Глава 1

Вечер пятницы обычно приносит с собой приятную усталость и предвкушение выходных. Я сижу на диване, в комнате полумрак, лишь свет от телевизора ритмично мерцает на стенах. Саша ушла в ванную, готовясь ко сну, а я, как обычно, проверяю телефон перед тем, как отключиться от внешнего мира. Вибрация в ладони ощущается привычно, но когда я вижу имя отправителя — Даня — в желудке возникает легкий, едва уловимый спазм.

Даня — мой лучший друг со времен школы, но наши жизни давно разошлись. Пока я строил серьезные отношения с Сашей, уже два года живя вместе и планируя будущее, Даня оставался тем самым вечным холостяком. Его жизнь — это череда бесконечных свиданий, коротких романов и утренних похмелье. Он никогда не скрывал своих похождений, более того, он гордился ими. Каждую неделю мой телефон пикал уведомлением, и я знал, что это еще один отчет о его победах.

Я свайпаю уведомление, открывая мессенджер. Обычно это фото: какая-нибудь новая девушка, чье лицо я вряд ли запомню, с широко распахнутыми глазами, на которых застыла смесь удивления и возбуждения. Даня любит снимать крупным планом. Его член, твердый и налитый кровью, заполняет кадр, а губы девушки обнимают его головку. Часто это завершение акта — белые, густые потоки спермы на их щеках, носу, языке. Он подписывает эти фото с юмором хищника: «Смотри, Сереж, как надо отдыхать», или «Эта глотала лучше, чем прошлая».

Раньше я просто закрывал эти картинки, чувствуя смесь неловкости и некоторого мужского братского понимания. Мы парни, это такие разговоры. Но сегодня что-то заставляет меня задержать взгляд на экране дольше обычного. Может быть, дело в том, что Саша сейчас в соседней комнате, смывает макияж, и я слышу звук воды из крана. Или может быть, интуиция подсказывает мне, что этот вечер будет не таким, как остальные.

Я нажимаю на вложение. Файл загружается пару секунд, и на экране появляется изображение. Сначала я не понимаю. Мозг отказывается верить глазам, пытаясь найти логическое объяснение, найти деталь, которая скажет мне, что это ошибка, что это фотошоп или чья-то злая шутка.

Но деталь за деталью складываются в ужасающую мозаику. На фото крупным планом запечатлено лицо. Я знаю это лицо лучше, чем свое. Я знаю каждую родинку на щеке, форму изгиба бровей, этот особый блеск в глазах, который появляется, когда она смеется. Это Саша.

Она находится в позе, которую я никогда не видел в нашей спальне. Ее голова запрокинута назад, волосы растрепаны и прилипли к лбу. Рот открыт широко, губы обтянуты вокруг массивного, багрового члена. Я вижу, как ее щеки втянуты от усилия, как она пытается взять его как можно глубже. Это не просто поцелуй, это жесткий, агрессивный минет. Член в ее рту не похож на мой. Он толще, длиннее, с явным изгибом, и вены на нем вздулись от напряжения.

Я смотрю ниже, на ее подбородок и шею. Там, на ее идеально чистой коже, которую я так люблю целовать, растекаются белые, липкие лужицы. Сперма. Очень много. Она покрывает её подбородок, стекает вниз на шею, капает даже на одежду, которую я узнаю — это черное кружево, которое я подарил ей на День святого Валентина.

Даня стоит над ней, я вижу только часть его торса и его руку, сжимающую её волосы. Он управляет её движениями, используя её рот просто как отверстие для удовольствия. Угол съемки явно сделан им самим, сверху вниз, с позиции власти. Саша смотрит прямо в камеру. В её глазах нет того смущения, которое я ожидал бы увидеть на случайно утекшей записи. Там есть голод, покорность и какой-то дикий азарт, которого она никогда не показывала мне.

