Это было самое сильно впечатление в моем половом взрослении. Мы с сестрой были почти одногодки и довольно близки, само собой были моменты игр в доктора и прочие элементы сексуального самовоспитания, но в тот момент мой мир перевернулся. Я увидел секс воочию, с участием своей родной сестры, да еще и в таких подробностях. До сих пор перед глазами стоит живая картина моей стонущей полуголой сестры, вид ее согнутых ножек и толстого члена Вадика, ее нового парня, который входил прямо в письку.

В тот день я пришел домой раньше обычного, и не думая ни о чем, ворвался в нашу комнату с какой-то ерундой на уме и застыл. Мы тогда жили в маленькой двушке хрущевки, родители занимали залу, а мы с сестрой ютились во второй комнатушке с двумя кроватями и маленьким письменным столом и компьютером на нем. Пространтсва была очень мало, но мы никогда не жаловались, так как лучшего еще не знали, но время шло, мы взрослели и Катя стала водить своего парня к нам домой. Ествественно, родители не знали, а я покрывал сестру и тешился надеждой, что как-нибудь и я приведу к себе девушку.

Итак, я впал в ступор, созерцая ситуацию на кровати. На мгновение мне показалось, что Вадик издевается над сестрой и что ей больно, но быстро понял всю нелепость своих соображений и сбежал. Катя вскочила следом в одной майке и проводила меня до залы, велев не выходить и чтобы я никому не рассказывал и вообще... что они просто прикалывались и ничего такого не делали. На какое-то время я ей поверил, что даже спросил тем же вечером, почему у нее спереди волосы есть, а там, между ног, ничего нет. Мне было реально непонятно и искренне интересно. Порно я тогда не смотрел практически, а последний раз я видел сестру без трусов еще когда там ничего такого не выросло.

Кате было смешно от того насколько я отстал от нее и стыдно не меньше моего, она долго сторонилась моих расспросов и приколов, но в конце концов призналась и даже разъяснила несколько беспокоящих меня вещей, как например, что волосы на лобке растут намного больше, чем там, и что она уже бреет киску, а еще о том, что член вставляют в другую дырку, а не в ту, из которой писают, и что дырка эта довольно эластичная и растягивается, и что член у Вадика большой, потому что встал, и что у меня он тоже такой будет, когда я подрасту.

А как-то вечером, когда мы засиделись за компом до глубокой ночи, Катя уже была в своей ночной футболке и трусах и вдруг не отказала мне на мои приставания и даже согласилась все показать. Я охренел и был в сильном впечатлении, но не сказать, что от возбуждения, а больше от того, что она повзрослела куда быстрее меня не только в теории, но и физически. Ее жопа и бедра стали совсем как у взрослых девок, а лобок был реально волосатый и в полутьме спальни показался мне совсем черным, наверное поэтому отчасти сестра и решилась приспустить трусы, потому что там мало что было видно. Но чуть позже, уже перед тем, как отвернуться спать и погасить лампу, она распахнула одеяло и легла ногами ко мне. Я сглотнул и молча смотрел, как она избавилась от трусиков и расставила ноги, помогая себе руками. Я увидел промежность, которая все еще была темновата и Катя сама позвала меня к себе.

Тогда я увидел все вблизи, спокойно и без спешки. Волос там не было, пухлые губы растягивались Катиными пальцами так сильно, что длинные красные ногти впивались в кожу и мне казалось, что ей от этого больно и чувствовал я себя из-за этого очень перед ней виноватым. А еще... и это я тоже запомнил на всю жизнь, я услышал запах, ни с чем несравнимый. Катя была мокренькая, но тогда я этого не понимал. В моих трусах тоже было живо, но я жутко смущался своего возбуждения и сжимал коленки, чтобы сестра невзначай не заметила. Я впитывал каждое ее поясняющее слово и все детали девичьих прелестей. Я спрашивал что-то вроде: “Вот сюда?” — намекая, куда ее выебал Вадик. Катя утвердительно кивнула, показывая пальчиком в раскрывшуюся щелку. А чуть ниже через натянутую тонкую перегородку была жопная дырка, на которую я боялся опустить глаза, чтобы не смущать сестру, но краем зрения я видел, как она то расслабляется, то сокращается. Мне было очень стыдно, что я вижу ее жопу и жалел, что ей, как и всем девочкам, приходится показывать абсолютно все, в отличие от пацанов.

