Три недели в лагере

Вступление. 

После того, как я покинула «гостеприимный» дом моего дяди (см. рассказы «Рукопись, найденная при странных обстоятельствах»), родители решили дать мне отдохнуть, и устроили меня в ведомственный лагерь отдыха для детей сотрудников на смену в три недели.

В январе мне, наконец, исполнилось восемнадцать лет. Я еще никогда не ездила в подобные лагеря и волновалась, даже пыталась протестовать против этой поездки. Но родители смогли меня уговорить, рассказав много подробностей об этом лагере. Да и я сама вдруг поняла, что в этом лагере я могу найти новые приключения на мою попу и на остальные дырочки. И я стала уже с нетерпением ждать отъезда.

Глава 1.

Лагерь оказался не так далеко от города – примерно сто пятьдесят километров, около двух часов на автобусе. Автобусов в колонне было три, и нас сопровождали машины ГАИ. В пути я рассматривала мальчиков, и они мне понравились. Явных хулиганов я не обнаружила.

Сам лагерь находился в сосновом лесу. Уже потом я определила, что лес состоял из сосен и елей. Жильём служили большие шестиместные брезентовые палатки. Их было много, они стояли группами, и нас распределили по ним согласно возрасту. В первом отряде, куда попала и я, были дети старше восемнадцати лет. Удивительно, но в отряде было шесть мальчиков и шесть девочек. Что и как было в других отрядах, я не помню. А две палатки нашего, самого старшего отряда, стояли на отшибе по отношению к остальным отрядам. Но палатки для девочек и для мальчиков стояли в полутора-двух метрах друг от друга. Внутри палаток были обычные кровати с металлическими основами и матрасами. Удивительно, но койки эти не скрипели.

Я потом поинтересовалась у руководства почему взяли в лагерь таких взрослых «детей». Мне объяснили, что детей младшего возраста у сотрудников было мало, а место под лагерь было арендовано, и, чтобы арендная плата не шла попусту, руководство предприятия решил набрать и совершеннолетних отдыхающих. А в сторону от остальных палаток нас отставили специально, чтобы мы не смущали младшеньких. С ним проводили всякие конкурсы и прочие развлечения, а мы, взросляки, были предоставлены сами себе. Даже пляж для нас был отдельный, выше по течению реки.

Почти в центре лагеря стояли две столовые с длинными столами и лавками. Они были накрыты навесом. И где-то за пределами лагеря находились туалеты – М и Ж, по четыре туалета напротив друг друга. И тут же два дощатых строения с душевыми кабинками, и тоже М и Ж. В общем – не Артек, конечно, условия были полевые, спартанские. Но в этом была своя прелесть.

Мы быстро перезнакомились, и уже к вечеру без ошибок могли определять кто тут, скажем, Коля, а кто - Игорь. Ну и -  кто Наташа, а кто - Ира. Прием пищи был общий, места в «столовых» хватало всем отрядам одновременно. А за лагерем оказалась какая-то речушка с очень медленным течением, с почти стоящей водой. Там был лагерный пляж, и вожатые совсем не возражали, когда мы, взросляки, устроили свой пляж немного выше по течению. От детского пляжа нас отделяли невысокие и не очень густые кустики.

В расписании был предусмотрен двухчасовой «Тихий час», но он распространялся, в основном, на детишек младше 10 лет. Мы, взросляки, гуляли свободно по лагерю, условие от вожатых было только одно – не шуметь, не будить малышню.

Я уже на следующий день ушла за пределы лагеря, изучать округу. Мне очень понравился один мальчик, Антон, который выгодно выделялся среди остальных наших мальчишек. Он был на полголовы выше остальных, со спортивной фигурой и уверенным взглядом. Не знаю, выделил он меня или нет, но я много раз ловила на себе его взгляд.

Итак, на третий день, когда я планировала в тихий час погулять по окрестностям, мы перед обедом были на речке. Когда потупила команда собираться и идти на обед, я взяла свой сарафанчик, отошла с ним немного подальше от всех, сняла с себя купальник, сполоснула его в воде, чтобы смыть песок, хорошенько его выжала. Потом зашла в речку, и попыталась смыть песок с себя. И только потом  надела свой сарафанчик. Он моментально впитал в себя воду с тела и стал весьма прозрачный. На груди ткань облепила мои сиськи, эффектно подчеркнув просвечивающиеся сосочки. Точно так же ткань прилипла к моему паху и к попке. Вот теперь можно было идти в лагерь, по пути наслаждаясь взглядами парней. Купальник я несла в руке, а сама смотрела по сторонам, и заметила пару-тройку пар глаз наших мальчиков, горящих восторгом и интересом. Ура, среди этих мальчишек был и Антон.