Пальцы мои начинают дрожать, и телефон почти выскользает из руки. Я пытаюсь сделать вдох, но воздух застревает в горле, словно я сам проглотил что-то слишком большое. Комната вдруг кажется чужой, стены сдвигаются. Звук воды из ванной превращается в гулкий шум в ушах.

Я вглядываюсь в детали, пытаясь найти опровержение. Фон размыт, но я вижу знакомый узор на обоях. Это не гостиничный номер и не квартира Дани. Это наша спальня. Наша кровать. Наше постельное белье.

Она делает это здесь. В нашем доме. В то время как я думал, что она на учебе или у родителей.

На фото видно, как Даня кончает. Следующая картинка, которую я открываю механически, свайпая влево, запечатляет момент кульминации. Его член выскользнул из её рта, и он струей спермы поливает ей лицо. Саша улыбается. Она улыбается в камеру, сдирая языком каплю с угла губ, и её взгляд полон вызова. Она наслаждается этим. Она наслаждается тем, что мой лучший друг использует её как шлюху, прямо у меня дома.

Моя кровь стынет в жилах, сменяясь приливом жара, который обжигает лицо. Я чувствую укол возбуждения, смешанный с тошнотой. Это предательство самого глубокого рода. Даня, который присылал мне фото других девушек как трофеи, теперь прислал мне мою собственную девушку как свой главный трофей. Он не просто переспал с ней; он записал это, сохранил и отправил мне, зная, что я увижу.

Я слышу, как в ванной выключается вода. Дверь открывается, и я слышу её шаги по коридору. Она напевает себе под нос какую-то мелодию. Звук её голоса, такой обычный и домашний, сейчас звучит как издевательство. Она идет сюда. Она придет ко мне с этим лицом, которое я только что видел в другом контексте, испачканным чужой спермой, хотя я знаю, что она, должно быть, уже все отмыла.

Я быстро кладу телефон экраном вниз на журнальный столик, словно само устройство может обжигать мои пальцы. Сердце бится так сильно, что, кажется, стучит по ребрам. Я чувствую пот, выступающий на спине.

Саша входит в комнату. На ней пижама, мокрые волосы, расчесанные, запах её любимого крема для лица. Она выглядит так невинно, так обычно. Она подходит к дивану и наклоняется, чтобы поцеловать меня в щеку.

— Привет, милый, — говорит она мягко. — Ты чего такой бледный? Все хорошо?

Её губы касаются моей щеки. Те самые губы, которые были вокруг члена Дани всего несколько часов или дней назад. Я замираю, не в силах пошевелиться. От неё пахнет мятой и ванилью, но в моей памяти всплывает другой запах — запах секса, запах сырой плоти и соленой спермы с фотографии.

— Да, все нормально, — слышу свой голос, он звучит чужо и хрипло. — Просто устал на работе.

Она садится рядом, обнимает меня за плечи, кладет голову мне на плечо. Я чувствую вес её тела, тепло её кожи. Мое тело реагирует на её близость автоматически, привычно, но разум сейчас взрывается. Я смотрю на телефон, лежащий вверх дном. Я знаю, что под черным стеклом скрыто изображение, разрушающее мой мир. Изображение, где моя девушка, женщина, с которой я планировал свадьбу, с жадностью глотает член моего лучшего друга и просит ещё.

Продолжить›

Выберите определенную главу 1. Сперма на губах, ложь...

✨ Хотите, чтобы ваши персонажи выглядели одинаково на всех изображениях?

Обновите до Premium, чтобы получить доступ к моделям для согласованности персонажей.

Глава 1

Сперма на губах, ложь в объятиях

Сергей обнаруживает шокирующее фото в мессенджере: его девушка Саша занимается оральным сексом с его лучшим другом Даней в их спальне. Пока Саша невинно обнимает его на диване, Сергей борется с гневом и возбуждением, зная, что его мир разрушен предательством.

