Хороший отец (Главы 1 - 3) / The Good Father © Patrickson

Опубликовано на LE в разделе Loving Wives 07.08.2024

Как всегда, буду рад вашим комментариям. И если кто-то хочет попробовать свои силы в редактуре и поработать со мной над текстом — обязательно напишите. Я был бы этому очень признателен, и, думаю, мои читатели тоже только выиграли бы от такого сотрудничества.

Без секса, без добровольных куколдов — лишь немного безобидной игры с тропом Loving Wives.

Приятного чтения.

Глава первая

— Ваш ход, мистер Понд.

Тоби поднял взгляд на обворожительную брюнетку, и уголки его губ тронула легкая улыбка. Голос и интонацию она воспроизвела безупречно. Остроумного ответа у него не нашлось. От женщин такой красоты у мужчин обычно язык прилипает к нёбу.

Он прищурился, разглядывая шахматную доску. Они играли чуть больше пятнадцати минут, и партия доставляла ему огромное удовольствие. В шахматы он играл почти всю жизнь — дед научил его ещё в детстве. Для них с дедом это был способ ненадолго отвлечься от повседневных забот. С тех пор Тоби не забрасывал игру и играл весьма неплохо. Он был почти уверен, что выиграет, но Беатрис только что сделала весьма хитрый ход, которого он не ожидал, и теперь он пытался понять: действительно ли тот что-то меняет или всего лишь отвлекает внимание.

— Красиво сыграно, Беатрис. Но, по-моему, это скорее отвлекающий манёвр, чем решающий ход. Объявляю мат в три хода. Шах.

Он переставил фигуру и посмотрел на девушку. Беатрис сосредоточенно изучала позицию, перебирая возможные варианты. Последний ход и правда был очень изящным, но, наблюдая за её лицом, Тоби понял, что выхода она не видит. Непослушная прядь волос упала ей на лицо, и она привычным движением заправила её за ухо. Совсем простой жест, но в этот миг он видел только её красоту.

С другого конца бассейна донёсся громкий всплеск, за которым последовал взрыв смеха. Звук вывел Беатрис из задумчивости, и она обернулась посмотреть, что произошло. В прохладной воде барахталась жена Тоби. Бассейн был открытым и за день хорошо прогревался летним солнцем. Сам Тоби успел искупаться раньше — он любил плавать. Но дурачиться в воде, драться понарошку и топить друг друга было совершенно не в его вкусе.

Когда он снова посмотрел на Беатрис, та уже наблюдала за ним.

— Сдаюсь. Ты прав. На прошлом ходу я этого не заметила, но стоило тебе сказать — и я сразу увидела твой замысел. Эта пешка меня погубит.

Тоби протянул руку через доску, и она пожала её. Рукопожатие оказалось уверенным, и ему неожиданно понравилось ощущать тепло её ладони.

— Может, сыграем до двух побед? — предложила она.

Он улыбнулся и начал расставлять фигуры заново, теперь меняя цвета.

— Ты уверена, что не хочешь поплавать или побыть с остальными? — спросил он, расставляя фигуры.

— Чтобы оставить тебя наслаждаться тишиной и покоем?

— Вообще-то я книгу с собой взял.

— Ну надо же! Ты приехал на выходные в такое место и захватил с собой книгу?

Он кивнул.

— Если честно, мне вообще не очень хотелось сюда ехать. Подобные сборища — это не совсем моё.

Она тихо рассмеялась. Закончив расставлять фигуры, Беатрис сделала первый ход. Начало партии прошло стремительно: несколько первых ходов последовали один за другим, после чего она откинулась на спинку стула, внимательно изучая позицию.

— Хм... Очень уж оборонительное начало.

— Это защита Каро — Канн.

— Названий дебютов я не знаю, но эту позицию уже видела. Сама так не играю.

— Я заметил. Ты вообще не слишком любишь обороняться.

Она снова улыбнулась.

— Это моё слабое место. Белыми я играю гораздо лучше — можно сразу переходить в атаку.

— Что ж, удачи. А мне чёрными играть даже комфортнее. Я больше склонен к обороне.

Она сделала ход, и он почти мгновенно ответил, перекрыв главное направление её атаки. Он уже знал, куда она попытается развивать игру дальше. И был к этому готов.

— Это вообще твой стиль? — спросила она. — Защищаться?

Прежде чем ответить, он сделал глоток холодной газировки, стоявшей рядом на столике.

— Да, я довольно осторожный человек. Людей обычно сильнее мотивирует страх потерять, чем надежда приобрести, и я хорошо это понимаю — как в отношении других, так и самого себя. Предпочитаю держаться особняком и жить, никому особенно не мешая.

— Значит, хороший парень? — с лёгкой насмешкой спросила она.

Он встретился с ней взглядом.

— Разве не каждый из нас герой собственной истории?

Потом покачал головой.

— Нет, я не хороший парень. Я это знаю и не обманываю себя. Просто стараюсь быть настолько порядочным, насколько позволяют обстоятельства, в которых я оказался. Но героем себя точно не считаю. А ты? Хорошая девочка?

Ему хотелось перевести разговор на неё. По улыбке, мелькнувшей на её губах, он понял, что вопрос попал в цель.

— Мне бы очень хотелось быть хорошей девочкой. Правда хотелось бы. Только, кажется, у жизни на мой счёт совсем другие планы.

— Звучит как история, которую мне стоило бы услышать.

Она вновь тихо рассмеялась. Этот мягкий смех снова его зацепил.

— Как знать... Моя история — не из тех, что расстилаются ровной ковровой дорожкой.

— Местами бугрится?

Она молча кивнула, не поднимая головы. Вместо ответа сделала очередной ход, словно пытаясь спрятаться за ним.

Несколько минут они играли в тишине.

С противоположного конца бассейна снова донеслись визги и смех. Похоже, там вовсю шла какая-то игра. Тоби увидел, что его жена сидит на плечах хозяина дома, пока тот бредёт по воде. Кажется, они играли с мячом. Остальные пары тоже разделились таким же образом — жёны сидели на плечах своих мужей. Только хозяин и жена Тоби были исключением. Впрочем, это было логично — ведь сам он сейчас сидел здесь, с пассией хозяина, играя в шахматы.

— Если хочешь, можем присоединиться к ним, — тихо сказала Беатрис.

— Если ты уже решила сдаться, не надо использовать меня как оправдание. Если хочешь присоединиться к ним — пожалуйста, я совсем не против. Но даже если бы мы сейчас не играли в шахматы, в их возню я бы всё равно не полез.

— А что за книгу ты с собой привёз?

Он посмотрел на неё и улыбнулся.

