Интересно, как люди могут измениться, даже сами не подозревая этого?

«Наверное, такая постановка вопроса немного неправильная, правильнее — наверное».

Как люди могут измениться под влиянием другого человека?

«Тоже не так».

Как люди могут измениться под влиянием другого человека, сами не подозревая этого?

«И снова вопрос не раскроет всю суть. Скорее всего, нужно смотреть с другой стороны и спросить».

Как человек может своими действиями изменить другого, ничего не подозревающего человека?

«Опять не очень. Тогда попробую вот так: я расскажу историю, а вы сами в конце попробуете сформулировать вопрос.»

Все началось с момента, когда я решила зарегистрировать супруга на сайте знакомств.

«Если начать отсюда, то не очень понятно, с чего вдруг? Вот начну отсюда».

Я, проводив директора за дверь, зашла на кухню и увидела, как супруг ест мой йогурт.

«Такое ощущение, что я мстительная, но нет, наверное, нужно начать еще немного раньше».

К моменту совещания я работала логистом в нашей компании уже пару лет. Торгующая организация, имеет несколько направлений и несколько подразделений. У каждого подразделения, сеть филиалов со своими отделениями, в которых есть складские запасы. И, соответственно, все это сообщалось непрерывным потоком товаров, приезжающих с завода и как-то распределяющихся по разным городам.

С самого начала все отделения имели независимый статус и могли напрямую делать заказы с завода себе на склад, что в конце концов привело к огромной неразберихе, и было принято решение произвести полную реструктуризацию логистики. По этому поводу нас и собрали в престижном конференц-холле.

В принципе, мне даже ехать в другой город не пришлось: Конференц-холл в соседнем районе города, и я добралась до него на маршрутке, о чем не сказала супругу.

«Вот забыла рассказать о наших отношениях».

С супругом мы познакомились в институте. Сейчас уже это кажется странным, но он был далеко не единственным и уж точно не первым в списке моих ухажеров.

Я никогда особо не любила секс, а уж тем более его ответвления. Но еще в подростковом возрасте поняла, что он является главным аргументом, помогающим добиваться своих целей.

В школе умелые руки помогли мне при сдаче ЕГЭ, а позже, когда уехала учиться, полученные в школе навыки помогали мне спокойно существовать на довольно скудные карманные деньги, выделяемые небогатыми родителями, в основном за счет парней.

«Нет, я не брала с них деньги за секс, я просто с ними встречалась.»

Смотрела по сторонам, высматривала неприглядного внешне паренька, так сказать «лошарика», собирала о нем информацию, и если он соответствовал моим финансовым требованиям, сближалась с ним, ну а дальше по инструкции: повстречались — потрахались — съехались.

Единственное, что мне всегда мешало — это оргазм, вернее, его отсутствие.

Как я говорила ранее, мне и миссионерская поза не особо приятна, а когда мой парень начинал экспериментировать, просить орал или анал, практически сразу отношения заканчивались. Может быть, меня когда-нибудь прекратит выворачивать от минета, но чтоб я дала себя трахнуть в попку — по-моему, это извращение.

«Им что, одной дырки мало?»

Так что, доходя до экспериментальной стадии в отношениях, мне приходилось искать нового «лошарика», заранее начав окучивать кандидата.

С Олежиком же все получилось еще проще. Мы были знакомы, но я и не думала с ним крутить роман. Просто на лето мой парень уехал подрабатывать на море и отказался платить за квартиру на этот срок, сразу получив статус «бывший».

Лето, в институте народу нет, многие студенты разъехались кто куда, и я просто попросилась на пару дней к пареньку — другу какого-то друга чьей-то подруги.

Я: — Да уж.

Я и догадаться тогда не могла, во что это выльется впоследствии, ну и уж точно о последствиях не думал Олежик.

Он работал сисадмином в каком-то магазине и вообще не напрягал меня ничем. Ему не нужно было готовить, убирать, не нужны были усыпляющие и пробуждающие минетики. Он просто днем работал, а вечером приходил домой и либо смотрел сериал, либо играл, что-то перекусив, заказанное в доставке или купив по дороге.

Да, наверное, тогда я поняла, что он идеальный кандидат на роль моего супруга, по крайней мере до тех пор, пока его не начнут терзать мысли о его мужском достоинстве.

Что касается сексуальной жизни, тут он тоже был нетребовательный. Я уж не знаю, как он справлялся, скорее всего, мастурбировал, потому что если у него и были отношения на стороне, то только на работе. Я же занималась с ним сексом исключительно тогда, когда он мне был необходим. Это примерно 2–3 раза в месяц.

Я, можно сказать, не сильно возбуждалась при виде его фигуры и поэтому особо не пылала страстью.

Вид у него, типичного айтишника, постоянно заросший — и голова, и лицо. Ну и так как с института он кроме мышки в руках ничего не держал, то и фигура стала сильно походить, как у них есть термин... перевернутое V, если по-нашему, то не атлетичную. Девичьей ее тоже не назовешь, скорее женская, познавшая жизнь — это когда, начиная с плеч, идет сплошное расширение, может, юла или матрешка.

Вообще, жизнь с ним меня вполне устраивала: он очень удобный партнер, и постепенно я настолько привыкла к простой обыденности, что не заметила, как прожила с человеком, не интересовавшим меня ни на секунду, несколько лет.

Иногда мы ездили к родителям... Тут надо уточнить: мы оба «понаехали», причем из разных регионов, так что приходилось навещать своих предков. Правда, из-за загруженности на работе мы ездили на родину только на длинные выходные, ну и, так как надо посетить обе стороны, мы и посещали их по отдельности.

Обе стороны настаивали на переходе в следующую стадию отношений: брак, дети. Но детей заводить в съемной квартире не хотелось, а вступить в брак все-таки пришлось. Нет, мы оба были не против детей, но какие дети сейчас? Мы еще так молоды.

Итак, мы добрались до того самого дня, который как на зло совпал с тем периодом месяца, когда очень хочется близости.

По случаю сбора в таком престижном месте пришлось приодеться: строгий юбочный костюм, строгий макияж. Удивительно, но этот образ, образ строгой бизнес-вумен, меня буквально преобразил.

На меня директор нашего отделения так не смотрел даже на корпоративах, а тут просто пожирал глазами. Стоит отметить, что и я имела на него виды: он выгодно отличался от всех мужчин отделения. Но на корпоративах этот бабник чаще всего уделял внимание вертихвостке из отдела кадров. И только теперь, когда я осталась одна, он начал стрелять в мою сторону глазами.

Скорее всего, меня и уговаривать бы не пришлось. Среди множества мужчин-управленцев, опрятных, хорошо пахнущих и держащих себя в форме, я уже к обеду «потекла» и готова была отдаться любому.

Конечно, мой начальник был не самый мужественный среди всех, а скорее наоборот, но я точно знаю: «Лучше синица в руках», тем более мне с ним еще работать, и, может, я со временем смогу заполучить кое-какие бонусы.

Ожидая афтерпати, чтобы случайно оказаться рядом со своей жертвой, я сидела в сторонке, пытаясь делать вид, что понимаю язык эффективных менеджеров, которые пытались донести до нас важную информацию на своем непонятном языке.

«Интересно, они дома так же разговаривают?»

В конце концов я устала притворяться и начала рассматривать интерьер зала, с огромными потолками и стеклянными стенами.

К.Д.: — Вы как-то не очень внимательно слушаете, вроде важные вещи рассказывают?

Меня аж передернуло от неожиданности. Кинув взгляд на собеседника, я с иронией ответила:

Я: — Ну, если бы они говорили на человеческом языке, а так мне переводчик нужен.

К.Д.: — Что, действительно ничего не понятно?

Я: — Ну процентов 70 точно.

Видя улыбающееся и не угрожающее лицо, я не стала строить из себя знатока этого диалекта.

К.Д.: — Ну, наверно, я мог бы помочь вам с переводом.

Не видя подвоха и стараясь просто быть любезной, я не сильно брыкалась.

Я: — Это было бы очень любезно с вашей стороны.

К.Д.: — Вот только вы большую часть пропустили, вам же наверно надо с начала рассказывать?

«Интересненько, он меня клеит, что ли?»

Я: — А у вас память хорошая?

К.Д.: — Ну, и да, и нет.

Я: — В каком смысле?

К.Д.: — У меня текстовая версия есть.

Я все еще любезно общалась с милым привлекательным мужчиной.

Я: — Ее что, купить где-то можно? Откуда она у вас?

К.Д.: — Ну, это просто: Почти весь текст я сам написал.

В этот момент у меня в голове начались вычисления; я молча смотрела на мужчину и пыталась понять, кто он. Но, видимо, пауза затянулась, и он взял инициативу в свои руки.

К.Д.: — Ну так что? Я вам могу где-нибудь в укромном уголке все подробно рассказать?

Очевидно, меня пытались склеить, вопрос был только в том, кто это делал. И, находясь на распутье, я задала прямой вопрос.

Я: — В номер меня к себе зовете?

От такой прямоты мужчина слегка опешил, но лишь слегка.

К.Д.: — Да.

По моей спине побежали мурашки. Одно дело — думать или представлять измену, и совсем другое — вот меня прямо сейчас снимают, и после ответа надо будет идти за мужчиной в номер.

То, что я уже была согласна, думаю, и так понятно. Я бы в любом случае пошла охотиться на своего директора. Но ни одна девушка, даже изнемогающая от желания трахаться, никогда не ответит на прямое предложение простым согласием.

Я: — Вы знаете, вы меня ставите в неловкое положение. На меня явно имеет виды директор отделения, и я ради взаимовыгодных уступок согласна на интрижку с ним, хотя сама с большим удовольствием променяла бы ее на предложение столь видного господина.

К.Д.: — И что же вам мешает?

«Что мешает? Вдруг мой директор злопамятный и начнет строить мне козни?»

Я: — Очевидно, последствия. Хочется и масла съесть, и... Ну знаете, не хотелось бы по возвращении попасть под санкции.

К.Д.: — О, я вас понимаю. Но мы же не вчера родились, и поэтому я могу взамен поделиться с вами кое-какой информацией, и ваш выбор с его стороны покажется геройством.

Я: — Ну что же вы тянете, делитесь.

Коммерческий директор далее (К.Д.) по секрету рассказал, что в ближайшее время с определенной группой товара начнутся проблемы на производстве, и самые дальновидные руководители отделений должны запастись этим товаром месяца на три. И мы еще не дошли до двери номера, а определенные распоряжения уже спустились по цепочке вниз, и на нашем складе под эту группу товара начали освобождать место. На следующий день в отделении меня встречали как героя, и мой директор сам предложил, раз уж я смогла обратить на себя внимание столь высоких чинов, попробовать встречаться с ним чаще.

С этого момента моя жизнь слегка изменилась. Я стала чаще встречаться с К.Д. Он делился информацией, а мы на основе ее оптимизировали работу отделения и значительно улучшили показатели, что отразилось на доходе.

Все были довольны, кроме моего супруга: он, по-моему, даже не заметил, что я стала чаще задерживаться на работе. Что в общем было мне только на руку. Вскоре наши встречи с К.Д. стали иметь регулярный характер, и, чтобы сделать их немного проще, он предложил переехать, естественно, с супругом, в элитный ЖК по программе релокации, в непосредственной близости к нему (буквально в соседний подъезд). Ну и так как мой супруг обычно задерживался на работе, наши встречи с К.Д. проходили прямо в нашем жилище — тут-то и проявился фетиш К.Д.

«Мне вот интересно, как это работает?»

Есть очень много великих талантливых людей, их великолепие не оспаривается и всемирно признано.

Бетховен, Толстой, Пушкин, Леонардо да Винчи — все они гении, и внесли свой вклад в развитие человечества. Н

о погодите, а Майя Плисецкая, а Эминем, а Леонардо Ди Каприо?

Кто-то скажет: «Ну что же вы сравниваете Пушкина и Эминема!»

А как иначе?

Прямо сейчас, в эту самую минуту, сколько человек в мире, спрятав голову в капюшон, погружаются в его рифму?

Наверное, я немного утрирую, но а как быть с Джорданом и Месси? Они гении? — Безусловно!!!

Но двести лет назад никто и думать не мог, что люди, контролирующие мяч, смогут настолько сильно влиять на общество.

Так я это все к чему? Что такое талант или склонность?

Интересно узнать: если бы Месси не привели родители в футбольную школу, он стал бы таким популярным в чем-то другом? А мог бы кто-то другой, кого не привели, стать таким, как Месси?

Может, стоит об этом задуматься и придумать тест? В детстве задать направление и с возрастом углубляться. Сразу отметать то, к чему нет предрасположенности, и развивать то, в чем ты можешь дойти до уровня гения.

Я это все к чему? Отдавая своего ребенка, например, на борьбу, вы уверены, что у него откроются способности именно в борьбе или именно в этой борьбе? Может, он будет аутсайдером в греко-римской, но станет абсолютным лидером в дзюдо?

Зачем далеко ходить, сборную России по футболу, никто не в мире в серьез не воспринимает и совсем другое дело с футзалом и пляжным футболом. Вопрос почему? Люди то - те же!

Я: — Что-то меня понесло...

По программе релокации я со своим супругом переехала в элитный ЖК, арендную плату за квартиру, взяла на себя моя компания. Естественно, это все устроил К. Д., чтоб, как только у него зачесалась шишка, он спокойно, не покидая дом, мог ее почесать, присунув мне, прямо на моем супружеском ложе, или столе, или балконе — не важно. За время, что я была в роли любовницы, в традиционном сексе мы попробовали все, и у К. Д. наступила стадия экспериментов, к которым я отношусь крайне негативно. Поэтому интерес к моей персоне был уже на строго нисходящем уровне.

Я, даже переступив через себя, открыла для себя оральный секс, лишь бы подольше удержать внимание ковбоя на себе. А потом произошло чудо.

В один день мой супруг по чуть не стал свидетелем измены, и это буквально перевернуло мировоззрение К. Д.

С этого момента его интересовал только секс под угрозой обнаружения. Совершенно не важно, рукой или ногой, главное — это измена, которую могут раскрыть.

Олежик, наверное, самый безобидный человек, который попадался мне за всю жизнь, но быть обнаруженной им мне не приносило радости. Однако от удовлетворенности К. Д. зависело благосостояние моей семьи, и поэтому я делала, что должно.

Мы и так трахались в нашей квартире, но теперь, постепенно, начали смещать время коитуса под приход супруга с работы. И в конце концов оно пересеклось.

Теперь мы его встречаем, делая вид, что обсуждаем рабочие вопросы, потом я отправляю супруга в магазин или ПВЗ, и только после этого К. Д. с каким-то юношеским азартом начинает попытки овладеть моим телом.

Я: — Как можно было определить, что именно такое ответвление в сексе, будет вызывать животную страсть в достаточно уравновешенном человеке?

Все было как обычно: мы с К.Д. зашли в квартиру и расположились на кухне, ожидая возвращения с работы Олежика.

Приготовив директору кофе, я достала из холодильника йогурт

Чтобы хоть немного сбить аппетит, пока не пройдут все намеченные мероприятия. Но супруг, выйдя на остановке в 200 метрах от дома, попал под ливень и поэтому появился на пороге насквозь промокший, дрожащий от холода.

Затолкав его в ванную, под надзором директора, я помогла горемыке избавиться от одежды и, включив горячую воду, усадила бедняжку отогреваться. На обратной дороге меня и перехватил обезумевший К.Д.

Дверь открыта, внутри в ванной сидит мой замерзший супруг, а буквально в паре шагов от него, мной пытается овладеть настырный мужчина.

Естественно, я отбивалась как могла, но это только усиливало его влечение, и вырвавшись из цепких рук, я бросилась на кухню, тут я естественно была отловлена и грубо поставлена на колени.

Схватив мою голову, он неистово сношал меня в рот, а когда услышал оклик Олежи из ванной, буквально задрожал в судороге и обильно кончил.

Совсем неожиданным было услышать приближающиеся к кухне босые ноги. Поперхнувшись нектаром любовника, который первый раз очутился у меня во рту, я вскочила на ноги, оглянулась. Понимая, что до раковины донести все это богатство не успею, сплюнула содержимое рта в стоящий на столе открытый йогурт.

Олежик, взъерошенный, как промокший воробушек, закутанный в мой махровый халат, зашел на кухню и попросил приготовить ему горячего чаю.

Я, незаметно стирая с губ следы измены, усадила его за стол, отвлекая от К.Д. застегивающего ширинку, затем включила чайник и направилась выдворить за дверь любовника.

Его глаза горели, он был на седьмом небе от счастья, шепча мне на ухо, что до этого момента не испытывал ничего подобного и просто жаждет повторить это вновь. Естественно, пообещав подумать над исполнением желаний, я избавилась от него и вернулась на кухню, обнаружив своего супруга за поглощением йогурта.

Моя диафрагма сжалась, в глазах появилась какая-то рябь, а ладошки вспотели.

Все еще пытаясь дышать ровно и размеренно, я подошла к супругу и, присев на край стола, стала внимательно наблюдать за трапезой.

Ничего подобного я раньше не ощущала. Мое влагалище как будто пыталось провернуться вокруг своей оси, ноги стали ватными, руки покрылись гусиной кожей, и я почувствовала, как по внутренней части бедра что-то потекло.

Двумя руками схватив лицо супруга, я впилась в его губы, вызвав у него неоднозначную реакцию. Его глаза округлились, брови поднялись, лицо вытянулось, пытаясь задать немой вопрос: «Что происходит?» Еще бы, я даже не знаю, мы вообще раньше целовались? А тут я буквально обсасываю его уста, не в силах сдержать желание целоваться.

В каком бреду я должна была понять, что именно такая ситуация пробудит во мне животную страсть?

«Мой супруг — спермоед! Спермоед!!! СПЕРМОЕД!!!»

Ноги начали подкашиваться, и я, ведомая новой безумной идеей, кинулась под стол.

Шокированный происходящим Олежек просто не успевал за всеми сюрпризами судьбы и поэтому реагировал на все немного с запозданием.

Вот я уже распахнула его халат и всосалась в восставшую плоть. Вот заглатываю ее целиком, упираясь носом в пах.

«Интересно, ему раньше кто-нибудь так делал? Ну, если не делала я, то, наверно, это у него в первый раз. Сейчас главное — не перевозбудиться и не проебать вспышку. Мне нужна его сперма, вся, до последней капли...»

