Внимание! Этот рассказ, из уважения к читателю, написан человеком, без участия ИИ!

Не сочтите за труд, после прочтения, поставить свою оценку, какой бы она ни была.

Благодарю Вас за внимание и желаю приятного прочтения.

Неожиданный приквел к истории "Путь порно звёздочки", нулевая глава, повествующая о лучшей подруге "маленькой Веры", Насте. Её трудном детстве, неосознанных решениях, вынужденном богатом опыте и настоящей любви.

ПУТЬ ПОРНО ЗВЁЗДОЧКИ.

Настя Лопухина 0.5

Солнечный диск уже практически нырнул за край небосвода, на прощание оттеняя красным светом покрывало из облаков скрывавшее землю из виду.

Лопухина, в своём юном возрасте, видела самолёты разве что по телевизору, Прильнув к иллюминатору, не в силах налюбоваться на такую красоту, Настя и видеть не хотела, что там творилось в салоне, после того как они с Волшебником вернулись.

Развернувшись к окну, девочка обнимала свои сомкнутые коленки руками, мечтательно вглядываясь в бордовую линию горизонта, в то время как в кресле напротив, её ровесницу Сашу, моложавый генерал натягивал на себя верхом, словно несчастную резиновую куклу.

Бедняжка обливалась слезами, болезненно морщилась и часто дышала ртом, но как бы она ни пыжилась, этот просто конский хуй, совершенно не убирался в неё целиком.

С неистовым рвением продолжая штурмовать лоно рыжей лисички, мужлан мял её задницу и накручивал соски, то облизывая, то запихивая её маленькие грудки себе в рот полностью.

— Галина! – улучив момент, генерал обращался к своей помощнице. – Наш французский гость не должен скучать с такой постной рожей. Налей-ка ему чего-нибудь и приласкай.

Не говоря ни слова, девушка референт вешает на плечики свой китель, расстёгивает рубашку и распускает длинные, русые волосы по плечам.

— О-ля-ля. – Только и успевает сказать очарованный француз, размазывая бренди по краям своего бокала, когда Галина, грациозно опускаясь на колени, поставленными движениями рук, стягивает с него брюки и смачно облизывает языком грозно топорщащуюся, чёрную палку.

Сделав большой глоток и запустив пальцы в струящиеся русые волосы, негр с довольной улыбкой запрокидывает голову и прикрывает глаза.

Его хуй, заглочен умелым ртом референта, до основания.

Великолепно тренированная Галина, отлично владеет техникой горловой фелляции и если была бы такая необходимость, иностранный атташе, в процессе этой сладкой пытки, выложил бы девушке в погонах, любые секреты Пятой республики.

Прихватив холёного стюарда буквально за загривок, сидящая в кресле Герда, возила его лицом по промежности. Призывно приподнимая бёдра, она требовала, чтобы тот стянул с неё трусы, но парень то ли стеснялся, то ли тормозил.

— Вообще-то, я, знаете ли, женат. – робкие возражения, в процессе оголения женских прелестей, разумеется, никому не были интересны.

— Мне то какая, нахрен, разница?! – ёрзая в нетерпении, Герда прыскает нервным смехом. - Ты на службе парень. Заканчивай уже возиться и лижи!

Справившись наконец с Гердиным бельём, нерасторопный халдей запустил в её вагину язык и обнимая развратную бестию за бёдра, как бы нехотя принялся за дело.

Неспеша потягивая виски, Кай наблюдал за этим дерзким, почти насильственным куни, стоя прямо напротив.

В предвкушении бесстыдной ебли с новым партнёром, Пегая чертовка, дышала часто и порывисто, яростно подавая бёдрами навстречу, она вызывающе пялилась своему брату в глаза.

— Родная кровь, слаще любой замарашки …, так ведь, братик?

— И кому бы нам выдать тебя замуж, испорченная ты дрянь?

В глазах у Герды сверкает гнев, она за волосы оттягивает стюарда от своей вагины, сдёргивает с него брюки и усаживает его вместо себя в кресло.

— Замуж?! После вас то с папашей?! Да мне там будет скука смертная. – Разворачиваясь к партнёру спиной, Герда смачно харкает себе на ладонь и размазывая слюну по напряжённому отростку, легко поглощает его своей вагиной полностью. – Для чьей-то там жены, я слишком сильно люблю трахаться с кем мне нравиться. – Грациозно гарцуя верхом, Герда нарочито стонет и выгибается, обнимая себя ладонями за грудь, она манит брата присоединиться. – Иди сюда и дай мне уже то, что я так люблю.

