама ее набрала, не ругайся, ты же не любишь со мной общаться, а я переживаю. Слава богу, Машенька рядом, рассказывает мне все.

«Вот уж надеюсь, что не все.»

Сказать мне было нечего, поэтому я насупил брови и пошел наверх. Очень хотелось отомстить, но у меня нет телефона мамы Маши, если у нее вообще есть мама. Появилось нестерпимое желание кому-нибудь позвонить, но кому?

«Кроме мамы, у меня только папа, но тот по телефону говорит еще меньше, чем я. Может, Сергея набрать? А что я ему скажу?»

Мне обязательно надо было с кем-то поговорить, были ребята, с которыми общались в чате игр, но компьютера нет, а телефонов я их не знаю. Вот и получается, что Сергей единственная кандидатура. Закрыл глаза и нажал на вызов.

Сергей: – Привет, что-то случилось?

Я: – Нет, просто захотелось пообщаться. Ты не занят?

Сергей: – Ну, если не очень долго, то можно, о чем?

Я: – Я не знаю, просто Маша трындит внизу с моей мамой, и меня это взбесило.

Сергей: – Понятно, как вообще дела, чем занимались?

Я: – Херней. С тобой было гораздо интереснее, неделя пролетела, как миг, а сейчас все тянется, непривычно.

Странно, мы общались недолго, минут десять, но на душе стало легче. Определенно, с Сергеем общаться гораздо приятнее, чем с Машей.

На следующий день поехали к настоящему врачу. Надевать мужские вещи казалось абсурдным, на приеме придется раздеваться, и тогда у врача возникнет еще больше вопросов.

Весь разговор с врачом был на английском, я, ничего не понимая, просто рассматривал интерьер. Ровно до тех пор, пока Маша не сказала раздеться.

Я даже не спросил, что это за врач, с Машей после ее выходки разговаривать не хотелось, поэтому просто молча позавтракали и сели в такси.

Начали осмотр с пениса, врач что-то разглядывал, мял яички, дальше поднялся вверх, рассматривал область живота, пощупал ребра, грудь, о чем-то долго разговаривал с Машей. Сделали ЭКГ, УЗИ, взяли кровь, мазок, пописал в баночку. В общем, тут уже сомнений не было – это точно больница. Уже в конце долго обсуждали с врачами какие-то детали.

«Ну, вернее, Маша обсуждала, я просто моргал глазами.»

Врач несколько раз что-то спрашивал у меня, на что Маша предлагала мне кивнуть в ответ и сказать «Yes». Подписали несколько документов и пожали друг другу руки.

На обратном пути заехали в магазин, прикупили еды и вина.

«На отдых оставался только завтрашний день, и, если честно, слава богу, что-то он мне уже надоел.»

В больнице пробыли довольно долго и вернулись на виллу уже к 6 вечера. Солнце еще грело, и я, по обычаю, развалился с бутылочкой вина в шезлонге у бассейна.

На самом деле, это единственное безопасное место, если что, можно прыгнуть в воду, Маша обычно в нее не суется.

Сегодня в выдаче попался сборник «Orgasmood 1.5 Hour Sensual Dark Trip-Hop Mix», чувственный вокал, особый вайб трип-хопа, меня затянуло в пучину аккордов, тело захотело танцевать.

«Эх, сейчас бы нарядиться во что-нибудь сексуальное и потанцевать перед Сергеем.

Я: — О чем ты говоришь? Ты же в жизни не танцевала, это будет ужасно, только опозоришься.

«Блин, может, надо заняться пластикой? Не так, чтобы прям уроки брать, но хотя бы перед зеркалом можно потренироваться.»

Легкое прикосновение к руке отвлекло меня от мыслей.

Рядом сидела Маша.

«Странно, обычно она, если хочет внимания, то действует гораздо агрессивнее.»

Маша: — Что слушаешь?

Я: — Микс в выдаче попался.

Не знаю, но этого человека иногда просто не узнать. Один, ну, может, пару дней в месяце, она из злой колдуньи превращается в фею-крестную. Полная нежности, эмпатии. Наверное, в этот ее образ я и влюбился в свое время, и он удерживает мое внимание на ней и по сей день.

Мило беседуя, мы приговорили бутылочку вина, и у меня слегка поплыло перед глазами.

Маша поднялась со своего шезлонга и, приподняв меня, села за моей спиной, так что моя голова разместилась примерно у нее на груди. Поглаживая мне плечи и руки, она начала шептать на ушко нежности, специально касаясь губами мочки уха, чтобы я чувствовал ее тембр и дыхание.