Под таким напором парень не смог продержаться и минуты, извергая оргазм, сжавшись в комочек и пытаясь заглушить крик удовольствия, кусая рукав.

А я собирала.

Раньше даже мысль об этом вызывала рвотный рефлекс. А конкретно в этот миг - сперма во рту так желанна.

Наполнив ротик начинкой и убедившись, что краник пуст, высосав все из него до последней капли, я залезла на стол, раскинула ноги и увлекла голову супруга вниз, пытаясь таким образом показать, что пора ему удовлетворить меня по-французски.

Думаю, увидев мои перевернутые глаза, он не мог поступить иначе, да и я не особо давала возможность пререкаться: схватила за волосы и, закинув ноги на плечи, вдавила его лицо в дно корабля.

А пока он, с головой окунувшись под подол юбки, старательно пытался услужить своей госпоже, я обновила йогурт, аккуратно сплюнув в него нектар супруга.

«Неужели он и это съест? Он это съест! СЪЕСТ!!!»

Предвкушая, как он будет чайной ложечкой набирать из упаковки и с удовольствием кушать это лакомство, я начала кончать. Минут пять не могла открыть глаза — такого мощного оргазма у меня не было никогда. Да что там такого? Олежик, в принципе, никогда не мог меня удовлетворить и частенько, чтоб не вызывать у него лишних вопросов, я дорабатывала ручкой.

А тут... Открыв глаза, я увидела его гордый взгляд. Он это сделал, он понял, как меня довести до оргазма, и по глазам было видно, что он очень доволен собой. Для закрепления результата я хотела поцеловать его, но услышала.

Олежик: — Ну ты чего, пойди почисть зубки.

Я: — Конечно, дорогой.

Погладив супруга по голове, я слезла со стола и, немного придя в себя, направилась в ванну, кинув перед уходом:

Я: — На мой йогурт позарился, теперь доедай.

И, выйдя в коридор, замерла у двери, пытаясь вслушаться в пространство.

Ложечка шкребанула по пластику, и через секунду звук довольного причмокивания ударил мне в уши. Я еле смогла добежать до ванны.

Рука нырнула под юбку, и я повалилась на пол, не в силах бороться с тремором, накрывшим все тело, и нехваткой кислорода.

Практически без пауз, я такое вообще считала исключительно постановкой порнофильмов. Если бы Олежик захотел в туалет, он бы сильно удивился, обнаружив меня в неестественном доселе состоянии.

Немного отдышавшись, я кое-как, не вставая, стянула с себя одежду и только потом перебралась в теплую воду.

«Это что за пиздец такой только что был?»

Я просто лежала в воде и смотрела в потолок, пытаясь обуздать взбудораженное тело и мозг.

«Просто не может быть, что я кончаю от этого, есть что-то другое, я просто не вижу... Надо проверить. А как? Ну как? Нужна сперма. Капец, К.Д. мне в рот начнет совать, только в опасной ситуации, и там может быть не до сбора. И что теперь, придется Олежика доить и потом кормить его, его же семенем?»

Как только внутренний голос задал вопрос, я тут же почувствовала вращение влагалища. Бедра прижались друг к другу, а низ живота как вакуумом потянуло внутрь.

«ЕБАТЬ!!! Действительно придется...»

И снова импульс вдоль оси.

«Охуеть. Я в детстве слышала выражение «пизда рулем», но никогда не могла себе представить, что это такое. НАТЕ!»

Остаток вечера я провела с человеком, вдруг превратившимся из убогого айтишника в великого удовлетворителя. И, наверно, можно было бы воспользоваться моментом и пополнить запасы нектара, однако, скорее всего, придется запустить его себе между ног, а там все работает благодаря системе, в которой он ну совсем не специалист, даже можно сказать больше, оно там работает без него, и он только мешает.

Так моя личность получила новую мотивацию, пробуждающую меня утром и дающую силы на движение вперед. Я с удовольствием встречала легкое, даже самое незначительное возбуждение любого из моих мужчин и с остервенением просила кончить мне в рот, отчего у них появилось впечатление, что именно это доставляет мне удовольствие.

«Ну и ладно, пусть думают, что хотят.»

Небольшой пластиковый пузырек из-под перекиси водорода 40 мл теперь всегда был при мне.

«Очень удобно. Сжала его в руке, прислонила к губам, и семя само устремляется внутрь.»

Ну а дома я свое сокровище переливала в более увесистую непрозрачную емкость, хранящуюся в холодильнике. Так что грамм 200–250 живительной жижи я имела всегда.

«Пчелка Майя — хренова.»

Ох, как изменилась моя жизнь. Ведь мне надо было скармливать нектар Олежику, а для этого просто капнуть его в йогурт казалось недостаточным.

Оказывается, мой супруг не очень-то и любит кисломолочную продукцию и лишь иногда на него снисходит желание. С тех пор я начала готовить своему супругу утренний кофе, причем делала это с удовольствием.

«Капучино, латте, моккачино — все, что пожелаешь, милый, лишь бы в этот напиток было замешано молоко, так тщательно собранное моими губами».

Но только напитков оказалось недостаточно, и я начала интересоваться готовкой. Почти каждый день я готовила своему супругу блюдо, десерт или что-то из основного меню с секретным ингредиентом. Готовила и потом внимательно наблюдала. Садилась напротив и, борясь с волнами, накатывающими друг за другом, следила за мельчайшими сигналами на его лице, накапливая возбуждение, как гидроаккумулятор, и уже потом, когда он насладится трапезой, звала его в спальню.

Правда, если во время трапезы он начинал хвалить мое блюдо, до спальни я свое возбуждение донести уже не могла, сдвигала еду в сторону, занимала ее место и заставляла Олежика работать языком.

Как партнера классического секса я его рассматривать перестала, и его пепперончик в мою пещерку перестал погружаться даже в овуляцию.

«Да ему и не надо было. В такое количество минетов вставить еще и классический секс — он бы, наверно, и под виагрой не смог».

Немного легче со сбором урожая стало, когда у меня появился третий любовник. Ну как третий. Все тот же директор моего отделения, с которым мы после первого контакта с К.Д. начали общаться на равных и частенько устраивали совещания в его кабинете, обсуждая новости, полученные мной в разведке. В конце концов доигрался.

У него была нормальная семья: жена-домоседка, ребенок, вот только он сам по вине холерического темперамента не мог оценить столь ценный дар по достоинству и поэтому постоянно искал на жопу приключения. Помимо того, что он, занимаясь или триатлоном, или HYROX, или всем сразу, постоянно пропадал на тренировках и соревнованиях, в короткие паузы между этими занятиями он активно занимался прелюбодеяниями. Ну а что? Смазливый парень, под 30, с деньгами и достаточно стройным телом. Спрос на него был; если вы помните, я и сама имела на него виды, вот только на меня клюнула рыбка покрупнее, и он на какое-то время ушел в резерв.

Так вот, в конце концов он доигрался, и супруга, уличив его в очередной измене, подала на развод. Так уж получилось, что единственным адекватным слушателем его горьких рассказов оказалась я.

Немного алкоголя, немного сочувствия — и мы оказались в постели. В принципе, каждый получил свое. Наши отношения на работе не сильно изменились. Просто когда ему нужно было снять возбуждение, он приглашал меня на совещание, ну а я брала с собой свой пузырек.

Вроде бы все хорошо, все при своем, все довольны, но нет. Мой супруг, почувствовав в себе ментальную силу, начал все чаще отстаивать свое мнение.

Вот только не подумайте, что делал это он дома, со мной. Мы проводили вместе слишком мало времени, и оно все было распланировано почти до секунды: кормление, доение, сон. Так что свой характер Олежик начал показывать на работе, что стало сюрпризом для его коллег; начались споры, и с работы мой супруг начал приходить не по графику и достаточно часто в нетрезвом виде.

Это сразу же сказалось на сексуальном интересе К.Д. Теперь удобный момент, подстегивающий его либидо, поймать было сложно. И мы с ним решили вмешаться. Я понятия не имела, чем занимается мой супруг и какие у него навыки, поэтому К.Д. предложил встретиться в неформальной обстановке и подсадить к нему айтишника из нашей компании, так сказать, для разведки.

Встретились в выходные на базе, и пока возбужденный К.Д. удовлетворял свои потребности на заднем сиденье своего авто, стоящего в 5 метрах от беседки, в которой происходил диалог, главный айтишник нашей компании твердо решил, что Олежик необходим ему немедленно, уже завтра.

«Фиг знает, что там они такого обсудили, но в течение недели адвокат нашей компании сам лично вел переговоры со старой компанией моего супруга, он в ней больше не появлялся».

Ему завезли оборудование домой, и так как квартира двухкомнатная, хоть и достаточно большая, то кабинет ему устроили в гостиной. Спальню я ему отдавать под кабинет отказалась наотрез.

Стало немножечко хуже. Либидо К.Д. брызгало через край, мой супруг всегда дома, но вот только он не просто дома, а в его центре, и любые действия почти в любой точке жилища просматривались, стоило только оторвать взгляд от монитора.

К.Д. нервничал: побродив по квартире и поняв, что при таком раскладе интрижка выглядит бесперспективной, он вернулся на кухню.

К.Д.: — Он что, теперь совсем никуда не выходит?

Я: — А зачем?

К.Д.: — Я не знаю, хобби у него есть?

Я: — Да, есть.

К.Д.: — Какое?

Я: — А попробуй догадаться.

К.Д.: — Офигеть, он вообще не отходит от компа, как ты с ним живешь?

Я: — Не поверишь, офигенно.

К.Д.: — Капец, ну придумай что-нибудь, я тебя умоляю.

Я видела, как с каждым днем К.Д. становился все мрачнее и мрачнее. Я понимала, что если срочно ничего не предпринять, он найдет способ реализовать свой фетиш без меня.

«Надо чем-то увлечь моего супруга, но так, чтоб этим подкрепить влечение любовника — ну что за капец?»

Глядя на Олежика, единственное, что приходило на ум, — заставить его заняться телом. Но как человеку предложить заняться спортом, не обидев его?

«При любом раскладе это выглядит как претензия, если только...»

На первом уровне нашего ЖК, в зоне коммерческой недвижимости, было небольшое помещение, изначально отделанное под спорт, ну или что-то подобное.

В основном там проводились групповые занятия: танцы, йога, и три раза в неделю была программа силовой степ-аэробики. Естественно, Олежик сам никогда в жизни не подпишется на это мероприятие, и тогда я прибегла к хитрости.

Вечером сказала, что думаю заняться спортом, при нем посмотрела расписание и, пожаловавшись, будто боюсь идти в незнакомое место одна, попросила супруга составить мне компанию.

Сходили на пробную тренировку, купили абонемент. И уже на первое полноценное занятие я опоздала на 10 минут, так как прямо на парковке, меня начал склонять к сексу возбудившийся К.Д.

Оказывается, его возбуждает не только возможность обнаружения, но и факт, что я опаздываю на мероприятие, на котором меня ждет супруг.

«Хотя, может быть, это одно и то же».

Так и начался новый виток приключений. Три раза в неделю — занятия, и я физически не смогла появиться вовремя ни на одном из них.

Через пару недель чисто женский изначально коллектив разбавился еще парочкой парней, которые раньше стеснялись заняться чем-то подобным, но мой Олежик своим появлением дал им возможность привести тело в порядок. В итоге, Олежик стал постоянным участником тренировки, а я постепенно выбыла из группы безвозвратно.

Время шло, я придумывала все новые и новые блюда для своего ненаглядного. В ходе экспериментов поняла, что блюда с термической обработкой меня не трогают совсем, а вот та стряпня, в которой требовалось добавлять молочную продукцию — не важно, капнуть молока в кофе или сметанки в борщ, — заводила меня буквально с первого глотка.

«Не знаю, зачем я начала желать большего?»

В какой-то момент я поняла, что хочу накормить мужа чистым, неразбавленным нектаром. И эта мысль, эта безумная идея буквально выедала мой мозг.

«Вот если, пока Олежик будет на тренировке, К.Д. трахнет меня и кончит внутрь, а потом придет супруг и я уговорю его на куни... Оооо, блин — это безумие... Я прям конченная, как же я себя ненавижу и как же я хочу это осуществить...»

Но в идее было несколько темных пятен.

Во-первых, каким образом и сколько по времени я смогу носить в себе нектар К.Д.?

Во-вторых, как сделать так, чтоб Олежик не заметил явно нетипичные для женщины выделения?

Вы не поверите, но все произошло само собой. Во время тренировки, пока Олежик прыгал на степах, а я на члене К.Д., случилась авария на линии, и во всем ЖК отрубило свет. События начали развиваться стремительно и хаотично.

Наш коитус был в самом разгаре и мы как-то упустили момент исчезновения света. Вдруг на телефоне раздался входящий от супруга, который, недовольный и запыханный, заканчивал свой нелегкий подъем по лестнице.

Это буквально разорвало К.Д., и он как никогда яростно начал кончать в меня. Мне пришлось завершить вызов, чтоб Олежик, не услышал брачные крики канадского лося в исполнении К.Д.

Я слышала, как открывается входная дверь, и чувствовала струи, бьющие внутрь одновременно. Паника, мороз по коже, страх.

Заткнула рот любовника подушкой и начала пытаться слезть с него, но он был в легкой прострации.

«Я не очень понимаю, почему испытывала страх: Олежик далеко не боевик, да и мне было в принципе насрать, обнаружит он измену или нет, я за него не держалась. Но страх буквально поглотил мою душу».

Кое-как спихнув любовника под кровать, я лежу в постели, а он появляется на пороге спальни освещая себе путь фонариком от телефона. А когда он задал вопрос «Что происходит?» единственное, что пришло мне в голову, схватить его и потянуть к себе, пытаясь как змея обвить шею ногами и спрятать его лицо у себя в недрах, давая возможность любовнику скрыться в темноте.

Как-то сама образовалась поза 69, и я почувствовала, как нектар начал струиться из меня.

Как будто током, по моей спине пошли импульсы, прогибая тело.

Из уст вырвался какой-то скрип, и Олежик, думая, что это реакция на его действие, начал еще активнее работать языком, загоняя меня в агонию наслаждения.

Кое-как придя в себя, я почувствовала трепетные ласки моего супруга. Он нежно поглаживал и целовал мое тело, а, почувствовав, что я пришла в себя, приподнялся и поцеловал в губы.

За несколько месяцев активной дойки своих осеменителей, я точно научилась определять вкус. И сейчас на губах моего супруга был нектар К.Д., который он буквально вылизал из меня.

«Я больше не могу кончать!»

Отстранив от себя лицо паренька, я, как благодарная супруга, спустилась вниз, чтобы удовлетворить свою половинку и пополнить запасы. Как раз в этот момент включили свет, и я увидела жуткие заросли на ногах и в паху.

«Почему мне вдруг сейчас стало от них противно? Я их видела и раньше, и они меня так не впечатляли».

Я: — Олежик, а давай я тебе тут вычищу все?

Олежик: — Что, прям сейчас?

Я: — Тут повсюду волосы — не очень приятно.

Олежек: — Вот ты тоже, я так тебя без всяких условий облизал, а ты начинаешь, как всегда.

Я: — Ну, милый, у меня-то там все гладенько, какие еще условия могут быть?

Кое-как я смогла убедить Олежика на обнуление растительности в зоне бикини, и уже в ванной, нанеся пенку и аккуратно удаляя волосы с гениталий, я увидела это.

Такой нежный, такой девственный, такой манящий. Я уже догадывалась, что являюсь какой-то особенной извращенкой, но то, что мне непременно захочется лизнуть это сладкое колечко и проникнуть в него пальчиком, даже для меня стало откровением.

«Ну сколько можно? Если я его лизну, он однозначно скажет: «Баба с ума сошла». Вот же сука!

Я: — Милый, а хочешь, я научу тебя делать куни?

Олежик: — В каком смысле? Я тебе отлизываю каждый день, и ты только сейчас говоришь, что я не умею?

Я: — Ну нет, что ты.

«Блядь, нахера я это начала? Теперь отмазываться...»

Я: — Просто ты машешь там языком без разбору, а у меня, как у всех, есть места, где чувствительность выше.

Олежик: — Ну а чего раньше молчала?

Тон у супруга был не укоризненный, а скорее сконфуженный, что ли: ведь реально, я практически не давала ему возможности удовлетворить меня членом, и он, не пререкаясь, старательно работал языком, и тут на тебе...

Я: — Да не могу я говорить, когда ты там.

«Правда, это зависит не от тебя, вернее от тебя, но не напрямую.»

Олежик: — Ну хорошо, и как ты будешь меня учить?

«Сразу предложить полизать ему? А он не испугается? Только не хватало его сейчас спугнуть.»

Я: — Еще не знаю, может, вульвочку купить?

Олежек: — Что? Вульвочку?

«Действительно, какую еще вульвочку? Вдруг ему не хватает проникновения, начнет свой пепперончик в нее совать.»

Я: — Да это я так, просто накидываю варианты. Ладно, потом вернемся к этому разговору.

Нежно разглаживая крем после бритья по яичкам и между булочками, я еле сдерживала себя от проникновения в этот узелок.

Не знаю, кто-нибудь в детстве охотился на муравьедов? Слегка палочкой шурудишь по склону, и, когда насекомое выползает из центра кратера, погружаешься внутрь и извлекаешь его оттуда.

«Почему я вспомнила муравьеда? Не хочу я ничего доставать из этого кратера.»

Олежик: — Я понял, зачем ты завела этот разговор.

«Понял? Ты догадался, что я хочу лизнуть и проникнуть в дырочку?»

Я: — И что же ты понял?

Олежек: — Что ты мне зубы заговариваешь, хочешь меня голодным оставить.

«Вот еще! Сегодня К.Д. пропустил дойку, так что пополнение запасов лежит полностью на тебе.»

Я: — Все-то ты понимаешь. Ладно, сейчас все сделаю, идем в постель.

Ночник над тумбочкой, сбоку от кровати, давал слабое освещение, которого хватало лишь для ориентации в пространстве ночью, но и его хватало, чтоб видеть волосы на бедрах и животе супруга. Расположившись почти перпендикулярно к Олежику, я лежала подмышкой на его бедре, этой же рукой помогая рту, а свободной гладила живот. Поэтому обе части тела были хорошо видны и зрительно, и тактильно.

