Экстремальное приключение на работе.

Часть 40.

Я не хотела писать эту часть, сюжет специфический, не всем такое интересно, но в ней мне хотелось отразить не сам сюжет, на что соглашаются главные герои, а их эмоции, их удивление, страх и шок, а так же их состояние сильного возбуждения на грани разоблачения.

За гранью 2.

Приближалась зима и в эту зиму мне предстояло быть в полной комплектации, всё было при мне и я вспомнил слова своей сестры, когда мы катались на лыжах.

— Когда у тебя всё на месте, ты смотришься голышом интереснее.

Когда выпало достаточно снега, я пригласил сестру покататься на лыжах и она не отказалась. Погода была тёплая и мы катались несколько часов и Таня не раз обращала внимание на мои то возбуждённые член и яйца, то просто болтающиеся на ветру и она говорила.

— Вот теперь совсем другое дело.

Не прошло и месяца как наш начальник снова исчез на несколько дней и я уже в полной комплектации снова решил повеселить и развлечь Любу. Я пришёл на работу раньше обычного, голышом и спрятался в коридоре на втором этаже под столом, где прятался всегда. Люба не увидев меня в кабинете, просмотрела камеры и улучшив момент, подошла и сказала.

— Я приёмную не закрою, можешь туда перебраться.

Я понял что Люба соскучилась по моему язычку так как её муж и мой друг Валерка был на вахте уже третью неделю.

После обеда на моё удивление Люба сидела за своим столом уже без трусиков показывая мне свою истекающую от возбуждения киску и я стал ласкать её и так же между прочем Люба спросила меня.

— Серёжа, а ты больше не будешь учавствовать в эксперименте?

— Не знаю, а что? - спросил я.

Я сидел под столом и Люба не смотрела мне в глаза и стеснение ушло на второй план и она сказала.

— Серёжа, а тебе жалко было, то что ты сшил, распарывать? Было так красиво!

Я промолчал так как в это время ласкал её киску своим язычком, но её слова осели в моей голове. Может Люба сказала это в порыве сильного возбуждения. Выдержав паузу, я спросил.

— Люба, а что тебе больше всего понравилось?

Люба задумалась. Хоть я и не видел её лица, но думаю оно покрылось румянцем когда она это произнесла.

— Кошелёк и то что в нём лежало!

После этого, я тогда не переставал мечтать, когда снова, спустя несколько месяцев, как говорила Света, смогу всё повторить снова. В выходной я позвонил Свете и спросил её.

— Света, а когда всё приживётся?

— Что не терпится снова повторить, или ещё что задумал, - спросила она.

— Да вроде уже нечего придумывать, ты и так мне всё по отрывала, - ответил я.

— Смотря на что согласишься, есть ещё варианты, - ответила Света.

Рассказывать по телефону Света не захотела и эта интрига для меня сохранялась до самой весны.

За всю зиму я много раз развлекал и веселил Любу, да и с сестрой не раз катались на лыжах и гуляли по селу в ночное время под снегопадом и я как всегда был голышом. Сестра тоже меня не раз спрашивала,

— Серёжа, а тебе на самом деле нравится когда у тебя отрезают всё и выбрасывают?

— Это очень необычно, а всё необычное меня всегда возбуждает, как представлю только что по моим причиндалами кто то протопает или проедет, - ответил я.

Таня промолчала и ничего не сказала на моё признание, может не хотела ответом показать что ей это тоже кажется чем то неестественным и необычным. А может просто оставила своё мнение при себе.

Перед началом весны, в последних числах февраля, Света позвонила мне и спросила.

— Если не передумал, приезжай.

Я отпросился на работе и в тот же день мчался на рейсовом автобусе в город. Встретившись со Светой, она спросила меня.

— Тебе рассказать что ещё можно, или хочешь сюрприз?

Я подумал и ответил.

— Чтоб не передумать и не испугаться, лучше сюрприз.

— На какой период хочешь, - спросила Света.

— А на сколько можно, - поинтересовался я.

— Всё понятно, - ответила Света и ввела меня в состояние сна.