Под алкоголем много ли нужно? Тело покрылось мурашками, а губы потянулись в поисках ее губ.

Маша: — Подожди. У меня для тебя есть сюрприз.

«Ненавижу сюрпризы. Но если Маша что-то надумала, ее никто не остановит.»

Она сняла с пояса свое парео и завязала мне глаза. Если честно, то зная Машу, можно ждать всего чего угодно, поэтому, лишившись зрения, я замер, пытаясь прислушиваться к звукам вокруг.

Маша: — Тебе нравятся ее ножки?

«Чьи ножки, у кого она спрашивает?»

Маша: — Ну погладь, ей будет приятно.

Кто-то осторожно прикоснулся к моим ногам и начал нежно сжимать стопы. — Так обычно делал Сергей в перерывах между сексом.

«Когда он прилетел? И ничего ведь не сказал вчера?»

Маша: — Посмотри, какие ножки, а как они прекрасны на плечах!

Руки поднялись выше и, погладив бедра, поднялись по телу вверх до шеи, проведя по ней пальцем и поднимая мой подбородок вверх. Вторая рука опустилась на шею и, обхватив ее, немного сжала. В этот момент я замер, чувствуя, как мое сознание начинает подчиняться инстинктивной иерархии.

Маша: — Посмотри, какие у нее сладкие губки, они такими раньше не были.

Большой палец коснулся моих губ и обвел их по контуру.

Маша: — Ну что, как будто ее первый раз видишь, не стесняйся.

Палец сдвинулся в сторону, и его место заняли губы. Мужские губы с легкой щетиной. Мои руки сами потянулись вверх и в пространстве нащупали вставший под брюками член.

«Я и не думал, что так соскучился по нему. По его нежным прикосновениям, горячим губам.»

Маша: — Ну что, Оленька, чувствуешь, как тебя хотят?

Я мог только кивать в ответ, ком в горле не дал произнести ни слова.

Маша: — Да я смотрю, ты и сама уже на взводе. Шалунья.

Рука Маши погладила мой стоящий колом член.

Я хочу мужчину, это очевидно, но это не все. Сейчас я хочу СВОЕГО мужчину, и, наверное, впервые я хочу сделать ему приятно, хочу постараться, мне хочется, чтобы он оценил мои старания.

Маша: — Ну долго ты его будешь мучить? Давай поработай ротиком.

Не имея возможности лицезреть член, я потянул брюки вниз и уткнулся в него лицом, пытаясь как можно большей площадью лица коснуться желанного органа. Спустился к основанию и, облизав член от начала до конца, погрузил головку в рот.

«Как же это вкусно.»

Это как в детстве: ты целый день смотрел на чупа-чупс и только вечером после ужина тебе разрешили его съесть.

Ты его разворачиваешь, закидываешь в рот и пытаешься всасывать максимально сильно, как будто если это делать нежнее, то ты не оправдаешь время, потраченное на ожидание.

Руки Маши мяли мои плечи, копошились в волосах, еще сильнее возбуждая и так изнывающее от жажды секса тело.

Маша: — Ну что, милая, ты готова впустить его в себя?

«Готова? Да я с самого начала готова!»

Во мне проснулась страсть, и я уже каким-то не своим голосом начала умолять моего мужчину трахнуть меня. Пока Маша смазывала лубрикантом член, я откинулся назад и широко раскинув ноги отодвинул трусики купальника в сторону. Вот он, долгожданный момент.

Пару дней назад я и не думал, что буду так радоваться проникновению, ЕГО проникновению.

Долгим секс и не мог быть, помимо внутреннего возбуждения, появился внешний раздражитель в лице Маши, которая слегка поглаживала головку моего члена, ускорив процесс в несколько раз.

Я и раньше слышал свои стоны со стороны, но в этот раз в них уже не было мужских ноток, и это заводило еще сильнее. Как будто мужской член, доводя меня до оргазма, каким-то волшебным образом с эякуляцией раз за разом вымывает из меня всю маскулинность.

Маша: — Ну милая, тебе понравилось?

Я: — О да!

Я на ощупь снимал семя своего мужчины с груди и облизывал пальцы.

Маша: — А тебе?

Директор: — Это было прекрасно!

Услышав голос, мое тело впало в ступор.

Директор: — Если бы я знал, что она так квалифицирована, ее бы давно ждало повышение.

Маша: — Ха-ха-ха, слышь, Оль, он тебя уже готов повысить, посмотрим, чем закончится ночь, секретаршей сделает?