«Были бы заросли как заросли, а то так — три волосины. Как интересно от них избавиться?»

Задумавшись, я начала крутить волосики в районе пупка и постукивать пепперончиком себе по губам.

Олежек: — Ты меня испытываешь, что ли?

«Тьфу ты, подумать не дает.»

...

С этого момента большую часть времени я посвящала поиску способа избавления от растительности супруга.

Любой механический покос волос с тела отметался им мгновенно, он и лицо брил с большими уговорами, а про тело говорить было бессмысленно. Покопавшись в интернетах, я нашла рабочий метод, правда, с побочками.

Метод простой: женские гормоны. Включить их в рацион супруга не составит особого труда.

«Уж если я его спермой кормлю, то таблеточку и подавно подсуну. Вопрос: какой дозы будет достаточно для избавления от волос и так, чтоб остальное не сильно изменилось?»

Но ни на форумах, ни в целом такой информации просто нет. Обратиться к специалистам я не могла, потому что даже сама постановка вопроса специалисту: «А как сделать так, чтоб у супруга волосы выпали, но девочкой он не стал?» вызовет вопрос специалиста уже ко мне. И я решила попробовать и, если что-то пойдет не так, просто остановиться.

«Да, остановиться...»

Прикупив препараты через Поднебесную, я начала подмешивать их в еду, в дозах меньших рецептурных, но, не увидев никаких результатов в течение месяца, быстро довела дозу до нормы.

Изменения я заметила не сразу, так как смотрела не туда.

Исчезли волосы? Конечно, нет. Поведение, скорее даже повадки. Сначала слегка изменился тон. Бурчание стало напоминать капризность.

«С капризами можно работать.»

Немного поэкспериментировав, я начала чаще разговаривать с человечком, как с маленьким ребенком, и он стал невероятно покладистый и управляемый.

«Офигеть, если бы я знала, что лекарства так подействуют, я бы раньше их начала ему давать.»

Конечно, были и другие перемены: настроение ухудшилось, влечение сильно упало. Теперь, чтоб пополнить запас нектара, приходилось идти на уговоры. Частенько было легче высосать двойную дозу из К.Д., чем уговорить Олежика сделать ему минетик.

«Капец, мое-то влечение никуда не делось. Как только Олежик клал ложечку тирамису или профитроли с белковым кремом в рот, у меня глаза переворачивались. Я как голодная потаскуха кидалась на него, а ему хоть бы хны, ему не хочется.»

В один из таких моментов, сильно разозлившись на его безучастный вид, я под воздействием своего безумия оседлала лицо и, прикрываясь оргазмом, проникла пальчиком в его лунку. В этот момент он затаился, но не высказал недовольства, и я, во избежание репрессий, всосала по максимуму головку супруга.

«Я внутри, я проникла в его попку, твою мать, это пиздец!»

Я кончила, очень бурно и теперь на меньшее я не согласна.

Дальше каждый раз я планомерно усугубляла проникновение.

Олежик, может, из-за боязни быть непонятым или по каким-то другим причинам, никак не комментировал мои действия, и это добавляло мне уверенности продолжать.

Каждый день углубляясь все больше и больше, примерно через пару недель я все-таки решилась лизнуть.

Проникая пальчиком в анус супружника, я сделала вид, что увлажнила его, пройдясь языком по краю колечка. Олежик как-то странно дернулся и кончил, и я, неуверенная, из-за чего это произошло, в следующий раз повторила эксперимент.

Уже через неделю аннилингус и петтинг его колечка стали обыденными, и я не знаю, замечал Олежик или нет, но в какие-то моменты, особенно когда я его подпою, в нем оказывались два пальчика, и это тоже не слабо так меня штормило.

Примерно в это же время я начала замечать и другие изменения: Волосы, слава богу, на теле стали значительно реже. Может, мне кажется, но слегка изменилось лицо, оно стало какое-то более округлое, что ли, но основное — это тело. Фигура матрешки стала постепенно трансформироваться в вазочку.

Рассматривая его тело, я уже точно могла выделить талию, и, слава богу, сам Олежик объяснял это постоянными тренировками и правильным питанием: «Видишь, я стал заниматься, и живот стал уходить», а то, что жопа росла и в профиль, и в анфас, он, наверно, не замечал.

Тут, наверно, мне стоило остановиться и бросить эксперименты над человеком. Но, понимая, что я воздействую на него, буквально превращаю его в девочку, свою девочку, немного капризную, но почти ручную, проявила еще один фетиш.

«Интересно, а как он будет выглядеть в женских шмотках?»

Зачастую с похмелья я начинала пилить себя за грубое вмешательство в чужую жизнь, но потом сама себе объясняла, что прям ничего такого я не делаю.

«Заимев третьего любовника, мне нужно было время на него, а выделить его в будни было крайне сложно, и поэтому мне пришлось уговорить Олежика чаще посещать родителей. Не надолго, на одну ночь, с субботы на воскресенье, но это было регулярно, и его родители никаких изменений в нем не замечали, а значит, может, никаких сильных изменений и не происходит и я все придумала».

Хотя с каждой неделей убедить себя в этом становилось все сложней и сложней.

Глядя на мой ежедневный ритуал с ухаживанием за лицом, Олежик стал интересоваться, зачем это? Как бы в шутку предложила попробовать черную маску, не полностью, только нос; уже на следующий день он сам попросил помочь ему избавиться от угрей на лице полностью, и даже бритье лица его не остановило.

Тут же, сидя в маске, указала ему на то, что за ногтями тоже нужно следить, и он сразу же взял пилочку в руки.

Я открыла ящик Пандоры. Я изменила человека, не просто там характер или стиль одежды, я сделала из мальчика девочку, и изменения неотвратимы. Да, паренек еще не носит женские трусики, но на тренировку надевает леггинсы под шорты, не красится, он даже не ходит в салон на маникюр, он просто регулярно делает его сам. Подпиливает, шлифует и покрывает лаком для укрепления. Только на работе я чувствовала себя нормальной бабой, а когда возвращалась домой и наблюдала за ним, сразу меня накрывали чувства, глаза переворачивались, и я хотела овладеть своей милой девчушкой.

«Неужели никто не замечает, как изменилась его грудь? Ну ладно грудь, в свободной футболке, может, ее и не рассмотреть, но соски — они же больше не мужские!»

После тренировки мое чудо вернулось домой, промокшая футболка прилипла к телу и облегала она не мужскую грудь, с совсем не мужскими стоячими сосками, повязка на волосах не давала волосам лезть в глаза, но они прилипли ко лбу. Раздеваясь, оно сняло шорты, и, увидев это тело со спины, я чуть не сошла с ума.

За пол года занятий и приема лекарств он сильно похудел, попка округлилась, сформировались икры. Мокрая футболка полезла через голову вверх, оголяя спинку, и, видя все это, я не смогла сдержаться.

Вот так, запутавшись в футболке головой, Олежик был повален на кровать, и я откровенно начала стягивать с жопки легинсы, чтобы трахнуть свою подружку языком. Раньше я прикрывала желание ему отлизать позой 69, но сейчас, наверно, стало очевидно, что на самом деле меня привлекает. Он брыкался, причитал, что ему нужно в душ, но все это было похоже на легкие отговорки, чисто обозначить сопротивление. Долго терпеть я не могла: моя писичка, как штурвал, раскрученный пиратом из фильмов, требовала воздействия. И, толкнув в бок стоящего до этого момента на четвереньках Олежика, я начала менять позу на 69, пытаясь оседлать лицо, только что освободившееся от футболки.

«Ебать, какие классные соски, сука, почему ты такой красивый, такой сексуальный, такой желанный? Неужели я лесбиянка? Может, это все потому, что я по девочкам?»

Пепперончик был спрятан под эластичной тканью; я первый раз обращалась с Олежиком как с девочкой, задрав его ножки вверх и уделяя внимание только пещерке.

Я: — Да вот так, милая, да, пальчик чуть глубже, да, вот сюда.

Проникая пальчиком в дырочку супруга, я делала вид, что подсказываю ему, хотя мой уровень возбуждения был критический, его действия не имели значения: если в море высыпать ложку соли, оно солонее не станет.

Я: — Два, два пальчика, всунь два, а попробуй три!!! ААААА!!!

Не знаю, успел ли он всунуть три, но как только я попыталась сделать это же с ним, меня накрыло оргазмом. И уже потом, перед сном, он меня спросил.

Олежик: — Ты меня что, милой назвала?

Я: — Не выдумывай.

Олежик: — Ну я-то слышал.

«Твою мать, да я и не помню...»

Я: — Ты себя сейчас ведешь как девчонка. Будешь себя так вести, буду называть милой.

Я отвернулась, оставив человека размышлять над словами. Да и я сама задумалась: то есть я из него сделала девчушку и еще ему за это предъявляю...

«Очень удобно. Девчушку, это ж скоро к нему мужики приставать начнут, а если... совершенно случайно, ну так получится и его трахнут? А если при мне? И потом вылизывал сперму из моей писички! Сука!!!»

Я: — Олежик, а ты сильно хочешь спать?

Олежик: — У тебя что, бешенство матки? Может, тебе к врачу...

Договорить он не успел, я уже крепко прижимала его лицо к своему дну.

Каким образом осуществить мою новую идею, я не представляла. Мне стало интересно, как на его внешний вид отреагируют не гетеросексуальные мужчины, но у меня таких знакомых нет и где они ходят, я тоже не в курсе, однако у нас есть чудо XXI века — интернет.

Немного посомневавшись, я зарегистрировала Олежика на сайте знакомств. И дальше все события шли лавинообразно, и остановить их было невозможно.

Заполняя анкету втайне от супруга, я уже испытывала трепет.

Я: — Олежик, посмотри на меня.

Олежик: — Зачем?

Я: — Я тебя сфоткаю, посмотрим вместе, какая прическа тебе больше всего пойдет.

Естественно, фото мне нужно было не для прически, но, отыгрывая эпизод до конца и меняя шаблоны женских причесок, показывая результаты заинтересовавшемуся супругу, я очень сильно возбуждалась.

Да он возмущался, что прически не мужские, но, переведя все в шутку, мы посмеялись, поэкспериментировав с покраской и завивкой.

Я: — А почему ты выбрал черные леггинсы?

Олежик: — А какие, оранжевые или леопардовые?

Я: — Тю, ну нет. Однотонные, но ярче.

Олежик: — Да хватит мне одних черных, что, каждый день новые надевать?

Я: — Ну почему каждый? Иногда менять. У меня есть синие, померяй.

Олежик: — Они же со сборкой, совсем спятила?

Я: — Да я же не говорю в них идти, тем более ты все равно в шортах. Просто померяй сейчас, посмотри, как они смотреться будут.

Мне казалось, что я могу под ложным предлогом втулить ему все что угодно. И я этим пользовалась, а пока мой супруг, согласившись на невинную примерку, натягивал на свою круглую попку леггинсы со сборкой, я сделала порядка двадцати фото, успев заснять его и с голыми ножками, и в леггинсах, а шорты я ему надеть уже не дала. К этому времени, завалив его животом на кровать я пыталась овладеть его дырочкой, стянув облегающий низ одежды.

Анкета Олежика стояла мертвым грузом, пока в ней не появились фото. Искал мой супруг мужчину, правда, параметры поиска: вес, рост, телосложение, растительность — были указаны скорее под меня.

Я не представляю, какие мужчины нравятся Олежику, да и нравятся ли вообще. А спрашивать, сами понимаете...

Сообщения летели постоянно, и большую часть авторов этих сообщений можно было смело отправлять в черный список. Тут было все: и комплименты, и обещания всего чего угодно, присылали фото членов и просили прислать свой член. Я даже начала переживать, что кто-нибудь из этих героев нечаянно где-нибудь встретит моего мальчугана. Будет неловко. А потом написал он.

Вот прям как я описала: высокий, широкоплечий, атлетичного телосложения, 35–40 лет, брюнет с бородой дактейл. Он не присылал члены и не обещал золотые горы, он просто поинтересовался, с какой целью Олежик добавил анкету на сайт. Я начала отвечать, насколько возможно нейтрально, типа: «Не до конца уверен в ориентации, ни разу не был с мужчиной и не знаю, как понять, что я не гетеросексуал». Ну и почти сразу я попала впросак.

Мужчина начал задавать наводящие вопросы про сны, чувства, ощущения. Считаю ли я привлекательными мужские гениталии. На все эти вопросы я за Олежика ответить не могла, поинтересоваться у него тоже не вариант. И тогда в голову пришло то, на что хватило ума.

Я созналась, что являюсь супругой этого человека. И у меня есть ряд вопросов к его внешнему виду. То, что я сама виновата в этом виде, я решила не уточнять.

По итогу, Альберт, мужчина с сайта, предложил встретиться и поговорить лично, так как не очень верит, что я не бот или какая-нибудь подстава.

О чем я вообще думала?

«Я еду на встречу с другим мужчиной, ужас, по факту — это измена. Измена супругу, и К. Д., и даже, наверно, немножко директору отделения, и при этом моя цель — каким-то образом понять, как осуществить мою новую идею-фикс».

Мужчина, конечно, в жизни выглядел еще круче, чем на фото. Дорогая обувь, дорогие часы. Рубашка выглажена, воротник накрахмален, на манжетах запонки.

«Запонки!!!»

Он был приветлив, любезен, благороден. Нежный баритон его голоса ласкал мои уши.

«Неужели он реально гей?»

Убедившись, что я и Олежик — реальные люди, он еще какое-то время задавал вопросы, а потом спросил прямо.

Альберт: — В общем, вы просто сомневаетесь в его ориентации? Или есть что-то еще?

Врать было бессмысленно, но и всю правду говорить тоже страшно, так что, придумав правдоподобную версию, я ее и рассказала. Ну а если что-то пойдет не так, мужчина не знает ни имени, ни номера телефона — я просто удалю страничку, и в многомиллионном городе пусть попробует потом меня найти.

Я: — Сомневаюсь, да, но, вы знаете, мысль о том, что он втайне может встречаться с мужчиной, меня возбуждает; с женщиной все не так, с женщиной я прям бешусь.

Альберт: — Реально, это вас возбуждает?

Я: — Меня возбуждает мысль о том, что это возможно... А если я увижу признаки этого, ухххх...

Мужчина немного подумал и после паузы продолжил.

Альберт: — Ну а если это вдруг случится, что вы будете делать?

Я: — Не знаю, ничего. В каком смысле случится?

Альберт: — Ну, вы найдете доказательства или, еще хуже, вы станете свидетелем этого?

В этот момент у меня начало троиться в глазах.

Я: — Стану свидетелем?

Пульс явно подскочил, по коже побежали мурашки. Самое страшное, что я не могла скрыть свою реакцию, но и правду говорить тоже не могла.

Альберт: — С вами все в порядке? Вы что, возбудились?

Я молча смотрела на мужчину и не знала, что сказать.

Альберт: — Очень интересный случай. А если я смогу вам доказать, что он предрасположен к мужчинам?

Я: — Как?

Альберт: — Я займусь с ним сексом.

Моя голова пошла кругом.

Я: — Вы, прям как, в... попочку?

«Попочку? Ты бы еще сказала, мою сладкую дырочку!»

Альберт: — Ну, легче всего добиться орального секса, но неужели вам этого будет недостаточно?

Этого мне было достаточно с головой. Представляя, как Олежик берет своим ротиком чей-то член, я аж зажмурилась, пытаясь удержать налетевшую волну.

Альберт: — Просто хочу вас предупредить, что это не закончится бесследно.

Я: — Что именно?

Альберт: — Если человек скрывал, свою натуру, и это раскрылось, и уж тем более если человек не был предрасположен к такому, но в умелых руках вдруг неожиданно стал.

Последнее меня окончательно добило, и я готова была проверить версию при любом раскладе и с любым итогом.

«Я сделала из Олежика девочку и подстелила его под мужика, а вдруг ему понравится, вдруг он поймет, что это его? Это так возбуждает».

Я: — Я правильно понимаю, что вы и есть «умелые руки»?

Альберт: — Вполне себе. Сейчас сказать на сто процентов не могу, но можно провести что-то типа тестирования, и тогда уже будет понятней.

Я: — Это как?

Альберт: — Поместить человека в определенные условия, и станет ясно, склонен он к изменениям или нет.

Я: — А можно подробнее?

Альберт: — Ничего особенного: мне бы оказаться с человеком рядом, пообщаться подольше, посмотреть как он будет реагировать на... даже не знаю, как проще сказать, наверное, пикап.

Я: — Пикап? Я думала, он только на студентках работает.

Альберт: — Пикап работает на всех, просто обычно целевая аудитория таких обучений - молодые парни, а они реализуют свои умения на студентках. Но вы не подумайте, я просто дал название этому мероприятию, мы даже не придумали, как нам оказаться рядом.

Я: — А у вас есть идеи?

Альберт: — Идеи есть, нужно знать, что ему интересно, с чего начать, так сказать. Например, я слышал, психологи часто проводят курсы, направленные на единение семьи. Пару изолируют, оставляя только инструктора, и в определенный период супруги меняются ролями, а потом делятся впечатлениями.

Я: — У нас вроде с единением все нормально.

Альберт: — Вы настолько открыты и все решения принимаете вместе?

Я: — Хм, скорее наоборот.

Альберт: — Вы вообще ничего не обсуждаете и все решения принимаете сами? Тогда вам такой курс не помешал бы. Но боюсь, мы просто не сможем подготовить почву для такого предложения.

Я: — И что тогда делать?

Альберт: — Возьмите флаер.

Мужчина протянул мне глянцевый листок, сложенный в гармошку, на котором была напечатана реклама какого-то гостевого комплекса.

Альберт: — Просто придя домой, киньте его на стол и начните разговор о желании на пару дней избавиться от суеты.

Я: — А это что?

Альберт: — Комплекс «Вдали от суеты», всякие СПА, массажи, сад камней — для релаксации отличное место, но это я так, просто, чтоб было с чего разговор начать.

На флайере, на лицевой стороне, виднелась скидка 50%, а это, как мы знаем, весомый аргумент.

Я: — А если он клюнет именно на это?

Альберт: — Будет гораздо проще. Запишитесь на какие-то даты и мне сообщите.

Я: — А что потом? Как это все будет происходить?

