Девушка присела рядом со мной и почти затихла — с её стороны доносилось только какое-то нетерпеливое шмыганье, она то и дело ёрзала аккуратным задом по выцветшим доскам скамейки. Бледные пальцы периодически сжимались в кулачки, губы были недовольно поджаты.

Разглядывая её короткие, светлые, почти белые волосы, я силился вспомнить, откуда она вообще взялась, но мозг отказывался думать об этом даже самую малость. Восстанавливая своеобразную карту, он по привычке рисовал картинку со стороны. Кажется, она увязалась за мной возле магазина, куда я зашёл, чтобы взять несколько банок пива.

Она нервно переминалась с ноги на ногу, когда я останавливался, и бродила за мной по пустующему торговому залу, когда я разглядывал прилавки. Света в зале не было, на кассах было совершенно пусто. Тишину нарушал только звук наших шагов.

Побросав банки в пакет, я оставил свою карту на кассе и направился к выходу. В этот момент девушка вцепилась в край моей футболки. Я совершенно буднично стряхнул с себя её руку, как надоевшего жука, и вышел на пустую парковку.

Оглядевшись, я выбрал взглядом одну из скамеек где-то чуть ниже уровня дороги, почти у самой воды. К ней вела утоптанная тропка, по которой мы и спустились. За небольшим ограждением из цельного камня, чуть впереди, доносился глухой плеск.

Воздух пах стоячей водой.

Поняв, что я уже довольно долго сижу, уставившись на неё, я перевёл взгляд на озеро впереди. Небольшое, идеально круглое, аккуратно обрамлённое желтеющими, хрупкими, почти беззащитными на вид берёзами, вперемешку с соснами, которые на их фоне казались гигантами.

Поодаль я видел только крутые склоны гор, возвышающихся над озером и лесом. Они были такими высокими, что видно их было только наполовину — верхняя часть скрыта плотным слоем тёмных и тяжёлых облаков, готовых вот-вот разразиться проливным дождём.

На каменном ограждении красной краской было написано «ХУИТА». Краска выглядела свежей, но вандалов поблизости видно не было. Впрочем, как и признаков присутствия хоть кого-то в округе.

Мой взгляд всего на мгновение зацепился за эту надпись, а после стал воспринимать её как деталь окружающего пейзажа.

Озеро, лес, горы, странная, но симпатичная девчонка рядом — как картинка в рамке. И снизу подпись — «ХУИТА». Своеобразный демотиватор, в суть которого я некоторое время пытался вникнуть, но оставил это дело за отсутствием какого-либо смысла.

Шурша пакетом, я вытащил две банки. Одну я протянул девушке. Та взяла её, но открывать не стала. Пожав плечами, я открыл свою и сделал несколько крупных глотков. Пиво было тёплым, совершенно невыносимым, а проглотил я его исключительно принципиально. Девушка же сосредоточенно изучала взглядом пивную банку, крутя её в руках, будто она была чем-то, попавшим к ней по какой-то чудовищной ошибке. Как технология пришельцев или неизвестное технологичное устройство.

Чуть приподнявшись, я отстранил её руку и потянул кольцо на крышке банки. «Пшик» оказался довольно громким, и она вздрогнула — пена брызнула на её бёдра, а я указал пальцем на открывшееся на крышке отверстие.

После некоторого ожидания она поднесла банку к носу, доверчиво втянув в себя запах, зажмурилась и, мотнув головой, поставила её на землю и повернулась ко мне, в первый раз посмотрев мне в глаза.

Её лицо для меня было загадкой до этого момента. Я счёл её симпатичной, основываясь на том, как выглядит её затылок, и теперь, глядя в её огромные, бездонные, как то озеро, глаза, я понял, что не ошибся в своём изначальном предположении.

Она была похожа на куклу после пары месяцев изнурительных диет — впалые щёки, тёмные круги под глазами, синеватые губы. Глаза чуть красноватые, будто заплаканные. Но в этом лице было что-то, что на мгновение меня тронуло — то ли странный блеск в глазах, приятная полнота губ, а может, дело было в каком-то отстранённом выражении — будто она сильно пьяна и пытается разглядеть кого-то напротив.

Сидя вполоборота, она не пыталась поправить юбку, которая из-за постоянных ёрзаний на месте чуть задралась, и я видел краем глаза краешек её трусиков. Какое-то хитрое кружево, небесно-голубого цвета. Судя по всему, её этот момент никак не смущал, а я, в свою очередь, неотрывно смотрел ей в глаза, никак не выдавая своей осведомлённости о цвете её белья.

Может, это был намёк на что-то или самая обычная случайность. Да и она не выглядела возбуждённой или расстроенной — кажется, её устраивало просто смотреть на меня. А я потянулся за банкой отвратительного пива и сделал ещё пару глотков, стараясь не коситься на её зад. Её бледная кожа манила, представляясь приятно-прохладной, а рука сама тянулась, чтобы задрать уже её юбку и запустить пальцы под эти кружева.

