Вольный перевод рассказа: «Chaque homme devrait avoir un passe-temps», на русский язык. Автор рассказа:Your-erotic-stories. 2026 год.

— Наверное, у каждого мужчины должно быть какое-нибудь хобби...

Одни мужчины любят коллекционировать антиквариат. Другие занимаются ремонтом автомобилей, выпивкой или садоводством.

А я? Моё хобби, — трахать старых женщин.

Как и любое стоящее хобби, оно требует времени и усилий, чтобы оправдать затраченные усилия. Если ваше хобби, – альпинизм, вы знаете, что это не просто восхождение на вершину. Это подготовка и сложность задачи. Черт возьми, вы могли бы даже воспользоваться вертолетом, чтобы добраться до вершины, если бы это было единственным смыслом.

А вбивать свой член в старое влагалище и наблюдать, как старое, морщинистое лицо преображается, пока твоя сперма изливается в старую матку и выдавливается на ее спутанные седые лобковые волосы, — это своего рода вершина моего хобби. Именно подготовка делает все это стоящим.

По профессии я юрист. И, если позволите, чертовски хороший юрист. Мне чуть за тридцать, и я пробился наверх по карьерной лестнице, так что зарабатываю неплохие деньги.

В последние пару лет, я посвящал себя своему хобби в компании пожилых соседей, матерей, а в некоторых случаях и жен деловых партнеров, и это было замечательное время.

Вопреки тому, что вы читаете в некоторых из этих историй, в реальной жизни секс, со старушкой включает в себя нечто большее, чем просто достать свой «Любовный агрегат», и продемонстрировать его перед бабушкой, чтобы возбудить её, если у неё вообще есть сексуальное возбуждение. Если она похожа на большинство моих завоеваний, то она давно не занималась сексом, и хотя она не совсем забыла, как это делать, ей иногда нужна небольшая помощь, чтобы начать.

Но есть одна вещь, которая ей нужна больше, чем твой двадцати сантиметровый член или виртуозный стиль. Ей нужно внимание.

Единственное, чему я научился в реальном мире траханья старых женщин, это начинать постепенно не спеша и уделять ей внимание, которого она либо больше не получает, либо никогда и не получала.

В моем случае, я всегда все тщательно записываю. Я помню дни рождения, особые дни, особые блюда, цветы. Это безобидные жесты, которые не вызовут подозрения, у пожилой женщины, как у молодой поверьте, я знаю. Я тоже с ними сплю периодически. Но они постоянно напоминают, о вашем внимании, заставляют бабушку думать о вас, и иногда эти мысли могут развиваться в довольно интересных направлениях.

Почему меня так заинтересовали старые добрые интимные отношения? Не уверен, но, возможно, это связано с одним случаем, который произошёл, со мной, во время службы на флоте много лет назад. Может быть, я как-нибудь вам об этом расскажу.

Всё, что я знаю, это то, что мне нравится нежно поднимать старую обвисшую грудь и кусать её затвердевший сосок, пока она нежно постанывает и прижимает мою голову к своей обнажённой груди. Очень трогательно.

Мне нравится облизывать её толстый живот и тот радостный момент, когда она раздвигает свои пухлые, жилистые бёдра и сначала немного робко, начинает трахать себя моим твёрдым и довольным языком, пока я обнимаю её обвисшую задницу и наслаждаюсь всем этим.

Но в конечном итоге, меня больше всего интересует сам секс. Я позволю ей подрочить мне мой член, если она захочет, старушки это обожают. Не знаю почему, или, если у неё большие, обвисшие сиськи, я подрочу между ними и кончу ей на лицо. Мне нравится наблюдать, как капли спермы стекают, пока она улыбается мне сквозь старые, вставные или вовсе отсутствующие зубы.

После этого она может захотеть привести себя в порядок или просто поваляться в моей сперме. Иногда она захочет меня покормить. Разве это не мило? Что бы ни случилось, рано или поздно в тот день, после того, как я восстановлю силы, я уложу бабушку на кровать держитесь подальше от пола: «Cлишком жестко, слишком отвлекает и медленно, но приятно ее трахну». Мне нравится наблюдать, как улыбается ее старое лицо, а потом она закрывает глаза, пока я ускоряю ритм, бормоча, что-то себе под нос, и слюна начинает скапливаться на ее губах. Это здорово, когда она так увлекается, что хватает меня, за задницу и заставляет мой член войти в нее, еще глубже.