Альберт: — Я понятия не имею, пару дней пообщаемся, я хоть познакомлюсь с ним. И потом уже с вами обсудим дальнейшие действия.

На этом и порешили. Я аккуратно кинула флайер в сумочку и уже изрядно возбужденная отправилась домой.

«По идее, пока ничего не происходит, Олежик может даже не захочет никуда ехать, а ощущение, как будто я на панель его продала».

Зайдя домой, я кинула листок на стол на кухне и, прикинувшись изрядно уставшей, начала разговор о необходимости немного разгрузиться. По внешнему виду супруг вообще никак не отреагировал на эту новость, но чуть позже, за чашечкой моего фирменного кофе, начал внимательно изучать содержимое листка. В итоге мы пришли к выводу, что идея пару дней провести «Вдали от суеты» очень даже неплохая. Пока мы обсуждали содержимое листка и по горячим следам узнавали, можно ли приехать в ближайшие выходные, у меня снова потекло по ногам.

«Он там просто пообщается с Альбертом, просто познакомится, почему у меня ощущение, что я уже сделала из своего Олежика шлюху?»

После очередного спонтанного взрыва эмоций и снятия возбуждения при помощи уже довольно умело орудующего язычка Олежика, я закрылась в туалете и написала Альберту.

Дождавшись пятницы, улетучившись с работы после обеда, начала подготовку к выходным. В реальности чего-то особенного я не ожидала, и уже того, что каким-то образом Альберт найдет общий язык с моим домашним интровертом, мне бы хватило для развитой фантазии.

Приехав на такси по указанному адресу, на проходной показали бронь; служащий, зарегистрировав нас электронно, выдал каждому свой QR-код, объяснив, что территория большая и ловить всех проныр нет возможности. Поэтому администрация приняла решение сделать вход на территорию свободным, но все премиальные плюшки, будь то сауна, СПА, солярий и даже столовая, можно посетить только по своему QR-коду.

Пока мы выслушивали очевидные преимущества, за нами приехал специальный человек на электрической машинке. Сделав пару кругов по периметру, нам провели мини-экскурсию, и в дальнем углу комплекса остановились возле коттеджа, почти со всех сторон закрытого кустами. Гид только начал рассказывать, что коттедж рассчитан на двух хозяев, как из двери показался Альберт.

Улыбаясь, он поприветствовал всех, поблагодарил работника комплекса за его труд и предложил взять остальные хлопоты на себя. А когда гид уехал, сделал ремарку, что эти работники потом начинают втюхивать какие-то совсем ненужные суперпремиальные вещи, а он нас от этого спас.

Наверное, по логике, мы должны были встретить наличие соседа легким недовольством, но Альберт сразу вставил нам в руки громадные стаканы с коктейлем, который он совершенно случайно только что намешал, и, усадив за стол на веранде, начал рассказывать о местных достопримечательностях.

Алкоголь быстро растекся по телу, не столько затуманив, сколько согрев и успокоив. Уже минут через 10, познакомившись, мы мило общались все втроем за столом. По легенде, Альберт должен был приехать сюда тоже со своей половиной, но что-то пошло не так, а отдых оплачен, поэтому он тут один на один с алкоголем. Понятное дело, что эта легенда придумана на ходу, только бы не вызвать подозрение у Олежика.

Альберт: — Вам надо в сауну, идем, ополоснетесь, маслами разотретесь, прям легче станет, сразу вся суета спадет.

Олежик недоверчиво посмотрел на меня. Я же, не очень понимая, что происходит, но, увидев подмигивание Альберта, поддержала идею.

Олежик: — Сауна с дороги? Как-то сомнительно.

Альберт: — Да это только название такое, постоянно 100 градусов там никто не держит, сейчас градусов 50, плюс-минус.

Я поддержала идею сауны, сказав, что не вижу ничего плохого, и Олежику ничего не оставалось, как согласиться.

Олежик: — Раз вы оба настаиваете, пойду схожу, солью часть коктейля, и тогда приступим.

Как только он скрылся в домике, Альберт тут же наклонился ко мне.

Альберт: — Тебе, наверное, на пилинг надо сходить, он тут недалеко.

«Какой еще пилинг?»

Я: — Я тоже маслами хочу, растереться. Олежик-то дома работал, а я — в большом «дружном» коллективе.

Но, вглядевшись в лицо мужчины, в голове что-то начало проясняться.

Я: — Пилинг, а я? Я хочу смотреть.

«Естественно, мне хотелось видеть, как будет происходить процесс соблазнения моего супруга, но я также понимала, что мое присутствие будет этому мешать».

Альберт: — Да мы просто наедине пообщаемся, там еще наблюдать не за чем.

Я: — Ну и что, там окошко есть?

Альберт: — Какое окошко в сауне?

Немного задумавшись, мужчина сложил в голове какой-то пазл и затем полез в свой телефон, прокомментировав:

Альберт: — Перейдешь по ссылке, там трансляция.

Пока Альберт скидывал мне что-то в сообщении, вышел Олежик, уже облаченный в халат. Выяснив, что я вдруг собралась свалить куда-то, он, конечно, удивился, но по внешнему виду не сильно расстроился и, слегка покачиваясь, направился в сторону деревянной конструкции.

Альберт: — Сначала в джакузи, оно слева, минут 10 покисни. Супруг посмотрел на нас и, изменив направление, скрылся в кустах.

Я: — Может, я в джакузи посижу, пока вы общаться будете, не кайф мне чапать куда-то.

Альберт: — Я в джакузи его послал, чтоб камеру поставить, оно не работает.

Я: — А нафига нам домик с неработающим джакузи?

Альберт: — Он на отшибе, тут нас никто левый не побеспокоит.

Я: — А звук будет?

Альберт: — Какой еще звук? Мне на твоего, микрофон повесить?

Я: — Что, совсем никак?

Альберт: — Ну там что-то будет слышно, но за качество я не отвечаю, иди уже, а то твоя...

Мужчина как специально сделал паузу и посмотрел в сторону кустов.

Альберт: —. ..половинка заскучает. Дай нам минут 30 пообщаться, и можешь возвращаться.

С каким-то еле заметным блеском в глазах, с каким-то еле уловимым звоном в голосе, мужчина скинул с себя шорты, рубашку и в одних трусах, больше напоминающих очень короткие, но свободные шорты, направился в сауну, сжимая что-то в кулаке.

Сломя голову я неслась в отдельно стоящую беседку с аквариумами для фиш-пилинга, по пути пытаясь открыть ссылку. Камера уже установлена.

«Вот же мудила, у него камера с собой? Извращенец».

Опустив ножки в аквариум, я уставилась в экран, и когда началось какое-то действие, я поняла, что мобильный интернет тут — говно.

«Сука!!!»

Оглянувшись по сторонам, обнаружила листик на стене с паролем от внутренней сети.

«Тут Wi-Fi есть? Отлично!!!»

Быстро подбежала к табличке с QR-кодом и, подключившись, зависла прямо у стены.

Ребята, обмотанные полотенцами, сидели рядом, и Альберт, рассказывая Олежику басни, что-то втирая в его спину. Уже эта картина вызвала легкое томление внизу живота. Достаточно крупный мужчина своими ручищами по-хозяйски мнет тело щуплого, женоподобного паренька, являющегося моим супругом. Порочную фантазию было не остановить.

«О чем они говорят?»

Сделав звук на максимум, я сквозь шорох и скрип начала различать какие-то фразы. Видно было, что Олежик чувствует себя неловко, он был зажат, скован. Сидя спиной к своему собеседнику, который сильными руками достаточно легко раскачивал его тело, мой супруг пытался схватиться за полку перед собой, чтоб немного сопротивляться воздействию стихии, но специальных ручек на ней не было, а пробуя опереться рукой сзади, он непременно откидывался на тело Альберта. Это его сильно смущало, но других вариантов не было: от такой качки он непременно в конце концов свалился бы на мужика.

«Да, если мой ненаглядный выдержит и не сбежит после столь грубого вторжения в его личное пространство, то они однозначно станут ближе».

Альберт: — Давай, теперь ты мне спину натри, я там не достаю, гибкости не хватает.

Полностью владея ситуацией, Альберт взял руку паренька и, влив ему масло в ладошку, повернулся спиной.

«Почему меня это так возбуждает?»

Олежик своими ладошками стал натирать могучую спину, как будто преклоняясь перед величием своего напарника.

Картина совсем иная, нежели прежде: мой супруг как будто гладил бронзовую монолитную статую. Даже пытаясь напрячься, он не мог повлиять на монументальную конструкцию. Держаться на расстоянии ему давалось с трудом: чтобы достать до шеи, Олежику пришлось вытягиваться вверх, а потом, перейдя на плечи, казалось, что он вот-вот ляжет грудью на спину богатыря. Почувствовав это, Альберт качнулся назад, как бы меняя положение, и его массажист впечатался лицом и грудью в его спину.

Альберт: — Ой, прости, нога затекла.

Щеки Олежика воспылали огнем, но он явно не хотел терять лицо перед новым знакомым и старался держаться непринужденно.

Альберт: — Поможешь мне грудь растереть? У тебя руки такие нежные, а у меня одни мозоли, потрогай.

Супруг явно был не в восторге от этой идеи, но кто б его спрашивал. Вмиг его ладошка оказалась сверху лапищи здоровяка, и пока в его мозгу формировались новые нейронные связи, ладонь перевернулась, и в нее полилось масло. Олежик, увидев масло, переключился на него, и пока соображал, его ручка, управляемая другим человеком, легла на грудь и медленно поползла вдоль массивных фасций. По внешнему виду супружника было понятно: он явно в шоке от происходящего и готов провалиться под землю, лишь бы не продолжать лапать гиганта.

Альберт: — Вот отлично, у тебя хорошо получается, часто этим занимаешься?

«Да что там хорошо получается, вот пиздун, Олежик сейчас со стыда сгорит, лицо покраснело, дрожит как осинка».

Олежик: — Нет, первый раз.

Альберт: — Первый раз трогаешь мужчину?

«Офигеть вопросики...»

Мой супруг аж заерзал от вопроса.

Олежик: — Что ты имеешь в виду?

Альберт: — Ну, массаж мужику первый раз?

Олежик: — Да, это как-то странно.

Альберт: — Что странно?

Олежик: — Ну, ощущения странные.

Альберт: — Да, есть такое, я тоже сейчас себя странно чувствую, может, из-за масла. Давай другое возьмем?

Указывая на столик в паре шагов от них, Альберт как бы всем видом показал, что Олежику надо сделать, и тот послушно потянулся за другим флаконом.

Альберт: — Что там есть?

Олежик: — Кокосовое, эвкалипт, жожоба.

Альберт: — Давай эвкалипт.

Моя осинка, вставая на ноги, чуть качнулась и тут же был подхвачен качком.

Альберт: — Оп, не бойся, ты в надежных руках.

После этих слов Олежик стал выглядеть еще хуже. Все еще находясь в полу объятиях, он как-то неловко протянул флакон Альберту, но тот и не собирался его забирать. Облокотившись на верхнюю полку за его спиной, он расправил плечи и как бы подставил грудь для манипуляций. Немного помявшись, супруг налил себе в ладонь масла и, растерев вторую руку, начал гладить грудь собеседника. По моим ногам уже текло.

Вглядываясь в телефон, я просунула руку между ног и была в шаге от кульминации, но тут к беседке подошла парочка дам, и я поняла, что все это время стою у стены.

«СУУУУУКАААА!!!»

Дамочки уселись, опустив свои клешни в соседний аквариум. Наверное, если бы я прямо сейчас кончила, они бы сильно удивились чудесному влиянию наличия доступа к сети, поэтому, пересилив все свои чувства, я оторвала руку от клиторка, прикусила кулак и села на лавочку, опустив тоже стопы в воду.

Альберт: — Чувствуешь, как сразу за дышалось?

Мужчина глубоко дышал, и казалось, что с каждым вдохом Олежик становится все меньше, все незначительней.

Альберт: — Давай я тебя разотру, а то подумаешь, что я тебя эксплуатирую.

Притянув к себе паренька, Альберт положил руку ему на грудь. Его ладонь накрывала почти все тело, и Олежик явно не мог сопротивляться ее воздействию.

Альберт: — Что-то ты размяк совсем, давай вот так. Повернув собеседника к себе спиной, богатырь прижал его тело к своей груди и, нависая сверху, удерживая мальчугана одной рукой, стал откровенно лапать грудь моего супруга.

«Я сейчас кончу, сука, кончу прям в этот аквариум.»

Уж не знаю, о чем сейчас думал мой Олежик, но лицо у него было явно не умиротворенное. Казалось, в его голове вдребезги разлетаются старые нейронные связи и эти вспышки полностью заблокировали его сознание.

Если бы я не знала обоих участников действия, то можно было бы подумать, что это учитель физкультуры заманил в душевую старшеклассницу и теперь, уже избавившись от верхней одежды, склоняет ее к коитусу. Но я-то знаю, что старшеклассница — мой супруг, и это сносит мне крышу.

Альберт: — Ложись на живот, стопки твои помну.

Сильно не интересуясь мнением собеседника, Альберт буквально уложил паренька на полку животом и сжал в руках нежные лапки.

Олежик, пытаясь спастись из предыдущей ситуации, с радостью кинулся в новую, думая, что это спасение, но массаж стоп одного мужчины другому???

Дав немного привыкнуть к своему положению, Альберт начал поливать гладкие ножки Олежика маслом и массировать их. Сначала стопу, потом икры и совсем скоро, уже не стесняясь, делая вид, что массирует бицепс бедра, стал проникать под полотенце.

Альберт: — Переворачивайся.

Пока Олежик нерешительно переворачивался на спину, Альберт взял со столика новый флакон, налил на руку и, растирая ладони, изрек.

Альберт: — Мммм, кокосовый, на вкус прям один в один.

Пока я и, видимо, мой супруг размышляли над сказанным, мужчина уже вовсю растирал бедра своей жертвы.

Альберт: — Какие у тебя ножки, красивые. Ровненькие, нежные, обожаю такие.

Я видела, как удивленно поднялись брови паренька, но я так и не поняла почему: потому что ему мужчина сделал комплимент или потому что уже запустил руки под полотенце.

Альберт: — Я смотрю, тебе тоже нравится кокосовое масло.

Супружник попытался было дернуться, но его придавила сверху свободная рука мужчины, и он с какими-то жалостливыми глазами уставился на Альберта.

Я не понимала, что происходит, пока не заметила поступательное движение под полотенцем.

Альберт: — Вот так, расслабься, хорошо ведь.

Не думаю, что мой Олежик мог расслабиться в этот момент, он явно пытался осознать, что происходит и как он попал в эту ситуацию. Тем временем мужчина, уже не удерживая, а поглаживая и даже немного лаская грудь паренька, распахнул полотенце, и стало очевидно, что он действительно занимался петтингом.

Альберт: — Дадим ему немного подышать, а то замаялся дружок, да?

Не дожидаясь ответа, он наклонился и спрятал Олежкин пепперончик где-то у себя во рту.

Секунд 30 мужчина двигал головой, а мой супруг с ошарашенными глазами и открытым ртом боролся с переизбытком эмоций.

«Вот бы к нему в голову залезть, о чем он сейчас думает?»

Я пребывая в шоке, все еще сидела с ногами в аквариуме, и недалеко от меня сидели какие-то две дамы, что-то обсуждая, но все мое внимание было поглощено происходящим на экране телефона.

Подняв голову, мужчина с нежным добрым взглядом посмотрел на своего партнера и, положив ему руку на щеку, сказал.

Альберт: — Я же говорю, один в один как кокосик, попробуешь?

Большой палец лег на губы паренька и медленно двинулся внутрь, немного надавливая на нижнюю челюсть, пытаясь открыть ротик пошире.

Олежик явно на все реагировал с очевидным запозданием. Он только сообразил, что во рту инородное тело, а перед глазами появилось нечто новое.

Полотенце Артура упало к его ногам, открывая взор на уже пробудившуюся плоть. Испуганный мальчуган мечет взглядом с одной стороны на другую, а в это время рука, доселе удерживающая пепперончик, скользнула вниз, разводя ножки в стороны и на что-то там нажала. Паренек дернулся, попытался собрать коленки вместе и двумя руками схватил руку нависающего над ним мужчины, и тут же увидел перед своим лицом стремительно приближающийся член.

Слишком поздно. Это как увидеть пулю, летящую в тебя. Пока ты осознаешь, что это и куда она летит, твое тело уже прошивает стремительная ярость, и, сделав дело, замирает внутри, оставляя после себя неминуемые последствия.

Олежик только и успел моргнуть и охнуть, как плоть ворвалась в его полуоткрытый ротик, а когда он решил сопротивляться, сильная рука надавила на затылок, не давая возможности освободиться.

Альберт: — Ну, почувствовал? Я же говорю, один в один как кокосик.

Я собственными глазами вижу, как, пытаясь противостоять проникновению в рот, Олежик дергает то одну руку гиганта, то другую, но совершенно ничего не может сделать с ними и поэтому начинает меньше барахтаться, только лишь безнадежно мыча и заглатывая член.

Видя перед собой смирение, Альберт начинает вести себя еще наглее. Ножки раздвигаются все шире и шире, член продвигается все глубже и глубже.

Конечно, это мало похоже на фингерстайл и минет: жертва просто лежит с открытым ртом и раскинутыми в стороны ногами, а его телом безцеремонно пользуются.

Альберт: — Вот так, умничка.

Мужская рука покинула зад Олежки, но лишь для того, чтобы поудобнее раскинуть ножки любовника и как бы между делом взять его ручку и положить на пепперончик.

Альберт: — Не надо стесняться, мы тут одни.

Мужчина спокойно продолжал заниматься своими делами, а Олежик просто лежал, смирившись с происходящим. Почувствовав полное повиновение, Альберт вытянул член из рта, наклонился и начал расцеловывать свою добычу.

Альберт: — Губки такие сладенькие, такие.... А щечки... Ты как нежный цветок, твои сисечки.

Губы коснулись одного соска и втянули его, явно воздействуя на эмоции партнера. Олежик дернулся, прогнулся и не смог сдержать стон, предательски вырвавшийся из уст.

Альберт продолжал играть с сосками Олежика, а он сам начал совершать робкие поглаживающие движения на пепперончике. Меня как по голове ударили. В глазах побелело, ноги сжались, пизденка закрутилась, как белка в колесе. Она жаждала проникновения, я вся жаждала проникновения. Мне просто необходимо было пальчиком потереть клитор, но я и так издавала странные звуки, привлекая к себе ненужное внимание.