 Мальчики, как я и рассчитывала, наблюдали меня голенькую во время переодевания. А сейчас рассматривали мое тело через мокрый сарафанчик. Это было хорошо, даже отлично – я привлекла к себе внимание наших парней. А то одна толстая девочка еще сегодня утром говорила о том, что ей нравится Антон. От конкуренток надо безжалостно избавляться.

Я сначала подошла к нашей палатке, повесила на веревку купальник, и, светя телом через мокрый сарафан, почапала в столовку. Но уже около столовой поняла, что сарафанчик мой уже высох. После обеда, когда мы возвращались в палатку, около меня возник Антон с темой обсуждения обеда, и с вопросом – что я буду делать в тихий час. Я ответила, что подумываю о прогулке в окрестностях лагеря. Я ожидала, что Антон напросится погулять со мной, но он кивнул головой, сказал, что прогулка  - дело хорошее, и зашел в свою палатку. Я удивилась, но от своих планов не отказалась, и неспешно пошла к границе лагеря.

Брела я без какой-то цели, рассматривая деревья и кусты, подбирая иногда упавшие шишки. И как-то мимоходом остановилась около одной ели, и удивилась: по веткам этого дерева было очень удобно забираться на самый верх дерева. Её лапы начинались почти около земли. Я отложила это в голове с намерением завтра попробовать подъём на вершину. А пока можно гулять дальше, любуясь природой.  

И тут меня окликнули сзади по имени. Оглянулась, и увидела Антона с Васей и Геной. Они радостно заявили, что наша встреча очень неожиданна и приятна, и что они могут показать одно интересное место, которое они обнаружили еще вчера. И довольно уверенно привели меня на большую поляну, в центре которой стояло несколько высоких елей.

Парни начали наперебой рассказывать о том, какой классный вид открывается, если залезть на самый верх. Антон выразил сожаление, что я не смогу этот вид оценить – я же, наверное, не умею лазить по деревьям. Или умею, но не высоко. Это был явный вызов. Но дело в том, что я умею лазить по деревьям, и высота меня не пугает. Поэтому я спросила – с какого дерева самый лучший вид? Антон скептически посмотрел на меня и сказал, что с любой, деревья примерно одной высоты.

Игнорируя скепсис Антона, я подошла к дереву и начала по его веткам, как по ступенькам, подниматься вверх. Парни некоторое время стояли и, задрав головы, наблюдали за мной. В какой-то момент они попросили меня подождать, и втроём начали подниматься ко мне по этому же дереву.

— Мы – объяснила парни, - будем тебя снизу страховать, чтобы успеть подхватить, если ты сорвешься.

— Ну ладно, страхуйте – подумала я, и полезла выше. Вид сверху, надо отдать должное, был потрясающим. Но более потрясающим было то, что по верхам деревьев гулял ветерок, и вершина нашего дерева колыхалось под его напором. Было ощущение полета и некоторая доля страха – а вдруг ствол не выдержит и треснет?

Покачавшись немного на вершине, я почувствовала, что руки и ноги уже стали уставать, пора было спускаться вниз. Парни попросили меня подождать, пока они спустятся на два-три метра. После этого могу спускаться и я. И вот так, ступенчато, будем спускаться до самого низа.

И вот во время начала моего спуска я вдруг поняла, что парни, конечно, пытаются меня страховать, но это – только предлог. На мне был летний сарафанчик из тонкой материи и подолом «колокол». А под сарафанчиком ничего не было. Пока мы поднимались – подол сарафана был в нормальном положении, и вряд ли мальчики могли хорошенько рассмотреть мою промежность в деталях. А вот когда я начала спускаться, подол начал задевать за ветки, и вскоре оказался у меня на талии, в районе пупка. Как же я сразу не догадалась об истинном объекте их внимания? Я слегка смутилась, даже, кажется, покраснела, но быстро взяла себя в руки. Я же не впервые оказываюсь голенькой в присутствии лиц мужского пола. Поэтому, сделав вид, что всё в порядке, что я не замечаю задравшегося подола, я продолжила спуск.

