***

Развода не будет!

***

Почему? Почему она всегда начинает нести чушь, когда моя задница еле держится после тяжёлой рабочей недели? Откуда она всегда знает, когда я в самом слабом состоянии.

Конечно, всё это не было неожиданностью. Она уже несколько месяцев держится в стороне от меня. Она даже не сказала ни слова, когда я перенёс свои вещи в свободную комнату, поскольку был сыт по горло её стонами и оскорбительными замечаниями, когда я ложился спать.

Она стала олицетворением той старой шутки: "В чём разница между киской и пиздой-то?"

Я был сыт по горло и предоставил её себе. Почему я не ушёл от неё или не заставил её уйти? Пойти на раздельное проживание или развод?

Ребёнок. Разве это не всегда так? Дэнни было 7 лет, и эта сучка была ужасной женой, но могла стать хорошей матерью, когда старалась. Я изо всех сил старался быть хорошим отцом и не хотел упускать возможность поучаствовать в жизни Дэнни. И я не хотел оставлять его с ней, когда она совсем не старалась.

В жизни есть важные вещи, и иногда приходится мириться с несчастьями ради тех, кого ты любишь. Но сегодня вечером, с раскалывающейся головой, бурлящим желудком и разбитым духом из-за серьёзных неудач на работе, мне только не хватало её болтовни....

— Что случилось на этот раз? Что, чёрт возьми, такое?

Так я ответил на её слова: "Нам нужно поговорить".

Я мог бы написать диалог.

Смотри, с тех пор как я отказался от супружеской постели, у неё появились потребности, и в пятницу она собиралась их удовлетворить. Тот факт, что она отказывалась от моих сексуальных домогательств в течение нескольких месяцев, был забыт. Тот факт, что я покинул её постель, был для неё оправданием того, что она открыто рассказала о внебрачных развлечениях, которым, похоже, она уже предавалась. Она вернётся, возможно, в субботу днём, но точно к вечеру воскресенья.

Предполагалось, что я позабочусь о Дэнни на выходные. О, и двор выглядел неухоженным, и об этом мне тоже следовало позаботиться.

На мой ответ: - Ни за что на свете. Ты идёшь на это "свидание" и можешь не беспокоиться о возвращении, - она ответила ожидаемым "Нет".

— Ты примешь это, или я устрою тебе разнос при разводе. Я уже консультировалась с адвокатом, и она заверила меня, что я получу полную опеку, вместе с домом и львиной долей твоего дохода, включая алименты на ребёнка и супружескую поддержку. Тебе всё равно придётся платить за дом, даже если я поселю в нём любовника.

— Так что, ты не избавишься от меня легко и задёшево, парень. Просто будь хорошим маленьким рогоносцем, и, может быть, я позволю тебе иногда трогать сиськи.

Она ухмыльнулась, поднимаясь в свою комнату.

Это было в значительной степени то, чего я ожидал, и я также встречался с адвокатом, хотя и случайно. Он пил в том же баре, что и я. Он сидел рядом со мной, когда я начал жаловаться на свою супружескую жизнь и объяснил, какой сволочью была моя жена.

Он озадаченно посмотрел на меня.

— Так в чем же разница?

— Что?

— Между киской и пиздой?

Он действительно выглядел обеспокоенным.

— Ты сказал, что твоя жена была воплощением этой шутки.

— Моя печальная история и кульминационный момент - вот что тебя беспокоит? А как же моя жизнь? Каково решение? Расставание, развод или мне просто убить эту сучку?

Меня разозлило его отношение. Но чего ещё ожидать от пьяницы? Он провёл на барном стуле весь вечер.

— Нет, тут ты облажался. Она получит дом, ребёнка и твои деньги. Ты получишь немного денег и синие шары. Итак в чём же разница?

Такова была моя консультация. Она была права. Развода не будет. Для меня в этом не было ничего хорошего.

Её не было весь вечер пятницы, весь день субботы и большую часть воскресенья. Уходя, она улыбнулась мне и ещё раз сказала, что двор должен быть убран до её возвращения.

Когда она наконец вернулась, одетая в новую одежду, которую я никогда раньше не видел, она прокомментировала, как хорошо выглядит двор.

Я поблагодарил её.

Она ухмыльнулась.

— Каким хорошим парнем ты будешь...