Тем не менее пиво я допил. Пустая ёмкость отправилась куда-то на дно озера, девушка отвернулась, и всё будто бы вернулось на круги своя.

Когда на землю вокруг начали падать крупные капли, безмолвная спутница снова засопела и принялась ёрзать на месте. Дождь был довольно тёплым, вставать и искать укрытие я не планировал. Её тут никто не держал и не заставлял мокнуть вместе со мной. Да и, в конце концов, ни о какой компании я не просил. И уж тем более вот такой — недовольной, сопящей, ёрзающей, мокнущей… как специально. Будто она с какой-то неизвестной целью пыталась вызвать у меня жалость к себе.

— Заканчивается, — хриплым шёпотом констатировала она, чуть наклонив голову вперёд. Круги от капель, разбивающиеся о воду, стали меньше и через несколько секунд полностью пропали. Облака чуть сдвинулись в сторону, и из-за них мне прямо в глаза прилетел ярчайший солнечный луч. Я зажмурился, из-за чего не смог никак изобразить на лице удивление. С минуту я сидел с закрытыми глазами, прежде чем предпринять попытку снова их открыть.

Солнечный луч запутался в огрызках облаков, и его яркость стала терпимой. А спутница оказалась говорящей. Эта мысль принесла облегчение и одновременно с ним — смутную тревогу. Неподалёку протяжно закричала чайка, и я подумал, что это первый звук, который так резко выбился из всей этой картины. Плеск воды, лёгкий ветерок — даже голос этой девчонки звучали как часть пейзажа. Чайка сделала картину, которую я про себя так и назвал — «ХУИТА», более живой что ли, и не торопилась снова заявлять о своём присутствии где-то на берегу. Что-то неуловимо изменилось, но я так и не смог понять, что именно. Может, окружающие звуки стали громче или изменился воздух — запахло влажной землёй, чем-то сладким. По коже побежали мурашки.

Но… почему она молчала всё это время? И молчит сейчас? Сложно попросить, сказать, что ей нужно? Или ей нужно нечто, о чём она не может сказать вслух?

Отгоняя от себя похотливые мысли, я снова попытался отвлечься, разглядывая окрестности, но чёртов краешек трусов, будь он не ладен, перетягивал моё внимание на себя. Взгляд скользил по облакам, деревьям слева направо, но упорно стремился завершить свой путь в правом нижнем углу моего собственного кадра. Как раз там, где располагалась задница незнакомки.

Сдавшись, потому что от таких усилий у меня начали болеть глаза, я опустил голову.

Прямая спина, такая тонкая талия, округлости ягодиц… одно переходило в другое и третье, но выглядело таким целостным, как нечто, выточенное умелым скульптором с золотыми руками и с совершенным знанием анатомии. Подсознательно я уже пытался соответствовать этому метафорическому скульптору, ощупывая все её округлости, позволяя себе приблизиться и запустить руку между её ног — туда, где влажно и тепло, к кружевным и нежно-голубым барьерам между мной и вожделенным.

И тут же меня охватывало безумное чувство стыда. Я поддавался этим фантазиям и тут же себя одёргивал, приводя доводы, которые тут же таяли, как утренний туман, снова и снова возвращаясь.

Что она со мной сделала? Когда я видел её впервые, мнущуюся у двери в магазин, она создавала ощущение школьницы, которая вот-вот и намочит трусы, потому что дверь туалета не открывалась слишком долго. Но сейчас… сейчас это было нечто другое. Вот что изменилось! Я будто открыл глаза и посмотрел вокруг ясным взглядом, вдохнул воздух так сильно, насколько позволяли лёгкие. Она тут для этого! Она молчит, потому что я не проявил к ней никакого интереса, и единственное слово, что она произнесла, изменило всё. Даже, будто бы, само пространство-время. Даже рваные облака, прикрывающие огромный солнечный диск, застыли в своих странных, безумных позах. Теперь всё стало иметь смысл. И голубые трусы, часть бледного зада, что так и маячила передо мной, как морковка перед ослом.

Преисполнившись уверенностью, я чуть приподнялся на скамейке, спуская шорты вместе с трусами. В этот момент я понял, что эрекция стала уже болезненной. Опуская голый зад на тёплые доски, я уже примерно понимал, что буду делать дальше. Девчонка не обращала никакого внимания на мои действия, насупившись, глядя в одну точку перед собой, и в этом мире я не видел ничего более желанного, чем она. Однако мне показалось, что кончить ей на спину было бы довольно неплохим жестом. На эти изящные, утончённые очертания, прикосновения к которым казались какими-то кощунственными… а такой непрямой контакт виделся мне вполне уместным.

Всё же, я занёс руку над её плечом, едва коснувшись кожи, которая показалась мне довольно холодной, левой рукой прикасаясь к члену, который явно испытывал внутреннее давление в пару десятков атмосфер, не меньше. Девчонка вопреки моим ожиданиям не вздрогнула, и просто повернула голову, оглядев моё хозяйство представшее перед ней во всей красе. В её профиле чувствовалась неуверенность - губы были поджаты, лоб нахмурен. Тем не менее, она устроилась на скамейке поудобнее, и позволила мне коснуться её шеи и наклонить. Она упёрлась руками в колени, и послушно приняла член в рот.