Вот мы и здесь, старая толстая женщина в безумном похотливом порыве пытается протолкнуть всё моё тело в свою ненасытную вагину. Иногда она говорит пошлости, или то, что считает пошлостью, но обычно худшее, «Лучшее?», из того, что я от неё получаю, это изредка «Чёрт!», но чаще «Да, да, о боже, о боже», и настойчивые движения, а когда она содрогается от оргазма, тогда я и кончаю, и, боже мой, как же им это нравится.

Недавно мне наскучили некоторые состоятельные пожилые женщины, с которыми я встречался. Не поймите меня неправильно, это было очень весело, и я бы вернулся к ним снова, но в них есть определенная утонченность, которая меня не так привлекает. К тому же, со временем они становятся слишком требовательными.

Я здесь не для того, чтобы заводить отношения. Мне не нужны отношения. Мне не нужны вечера в симфоническом оркестре. Я хочу переспать, со старой женщиной, мой целевой возраст 60-75 лет, но я гибок поэтому, когда пожилая вагина становится слишком близко к дому, я ухожу. В конце концов, они хотят вернуться и понимают мои правила. На самом деле, единственные разы, когда мне действительно везло с задницей бабушки, были во время этих «Сеансов примирения», но об этом позже.

Она действительно хочет мне угодить, так что нет предела совершенству. Естественно, я с удовольствием воспользуюсь ситуацией, поэтому я втыкаю свой член в её старую задницу, кончаю, а затем падаю на её толстую, широкую задницу, пока моя сперма стекает, по её половой щели. Это рай, не правда ли?

Я всерьёз рассматривала вариант с домом престарелых. Мне бы очень хотелось попытать счастья с этими старушками, но честно говоря, я немного нервничаю, по поводу этой ситуации. Слишком много людей. Слишком много шума. Хотя, возможно, я всё-таки что-нибудь придумаю.

Вместо этого, я наткнулся на и простите, за задержку с изложением сути, беспроигрышный сценарий. Я занимаюсь сексом и одновременно оказываю юридическую услугу. Ладно, заняться сексом с бабушкой, возможно, и является общественной услугой, но я не это имел в виду.

В нашем районе есть служба доставки питания для людей, которые не могут выходить из дома. Это замечательная волонтерская инициатива, где целая армия энтузиастов-помощников развозит обеды пожилым людям, которым трудно выходить, из дома. Они так жаждут внимания, что им это очень нравится. Это хорошая программа, и волонтеры делают доброе дело.

Конечно, мои намерения не столь благородны. Но вот тут-то и проявляется взаимовыгодность. Наша юридическая фирма поощряет участие сотрудников в общественно полезной работе в различных общественных группах, волонтерских организациях и тому подобном. Поэтому, я предложил пару раз в неделю выделять часть своего обеденного перерыва на доставку еды людям, которые не могут выходить, из дома. Какой же, я замечательный человек.

Ого, как же всем в офисе понравилось моё предложение! Они считали меня настоящим мужчиной, а симпатичная секретарша, особенно привязалась ко мне и моей щедрой волонтерской работе. В эту пятницу у нас будет встреча c выпивкой в кафе...

Но, конечно, всё это было лишь бонусом. Я одержим своим хобби, — сексом со старушкой. Пришло время завести новую подругу.

У меня есть довольно специфические правила относительно моей добычи, точнее, моих старушек. Они должны быть чистыми. У них должны быть все части тела... Думаю, это практически все мои правила.

К тому же, я никогда их не принуждаю. Я могу быть настойчивым и даже требовательным, но если появляется хоть малейшее сопротивление или страх, я тут же отступаю. Мне не нужны проблемы. В мире, еще много возможностей, для секса. Тем не менее, должен сказать, что самое приятное, во всем этом, это сломить бабушку, чтобы она «Хотела», меня и мне не нужно быть настойчивым.