Стоны, слёзы, пошлое чавканье и частые, упругие шлепки как бы сливались для Насти в один омерзительный, мерный фон. Уткнувшись лицом в колени, она сжалась, словно маленькое розовое облачко за стеклом иллюминатора и лишь мечтала, чтобы её не заметили.

Но был ли у девочки на это хоть шанс?

Одним глотком допив минералку, старик поднялся со своего места, похотливо улыбаясь, подтолкнул сына к сестре и наполнив бокал игристым вином, направился к спрятавшейся в кресле девочке.

— Волки, этой ночью, слишком голодны, чтобы позволить тебе отсидеться в домике, дитя. – Протягивая Лопухиной шампанское, мужчина гладил её волосы и голые плечи пальцами. – Идём, пора становиться взрослой.

Растерянная девочка ищет глазами поддержки своего Волшебника, но тот уже шлёпает родственную шлюху, хуем по высунутому языку. Протяжно завывающую Сашу, буквально вколачивают лицом в сиденье, разъёбывая в брызги её нежно розовое лоно.

Помощи ждать неоткуда и дрожащую Настю за руку отводят в кухонную зону, зашторивая проход.

Беспардонно задирая на девочке платье, Альберт тискает своими морщинистыми руками голую девичью попу и с упоением вдыхая аромат подростковых флюидов, облизывает её нежную шею языком.

Малышка сжалась, словно от щекотки, хотя это скорее был страх или омерзение.

— Ну не надо, пожалуйста. … Я люблю Вашего сына, Кай должен быть у меня первым.

Изо всех сил зажимая коленки, Настя боролась, стараясь не пустить в себя наглые пальцы, но похотливый старикашка был сильнее, он уже нащупал в её сфинктере плотно сидящую анальную пробку и думать позабыл, о хлопотной возне с Настиной девственной плевой.

— Вижу, малышка, ты сегодня готовилась.

— Это не для Вас. – упираясь ладошками мужчине в грудь, Лопухина пыталась уворачиваться от его поцелуев.

— Я всё равно тебя возьму, ты можешь только выбрать куда.

Насте выкручивают руки, укладывают грудью на столешницу, заставляют облизать мужские пальцы и зажимают ими клитор.

Девочка дрожит, рефлекторно подавая бёдрами назад.

— Ладно! … Я могла бы сделать это губами.

Теряя терпение, Альберт несколько раз, наотмашь, всыпал ей ладонью по ягодицам.

— Прекрати торговаться и отклячь уже свою блядскую жопу!

Прикрывая руками обожжённую ударами попу, Настя замолчала и послушно выгнулась. С нескрываемым восхищением сжимая в ладонях аппетитные девичьи булочки, мужчина присел перед ними на корточки и поцеловав каждую, приказал развести их пошире.

На трясущихся коленках, всхлипывая и упираясь лбом в шкаф, девочка всё исполнила и зажмурив глаза, замерла в ожидании.

Похотливо улыбаясь, Альберт аккуратно потянул за основание, украшенное чёрным камушком и с характерным чпоком, извлёк из пока ещё девственного анального отверстия аксессуар, любуясь чуть раскрытым, ребристо розовым нутром.

Закрыться, Настин сфинктер, естественно, не успел. Просто полив внутрь стоящим под рукой оливковым маслом, Гердин папаша, с ходу, притопил в него сливовидную головку своего увесистого причиндала.

Лопухина поёжилась и захныкала, испуганно ухватившись руками за столешницу.

— Ай – аяй!

Ей жуть как хотелось всё это прекратить, вырваться и убежать, но Альберт, продолжая давить, держал её задницу крепко.

Всем своим существом ощущая, как упругое, инородное тело, заползая по миллиметру, распирает её попу изнутри, Настя болезненно морщилась и протяжно мычала, кусая себе руки.

Хотя эта мука и показалась девочке вечностью, процесс шёл своим чередом. Обильно поливая маслом проникающий в неопытную, анальную дырку поршень, партнёр, короткими, настойчивыми фрикциями и постоянным давлением, вошёл уже глубже чем на половину.

Позволяя бедняжке обвыкнуться со своим размером, Альберт замер и нежно наглаживая партнёршу пальцами по спине и ягодицам, максимально благостным голосом нашёптывал ей комплименты.