Директор: — А почему бы и нет? Алиби железное, жена-то его знает.

Маша: — Не его, а ее. Коля тут больше не живет. Ладно, пойдем выпьем чего-нибудь.

Парочка в обнимку пошла в дом, оставив меня с перевариванием произошедшего.

«Ну и как мне теперь возвращаться на работу? Почему каждый раз, когда Маша берет инициативу, со мной происходит что-то, что меняет вообще все.»

Сгорая от стыда, я прошел мимо веселящихся и спрятался в спальне. Пол ночи снизу доносились звуки общения, периодически сменяющиеся шлепками и стонами.

Пару раз уже изрядно подвыпившая Маша поднималась спросить, не присоединюсь ли я к ним, но я отвечал отказом.

Мне казалось, что меня предали, но кто конкретно, понять трудно. То ли Маша, подставившая меня, то ли директор, воспользовавшийся моментом, то ли Сергей, потому что я старался для него, я приложил максимум усилий, а оказалось, что это не он.

Утром я проснулся от голода. Украдкой спустился вниз. На кухне никого не было, проверять, в каком составе они сейчас в спальне, не хотелось. Решил, что сделаю себе кофе, пару бутербродов и вернусь наверх, но...

Директор: — А мне сделаешь?

От испуга я чуть не выронил чашку из рук. Резко развернувшись, увидел директора, стоящего у стола. Он всю ночь развлекался с Машей, а сейчас выглядит как с иголочки, что за суперсила?

Я: — Что?

Директор: — Кофе сделаешь? Запах так и манит.

«Странно, я кофе ещё даже не начал готовить.»

Я: — Может, кажется, кофемашина ещё не работает?

Взяв с полки новую кружку, я заметил приближение сбоку. Мужчина носом уткнулся в шею и вдохнул мой запах.

Директор: — А я не про кофе.

Мурашки несколькими дорожками устремились в разные стороны по спине и рукам. Снова это состояние, ком подкатил к горлу, мороз по спине. Подставляя кружку под кран кофемашины, я несколько раз промахнулся, а рука директора, опустившаяся на задницу, нисколько не помогла прицеливанию, а, кажется, наоборот.

Директор: — Это был приятный сюрприз. Я думал, где найти хорошего помощника, а такой бриллиант был совсем рядом.

Руки стали блуждать по моему телу, гоняя косяки мурашек из стороны в сторону. Я однозначно не хочу близости с ним, точно не готов к ней, но не могу сопротивляться. Я чувствую власть директора над собой, она была и раньше, в данный момент она не стала больше или меньше, всё так же, как раньше, тот же ступор, только ситуация иная. Такой ситуации раньше и не могло быть.

Директор: — Теперь я уже жду твоего возвращения на работу, надо будет подумать о твоём новом статусе.

«Что значит новый статус?»

Директор: — Ты голодна?

Я: — Немного.

Директор: — Ну чего же ты ждёшь? Давай я тебя покормлю.

Определённо, отвратительный, низкий, маскулинный намёк был вовсе не на бутерброды, глянув вниз, я увидел оттопыренные на паху брюки.

«Это вот так происходит? Просто иди сюда, отсоси? Ничего личного. Но я не могу, у меня есть мужчина.»

Кофемашина, соблюдая строгий алгоритм, начала наполнять кружку напитком, немного выводя моё тело из столбняка.

Я: — У меня есть мужчина.

Директор: — Да, я заметил. Жаль, что я не замечал этого раньше, столько времени потратили напрасно.

Начальник властно положил руку мне на плечо, оперся тазом на столешницу и, надавив вниз, как бы указал на действия, которые мне необходимо совершить.

Я: — Я не хочу.

Пытаясь по возможности сопротивляться директорской власти, я взмолился.

Директор: - Что значит, не можешь? Вчера ты мне продемонстрировала свои навыки, я их оценил и решил включить их в твои обязанности, можешь приступать к новой должности немедленно.

Я: - Какой должности?

Директор: - Моего личного помощника, теперь ты будешь всегда рядом, нам нужно столько обсудить.

Тело, не способное сопротивляться ментальному давлению, стало опускаться вниз и, уже сравнявшись головой с пахом, я попытался вновь.

Я: - Я не могу...

Но строгий голос директора, пронзительный взгляд и указательный палец перед лицом оборвали на полуслове. Начальник сам достал из брюк член и вставил его мне в рот.