Что же, начало моей новой «Волонтерской», программы выдалось не очень удачным. Короче говоря, я переезжал с места на место и остался недоволен тем, что предлагалось.

Во-первых, среди получателей горячих обедов были и мужчины. Это не сработало. К тому же, мужчины были очень сварливыми. Со временем, я научился привлекать разных «Клиентов», и работал со всей группой пожилых женщин, по-своему отмечая, кто проявлял наибольший интерес.

Честно говоря, их было немного. Возможно, я избаловался более искушенными женщинами, с которыми встречался раньше, или, может быть, эти женщины слишком долго сидели взаперти. Со временем я остановился на паре и решил начать с Ларисы Ивановны.

Ларисе Ивановне около семидесяти, может быть, чуть больше. Ее муж умер, почти двадцать лет назад, и ее единственный сын и его семья редко с ней общаются. Она живет на небольшую пенсию, у нее чистая двухкомнатная квартира в самом центре Санкт-Петербурга, но по углам в комнатах свалено много старых книг и журналов. Мне это показалось немного жутковатым, но я к этому привык.

Она здорова, за исключением того, что плохо видит одним глазом. У неё целы все части тела, включая зубы, как же ловко мне удаётся выведать эту информацию у женщин. Может, когда-нибудь расскажу и гардероб, состоящий, судя по всему, из трёх разных платьев, все в горошек.

Лариса Ивановна не особо заморачивается с прической, но волосы у нее чистые и седые, и она немного распушивает их в те дни, когда знает, что я приду, поэтому я с самого начала знал, что она с нетерпением ждет моих визитов, когда я поэтому привозил ей обеды и продукты.

Лариса Ивановна, — толстая женщина. Иначе и не скажешь. Толстая шея, толстые ноги, очень толстая задница и симпатичный свисающий животик. Грудь у неё так себе, но я чувствовал, что она там есть. Она носит красивые туфли, мне это нравится, не спрашивайте почему и бреет ноги и подмышки. У неё приятное дыхание и симпатичная улыбка, зубы так себе, и она всегда, казалось, была рада меня видеть. Честно говоря, я тоже был рад её видеть, но не хочу, чтобы вы подумали, что я не стремился к цели...

Сначала, я просто приносил ей обед, спеша осмотреть других потенциальных претенденток на секс. Однако, когда я более или менее определился с ней, я изменил тактику. Весь обеденный перерыв я проводил, делясь с ней обедом и разговаривая о вещах, которые, как я узнал, её волнуют: «Погода, её собака и что удивительно, «Футбольный клуб Зенит».

Так что, я углубился в изучение йоркширских терьеров и футбольного клуба Зенит, и мы отлично провели время, а я тем временем думал о том, как бы мне пробежаться мимо, засунуть руки ей под юбку и посмотреть на то, что, как я знал, должно быть, было толстым и волосатым любовным бугорком.

За эти годы, я научился выжидать, когда собираюсь заняться сексом, со старой женщиной. В случае с Ларисой Ивановной, я боялся, что это может испытать даже моё терпение. Она была очень застенчивой и всегда специально расправляла юбку на своих полных бёдрах, когда садилась. Через несколько недель она наконец-то начала слегка обнимать меня, когда я уходил, и в конце концов, ещё раз обнимать, когда я приходил. Я обнимал её немного дольше, чем ей хотелось, но в конце концов она уступила и позволила мне обнимать её столько, сколько я хотел.

Сначала это были короткие объятия в позе «А-образной опоры», когда тела не соприкасаются, но постепенно, как это обычно бывает с пожилыми женщинами, я перешел к объятиям всем телом, и однажды я даже прижал свой член к ее животу, и она, кажется, не возражала или даже не заметила.

Спустя пару месяцев этих визитов однажды днем, я пришел к ней в квартиру и застал ее плачущей, вернее, обнаружил, что она плакала. Лариса Ивановна сказала мне, что сегодня день рождения ее покойного мужа, и это напомнило ей, как ей одиноко. А потом она улыбнулась и посмотрела на меня: «Кроме тебя Игорёк», — сказала она.