«Сука, они там развлекаются, а я в этом ебучем фишпиллинге.»

Выскочив из аквариума, я бросилась обратно в домик, пытаясь по пути наблюдать за происходящим.

Альберт снова поднялся на ноги и, поднеся член к устам партнера, позволил тому самостоятельно принять его в ротик.

«БЛЯДЬ!!! Я успею, я успею!!!»

Но я даже не добежала до середины пути.

Альберт начал благодарно стонать, а за ним и Олежик начал стрелять струйками из пепперончика, орошая животик и сисечки.

«СУКАААА!» Когда я вбежала на террасу нашего коттеджа, Альберт уже заходил в свою дверь и, увидев меня, задержался.

Альберт: — А вернулась... Не давай ему оставаться одному.

И, не дожидаясь ответа, скрылся за дверью. Мне очень хотелось узнать подробности, но, получив четкую инструкцию, ее надо было исполнять.

«Хотя зачем и как это делать? И секса хочется...»

Зайдя внутрь, делая вид, что ничего особенного в моей жизни не произошло, я оглянулась, но по шуму льющейся воды стало понятно, где спрятался Олежик. Я села на кровать и стала ждать. Супруг вышел из душа голенький, вытирая голову местным белым полотенцем, и, заметив меня, первым движением одернулся, пытаясь прикрыть свое тело, но так же резко остановился. Мне показалось, что в нем что-то изменилось: его женская фигура стала еще женственней, но, может, это просто мои выдумки, основанные на увиденной картине, и мозг просто пытается приукрасить его очертания.

Олежик: — Напугала, не ожидал тебя увидеть.

«Я хотела дать комментарий в своем стиле: «А кого ожидал?», но тут же осеклась, это явно может вызвать дискомфорт у моего собеседника.

Я: — Да, там скучно, сидишь одна. Давай помогу.

Я взяла полотенце из рук паренька и, усадив его спиной к себе, начала вытирать голову. Возбужденное тело требовало реализации, и губы сами коснулись кожи на тоненькой шейке Олежика.

Олежик: — Ну, Машь, прекрати.

Он попытался избавиться от посягательств на его тело, но, понимая несуразность действий при учете, что я не знаю о его интрижке, это было бы странным.

Олежик: — Меня что-то сауна разморила, давай немного попозже.

Я: — Ну когда попозже? Скоро ужин.

Ужин в 19:00, на часах чуть больше шести; мне хотелось секса, и я любыми способами готова была его добиться.

Олежик: — Дай я полежу минут 20, и вернемся к этому вопросу.

Я: — Обязательно вернемся, и ты обязательно полижешь.

Это прозвучало как-то односторонне, и мне самой не очень понравилось.

Я: — Ты мне, я тебе.

Олежик: — Да, хорошо.

Не одеваясь, супружник лег на кровать, и я прильнула сзади к его телу в ожидании разрядки.

«Интересно, о чем он думает? Как для него новый опыт? Он его приветствует или осуждает? Господи, даже такие мысли меня возбуждают...»

Пытаясь выгнать любые пошлости из головы, я начала думать о работе и задремала.

Назойливый звук входящего сигнала заставил всех встрепенуться. На автомате я схватила телефон и, сконцентрировавшись, ответила. Звонили из обслуживания комплекса, и они сообщили мне, что я забыла на пилинге свои шлепки.

«Вот те раз! Я настолько сильно возбудилась, что не заметила, как пробежала метров 200 босиком. Теперь надо идти за обувью».

Олежик: — Ты куда?

Я: — На пилинг, я там шлепки забыла.

Олежик: — В смысле, как забыла? Ты пришла босая?

Понимая бредовость ситуации, я начала выдумывать на ходу.

Я: — Да мне с работы позвонили, и я запарилась... Я быстро, никуда не уходи.

Внизу живота все еще требовало разрядки, и я собиралась воспользоваться языком своего супруга.

«А его еще можно считать моим супругом, или он уже супруга? Да с чего он вдруг супругой стал?»

Непрерывный поток мыслей не снижал уровень возбуждения. Пока ходила за обувью, пришло сообщение от Альберта: «Чтоб я не торопилась назад». И я тут же ускорила шаг.

«Да блядь, я хотела его трахнуть. Он, сука, что, опять хочет меня голодной оставить?»

Снова я сломя голову несусь обратно в коттедж и только теперь понимаю, что в тапочках бегать неудобно. На ходу сняла их и быстрым шагом, стараясь не привлекать внимание, продолжила движение.

Как тень, проскользнула внутрь и, как воришка, на носочках подошла к двери спальни.

Олежик: — Подожди, это неправильно.

Альберт: — Да расслабься, просто получай удовольствие.

Глядя сквозь щель в дверном проеме, я увидела, как мужчина нежно за талию обнимает своего партнера, сидящего в одной футболке, тянется губами к желанной цели, но она пока недосягаема.

Олежик ужимается, отворачивает лицо и позволяет целовать себя пока только в шею, щеку, плечико.

Олежик: — Я не могу, подожди, а как же Маша?

Альберт: — А что Маша?

Олежик: — Ну мы вместе, а если она увидит? Так нельзя...

Явно сопротивляясь натиску из последних сил, он мямлил, при этом ручкой уже поглаживал бедро мужчины.

Картина новой волной ударила в низ живота. Меня немного согнуло от импульса между ног, и, пытаясь устоять на дрожащих ногах, я оперлась на стену, второй сжимая пах рукой, как будто боюсь уписаться.

Альберт: — Ну если ты переживаешь, давай ее накачаем.

Олежик: — Чем?

На лице супруга появилась тревога.

Альберт: — Алкоголем, у меня есть пара бутылок. После ужина сядем, я придумаю повод, ты мне главное подыгрывай.

Олежик: — Хорошо, но только алкоголь, без всяких там препаратов.

Мой супруг как будто только что согласился втайне встречаться с другим мужчиной.

«С мужчиной!»

Какая-то сила стала вдавливать меня в пол, и я, не в силах стоять на ногах, начала опускаться на корточки. А в спальне все становится только жарче. Мужчина наконец ловит момент и дотягивается до губ, небольшая пауза — и они сливаются в поцелуе.

Со стороны никаким образом невозможно понять, что это два человека одного пола. Такое ощущение, что взрослый мужчина обхаживает студентку-отличницу, и она, уже потеряв все линии обороны, сама обвила его шею и нежно запустила пальчики в волосы партнера.

«ЕБАТЬ, я сейчас прям тут кончу!!!»

Оторвавшись от желанных губ, Альберт поднял на ноги своего партнера и начал его нагло рассматривать.

Альберт: — У тебя сосочки встали, очень красиво, ты вся очень красивая. Поглаживая попку стоящего перед ним Олежика, мужчина притянул его к себе и еще раз поцеловал.

«Блядь, он сказал ВСЯ???»

В глазах начало темнеть, мне даже не надо было тянуться к заветной кнопочке: вот-вот, все произойдет само собой.

Альберт: — Ладно, а то твоя подружка скоро вернется, будет неловко.

Услышав это, я поняла, что меня могут обнаружить под дверью, подслушивающей и мастурбирующей на происходящее.

Я вскочила и, шатаясь, выскочила на террасу, пытаясь восстановить дыхание.

Олежик: — О, Маш, а ты чего тут?

Меня застали глубоко дышащей, упирающейся в стол двумя руками.

Я: — Бежала.

Альберт: — Зачем?

Я: — Да блин, хотела с супругом пообщаться, наедине.

Постепенно волна начала спадать, и качающееся пространство стабилизировалось. Такого не было никогда.

«Чтоб я вот так хотела трахаться??? Ну да, с того самого йогурта начались какие-то изменения, но я в основном получала импульс от созерцания процесса. Может быть, еще когда придумывала блюдо и фантазировала, как Олежик будет это есть и говорить: «Очень вкусно», я возбуждалась, но спокойно могла дождаться вечера, а сейчас оно не проходит».

Олежик: — Поздно, на ужин пора.

«Мне надо кончить, а то я с ума сойду. А как мне теперь до Олежика добраться? Да в пизду этот ужин, останусь тут, запрусь в ванной и покричу как следует».

Я: — Нет, я что-то чувствую себя нехорошо, может, вы мне там что-нибудь возьмете?

Супруг как будто и рад был от меня избавиться.

Олежик: — Ладно, я напишу, что там есть.

Но Альберт сквозь зубы шепотом:

Альберт: — Ты мне там нужна.

И тут же во весь голос:

Альберт: — Да не выдумывайте, там же по QR-коду все, вдруг его не выпустят.

Я смотрела на Альберта умоляющим взглядом, но он глазами показал мне двигать с нами, и, сжав кулаки и как следует проморгавшись, пошагала за своими сожителями.

Весь ужин ничего такого не происходило, парочка делала вид, что они случайные соседи, и меня начало дрочить мое не очень нужное присутствие.

Как только появилась возможность, я зашипела, обращаясь к мужику, заставившему меня сюда тащиться.

Я: — Нахера я сюда приперлась?

Альберт: — Отлично сидим, что не так?

Я: — У меня дома дела есть, важные, зачем я тут?

Альберт: — Надо ему штаны испачкать.

Я: — В смысле, зачем?

Альберт: — У него еще шмотки есть?

Я: — Ну, может, футболка, штанов то больше нет.

Альберт: — Ну вот, видишь, ему придется сделать выбор.

Постоянная недосказанность раздражала.

Я: — Блядь, какой выбор, ты можешь сразу план рассказать?

Альберт: — Какой план? Я импровизирую. Если у него нет шмоток, то придется выбирать: либо ходить в труселях, либо попросить одежду у тебя.

Мне опять жутко захотелось в ванну. Зажмурившись, я попыталась погасить волну, но каждая новая задерживалась все дольше и дольше.

Альберт: — Все тихо, он возвращается. Подложи ему черри на стул.

Катнув в мою сторону красный шарик, он поднялся и начал что-то спрашивать у Олежика, пытаясь его отвлечь. Я, естественно, дрожащими руками и с плавающим взглядом, не смогла поймать томат, и он предательски слетел со стола и покатился по проходу.

«Вот же зараза!!!»

Я кинулась догонять неукротимый плод, и когда наконец поймала его под соседним столиком, стоя, так сказать, в партере, на меня смотрели все посетители столовой.

«Да незаметными эти действия не назовешь.»

Олежик смотрел на меня крайне удивленно: раньше он таких экспромтов в моем исполнении не наблюдал. Ну а Альберт всем своим видом показывал, что в заговорщики ему досталось непонятно что.

«Ну блядь, такая я, поэтому и не пыталась раньше показывать потрясающую ловкость.»

Пока они обсуждали мою нерасторопность, я взяла стаканчик с клюквенным морсом и брызнула супругу на сиденье стула. Основная часть жидкости сразу слилась на пол, но это оказалось даже к лучшему. Не почувствовав лужи под собой, мой милый спокойно продолжил трапезу, и только когда поднялся со стула, можно было увидеть саботаж — красные подтеки на светлых шортах. Мы с Альбертом специально делали вид, что не смотрим ему вслед, и по пути домой какая-то парочка, поравнявшись с нами, указала Олежику на проблему.

Олежик: — Ну блин, где я вляпаться-то мог?

Альберт: — Обалдеть, а это что?

Олежик: — Я-то откуда знаю, сок какой-то. Ну капец.

Я: — А чего ты так распереживался?

Олежик: — Я прогуляться хотел, посмотреть, что тут есть.

«Это очень странно, Олежик точно знает, что я не любитель гулять и сам никогда не любил ходить пешком. Это явно из-за Альберта, может, он поэтому попросил меня его испачкать? Вот интриган.»

Альберт: — Не переживай, я тебе дам что-нибудь свое.

«Чего? Какого хрена?»

Я: — Он же утонет в твоих шмотках.

Олежик метался взглядом, сначала на Альберта, а потом на меня.

Альберт: — Да, на один вечер, тем более уже скоро стемнеет.

Ничего не понимая, я просто молча пошла дальше. Парни еще что-то обсудили, типа куда лучше сходить, и мы пришли в коттедж.

Альберт зашел к себе и через пару минут, выругавшись, вернулся обратно.

Альберт: — А тут дело такое... По ходу, все мои вещи остались с половиной. У меня тут вообще ничего нет.

Олежик: — Вот жопа.

В моем гардеробе с собой были платье, сарафан и одни шорты.

Я: — Ну хочешь, мои шортики надень.

Олежик: — А ты какие взяла?

Я: — Джинсовые, с пайетками.

Олежик: — Да ну нахер, дома посижу. Как эту хрень отстирать?

Мы попробовали мыло и гель, которые были в ванной, но пятно никуда не исчезло. Решили отложить стирку до утра. Позвонили в администрацию узнать, есть ли у них какие-то средства, и они предложили обратиться за помощью утром.

Глянув несколько раз на мои шорты, Олежик сказал, что юбки и то выглядят приличнее, и решил провести вечер среди близких в футболке и трусах. Не знаю, почему он не захотел надевать шорты. В одной футболке с голыми ногами он выглядел не менее сексуально.

«Может, в этом и суть?»

И снова моя девочка крутнулась вокруг оси.

«Да сука, это прекратится?»

Выйдя на веранду, мы нашли на ней попивающего что-то Альберта.

Это забавно: присутствующие знают, что у главаря банды есть план, но никто не знает, какой именно, поэтому, делая вид, что не знаем, чем займемся, мы пошли к руководителю нашего развлечения.

Олежик: — Чем заниматься будем?

Альберт: — Фиг знает, я сюда приезжаю помедитировать.

Я: — Чего?

Альберт: — Да бухаю я тут обычно. Бухаю и смотрю на звезды.

Олежик: — Научишь?

Альберт: — Конечно. Маш, ты с нами?

Последнее, чем я бы хотела заниматься, — это бухать и смотреть на звезды, но, зная, для чего это все, я согласилась. Стоит сказать, что просто сидеть и смотреть на звезды даже Альберт долго не смог.

Альберт: — Фигня какая-то, идем в дом, будем учиться медитировать.

Прихватив алкоголь, мы зашли к нам в спальню, и все втроем уселись на кровать. Альберт полез в телефон и через небольшую паузу взглянул на нас, преданно смотрящих на него, как бандерлоги на мудрого Ка.

Альберт: — Чего сидите, разливайте. Я нашел очень интересную практику. Думаю, если мы ее модернизируем алкоголем, она всем понравится.

«Если он по трезвому Олежику в рот напихал, то под алкоголем... Уххх!»

Долго представлять себе картину отношений моих собутыльников я не могла, мое возбуждение и так было на грани, поэтому я сразу начала отгонять пошлые фантазии.

Альберт: — Ну, что ж, начнем. Усадив нас с супругом друг напротив друга, Альберт начал рассказывать нам, что следует делать. Долго в подробности вникать нет смысла — это была какая-то извращенная интерпретация тантрического секса. Сам Альберт выступал в роли тантро-гуру, а мы с Олежиком познавали единение, периодически выпивая и меняя асаны.

Если бы я не знала, чего добивается Альберт, я бы давно послала все это мероприятие. Но была цель — споить меня, а так как алкоголь что-то не сильно работал, я собиралась к середине литровой бутылки начать прикидываться пьяненькой.

Первым сработал мочевой у Олежика, и когда он скрылся за дверью, Альберт начал меня отчитывать.

Альберт: — Ты чего на алкоголь налегла?

Я: — Вы же меня споить собираетесь?

Альберт: — С чего ты взяла?

Я: — Я слышала.

Альберт: — Понятно. Я тебе ничего такого не говорил, так что будь обычной девочкой.

Я: — Ладно.

Альберт: — И в туалет чаще ходи, нам же общаться надо.

«Интересно, что он задумал, если не хочет меня спаивать?»

Я: — А камера тут есть?

Альберт: — А ты шалунья. На, только давай не так, как с помидоркой. Я вообще-то собирался всё делать при тебе. Но вдруг твоя подружка сама на меня накинется, пока ты будешь в туалете.

Снова потемнело в глазах, снова писичка крутнулась.

«Сука!!!»

Я прилепила камеру со стороны спины Олежика, и как только он вышел, сама побежала в туалет.

Олежик: — Ну что? Какой у нас план?

Альберт: — Я не знаю, она ни в одном глазу. Она дома как засыпает?

Олежик: — Да как все.

Альберт: — А после секса?

Олежик: — После секса все, наверное, засыпают.

Альберт: — Так может, ей кончить надо?

Олежик: — Может, только вот...

Альберт: — Что?

Олежик: — Ну, она обожает 69, у нее прям крышу сносит.

Альберт: — И что?

Олежик: — Мне стыдно, давай не будем.

Альберт: — Ты что, меня стесняешься?

Олежик как-то замялся, как будто реально стесняется даже обсуждать наш с ним секс со своим любовником...

«Интересно, расскажет, что я его фингерю почти каждый день?»

По телу побежали мурашки.

«Как так, офигеть, был же парень как парень, а тут увидел мужика, ну да, красивого, да, притягательного, но мужика!!!»

Альберт: — Ну ты чего, это же для дела.

Мужчина положил руку на щеку Олежика, и тот прильнул к ней, как к родной, немного покраснев.

Альберт: — Ты моя красавица, застеснялась. Надо было шортики надеть.

Олежик: — Зачем?

Альберт: — Затем, что без них видно, как ты на меня возбуждаешься.

Олежик глянул в район паха и покраснел еще сильней.

Альберт: — Не надо стесняться, я тоже на тебя возбудился.

Рука мужчины потянулась туда, в район, который мне не виден, и начала там двигаться.

Альберт: — Сделаешь все как надо, она вырубится, и мы с тобой повеселимся.

Сидя в ванной, я смотрела на экран и просто не знала, когда мне следует выйти.

Альберт: — Сейчас она выйдет, сходи помой там все.

«Он ему снова минетик делать будет? Хотя в прошлый раз это даже не минет был, тот сам, бедненький, теребонькал пепперончик и обкончался как... А как кто, он обкончался? Девочки на себя не кончают...»

Поняв, что пора выходить, я подмыла писичку.

«Наконец-то и мне сладкое перепадет!»

Освободив ванную комнату, в нее тут же направился супружник.