Тогда я осознал, что вот та щелка и есть влагалище, а не просто разрез, который видно у девок спереди стоя, и все встало на свои места. Ведь все знали, что ебутся в дырку, а я видел лишь разрез половых губ и долго не понимал, где там может быть дырка, кроме разве что той, откуда писают, но это мне представлялось совсем диким. Про клитор я вообще услышал впервые и совсем не понял его предназначения. Сестра смеялась с меня, трогая его пальцем и наблюдая за моими мозговыми потугами. Я не мог понять, почему она смеется и акцентирует на нем такое внимание и когда я тоже захотел его потрогать, то сестра тут же прикрыла письку и свела ноги вместе.

Вадик был старше сестры на 3 года и старше меня на целых 5 и тогда этого было слишком много, между нами была огромная пропасть, которую я и не мечтал преодолеть. С каждым месяцем я ревновал сестру к нему, но не так, как ревнуют свою девушку, а по другому. Хоть я и знал, что Катя сама не против трахаться с ним, но все же, она стала с ним ближе, чем была со мной. Я боялся, что сестра однажды уедет с ним и мы больше не будем зависать вместе у компа и болтать полночи. Я завидовал тому, что они оба старше меня и иногда мне чудилось, будто я реально хочу свою сестру. По ночам у меня появились стояки, мне снилась голая Катя, я просыпался в поту и всматривался в темноту, пытаясь рассмотреть тело сестры. А днем я ловил эти дурацкие моменты влюбленности после снов с девками и ждал, когда сестра придет после душа голая. Нет, она никогда так не делала, но почему-то я стал на это надеяться. Я возвращался домой по-тихому и когда Кати не было, таился в ожидании. Время шло, мы взрослели и больше намекать на игры в доктора я уже не мог, мне было стыдно. Некоторые мои одноклассники уже встречались и трахались, Катя тоже занималась этим. Я не хотел быть еще более жалким пездюком на их фоне.

Да, я знал, что они трахаются, когда никого, включая меня, нет дома и само собой они стали после того раза осторожнее, и вот так ворваться и застать их врасплох, я рассчитывать не мог. А может быть они делали это у него дома, не знаю. И я проболтался. Однажды я сказал, как бы мимоходом, что я не дурак и все понимаю, и что никогда никому не расскажу, и что они могут спокойно поебаться у нас, а я посижу на стреме на кухне. Сестра конечно сказала, что я дебил, и что это вообще не мое собачье дело. Но сейчас я понимаю, что именно эта моя наивность и сработала. И позже случилось то, что случилось.

Через несколько месяцев я вернулся вечером с тренировки, родители были в отъезде и мы знали, что на выходные мы останемся одни. Лично я планов никаких не имел, так как был простым задротом с замашками спортсмена и кроме компа и спортзала мне было мало, что интересно. А вот Катя сообразила и момент не упустила. Громко щелкнув замком, я разулся и потопал к себе, чтобы скинуть шмотки, как вдруг, дверь спальни приоткрылась, показалась голова сестры с распущенными волосами. На секунду я подумал, что она опять плакала, а это у нее случалось иногда из-за того же придурка Вадика и их тупых отношений, но по голому плечу и тому, что сестра высунулась из-за двери лишь частично, я понял, что ЭТО снова происходит. По телу пробежали мурашки.

— Это ты? — спросила она полушепотом.

Я кивнул и Катя попросила меня не заходить и тут же скрылась за дверью.

— Кать! — шепнул я.

Сестра снова показалась и с таким видом, что вот-вот пошлет меня нахрен.

— Так вы... ты с ним там, да? Вы... ну короче не спешите, я если что...