Простите за холодность, но в процессе соблазнения пожилой женщины бывают такие моменты, когда понимаешь, что совершил прорыв, и именно тогда я понял, что скоро окажусь, во влагалище Ларисы Ивановны.

Я сел на диван рядом с ней, и помню запах макарон с сыром, которые я ей принес, и один лай ее маленькой собачки, когда я обнял ее за плечи, прижавшись лицом к ее удивительно гладкой шее. Она начала тихонько поскуливать, я обнял ее крепче, и она обняла меня в ответ.

Сцена выглядела совершенно невинной и даже милой, если бы не нарастающая выпуклость в моих штанах.

Я начал целовать шею и плечи Ларисы Ивановны, а затем опустил руку к ее талии. Ее плач внезапно прекратился. Я начал бормотать: «Ты такая сладкая, сладкая штучка», взял ее за руку и держал, что она и позволила. Затем, целуя ее шею и тихо шепча ей что-то, я взял тыльную сторону ее ладони и потер ею свой твердеющий член.

Лариса Ивановна резко отдернула руку, словно я воткнул в нее кочергу, что, конечно же, и было моим истинным намерением. Она попыталась сразу встать, что было трудно, из-за ее веса и моих рук, обнимавших ее, но я убрал их и посмотрел на нее снизу вверх. Казалось, она дрожала и потеряла дар речи.

Я встал и попытался изобразить замешательство, но полностью контролировал свои чувства. «Мне очень жаль, Лариса Ивановна. Я не знаю, что на меня нашло», — сказала я.

Я подошел к входной двери и оглянулась на Ларису Ивановну, которая, скрестив перед собой свои полные руки, словно буханки хлеба, слегка покачивала платье в горошек. «Я знаю, что доставила вам неудобства», — сказал я. «Я больше сюда не вернусь. Мне очень жаль. Вы замечательная женщина!». Затем я притворился, что плачу, и выбежала за входную дверь, сел в машину, где спокойно закурил сигарету и обдумал свои дальнейшие действия.

Я уже использовал этот приём раньше с пожилыми женщинами, которые, честно говоря, были намного умнее Ларисы Ивановны. Это приём «Ты была так соблазнительна, что я не смог удержаться», и он срабатывает примерно в половине случаев. Я думал, что у меня неплохие шансы с Ларисой Ивановной.

Однако примерно, через полторы недели, я начал задумываться. Затем мне позвонили из волонтерской службы доставки еды на дом и сказали, что Лариса Ивановна интересуется, куда я пропал, и не возражала бы, если бы, я сегодня доставил ей обед?

Да, сказал я буду заниматься доставкой обедов Ларисе Ивановне.

Когда я пришел к Ларисе Ивановне домой, я заметил, что она где-то нашла другое платье и накрасилась, так что выглядела немного как старая, накрашенная проститутка, и да, если вы меня уже поняли, то знаете, что это меня возбудило. Мы обнялись и сделали вид, что ничего не произошло, но она выглядела неловко, как будто ей было что сказать.

Я уже видел такое раньше, поэтому и решил взять с собой бутылку вина, чтобы мы могли разделить её, словно «Возвращаясь домой». Мы выпили половину бутылки, и наконец, толстая старушка Лариса Ивановна, замявшись, высказала своё мнение.

— Я боялась, что ты не вернешься Игорёк, — сказала она, слегка заплетаясь.

— Полагаю, я уже привык к нашим встречам и с нетерпением их жду. Правда в том, что и у нее навернулись слезы это единственное, чего я с нетерпением жду в течение дня.

Я с грустью посмотрел на нее, капнул еще немного вина в бокал, затем обнял ее и, словно вспомнив свой прежний «Грех», поднял руку, улыбнулся и сказал: «Нет, я больше не совершу этой ошибки».

Лариса Ивановна просто отмахнулась от этой «Глупой идеи», и сама перешла в наступление, после глотка вина, крепко обняла меня, а я прикоснулся губами к ее сладко пахнущей шее и подумал, отпустит ли она меня когда-нибудь, пока наконец одна ее рука небрежно не опустилась мне на колени.

И это был, так сказать, переломный момент, когда я понял, что она моя.

