Глава 6

Все последующие дни Яна проводила в солярии, салонах красоты. Меня возбуждало, что моя жена так тщательно готовится к свиданию с другим мужчиной, как она старается ему понравится, как для нее это важно. Еще сильнее возбуждало, что она от меня этого и не скрывала, советовалась, что ему больше понравится. И как изюминка на торте для моей похоти, что она готовилась к свиданию не просто с любовником, а с моим врагом, который меня унижает. Более того, я всячески поддерживал ее приготовления, не только материально, но и морально. И даже с готовностью принял ее отказ в сексе:

– Подожди, милый, не сейчас. Я хочу как следует нагулять аппетит перед встречей, быть голодной. Потерпи немножечко или подрочи на меня, хочешь?

Дерзость жены меня потрясла и восхитила, я дрочил, глядя как она примеривает платье для другого мужчины. Она посматривала в мою сторону насмешливым взглядом. Это было невероятно унизительно и безумно возбуждало. Я кончил на пол.

– Вот и умничка, дорогой. Подотри за собой, хорошо? – промурлыкала Яна.

Настала суббота, день визита к Алану. Я любовался женой: профессиональный макияж, маникюр, педикюр, прическа. Она была великолепна в полупрозрачном свадебном платье до пят. Чулки на поясе, туфельки на шпильках. Белое белье контрастировало с ее загаром, сквозь платье было видно каждую деталь кружев, а если присмотреться, то сквозь кружева виднелись розовые соски и нижние губки.

Я тоже надел торжественный костюм, чтобы, если вдруг по пути встретятся знакомые, можно было объяснить свадебный наряд жены тем, что мы решили провести фотосессию.

Мы ехали к Алану, напряжение от предстоящего свидания витало в воздухе, я видел, что и Яна очень волнуется. И вот знакомая многоэтажка, подъезд (консьерж с удивлением посмотрел на наряд жены), этаж, квартира. Я чувствовал, что меня познабливает от урагана переживаний:

– Ну что, звоню?

– Звони, – полушепотом ответила Яна.

Дверь открыл Алан, пропустил нас внутрь:

– О, Яночка, ты просто богиня! – он галантно поцеловал ее руку.

Я протянул ему руку, но он нарочито уклонился от моего приветствия и повел Яну в гостиную.

Я шел за ними следом. Алан осыпал Яну весьма откровенными комплиментами, она одобрительно хихикала. Вошли в комнату, и я застыл в немой сцене – за щедро сервированным столом с бокалом виски в руке сидел Борис, давний товарищ Алана. Мы с ним несколько раз выпивали, пересекались у Алана на дне рождении. И с Яной они были знакомы. Но что он делает здесь и сейчас?!

– Смотри, какая фея прилетела ко мне на огонек, – видно, что Алан испытывал гордость, хвастаясь моей женой перед своим другом.

– Яна, ты всегда была красоткой, но сегодня ты круче всех моделей в мире! – Борис послал моей жене воздушный поцелуй, – Просто, бомба!

– Не просто бомба, – Алан выдержал паузу, – А секс-бомба! – и они втроем рассмеялись.

Я не выдержал:

– Алан, что здесь происходит?

Он приобнял мою жену за попу, она улыбалась как ни в чем не бывало:

– Жижа, не тупи, – опять эта унизительная кличка, да еще и при Борисе, – Это ж ты ко мне пришел, забыл для чего?

– Я-то помню, но зачем здесь Борис?

– Он мой друг, я его пригласил на торжественный ужин, поэтому он тут, – ироничные интонации Алана заставили Яну улыбаться еще сильнее.

– Но зачем? У нас же с тобой, – я сделал паузу, пытаясь подобрать правильные слова, – Деликатный разговор. Без посторонних.

– Борис не посторонний, а мой друг. Жижа, понимаешь разницу? И у него сегодня важная миссия – он будет свидетелем на мероприятии с участием одной прекрасной невесты, которую ты тоже знаешь, – он подмигнул моей жене и хлопнул ее по попе, Яна в ответ захихикала.

– Каким свидетелем, о чем ты?

– Нашим свидетелем, Жижа. Будет протоколировать, чтобы было подтверждение, что все происходит добровольно, с согласия всех сторон. Снимет происходящее на смартфон для истории, что все было чинно и по-джентльменски, без всякого насилия.

Моя жена так непринужденно улыбалась, как будто все происходящее было абсолютно нормальным. Я посмотрел ей в глаза:

– Яна, у тебя все нормально?

– Да, а что?

– Они же хотят все это снять на телефон, понимаешь?

– А что такого? Ты же уже все решил, не будешь же ты менять свое решение. А Алану так будет спокойней. Но видео только для него, он обещал никому не показывать.

– Обещал? То есть ты знала, что здесь будет Борис и ничего мне об этом не сказала?!