Когда я пришёл в себя, сразу попытался понять, что со мной не так и какие изменения, но ничего не смог определить. Вроде всё было как обычно. Подошла Света.

— Ну как ты себя чувствуешь, - спросила она с улыбкой на лице.

— Всё хорошо, ты передумала и всё отменила, - спросил я.

— Нет, всё сделала, - ответила Света и показала мне в целлофановом кульке мой эрегированный член со слегка вздутыми венами. Прошлый раз он был менее возбуждён.

— Это как, - удивился я.

— Мы изобрели новое средство, оно менее пластично, зато стоит как телеграфный столб, - сказала она.

Мне стало интересно про остальное и я приподнял простынь. На первый взгляд я ничего необычного не заметил, кожа как кожа и цвет одинаковый. Только после того как Света показала мне полный пакет, я потрогал себя по животу и по ягодицам, кожа была как будто моя но через неё я не ощущал прикасание своих рук.

— Мы разработали несколько оттенков и пересаженную кожу ничем не отличить от настоящей, - пояснила Света.

Я был удивлён, а ещё больше был удивлён, нет, даже шокирован, когда Света показала мне второй пакет и произнесла.

— Это тоже твоё! Сюрприз!!!

Я свиных и коровьих кишечников видел много раз, но когда мне сказали что это мои, это было нечто и я спросил.

— А что у меня там, - и показал на живот.

— Тебе твои кишочки заменили на имплант, они работают точно так же, можешь не волноваться, - объяснила Света.

Я был очень удивлён, хотелось быстрее дома наедине рассмотреть всё и спросил.

— А когда мне можно домой.

— После того как твой новый кишечник выполнит первый раз свою функцию, - ответила Света и пригласила к столу.

Двое суток я провёл у Светы в НИИ, и после того как Света убедилась, что первое опорожнение прошло нормально, выписала меня и я с двумя пакетами поехал домой. Первое что я сделал, это вытряхнул из пакета свой кишечник на дворе, не хотел эти ароматы в дом заносить и внимательно рассмотрел его. Запаха конечно не было, видно Света промыла его и хорошо обработала. Было и страшно что я на это согласился и в тоже время в груди всё трепетало от возбуждения. Оставив кишечник валяться во дворе на снегу, я зашёл в дом и вывалил на стол содержимое второго пакета с пластами кожи и там же лежал и член с яйцами. Перекусив после дороги и согревшись я подумал.

— А что если мне Любе к 8марта подарок сшить?

Эта идея была просто изумительной и отдохнув после дороги, я принялся кроить. Достав из тумбочки все выкройки, оставшиеся с прошлого раза, вырезал всё для тапочек, для кошелька и для чехла под ключи, а так же вырезал стельки и самый чистый пласт кожи с левого бёдра, оставил для обшивки сидушки стула, на котором работала и сидела весь день Люба. Насколько дней у меня ушло на всё чтобы сшить и сделать вышивки на каждом изделии с именем Люба или просто с её инициалами. В канун 8 марта я на работе вручил пакет Любе и сказал.

— Это сюрприз, посмотришь как будешь одна, - и ушёл к себе.

Люба, как осталась одна, открыла пакет и была поражена тем что там лежало. Первое что она увидела это кошелёк с её именем и открыв его она была в шоке увидев как ей показалось, что мой член стал ещё больше и я через час получил от Любы сообщение.

— Ты что, снова это сделал????? - и куча знак вопроса по которым я понял что она имела ввиду и была в шоке.

— Да, решил тебя к празднику порадовать, - ответил я и добавил, - Люба, вечером оставь приемную открытой.

Люба поняла для чего и написала.

— Хорошо.

Вечером я задержался и перетянул сидушку на стуле. Люба это заметила только через три дня после праздников и сказала спасибо поцеловав меня в щечку.

Март преподносил сюрпризы погоды, то шёл снег, то морозило, то всё таяло и Люба снова вставила стельки в свои резиновые сапоги и была очень довольна что ноги не мёрзли.

Кишечник так и валялся во дворе и я не знал что с ним делать и решил что пусть это тоже достанется Любе. Как только начальник уехал в город, я принёс весь в кусках льда вытащенный из под снега свой кишечник и замаскировав его занёс к Любе.