«Это прикольно. Если б я не знала план, я бы удивилась, что он снова туда побежал. А так я только улыбнулась, зная, что все идет по плану».

Альберт: — Все слышала?

Я: — Да.

Альберт: — Давай, размотай ее, чтоб у нее искры из глаз летели.

Я: — Я? Я думала, ты...

«Я окончательно запуталась: думала, должна кончить и притвориться спящей, а надо Олежика удовлетворить».

Альберт: — Не переживай, все по плану, трахнитесь как следует.

Я: — Ох, не переживай, я уже на грани.

Альберт как-то по-доброму заулыбался, притянул меня к себе и на ухо своим бархатистым голосом:

Альберт: — Не сдерживайся, дай волю инстинктам.

Как только Олежик вернулся в комнату, Альберт заставил нас выпить, затем уложил в позу 69: Олежик на спине, а я сверху, и со словами:

Альберт: — Я пойду по телефону поговорю, а ваша задача — не трогать друг друга, а то ничего не получится.

И как только он вышел за порог, мы оба, зная правила игры, сразу же впились губами в гениталии друг друга. Из обоих текло как никогда, поэтому проблем с проникновением ни у меня, ни у Олежика не возникло.

«Он что, мне тоже в попку пальчик всунул?»

Его язык легкой трелью прохаживает по кнопочке, нежные пальчики проникают везде, где только могут, волны накрывают одна за другой. На грани оргазма я понимаю, что должна заставить Олежика кончить первым, и начинаю вилять задом, пытаясь, отстранившись от жадных уст, хоть как-то сбить накал. Олежик, скорее всего, чувствовал то же самое, и поэтому завязалась нешуточная борьба — кто кого удовлетворит первым.

С невероятным азартом мы пытались довести друг друга до оргазма, следуя воле наставника, и совсем не заметили его присутствия.

«Он вообще уходил?»

Я чувствовала, как кто-то гладит мою спину, ноги, ягодицы, но я и подумать не могла, что это кто-то третий. А когда услышала:

Альберт: — Да, вот так, видишь, наша девочка уже готова!!!

Я и подумать не могла, что эту фразу он может говорить обоим участникам. Я на все сто процентов была уверена, что Альберт разговаривал со мной, и поэтому позволила стать участником процесса. Расположившись сбоку от нас, мужчина постепенно, с нежных прикосновений к телам, быстро перешел к откровенным ласкам.

Я уже откровенно шарила пальчиками в попке Олежика, заглатывая его перенапряженную плоть; сам Олежик может в отместку, а может по воле страсти, делал то же самое со мной. В любой другой раз я бы возмутилась, но сейчас, перейдя грань возбуждения, в которой можно контролировать порочность, мне эта манипуляция показалась прекрасной.

Сильная рука потянула меня за волосы вверх, и я, мельком увидев приближающееся лицо Альберта, слилась с ним в поцелуе.

«Что это такое? Я сосусь с чужим мужиком? При своем!»

Поцелуй длился недолго. Отстранившись от моего лица, мужчина как-то небрежно за волосы оттянул мою голову от своей, и пока я наполняла грудь воздухом, через освободившийся рот в него проникло нечто иное.

Было отчетливо слышно, как мое жаркое дыхание сменилось гортанными проникновениями; никаким образом это нельзя было скрыть от Олежика, а значит, он сейчас понимает, что его супругу трахают в рот при нем, рядом с ним, вместе с ним.

Чувствуя невыносимую нужду в окончании, я потянулась свободной рукой к заветной кнопке, но тут же получила за это нагоняй.

Альберт: — Куда руки свои тянешь? Вот твое задание, тут давай работай, а туда я пойду, хочешь?

Отвечать членораздельно я уже не могла. Во мне сейчас было лишь одно желание — кончить, и как это случится, мне было все равно. Я только мотала головой, как благодарная лошадка, до конца не осознавая, понимает Альберт, что я согласна или нет.

Вытащив член из моего рта, мужчина так же небрежно воткнул мою голову в пах Олежику, а сам пошел к голове супруга и уже там, ухватив меня рукой, как бильярдный шар, немного приподнял, и с той стороны послышались звуки мычания и чавканья.

«Твою мать, он его при мне!!!»

В глазах побелело, уши заложило, я как будто сквозь воду услышала слова.

Альберт: — Ты не против, мы дадим ей кончить?

В ответ — только мычание, заткнутое чем-то.

«Олежик сосет, сосет при мне, да еще и позволяет трахнуть меня, я так больше не могу.»

Я: — Да вставь его уже в меня!!!

Альберт: — Ну раз девушка просит, не будем ее заставлять ждать, да? А ты еще пососешь, не переживай.

Все это буквально начало выворачивать меня наизнанку. Как только член вошел в мое лоно, я сразу же потеряла контроль, тупо воткнувшись в пепперончик супруга, который тоже вдруг начал брызгать мне прямо в лицо. Комната заполнилась стонами, не только моими, но еще и Олежика, только немного не такими, как обычно.

«Я кончила от другого мужчины при своем супруге, а он продолжает меня пороть, а Олежик там лежит довольный и наблюдает.»

Снова волна ударила мне в голову, и я сразу же кончила второй раз.

Альберт: — Ну что, в кого из вас кончить?

Вытащив из меня член, Альберт начал стучать им по лицу Олежика.

Альберт: — Что лежишь довольная, обкончалась уже?

Потянув меня за волосы, мужчина глянул на мое лицо и на живот супруга.

Альберт: — Да вы обе обкончались, мои сладкие, все с вами понятно.

Вставив член обратно в меня, Альберт начал довольно жестко долбить пахом по моим ягодичкам. Я безвольно лежала на теле Олежика и думала, что кончить два раза вполне достаточно, но услышала:

Альберт: — Чего смотришь, утечет же, давай не пропадать же добру.

К моему лону прислонились губы, и язык начал тщательно вылизывать вытекающий сок.

«БЛЯДЬ!!! Он кончил, кончил в меня? А там Олежик. Он заставляет его вылизать!!!»

Снова в глазах потемнело.

Наверное, я вот так и отрубилась, кончив в третий раз. Потому что совсем не помню, как ложилась спать.

Подняв веки, я несколько секунд лупала глазами перед собой, пытаясь сообразить, что это за неизвестный потолок перед моими глазами. Но тут же моего плеча коснулись сбоку.

Повернувшись, я увидела довольное лицо Альберта, который, прислонив палец к губам, намекал на то, чтобы я не шумела.

«Что происходит?» Опустив голову вниз, я увидела под одеялом, в районе его живота, движение.

«Там Олежик сосет член Альберту? Он уже совсем не стесняется? А я так и не попробовала вкус спермы Альберта. Интересно, когда Олежик вылизывал сперму из меня, он понял, что я кормила его ею почти год?»

Все эти мысли вызвали томление в паху. Мне непременно захотелось присоединиться к супругу, но Альберт пресек мой настрой, строго показав, чтобы я продолжала прикидываться спящей.

«Да сейчас-то зачем эти маскировки?»

Я замерла, а Альберт вдруг схватил мою руку и, сжав ее, начал кончать, делая вид, что пытается делать это, не разбудив меня.

«Но я-то все прекрасно вижу!»

Я видела, как изменялось лицо мужчины, я видела мимику оргазма, я ее слышала, да еще и чувствовала рукой, как будто специально схваченной именно для этих целей.

Олежик начал выкарабкиваться из-под одеяла, я закрыла глаза.

Олежик: — Теперь я?

Тихонько лежа на груди мужчины, Олежик мурчал как кошка в марте.

Альберт: — Подожди, она вон шевелится.

Олежик: — Ну и что?

Альберт: — Не хочу при ней, сейчас опять ее накроет, начнет требовать ее трахнуть...

Олежик: — Ну и что?

Альберт: — Я ее не хочу, я тебя хочу.

«Что за дешевый развод?»

Олежик: — Ммм, это так мило...

«Вот, тоже мне, наивная школьница...»

Я лежала полубоком, с закрытыми глазами, и даже приоткрыв веки, не могла увидеть заговорщиков. Но могла представить себе, как женоподобный парень — да какой нафиг парень! — вынырнул головой из-под одеяла и сейчас, лежа на груди мужчины, которого только что удовлетворил своим ротиком, мило общается с ним.

В этот же момент под одеялом на мою ножку легла рука и по-хозяйски, но почти незаметно, начала ее поглаживать.

«Он это специально делает?»

Альберт: — Давай, как проснется, отправим ее твои шорты стирать.

Олежик: — Она не захочет сама идти.

Альберт: — Ну ты-то с ней идти не можешь.

Олежик: — Попробовать можно, но я сомневаюсь.

Альберт: — Вот и попробуем, вдруг она сегодня будет ласковая.

Олежик: — Она? Ну конечно... Ладно, я в душ.

Альберт: — Давай-давай, мыло не жалей, я собираюсь по-взрослому там поразвлечься.

«Что значит по-взрослому?»

Супруг встал и, виляя попкой, направился в ванну.

«Что за блядство, откуда в тебе это?»

Когда дверь закрылась и из ванной послышался шум воды...

Альберт: — Ты слышала, сходишь?

«Конечно, никуда идти я не хотела.»

Я: — Зачем?

Альберт: — Я хочу ее трахнуть.

Я: — Ты и так...

Мои глаза встретились с возбужденным взглядом мужчины.

Я: — В каком смысле трахнуть? Туда?

Внутри и так все шевелилось, а сейчас я почувствовала, как кровь начинает закипать.

Альберт: — Да, думаю, получится. Ты согласна?

Я: — А я что? Главное, чтоб он согласился.

Альберт: — Ну просто мы договаривались на одно, и вроде оно уже выполнено, но я чувствую, что можно идти дальше. Представь, если получится: уже вечером я буду трахать ее как свою сучку, а ты закинешь ей на плечи свои ножки, зароешься руками в волосах. Ммм...

Рука мужчины двинулась вверх и прикоснулась к сочащемуся лону. Я сразу почувствовала истому.

Альберт: — Эх, жаль, я только что кончил, а то б я тебе сейчас вставил.

Я: — Я сейчас с ума сойду, дай я хоть ее отлизать заставлю.

Альберт: — Это долго, пока она горячая, надо брать.

Я: — Офигеть, а мне до вечера теперь страдать?

Альберт: — Блин...

Мужчина задумался на секунду.

Альберт: — Ну хочешь, я тебе друга своего вызову?

Да, я, конечно, изменяла своему Олежику, и не раз, и не два... Но вот так — при нем? Да и как это вообще будет происходить?

Я: — В смысле друга? Мужика? Как ты себе это представляешь?

Я мотнула головой в сторону душа.

Альберт: — Да чего? Я ее своей блядью сейчас сделаю, думаешь, она о других думать будет? Там в голове такой пиздец начнется.

Я: — Он...НА тебе с утреца минетик сделала, это типа не считается?

Альберт: — Ну, скорее всего, сейчас там тоже какие-то мысли, не знаю.

Я: — А вдруг ему, ей, блядь, не понравится, что со мной будет другой? Там же... я не знаю, о чем он сейчас думает?

Альберт: — Она, давай называть вещи своими именами. Раньше надо было думать, теперь она будет думать обо мне.

В моей голове уже кружился вихрь возбуждения.

Я: — Я хочу смотреть.

Альберт: — А ты камеру вчера на зарядку поставила?

Я: — Нет, я забыла, я же вырубилась.

Мужчина заулыбался и полез куда-то вниз к розетке.

Альберт: — Ладно, установи в сауне перед тем, как уйдешь.

Я: — В сауне, а почему не здесь?

Альберт: — Она же целочка, фиг знает, что с нее потечет.

Разговоры о моем супруге в женском роде, да и еще с уверенностью, что он его трахнет, меня сбивали с ног. Я долгое время думала, что Олежик асексуален и буквально пытаю его, заставляя отлизывать и трахая его попку пальцами, а у него, по всей видимости, были какие-то скрытые желания. Хотя я все равно не верила, что Альберт вот так просто вставит в попку Олежика свой агрегат.

«Все-таки это не рот, там оно просто так не откроется».

Как только мы услышали, что вода в душе перестала журчать, я, сделав вид, что только что проснулась, села на кровать и для убедительности растрепала волосы.

Олежик воодушевленный выскользнул из ванной, но, увидев меня, замер в дверях.

Я: — Ты чего, в дверях замер, забыл, зачем шел?

Ляпнув, я сама напряглась, ведь мы все знаем, зачем он шел. Хотя такая фраза была как раз в моем духе.

Олежик: — Да нет. Просто мы в столовую хотели на завтрак, а у меня штаны... Ты не сходишь в администрацию?

Конечно, я знала план, но если бы сразу согласилась, это было бы подозрительно.

Я: — У, не кайф, там-то и пятна не видно. На этом доводы супруга, не начавшись, закончились; он замолчал, замялся и сел на кровать, опустив голову.

«Твою мать, неужели я его подавляю, он что, даже немножко понастаивать не может?»

Альберт: — Ну чего ты над парнем издеваешься, глянь, как расстроился.

Альберт интонацией показывал крайнюю эмпатию, но в этот же момент в лицо мне улыбался и показывал большой палец.

Я: — Да, я же просто сказала, совсем уже. Значит, не сильно голоден...

Я снова осеклась.

«Это может быть намеком на то, что я знаю про его утренний минет».

Я: — Так бы мои надел, с пайетками, и пошел бы.

Акцентированно встала с кровати и, делая вид, что крайне недовольна, начала одеваться. То, что я полностью нагая, меня немного удивило, но почему-то никак эмоционально не тронуло.

«Нормально, я расхаживаю голая перед чужим мужиком. Да хотя, какой он нафиг чужой теперь. Он нас обоих трахнул и еще, наверно, потом трахнет, хотя нет, мне он друга позовет».

Накинув тунику, я незаметно кинула камеру в карман и, взяв штаны Олежика, направилась в сауну.

Единственное место, где камера не бросается в глаза, — это, как и вчера, район датчика температуры, прилепив ее туда, я пошла на поиски места для просмотра кино.

«Все это выливается во что-то, о чем я не могла и предположить. Олежик настолько был не обласкан, что кинулся в роман с первым, кто проявил к нему нежность, и даже несмотря на то, что это мужик. Я ведь даже не спросила, что там за друг? А уже согласилась с ним трахаться. Офигеть!»

Недалеко от главной аллеи я увидела спортплощадку.

«Вот, там с утра точно никого не будет.»

Разместившись на трибуне из трех рядов, я включила телефон. Ребята только зашли в сауну, и Альберт предложил своей любовнице прилечь на лавку.

«Маневр: снова его растирать будет, Олежик, небось, думает, что сейчас ему клитор лизать будут.»

Альберт сразу скинул полотенце и поэтому, когда растирал нежное тело, специально елозил головкой то по руке, то втыкал ее в бок. Затем поставил несколько флакончиков на полку выше, а сам сел на ноги подружки, расположив член между булочек. Его клиентка что-то пыталась возразить, но он заверил ее, что так и надо, и продолжил растирать спину и плечи, периодически наваливаясь всем телом на свою жертву и что-то шепча ей на ушко.

«Да это же прям вот на сто процентов понятно, чем все закончится!»

Единственное, что не давало мне покоя, — так это сам процесс проникновения. Вот руки начали гладить ягодицы и спокойно, не опасаясь отказа, проникать между ними. Несколько раз Альберт прыскал из флакончиков то себе на руки, то на тело под собой.

Это уже не было похоже на массаж – это прелюдия. Спокойно проникая внутрь пальцами, мужчина наклонился и нежно ласкал свою любовницу губами, а та, изнеможенная желанием, отвечала ему взаимностью.

В один из таких маневров я и заметила движение тазом. Альберт приподнялся и потом, прижав телом Олежика, надавил тазом вниз.

Лицо моего супруга изменилось: похоть и благодать сменились страхом, он начал брыкаться, но его весовая категория не позволила даже приподняться от полки.

Олежик: — Нет, нет, не надо, я не хочу, нет.

Но мужчина не слушал.

Альберт: — Все хорошо, все нормально.

Его спокойный голос продолжал монотонно успокаивать трепещущую под ним жертву, успокаивать и постепенно маленькими фрикциями углубляться внутрь.

Олежика накрыла истерика, он мотылял головой и беспомощно скреб руками по дереву, пытаясь вымолить у своего насильника свободу, но тот, кажется, совсем не воспринимал его слезы всерьез.

Взяв его руки и полностью обездвижив партнершу, Альберт наклонился и начал что-то шептать на ухо.

Звук и так был ни к черту, а шепот я не слышала совсем, но картина, разворачивающаяся на экране, одновременно и ужасала, и возбуждала.

Дождавшись, когда человечек под ним полностью признает происходящее, признает и примет, мужчина начал постепенно увеличивать амплитуду.

В этот момент на площадку, откуда ни возьмись, прибежала спортивная семейка: отец и пара его детей. Они втроем начали пинать мячик, периодически посматривая в мою сторону.

Альберт: — Вот так, да, моя девочка, да!!!

Слова, пронзившие мои уши, ударили одновременно в голову и в пах. Холка поднялась, диафрагму сдавило.

Альберт вышел из попки Олежика, постучал по ней членом и снова начал поливать ее маслом.

Альберт: — Умничка моя, чистенькая, приготовилась, сейчас дядя Альберт тебя женщиной сделает.

Теперь уже совершенно не церемонясь, мужчина слез с полки, потянул партнера на себя и, поставив раком, несколько раз шлепнул по ягодице. Все это время Олежик покорно исполнял все, что от него требовали, а даже когда его мужчина рыкнул «прогнись», он послушно прогнулся, подставив попку под член.

Только сейчас я заметила, что моя рука уже давно между ног, и средний пальчик стимулирует кнопку.

Вставив член, Альберт размашисто начал проникать в любовницу, а она просто стояла, зажмурившись, и терпела.

Альберт: — Ну что ты, не зажимайся, так никогда удовольствие не получишь. Вот смотри.

Потянув Олежика на себя, он практически поднял его на ноги и, поцеловав в шею, рукой начал ласкать пепперончик.

На невинном лице был целый букет эмоций: страх, угнетение, неизбежность и...

Бровки поднялись, глазки закатились, ротик приоткрылся, и из него вырвался слабенький стон.

Меня как током ударило.

Кончая, я повалилась на бок и, дабы не распугать подрастающее поколение, как смогла приглушила стон, укусив себя в плечо.