Но сарафан продолжал цепляться за ветки, и вот уже почувствовала, что сарафан задрался так высоко, что обнажил мои грудки. Совсем шикарно: я уже полностью голая,   сарафан болтается где-то у меня подмышками.

Я почувствовала, что моя пещерка стала уже сильно мокренькой -  к тому возрасту у меня в голове четко отложилось, что моя нагота предшествует сексу. А такое состояние возбуждает меня очень даже сильно.

Парни уже стояли на земле, когда потихоньку (руки и ноги мои все же устали от такого путешествия) я преодолевала последний спуск. Навстречу мне уже протянулись три пары рук. И очень странно эти руки расположились на моём теле: Антон, как самый высокий, ухватился за мои сиськи, еще пара рук плотно лежали на моих ягодицах, а еще одна рука лежала четко между моих ножек, прямо на моей мокрой щелочке. И, неудивительно, что мне такое расположение рук понравилось, и моя полная обнаженность мне тоже нравилась. Не скрою: я уже была сильно возбуждена, и чувствовала, что моя писечка уже обильно течет.

Но вот уже и я стою на земле, поддерживать меня уже не нужно, однако парни не спешат убрать руки от моего тела. Подождав немного, я спросила:

— Насмотрелись? Теперь лапать собираетесь?

Василий и Гена тут же убрали свои руки, а вот Антон всё никак не мог оторваться от моих грудок. Но под моим пристальным взглядом он перестал смотреть на меня и нехотя убрал руки. Я постаралась придать своему сарафану нужное положение на моем теле. Начала опускать подол вниз, и тут тысячи острых предметов впились в меня во всех чувствительных местах. Это было очень неожиданно и неприятно. От неожиданности я заверещала, сорвала сарафан со своего тела и отбросила его в сторону. Мне подумалось, что меня стали кусать какие-то насекомые.

Парни недоуменно смотрели на меня, потом увидели, как я стараюсь отряхнуться, и поняли в чем дело. Они сразу же бросились отряхивать меня от иголок, чешуек коры и сухих острых чешуек от шишек. Отряхивали они меня «на совесть». Их руки довольно нежно перемещались по всему моему телу, гладя его, снимая мелкие, но зловредные подарки покорительнице дерева. Парни даже раздвинули мои нижние губки, и пальцами протирали промежность. И – да, мой клитор сразу же среагировал на эти действия. Он набух, стал очень чувствительным, он посылал сигналы похоти в мой мозг. Одновременные ласки моих грудок, сосочков, попки и клитора через несколько минут привели меня к оргазму. Я застонала, задергалась в руках парней, стала просить их не убирать свои руки, продолжать меня гладить и ласкать и – вот он, мой неожиданный, но желанный оргазм.

Отдышавшись, я попросила парней почистить мой сарафан. Они вывернули его наизнанку и тоже тщательно избавлялись от прицепившегося к ткани мусора. Потом кто-то из парней заметил такой же мусор на моих волосах. И они долго и тщательно выбирали мусор из моей головы.

А я всё стояла и стояла абсолютно голая, текущая, и мечтала о том, что вот сейчас они втроём накинутся на меня, заломят мне руки, кинут на землю и оттрахают меня во все мои, жаждущие этого, дырочки. Но тут я вспомнила расчет, который я провела еще дома: трахаться без боязни залететь мне можно было только десять дней в сумме, с трехдневным перерывом. И первая пятидневка наступает только через три дня. Надо как-то продержаться эти три дня. Я дома совсем не подумала о презервативах, потому что практически ими не пользовалась.

Но вот всё закончено, меня и сарафан почистили, и наступила пауза. Антон, стоя чуть ближе ко мне, неловко держал в руках мой сарафан и молчал, стараясь не смотреть на меня. А оба парня смотрели на него и на меня с некоторой надеждой. В их глазах играла похоть, а шорты у всех бугрились в паху. Я понимала, что они хотят того же, что и я – секса. Прямо здесь и прямо сейчас. И Антон как-то растерял свою былую уверенность во взгляде, и смотрел на меня жалобно и растерянно.

Пришлось мне, хрупкой девушке, брать ситуацию в свои руки.

— Ребята – начала я – мне понятно, что вы ждёте благодарности от меня. И за красивый вид, и за страховку, и за чистку от мусора… Но мне сегодня нельзя. И еще три дня будет нельзя вас благодарить.