— Вижу, что ты пытаешься сделать. И должен признать, тактический ход весьма неплох.

В ответ она широко улыбнулась.

— Неужели я настолько предсказуема?

— Нет. Но эта довольно слабая вилка, которую ты пытаешься поставить, — очень даже.

Он передвинул коня.

— Вот. Лучше сразу прекратить мучения.

Она покачала головой. Его ход полностью разрушил её комбинацию.

— В следующий раз просто вывалю сиськи и посмотрю, не сработают ли они лучше, — пробормотала она достаточно громко, чтобы он услышал.

Тоби рассмеялся.

— Беатрис, никогда не показывай противнику, о чём думаешь. Такой приём сработал бы только неожиданно. Хотя не уверен, что твой друг оценит, на что ты готова ради победы.

Она покачала головой, не отрывая взгляда от доски.

— Я с ним встречаюсь, но он мне не друг.

— Извини, — сказал Тоби. — Я не совсем понял, какие у вас отношения.

— Ничего страшного. Он вроде неплохой парень, но у меня совсем нет ощущения, что я ему интересна.

— В каком смысле? — спросил Тоби.

Он уже собирался сделать ход, но в последний момент остановил руку, не коснувшись фигуры. Ему хотелось отвлечь её от вопроса, который он только что задал.

— У меня ощущение, что он из тех, кто коллекционирует победы. Ну знаешь... очередная зарубка на спинке кровати. Хотя, может, это из-за того, что он француз. Во всяком случае, особого интереса ко мне я с его стороны не чувствую.

Тоби поднял взгляд от доски.

— Он не француз. Насколько я знаю, его семья родом с юга Франции, но сам он американец до мозга костей. У него фальшивый акцент.

— Правда? — Беатрис явно удивилась. — Никогда бы не подумала.

— Прости, но у меня сложилось впечатление, что вы пара. Разве нет?

По выражению её лица Тоби понял, что она, кажется, сказала больше, чем собиралась.

Он поднял ладонь.

— Беатрис, извини. Я лезу не в своё дело. Давай лучше вернёмся к партии. Прости за любопытство, надеюсь, я не поставил тебя в неловкое положение.

Она благодарно улыбнулась, и несколько минут они снова играли молча.

Материальный перевес был на её стороне, но Тоби вполне устраивало развитие партии. Она заставляла его всерьёз думать над каждым ходом.

— Расскажи лучше о себе, Тоби. Чем ты занимаешься? — спросила она, пока он разглядывал доску.

Он поднял голову и ответил с нарочито тяжёлым итальянским акцентом:

— Не спрашивай меня о моих делах, хорошо?

— Почему? Это секрет? — На её лице появилась озорная улыбка, и он невольно улыбнулся в ответ.

Тоби широко усмехнулся.

— Я консультант. Работаю с небольшими компаниями.

— О, должно быть, это очень интересно.

Он внимательно посмотрел ей в глаза, не отводя взгляда. Несколько секунд спустя она не выдержала и рассмеялась.

— Ладно, я просто была вежлива. Звучит это так же увлекательно, как верблюжье дерьмо.

Он рассмеялся вместе с ней.

— Иногда действительно скучновато. Но мне нравится разнообразие, нравятся люди, с которыми я работаю. А порой — пусть и очень редко — мне удаётся действительно изменить чью-то жизнь к лучшему. И вот это приносит настоящее удовольствие.

— А с какими компаниями ты работаешь? И чем именно занимаешься как консультант?

— Мои клиенты? Господи... — Он на секунду задумался. — Есть пара турецких барбершопов, две службы такси, несколько небольших магазинов, несколько прачечных самообслуживания и несколько компаний, которые занимаются торговыми автоматами.

— Сплошной наличный оборот, — тут же заметила она.

Он улыбнулся её наблюдательности и пожал плечами, снова переводя взгляд на доску. Сделав ход, он откинулся на спинку стула. Партия подходила к развязке. Он только что предложил ей выгодный на первый взгляд размен фигур. Приманка выглядела очень соблазнительной, но если присмотреться внимательнее, в ней скрывался неприятный подвох.

— У малого бизнеса хватает своих проблем, и им нужна помощь. Что тут скажешь? Я стараюсь быть полезным. Беру на себя часть бизнеса, становлюсь совладельцем — чтобы, как говорится, самому разделить риск. Так я и получаю оплату. А потом помогаю им решать их проблемы.

Он снова заметил тот самый взгляд, которым она уже смотрела на него раньше: внимательный, задумчивый, оценивающий.

— А твоя жена? Чем занимается она?

На лице Тоби появилась улыбка, в которой совсем не было веселья.

— В данный момент сидит на плечах своего босса. Он и пригласил нас сюда на выходные.

— А чем он занимается? Кажется, мне он так и не сказал.

— Он владелец семейной компании. Юрист. Знаешь ведь поговорку? Юрист с портфелем может украсть больше денег, чем тысяча вооружённых грабителей в масках. Он очень богатый человек.

Она внимательно посмотрела на него.

— Полагаю, юристов ты не особенно жалуешь?

Он пожал плечами, и на губах появилась едва заметная улыбка.

— За каждым большим состоянием скрывается преступление. Он старший партнёр в юридической фирме. Очень богатый старший партнёр. Специализируется на слияниях и поглощениях — этим и занимается их компания. А моя жена помощник юриста. Совсем недавно начала работать.

— Для новичка, она выглядит с ним довольно... непринуждённо, тебе не кажется?

— Для сотрудницы, которая занимает младшую должность и по идее почти не должна с ним пересекаться, да. Она выглядит на удивление непринуждённо, обхватив ногами самого влиятельного человека в компании.

— Я не это имела в виду... — начала Беатрис, но осеклась.

Тоби видел, как её лицо залилось краской: она наконец осознала, как двусмысленно прозвучали её слова.

Он продолжал спокойно смотреть ей в глаза, сохраняя лёгкую улыбку.

Беатрис быстро опустила взгляд на доску. Она приняла предложенный размен. Тоби негромко простонал и обменял фигуры. Было видно, что она смущена, и, продолжая серию разменов, уже не останавливалась, чтобы оценить позицию.

— Ошибка школьника, — тихо произнёс он, делая следующий ход — тот самый, остававшийся для неё совершенно незамеченным.

Она охнула от досады, прищурилась, ещё раз внимательно посмотрела на доску и молча опрокинула своего короля.

— Это было нечестно.

— Ага, чертовски нечестно. Два — ноль в мою пользу. Считай, это урок. Если, конечно, захочешь его усвоить.

Он поднял стакан и не спеша допил остатки напитка.

— И какой же это урок? — спросила Беатрис.

