Прошла неделя с тех пор, как мы покинули сектор мёртвого ковчега. «Гермес» нёсся сквозь космос к новой цели – слабому сигналу, который Лизи обнаружила на границе обитаемого пространства. Пятьдесят миллионов кредитов надёжно лежали на счетах, Каллиопа освоилась в моей каюте, а команда постепенно возвращалась к обычной рутине.

Я шёл по коридору жилого отсека, разминая ноги после долгой смены на мостике. Корабль гудел ровно – Фрэнк прекрасно справлялся со своей работой. В динамиках тихо играла расслабляющая музыка, которую любила ставить Лизи по вечерам. Из каюты самой Лизи доносились периодические вскрики – судя по звукам, она тестировала новые вибрационные настройки своего генномодифицированного достоинства, и тесты проходили успешно. Барбара, должно быть, дрыхла после очередного сеанса с Каллиопой – старушка за последний месяц помолодела лет на десять.

Проходя мимо каюты Джулии, я услышал звуки. Приглушённые, ритмичные. Стоны. Женские, глубокие, и мужские – более высокие, почти женственные. Джулия и Алекс.

Я улыбнулся. На «Гермесе» такие сцены давно перестали быть чем-то необычным. Я усмехнулся про себя. На любом другом корабле инцест считался бы табу. Но мы были не на другом корабле. Мы были семьёй. А в семье, как я всегда говорил, любят друг друга. Буквально. Никто никого не осуждал, никто не лез в чужие отношения.

Джулия всегда была страстной натурой, а Алекс, несмотря на свою женственную внешность, обладал вполне мужскими достоинствами и, судя по звукам, умел ими пользоваться.

Дверь была приоткрыта. Я остановился в проёме, прислонившись плечом к косяку.

Картина открылась впечатляющая. Джулия стояла, упёршись руками в стену, её огромная грудь колыхалась в такт толчкам, которые наносил Алекс сзади. Её униформа валялась на полу, нижнее бельё – там же. Алекс был полностью обнажён, его стройное тело и широкие бёдра блестели от пота, длинные светлые волосы разметались по плечам. Он двигался ритмично, глубоко, одной рукой сжимая грудь матери, другой – массируя её клитор.

– О да, Алекс... – стонала Джулия, запрокинув голову. – Сильнее... Глубже...

– Мама... – выдыхал Алекс, и в его голосе звучала такая нежность, что у меня ёкнуло сердце. – Ты такая тёплая... Такая мокрая...

– Всё для тебя, сынок. Только для тебя.

Она повернула голову и увидела меня в дверях. Её глаза вспыхнули не смущением – интересом. На губах заиграла хищная улыбка.

– Ник... — выдохнула она, не прекращая двигаться навстречу сыну. – Присоединяйся. Места хватит.

Алекс обернулся, и на его красивом лице появилась такая же улыбка – копия материнской, только мягче, нежнее.

– Капитан... Мы будем рады.

Я не стал ломаться. Расстегнул форму, скинул её на пол и подошёл к ним. Джулия протянула руку, взяла мой уже готовый член и направила к своим губам.

– Сначала сюда, капитан, – промурлыкала она. – Я хочу чувствовать тебя во рту, пока сынок трахает мою киску.

Я вошёл в её рот, и она принялась за работу с энтузиазмом, которому позавидовала бы любая профессионалка. Её язык порхал по головке, щёки втягивались, создавая невероятный вакуум, а горло расслаблялось, принимая меня всё глубже.

Сзади продолжал ритмично двигаться Алекс. Я видел, как его округлые ягодицы напрягаются при каждом толчке, как его руки сжимают бёдра матери, как он сам стонет от удовольствия, закатывая глаза.

– Мама... Твоя киска такая узкая... Такая горячая...

– Это потому, что ты мой сын, – выдохнула Джулия, на секунду отпуская мой член. – Только ты умеешь так её разогреть... А теперь заткнись и трахай меня глубже.

Алекс подчинился. Он ускорил темп, вколачивая хуй в свою мать с силой, от которой её грудь ходила ходуном, а стоны становились громче. Я чувствовал, как вибрация её горла передаётся моему члену, когда она кричала, и это сводило с ума.

– Ник... – простонала она, снова освобождаясь от моего члена. – Кончи мне в рот... Хочу чувствовать твою сперму... И Алекс... Ты тоже... Кончай в меня...