Парни чуть не плакали… А я спокойно продолжила:

— Если вас это устроит, то я могу сейчас сделать каждому из вас минет. И даже разрешу вам лапать меня во время этого процесса. Устраивает?

Ещё бы их это не устроило! Они прямо ожили на моих глазах. Парни быстро разыграли очередность с помощью «камень-ножницы-бумага». Первый – Вася, второй – Антон, Гена – третий. Я напомнила им, что они могут выбирать позу для минета – стоя или лежа. Стульев и диванов тут не было, поэтому поза «сидя» была невозможна.

Вася выбрал позу «стоя».

Я подошла к нему, расстегнула и спустила шорты, потом и трусы. Васин член при этом пружинисто выпрыгнул наружу. Шорты и трусы я положила себе под коленки, чтобы иголки не кололи ноги и попу, присела и поиграла немного с членом. Рассмотрела его, оттянув залупу, попробовала на твердость (5+), поиграла немного ручками с его яичками. Потом стала кончиком языка лизать головку, а потом уж обхватила головку губами и начал мелкими движениями погружать член в свой ротик, с каждым движением заглатывая член всё глубже и глубже.

Вот член Васи уперся мне в гортань, но не весь член погрузился мне в ротик. Подвигав несколько раз головой так, чтобы член упирался в гортань, я сделала решающее движение головой, и член протиснулся в моё в горло, а мой носик уперся в пах Василия. И я стала делать движения головой так, чтобы член не выходил из моего горла. Через непродолжительное время член Васи вдруг взорвался!

Обычно я заранее чувствую, что член вот-вот кончит. И успеваю отодвинуть голову так, что бы сперма пришлась в ротик, а не в горло. А тут – никакой предварительной реакции члена на ласки – просто он вдруг стал толще, как бы опух, и из него сразу же вырвался фонтан горячей спермы. Это, пожалуй, был первый раз, когда мне кончили в горло, минуя ротик. Я даже испугалась – а вдруг захлебнусь. Но всё обошлось. Я сделала глотательное движение, и сперма провалилась в желудок. Сперма была очень горячая, я такой температуры больше никогда не встречала. Мне казалось, что я чувствую горячую сперму в желудке. Пососав член еще немного, я освободила его от последних капель спермы, и закончила этот сеанс с Васей.

Антон выбрал позу «69», он снизу. И пока я у него сосала, он делал мне куни. Я при этом смогла оценить степень своего возбуждения – кончила буквально через пару минут. И, пока Антон не кончил, я смогла поймать еще один оргазм. Его член был больше, чем у Васи, а потом выяснилось, что и больше, чем у Гены. Нет, не монстр негритянский, но и не стандартные семнадцать – восемнадцать сантиметров. В горло он вошел спокойно, и кончал Антон так же, как все остальные, побывавшие в моём ротике. Я успела движением головы вернуть его член из горла, и Антон кончил в ротик.

Гена выбрал позу «стоя», и в процессе сосания несколько раз фиксировал руками мою голову и трахал меня в ротик и горло. Где он такого опыта набрался? Я так и не узнала. Да и не нужна была мне эта информация. Главное для меня было знать, что Гена так умеет делать.

После того, как вся процедура по лечению сексуально больных парней была закончена, и парни выглядели весёлыми и здоровыми, я взяла слово и растолковала парням:

— Вы же понимаете, что если кто-то в лагере узнает о происшедшем, то, во-первых, у нас с вами будут неприятные объяснения с руководством лагеря, а потом и с родителями? А, во-вторых, не будет больше моего голого тела, не будет у вас возможности меня лапать, не состоится через несколько дней настоящий секс. Если вы хотите избежать неприятностей, если хотите продолжения – никому ни слова, ни намека! И не вздумайте как-то меня облапать или просто обнять в присутствии посторонних! Вам понравилось сегодняшнее приключение?

— Да, чудесно, отлично, восхитительно, прекрасно, отлично – посыпались оценки от парней.

 - Тогда полная тайна и никаких телодвижений в лагере! Обещаете?- закончила я своё выступление.

 - Клянемся, обещаем, мы не дураки – отвечали парни.

 - Смотрите! Чтобы было, как у Пушкина – Храните гордое молчанье! - добавила я. И продолжила:

 - Тогда идите в лагерь, а я приду минут через десять-пятнадцать – подвела я итог сегодняшнего тихого часа.