Она протянула ему фигуру, предлагая сыграть ещё одну партию. Он покачал головой.

— Знать, в какую игру ты играешь. Иногда тебе кажется, что играешь в одну игру, хотя на самом деле — совсем в другую.

С противоположного конца бассейна донёсся всплеск, сопровождаемый громким взрывом хихиканья. Оба одновременно повернули головы. Его жена вынырнула из воды — то ли сама соскользнула, то ли босс сбросил её с плеч. Там, на другом конце бассейна, царила совершенно иная атмосфера, чем у шахматной доски.

Глава вторая

За ужином компания расселась за двумя столами по четыре человека. Тоби оказался напротив своей жены, а по обе стороны от него сидели Беатрис и Жан-Клод — хозяин дома.

— Я и не знал, что ты играешь в шахматы, Тоби, — заметил Жан-Клод, когда все расселись.

Тоби даже не стал смотреть на Беатрис — он и без того легко мог представить её ухмылку.

Он кивнул.

— Дед научил меня, когда я был ещё ребёнком. Он был большим любителем шахмат. А ты играешь?

Жан-Клод рассмеялся.

— Mais non. Я знаю, как ходят фигуры, но вообще-то не особый поклонник.

— А зря. Очень интересная игра.

— После партии я видел, что ты читал книгу. Что-нибудь стоящее?

— Перечитываю серию «Игры престолов». Ты читал?

— Non. Боюсь, я не большой любитель чтения. Слишком занят. Когда наконец удаётся выкроить свободное время, хочется просто расслабиться. Зато сериал я посмотрел. Сцены с драконами были просто потрясающими.

Тоби кивнул.

— Книги рассказывают совсем другую историю. Думаю, сценаристы отлично справились, но мне гораздо больше нравится тот тщательно проработанный мир, который создал автор.

Жан-Клод несколько секунд внимательно смотрел на него.

— Я пытался читать первую книгу, но не осилил. Слишком уж она... сухая. Как я уже сказал, читать я не очень люблю. Это ведь история о борьбе великих домов за власть и влияние, верно?

— Да. Сюжет в общих чертах основан на Войне Алой и Белой розы. Книги, действительно, не для небрежного пролистывания. Их нужно читать внимательно — иначе упустишь множество деталей и нюансов. И мне нравится, что внимательность там вознаграждается.

— Ты ведь консультант? Работаешь в одиночку с мелкими компаниями?

Тоби кивнул.

— Мне повезло. У меня небольшая фирма, и дела идут хорошо. Мы заработали неплохую репутацию, у нас стабильный поток клиентов, постоянный доход и достаточно работы.

— Кэролайн рассказывала, что у вас небольшой домик в пригороде. И что вы скоро собираетесь завести детей.

Тоби перевёл взгляд на жену. Она внимательно слушала их разговор.

— Нам действительно очень повезло. Очень. Мой бизнес позволяет хорошо зарабатывать. Мы живём вполне обеспеченно, у нас приятная жизнь, и с каждым годом она становится только лучше. Жаловаться мне совершенно не на что. Я всегда считал, что у нас крепкий брак, и мы счастливы.

— Oui, oui. Семья очень важна для тебя, Тоби?

Он ненадолго задумался, прежде чем ответить.

— Моих родителей давно нет. Братьев и сестёр у меня тоже не было. Меня вырастили бабушка с дедушкой. В основном дедушка, потому что бабушка была уже не очень здорова.

Не глядя на этикетку, он открыл стоявшую на столе бутылку красного вина и предложил её остальным. Наполнил бокалы троим сидевшим за столом, а затем налил себе простой воды и сделал глоток. И при этом продолжил говорить, немного удивившись тому, что никто даже не обратил на это внимания.

— Семья очень важна для меня. Когда умер мой дедушка, я остался совсем один. Пришлось очень быстро повзрослеть. Мир казался совершенно непонятным. Мне едва исполнилось шестнадцать, а уже приходилось принимать решения, к которым я был совсем не готов. Это было тяжёлое время.

Жан-Клод посмотрел на него поверх бокала.

— Но, похоже, ты прошёл через это почти без шрамов.

— Я просто делал то, что было необходимо. Быстро учился, приспосабливался, становился тем человеком, которым должен был стать, чтобы выжить. — Тоби пожал плечами. — Я встал на ноги и сумел построить свою жизнь. И прекрасно понимаю, насколько мне в этом повезло.

— У тебя совсем никого нет? Никакой семьи? — спросила Беатрис.

Тоби улыбнулся ей.

— У меня есть жена.

Он слегка приподнял бокал в сторону Кэролайн и сделал глоток.

— И у нас есть возможность построить свою семью. Нашу собственную. Я с нетерпением жду того дня, когда у нас появятся дети. Мне кажется, из меня получится хороший отец.

— Mon Ami, для семьи прежде всего нужен крепкий финансовый фундамент. Финансовая стабильность — это основа, на которой строится семья, особенно если вы планируете детей.

— Думаю, ты прав, Жан-Клод, — поддержала его Кэролайн. — Очень важно успеть создать финансовую подушку, прежде чем появятся дети. Мне не хочется потом считать каждую копейку, пытаясь обеспечить нашим детям то будущее, которого они заслуживают.

— Именно. Так жить не стоит. Нужно иметь солидный запас. Говорят, в отношениях есть две темы, из-за которых люди чаще всего ссорятся: секс и деньги. Если удаётся исключить хотя бы одну из них, жизнь становится гораздо спокойнее. А если обе — значит, вам действительно повезло.

Он откинулся на спинку стула с удовлетворённым видом, явно довольный собственной мудростью.

— Я согласен, Жан-Клод. Перед тем как заводить семью, действительно важно обрести финансовую устойчивость. Если со мной что-нибудь случится, я хочу быть уверен, что те, кого я оставлю после себя, будут обеспечены. Что у них будет хорошее будущее.

— Trs bien, Тоби. А у тебя уже есть такая финансовая стабильность?

— Пока ещё нет. Но всё к этому идёт. Все фигуры уже расставлены, партия началась. Осталось лишь дождаться нужного момента, проявляя осторожность и терпение.

— Позже мы с тобой поговорим, Тоби. У меня есть несколько идей, которые помогут тебе серьёзно улучшить своё финансовое положение.

Тоби внимательно посмотрел на него.

Он заметил быстрый взгляд, которым обменялись Жан-Клод и Кэролайн. Заметил и то, как она едва заметно кивала, соглашаясь с каждым его словом.

— Было бы глупо не выслушать твои идеи. А чем именно ты занимаешься в фирме, Жан-Клод?

На губах немолодого мужчины появилась лёгкая улыбка.

