Жара не собиралось отступать даже ближе к вечеру. Поезд прибыл в маленький провинциальный городок точно по расписанию — в 19:40. Солнце уже висело низко над крышами старых пятиэтажек, но воздух оставался густым и тяжёлым, словно в бане. Иван и Ольга вышли на перрон, оба слегка помятые после долгой дороги, с дорожными сумками в руках. Одежда прилипла к телу даже сильнее, чем утром: блузка Ольги теперь почти прозрачно облепляла грудь, а рубашка Ивана на спине и подмышках была тёмной от пота. Они переглянулись — устало, но с той самой искрой, которая разгорелась в купе. Ни слова о том, что произошло там. Просто улыбнулись друг другу и пошли ловить такси.

Гостиница «Центральная» - единственная приличная в этом городке - встретила их неоновой вывеской и прохладным холлом с кондиционером. Но улыбка администратора быстро погасла, когда она проверила бронь.

— Ой, ребята... Простите, но ваша бронь на два отдельных номера где-то потерялась в системе. Мы отправили подтверждение вчера вечером, но... в базе ничего. А сейчас свободен только один номер. Двуспальная кровать, всё остальное есть - душ, мини-бар, окно на парк. Но только один. - Администратор умоляюще посмотрела на них, надеясь, что гости не будут поднимать скандал.

Иван и Ольга переглянулись. Было уже поздно, а других нормальных гостиниц в этом городке не было. А до завтрашней встречи всего полчаса пешком. Одна и та же мысль возникла одновременно. Лица обоих вспыхнули. Ольга прикусила губу, опустив глаза. Иван почесал затылок, стараясь говорить спокойно.

— Оля, я могу попробовать найти что-то другое... Может, хостел или...

— Вань, поздно уже, - тихо ответила она, краснея. - И завтра в девять встреча. Не будем бегать по городу в такую темень, тем более мы ничего тут не знаем. Давай... возьмём этот номер. Мы же взрослые. Просто полежим каждый на своей половине кровати и все.

Иван внимательно посмотрел на нее кивнул. Это был хороший план. Тем более они взрослые люди.

Администратор посмотрела на них обоих с облегчением и протянула ключ от номера. Они поднялись на третий этаж. Номер оказался крошечным - чуть больше десяти квадратов. И большая двуспальная кровать занимала почти всё пространство основной комнаты, а у окна стоял маленький столик с двумя стульями. Ни дивана, ни кресла. Даже шкаф был встроенный и узкий. Жара здесь ощущалась меньше благодаря работавшему кондиционеру, но воздух всё равно был тёплым и влажным.

Иван поставил свою сумку у кровати и сразу сказал:

— Я могу на полу поспать. Возьму полотенце, подстелю...

— Не глупи, - перебила Ольга. Голос у неё был мягкий, но твёрдый. - Кровать большая. Две половины. Мы просто ляжем... Будет как в поезде, только лёжа. Ничего страшного. Мы же коллеги. И оба... женаты.

Она произнесла последнее слово почти шёпотом, будто напоминая себе. Иван кивнул. Сердце стучало.

— Хорошо. Договорились. Ты первая в душ?

Ольга кивнула и скрылась в маленькой ванной, закрыв дверь не до конца — щель осталась в пару сантиметров. Иван сел на край кровати, снимая рубашку. В комнате было тихо, только гудел кондиционер. Через тонкую дверь он слышал, как шумит вода. Представил, как Ольга стоит под душем: вода стекает по её пышной груди, по изгибу талии, по округлым бёдрам... Он тряхнул головой, прогоняя мысли. Но член уже начал наливаться, вспоминая случайные касания в поезде.

Ольга вышла через десять минут. На ней был только белый гостиничный халат — короткий, едва до середины бёдер. Волосы мокрые, распущенные, капельки воды блестели на ключицах и в ложбинке между грудями. Халат слегка разошёлся на груди, открывая край кружевного лифчика, который она успела надеть после душа. Кожа розовая от горячей воды, глаза блестят. Она запахнула халат плотнее, но поздно - Иван уже смотрел. Не отрываясь. Жадно. И не в силах это скрыть.

— Твоя очередь, - тихо сказала она, отводя взгляд. - Вода хорошая.

Иван встал, проходя мимо неё. В тесноте их тела почти соприкоснулись. Он почувствовал запах её кожи - свежий, с ноткой геля для душа и той самой женской теплотой. Дверь ванной закрылась за ним.