Мой член не был возбужден, из-за крайней степени самообладания, но я повернул ее голову к своей и уставился в это постаревшее и накрашенное лицо, на самом деле, милая женщина, поцеловал ее лоб, щеки и, наконец, сухие, не открытые губы. Ее глаза оставались открытыми, но затем она закрыла их, осторожно положила руку мне за голову и прижала мое лицо к своим губам, оставив другую руку у меня на коленях.

— Игорь, Игорёк, — сказала она. — Я была так растеряна... Я... Ну, я знаю, что я тебе очень нравлюсь.

— Конечно, вы Лариса Ивановна мне нравитесь, — сказала я, делая вид, что меня удивила сама эта мысль. «Просто я, наверное, расслабился».

— Ой, какой ты милый, милый мальчик, — сказала Лариса Ивановна.

— Иди сюда, дорогой. И она снова прижала меня к себе, и тыльная сторона ее ладони как бы качели, по кончику моего встающего члена, словно это было случайностью.

Я снова повернул ее голову и поцеловал в губы, слегка касаясь их, пока они не раздвинулись, и я почувствовал вкус вина, когда ее неопытный язык ответил на мой. Как давно, подумал я, ее так не целовали?

Я убрал руку с её талии и переместил её к груди, почувствовав её мягкость. Лариса Ивановна слегка вздрогнула, но это прошло, и она повернула руку и пощупала мой член сквозь штаны. Она никак не могла притвориться, что это случайность. Однако она не смотрела на меня. Вместо этого она смотрела мне через плечо, продолжая неумело ласкать мой член сквозь штаны.

Лариса Ивановна начала говорить довольно тихо, даже соблазнительно, продолжая массировать мой член. Я чувствовал её объём, её тепло и её сладкий цветочный аромат. «Мой покойный муж, никогда не был романтиком. Он просто делал своё дело, понимаешь, и уходил...».

Я поцеловал её в шею и хотел поцеловать в грудь, но платье было застегнуто сзади. Вместо этого, я смело положил руку ей на колени, целуя её, затем провёл ею по коленям, пока не дошёл до основания, и наконец почувствовал тёплую толщину её обнажённого колена, после чего положил руку ей на ногу, так что она на мгновение замерла, а затем начала быстрее тереть мой член.

— Я не помню, чтобы когда-либо испытывала что-то подобное. Мне кажется, я сейчас упаду в обморок.

Разве это не мило? Но мысль о том, что эта толстая старуха упадет на пол и прижмет меня к нему, была совсем не приятной.

— Вы особенная Лариса Ивановна, — сказал я довольно глупо, словно обращался к участнику Специальной Олимпиады.

— Я такая старая и толстая, — сказала Лариса Ивановна.

— Я знаю, что ты Игорёк, должно быть, очень обо мне заботишься.

Наконец, те бедра, о которых я думал месяцами, оказались у меня под пальцами. Не теряя ни минуты, я провел рукой, до самого ее промежности и почувствовал тесную вставку женских трусиков на своих чувствительных кончиках пальцев. Я начал поглаживать ее промежность пальцами, ощупывая ее бедра, целуя шею, и вскоре, тихо, без единого слова объяснения, страсти или беспокойства, Лариса Ивановна начала тереться, о мои пальцы и страстно целовать меня, посасывая мой язык, словно это был плоский, красный член.

— Вы чудесная и очаровательная женщина Лариса Ивановна, — сказала я, и на этот раз, я говорил это искренне.

Это всё, что было нужно Ларисе Ивановне. Она убрала руку с моего члена, обняла меня обеими мясистыми руками, за шею и страстно поцеловала, дико двигая языком, закрыв глаза. Я мельком взглянул на обвисшие складки её толстых рук и едва разглядел часть одной груди.

Я немного потерся, о ее вагину, потом помассировал ее полные бедра и, попутно, задрал ее длинную юбку. Она хотела поцеловаться, что было нормально, какое-то время, но мне хотелось других острых ощущений. Наконец, словно это было само собой разумеющимся, она убрала руку с моей шеи и пощупала мой член сквозь штаны. Она посмотрела на него, а затем мне в глаза.