— Я старший партнёр. Представляю свою семью в совете директоров. Иногда ещё веду отдельные дела, но в основном моя задача — управлять компанией и заботиться о том, чтобы у неё было надёжное будущее.

— Всё-таки семейный бизнес? — спросил Тоби, отпивая немного из бокала.

Жан-Клод коротко фыркнул, но в этом звуке совсем не было веселья.

— Oui. Я уже пятое поколение старших партнёров. Все мои предшественники были членами нашей семьи. Эта компания — фундамент финансового благополучия нашего рода.

— А дети у тебя есть, Жан-Клод?

— Пока нет, Тоби. Пока нет. Но я надеюсь, что будут.

Тоби повернул голову к Беатрис. На её лице на мгновение промелькнуло неподдельное удивление, но она быстро взяла себя в руки. Тоби незаметно подмигнул ей.

— А племянники или племянницы?

В ответ Жан-Клод лишь коротко покачал головой.

— Вот это да... Тогда что будет с компанией? Ну, в будущем?

Ответом ему стал резкий удар по голени.

— Ай! — поморщился Тоби.

Пинок жены оказался весьма ощутимым.

Он заметил выражения лиц Жан-Клода и Беатрис.

— Моя жена считает, что мой вопрос был неуместным, — невозмутимо пояснил он.

На лице Кэролайн промелькнуло недовольство.

— Возможно... вопрос действительно был несколько бестактным, — спокойно заметил Жан-Клод.

Тоби пожал плечами. Сам он так не считал.

Он повернулся к Беатрис.

— Ты что-то совсем молчишь. Расскажи немного о себе.

Было видно, что столь неожиданное внимание застало её врасплох.

— Ну... Я студентка. Учусь на факультете бизнеса в Университете штата. Сейчас на третьем курсе.

— И что тебе больше всего нравится в учёбе? — спросил Тоби с ободряющей улыбкой.

— Темы, которые мы изучаем. Деньги... и то, на что готовы люди ради них — чтобы заработать или удержать.

Тоби удивлённо посмотрел на неё.

Ответ оказался совсем не таким, какого он ожидал.

— Что ты имеешь в виду?

— То, что говорю. Ради циферок на банковском счёте... потому что, если честно, по-настоящему богатые деньги не тратят — они их копят, — люди готовы продавать себя, отказываться от собственных принципов. Используют деньги, чтобы развращать других, манипулировать ими, поступать неэтично... а иногда и вовсе нарушать закон, лишь бы получить ещё больше.

Тоби неожиданно громко рассмеялся, но тут же попытался превратить смех в кашель.

Он поперхнулся.

Беатрис с улыбкой протянула ему стакан воды.

— Спасибо, — сказал он, сделав несколько глотков. — Это было очень кстати.

Краем глаза он заметил, как лицо Кэролайн слегка напряглось. Ей явно не нравилось, насколько легко и непринуждённо он общался с Беатрис.

— Уже решила, чем хочешь заниматься после университета?

Беатрис покачала головой.

— Не знаю. Это, можно сказать, мой вечный сюжет. Я уже пробовала разное, но пока так и не нашла своё место.

— Понятно. Не торопись. Подумай как следует, чего ты действительно хочешь и что для тебя по-настоящему важно. А потом двигайся именно к этой цели. Не позволяй какому-нибудь придурку сбить тебя с пути. Не соглашайся на первое, что подвернётся. Не отвлекайся. Пойми, что для тебя ценно, и добивайся именно этого.

После небольшой речи Тоби за столом воцарилась тишина.

— А ты сам? Что дальше собираешься делать? — Беатрис вернула Тоби его же вопрос.

Он на секунду задумался, воспользовавшись паузой, чтобы сделать глоток воды.

— Я хочу семью. Не обязательно в общепринятом, традиционном смысле — я и сам не из тех, кто живёт по шаблону. Но я хочу, чтобы в основе нашей семьи всегда были любовь, уважение и доброта.

— Большую семью хочешь?

Тоби рассмеялся.

— Нет, не думаю. Дело ведь не в размере, Беатрис, несмотря на всё, что пишут.

Беатрис кивнула.

— У меня самой с семьёй всё было не очень. Родители, братья, сёстры — формально они есть, но близости между нами никогда не было. Так что в этом плане ты попал в точку.

— Понимаю. Думаю, мы с женой начнём планировать детей в течение следующих двенадцати месяцев. Мне нужно это время, чтобы завершить некоторые рабочие обязательства и немного перестроить свой бизнес. Тогда у нас будут все необходимые ресурсы и финансовая уверенность, чтобы спокойно заняться семьёй.

Беатрис одарила его тёплой улыбкой, и он с удовольствием улыбнулся ей в ответ.

Она подняла бокал.

— За счастливое будущее.

— За счастливое будущее, — подержал её Тоби. — Итак, вот что у нас получается: мы с женой готовимся к появлению детей. Ты, Беатрис, заканчиваешь учёбу и, наверное, немного попутешествуешь. А тебе, Жан-Клод, предстоит решить вопрос с преемником. У каждого из нас есть своя цель.

— И возможность помочь друг другу достичь этих целей, — негромко добавил Жан-Клод, отпивая из бокала.

Тоби повернулся к нему.

Несколько секунд он внимательно изучал его лицо, прежде чем ответить.

— Жан-Клод, мне кажется, если нам предстоит разговор... определённой важности, то лучше дождаться десерта. Иначе есть риск испортить ужин.

Тревога, мелькнувшая на лице хозяина дома, сменилась улыбкой.

— Mais bien sr. Очень разумное предложение.

К столу принесли закуски.

Тоби посмотрел на свою тарелку.

— Краб? Интересно.

— Твоя жена любезно выбрала блюда за тебя.

Он вопросительно поднял бровь и посмотрел на Кэролайн.

— Любопытный выбор.

Несколько секунд он рассматривал краба, затем взял маленький молоточек и неуверенно стукнул по панцирю.

— Ты раньше ел краба, Тоби? — спросил Жан-Клод.

— М-м? Да, конечно. Но не вот так. Обычно мне не приходилось самому разбирать краба и доставать мясо. Как правило, кто-то уже успевал сделать это за меня.

Он ударил молоточком сильнее. Тот лишь отскочил от панциря. До него донёсся едва сдерживаемый смешок Беатрис. Краем глаза он заметил, что Кэролайн смотрит на него с явным раздражением. Тоби лишь пожал плечами и спокойно отложил молоточек. Если Жан-Клод решит, что он человек недалёкий и не слишком искушённый, — тем лучше. Никогда не помешает, когда тебя недооценивают.

Остальные тем временем уже принялись за свои закуски.