Пару мгновений сестра смотрела мне в глаза, а потом, опустив взгляд в пол, медленно прикрыла дверь. Я тут же пожалел, что сказал всю эту тупизну, отчего засмущался сам и засмущал еще больше сестру. Я ждал, что через минуту Вадика выпроводят и Катя будет дуться на меня все выходные, ведь я снова застал их, хотя обещал вернуться на пару часов позже. Но этого не произошло. Дверь не открылась и через 5 минут и через 15. Я шатался по квартире туда-сюда обратно, пытаясь уловить хоть что-нибудь и наконец, когда слух привык к тишине квартиры, я расслышал какие-то слова, а потом и тихий, едва уловимый скрип кровати. Член беспокоил мои шорты и я не нашел ничего лучше, как достать его и начать дрочить. В тот же момент по всем законам подлости, Катя выбежала. Да, буквально выбежала, как ветер, толкнув дверь нараспашку, и прошмыгнула мимо меня в ванную. Я не успел среагировать.

— Извращенец... я все видела! — крикнула бодро сестра из ванной.

Она вышла через полминуты, на ней была водолазка, трусы и носки. Я стоял, как идиот под стенкой, не зная, что говорить и как себя вести.

— Подслушивал что ли? — спросила она меня и не сдержала улыбку.

Ее лицо было покрыто красными пятнами, я еще не видел ее такой и очевидно ей тоже было неудобно, но она была на странном подъеме, в отличие от меня. Ну, а как еще выглядит брат, который втихаря дрочит на звуки ебущейся за дверью сестры? Между нами никогда не возникало такой темы, что мы как-то возбуждаем или хотя бы привлекаем друг друга, лишь обычный интерес... но я вдруг нарушил все это, показав обратное.

— Дрочер, блин... — процедила сестра и ушла к себе, не скрывая насмешку.

— Да пусть посмотрит, что такого? — донеслось из нашей комнаты.

Из-за угла показалась фигура Вадика, он был в одних трусах, худой и жилистый, каким я никогда его не видел. Длинные руки с острыми костяшками пальцев, подкачанный пресс и полоска волос ниже пупка. Я нахмурился и разозлился на него. Пришел выебать мою сестру, еще и выебывается!

— Фу! — ответила ему Катя и плюхнулась на кровать.

— Он че, девственник еще, Катюх?

— А ты думал нет?

— А ты бы дала ему?

— Сам ему дай! — ответила сестра и рассмеялась.

Меня удивило, что все вдруг стало так открыто, тогда я еще не знал, что оргазм раскрепощает, ну и видимо мое тупое ебало сыграло не меньше. Они почувствовали себя совсем взрослыми на моем фоне и были в общем правы. В тот момент я возненавидел Вадика, но еще больше свою сестру, которая насмехалась надо мной вместе со своим парнем, с котором ссорилась и рыдала чуть не каждую неделю. А я ведь всегда был готов выгородить ее перед родителями, кинуть в драку, если кто захотел бы ее при мне обозвать и даже постоять на стреме, когда она развлекается со своим Вадиком. Я мог бы предупредить, если вдруг внезапно родители вернутся и вообще... а они вот так!

Я не нашел слов, чтобы хоть как-то реабилитировать себя, да и нужны ли они были? И пока стоял и тупил в коридоре, в комнате послышалась возня, Вадик что-то говорил, а сестра смеялась. Они вели себя совсем раскрепощенно и не то, что перестали скрывать свои дела, но и даже дверь не заперли. Интерес пересилил меня и я вошел, сделал вид, что мне глубоко похеру на них, и что мне только нужны мои шмотки из шкафа. Я ожидал вопли сестры и даже Вадика, но им оказалось побоку. Я успел заметить, что Вадик снял с сестры водолазку и она осталась в своем черном спортивном топике. Катя лишь покосилась на меня и ничего не сказала. Я вышел с каменным хлебалом и пошел в зал, переоделся, все еще изображая пофигизм. Время шло, а дверь все не закрывалась и мне остоебло сидеть и втыкать в пол. Я снова подкрался к нашей спальне.