Ее макияж уже размазался, а юбка, задравшаяся, до середины ног, делала её вид довольно пикантным. Лариса Ивановна наклонилась, чтобы расстегнуть мою ширинку, и когда она это сделала, я быстро расстегнул пуговицы на ее блузке спереди и одновременно потянулся вниз, чтобы расстегнуть ее бюстгальтер.

Несмотря на толщину её трусиков, я почувствовал, как она начинает кончать, и теперь мне легко удалось протолкнуть ткань в её половую щель. Тем временем ей удалось вытащить мой возбужденный член наружу. Она схватила его своими толстыми, мясистыми пальцами и начала нежно поглаживать. Её пальцы были мягкими, как бумага, но тёплыми.

— Дорогая Лариса Ивановна, — прошептала я, — подержите руки вместе на мгновение.

Лариса Ивановна посмотрела на меня, ее взгляд стал немного диким, затем она сложила руки вместе, чтобы я мог снять ее блузку. При этом ее бюстгальтер повис на ее груди, которые оказались больше, чем я ожидал. Она положила обе руки на мой член, а я быстро снял с нее бюстгальтер и принялся за эти великолепные сиськи.

С грудью, никогда не знаешь наверняка. У кого-то плоская, у кого-то круглая, у кого-то бугристая, а у Ларисы Ивановны грудь была обвисшая, с большими коричневыми сосками. Я массировал одну, а другую начал жадно сосать, одновременно массируя ее клитор, через трусики.

Наконец, я встал и снял штаны, а Лариса Ивановна осталась сидеть, задрав юбку, до пояса, блузка и бюстгальтер лежали у нее на коленях, ее большие, обвисшие груди и чудесные соски висели наружу, твердые и готовые к действию.

— Игорёк, — прошептала она немного тяжело, словно пытаясь притвориться, что не возбуждена и не задыхается.

— Что ты собираешься делать?

Некоторым бабушкам можно сказать: «Я буду трахать тебя, до изнеможения, пока ты не начнёшь кричать, чтобы я остановилась», или «Я кончу на тебя и сожму твою большую, толстую задницу». Нужно знать, что сказать. Я знал, что для Ларисы Ивановны это были не те слова.

— Я хочу вас ласкать, Лариса Ивановна, — сказал я, зная, что могу делать практически всё, что захочу, и взгляд Ларисы Ивановны подтвердил это. Я осторожно уложил её на большой диван, она попыталась раздвинуть ноги, забыв, что на ней всё ещё трусики, и я понял, что могу получить её прямо сейчас. Я потёрся своим членом, о её грудь, а она шлёпнула им по своим грудям, затем я попросил её перевернуться, что она в конце концов и сделала, это была очень толстая женщина, и я наконец снял с неё трусики и бросил их за диван. Её задница была белой и сморщенной, очень огромной.

Я вытер свой член, о её задницу и промежность и одновременно потянулся, чтобы схватить её за грудь. Боже, как же мне хотелось трахнуть эту большую старую задницу, но по её нерешительности я понял, что сейчас не время.

К этому моменту, я уже начал возбуждаться.

— Встаньте Лариса Ивановна, — потребовал я, и она встала. Благодаря своему умершему мужу, она привыкла выполнять его приказы. Это, еще одна причина, почему я люблю пожилых женщин.

Я сорвал с неё юбку и трусики, Лариса Ивановна отбросила её ногой и осталась стоять совершенно голой и, что удивительно, ничуть не стесняясь. Я был голым ниже пояса, и Лариса Ивановна не могла оторвать глаз, от моего члена.

У неё были огромные жировые складки на животе, и я подошёл к ней и начал массировать их, словно замешивая тесто. Одной рукой, я сжал её пышные ягодицы, обхватил её живот и, наконец, нашёл её мокрую, от возбуждения вагину. Когда я это сделал, она чуть не упала в обморок. Я подошёл к ней ближе, вонзив свой член ей в живот, обхватил её толстые ягодицы и снова поцеловал её в губы.

Меня охватило неистовство плотских желаний.

— Вам Лариса Ивановна муж это делал? — спросил я, засовывая три пальца ей в мокрое влагалище, а затем поглаживая их тем соблазнительным жестом, который действительно может завести бабушку.