В душе Иван стоял долго. Вода стекала по его крепкой груди, по рельефу живота. Он пытался успокоиться, но мысли крутились только о коллеге за стенкой. Как она лежит сейчас на кровати в этом коротком халате. Как её ноги... Он провёл рукой по своему твёрдому члену, но сразу отдёрнул — нельзя. Не здесь. Не сейчас. Не пока она за дверью.

Когда он вышел (тоже в халате), Ольга уже лежала на правой половине кровати. Халат запахнут, но одна нога слегка согнута, и край ткани задрался, открывая гладкое бедро. Свет был приглушён — только ночник. Кондиционер работал, но в комнате всё равно было тепло. Они легли каждый на свою половину, оставив между собой широкую полосу ничейной территории.

Иван попытался уснуть, но не мог. Минуты тянулись. Тишина, прерываемая только их дыханием.

— Вань... - прошептала она первой, поворачиваясь к нему лицом. - Ты не спишь?

— Нет, - ответил он так же тихо, поворачиваясь на бок к ней. Их лица были в полуметре друг от друга. - Жарко как-то... Хотя кондиционер.

— И мне, - выдохнула Ольга, придвигаясь чуть ближе. - Вань... а ты думаешь, что в обычной жизни всё совсем по-другому? Вот мы сейчас здесь... просто вдвоём. Без супругов... Без этих офисных стен... И как-то... легко. Приятно.

Иван улыбнулся уголком губ, чувствуя, как её колено почти коснулось его под простынёй.

— Приятно, Оль. Честно. В офисе мы всегда на расстоянии, а тут... будто другой мир. Никто не смотрит, не осуждает. Просто... мы.

— Да... - она придвинулась ещё на пару сантиметров, теперь их колени мягко соприкоснулись под тонкой тканью. - Я сегодня в поезде ловила себя на мысли... как хорошо просто быть рядом. Без всех этих «нельзя». Хотя... мы же понимаем, что всё равно нельзя. Я замужем, ты женат... Боже, что мы делаем?

Голос у неё дрогнул - стыд и возбуждение смешались в одном выдохе. Иван сглотнул, но не отодвинул ногу.

— Я тоже об этом думал. Всё время. Но... чёрт, Оля, с тобой так... по-настоящему. Я никогда так не чувствовал.

Разговор становился глубже, интимнее. Они шептались, почти касаясь губами воздуха между ними. Ольга чувствовала, как внутри неё борются два чувства: стыд и сладкое, тёплое желание, которое росло с каждой минутой. Она сжимала простыню пальцами, чтобы не протянуть руку первой.

— Вань... мне стыдно, - прошептала она наконец, но голос был хриплым от возбуждения. - Я лежу тут... в одном халате... и думаю о тебе. О том, как ты смотрел в поезде. А должна думать о муже... о Саше... Это неправильно... совсем.

— Мне тоже стыдно, - признался он, придвигаясь еще ближе к ней. Теперь их бёдра почти соприкасались. - Я не должен хотеть тебя так сильно. Но... не могу остановиться. Ты вся... такая мягкая, тёплая. И эта гостиница... одна кровать... как будто специально.

Напряжение нарастало медленно, мучительно. Их дыхание стало чаще. Ольга повернулась на бок полностью, и халат слегка разошёлся на груди. Иван видел край её полной груди, розовый сосок, который почему-то не был прикрыт лифом. Видимо она успела снять его, когда он был в душе. А это значит, что она почти голая там... Его член стоял уже давно - твёрдый, горячий, упираясь в халат. Ольга заметила это краем глаза и почувствовала, как между её ног стало влажно. Стыд обжёг щёки, но тело предательски отозвалось - соски затвердели, а бёдра сами слегка раздвинулись.

— Вань... мы не должны, - прошептала она дрожащим голосом, но её нога скользнула ближе и коснулась его голени. Кожа к коже. Горячая. - Я... я боюсь.

Она замолчала, краснея ещё сильнее, но не убрала ногу. Иван тяжело дышал, его рука почти случайно легла на её талию поверх халата. Пальцы сжались чуть сильнее.

— Не должны... — выдохнул он хрипло. — И мне тоже страшно... Но почему-то мысль, что мы переступим черту по-настоящему, сводит меня с ума..

Они замерли. Глаза в глаза. Дыхание смешивалось. Иван придвинулся ещё ближе. Их губы были в сантиметрах друг от друга. Ольга тихо ахнула, когда его колено коснулось внутренней стороны её бедра.

— Это... судьба, наверное, - наконец выдохнула она, голос дрожал от стыда и желания одновременно. - С гостиницей этой. С одной кроватью. Как будто... кто-то сверху решил, что сегодня можно. Даже если потом... будут последствия.