Директор: - Не может она, эти разговорчики прекращай. Быстро взяла в ротик, поработала, проглотила и пошла по своим делам, ясно?

«Как тут не согласиться, наблюдая с членом во рту снизу вверх на нетерпящее отговорок лицо директора.»

Я: - Угу.

Директор: - Вот и умничка, смотри брюки не испачкай, химчистку из твоего жалованья вычту.

Взяв кружку свежесваренного кофе, мужчина поднес ее к своему лицу, вдыхая аромат и наблюдая, как старательно я обсасываю его член.

«Самые страшные сны сбываются. Я не могу вернуться на работу. В нашем коллективе секретов ни у кого нет, не потому что мы такие дружные, а потому что никто их не в состоянии утаить. А то, что я отсасываю директору, заметят сразу. Обычно он, если и вызывает кого-то в кабинет, то разговор длится не больше пары минут. Никто не может выдержать напряжение в его кабинете. Так что мои общения, скорее всего, регулярные, да еще и по времени дольше, чем со всеми, сразу родят кучу вопросов и теорий.»

Как специально, только полностью насладившись напитком и отставив кружку в сторону, директор излил свои чувства мне в ротик и, похлопав по щеке, приказал прибраться и уехал прочь, оставив меня с ощущением послевкусия во рту и душе.

«Интересненько, и сколько раз мне предстоит еще испытывать это в будущем?»

Маша спала до обеда, и я с удивлением услышал будильник ее телефона. Вышла она из спальни совершенно разбитая и, естественно, не в настроении, что-то бурча себе под нос. Я хотел спросить, зачем нужен будильник, но, глянув на ее внешний вид, решил не рисковать. Выпив кофе, она предложила прогуляться по городку на прощанье и, наказав мне собираться, ушла в душ.

Я так и не понял, зачем нужна была эта прогулка, мы толком не гуляли. Зашли в какую-то кафешку, выпили по коктейлю, и Маша, в своем репертуаре, внезапно решила ехать домой. Сели в такси, и минут через 5 меня сморило в сон.

Открыть глаза было очень тяжело. Сильно хотелось спать, но что-то происходило возле меня.

Передо мной стоял врач и что-то разглядывал на теле. Я хотел посмотреть вниз, но корсет на шее мешал наклонять голову.

Врач, увидев, что я открыл глаза, обмолвился парой фраз с медсестрой, и та ушла набирая номер телефона. Спрашивать, что происходит, совершенно бесполезно, я поводил глазами по сторонам и понял, что могу смотреть только в потолок. Ощущалась скованность и боль в груди и ниже под ребрами.

«Что происходит, где я? В смысле то, что я в больнице, очевидно, но почему я тут?»

Нереальная слабость в теле, мне тяжело было даже руку поднять. Пока я был в сознании, меня покормили какой-то штукой – типа йогурта. А через какое-то время в палату вошла Маша.

Маша: – Привет, ты как?

«Хороший вопрос, а как я?»

Я: – Спать хочу, всё болит. Что произошло?

Маша: – Там происшествие, ты не была пристегнута. У тебя ребра сломаны, их корсетом зажали, чтобы заросло, на груди операция, косметическая, переломов нет.

Я: – Капец, и долго я без сознания?

Маша: – Пару дней, пришлось рейс отменить. Хочешь маме позвоним, я её в курсе держу, но ты же понимаешь?

Поговорить с мамой хотелось, но и удерживать бодрствующее состояние было крайне тяжело. Связь отвратительная, поэтому, убедив маму, что я жив, меня стало отключать.

Неделя пролетела, запомнившись только кратковременными отрезками.

Открываю глаза – светло, наверное, день. Полежал, закрыл глаза.

Кто-то что-то делает с моим телом, открыл глаза – врач рассматривает грудную клетку, закрыл глаза.

Слышу голос Маши, она пытается привести меня в чувства, звоним маме, я пытаюсь улыбаться, закрываю глаза.

Резкая боль в ребрах, открываю глаза – другой врач щупает ребра, сделали укол, закрываю глаза.

Время бодрствования постепенно увеличилось, но корсеты на шее и торсе особо не позволяли шевелиться. Хотя врачи, естественно через Машу, рекомендовали ходить.

Подняться без помощи я пока не мог, а просить чужих людей, да еще и не понимающих меня, я как-то стеснялся.

В больнице связь отвратительная, чтобы поймать сеть, приходилось высовываться в окно, так и разговаривали с мамой. Маша в окне, а я или на кровати или рядом, пытаюсь понять, что она говорит. В связи с этим мы приняли решение переместить меня на Виллу. Там Маша сможет следить за мной 24/7, да и мне больница уже изрядно надоела.