Я не сказал ей, что нанял газонщика, чтобы привести двор в порядок, и оставил Дэнни на субботу с семьёй друга, а сам отправился по банкам, инвестиционным фирмам и агентствам недвижимости. К вечеру субботы у меня были новые банковские и инвестиционные счета, а также новые кредитные карты. Все старые документы были аннулированы. Я не выставлял дом на продажу, но все документы были оформлены на случай, если мне понадобится быстро его продать. То, что он был оформлен только на моё имя, было провидением.

Воскресенье было замечательным днём. Мы с Дэнни посетили зоопарк, фотостудию, зал игровых автоматов и кинотеатр. Это был здорово.

Пока она не вернулась домой.

В понедельник я был на работе, когда она позвонила мне.

— Я в продуктовом магазине, и все мои кредитные карты заблокированы.

— Это те, которые были украдены?

— Украдены? Они никогда не были украдены. Что ты хочешь этим сказать?

Голос у неё был немного сердитый.

— Ну, это, должно быть, было недоразумение. Ты пыталась воспользоваться банкоматом?

Она перезвонила через пятнадцать минут.

— Что, чёрт возьми, ты наделал? Моя дебетовая карта не работает, и в банке сказали, что счета закрыты.

— О, да. Я забыл сказать тебе об этом. Поскольку ты не работаешь, а я работаю, я перевёл все деньги на счета, которые контролирую я один.

Я не смог удержаться от смешка.

— Ты не можешь этого сделать! Как я буду ходить по магазинам?

Мне нравится, что она беспокоится о покупках.

— Что ж, нам придётся делать это вместе. Мы пойдём вечером после работы.

Я повесил трубку, не интересуясь её реакцией. После этого я дал телефону зазвонить. Я уверен, что получил несколько отборных голосовых сообщений.

Когда я вернулся домой, она была в ярости. Её лицо покраснело, и она стиснула зубы от злости. Я только усугубил ситуацию, громко рассмеявшись.

— Ты готова пройтись по магазинам? Мы отвезём Дэнни к твоим родителям, а сами купим продукты.

Мне нравится, когда она так злится, потому что, если не считать того, что она бормочет в мой адрес проклятия, она ведёт себя довольно тихо. Я знал, что рано или поздно она взорвётся, но мне нравится тишина перед бурей.

Я взял тележку, направился к отделу консервированной фасоли и начал складывать свинину и фасоль в тележку.

После десяти баночек она, наконец, заговорила.

— Что ты делаешь? Что это за свинина с фасолью?

— Дэнни они нравятся. И легко приготовить.

Я добавил ещё десять баночек, прежде чем двинуться дальше. Я купил хлеба, арахисового масла и молока. Она заговорила снова, когда я, не останавливаясь, прошёл мимо мясного отдела.

— Подожди. Нам нужны стейки и цыплёнок. О, может быть, и свиные отбивные тоже. И немного того замечательного вина, которое мы пили на прошлой неделе.

— Ну нет, никакого мяса. Никакого вина. Хочешь? Покупай сама. Нам ещё нужно немного кукурузы, спаржи и фруктов. Да, и хлопья. Знаешь, то, что любит Дэнни.

— А как же мы? Нам нужно немного мяса и вкусной еды. А не всё это барахло.

Она стояла, держа в руках свиные отбивные.

— Нет. Мяса тебе больше не надо, если только ты не захочешь его купить. С меня хватит. Ты можешь трахаться с кем хочешь, а я буду кормить тебя тем, чем захочу.

Я ухмыльнулся ей.

— Ты не можешь этого делать!

Она громко взвизгнула и все, кто стоял в нашем ряду, обернулись, чтобы посмотреть на неё.

— Да, могу. Как твой муж, я несу ответственность за то, чтобы накормить тебя, одеть и предоставить жильё. Свинина и бобы - это полноценная еда. Кроме этого, твои спутники могут обеспечить тебя едой. Ты можешь трахнуть их в качестве оплаты. Ты уже трахнула меня. Я только начинаю платить тебе столько, сколько ты стоишь.

Я купил несколько яблок, бананов и персиков. Опять же, всё, что любит Дэнни.

«Так, где здесь отдел с хлопьями?» - пробормотал я.

Она была в ярости. Она несколько раз пробормотала: «Это мы ещё посмотрим!»

Загрузив продукты в багажник, она сказала мне, что ей нужна новая блузка. Она планировала купить её сегодня, но мои выходки расстроили её планы.

Я не упомянул, что вчера, когда она пришла домой, у неё был совершенно новый наряд. Я не думал, что смогу заговорить об этом, не упомянув, чем она за него заплатила.