Тоби начал есть салат, лежавший рядом с крабом. Затем взял булочку, разломил её пополам и стал намазывать маслом.

— Клешни ломают вот этим, — сказал Жан-Клод, протягивая ему специальные щипцы. — Хочешь, я покажу? Или могу попросить шеф-повара разделать краба.

— Нет-нет, не беспокойся. Салат тоже неплох. Я уже не ребёнок, чтобы за меня разделывали еду. Просто хороший урок на будущее, правда? В следующий раз лучше заказать крабовое мясо в банке. Да, стоит на несколько долларов дороже, зато до него хотя бы можно добраться, пока оно не остыло.

Сосредоточенно намазывая булочку маслом, он старался не смотреть никому из сидевших за столом в лицо. Он изо всех сил сдерживал смех. Было какое-то особое удовольствие в том, чтобы слегка поддеть этого напыщенного пожилого господина. Совсем чуть-чуть уколоть его самолюбие. Пока есть возможность — почему бы не получить от этого удовольствие?

Он налил себе ещё воды и терпеливо ждал, пока остальные закончат с закуской. Когда тарелки начали убирать, он заговорил:

— А вы знали...

Официант, собиравший посуду, вопросительно посмотрел на Жан-Клода. Тот лишь едва заметно пожал плечами.

—. ..что крабы — это гигантские морские пауки? Чистая правда.

— Но пауков ведь никто не ест. А крабов — с удовольствием, — заметила Беатрис.

— Ты так думаешь? Я несколько лет назад ездил на юг по делам, к своим... хм... деловым партнёрам, и там меня угостили тарантулом. Это было...

Он пожал плечами.

— Даже не знаю, какое слово подобрать. Скажем так... необычно.

— Я слышала, что это считается деликатесом.

Тоби рассмеялся.

— Деликатес или испытание для иностранцев — ещё вопрос. Примерно, как в некоторых странах подают целую овечью голову или мозги обезьяны. Не знаю, действительно ли они считают это деликатесом или просто проверяют на прочность туристов, которым стоило бы заранее почитать, куда они собираются ехать.

— Не все так тщательно готовятся к поездкам.

— А разве это не элементарно? Если собираешься куда-то ехать, неплохо бы понимать, куда именно ты едешь и к чему стоит быть готовым.

— Возможно, для тебя это элементарно. Но, думаю, есть люди, которым как раз нравится неожиданность. Сюрпризы.

Тоби рассмеялся.

— Тогда пусть им и достанется краб.

Они оба рассмеялись.

Тоби заметил раздражение на лицах Кэролайн и Жан-Клода. Судя по всему, их чувство юмора немного притормаживало.

— Простите, — сказал он. — Не хотел показаться невежливым.

В голосе Жан-Клода прозвучали едва уловимые нотки неодобрения.

— Краб — традиционное блюдо той части Франции, откуда я родом. И одно из моих самых любимых.

— Не знал, что вы француз. Где вы родились? — спросил Тоби, стараясь не показать, насколько его забавляет происходящее.

— Моя семья считает своей родиной Биарриц. У нас до сих пор есть там дом.

— Изначально это ведь был порт, занимавшийся ловлей трески и китобойным промыслом? Французская часть Страны Басков. Потом город полюбила аристократия, а позже — сёрферы. И кухня там, говорят, просто потрясающая.

— Вы там были?

Удивление в голосе Жан-Клода было настолько явным, что его услышали даже мужчины за соседним столом и невольно обернулись.

Тоби покачал головой.

— Нет. Но собираюсь когда-нибудь съездить, когда с работой станет посвободнее. Я много читал об этом городе, и его история меня очень заинтересовала.

На лицо Жан-Клода вновь вернулось удовлетворённое выражение.

— Там я чувствую себя спокойно. По-настоящему спокойно. Я живу в Америке, но моя душа осталась в прекрасном chteaux, всего в нескольких минутах езды от города.

На горячее подали стейк. Он был приготовлен именно так, как нужно, и ему дали достаточно времени «отдохнуть» после жарки. Тоби с удовольствием ел, поддерживая беседу. Медленно пил воду и время от времени отпускал очередную колкость, если чувствовал, что может себе это позволить. В целом настроение у него было превосходное. Он ждал, когда наконец упадёт занавес. Он всё ещё не понимал, что именно должно произойти этим вечером, но, пока ожидание продолжалось, собирался получить от него максимум удовольствия.

На десерт подали лёгкий и нежный крем-брюле. Карамельная корочка с приятным хрустом треснула под ложкой, а за ней скрывался насыщенный вкус ванили и жжёного сахара. Когда десерт был съеден, ложки отложены, а официанты убрали тарелки, Жан-Клод поднял палец, привлекая внимание сидевших за столом.

— Тоби, Кэролайн... Я собираюсь сделать вам предложение, от которого невозможно отказаться.

Тоби мельком взглянул на жену. Пока Жан-Клод говорил, она смотрела на него с явным интересом. Сам Тоби сохранил совершенно бесстрастное выражение лица. Подошёл официант с бренди. Тоби жестом отказался. Сейчас ему требовалась ясная голова. С некоторым удовлетворением он отметил, что Жан-Клод от бренди не отказался.

— Мне кажется, наши интересы во многом совпадают, и мы вполне способны помочь друг другу.

Тоби молча кивнул, давая понять, что слушает. Затем быстро перевёл взгляд на Беатрис. На её лице играла едва заметная, но явно довольная улыбка.

— Тоби... Должен кое в чём признаться. Вас с Кэролайн пригласили сюда не совсем под тем предлогом, который вам назвали.

— Вот как? Каким образом? — спросил Тоби, изображая искреннее удивление.

— Боюсь, это вовсе не корпоративный выезд. Всё совсем иначе.

Тоби ничего не ответил. Он спокойно сделал ещё один глоток воды и продолжил наблюдать.

— Тебе и твоей прекрасной жене нужны деньги, чтобы получить то будущее, о котором вы мечтаете. Вы хотите детей. Но не только. Вы хотите, чтобы ваши дети росли в условиях, соответствующих вашим представлениям о хорошей жизни.

— Это правда. Но с этим вопросом у меня всё под контролем.

Кэролайн перебила его.

— Тобс, у нас хорошая жизнь. Правда хорошая. Но оглянись вокруг. Почему мы должны жить так, как сейчас, если можем жить вот так? Наш дом хороший. Очень хороший. Но это место — настоящий дворец. Почему у нас не может быть такой жизни?

Тоби спокойно посмотрел на неё.

— А мне нравится наша жизнь, Каз. Мне нрвится, что мы сами всего добились. Что сумели преодолеть трудности и построить настоящую жизнь. Создать именно дом, а не просто роскошный особняк. То, что у нас есть, гораздо больше, чем всё это.