— Ты просто супер, детка, уже почти всё. Теперь просто расслабься и дыши, боль скоро стихнет.

— Правда? – всхлипывая и поливая слезами синюшные укусы на своих руках, Настя пытается расслабиться, часто отдуваясь ртом.

— Обещаю. – циничный, престарелый насильник давит ладонями на поясницу и заставляя девочку прогнуться, наконец-то протискивается в её попу полностью. – Ну во-о-от и всё, милая, мы уже внутри.

— Ай – яй – яй! Мне там щиплет! – пытаясь если не вынуть «это» из себя, то хотя бы ограничить глубину проникновения, Лопухина беспомощно упирается кулачком ему в живот.

Естественно, Альберт не из тех кто отступит и получив ещё пару раз по жопе, девочка прикусывает губу и послушно выгибаясь, опирается локтями о столешницу.

Проходит ещё буквально минута и превосходно смазанный маслом хуй, уже без труда снуёт в Настиной прямой кишке, доставляя её партнёру просто изысканное, гурманское наслаждение.

Лопухиной почти не больно, но и не хорошо, скорее безразлично и пока лишь чуть-чуть противно.

Но безразличие внезапно сменяется на страх и стыд, когда за штору входит Герда. Раскрасневшаяся, почти голая, она жадно пьёт воду, салфетками собирая братское семя с пошло развалившихся, обкончанных сисек.

— Ну и что ты так зажалась?! Оргазм сам себя не добудет, милая. – Стукает Настю подъёмом ноги по икрам. – Расставь их шире, подмахивай навстречу и помоги уже себе рукой. – Вызывающе улыбаясь своему папаше, Герда запускает пальцы девочке между ног и принимаясь настойчиво стимулировать её клитор, нежно покусывает за плечо.

Гадливость, разбавленная в равных долях со стыдом и вынужденным, чисто механическим удовольствием, провоцируют Настю на первые стоны.

Ей всё это мерзко, но и бороться с растущей внизу, трепетной истомой девочка не может. Она чувствует, что скоро эта монотонная, грязная ебля выльется в нечто и уже начиная дрожать в ожидании, испуганно хватает Герду за руку.

И вот, в самый ответственный момент, мужчина истошно рычит, обнимая ладонями маленькие Настины холмики сзади, надевает её попу на член до основания и замирая, трясётся, несколькими обильными порциями изливаясь внутрь.

Настя не успевает совсем чуть-чуть и Герда, вполне могла бы доработать воспитанницу пальцами, но кончивший партнёр сбивает девочке весь настрой, когда сразу после, вынимает и любуясь результатом, совершенно цинично, начинает снимать её зияющую дыру на телефон.

У Лопухиной аж всё упало и разочарованно выдыхая, она роняет голову на руки. Её тело бесконтрольно вздрагивает, а растерзанное, отчаянно сокращающееся колечко, выталкивает мутные, белёсые сгустки, чуть подкрашенные кровью.

Герде очевидно, что эта кульминация безнадёжно утрачена, оставляя Настин клитор в покое, она презрительно фыркает, сопровождая произошедшее едкой репликой:

«Какое же скотство!»

— Нужно было просто управиться чуть побыстрее. – Довольный содеянным Альберт, прибрал опавшее хозяйство в брюки, достал из холодильника воду и вышел, оставляя раздавленную девочку одну.

От того чтобы полоснуть себя по запястьям ножом, Лопухину удержала заглянувшая за водой, референт Галина. Она только что уверенно отработала французского гражданина, полностью выдоив его себе в рот и естественно, жуть как хотела пить.

Моментально сориентировавшись в ситуации, Галина очень ловко обезоружила отчаявшуюся девочку, прижимая её трясущееся тело к своей груди.

— Тише-тише, оно того точно не стоит.

— Он и не попытался меня защитить.

— А должен был?

— Но я же его люблю!

— Не разумное дитя, влюбилось во взрослого мужчину. Увы детка, но в обмен на своё юное тело, тебе не получить от него чувства.

— Дело во мне? Я что, какая-то не правильная, дефектная?

— Нет, ну что ты. – добродушно улыбаясь, девушка утирает Настины слёзы пальцами. – Просто так устроен Мир Мужчин.

— И что же мне делать?

— Может, присмотреться к девочкам? Нужна только одна единственная и очень близкая, которой ты смогла бы доверить своё сердечко.

Настя через силу улыбается в ответ.