Договорились с врачами, что будем приезжать раз в неделю на осмотр. С меня сняли шейный корсет, и мы уехали. Я так и не понял, зачем он был нужен. На шее вроде повреждений нет.

Наконец, обратил внимание, как всё это время работал мой половой член. В уретру вставлен катетер, а он сам, во избежание эрекции, зажат какой-то огромной скрепкой, закрепленной кольцом за мошонку.

Слава богу, на Вилле есть связь. Разговаривать, кроме мамы и Сергея, мне в принципе не с кем, так что я от этого не сильно страдал, а вот отсутствие музыки, фильмов и других прелестей паутины выводило меня из себя.

За время, проведенное здесь, я так привык обращению ко мне в женском роде, что когда это начала делать мама, я даже не сразу понял. Уже потом, в очередной раз положив трубку, на меня, как послевкусие, накатила мысль, что мама меня называла Оленькой.

«Может, показалось?»

Через пару дней ночью пошел в туалет. Пока не заживут ребра, мне рекомендовали скрепку не снимать, поэтому и по малому, и по большому я хожу сидя.

«Если честно, и тут я не понимал, как это связано.»

Восседая на унитазе, у меня жутко зачесалась грудь где-то в районе солнечного сплетения.

Обычно в такие моменты спасает спица или ножницы, но в туалете ничего подобного не было. Корсет был не литой стягивался липучками, но Маша говорила его не трогать.

Не желая терпеть муки, я решил немного ослабить липучки на корсете и, просунув руку, почесать назойливое место. Какого же было мое удивление, когда, потянув липучку, грудь, до этого плотно зажатая внутри, расправилась, и моему взору представилось то, чего тут явно быть не должно.

Дрожащими руками я продолжил расстегивать бондаж, но даже не снимая его, стало очевидно, что за операция была у меня на груди.

Оттягивая корсет от тела, я с ужасом смотрел сверху вниз на два довольно приличных холма, пики которых увенчивались толстыми сосками.

Трудно описать состояние моей души в этот момент. В панике я полез проверять пенис, он был на месте, хотя его зажатое состояние сразу вызвало вопросы. Проверять его боеготовность смысла не было, он и до операции сбоил.

«А что на поясе?»

Прощупав область талии по окружности, я ощутил боль в районе нижних ребер. И сняв бондаж, удивился не меньше, чем от женской груди.

Да, за неделю, не принимая твердую пищу, я немного сбросил в весе, но моя талия в жизни не была такой тонкой. Теперь разница в толщине талии и таза была не просто видна, это был ощутимый контраст.

Не в силах сдерживать свой ужас, я заорал. В глазах потемнело, голова закружилась, я пытаюсь уцепиться за стены и устоять на ногах, но гравитация нещадно давит вниз. В туалет забежала Маша и, увидев меня на полу, сразу оценила ситуацию.

Я: — Это что за хуйня?

Голос дрожал, я еле сдерживался, чтобы не заплакать.

Маша: — Не прикидывайся, сама все прекрасно видишь.

Естественно, я все прекрасно видел, но как излить гнев, который я испытывал в этот момент, я не знал.

Я: — Какого хуя?

Маша: — В смысле? Ты себя неловко чувствовала в гендере мужчины, вот и обратилась к специалистам.

Маша говорила так, как будто я действительно сам захотел увеличить себе грудь.

Я: — Ты что, ебанулась? Я ничего не хотел, это без моего разрешения!

Маша: — Прикалываешься? Мы были на консультации, тебя несколько раз спрашивали, и ты утвердительно кивала и говорила «YES», потом несколько договоров подписала.

Я вспомнил, что подписывал договоры, но я думал, это про лечение.

Я: — Я думал – это лечение!

Маша: — Так и есть. Тебя наконец-то вылечили.

Понимая совершенную беспомощность, я начал задыхаться. Мир вокруг снова начал увеличиваться, и от этого мне стало страшно.

Маша: — Хватит придуриваться, милочка, ты сюда приехала, чтобы постепенно перейти в новое состояние.

Задыхаясь, я с трудом мог говорить.

Я: — Какое ещё состояние?

Маша: — Ты же хотела стать женщиной, это делается не сразу.

В голове начался какой-то сумбур. Я совершенно точно не хотел становиться женщиной.

Я: — Я ничего не хотел — это бред.

Маша: — Ну не знаю, никто из твоих близких не удивился твоему решению.