— Нет, Тоби. Это неправда. У нас нет ничего большего. Здесь всё масштабнее, роскошнее... И у нас никогда такого не будет.

— У нас есть дом. Место, где живут любовь, нежность, смех и желание строить будущее вместе. Всё это гораздо ценнее кирпича и мрамора. Ценнее мавзолея, набитого богатством, которое никто по-настоящему не ценит.

Он видел, что между ними пролегла пропасть. Это не стало для него неожиданностью. Он понимал, что должен попытаться преодолеть эту пропасть. Скорее всего, безуспешно. Но ради всего, что они когда-то пережили вместе, он был обязан попробовать.

— Не совершай глупость, в погоне за мечтой. Именно мечтой, Кэролайн. Не реальностью.

— Но мы можем получить всё это.

— Мы получим. Но только если ты проявишь терпение и доверишься мне. А не будешь гоняться за сомнительными фантазиями... и псевдофранцузскими сказками.

Он видел, как на лице жены всё сильнее проступает раздражение. Она уже почти не пыталась его скрывать.Тоби спокойно откинулся на спинку стула.

Жан-Клод прочистил горло.

— Мистер Понд... Тоби. Ты смотрел фильм «Непристойное предложение»?

— С Робертом Редфордом и Деми Мур? Да, конечно, смотрел. — Тоби усмехнулся. — Не знаю, считать ли его уже классикой или избитым клише, но, признаться, никогда не думал, что однажды окажусь в месте вроде этого и услышу подобный вопрос.

— Mon Ami, иногда судьба улыбается человеку. У меня есть возможность исполнить вашу мечту. Я заплачу вам с женой двести пятьдесят тысяч долларов за удовольствие провести остаток этих выходных в обществе твоей супруги.

Тоби быстро обвёл взглядом сидевших за столом. Беатрис прикрывала улыбку ладонью. Она была явно шокирована услышанным, но одновременно с трудом сдерживала смех. Кэролайн выглядела неуверенной. Сам Жан-Клод спокойно сидел, слегка кивая, словно только что озвучил вполне обычное деловое предложение.

— Прости... Ты сейчас действительно сказал именно то, что, как мне кажется, я услышал? — спросил Тоби.

Жан-Клод приподнял бровь.

— По-моему, я выразился вполне ясно. Двести пятьдесят тысяч долларов за удовольствие провести с твоей супругой остаток выходных. Мы покинем этот дом, чтобы ты мог спокойно пользоваться им без нашего присутствия. А в понедельник утром я привезу её обратно, после чего вы вернётесь домой, а деньги уже будут лежать на ваших счетах.

— Нет.

Тоби произнёс это спокойно и отчётливо. После этого сделал небольшой глоток воды.

Он заметил, что Кэролайн перевела взгляд на Жан-Клода.

— Тоби, подумай, как сильно это поможет нам. Представь, сколько всего мы сможем сделать с этими деньгами. Насколько быстрее осуществим все наши планы.

— Спасибо, Жан-Клод. Правда, спасибо за предложение. Но ответ — нет. Non. Nein. Nyet.

— Милый... — тихо сказала Кэролайн. — Мне кажется, мы должны хотя бы немного подумать, прежде чем сразу отказываться.

Тоби посмотрел на неё.

— Кэролайн, ты моя жена, и я люблю тебя. Но больше никогда не становись на чью-либо сторону против меня. Никогда. — Его голос прозвучал холодно и жёстко.

Он снова повернулся к Жан-Клоду.

— Я понятия не имею, с чего ты вообще решил, что можешь говорить о моей жене так, будто она проститутка. Это неуважительно. И, откровенно говоря, оскорбительно. Да, у нас нет твоих денег. Но это не даёт тебе права приглашать нас к себе домой и наносить ей подобное оскорбление. Она не какая-нибудь дешёвая шлюха. И я не позволю ей уехать с тобой и стать ею.

Жан-Клод спокойно откинулся на спинку кресла и взял бокал с бренди. Медленно покрутил янтарную жидкость, поднёс бокал к лицу и вдохнул аромат.

— Тоби, я старший партнёр юридической фирмы, специализирующейся на слияниях и поглощениях. Я ежедневно веду переговоры по сделкам стоимостью в миллионы, а иногда и миллиарды долларов. Здесь нет ничего личного. Я вовсе не пытаюсь оскорбить твою жену. Это просто бизнес. Обычная деловая сделка.

Беатрис подалась вперёд.

— Тоби, пожалуйста, не позволяй ему вывести тебя из себя. Не поддавайся эмоциям. Это переговоры, а не что-то личное. Оно того не стоит...

Тоби перебил её.

— Беатрис, не позволяй никому себя обманывать. Всё всегда личное. Абсолютно всё. Любое дерьмо, которое человеку приходится проглатывать каждый день своей жизни, — это личное. Его могут называть бизнесом. Пусть. Но, чёрт возьми, оно всё равно остаётся личным.

Он говорил быстро, резко, почти не повышая голоса. За столом повисла тяжёлая тишина.

От соседнего стола донёсся скрежет отодвигаемых по каменному полу стульев.

Мужчина, которого раньше представили Тоби как Лэнса, громко спросил:

— У вас там всё в порядке? Нам бы не хотелось, чтобы дело дошло до драки.

Тоби тихо усмехнулся.

— Я не люблю насилие, Лэнс. Я бизнесмен. Кровь обходится слишком дорого.

— Рад это слышать.

Оба мужчины снова повернулись к своему столу, но Тоби прекрасно понял: они по-прежнему внимательно прислушиваются к разговору.

— Жан-Клод, мой ответ — нет. Меня это не интересует. Моя жена не продаётся. Наш брак для меня слишком ценен.

— Я не покупаю твою жену. Я покупаю лишь её время. Я вовсе не считаю это проституцией. Мне приятно её общество, и мне хотелось бы узнать её немного лучше.

Тоби сложил руки на груди и покачал головой.

— Тоби, что такое всего несколько дней? У вас впереди целая жизнь. Можешь считать, что она просто находится в командировке. В рабочей поездке со своим начальником. Очень хорошо оплачиваемой командировке.

— Деньги здесь ни при чём. Я понимаю, что моя жена — красивая женщина. Но в мире, где есть такие женщины, как Беатрис, зачем тебе вообще чужая жена?

— Тоби! — с укором произнесла Кэролайн.

Тоби закрыл глаза. Он понял, что проговорился. В его словах прозвучало слишком много искренности.