Вернулась я, конечно, минут через тридцать, потому что едва парни скрылись за деревьями, я улеглась, облокотившись на дерево и… Бедный мой клитор! С его помощью я за это время выпросила у него еще пять или шесть оргазмов. И только потом отряхнулась, оделась и пошла в лагерь.

По дороге я размышляла о случившемся. Вот честно – не было в моём поведении заранее ни одной мысли о минете. Всё произошло как-то неожиданно для меня. Ну да, когда я спускалась, и мой сарафан задирался вверх, я не поправляла его. Мне было интересно подразнить парней. Но только подразнить!

 Именно для этого я и позволила сарафану задраться аж до плеч. Но когда меня на земле приняли шесть рук, по мне словно электрический ток проскочил. Я возбудилась моментально. И мне уже совсем не хотелось одеваться, да и мусора колючего в сарафане было не так много, как я кричала, но я с удовольствием воспользовалась этим предлогом предстать перед парнями совсем голенькой. А о минете я подумала уже перед началом своей речи о том, что мне пока нельзя заниматься сексом. Слова «сделаю вам минет» вырвались у меня против моей воли. И признаюсь – сосала я с огромным удовольствием! Нисколько не жалею об этом.

Вы скажете: А почему нельзя было задействовать попочку? На тот момент я была к этому не готова. Да и начинать с анального секса мне не хотелось – всему своё время и предварительная подготовка.

Дальше был полдник, было купание в речке, был ужин. Перед уходом с речки на ужин я опять повторила предобеденный вариант: отошла в сторонку, сняла купальник, тщательно его прополоскала, отжала и тут «вспомнила», что сарафан-то мой остался на месте купания. Да, можно было бы надеть купальник, но на пляже уже было всего несколько человек, а у меня до сих пор не прошло послеобеденное возбуждение. И пошла я к своему сарафану. А потом – обратно, к купальнику. Среди зрителей, внимательно следивших за мной, я заметила Васю и Гену, но они стоически делали вид, что им всё равно на моё голое тело.

 И настало время танцев. Музыку обеспечивал магнитофон и живой человек, руководивший магнитофоном и игравший на трубе. Маг пел песни застаревшие, но веселые. «Одиссей», «Последняя электричка», «Королева красоты», «Клён», «Алешкина любовь», Пугачева и подобные танцы – быстрые и медленные. А трубач в перерывах играл соло разные мелодии в медленном темпе, дабы школьники могли пообниматься, украдкой поцеловаться и слегка потрогать девичьи попки или сиськи. Помню, была там мелодия, которую трубач называл «Юлия» - нечто медленное, приятное на слух и весьма романтическое соло на трубе. И я пошла знакомиться с трубачом. Но об этом я расскажу позднее, посвятив ему отдельную главу.

Стемнело, на танцплощадке светила Луна и тусклая лампочка. Детвору уже увели с танцплощадки, остались только члены первых двух отрядов. И школьники осмелели. Сидя около трубача, я видела, как у старшеклассников мальчиковые руки лезли под юбки девочкам, как эти же шаловливые руки расстегивали кофточки или лезли под майки, получая доступ к горячим и манящим девичьим сиськам. И видела, что девочки вовсе не возражают против таких хулиганских действий мальчишек. Видела я и свою тройку парней – они вели себя так же, во-всю лапая девочек. Опа! Вот Гена выбрал партнершу и куда-то её повел. Потом и Вася с девушкой из нашего отряда выбыли из числа танцоров.

А ко мне подошел Антон, и подчеркнуто вежливо пригласил меня танцевать. Он тоже видел и уход Васи с Геной, и всеобщие обжимания, но считал, что Васе с Геной ничего не светит, кроме поцелуев и обжимания через одежду. И спросил – а можно ли меня пообжимать? Видя, что все пары этим занимаются, я разрешила ему залезть рукой мне под маечку  и потискать мои сиськи. А вскоре Антон  спросил –  А есть ли на мне трусики? Я предложила ему проверить, и почти сразу ощутила его пятерню под юбкой сначала на моей голенькой попке, а потом и на не менее голенькой писечке. Она еще сохранила свою гладкость, которую я дома, перед отъездом, тщательно навела бритвой.

 Но недолго ему пришлось кайфовать:  к нам подходили быстро вернувшиеся Вася и Гена, поэтому руку Антону пришлось вытащить.