Возможно, разговор о умершем муже прозвучал несколько бестактно, но, учитывая, что Лариса Ивановна была сильно взволнована, и я мог сказать, что у неё большая, обвисшая вагина, у меня появились другие планы.

Она тяжело дышала, пока я одной рукой вводил и выводил пальцы, из ее вагины, другой рукой подкрался сзади и начал поглаживать ее толстый живот и грудь, и одновременно тыкать своим членом в ее толстую, обвисшую задницу.

— О боже, о боже, — говорила Лариса Ивановна с закрытыми глазами. Я повернул её и усадил так, чтобы она оказалась лицом к лицу с моим действительно твердым как камень членом. После того, как она опустилась, она смотрела на мой член полузакрытыми глазами, пьяная, измученная, я не мог понять, что именно.

Наконец, я сбросил рубашку, опустился перед ней и начал грубо массировать одну её старую грудь и сосать другую, одновременно работая, над складками её толстого живота. Затем я начал вылизывать её живот, пупок, до её тёплой и волосатой вагины, и с головой погрузился в неё, вылизывая её широкое, мокрое влагалище, пока она пыталась раздвинуть свои толстые, жилистые ноги ещё шире.

Лариса Ивановна начала всё сильнее и сильнее прижиматься к моему рту, пока я впитывал её женские соки и дико ласкал её языком. Её спутанные лобковые волосы почти душили меня, но я не хотел её останавливать, она продолжала тереться о моё лицо и, наконец, начала издавать всё более быстрые стоны, пока резко не остановилась и не вздрогнула, так что я увидел, как её толстые ноги по обе стороны моих ушей слегка задрожали.

Сидевшая Лариса Ивановна передо мной на диване, совершенно голая, её красная, волосатая вагина была прямо перед моим лицом, а груди раскинуты, по обе стороны её пухлой груди.

— Заходи, — сказала она, почти про себя.

— Зайти? — насмешливо спросил я её. «Что это значит?».

— Войди в меня Игорёк.

— Ваш покойный муж делал это вот так, Лариса Ивановна? Он лизал ваше влагалище, пока вы не кончили? Я засунул четыре пальца в её мокрое влагалище, она снова дернулась и начала двигаться на моей руке.

— Он делал это? Он делал это, Лариса Ивановна?

— Я хочу тебя, — прошептала она, сильно надавливая на мою руку.

— Что? — спросил я. «Что это значит?». Затем, я вынул пальцы, из её влагалища и как бы упал на неё сверху.

— Я хочу, чтобы ты меня трахнул Игорёк, — тихо сказала Лариса Ивановна.

Я снова начал играть с одной из её грудей, перекатывая между пальцами сосок.

— Я не знаю...

— Игорёк! Я хочу, чтобы ты меня трахнул прямо сейчас! — сказала Лариса Ивановна с гораздо большей настойчивостью. Теперь вы понимаете, почему я люблю это хобби?

— Знаете, чего я хочу, Лариса Ивановна? — прошептал я ей на ухо.

— Я хочу трахнуть вас в задницу. Вот чего я хочу. Я хочу засунуть свой член в вашу большую толстую задницу и кончить внутрь её, чтобы вы почувствовали вкус.

Даже в своем опьяненном и возбужденном состоянии это по-настоящему завело толстую старушку Ларису Ивановну, и она широко раскрыла глаза. Затем она полу улыбнулась и потянулась к моему члену, к которому я позволил ей ненадолго прикоснуться, после чего отдернул руку.

— Я хочу, чтобы это вошло в меня. Я хочу, чтобы ты трахнул меня своим членом в моё влагалище, Игорёчек. Я хочу этого прямо сейчас. Пожалуйста.

— Получу ли я то, что хочу, Лариса Ивановна? Я трахну твоё влагалище, но потом вы должны позволить мне трахнуть вашу задницу.

Лариса Ивановна, милая старушка, была вся в грязном макияже, ее грудь быстро поднималась и опускалась, пока я коротко ласкал ее вагину своим твердым как камень членом.

— Все что угодно, — сказала она, снова закрыв глаза.