Не знаю, сколько я отходила от оргазма, но когда открыла глаза, недалеко от меня, за сеткой, стоял отец тех детишек.

Папочка: — С вами все хорошо?

Я: — Да, спазм... Пойду домой, но-шпу выпью.

Поднявшись на дрожащие ноги, я потихоньку пошагала в сторону коттеджа.

Папочка: — С тетей все хорошо, у нее животик болит, как у мамы.

«Ой, не факт, мил человек, ой, не факт».

Я подошла к коттеджу, где на веранде меня уже ждала эта парочка.

Альберт: — Ну что?

Я: — В каком смысле?

Альберт: — Ты штаны ходила стирать, где они?

Я стояла как обосранная и не понимала, что происходит.

«Твою мать, я же ШТАНЫ, а где они? Надеюсь, я их не потеряла».

Тут же зазвонил телефон. Администрация сообщила, что я забыла штаны на спортплощадке, но бдительная семья принесла их в комнату забытых вещей. Папочка хотел передать их лично, но контакты посетителей администрация не выдает.

«А папочка, по ходу, догадался, что за спазм... Только бы его не встретить».

Я: — Из администрации позвонили, сказали, ничего не получилось, надо сходить забрать.

Развернувшись, я пошла за штанами.

«Сука, офигенные у меня выходные, хожу туда-сюда. Что-то я последние два дня особенно рассеянная. Может, это от недотраха? Обычно я стабильно получаю вливания от трех моих любовников и не замечаю волн возбуждения, а тут...»

Хотя я бы не сказала, что я каждый раз с любовниками кончала.

Пиликнуло входящее сообщение от Альберта.

Заглянув в телефон, я увидела, что любовники о чем-то воркуют, нежно обнявшись в спальне.

«Он специально камеру переставил?»

Альберт достал что-то блестящее и, смазав очередным гелем, притянул Олежика к себе.

Перекинув его через колено, он начал вставлять предмет в попку, тихо объясняя важность детали.

«Капец, он его трахнул, он реально его трахнул, и Олежик не убежал, а стоит вон рядом».

Альберт: — Походи пару часов с ней, и ничего болеть не будет.

Олежик: — Как я с ней ходить-то буду, а Маша? Она ее точно заметит.

Альберт: — Чего вдруг она ее заметит?

Олежик: — Да у нее как будто буйство матки, она постоянно, как меня видит, хочет куни, затрахала уже.

Альберт: — Ну так в чем проблема?

Олежик: — В том, что просто куни ей мало, ей надо меня там лизать и...

Альберт: — Она тебе аннилингус делает?

Олежик: — Да, начала типа «я тебя научу», а потом я понял, что это ей надо, она от этого прям с ума сходит.

Альберт: — Очень интересно. И что же делать?

Олежик: — Я не знаю.

Альберт: — Ну я не знаю, хочешь мы ее отвлечем?

Олежик: — Как?

Альберт: — Ну, не знаю, могу друга позвать он все ее внимание возьмет на себя.

Олежик: — В смысле друга?

Альберт: — Ну мужика, он однозначно будет к ней домагиваться, и ей будет не до тебя.

Олежик: — Она не захочет. Скажет: «Нафиг надо».

Альберт: — Да за нее не переживай, ты хочешь?

Олежик: — А если она согласится?

Альберт: — Ну так это хорошо, у нас будет больше времени.

Олежик: — Нет, если он будет к ней домагиваться, а она согласится?

Альберт: — Ты против?

Олежик: — Не знаю, наверно, просто не хочу об этом сейчас думать.

Я смотрела в экран и не могла поверить ни ушам, ни глазам. Мужик разводит Олежика как хочет, втюхивает ему дичь, и тот, развесив уши, соглашается.

«Блядь, он только что согласился отдать меня другому мужику. Он вообще понимает, что тот меня трахнет? Хотя... он вообще понимает, что его сегодня трахнут? Он понимает, что нас обоих трахнут разные мужики?»

Альберт: — Я, кажется, придумал идеальный расклад.

Олежик: — Какой?

Альберт: — Я скажу, что протупил и сказал другу, что отдыхаю с девицами, думая, что он в отношениях, а он как раз расстался и мчит сюда.

Олежик: — А чем он идеальный?

Альберт: — Да всем. По-любому его надо с ней сводить, так как ты не особо девушка.

Олежик: — Ну я, так-то, совсем не девушка.

Альберт: — Я не знаю, как объяснить, что вы супруги... И мы с тобой начнем уединяться, у него точно вопросы появятся.

Олежик: — Ты хочешь, чтоб я переоделся в девушку?

Альберт: — Если не хочешь, давай думать дальше, а пока это идеальный вариант.

«В плане развода мне у Альберта надо, конечно, уроки брать: я столько времени уговаривала Олежика примерить платье, но он ни в какую не соглашался, а тут — неужели он согласится?»

Забрав штаны из администрации, естественно, я даже не спрашивала, есть ли средство вывести пятна. Вернувшись в коттедж, я знала, что в нашей половине никого нет, но для конспирации мне надо было походить, потопать и только потом искать заговорщиков у Альберта.

Постучав в дверь, я громко спросила, тут ли ребята, делая вид, что не в курсе.

Альберт: — Да, Машунь, заходи.

Олежик сидел на кровати в достаточном отдалении от Альберта.

«Да сколько можно конспирироваться, я запуталась: я знаю, что он его трахает, или не знаю? Вроде вчера было очевидно, или они думают, я совсем уже?»

Я: — Чем занимаетесь?

Альберт: — Слушай, тут такое дело. Я реально накосячил.

Делая вид, что не знаю, о чем речь, я свела брови и сделала серьезное лицо.

Я: — Каким образом?

Альберт: — Да товарищ позвонил, я думал, он в отношениях, и ляпнул, что развлекаюсь с девицами, ну, чтоб его позлить, а он, оказывается, расстался и сказал, что едет сюда.

Я: — Хорошо, причем тут я и где девицы?

Альберт: — Ну, типа, ты и она.

Я: — Не очень понимаю.

Альберт: — Олежик согласился переодеться в девушку, но нельзя, чтоб друг об этом узнал.

Говоря это, Альберт заговорщически подмигнул.

Мне хотелось спросить, почему, протупив, он решил прикрыться парочкой левых супругов, но это разнесло бы легенду, и так державшуюся на соплях.

«Это прикольно: и я, и Альберт, и Олежик — все понимаем, что легенда полное фуфло, но так как каждому она удобна, делаем вид, что идея гениальна. Интересно, я должна продолжать возражать или нет?»

Я: — Я не знаю, а что мой супруг?

Олежик напрягся: видимо по сценарию, у него нет в этот момент слов, а импровизация — не его конек.

Олежик: — А я при чем?

Я: — При чем... Если я замужем, то, когда он начнет клеиться, я его должна послать, а если не пошлю, он подумает: «свободная баба». Мне как себя вести?

Наводящими вопросами я пыталась заставить Олежика разрешить мне развлечься с чужим мужиком, но он явно тупил.

Альберт: — Да, он точно начнет, я его знаю.

Альберт, видимо, догадался, к чему я клоню, и мы уже вдвоем ждали реакции от тупящего недосупруга.

Олежик: — Ну это же... Ну если надо... Я, наверное, не против.

«Слава богу, родил».

Альберт: — Маш, а у тебя много с собой вещей?

Я: — Ну там еще сарафан и платье.

Олежик: — Какое?

Меня снова понесла волна.

«Он сам спрашивает про платье? Вчера он не хотел мои шорты надевать!!!»

Я: — Черное, типа резинка. Можем все померить, если хочешь?

«Олежик сегодня будет девочкой. Очень интересно, что он выберет: в любом из этих нарядов он будет выглядеть шикарно».

От платья в обтяг Олежик отказался, даже не примеряя, хотя мы с Альбертом достаточно долго уговаривали его: очень уж хотелось обоим взглянуть на этот шедевр.

Время шло, Альберт пошел встречать друга, а мы засели в комнате, приводя в порядок лицо супруга. В принципе, оно было в порядке, да и наносить какой-то яркий макияж никто не собирался.

Немного тоналки, немного теней, реснички и блеск для губ — этого хватило, чтоб преобразить парня.

Повозилась с прической: обычно его подобие прически «боб» просто живет своей жизнью, а сейчас, сделав проборчик на чистых уложенных волосах и одну сторону закрепив невидимкой, мы получили скромную девочку.

Альберт: — Вот знакомьтесь, это Сергей.

Если сравнивать нового мужчину с Альбертом, то, конечно, выделить явные преимущества сложно. Тоже высокий, атлетичный; может, у него не такая шикарная борода, как у первого, но он был весьма хорош.

Легкие брючки, рубашка расстегнута, выставляя напоказ мощную волосатую грудь.

Широко улыбаясь, он подошел и поприветствовал каждую из нас, поцеловав руку. Даже у меня в этот момент предательски заныло внизу живота, а Олежик начал заикаться, представившись Олей.

«Оля!!! И покраснел, реснички заморгали, глазки опустились — ему тоже понравился этот мужик?»

Видя со стороны ужимки супруга, на меня снова начала накатываться волна.

Ребята скрылись в крыле Альберта, а я уставилась на мнущуюся Оленьку и не смогла удержать себя, чтоб не постебаться.

Я: — Так, ты мне это брось, его по мою душу позвали.

Олежик: — Ты о чем?

Я: — О чем? Думаешь, я не знаю, что значат эти ужимки? Вон, своего обхаживай.

Я немного замялась, я только, что вскрыла дебильную легенду про случайного гостя. И дабы избежать не нужной реакции моего интроверта, кинулась на него обнимая и целуя как давнюю подружку. Но Олежик или не расслышав, или не до поняв текст, начал подыгрывать.

Олежик: — Нет никаких ужимок, чего ты выдумываешь.

Мы оба посмотрели вниз на поднимающий подол платья бугорок.

Олежик: — Блядь, только этого не хватало.

Весь задорный тон смылся в один миг. Олежик вскочил со стула и побежал в наше крыло.

Альберт: — Чего это она?

Я: — Да, есть там одна проблемка, сходи посмотри.

Мужчина ушел успокаивать свою подружку, оставив меня наедине с новым знакомым.

В этот момент я уже думала, когда можно будет тащить его в постель, так, чтобы это не считалось блядством.

Сергей: — Может, прогуляемся? Покажешь мне, что тут есть?

Я: — Я тут первый раз, еще сама ничего не изучила.

Мужчина галантно подал руку, помогая мне встать на ноги, и, поднявшись, немного притянул к себе.

Это было неожиданно: платье по своей конструктивной особенности резко начало собираться снизу вверх, оголяя уже даже не ножки, а скорее уголок трусиков, и я хотела его поправить, но резкое движение в сторону мужчины заставило выставить руку вперед в качестве опоры, дабы избежать столкновения с его телом. Естественно, платье задралось, оголяя задницу почти наполовину.

Сергей: — Чудное платье. Мне Альберт рассказал о твоем недотрахе. Идем найдем место, где я смогу повыше его задрать?

Такой неожиданный поворот, наверно, в другой девушке включил бы блокировки, но меня второй день разрывает от похоти. Но, как и любая девушка, я все равно решила немного поломаться.

Я: — Вот так сразу? А как же предварительные ласки?

Сергей: — Ну как без них, это самое важное.

У меня закружилась голова, низ живота заныл, и писичка начала вертеться, как штурвал при шторме. Вот так прямо, грубо, дерзко со мной никто никогда не разговаривал. Даже К.Д. всегда как-то обтекал прямолинейность.

«К черту приличие, я трахаться хочу».

Я: — Пойдем, я тебе сауну покажу.

И уже через пару минут меня, толкнув на полку, поставили в позу догги-стайл и, небрежно задрав юбку, начали трахать. Почти сразу состояние из возбужденного перешло в порочное: взгляд поплыл, по телу прошелся озноб, и я, испытывая только одно желание — как можно быстрее кончить, — начала двигаться навстречу.

Наши тела, встречаясь в страстном порыве, непременно каждый раз рождали довольно звонкий шлепок, а в сочетании с моими стонами, невольно вырывающимися из рта, секс стало слышно далеко за пределами сауны.

Альберт: — Оу, да вы уже развлекаетесь? Мы в столовую.

Вся конспирация закончилась, не начавшись. Олежик стоял за спиной мужчины и видел, как меня грубо сношает мужчина через минуту после знакомства.

Сергей: — Подождите нас, мы быстренько.

Оставив дверь сауны открытой, Альберт отошел от двери и, присев на край стола и обнявшись с подружкой, стал наблюдать за процессом.

Помутненным взглядом я видела, что они оба наблюдают за процессом, и в голове начали потрескивать искры. В момент, когда я вышла из сауны, вытирая свежую сперму с губ, парочка уже выходила на аллею, направляясь в сторону столовой.

Мы шли немного сзади и наблюдали, как, прижав к себе, мужчина всю дорогу не убирал руку с булочки своей подружки, периодически ее наминая, а она, так мило обняв его за талию, прижималась головой к его плечу. В этот момент я уже не видела в ней Олежика.

«Что он, интересно, в ней нашел?»

Сама не замечая, я начала смотреть на нее как на соперницу, и мне было немного не по себе от того, что такой статный мужчина предпочел яркой мне, эту серую мышку.

«Блин, забыла слить нектар во флакончик, я ее проглотила? Ни фига не помню. Ладно, еще не вечер, может, повезет, и я Альберта подою».

Со стороны уже никто бы не смог определить, кто из нас четверых является супругами. По дороге обратно в коттедж мужчины довольно бесцеремонно лапали своих спутниц, периодически шлепая их по попкам и отвешивая пошлые комплименты, а вернувшись к коттеджу, каждая парочка сразу же направилась в сторону спальни.

Я не видела, чем занимается Альберт со своей подружкой, но я это очень хорошо слышала. Пока я обрабатывала член Сергея ротиком, за стенкой начали раздаваться шлепки и стоны, явно намекающие на позу, в которой происходит соитие.

Представляя, как мощный мужчина, удерживая в своих крепких руках, долбит сзади миниатюрную подружку, мне непременно захотелось испытать то же самое.

Примерно через час, натрахавшись и подремав, мы собрались на веранде для обсуждения новых планов. Олежик был в сарафане и уже совершенно не стеснялся своего внешнего вида. Периодически я замечала, как Альберт, гладя его попку, словно специально задирает ткань повыше, демонстрируя отсутствие белья и наличие аксессуаров. Сзади в него была вставлена пробочка с красным сердечком, а спереди что-то прятало пепперончик, но что это было, разглядеть пока я не смогла.

Сергей: — Что, нравится?

Я: — Ты о чем?

Сергей: — Ты уставилась на пробочку, себе такую хочешь?

Я: — Нет уж, спасибо, то служебный вход, туда посторонним вход воспрещен.

Альберт: — Ну какие же мы посторонние.

Мужчины рассмеялись, а я, не понимая, что это намек или явное указание на планируемое будущее, просто сделала вид, что не расслышала комментарий.

До ужина просто пили вино и общались.

Меня искренне беспокоило, что Олежик, или теперь Ольга, все меньше был похож на себя. Он спокойно давал себя лапать и, больше того, лапал мужчину в ответ.

Алкоголь очень сильно раскрепостил и меня, и, естественно, Олежика, и в какой-то момент мы, совсем не стесняясь друг друга, начали обслуживать ртом своих мужчин прямо на веранде. А потом снова разбежались каждый по своим койкам.

«Что еще нужно? Я давно так не отдыхала. Мужик без загонов! Единственный вопрос: сколько раз я смогу насладиться его телом до отъезда? Ведь уже завтра все закончится».

После ужина, уже когда вышли из столовой и прошли половину пути, Альберт вдруг остановился.

Альберт: — Я, по ходу, телефон в столовой забыл. А у кого телефон с собой? А то меня не пустят.

По работе я привыкла телефон носить с собой, в каком бы состоянии ни находилась. И поэтому, перекинув свой QR-код мне и Альберту, Олежик спокойно расхаживал в своем легком сарафанчике без карманов, не беспокоясь, что его куда-то не пустят.

Я: — У меня есть. А ты точно его там забыл? Вроде уходили — на столе ничего не было.

Альберт: — Сейчас и проверим, пойдем. Вы нас не ждите.

Олежик немного обескураженно смотрел то на Альберта, то на меня, но, подхваченный Сергеем, побрел вслед за увлекающим его за собой мужчиной. А я, совсем не в восторге от предстоящего пути обратно, глядя вслед уходящей парочке, спросила:

Я: — Может, ты сам сходишь, а я тебе телефон дам?

Альберт: — Нет.

На лице мужчины появился довольный оскал. Он посмотрел на меня и достал телефон из кармана.

Я: — Это еще что за прикол?

Альберт: — Хотел дать им пообщаться.

Я нахмурилась.

Я: — Для чего?

Альберт: — Дурочкой не прикидывайся.

Я: — Ну какой дурочкой? Мы же Олежика нарядили для того, чтоб Сергей...

Но мужчина меня перебил:

Альберт: — Мы Олежика нарядили только для Олежика, Сергей в курсе событий.

В моей голове начали кружиться мысли.

Я: — Ты хочешь ее еще и под Сергея...

Альберт: — Почему только под Сергея? Я хочу ее сегодня на два ствола оформить, так сказать, чтоб закрепить.

У меня снова заныло внизу живота.

Альберт: — Ты мне только вот что скажи: ты ее гормонами кормишь?

Я: — Нет, с чего ты взял?

Альберт: — С того, что у нее задница больше плеч, сиськи выросли и на теле волос нет, а она говорит, что еще полгода назад имела бороду — не такую, конечно, как у меня, но факт.

Я: — Да какая там борода? Три волосины в разные стороны.

Альберт: — В общем, кормишь. А какая цель?

Я: — Да не было никакой цели, просто мне не нравилось губами по волосам елозить.

Я того не замечая, сама спалила себя с потрохами.

Альберт: — Обалдеть. Ты из-за своей прихоти сделала из парня девушку, и тебя это не парит?

Я: — Да в смысле девушку? Ничего она... он не девушка.

Альберт: — Раскрой глаза, он баба, у него даже голос уже сломался, уверен, что можно операцию делать.

Я: — Какую?

Альберт: — Какую? Простую.