Это прозвучало как приказ. Я зарычал, чувствуя нарастающую волну, и излился прямо ей в глотку. Она глотала жадно, не пропуская ни капли, и одновременно кончила сама, сжимаясь вокруг члена сына.

Алекс закричал, вбиваясь в неё последними толчками, и я видел, как его тело сотрясает оргазм. Он кончил глубоко внутрь, и Джулия застонала от удовольствия, чувствуя, как сперма сына заливает её матку.

Мы замерли на мгновение, тяжело дыша. Джулия отпустила мой член, облизала губы и повернулась к нам, сияя довольной улыбкой.

– Неплохо для начала, – усмехнулась она. – Но я надеюсь, вы не думаете, что это всё?

Алекс вышел из неё, и я увидел, как сперма начинает вытекать из её киски, смешиваясь с её собственными соками. Джулия подошла к кровати, встала на четвереньки и раздвинула ноги, приглашая нас жестом.

– Теперь вы оба, – сказала она. – Один в киску, другой в зад. Хочу чувствовать вас одновременно.

Мы с Алексом переглянулись. В его глазах читалось возбуждение и... благодарность? Словно он рад, что я здесь, что мы делим этот момент и он трахнет свою мать ещё с кем-то.

– Ты первый, капитан, – кивнул он. — Я займу позицию сзади.

Я лёг под Джулию, вошёл в её киску одним движением, и она застонала. Её внутренние мышцы сжимались с невероятной силой – сказался большой опыт. Я начал двигаться, медленно, глубоко, наслаждаясь каждым миллиметром её горячей плоти.

Алекс тем временем устроился сзади. Я почувствовал, как его член упирается в её задний проход, как Джулия напрягается на мгновение, а потом расслабляется, впуская его.

– Да... – выдохнула она. – Оба... Чувствую вас обоих...

Алекс вошёл медленно, осторожно, давая матери привыкнуть. Когда он полностью погрузился, мы замерли на секунду, ощущая, как наши члены разделяет только тонкая перегородка её тканей. Это было невероятно — чувствовать тепло друг друга через её тело.

– Двигайтесь, – приказала Джулия. – Вместе.

Мы начали двигаться в унисон. Когда я входил, Алекс выходил, и наоборот. Ритм быстро нашёлся сам собой, словно мы всю жизнь только этим и занимались. Джулия стонала, выгибалась, её груди ходили ходуном, и я привстал на локтях, чтобы взять в рот её сосок.

– Соси... – прошептала она, зарываясь пальцами в мои волосы. – Соси мои сиськи, пока Алекс трахает мою задницу.

Я сосал, а Алекс сзади ускорял темп. Его дыхание участилось, стоны стали громче, и я чувствовал, как его член пульсирует внутри Джулии в такт его возбуждению.

– Мама... – выдохнул он. – Я сейчас...

– Кончай, сынок, – разрешила она. – Кончи в мою задницу. Ник, ты тоже... Кончи в киску... Вместе...

Мы кончили одновременно. Я чувствовал, как сперма Алекса заливает её задний проход, и стекает из него на мой ствол, смешиваясь с моей кончой. Джулия кончила с криком, сжимая нас обоих внутренними мышцами, выжимая до последней капли.

Мы рухнули рядом с ней, тяжело дыша. Джулия лежала между нами, улыбаясь в потолок, её грудь тяжело вздымалась.

– Это было... – начал Алекс.

– Лучше, чем с щупальцами? – усмехнулась Джулия, поворачиваясь к нему. Алекс уже успел познакомиться с Каллиопой поближе.

– По-другому, – ответил он, целуя её в плечо. – Но тоже невероятно.

Я приподнялся на локте, глядя на них. Алекс прижимался к матери, его рука гладила её живот, а она перебирала его светлые волосы с такой нежностью, что у меня снова защемило сердце.

– Вы двое... – тихо сказал я. – Это всегда было так?

Джулия посмотрела на меня с лёгкой улыбкой.

– Не всегда. Когда Алекс был маленьким, я была просто матерью. Защищала его, заботилась о нём. А потом... – она пожала плечами. – Потом он вырос. И я поняла, что люблю его не только как сына.

– А я понял, что хочу её, – добавил Алекс, целуя материнский сосок. – Не просто как мать. Как женщину. Как самую красивую женщину во вселенной.

– Ты льстец, – рассмеялась Джулия, но в её глазах блестели слёзы счастья.

Я смотрел на них и понимал, что именно такие моменты делают нашу команду настоящей семьёй. Не только работа, не только приключения и опасности. А вот это – способность любить друг друга без условностей, без стыда, без ограничений.