Парни были в унынии – им попались, видимо, целки. Целоваться, показывать грудь и разрешать её мять и целовать – это у девочек было без запретов. А вот как только рука парня опускалась ниже пупка или поднималась на половину расстояния между коленом и пахом – немедленно следовало: убери руку! А бедной троице после сегодняшних приключений, очень хотелось секса. Отведя меня подальше от трубача, они начали упрашивать меня еще раз им отсосать. Они обещали мне отдавать булочки от полдника, компоты от обеда, они обещали делать мне петтинг и даже куни, и т.д., и т.п. Ну, вот куда мне было деваться от этих озабоченных? Тем более, что и я была совсем не прочь поиграться с их членами и еще раз посмаковать сперму. И мы пошли. Правда не вместе: для конспирации я ушла первой, сделал небольшой круг по лагерю и вышла в лес чуть выше того места, где мы были днем.

Но у кого-то из парней оказался фонарик, и они очень быстро меня нашли. Учитывая, что было и темно и поздно, мы не стали уходить далеко от лагеря, нашли более-менее подходящее местечко, и всё было так, как мы и хотели: меня полностью раздели, долго лапали, вводили пальцы в мою заветную пещерку, и у них получилось так классно, что я пару раз кончила. А потом мне пришлось руководить парнями в нелегком деле лизания моей писечки. Тут самым опытным оказался Антон. Он всё делал правильно, его губы и язык занимались мои клитором, а свободная рука входила мне то в мою ненасытную пещерку, то в попку. А иногда он мне рукой так называемую флейту: два пальца в писечке и два пальца в анусе. Кончила я от его действий весьма бурно, стараясь только не орать во весь голос. А то услышат, решат, что кто-то заблудился, пойдут на поиски и наткнутся на нас.

Затем по очереди сделали мне куни и Вася с Геной, и с каждым из них я успешно ловила свой очередной оргазм. После этого меня посадили на попу, спиной прислонили к дереву и начали просто трахать меня в ротик, загоняя члены так глубоко, что едва не сломали мне нос, который слишком уж сильно упирался в их пах. Мне было интересно: будет ли у Васи такой же взрыв, как был днём? Да, был! Я опять не почувствовала приближения его оргазма, его член вдруг стал толще и его сперма выстрелила под большим напором почти мне в горло. Я поперхнулась, но смогла проглотить Васин подарок, а потом некоторое время откашливалась спермой, которая «пошла» не туда. Интересный у него оргазм! Интересно, как это будет выглядеть, когда его член окажется в моей пещерке?

Когда все кончили, я широко расставила ножки и принялась рукой терзать клитор, мне надо было снять своё сильное возбуждение. Парни, в свете Луны, внимательно за этим процессом наблюдали, что доставило мне дополнительное возбуждение. Они несколько раз включали фонарик, поднося его к самой моей руке, что понять, как меня надо ублажать пальцами. Мне удалось в этой обстановке  кончить раза три-четыре. После всего этого мы пошли на лагерный пляж, по пути кто-то из парней сбегал к себе в палатку за полотенцем. На пляже, вроде, никого не было. Мы разделись догола, залезли в воду и начали смывать с себя запах секса. Когда мы закончили и вылезли на берег, мне уступили полотенце первой вытереться досуха. После воды небольшой ветерок ощутимо холодил тело. Отбой у нас по расписанию был в десять вечера, а на часах было уже почти одиннадцать. И мы бегом бросились по палаткам.

Девчонки еще не спали и вполголоса делились впечатлениями о парнях, которые все козлы, все норовят стянуть трусы с девочек. Мало им наших сисек, так им еще и письку подставляй! А я еще девушка, между прочим! И все с ней соглашались, и гордились своей непорочностью.

Я лежала, слушала эту беседу, и улыбалась. А потом вспомнила, что у девочек с определенного возраста появляется понятие «девичья гордость». А заключается она в том, что мальчикам можно разрешать поцелуи в губки, в шейку, в плечики. Можно разрешать им трогать через одежду грудь. В общем – все прикосновения мальчиков рук и губ должны быть только до талии. А вот вольности ниже талии – запрещены. Особенно строго надо запрещать попытки залезть рукой под юбку. Я этот период пропустила, так как в этом возрасте у меня уже были весьма серьезные отношения с мальчиками, при которых ничего не возбранялось.

И я незаметно уснула с улыбкой на лице и приятными воспоминаниями о прошедшем дне.

      Так и закончился у меня тот насыщенный день.