— Да, я знаю, что девочки всё делают лучше, но это ведь так неправильно.

— Вижу, девочки тебя уже испортили?

— Я только попробовала. – мило моргает красными от слёз глазами.

Согревая растерянную Настю тёплыми словами и радушными объятиями, девушка референт, разумеется, не может её спрятать от беснующихся за шторой извращенцев, но помочь и подготовить к тому, что будет - вполне.

Абсолютно голый генерал, решительно одёрнул штору и распахнув дверь холодильника, с усмешкой, откручивает крышку у бутылки с водой.

— Что, лесбияните тут? Мне такое тоже нравится. – приобнимая девушек за попы, грубиян прикусывает Настю за ушко.

Кривя губы, Лопухина в ужасе смотрит генералу за спину, не сводя глаз с бесчувственного тела рыжей лисицы, перекинутого через подлокотник кресла.

Ровные, бордово-красные следы от ударов ремнём, на спине и ягодицах, взъерошенные рыжие волосы, свисающие до пола и милые розовые пяточки, без движения смотрящие вверх.

«Бо-ожечки, бедная Саша, что этот зверь с ней сотворил?!»

Словно читая Настины мысли, вволю натрахавшаяся хозяйка борделя, присела рядом с воспитанницей и без палева, проверила на шее её пульс.

Никаких реанимационных действий не последовало, значит Саша, хотя бы, жива.

Вынырнувший из уборной стюард, суетливо застёгивает на себе новую рубашку.

— Садимся, прошу всех занять свои кресла и пристегнуться.

По-барски развалившийся в кресле садист, нехотя отпустил девушек на места, шепча Лопухиной на ухо.

— Ты очень похожа на мою племяшку, прямо одно лицо и фигура. Буду называть тебя Вика, ты же не против? – нарочито медленно облизывает шею девочки.

— Не против. – выскальзывающую из загребущих рук Лопухину, буквально колотит от страха и омерзения.

«Проклятущий извращенец и с племянницей такое вытворяет?!»

***

На счастье, у трапа самолёта, хозяина встречают неотложные дела и Фёдорыч, надевая обратно свой увесистый китель, натягивает штаны с лампасами и почти до вечера, сваливает решать вопросы.

Кроме звёздного вояки, тиранить и без того на всё согласных, милых наложниц никто не хотел и две последующие анальные пенетрации прошли для Лопухиной без насилия, почти штатно и наверное, в чём-то даже приятно.

Насте по-прежнему не нравилось трахаться в задницу, но занимаясь этим в присутствии Волшебника, она жутко заводилась и в крайний раз, даже кончила, от того, что Кай видел, как девочка гарцует на члене любовника верхом.

Сидя к папаше Волшебника спиной, Лопухина отчаянно и во всю имеющуюся длину, надевалась уже растянутой, анальной дырочкой на неестественно топорщащийся, стариковский причиндал, в то время как милый её сердцу мужчина, стоял рядом, разгоняя пальцами капли пота по её подростковой груди и округлому животику.

Придерживая за бёдра, Альберт ебал девочку уверенно и кончать пока не собирался, так что Настя, вполне себе отомстила, когда, распахнув реснички своих больших, серых глаз, приняла до основания и задрожала, издавая протяжно сладостный стон.

Прикрыв в упоении глазки, раззадоренная нимфетка, ещё с минуту содрогалась в неконтролируемых конвульсиях.

Насаженная на член, она чувствовала приятно пульсирующее тепло, разливающееся от низа её живота по всему телу, до самой макушки, концентрируясь на вожделенных пальцах любимого мужчины, ласкающих полненький девичий живот и розовые соски её мокрых, маленьких грудок.

Получив своё сполна, Лопухина повалилась на бок и свернувшись блаженным калачиком, неосознанно, засунула большой пальчик себе в рот.

Охреневший от этой выходки Альберт, не слыл альтруистом и разумеется, не захотел упускать удовольствия.

Отлетевшая в Нирвану, разомлевшая нимфетка, насасывающая свой палец, не обратила никакого внимания на пристроившегося к ней боком мужчину, ещё пару минут, дравшего её податливую юную попу и уже в третий раз за день, наполнившего её прямую кишку своим семенем.

Со стороны, картина выглядела люто сексуально.

Открытый летний домик, насквозь продуваемый тёплым, утренним бризом. Обнажённое, юное тело, приятно пахнущее гелем из спелых персиков, бессознательно чилит на смятой, мокрой от пота и любовных, девичьих соков постели. После изнурительной анальной пенетрации, её обильные, пряные следы стекают по откляченным в сторону булочкам, на белый хлопок простыни.