– Думала, что для тебя это будет приятным сюрпризом, не хотела портить момент. Не знала, что ты можешь из-за этого расстроиться. Сам же говорил, что тебе нравятся мои шалости. Была уверена, что и эта тебя порадует. Ну не обижайся, милый, все же хорошо.

Алан скопировал интонации моей жены:

– Тю-тю-тю, сю-сю-сю. Жижа, в отличие от твоей жены, я не собираюсь тебя уговаривать. Ты ко мне пришел по делу, так делай, но на моих условиях. Не готов – вали отсюда, а мы с Яной повеселимся, правда, детка? – он чмокнул ее в шею, она опять захихикала.

Хотел ли я уйти? И да, и нет. С одной стороны, все шло не как я себе представлял, к тому же был свидетель моего предстоящего позора, а мне и так было не просто. И Яна скрыла от меня этот факт. С другой, как долго я сам мечтал, чтобы Яна мне изменила без моего согласия, чтобы увидеть ее в роли шлюхи. И последние дни я сам провоцировал ее на предательство, на измену с моим недругом. И если я уйду, то, во-первых, нарушу условие Екатерины Сергеевны. Во-вторых, я был совсем не уверен, что Яна уйдет вместе со мной, точнее, был на 99% уверен, что останется. И как меня предупреждала Екатерина Сергеевна, в итоге я мог вообще потерять жену. И было еще в-третьих: это такое стыдное, запретное желание увидеть, как Яна на моих глазах отдастся Алану. И возможно, Борис это снимет на камеру, что меня и смущало, и возбуждало одновременно. И если я уйду, то ничего этого не увижу. И я сделал свой выбор:

– Ладно, все нормально, я остаюсь.

– Тогда включай камеру, Борис, записывай. Давай, Жижа, жги! – Алан держал мою жену за попу, они оба выжидательно смотрели на меня и улыбались.

– Ну, я не знаю с чего начать...

– С денег, давай закроем этот вопрос, чтобы больше к нему не возвращаться.

– Хорошо, вот расписка, – я протянул Алану лист бумаги, но он не стал его брать.

– Так не пойдет, скажи на камеру, что ты не имеешь ко мне никаких финансовых претензий, о чем находясь в трезвом уме и светлой памяти добровольно без всяких принуждений свидетельствуешь в своей расписке.

Я сделал так, как он сказал.

– Ладно, так уж и быть, Жижа, принимается, – Алан взял у меня расписку, – Но я на тебя очень, очень сильно сержусь. Посмотрим, как ты будешь заглаживать свою вину, – в его насмешливом взгляде читалось торжество победителя.

– Я был не прав, прости...

– Нет, Жижа, на колени, – перебил меня улыбающийся Алан, – На коленях проси прощения, иначе не приму.

Я посмотрел на жену, она тоже улыбалась, в ее глазах я не увидел жалости или смущения, только любопытство, ожидание моей реакции на происходящее. Такое ощущение, что она сейчас тоже достанет смартфон, чтобы запечатлеть мое унижение, чтобы развлечься. Она опять меня предавала. Да я и сам этого от нее хотел, и она это знала, но лицезреть это наяву было так больно... И так сладко... У меня голова шла кругом, казалось, я находился в предобморочном состоянии. Как же это непросто, встать на колени перед другим мужчиной, да еще, когда на тебя смотрят его друг и твоя жена... Когда понимаешь, что если сделать это, то назад уже не вернешь – все увидят признание твоего полного поражения, твоей слабости, твоей готовности унизиться перед более сильным соперником, подчиниться его воле... Для него я жалкая Жижа, чмо, а моя жена в его объятиях, но я даже не сопротивляюсь. Какой позор... Но при этом от возбуждения меня бил озноб. Стыдливо опустив глаза, я встал перед Аланом на колени:

– Я перед тобой виноват, прости меня, пожалуйста...

– Что ты там шепчешь, Жижа? Ничего не слышно, ползи ко мне ближе!

Дополнительное унижение – на четвереньках вплотную подползти к ногам Алана и моей жены. Я услышал, что Яна хихикнула, наблюдая за моими неловкими движениями.

– Я виноват перед тобой, прости, пожалуйста...

– Не в пол, на меня смотри, когда говоришь.

Я поднял глаза, посмотрел на него, на жену, которая, казалось, еле сдерживалась от смеха. Видимо, стоя на коленях с трагическим лицом, я выглядел комично:

– Прости, пожалуйста, я очень перед тобой виноват, – и они втроем расхохотались.

Успокоившись от смеха, Алан ответил мне:

– Ладно, принимаю твое первое извинение. Переходим ко второму.

Я попытался было подняться с колен, но Алан мощной ручищей надавил на мою макушку и вернул меня в нижнее положение:

– Жижа, не вставай. На коленях тебе лучше, ты сразу такой убедительный мужик, – и они опять прыснули от смеха. – Итак, что ты хотел мне сказать?