Иван не ответил. Он просто наклонился и поцеловал её. Мягко. Горячо. Сначала робко - губы к губам. А потом глубже, когда она ответила. Её рука легла ему на грудь, под халат, чувствуя твёрдые мышцы. Его ладонь скользнула под её халат, обхватив тяжёлую грудь. Сосок уже был твёрдым, как камешек. Ольга застонала в поцелуй — тихо, стыдливо, но искренне, борясь с собой до последнего.

Всё получилось само собой.

Халат Ивана распахнулся. Ольга сама стянула его с плеч, проводя ладонями по его груди, по животу, ниже... Её пальчики обхватили толстый, горячий член. Он был большим - венозный, с тяжёлой головкой, уже мокрой от смазки. Она провела рукой вверх-вниз, чувствуя, как он пульсирует, и прошептала сквозь стыд:

— Боже... какой ты... я не должна... но хочу...

Иван одним движением распахнул её халат. Ольга лежала перед ним полностью обнажённая - пышная грудь с тёмно-розовыми сосками, плоский живот, гладко выбритая киска, уже блестящая от влаги. Бёдра слегка раздвинуты. Он наклонился и взял сосок в рот - пососал жадно, языком обводя ареолу. Ольга выгнулась, вцепившись пальцами в его волосы, но тут же прошептала с надрывом:

— Вань... подожди... это измена... я не могу... о боже, не останавливайся...

Он спустился ниже, целуя живот, бёдра. Раздвинул её ноги шире. Язык коснулся набухших половых губ - медленно, глубоко. Ольга ахнула, прижимая его голову к себе, но слёзы стыда блестели в уголках глаз.

— Я... я кончаю... прости меня, Саша... - вырвалось у неё, когда первый оргазм накрыл волной. Тело задрожало, бёдра сжали его голову, и тихий, протяжный стон заполнил комнату.

Пока она дрожала, он поднялся. Член стоял торчком, головка блестела. Ольга, всё ещё в тумане, сама раздвинула ноги шире и потянула его к себе за плечи, борясь с последними остатками стыда.

— Войди... пожалуйста... Я хочу тебя. Даже если... - Ее голос прерывался, голова почти ничего не соображала - Пусть... это будет наша тайна.

Иван вошёл в нее очень медленно. Головка раздвинула тесные стеночки влагалища - оно было таким тугим... Ольга закусила губу, глаза закатились от смеси боли удовольствия и вины. Когда он вошёл полностью — до упора, — она обхватила его ногами за талию.

— Какой... большой... - выдохнула она. - Двигайся... но медленно сначала... я боюсь... но так хочу...

И он начал двигаться. Глубоко. Ритмично. Кровать тихонько скрипела. Их тела блестели от пота - жара вернулась, несмотря на кондиционер. Иван целовал её шею, грудь, кусал мочку уха. Ольга стонала всё громче, не сдерживаясь, но каждый стон сопровождался шёпотом вины:

— Да... вот так... глубже... я твоя сегодня...

Он перевернул её на бок, вошёл сзади, одной рукой сжимая грудь, другой играя с клитором. Ольга кончила второй раз - сильнее, с криком, сжимаясь вокруг него. Тогда Иван не выдержал. Он лёг на неё сверху, ускоряя темп. Жёстко. Глубоко. Их тела шлёпали друг о друга.

— Оля... я сейчас... кончу... - простонал он.

— Кончай... в меня... — выдохнула она, глядя ему в глаза сквозь слёзы стыда и экстаза. - Я не могу сейчас иначе... Хочу почувствовать тебя всего...

Иван зарычал, вбиваясь в нее в последний раз. Он кончал долго, пульсируя внутри. Ольга дрожала под ним, чувствуя каждую каплю и понимая, что эта слабость может иметь последствия. Но сейчас она почему-то ощущала, что это правильно.

Они легли рядом, тяжело дыша. Халаты валялись на полу. Тела всё ещё сплетены. Иван нежно поцеловал её в лоб, а Ольга прижалась к его груди, уже засыпая от усталости и пережитого. Сил идти в душ уже не было. Да и хотелось продлить этот миг близости максимально долго.

— Спокойной ночи, Вань... - прошептала она еле слышно.

— Спокойной, Оля, — ответил он, обнимая её крепче.

Они уснули так - голые, сплетённые, с бьющимся сердцами и тайной, которая теперь связывала их крепче, чем любые кольца.

До утра оставалось ещё много часов.

Ни один из них больше не думал о стыде.

И им обоим снились приятные сны.