— Делай со мной все, что хочешь Игорёк. Но ради бога, трахни меня сейчас же.

Она раздвинула ноги еще шире, но я взял ее за руку и повел в спальню, где сбросил покрывало с кровати, и она с тяжелым плюхом упала на кровать, отчего пружины кровати протяжно заскрипели. Лариса Ивановна раздвинула ноги и поманила меня. Я упал на Ларису Ивановну сверху и некоторое время целовал ее шею и грудь, но она тянулась к моему члену.

Я ненадолго засунул его ей в вагину, слегка подразнив, затем вытащил, потом снова вставил на чуть большее расстояние, пока наконец она не сказала: «Трахни меня, черт возьми Игорь!», что было немного неожиданно, я вставил член, до конца, и она кончила почти сразу, чего мне было почти достаточно, чтобы пролить сперму, но я сдержался.

Как и ожидалось, у неё было большое, толстое, вялое влагалище, и оно почти не оказывало сопротивления, но, судя по выражению её лица, ей, должно быть, было очень приятно. Лариса Ивановна прижималась, ко мне с тихими стонами и казалось, кончила, ещё один или два раза, затем как бы расслабилась и откинулась назад, закрыв глаза.

— Перевернитесь Лариса Ивановна, — скомандовал я, и глаза Ларисы Ивановны слегка расширились от удивления, затем она тихо перевернулась, и передо мной предстала эта огромная, белая, сморщенная задница и маленькое коричневое отверстие, которое теперь принадлежало только мне.

Я был весь мокрый, от её любовных соков, когда скользил своим членом, по её ягодицам, проникая в её щель, пока она наконец не начала получать удовольствие, вращаясь на матрасе. Я снова вставил свой член в её вагину, чтобы смазать его, а затем нырнул, за долгожданным призом.

Девственная задница старой женщины. Есть ли, во Вселенной дыра слаще и привлекательнее, для секса? Думаю, нет.

Я направил свой член в отверстие заднего прохода, затем упал ей на спину и легонько лизнул ее ухо. «Чувствуете мой член на своей заднице, Лариса Ивановна? Вы примете его весь. Вы готовы?».

— Сделай это Игорёк, — просто сказала она, и одним быстрым движением я миновал толстый сфинктер и проник в ее девственные интимные места заднего прохода. Лариса Ивановна всхлипнула от боли, что еще больше возбудило меня, и я вонзил свой член глубже, а затем начал двигаться, пока вскоре мои яички не начали шлепать, по ее толстой белой заднице.

— О боже, Лариса Ивановна. У вас самая лучшая задница. Я обожаю трахать вас в задницу!

Но Лариса Ивановна была погружена в свой собственный мир. Ее рука снова была у клитора, она напряженно работала пальцами и стонала, от смеси боли и экстаза. Я легко двигал ею, пока она лежала на животе. Я хватал куски толстой, старой задницы, одновременно вводя и выводя свой затвердевший член, из ее ануса.

— Хорошо, хорошо, — начала она говорить.

Я залез ей под грудь и потянул, за сосок, затем шлепнул, по ягодицам, отчего она снова вскрикнула, но ее движения усилились, и обе руки оказались у нее во влагалище, доводя ее до исступления, пока я безудержно трахал ее в задницу.

— Я сейчас кончу вам в задницу, Лариса Ивановна! — закричала я. «Спорю, ваш покойный муж, никогда этого не делал, правда? Он никогда не трахал вас в задницу, правда, Лариса Ивановна?».

— Сделай это Игорёк! — раздалось животное рычание, из обычно нежного голоса бабушки Ларисы Ивановны. «Кончи в меня». И она выгнулась, потянула свой клитор, а я держался, двигаясь все быстрее и быстрее, чувствуя, как мышцы ее ягодиц сжимаются вокруг моего члена, пока, наконец, к счастью, я не изверг огромную порцию спермы в ее старую задницу, и она впервые закричала, пока я продолжал двигаться все быстрее и быстрее, сперма вытекала на ее ягодичные волосы, в ее вагину, на простыни, но это было как фонтан.

Мне, никогда не было так хорошо. Никогда...