– Капитан, – Алекс повернулся ко мне, и в его глазах появился озорной блеск. – А ты знаешь, что мама обожает, когда её берут вдвоём... в грудь?

Джулия хихикнула, прикрывая рот ладонью.

– Алекс! Не выдавай все мои секреты!

– Но это правда, – он уже садился, его член снова начинал проявлять признаки жизни. – Мы ещё не закончили, капитан.

Я прикинул свои возможности – организм требовал отдыха, но при виде Джулии, прижимающей свои огромные груди друг к другу, отдых отменялся.

– Ты хочешь сказать... – начал я.

– Хочу, – кивнула Джулия, беря свои груди в ладони и сжимая их, создавая глубокую ложбинку. – Давай, капитан. Засунь свой член между ними. А ты, Алекс, с другой стороны.

Я переглянулся с Алексом. Мы поняли друг друга без слов.

Я лёг со стороны живота, направив член в ложбинку между её грудей. Джулия сжала их, плотно обхватывая мой ствол мягкой, тёплой плотью. Алекс устроился с другой стороны, предоставляя своей матери вид на его аппетитную женственную жопу, его член вошёл в ложбинку, встречаясь с моим.

Теперь наши члены тёрлись друг о друга, зажатые между грудей Джулии. Это было невероятное ощущение – чувствовать его плоть рядом со своей, смазанной тонким слоем её слюны, которой она смочила ложбинку.

– Двигайтесь, – прошептала она. — Трахайте мои сиськи. Оба.

Мы начали двигаться. Наши члены скользили по её груди, по её коже, касаясь друг друга при каждом движении. Джулия стонала и сжимала груди всё сильнее, усиливая трение.

– О да... – простонал Алекс. – Мама... Твои сиськи... Они созданы для этого...

– Для вас, – выдохнула она. – Только для вас, мои мальчики...

Я чувствовал, как член Алекса пульсирует рядом с моим. Мы двигались в унисон, набирая темп, и Джулия подмахивала нам, сжимая свои буфера.

– Кончайте, – приказала она. – Кончайте на меня. Хочу чувствовать вашу сперму на своей коже.

Это был приказ, который невозможно было ослушаться. Мы кончили одновременно, практически выстрелив на члены друг друга спермой. И теперь, последние фрикции в этой райской ложбинке наши хуи совершали обильно смазанные нашей собственной смешавшейся кончой. Это было весьма необычное чувство. Мы слезли с Джулии, позволяя ей насладиться видом залитой спермой груди.

– О боже... – выдохнула она, когда мы откинулись рядом. – Это было... Это было невероятно.

Мы лежали втроём на её кровати, тяжело дыша, покрытые потом и спермой. Алекс прижимался к матери с одной стороны, я – с другой. Джулия гладила нас обоих по головам, напевая какую-то старую колыбельную.

– Я люблю вас, – тихо сказала она. – Обоих. По-разному, но одинаково сильно.

– Я тоже люблю тебя, мама, – прошептал Алекс, целуя её в щёку.

– Я... — начал я, но Джулия прижала палец к моим губам.

– Не надо слов, капитан. Просто будь здесь. С нами.

Я кивнул и закрыл глаза. В динамиках всё ещё играла музыка, корабль гудел ровно, а где-то в моей каюте пульсировала Каллиопа, чувствуя моё спокойствие и радость.

Мы заснули втроём, сплетённые телами, и это был лучший сон за последние недели.

Утром меня разбудил сигнал коммуникатора.

– Капитан, – голос Лизи звучал возбуждённо. – Я расшифровала тот сигнал. Это не просто станция. Это что-то гораздо более интересное. Вам нужно это увидеть.

Я открыл глаза. Джулия и Алекс уже не спали – они сидели на краю кровати, обнажённые, и пили кофе, который, видимо, принесла Дарси.

– Спасибо за чудесный вечер, но пора работать, – улыбнулся я, вставая.

– Всегда пожалуйста, капитан, – усмехнулась Джулия, и в её глазах блеснул знакомый огонёк. – И мы всегда рады вас здесь видеть.

– Заглядывайте почаще, — добавил Алекс, целуя мать в плечо. — Кстати, сегодня вечером продолжение.

Я рассмеялся и направился в душ, чувствуя, как ноющая усталость в мышцах смешивается с приятной истомой. Жизнь на «Гермесе» определённо была хороша.

А впереди ждал новый сигнал, новая тайна и, возможно, новые приключения.