Редактировать

Вечер пятницы обычно приносит с собой приятную усталость и предвкушение выходных. Я сижу на диване, в комнате полумрак, лишь свет от телевизора ритмично мерцает на стенах. Саша ушла в ванную, готовясь ко сну, а я, как обычно, проверяю телефон перед тем, как отключиться от внешнего мира. Вибрация в ладони ощущается привычно, но когда я вижу имя отправителя — Даня — в желудке возникает легкий, едва уловимый спазм.

Даня — мой лучший друг со времен школы, но наши жизни давно разошлись. Пока я строил серьезные отношения с Сашей, уже два года живя вместе и планируя будущее, Даня оставался тем самым вечным холостяком. Его жизнь — это череда бесконечных свиданий, коротких романов и утренних похмелье. Он никогда не скрывал своих похождений, более того, он гордился ими. Каждую неделю мой телефон пикал уведомлением, и я знал, что это еще один отчет о его победах.

Я свайпаю уведомление, открывая мессенджер. Обычно это фото: какая-нибудь новая девушка, чье лицо я вряд ли запомню, с широко распахнутыми глазами, на которых застыла смесь удивления и возбуждения. Даня любит снимать крупным планом. Его член, твердый и налитый кровью, заполняет кадр, а губы девушки обнимают его головку. Часто это завершение акта — белые, густые потоки спермы на их щеках, носу, языке. Он подписывает эти фото с юмором хищника: «Смотри, Сереж, как надо отдыхать», или «Эта глотала лучше, чем прошлая».

Раньше я просто закрывал эти картинки, чувствуя смесь неловкости и некоторого мужского братского понимания. Мы парни, это такие разговоры. Но сегодня что-то заставляет меня задержать взгляд на экране дольше обычного. Может быть, дело в том, что Саша сейчас в соседней комнате, смывает макияж, и я слышу звук воды из крана. Или может быть, интуиция подсказывает мне, что этот вечер будет не таким, как остальные.

Я нажимаю на вложение. Файл загружается пару секунд, и на экране появляется изображение. Сначала я не понимаю. Мозг отказывается верить глазам, пытаясь найти логическое объяснение, найти деталь, которая скажет мне, что это ошибка, что это фотошоп или чья-то злая шутка.

Но деталь за деталью складываются в ужасающую мозаику. На фото крупным планом запечатлено лицо. Я знаю это лицо лучше, чем свое. Я знаю каждую родинку на щеке, форму изгиба бровей, этот особый блеск в глазах, который появляется, когда она смеется. Это Саша.

Она находится в позе, которую я никогда не видел в нашей спальне. Ее голова запрокинута назад, волосы растрепаны и прилипли к лбу. Рот открыт широко, губы обтянуты вокруг массивного, багрового члена. Я вижу, как ее щеки втянуты от усилия, как она пытается взять его как можно глубже. Это не просто поцелуй, это жесткий, агрессивный минет. Член в ее рту не похож на мой. Он толще, длиннее, с явным изгибом, и вены на нем вздулись от напряжения.

Я смотрю ниже, на ее подбородок и шею. Там, на ее идеально чистой коже, которую я так люблю целовать, растекаются белые, липкие лужицы. Сперма. Очень много. Она покрывает её подбородок, стекает вниз на шею, капает даже на одежду, которую я узнаю — это черное кружево, которое я подарил ей на День святого Валентина.

Даня стоит над ней, я вижу только часть его торса и его руку, сжимающую её волосы. Он управляет её движениями, используя её рот просто как отверстие для удовольствия. Угол съемки явно сделан им самим, сверху вниз, с позиции власти. Саша смотрит прямо в камеру. В её глазах нет того смущения, которое я ожидал бы увидеть на случайно утекшей записи. Там есть голод, покорность и какой-то дикий азарт, которого она никогда не показывала мне.