Ладно, идем, посмотрим, сможет Сережа эту подружку на минет раскрутить.

Я: — Сергей что, прям сейчас крутит Олежика на минет?

Альберт: — Да, мы поспорили.

Мне стало неприятно и обидно. Я рассчитывала на этого мужика и не собиралась его делить, а тут получается, Олежик и Альберта прибрал к рукам, и Сергей сейчас кончит, а мне потом жди, пока он на еще разок сподобится.

Я: — Классные вы товарищи, а я... я тоже, может, хочу в два ствола...

Из меня лилась обида, но слова, выражавшие ее, были слишком пошлыми для меня, и я сразу же закрыла рот.

Альберт: — Не переживай, мы на тебя и поспорили.

Я: — Что значит «на меня»?

Альберт: — Кто будет твоим первым мужчиной.

Я: — О, ребят, вы опоздали.

Мужчина улыбнулся и, стукнув меня пальцем по кончику носа, ехидно заявил:

Альберт: — А мы не про парадную...

В голове было ощущение, что вопрос решенный и меня сегодня однозначно откупорят, и, даже не имея желания иметь опыт анального секса, я как-то быстро смирилась с будущим.

Я: — Зашибись, вы меня в задницу трахнуть хотите?

Альберт: — Да, а чем ты хуже своей подружки?

Я: — С хера ли хуже? Я лучше, у меня каноничные дырочки есть, у меня вообще больше дырочек.

Альберт: — Хочешь сразу во все?

Я никогда не представляла себе такое безумие, и, услышав, что это возможно, голова снова начала кружиться. Удерживая мое тело во время нокдауна от возбуждения, Альберт не отказал себе в возможности пошарить руками и, выждав легкую паузу, потащил меня к коттеджу.

Подойдя к территории, мы постарались бесшумно подкрасться к террасе. Парочка стояла около стены, и мужчина что-то говорил своей подружке, периодически наклоняясь к уху. Одна рука Сергея была на талии Олежика, второй он то поглаживал плечо, то поправлял волосы, постепенно все больше пытаясь притянуть к себе будущую любовницу, а она явно терялась. Для нее столько внимания в новинку, ей явно льстят посягательства на ее тело, но образ жизни затворника заставлял сдерживать похоть, не давая ей вырваться наружу и пуститься во все тяжкие.

Олежик не говорил категорическое «нет», но и не давал прижать себя к мужчине, время от времени поглядывая в сторону входа.

Альберт: — Уже почти уломал.

Альберт прижался ко мне со спины и шепотом заговорил в ухо.

Я: — Да ни фига, видишь, головой вертит, он же знает, что мы сейчас придем.

Альберт: — Да знает, и Сергей сейчас скажет ей, что мы пошли трахаться, а он нас прикрывает.

Руки мужчины прижали мое тело к своему: одна сразу легла на грудь, а вторая начала протискиваться между ножек.

Я: — Ах вы... мудаки, развели наивную девчонку.

Альберт: — Какую из?

Я попыталась вырваться из крепких рук и заглянуть в лицо подлецу.

Я: — Сука, ты специально, ты все это подстроил... Просто чтоб меня в задницу трахнуть?

Альберт: — Нет, что ты, все будет гораздо интереснее.

Я чувствовала, как эрегированный член давит в мое тело сзади; я чувствовала, как руки проникают туда, куда им проникать не следовало бы, но я также вижу, что Олежик поднял голову, реагируя на какие-то слова, обернулся, что-то переспрашивая, и, услышав убедительный ответ, постепенно начал ослаблять оборону.

Вот он плотно прижат к телу мужчины и пытается робко сопротивляться, говоря: «Нет, не надо, так нельзя...». А через десяток секунд, не в силах устоять перед натиском кавалера, вертит головой, пытаясь уклониться от его жарких губ, но все чаще пропускает атаки на шею и плечи.

Альберт: — Недолго музыка играла. Интересно, он прям на улице ей в рот сунет или в домик поведет.

Альберт как будто знает, что нужно говорить. Я и от картинки начала тяжело дышать, а от комментариев перед глазами поплыло пространство. Ноги начали подкашиваться, и я больше не смогла удерживать руку, стремящуюся найти кнопку «старт».

Вот и последняя оборона Олежика рухнула: его прижали к стене, и за широким телом Сергея не видно было контакта. Было видно, как ручки обвили шею. А позже, когда сильные руки, взяв за задницу, приподняли легкое тело вверх, к ручкам присоединились ножки.

Меня к этому моменту от возбуждения размазало по телу Альберта и я сама задницей терлась о его восставшую похоть.

Долго в такой позе они не лобызались. Опустив любовницу на землю, Сергей развернул ее к двери, шлепнул по попке и втолкнул внутрь.

Альберт: — Идем в сауну. Посмотрим, чем они там занимаются.

Я уже идти никуда не хотела, я хотела, чтоб мной овладели здесь и сейчас.

Я: — Да блядь, что вы, сука, ходите туда-сюда...

Делать нечего, вопреки моим мольбам, мужчина направился в сауну и скрылся в проеме. Чтоб получить необходимое, нужно идти за ним. Альберт уже оголился, когда я зашла внутрь.

Альберт: — Раздевайся.

Я: — Зачем?

«Зачем я это спрашиваю, я хотела, чтоб меня трахнули еще снаружи?»

Альберт: — Будешь в сауне одетой сидеть?

Сауна была не разогрета, но за целый день на солнце температура внутри была и так достаточно высока.

Альберт: — Тем более, мы сюда не разговоры разговаривать пришли.

Сняв одежду, мужчина как-то обыденно стал расставлять флакончики на полку.

Альберт: — Ложись, кино посмотришь, а я тебя пока разомну.

Я стояла в дверях и не знала, как себя вести. Я не привыкла, что мной вот так управляют, и, хотя мне очень хотелось делать именно то, что велели, я по сути характера не могла просто взять и выполнить.

Альберт: — Ну хорошо, стой, они тебя подождут.

«Сука».

Скинув платье, я полезла в сторону телефона.

Альберт: — А трусы?

Я: — Стринги, они не мешают.

Альберт: — Я тут решаю, что мешает, а что нет. Давай бегом, вон твоя подружка уже заглотила.

«Блин, я как в детстве в бане с бабушкой».

Фыркнув, я скинула трусики и легла животом на лавку, уставившись в экран. Сергей стоял перед кроватью и небрежно рукой руководил движениями головы своей любовницы.

«Офигеть, что с Олежиком происходит? Вот бы в башку ему залезть... Он реально стал телкой, не просто девушкой, а телкой, которую за несколько минут можно развести на минет».

Я смотрела, как мой супруг обсасывает член уже второго мужчины.

«Ммм, а этот член я пробовала, может, конечно, с голодухи, но он мне показался очень вкусным».

Альберт тем временем занимался моим телом, усевшись сверху на ноги.

«Я даже не заметила, как он на меня сел».

Обильно поливая мою спину густой жидкостью, он тщательно растирал поясницу, ягодицы и ноги, стараясь как можно глубже проникнуть в доступные дырочки.

Сергей на экране достал из кармана телефон и, все еще продолжая держать за волосы Олежика, что-то там начал смотреть.

«Интересно, поработать решил или рилсы?»

Альберт: — Раздвинь ножки.

Одной рукой оторвав лобок от полки, он просунул под меня валик и раскинул ноги в стороны, сразу наклонившись и проникнув в меня языком.

Я даже возразить не успела: волна поднялась и устремилась в сторону берега. Расслабленные ножки сами раскрылись, и, чтоб было максимально комфортно благородному мужчине удовлетворять меня языком, я как могла прогнулась ему навстречу.

Альберт: — Какая кошечка у нас тут.

Я: — Муррррр...

Это было прекрасно: чудо-язык как будто буравчиком вертелся у меня внутри, и я от удовольствия не могла сконцентрировать взгляд на телефоне, совершенно не замечая проникновения пальцами в другую дырочку. Те ощущения были настолько ничтожны, что размывались в водопаде ощущений.

Альберт: — Что они там делают?

Остановив буровые работы, мужчина замер, и я смогла сфокусировать взгляд.

Я: — Сергей ему что-то показывает в телефоне.

Альберт: — Отлично, значит, время пришло.

Я: — На что?

Альберт: — Он ему показывает, как я тебя трахаю.

Я: — В смысле трахаю...

В голове мелькнула мысль про камеру, и я, зная единственное место, куда ее можно тут прицепить, глянула на датчик.

«Камера тут!!!»

Пока мозг соображал, для чего это все, Альберт навалился на меня всем телом, и я почувствовала расширение внутри.

Я: — Твою... Блядь! Нет! Не туда!!! Сука! Нет!!!

Пытаясь избежать дальнейших действий, я начала брыкаться, но даже Олежик, который был немного больше и сильнее меня, не смог ничего сделать с этой горой, накрывшей меня полностью.

Я: — Блядь, не смей, нахуя!!! АААААА!

Сильно прижав мою голову к доске, Альберт наклонился и стал монотонно говорить на ухо.

Альберт: — Да не ори как потерпевшая, не больно же.

Я: — Отъебись, мне лучше знать, слезь с меня!

Альберт: — Ну да, как же. Такую возможность упустить. Такая узенькая, заебись.

Я: — Тебе что, пизды мало, нахера!!!

Альберт: — Твоя пизда растрахана, блядина ты конченная, а вот жопа — самое то!!!

Хватит уже орать, в телефон смотри. Мы сейчас растрахаем ваши жопы, а потом заставим вылизывать друг у дружки. Подружки-вылизушки.

Мужчина сверху как-то не очень по-доброму засмеялся, но последнее, о чем я могла думать, так это о его неправильном смехе.

Мое лицо придавили к экрану телефона, я видела, как Сережа трахает Олежика раком, внимательно смотрящего в телефон.

«Олежик смотрит, как меня трахают, и я смотрю, как трахают его!!!»

Мурашки побежали по телу, спину сковал озноб, писичка завертелась.

Альберт: — Да!!! Чуешь приход, да!!!

Глаза начали подкатываться, но я все еще удерживала взгляд на экране.

Я вижу, как Олежик пытается дотянуться ручкой до своего пепперончика, но Сергей мешает ему, заламывая руку и приказывая кончать как девочка. В этот же момент я чувствую боль в своей руке, зажатой за спиной.

Я: — Отпусти, отпусти, я тебя умоляю!!!

Альберт: — Будешь слушаться?

Я: — Даа!!!

Альберт отпустил мою руку, и как только она коснулась клиторка, меня накрыл оргазм.

Альберт: — Нравится, когда тебя в жопу ебут?

Ответить я уже не могла: звон в ушах заглушил все остальные звуки, глаза закатились, и я погрузилась в небытие.

Когда очнулась, Альберт как будто специально сидел перед моим лицом и обмазывал пробочку гелем.

Альберт: — Ну вот, походишь часик с этой штучкой и будешь как новенькая.

«Что ему ответить? Я кончила от анала. Единственное условие, которое я установила для себя когда-то, рухнуло в мгновение».

Альберт: — Давай накинь на себя халатик и выгребай на веранду.

Легкое, полупрозрачное нечто, что точно нельзя назвать халатом. Едва прикрывает пах, и запахнуться нельзя: соски, как ни крути, все равно видны, но, глянув на себя в зеркало, я поняла, что это очень сексуально.

Альберт уже разливал вино на веранде, а через минуту из нашей спальни вышел полуголый Сергей, ведя за руку Олежика в таком же наряде.

Его крупные соски так и просились, чтоб их облизали, а внизу висел пепперончик, зажатый замком.

Сначала мы вели себя достаточно робко, ведь мы обе в новом для себя амплуа предстали друг перед другом, но вино постепенно сгладило все углы. Сегодня я еще испытала несколько новшеств, как говорится, открыв «ящик Пандоры»!

Через полчаса парни возмутились, что мы с Олежиком сидим как не родные, и, затащив нас в спальню, смотрели как мы сосемся, похабно комментируя это блядство. А чуть позже заставили меня накрасить ей ногти на руках и ногах.

Дальше Олежика кинули на кровать, а меня заставили сидеть в стороне и теребонькать, наблюдая, как два Аполлона терзают невинную душу. И когда они закончили, оба в нее, я могла думать лишь об одном.

«Столько нектара пропадает зря, столько нектара...»

Альберт: — Ну что, смотришь? Цветочек готов, иди собирай... Хренова пчелка Майя.

Получив благословение, я кинулась вылизывать нектар из нежного, еще не закрытого бутона.

Это было прекрасно, такого единения с Олежиком я не чувствовала никогда: мы больше чем супруги, больше чем подружки, мы любовницы, мы две шлюшки, и я уже представляла, как будет весело трахаться нам втроем: я, Олежик и К.Д.

«Да что там с К.Д., мы можем устраивать такие вечеринки... главное, чтоб на этих вечеринках было членов побольше, членов и нектара».

Довольно потянувшись, я открыла глаза. В спальне никого. Почувствовав нечто засохшее на теле, я прямиком направилась в душ. Только включив душ и смыв с себя остатки сна, я поняла: «Что-то не так».

Выйдя из ванной, я оглянулась и не увидела никого. Ни на веранде, ни в других помещениях — такое ощущение, что я тут была одна.

«Что за фигня?»

Я начала названивать Олежику, но его номер заблокирован. Стала искать контакт Альберта, но такое ощущение, что кто-то почистил мой телефон.

«Вот это номер!»

Спросила у администрации, там сказали, что гости уехали и просили меня не беспокоить. Вызвала такси и поехала домой. Но и дома Олежика не оказалось, вернее, наверно сказать, от Олежика дома не осталось и следа.

«Может, он обиделся на что-то?»

С этого момента и закончилась моя праздная жизнь.

К.Д., узнав, что мой супруг пропал, потерял ко мне интерес, мы перестали уединяться, а с этим и закончилась программа релокации.

Мне пришло уведомление о том, что компания больше не намерена оплачивать жилье, а потянуть такую аренду я не в состоянии.

Вернувшись к заводским настройкам, я повертела головой и попросилась недельку пожить у директора отделения; он как раз нашел себе квартирку, и я уже втайне задавалась вопросом, полюбит ли он Спермачино так, как любил его Олежик, но наш роман закончился, не начавшись.

Так как я больше не получала конфиденциальную информацию от К.Д., наше отделение быстро скатилось до аутсайдеров, и кресла под нашими жопками зашатались. А вместе с этим и отношения с директором отделения быстро ухудшились, надо было срочно искать нового лошарика.

«Это фиаско. Я не знаю где, но я явно свернула где-то не там и сейчас нахожусь в полной жопе. И все это потому, что в какой-то момент я вдруг решила поддаться соблазну и кардинально изменила другого человека. Мое влияние, мне так казалось, было ничтожным, но последствия оказались настолько существенными, что я даже не представляю, какой у человечка сейчас гендер. А в итоге я вернулась к тому, с чего начала. У меня, как и у той студентки, нет жилья, нет работы, разница лишь в том, что теперь, смотря в будущее, меня не переполняет оптимизм, шансы найти себе лошарика сейчас ничтожны, все хорошие варианты давно разобрали, да и где их смотреть: клуб, фитнес? Надо устроиться в крупную компанию, там при любом раскладе выбор больше».

Перелопатив все контакты во всех соцсетях, я нашла пару вариантов, на кого можно обрушить свое внимание; правда, все варианты были сложные: просто так, через столько лет молчания, не напишешь, а значит, необходимо придумывать схему случайной встречи. И я продолжила искать варианты, просматривая старые переписки в мессенджерах.

«Это еще кто, какой-то QR-код? Офигеть, это же этот, как его, Сергей!!!»

Вспомнив довольно привлекательного мужчину, у меня заныло внизу живота, мгновенно в голове закружились картинки страстных утех, руки задрожали, пульс участился.

«Может, написать ему? А что? Привет, куда пропал? — Да это херня. Вот просто под его сообщением поставлю реакцию «Большой палец», спросит, чего это я, прикинусь, что ничего не нажимала, наверно, старое дошло».

Дрожащими руками нажала «отправить» и положила телефон рядом, делая вид, что вовсе не хочу получить от него весточку в ответ.

Ответ был вдохновляющий, будоражащий, возбуждающий. Без ненужных прелюдий мужчина предложил встретиться, и я, не в силах бороться с нахлынувшими эмоциями, согласилась встретиться прямо сейчас.

Я летела на встречу с ним, думая лишь о том, сколько раз я смогу сегодня кончить. Но его планы были явно отличны от моих.

Мы пообщались, немного пожаловались друг другу на жизнь. Я рассказала, что мне негде жить, а он — об опыте неудачных отношений, и, когда я, раскатав губу, подсела к нему ближе, он сразу поставил все точки над «i».

Сергей: — Слушай, скажу сразу, ты меня совсем не интересуешь. Я с такими, как ты, на общался вдоволь.

Сказать, что это было как гром среди ясного неба, — значит не описать всю подавленность, полученную от этой фразы.

Я: — На хрена тогда позвал?

Сергей: — К тебе есть предложение.

Мужчина сделал паузу и, убедившись, что я готова слушать, начал говорить.

Сергей: — Твои морально-этические нормы настолько отвратительны, что только ты и сможешь мне помочь.

Я: — Пиздец ты, конечно, меня описал.

Сергей: — Да мне похер. В общем, тема такая: сделаешь мне такую же девочку, как Альберту, и я решу твою проблему с жильем.

«Вот сука...»

Первая же мысль, пришедшая в голову: «Послать его подальше». Но люди, как говорится, меняются, и я, немного остыв, буквально через минуту, нашла в этом предложении возможности.

Я: — Это не быстрый процесс, нужно найти лошарика, окучить его.

Сергей: — К чему ты ведешь?

Я: — Пока я буду искать и делать тебе подружку, я буду пользоваться не только твоей недвижимостью, но и движимостью.

Сергей: — Тебе тачка нужна?

Я: — Да нахер мне тачка, мне нужен твой...

Я замолчала. Слишком откровенно, напрашиваться на член — это чересчур.

Сергей: — Хорошо, поехали на квартиру, покажешь варианты.

Мое воодушевление снова вернулось.

Я: — Едем, есть у меня один вариантик, надо только придумать, как с ним встретиться, а я понятия не имею, где он работает.

Сергей: — Кто? Я же могу его по каналам пробить.

Я: — Отлично, побалуешь меня — расскажу.

«Вроде все налаживается».