— Что это, - спросила она.

— После работы посмотришь, - ответил я.

Люба не удержалась и посмотрела раньше из любопытства и была в шоке.

— Что это, откуда, - позвонив мне спросила она.

— Кое что лишнее во мне нашлось, - пошутил я.

— Что??? Это твоё??? И что мне с ним делать? - спросила Люба.

— Не знаю, что хочешь, можешь припрятать или выбросить, - сказал я а у самого дрожь такая в голосе что я еле выговорил.

Люба молчала, а потом кто-то к ней зашёл и она положила трубку, а я собрался и ушёл домой. Была пятница и шла вторая половина марта. Люба пробовала мне ещё раз позвонить но мой телефон молчал. Впереди были выходные и для меня два с лишним дня полной неизвестности, что Люба решит и что сделает с моими кишками.

В понедельник я идя на работу думал, что скажет Люба и проходя мимо её дома, услышал окрик.

— Серёжа, меня подожди, - сказала она.

Я остановился и дальше мы шли вместе и она мне сказала.

— Серёжа, раз ты мне так сказал, я вечером сходила на работу и вынесла твои, эти, и бросила на дороге за селом, там где на остановку ходим. Я поняла по твоему ответу, что тебе без разницы, что с ними будет.

— Ну и хорошо, - ответил я, а самому было страшно, что с ними станет, но даже не подал виду что чем то обеспокоен.

— Тебе что их не жалко или они не нужны тебе, - спросила Люба.

Я пожал плечами не зная что сказать. Врать не хотелось, а если бы сказал что потом всё восстановлю, она бы точно их подобрала и припрятала чтоб никто их не повредил.

Шли дни, март подходил к концу, снег почти расстаял а на дорогах была непролазная грязь. Я ходил только на работу или в магазин, а так везде ездили на машине и только когда дорога подсохла, решил посмотреть, что стало с моим кишечником. Пройдя от села до остановки я всматривался в дорогу но их так нигде и не обнаружил. Видно колесами во время распутици закатали в грязь, а потом я же точное место не знал, а спросить у Любы, значит раскрыть себя и показать ей, что волнуюсь за их сохранность.

В один день за заднем дворе недалеко от входа в нашу кантору вывалили полный кузов мелкого щебня, чтоб подсыпать дорожки и не было на них грязи. Устроив субботник всё мужики с лопатами и вёдрами занялись этим благоустройством. Получилось очень красиво. Теперь можно было по суху от улицы дойти до канторы. Дорожка получилась метровой ширины и её прикатали, так что ходить было удобно за исключением тем, кто носил обувь на каблуке со шпилькой.

На майские праздники я решил прибрать в сенях и наткнулся на пакет с обрезками кожи, оставшейся после раскроя.

— Может тоже отдать Любе, пусть сама выбросит, - подумал я и за два дня до длинных выходных, принёс этот пакет Любе.

Утром, пока ещё никто не пришёл, занёс пакет в приёмную и поставил Любе под стол.

— Что это, - спросила она.

В это время в коридоре кто-то шёл и я сказал.

— Потом обьясню.

Работая в кабинете увидел на почте письмо от Любы. Открыв его читаю:

"Что это и зачем ты мне это принёс.? "

Отвечаю:

"Обрезки от того что тебе сшил к 8марта."

Пишет:

"А мне то они зачем? "

Пишу ответ:

"Я сейчас уеду по работе или спрячь или выбрось. У меня решительности это сделать не хватило"

Выключив почту я уехал, а впереди длинный выходной, Первомайский праздник. Мне было очень интересно, что в этой ситуации сделает Люба, как поступит с обрезками и лоскутками моей кожи.

Люба спрятав пакет не могла ничего придумать и пошла домой. Забирать с собой она не могла, с вахты должен был вернуться муж, Валера. Выйдя из канторы, она закрыла дверь и пошла на улицу по мощеной мелким щебнем тропинке и тут её осенило, а чем не отличное место. Дома, как стемнело, Люба сделала вид что что-то потеряла и не может найти и её мать это заметив, сказала.