Её голова двигалась осторожно, медленно, со строгим внутренним ритмом под который я машинально подстроился инстинктивно двигая тазом по направлению её лица, которого я почти не видел из-за волос. Заботливо я заправил часть из них за её ухо, на что она не обратила никакого внимания.

Теперь, всё было так, как должно было быть, всё на своих местах. Я здесь, на скамейке перед озером, мой член в её влажном, горячем рту. Меня охватило блаженство, как телесное так и внутреннее, моральное. Будто я смог разрешить какую-то сложную загадку, над которой и не бился вовсе - просто случайно нашёл идеальное решение для нее. Идеальное место, идеальное решение, идеальная спутница.

Тем не менее, её лицо казалось мне каким-то недовольным. Дышала она ровно, её глаза были закрыты, но над нами, в воздухе, всё ещё висело какое-то напряжение, хоть я и не мог идентифицировать это необычное чувство. Возможно, идеальное решение оказалось идеальным только для меня, и я решил получить от него всё, что я смогу получить.

Взяв её за волосы, я начал активнее толкать член в неё, в ответ на что она начала громко сопеть, и даже подавилась, сдавленно закашлявшись, брызнув на меня густой слюной. Границы дозволенного стали казаться призрачными, поскольку никакого сопротивления я не почувствовал, ограничивать себя в дерзости я не стал и ускорился, как требовало тело, испытывая то, что только человек на моём месте мог бы испытать. Если отбросить внутреннее смятение, я смог бы описать это как получение удовольствия от совершения достаточно грубых действий над чем-то (или кем-то), кто является неким воплощением красоты, невинности, хрупкости. И меня так раззадорила эта мысль, что я окончательно сдался, в исступлении, отдавая себя той горячей волне, что рвалась из меня прямиком ей в горло, вдавливая её лицо себе в пах с такой силой, что даже мои внутренние стопоры начали переживать о том, как бы я не сломал ей шею в своём порыве.

Но нет. Когда ослабевший и изрядно вымотанный я откинулся на спину, девчонка как ни в чём не бывало приподнялась, будто оценивая результаты своей работы. Методично, при помощи только одного языка, она устранила все последствия произошедшего - вылизала член, яйца, обсосала головку, и вытерла губы рукой. Замявшись, она поднялась, поправила юбку и присев на ограждение пыталась умыться, черпая рукой озёрную воду. "ХУИТА" оказалась как раз между её нелепо разведённых в стороны ног.

Юбка едва прикрывала узкий треугольник трусиков. Когда она в очередной раз разводила ноги, моему взору открывался небольшой бугорок, выпирающий через небесно-голубое кружево.

Выдохнув, я натянул шорты и открыл вторую банку пива, на этот раз осушив её сразу наполовину.

Сакральный смысл происходящего и уже произошедшего куда-то ушёл. Облака пришли в движение, закрыв собой солнце, постепенно затягивая всё небо. Воздух снова стал тяжёлым и влажным. Девчонка так и осталась сидеть напротив, глядя куда-то в сторону, далеко позади меня. Может, на возвышающиеся вдалеке пустующие дома или пустую парковку. А может, её взор к себе приковало что-то ещё, что могло оказаться далеко за пределами моего понимания. Сейчас же я понял одно — никакого интереса у неё ко мне не осталось. Она получила то, ради чего пошла за мной, и теперь была готова отправиться куда-то ещё.

Что, собственно, она и сделала — слезла с ограждения, обошла меня и скамейку и скрылась где-то позади. Я не обернулся ей вслед и остался совершенно уверенным в том, что она поступила точно так же. Пересекла парковку, вышла на пустынную улицу и направилась в каком-нибудь из направлений. А может, она и жила в каком-то из ближайших домов и просто решила пойти выпить чаю и почистить зубы.

Я даже был рад остаться один. После такого перформанса меня опять охватило жгучее чувство стыда, хоть я и понимал, что всё сделал правильно, но какая-то внутренняя установка продолжала твердить мне, что тут что-то было неправильно, противоестественно. А может, всё дело в том, что эта встреча не должна была закончиться так. Может, надо было сказать «спасибо»? Да нет… бред какой-то.

Но всё же, проглотив остатки пива, я поднялся на изрядно затёкшие ноги и огляделся — вокруг было пусто. Пустые улицы, пустые дороги. Девчонка как сквозь землю провалилась. Наверное, — сказал я сам себе, — я ничего не потеряю, если попробую её поискать тут. Далеко уйти она не могла.

Поднявшись на парковку, я подумал — а что я ей скажу? Извинюсь, поблагодарю? Может, попрошу о продолжении? Все варианты в голове звучали сомнительно. Но последний находил внутри какой-то отклик, и отринув сомнения я повиновался.

Эта зарисовка была написана после какого-то странного сна, так что особого смысла тут искать не стоит - его нет и он не подразумевался.

https://boosty.to/bear_chan