Я: — Каких ещё близких?

Маша: — Мама твоя, да и папа. Он, конечно, сначала огорчился, но потом принял твой выбор и сказал, что действительно тебе так будет лучше.

Я: — Да о каком выборе ты говоришь? Я ничего не выбирал — это ты!

Тут мне раскрылся весь план, всё как на ладони, и разговоры с мамой без меня, и женская одежда. Это был план Маши, но для чего?

Я: — За что? Почему ты так со мной?

Маша: — Как так?

Я: — Я ведь тебе доверял, я тебя любил, а ты, почему?

Единственная мысль в данный момент была узнать причину, пойти нырнуть в бассейн и не всплыть.

Маша: — Почему я так с тобой поступила? О, это просто.

Маша подошла ко мне, села напротив и, уставившись в глаза, сказала:

Маша: — Я так поступила с тобой по одной простой причине. Потому что ты позволила мне так поступить с тобой.

Она сделала паузу, специально дав мне время обдумать сказанное.

Маша: — И есть только две причины, почему ты это делаешь. Либо тебе это нравится, и ты с удовольствием принимаешь всё это. Либо ты по какой-то причине не можешь мне противостоять, и тогда ты, пусть и не сразу и не с радостью, но всё равно примешь переход.

Подняв мой подбородок, Маша взглянула на меня как-то по-новому, с каким-то презрением в глазах.

Маша: — Боже, ты был бы идеальным для меня супружником. Я бы делала с тобой всё, что хотела, трахалась бы при тебе, а может даже страпонила при своих любовниках, и ты бы с радостью принимал всё это, но, увы, тогда у меня бы не было квартиры в столице.

Не понимая, как это связано, я смотрел в её глаза, но не мог выдержать давление. Я чувствовал, как слёзы подбираются. Я видел, как они начинают наполнять глаза.

Маша: — Да, деточка, я сделала идеальную жену Сергею, и он мне за это купил квартиру. Встань, посмотри, сучка, на мою работу.

Небрежно помогая мне встать на ноги, девушка начала вертеть меня перед зеркалом.

Маша: — Глянь на себя! Ты же космос, сука, у меня такой талии в жизни не будет, жопка — чудо. Сиськи — красота! Твоя мама уверена, что ты себе через годик вагину попросишь.

Я: - Вагину?

Маша: — Да, вагину. За год в этой скрепке твой писюрик атрофируется и станет с мизинчик размером, а может меньше и знаешь что?

Это был риторический вопрос.

Маша: – Хрен я тебе позволю. Ты блядина, с вагиной сразу побежишь перед мужиками ноги раздвигать. А пока у тебя будет это недоразумение, будешь верна Сереже. Слёзы из глаз уже было не остановить.

Маша: – Хули ты ноешь? Я тебя из хрущёвки в премиум-класс переселила, радуйся. Естественно, не просто так. Я тебе Сережу, а ты мне Антона.

Я: – Он же женат!

Маша: – И что, тебе не понравился вкус его спермы? Мне что он нужен, мне нужны его деньги.

Я собрался с силой и выдавил из себя.

Я: – Нет, я не позволю.

Маша: – Ого. И как ты собираешься мне не позволять?

Маша смотрела на меня, в ожидании ответа, но я не мог сосредоточиться, мысли путались, я не смог произнести ни слова.

Маша: – Вот мой план: как всё заживёт, мы вернёмся, и ты объявишь родителям, что выходишь замуж за Сережу.

Сделав паузу, Маша наблюдала за моей реакцией, а я в ответ, мог только моргать переполненный недоумением.

Маша: — Дальше я буду периодически подкладывать тебя под нужных мне мужиков, а когда надоест, не знаю, продам тебя на панель. Давай, пошли меня на хуй!

Я стоял и не мог произнести ни слова. По жизни ты готовишься к разным ситуациям, мысленно прокручивая сюжет в голове, но от такого обращения меня замкнуло.

Маша: – Я так и знала. Всё, я устала и не ори больше как резанная.

Моя жизнь превратилась во что-то, о чём в детстве мальчики не мечтают, скорее – это страшилка на ночь.

«Может, утопиться?»

Маша: – Только попробуй утопиться, я тебе искусственное дыхание маткой делать буду.

Я стоял не в состоянии оценить, шутка это или нет.

Единственное, чего я хотела, — чтобы меня, как маленькую девочку, взял на руки мой мужчина и, гладя по голове, успокаивал, приговаривая, что всё будет хорошо.