Пальцы мои начинают дрожать, и телефон почти выскользает из руки. Я пытаюсь сделать вдох, но воздух застревает в горле, словно я сам проглотил что-то слишком большое. Комната вдруг кажется чужой, стены сдвигаются. Звук воды из ванной превращается в гулкий шум в ушах.

Я вглядываюсь в детали, пытаясь найти опровержение. Фон размыт, но я вижу знакомый узор на обоях. Это не гостиничный номер и не квартира Дани. Это наша спальня. Наша кровать. Наше постельное белье.

Она делает это здесь. В нашем доме. В то время как я думал, что она на учебе или у родителей.

На фото видно, как Даня кончает. Следующая картинка, которую я открываю механически, свайпая влево, запечатляет момент кульминации. Его член выскользнул из её рта, и он струей спермы поливает ей лицо. Саша улыбается. Она улыбается в камеру, сдирая языком каплю с угла губ, и её взгляд полон вызова. Она наслаждается этим. Она наслаждается тем, что мой лучший друг использует её как шлюху, прямо у меня дома.

Моя кровь стынет в жилах, сменяясь приливом жара, который обжигает лицо. Я чувствую укол возбуждения, смешанный с тошнотой. Это предательство самого глубокого рода. Даня, который присылал мне фото других девушек как трофеи, теперь прислал мне мою собственную девушку как свой главный трофей. Он не просто переспал с ней; он записал это, сохранил и отправил мне, зная, что я увижу.

Я слышу, как в ванной выключается вода. Дверь открывается, и я слышу её шаги по коридору. Она напевает себе под нос какую-то мелодию. Звук её голоса, такой обычный и домашний, сейчас звучит как издевательство. Она идет сюда. Она придет ко мне с этим лицом, которое я только что видел в другом контексте, испачканным чужой спермой, хотя я знаю, что она, должно быть, уже все отмыла.

Я быстро кладу телефон экраном вниз на журнальный столик, словно само устройство может обжигать мои пальцы. Сердце бится так сильно, что, кажется, стучит по ребрам. Я чувствую пот, выступающий на спине.

Саша входит в комнату. На ней пижама, мокрые волосы, расчесанные, запах её любимого крема для лица. Она выглядит так невинно, так обычно. Она подходит к дивану и наклоняется, чтобы поцеловать меня в щеку.

— Привет, милый, — говорит она мягко. — Ты чего такой бледный? Все хорошо?

Её губы касаются моей щеки. Те самые губы, которые были вокруг члена Дани всего несколько часов или дней назад. Я замираю, не в силах пошевелиться. От неё пахнет мятой и ванилью, но в моей памяти всплывает другой запах — запах секса, запах сырой плоти и соленой спермы с фотографии.

— Да, все нормально, — слышу свой голос, он звучит чужо и хрипло. — Просто устал на работе.

Она садится рядом, обнимает меня за плечи, кладет голову мне на плечо. Я чувствую вес её тела, тепло её кожи. Мое тело реагирует на её близость автоматически, привычно, но разум сейчас взрывается. Я смотрю на телефон, лежащий вверх дном. Я знаю, что под черным стеклом скрыто изображение, разрушающее мой мир. Изображение, где моя девушка, женщина, с которой я планировал свадьбу, с жадностью глотает член моего лучшего друга и просит ещё.

Даня знал. Он отправил это не случайно. Это была декларация войны. Или, что еще хуже, приглашение. Я чувствую, как в нижней части живота начинает закипать странная, тяжелая смесь гнева и... чего-то еще. Я не могу отвести мысль от того, как она смотрела на камеру. Как она смотрела на Даню. Я никогда не видел её такой свободной и распущенной со мной.

— Может быть, просто ляжем спать? — предлагает Саша, её рука скользит по моей груди.

Я киваю, не в силах выдавить ни слова. Внутри меня происходит землетрясение. Я смотрю на её спокойное лицо и вижу наложенным на него изображение из мессенджера — лицо, покрытое густыми слоями чужой спермы, рот, полный плоти.