Умиляясь на это зрелище, Кай ловил сильнейшую эрекцию, насилу справляясь с желанием «сорвать этот цветок» прямо сейчас, но нарушение уже заключённого соглашения, стоило бы ему слишком дорого.

Подобрав слюни, и сделав пару пикантных снимков на память, Кай подал вышедшему из душа отцу полотенце.

— Уходишь? – вытирая голову, папа усмехается, вскидывая брови. – Даже не снимешь сливки?

— Дорого пап, я уже получил предоплату за её девственность.

Альберт, поощрительно, показывает большим пальцем вверх.

— Девочка вырастет в идеальную шлюху, с податливой как мёд дыркой. Ей, кстати, больше не больно. – лукаво улыбается, подначивая сына.

— Ну, видимо, я не такой гурман и вагина привлекает меня сильнее анального отверстия.

— Дурак ты сынок, жопа у Настюхи что надо. Пользуйся, пока глупышка с тобой на всё согласна.

Направляясь к выходу, Кай лишь смеётся в ответ.

— И кто же покупатель?

— Не поверишь. – Кай вышел, так и не сообщив отцу имя.

***

Впрочем, долго нежиться в постели, Лопухиной этим утром была не судьба. Только что искупавшаяся в море красотка референт, не в силах пройти мимо удобно откляченной попки, прилегла рядом, прижимаясь своим обнажённым, мокрым телом к спине спящей нимфетки, Галина обняла её грудки руками, принимаясь нежно целовать в плечо и шею.

Нехотя просыпаясь, Настя сладко потягивалась, ещё сильнее подставляя свою шейку приятным ласкам, опытной и красивой партнёрши.

Запуская пальцы девочке между ног, Галина обнаружила что после недавнего секса там очень горячо и мокро. Умелая стимуляция её, всё ещё девственного бутона, нежные покусывания покрывшейся мурашками шеи и мочки уха, провоцируют совершенно искренний, томный стон.

Лопухина, принимала эти ласки с удовольствием, доверяясь партнёрше без опаски, она ловила себя на мысли, что близость с очередной девушкой доставляет ей куда больше радости.

Настя, естественно, была готова ответить взаимностью. Развернувшись к партнёрше лицом, она медлила лишь пару секунд, а после, прикрыв глазки, сама поцеловала Галину в губы и отчаянно смело, обняла пальчиками её клитор.

Слов девушкам более не потребовалось.

Сладкие, продолжительные поцелуи, напряжённое сопение и смелые, вездесущие пальцы, ломая гендерную идентичность, всякое смущение и стыд, вскоре заставили обеих стонать в голос.

Милашки боролись, катаясь по постели, тёрлись кисками, щедро помечая свои разгорячённые тела любовным нектаром. Напряжённо сопели, аппетитно чавкали, поочерёдно срываясь на стоны, нежно трахали друг друга пальчикам и языком.

Жадное поедание губами трепещущей, нежно розовой плоти, продолжалось минут сорок, а после, довольные и вволю натрахавшиеся, они побежали в море, голышом.

Прогуливаясь по огороженному глухим забором, охраняемому участку прибрежной зоны Кай, успокаивал Жан-Пьера, опрометчиво поинтересовавшегося Настиным возрастом.

— Да не волнуйся, это знак уважения и дорогой подарок. Ты ведь понимаешь, какой важный человек тебе его делает. Да и девочка, совсем не будет против вашей близости. – фривольно, почти по-приятельски, хлопает француза по плечу. – Да где ты ещё сможешь, попробовать такое?

— Не знаю, может в Африке или в Паттайе?

Кай смеётся, открывая для гостя новую банку пива.

— Думаю навряд ли там отыщется такая роскошная, южнославянская девственница.

Жан-Пьер, мечтательно улыбаясь, смотрит на беззаботно резвящихся голышом подружек.

— Во Франции, за такое, меня бы попёрли со службы.

— Обе эти девочки прилагаются к контракту, а рыжую, так и вообще, можешь увезти с собой в Марсель и посадить на поводок.

— Ох, Кай, … вот так и выглядит ваша коррупция?

— Нет, ну что ты. – широко улыбаясь, стукается своей банкой о банку француза. - Так выглядит наше радушие, забота о друзьях и деловых партнёрах.