— Может ты на работе в спешке оставила?

— Может, ладно сейчас схожу, а то там важные отчёты, - ответила Люба матери.

Через десять минут Люба была уже в канторе. Взяв пакет из сейфа она вышла на улицу во внутренний двор и разрыв щебень небольшой лопаткой, которую из дома прихватила, она в трёх разных местах разложила обрезки и лоскуты моей кожы и присыпав обратно, притоптала. Было всё как и прежде и тут она вспомнила про член, что находился в её киске и только яйца болтались между бёдер прижатые узкой полоской трусиков.

— Про него то я и забыла, - подумала она.

Разрыв щебень на дорожке где раньше была лужа, она вытащила из киски член и уложив в ямку, засыпала и тщательно притоптала. Посветив фанариком, ничего подозрительного она в изменении не заметила, а в добавок ко всему, ночью прошёл небольшой дождь и смыл все следы что ещё остались после того как Люба раскопала тропинку.

Я три дня жил в недоумении и напряжении, что может придти в голову Любе, куда она может всё это выбросить. Это были дни томительного ожидания и только как вышли на работу, я написал Любе сообщение и тут же получил ответ, не такой какой ждал.

— Выбросила, сам же просил и говорил решать самой, да и твоё хозяйство тоже. Не могу же я это всё дома держать, Валера приехал, - сказала она.

Так Люба и не рассказала мне в подробностях, сказав в добавок.

— Я поняла что тебе по-барабану, вот и решила сама.

Тут нам помешали общаться, а дальше начались весенние работы и постепенно всё что было связано со мной, ушло на второй а может и на задний план.

У Любы с вахты вернулся муж, он всегда летом жил дома. Как то я устав после работы пошёл голым на озеро искупаться и освежиться. Валерка сказал Любе что мол хочет ко мне сходить поговорить про деляну и вывезти дрова. Люба была в огороде и видела как я на озеро шёл и сказала.

— Пошли вместе, а то вы там сразу на пиво с ним вообразите.

Зайдя ко мне во двор и не найдя меня в доме, Люба сказала.

— Он на озере может быть, дом то не заперт.

Через огород они пришли по дорожке и вышли к озеру и с плотец увидели меня как я плавал. Валерка подозвал меня и я обернулся и испугался, ведь он меня без члена ещё не видел. Я не знал что делать но увидел как Люба стоя за его спиной подала мне знак, поманила меня, мол выходи и я решился. Как только я вышел из воды так, что облась паха была на виду, глаза у Валерки округлились и Люба тоже сделала удивлённое лицо. Пауза и он спросил меня.

— Серёга, а где у тебя х...?

— Мешался, надоел, делать не могу ничего когда стоит, съездил в город и отрезали мне его, - ответил я.

Чтоб пауза дольше не затянулась и избежать лишних вопросов, Люба разрядила ситуацию.

— Ну ты и даёшь!? Мы к тебе вот зачем, делянку дали, дрова поможешь вывезти, - спросила она.

— Конечно, как другу не помочь, - ответил я.

— Ну тогда до завтра, не будем задерживать, - сказала она и потянула за собой Валерку, который всегда ещё был в шоке и пялился на мой гладкий пах.

В деляне я конечно дал ему возможность насмотреться на меня и ответил на всё его вопросы, так как мне было нужно. А после заготовки дров мы ещё с ним не раз и купались и что то делали вместе и он постоянно пялился на меня, если я был голый. Постепенно он привык ко мне и даже шутил иногда.

— Ну теперь если кто что ляпнет, что Любку с тобой видели, я могу не сомневаться что она крутит с тобой и не верить сплетням.

— А ты что сомневался в ней? - спросил я.

— Нет, но сплетни слышал, - ответил Валера.

— Мы вместе работаем и ты всё знаешь, обо мне и Любе, а языки без костей, мелют не своё не наше, лишь бы почесать ими. - ответил я.

Больше об этом мы не говорили но Валера сдержал слово и про меня, что мол я типа евнухом стал, не сказал никому.