— Trs belle, Беатрис, безусловно. Но у вашей жены есть нечто... je ne sais quoi, что выходит далеко за рамки одной лишь красоты. Если это хоть немного утешит тебя, то пока я буду проводить время с твоей супругой, у тебя появится возможность лучше узнать Беатрис.

— Жан-Клод! — возмутилась Кэролайн.

— Если возможность провести время с Беатрис делает моё предложение привлекательнее, считай, что она тоже входит в сделку.

Тоби повернулся к Беатрис.

— И как тебе нравится быть частью сделки?

Она ответила совершенно невозмутимо:

— Честно? По-моему, именно мне здесь достаётся лучшая часть.

Тоби рассмеялся.

— Как мило.

Кэролайн заговорила тихо, но её услышали все.

— Тоби... Я хочу согласиться.

Она выдержала паузу.

— Это моё тело. И именно мне придётся платить за это. Для меня это огромные деньги. Деньги, способные полностью изменить нашу жизнь, и при этом их получение почти ничего нам не стоит. Было бы глупо отказаться от такого предложения.

Тоби медленно покачал головой.

— Мне сама эта идея отвратительна. Для меня она означает крушение нашего брака. Это противоречит всему, во что мы с тобой верили. Деньги здесь ничего не значат. Совершенно ничего. Тридцать серебреников — вот что он нам предлагает. То, что ты останешься мне верна и останешься рядом со мной, для меня неизмеримо ценнее любых денег.

— Это говорит твоё самолюбие. Общественные стереотипы внушают тебе, будто ты что-то теряешь. Но ничего не изменится. Сегодняшняя ночь и ещё две. Всего лишь. Мы с тобой и дольше были в разлуке, когда ты ездил в Мексику в прошлом году.

— Для меня изменится всё. Предательство нельзя просто простить. Ты встанешь не на мою сторону. Ты уже показала, что наши брачные клятвы значат для тебя меньше, чем для меня. И без всякой еобходимости ты готова отдать своё тело другому человеку, хотя я категорически против.

— Моё тело... Моя киска в понедельник вечером будет точно такой же, как сейчас. То, что я проведу это время с Жан-Клодом, никак не изменит того, что я чувствую рядом с тобой. Как только я вернусь, мы сразу сможем начать пытаться завести ребёнка. Мы ускорим выполнение наших планов. Это шанс получить то, чего мы оба хотим. Почему ты этого не видишь?

Тоби покачал головой.

— Может, твоё тело и останется прежним. Но для меня исчезнет магия между нами, исчезнет доверие. Чёрт возьми, уважение уже почти вылетело за ворота и несётся прочь на полной скорости. Если ты уйдёшь с этим человеком, нашему браку конец. Не будет ни детей, ни нашего счастливого будущего. Нас двоих в нём больше не будет.

Кэролайн потрясённо ахнула.

— Я понимаю, что ты зол, Тоби. Но угрожать мне разводом из-за такой ерунды... Это уже слишком. Тебе стоит взглянуть на ситуацию трезво. Это ничего не значит. Абсолютно ничего.

— Для меня значит. И я не хочу, чтобы ты сделала этот выбор, не понимая, какими будут его последствия.

Он говорил жёстко, не смягчая ни слова.

Жан-Клод поднял руку.

— Attendez. Мне кажется, эмоции слишком накалились. Прежде чем прозвучат слова, о которых потом все пожалеют, думаю, нам стоит немного разойтись и успокоиться.

Тоби почувствовал, как лицо налилось жаром. Он видел, что Кэролайн расстроена. Казалось, она вот-вот расплачется. Он понимал, что говорил резко и безжалостно. Но это был его последний шанс дать ей понять, что именно она потеряет.

— Беатрис, не могла бы ты немного прогуляться с Тоби по саду? Минут десять. А я пока постараюсь немного успокоить Кэролайн. Тоби, пожалуйста, воспользуйся этими минутами, чтобы прийти в себя.

Тоби резко поднялся из-за стола и бросил салфетку на стол.

— Если ты уйдёшь с ним, наш брак закончится.

Не оглядываясь, он быстрым шагом направился в сад. Позади послышался частый стук каблуков по каменной дорожке. Он прошёл мимо бассейна, возле которого они играли в шахматы, и вышел в сад за домом.

— Тоби, пожалуйста, помедленнее! — крикнула ему Беатрис.

Он остановился. Она догнала его, слегка запыхавшись после того, как почти бежала на высоких каблуках.

— Не делай глупостей. Я понимаю, что он специально выводит тебя из себя, но...

Тоби глубоко вдохнул.

— Я должен сделать всё, что могу. Сегодня ночью она уйдёт с ним. Если ещё не ушла, пока мы здесь разговариваем. Но я обязан сделать так, чтобы она понимала последствия своего выбора. Она ведёт себя как идиотка, но после всех лет, что мы прожили вместе, я не могу наказывать её просто за глупость.

— Она не уйдёт с ним.

— Скорее всего, уже уходит.

— Чушь, Тоби. Они просто решили развести вас по разным углам, чтобы не было скандала.

Тоби безрадостно усмехнулся.

— Спорим на сто долларов, что когда мы вернёмся, их обоих уже не будет?

Беатрис нерешительно посмотрела на него.

— Ладно... Ладно. Принимаю это дурацкое пари.

Тоби протянул руку, и она пожала её.

— Ну что, полегчало? — с лёгкой колкостью спросила она.

— Ага. Я уже на сто долларов богаче. И получу удовольствие сказать: «Я же говорил».

Он ненадолго замолчал.

— А ты сама как? Тебя только что предложили в качестве приятного бонуса к сделке. Приятно чувствовать себя товаром?

Беатрис рассмеялась.

— Знаешь, едва ли не единственное, что я сказала сегодня абсолютно искренне, — это что именно мне досталась лучшая часть сделки. И я действительно так считаю. Чем дольше он говорил, тем более скользким типом мне казался.

— Я тоже далеко не подарок, Беатрис. Я как раз из тех, от кого таким, как ты, лучше держаться подальше.

Она покачала головой.

— Ты себя недооцениваешь, Тоби. Он просто скользкий тип, и всё. А ты... пусть даже плохой парень, но в тебе куда больше достоинства и благородства, чем во всём его chteaux.

Тоби улыбнулся.

— Спасибо. Но повторю ещё раз: если бы ты знала меня настоящего, думаю, я бы тебе совсем не понравился.

— Посмотрим. Если всё пойдёт так, как они задумали, у меня будет примерно два дня, чтобы познакомиться с тобой поближе. И, честно говоря, я могу представить куда менее приятные способы провести время.

Тоби рассмеялся.

— Если ничего другого не выйдет, то хотя бы в шахматы научишься играть лучше.

Он предложил ей руку.