— Да пусть. — прозвучал голос Вадика.

— Ну блин... — возмутилась сестра.

— Вообще похуй.

Сестра тоже ответила ему матом и они замолчали. Слышалось шурание постели и все остальное безобразие тоже слышалось. Мне было противно. И противно от того, что ужасно интересно, как бы я себя не обманывал. Я вошел и сел. Включил комп. Казалось, что я имел на это право, потому что это они у меня, а не я у них, по крайней мере этот длинный урод... А на сестру я был в обиде и хотел всем своим видом это показать. А если им похрен, то и мне похрен. Вадик сидел над сестрой и лез целоваться. Катя сначала держала его рукой, чтоб он не лез, все время поглядывая на меня снизу вверх, но я смотрел в монитор, водя мышкой бесцельно, не зная, какую игрушку мне запустить. И вот они уже сосутся со всеми характерными призвуками и мне стало вкрай неловко. Это было так похоже на все постельные сцены из кино, все эти противные причмокивания и вздохи. Потом я заметил, что трусы Вадика куда-то делись и на их месте среди кучерявых волос торчал член. Не переставая целоваться, они ласкали друг друга руками: Катя схватила его за писюн, а он сунул руку ей в трусы.

Сначала ушел Катин топик и я увидел ее сиськи впервые с тех пор, как она выросла. Они были небольшие, но с такими торчащими большими розовыми сосками, что я не сразу поверил, что это ее реальная грудь. От ее прежних мелких девичьих сосков не осталось ничего. Потом ушли трусы. Катя согнула ноги и развела их в стороны, Вадик забрался сверху и стал водить рукой, пытаясь вставить член. Я не знал, ебутся они или еще нет, пока не услышал громкий всхлип сестры, от которого я не удержался и посмотрел прямо на них. Катя тоже глянула на меня и тут же опустила глаза туда.

— Неее... я не могу... — вдруг выдала сестра и прикрыла руками лицо, но ее парень, кажется, не услышал ее и продолжил.

Он стал двигаться вверх-вниз и Катя застонала, скрывая лицо. Я повернулся вполоборота и стал смотреть. Через минуту они уже снова сосались, а потом тело Вадика запрыгало над сестрой, открывая черный треугольник моему взору. Я даже ощутил себя таким же, как они, частью процесса — значит я такой же взрослый, и кроме того, мне будет, что рассказать своим друганам девственникам. Я бы конечно опустил такую подробность, что видел секс своей родной сестры и сказал бы, что видел его на какой-нибудь тусе или даже, что я сам трахался. Вадик запустил руки под Катины коленки, отчего ее ноги задрались еще выше, и стал трахать сестру жестче и быстрее. Катя застонала открыто и без стеснений, пока Вадик не остановился.

От внезапности я тоже дернулся, осознав, что смотрю на секс своей сестры настолько открыто и вовлеченно, будто мне это в кайф. Катя тоже опомнилась и взглянула на меня, но в ее глазах не было ничего осуждающего, она была, как пьяная. Я не знал, почему он остановился, но сестра все поняла. Он захотел по-другому. Катя повернулась на бок, подогнув ноги, они снова легли в ту же позу, когда я застукал их в первый раз. У меня сжалось сердце и заскреблось на душе. Я осознал себя тем, кто был по ту сторону двери и увидел все с начала. Мне стало жарко и я бы снял майку, но как-то морально не мог себе этого позволить. У меня уже затекли ноги от неподвижной позы и я не знал, отвернуться или продолжать смотреть. Если я ушел бы, они бы решили, что я пошел дрочить, не иначе. А оставаться до конца мне хоть и дико хотелось, но все же было унизительно, даже несмотря на то, что я вдруг стал своим в их потрахушках.

Катя снова подняла на меня взмокшие глаза и уже более осознанно посмотрела. Она нахмурила брови и хотела толкнуть рукой, но не смогла дотянуться.

— Блять, выйди, пожалуйста! — проговорила она чуть не криком и у меня все оборвалось.