По той дороге, что вела в село и где Люба выбросила мои потроха, ездили машины и месили грязь и я так как не знал, где лежит моя утроба, не мог ничего обнаружить, хоть и много раз идя там, поглядывал под ноги.

Так как во дворе конторы стояли гаражи, то по тропинке мощеной мелким щебнем, тоже выезжали и заезжали наши машины прикатывая щебень, а так же некоторые женщины из нашей конторы, носили обувь на высоком каблуке и не раз каблук проваливался между щебнем в грунт, тем самым нанося повреждения лоскуткам и обрезкам кожи и конечно моим яйцам и члену. Закончилась весна, прошло лето и наступила осень. Люба не раз видела как в том месте, где она всё зарыла, кто-нибудь да проваливался после дождей каблучками и она поняла, что целым и невредимым член и яйца ей не достать и вообще постаралась не думать об этом. Может ей было достаточно моего язычка, когда я сидел голым под её столом и ласкал её киску, а она делала вид что работает и сильно занята, если кто-то пытался её отвлечь. Это были только мои предположения.

Было и такое когда кто то стоял у стола рядом и разговаривал с Любой, в то время как моя голова была зажата между Любиных бёдер и я дышал через раз, чтоб не выдать себя и не подставить Любу, она крепко сжимала мою голову, давая тем самым понять, чтоб я сидел тихо. Иногда она быстро сворачивала разговор, а иногда старалась задержать собеседницу. Возможно эта ситуация на грани разоблачения её тоже сильно возбуждала.

В октябре я получил посылку от Светы и сообщение в ней, "Серёжа, сможешь сшить два кошелька как на тех фото что ты показывал с именем Света и Таня? " Потом отправь по адресу что на посылке. Я попробовал дозвониться до Светы, но слышал только один ответ, абонент занят или находится вне зоны доступа. Не дозвонившись я принялся за работу и через два дня кошельки были готовы. Упаковав их и все обрезки, я отправил всё обратно и ждал ответ, но была тишина и только в начале зимы Света позвонила.

— Серёжа спасибо, классно получилось. Извини что не отвечала, я в командировке по обмену опытом, когда вернусь, позвоню.

После этого разговора связь со Светой прекратилась на долгих два с лишним года. Конечно я себя чувствовал вполне нормально да и друзья привыкли к тому что я лишился члена и яиц вроде как навсегда. Люба даже не спрашивала об этом и пользовалась тем что я для неё сшил на 8 марта уже три с лишним года и даже не заводила разговор про то что помогла мне выбросить или вернее избавиться от того что она саморучно выбросила. Я нет нет да вспомню об этом и подумаю, что утрачено это всё и больше не вернуть.

Желания бегать голым по улице или канторе у меня отпало, но если об этом просила Люба, то выполнял с большим удовольствием, особенно когда мы вместе гуляли голыми или я сидел у неё под столом и ласкал её киску своим языком.

Спустя почти четыре года, весной меня разбудил звонок. Это была Света.

— Ну что, соскучился, - спросила она.

После нескольких минут разговоров она попросила меня всё собрать и привезти ей. Я сообщил об этом Любе и мы неделю ночами разрывали землю и грязь и щебень и доставали то что там она спрятала. Всё было в плачевном состоянии и даже член с яйцами были раздавлены и продавлены камнями до дыр. Сложнее было то что Любе пришлось отдать то что я ей когда то сшил. Всё тоже было в потёртостях и немного изношено, хоть она относилась к этим вещам осторожно и бережно.

Через две недели весь этот хлам, иначе его я бы не назвал, в двух пакетах лежал в ординаторской у Светы. Я видел что она была в шоке, хоть и скрывала это, но набравшись решительности, сказала мне.

— Езжай домой и жди звонка, попытаюсь реставрировать это.... Она не стала называть всё это тем что оно из себя представляет, но я понял и уехал. Ждать пришлось до осени, а после двух недель в НИИ, я снова вернулся домой и на работу, как уже говорил, в полной комплектности. Больше я на это не соглашался, пока. С Любой хоть у нас так и не было полноценного секса, но от моего язычка она никогда не отказывалась, да и пошалить голышом на улице в ночное время тоже.

marinakcnh@rambler.ru