Слишком ехидно; слишком рано.

Я согласился купить ей новую блузку. Это было частью моей ответственности как мужа. Но когда я заехал на парковку "Уолмарта", она снова стиснула зубы.

— Что мы здесь делаем?

Она тщательно выговорила это сквозь стиснутые челюсти.

— Я ищу тебе блузку, милая. Если ты хочешь купить её где-нибудь в другом месте, тебе придется купить её самой.

Я счастливо улыбнулся.

— На что? Ты забрал все деньги.

Она причитала.

— Мои деньги. Я их заработал. Ты могла бы заработать денег и купить новую одежду, как заработала на тот наряд, который был на тебе вчера.

Я вышел из магазина, решив, что сегодня мы ничего покупать не будем.

По дороге домой я обрисовал в общих чертах, в каком направлении пойдёт наша жизнь.

Во-первых, за исключением того, что касалось Дэнни, мы будем разлучены. У неё будет свобода, которую она хотела, и она сможет трахаться с кем хотела. Кроме меня. Это единственный супружеский долг, с которым я покончил, не желая рисковать здоровьем.

Я не знал, с кем она трахалась и с кем у неё были отношения.

Кроме того, я смогу найти облегчение в другом месте.

Это означало, что никто из нас не принесёт наши "кувшины помощи" в наш дом или к нашему сыну.

Я обеспечу её жильём, продуктами питания и одеждой первой необходимости и продолжу полностью оплачивать её медицинскую страховку.

В остальном, она будет предоставлена сама себе.

Я буду распоряжаться всеми деньгами, которые приношу в наш брак, и она свободна делать то же самое.

Она шумела о возвращении на работу, и теперь, когда Дэнни ходил в школу, а после школы - в продлёнку, она могла свободно искать работу. Хотя моя жена не работала, она настаивала, что продлёнка поможет Дэнни социализироваться. Я подозревал, что его пребывание в продлёнке позволяло ей «общаться» и «социализироваться».

Я сказал, что развода не будет.

Несколько кварталов мы ехали молча, пока моя жена переваривала мои слова. Затем её глаза заблестели, и она спросила:

— Мы можем вернуться в "Уолмарт"? Если мне придётся идти на собеседования, мне понадобится новая одежда. Может быть, пара вещей.

Я не стал разворачивать машину.

Вместо этого я сказал: - Я думаю, у тебя в шкафу достаточно одежды, чтобы пойти на собеседование, но ладно. Просто знай, что любая одежда, которую мы купим сегодня, будет помечена внутри перманентным маркером с твоим именем. Таким образом, это не будет подлежать возврату.

Она прорычала: - Ладно! Забудь об этом.

Она дулась всю оставшуюся дорогу.

Я думал, что она продержится неделю или две, прежде чем подать на развод, хотя у неё могут возникнуть проблемы с получением адвоката без денег. Но на самом деле она, похоже, использовала другие активы, и подала на развод.

Я был готов к этому в любом случае. В воскресенье я сфотографировал Дэнни на паспорт и отправил заявление, указав в качестве обратного адреса мой почтовый ящик. К тому времени, когда развод будет оформлен окончательно, я продам дом и заберу сына и всё своё имущество с собой в какой-нибудь экзотический край. Таиланд может быть хорошим местом.

Когда я сел рядом со своим другом-юристом, он покачнулся на стуле и спросил меня:

— Ну, как всё прошло?

— У меня дома очень несчастная жена, которая ест свинину с фасолью и строит против меня козни. Лучше и быть не может.

Моя улыбка сияла.

Женщина-барменша подошла ко мне, чтобы спросить, что мне нравится, но добавила, что все хотят знать, в чем разница.

— Какая разница? - Спросил я, заметив, что в баре воцарилась тишина.

Казалось, все прислушиваются. Видимо, шутка распространилась без кульминации.

— Ага, - протянул мой адвокат. - Между киской и пиздой.

— О, - усмехнулся я. - Это все знают. Киска - это самое тёплое и прекрасное, что есть на свете.

— Да, - подсказала мне барменша. - А... пизда? - спросила она, с трудом выговаривая это слово.

— Ну, это та, у кого она есть. То есть та, у кого есть киска.

Я подумал, что каждая женщина в баре готова забросать меня фруктами или льдом из своих напитков. Когда появился мой напиток, я оставил его нетронутым. Я был почти уверен, что женщина-барменша плюнула в него.

Мне нужен новый бар.