– Алан, я хочу предложить тебе... – слова застревали в горле.

– И что же ты хочешь мне предложить?

– Стать любовником моей жены, – я так волновался, что говорил полушепотом.

– Громче говори, я ничего не слышу.

– Я прошу тебя... стать любовником моей жены.

– Ты просишь меня стать любовником Яны? Так меня не надо просить об этом, мне всегда нравилась твоя жена. Давно ее хотел и сейчас хочу. Как можно не хотеть такую сладкую киску? Ты ее попроси, вдруг она не захочет быть моей любовницей, – и с усмешкой шлепнул Яну по попе.

Он играл со мной, издевался. Но мне ничего не оставалось, как принять его правила, и я обратился к жене:

– Яна, пожалуйста, стань любовницей Алана.

Мне показалось, что Яна уже готова была согласиться, но Алан ее перебил:

– Нет, Жижа, как Станиславский тебе говорю – не верю! Ты не стараешься. Давай, больше драматизма, уговаривай жену изо-всех сил.

Больше драматизма? Хочет еще сильнее меня унизить перед женой? Ну что ж, ладно. Я наклонился к ее белоснежным туфлям и стал их целовать:

– Яночка (чмок-чмок), любимая моя (чмок-чмок), я тебя умоляю (чмок-чмок), измени мне с Аланом (чмок-чмок), отдайся ему (чмок-чмок), будь его любовницей (чмок-чмок)...

– Хорошо, милый, – промурлыкала Яна, – Я сделаю, как ты просишь. Я буду изменять тебе с Аланом, стану его любовницей.

– Браво, Жижа! – Алан насмешливо зааплодировал, – Вот можешь же, когда захочешь. Прямо как Сергей Безруков, я чуть слезу не пустил. А теперь последний штрих – ты, как заботливый муж, должен подготовить Яну к свиданию со мной. Понимаешь, о чем я?

Мне пришла в голову только одна идея:

– Ты хочешь, чтобы я сделал ей куннилингус?

– Ну Жижа, не забегай вперед. Понимаю, что ты известный пиздолиз и думаешь только об этом, но потерпи, куннилингус будешь делать после нашего свидания. А сейчас тебе нужно снять с жены лишнюю деталь, которая ей точно будет не нужна на нашем свидании. Ну же, Федор Двинятин, будет ответ на вопрос?

Я сглотнул:

– Трусики?...

– Бинго! Ты гений, Жижа! А теперь сними их с жены.

Дрожащими от волнения и возбуждения руками я забрался под подол свадебного платья и медленно стянул трусики с жены. Сияющая улыбкой Яна перешагнула через них, когда они коснулись пола. Я почувствовал, что трусики мокрые, моя жена была возбуждена. Я протянул их Алану, но он ответил:

– Это тебе, Жижа, подарок, чтобы тебе было на что подрочить, пока мы с Яной будем заниматься любовью. А что бы твоей жене было не просто хорошо, а очень хорошо, ты должен как следует попросить того, кто будет ей доставлять удовольствие. Ты уже видел его фотографию на смартфоне жены, он такой большой, напряженный, помнишь?

Теперь он хочет, чтобы я разговаривал с его хуем? Сколько еще унижений мне уготовано?

– Как мне его попросить?

– Говори прямо через ширинку, уверен, он тебя услышит, – все трое прыснули от смеха, затем Алан велел мне приблизить голову к его паху, мой рот был на уровне его ширинки.

Ну что ж, унижаться так унижаться, и я спросил:

– Как мне его называть?

– Уважаемый хуй, и на вы. Ты же его уважаешь?

– Уважаю... Уважаемый хуй, – сам не верил, что такое возможно, что буду говорить в его ширинку, – Я вас очень прошу, доставьте моей жене удовольствие...

– Все, харе, Жижа – они забились в истерике от смеха, – Больше не могу смеяться, хватит комедий на сегодня. Можешь идти домой.

– В смысле, домой? – в недоумении я поднялся с колен.

– Очень просто, домой. Ты свое дело сделал, два извинения приняты. За Яну спасибо, ей будет со мной хорошо, не волнуйся.

– Но я думал, что буду присутствовать?..

– Жижа, ты что-то попутал. Я тебя в гости не звал. Или ты думал, что мы с Яной тебе эротическое шоу устроим? Этот праздник не для тебя, ты тут лишний, вали отсюда.

Я посмотрел на свою жену, которая стояла без трусиков в почти прозрачном платье и беспечно улыбалась. У меня была последняя надежда на то, что она меня поддержит, попросит, чтобы остался, и будто цепляясь за соломинку спросил:

– Яна, мне уйти?..

– Ладно, милый, пока, хорошего вечера... – она промурлыкала, как ни в чем не бывало.

Всё, надежды больше не было, и я побрел домой.