— Думаю, времени у них уже было более чем достаточно, чтобы скрыться. Что ж, вернёмся?

Беатрис взяла его под руку.

— Я рада, что ты успокоился. Пойдём.

Они неторопливо пошли к веранде, где недавно ужинали.

Несмотря на сгущавшиеся сумерки, воздух всё ещё оставался тёплым.

Веранда уже была освещена, и, когда они приблизились к ней, Беатрис спросила:

— Так в каком виде ты хочешь получить свою сотню?

Глава третья

Субботнее утро началось с того, что Тоби отправился плавать. Вода была прохладной и освежающей, а в воздухе уже чувствовалось тепло. День обещал быть прекрасным. В доме стояла тишина — все остальные ещё спали. По пути он проверил машину. Она стояла именно там, где он её оставил. По приезде он отдал хозяевам ключи — на случай, если автомобиль понадобится переставить. Но перед этим, улыбаясь, демонстративно запер машину у них на глазах. Запасной ключ он заранее спрятал в карман. Если бы он захотел уехать, ничто не могло бы ему помешать. Этим утром он проверил машину лишь потому, что опасался: её могли переставить или загородить выезд. Но дорога была свободна.

Они были слишком самоуверенны. Они уже решили, что он не представляет никакой проблемы и его не стоит воспринимать всерьёз. На мгновение Тоби даже задумался о том, чтобы просто уехать. Но передумал. Пусть всё идёт своим чередом. Из машины он всё же забрал смартфон. Кэролайн предупредила его, что на этом «корпоративном выезде» использование телефонов не приветствуется, поэтому он оставил его в автомобиле. Он был не против исполнить эту маленькую просьбу жены. Тогда ему казалось, что наличие телефона никак не повлияет на предстоящие выходные.

Он прошёл к бассейну, немного размялся и нырнул в воду, с удовольствием ощущая её бодрящую прохладу. Почти час он плавал, не считая, сколько сделал кругов, просто наслаждаясь движением и тем, как холодная вода скользит по коже. Он всегда любил плавать.

Закончив, Тоби подошёл к краю сада. Он стоял лицом на восток, навстречу восходящему солнцу. Полотенце он повесил на перила возле ступенек, ведущих в сад и убедился, что вокруг достаточно свободного места. Сделав глубокий вздох, приступил к выполнению утреннего комплекса упражнений тайцзицюань. Медленно и плавно, переходя от одного знакомого движения к другому. Он ощущал собственное тело, осознавал каждое движение, чувствовал окружающий мир. Мысли постепенно исчезли. Осталось только настоящее мгновение. Он полностью выполнил весь комплекс, наслаждаясь тем, как первые лучи солнца согревают кожу.

Закончив, немного постоял на месте, затем неспешно подошёл за полотенцем. Накинув его на шею, медленно направился обратно вдоль бассейна.

На веранде его уже ждала Беатрис. Перед ней стояли тарелка с фруктами, чашка кофе и хлопья. Она указала ему на свободный стул. Тоби сел рядом.

— Очень красивое начало дня. Это тайцзи или какое-то боевое искусство?

— Тайцзи. Я занимаюсь уже много лет. Дед научил нескольким упражнениям, когда я ещё был ребёнком. Это помогало мне держать эмоции под контролем. И помогает до сих пор.

— На это было невероятно приятно смотреть. Ты выглядел так, будто полностью растворился в происходящем.

— Это чем-то похоже на йогу. Тайцзи помогает развивать равновесие, гибкость и учит жить настоящим моментом. Позволяет выбраться из собственной головы.

— Ты нормально спал? После вчерашнего вечера... всё быо довольно тяжело эмоционально.

Тоби пожал плечами.

— Вторая ночь в незнакомой постели. Другие звуки, другие запахи... Заснуть удалось не сразу. Но в целом жаловаться не на что.

— Да, здесь комфортно. Кстати... я принесла тебе завтрак.

— Спасибо.

Тоби налил себе стакан апельсинового сока, положил немного фруктов, хлопья и начал есть, невольно поглядывая на Беатрис. На ней было бикини. Не настолько откровенное, как многие из тех, что ему доводилось видеть раньше. Но выбранный ею оттенок прекрасно сочетался с цветом её глаз, а длинные каштановые волосы, собранные в хвост, придавали особый шарм.

Она заметила его взгляд.

— Ну как? Проверку прошла? — спросила она с лукавой улыбкой.

Тоби рассмеялся.

— Прости... Неужели это было настолько заметно?

— Всё в порядке. Я ведь тоже успела как следует тебя рассмотреть, пока ты разминался и делал упражнения.

— Прости, смотреть там особенно не на что. Я не из тех здоровенных мускулистых парней.

— Не всем женщинам нравятся большие мускулы. Я бы скорее выбрала человека, который умеет думать и способен быть добрым.

— Чёрт... А я-то решил, что у меня были бы шансы, если бы тебе нравились качки.

Она рассмеялась.

— Не слишком зазнавайся, но, по-моему, в эти выходные мне повезло. Думаю, с тобой мне будет куда веселее, чем с Жан-Клодом.

— Надеюсь. Нам ведь предстоит провести вместе два дня. Мне бы хотелось узнать тебя получше.

— И что же ты хочешь узнать? — спросила она с нарочито фальшивым нью-йоркским акцентом.

Несколько секунд Тоби молча смотрел на неё.

— Честно? Мне хотелось бы узнать, какая ты на самом деле. Настоящая ты. Просто понять, кто ты... и посмотреть, поладим ли мы.

Она тихо, без всякой радости усмехнулась.

— Не думаю, что сейчас вообще способна быть собой. Иногда, Тоби... я уже и сама не уверена, кто я такая на самом деле. Но мне нравится мысль просто проводить с тобой время. Общаться. Постепенно узнавать друг друга.

— Тогда можешь ещё рассказать мне о своей учёбе. О студенческой жизни. Уверен, мне будет интересно.

Она посмотрела на него, не совсем понимая, как реагировать на его слова. Тоби лишь кивнул и спокойно продолжил завтракать. Он чувствовал, что она не отрывает от него взгляд. Через пару минут молчания он поднял глаза.

— Что?

— Не могу понять, как тебе удаётся оставаться таким спокойным. Ты воспринимаешь всё происходящее... слишком бесстрастно.

— Наверное, я просто стоик.

Она покачала головой.

— Не бывает настолько невозмутимых людей. Может быть... ты уже понял, что эти выходные — всего лишь короткий эпизод. Мгновение. И оно не стоит того, чтобы разрушать брак.

Тоби медленно покачал головой.

— Нет. Мой брак обречён. Всё кончено. Разумеется, я заберу её отсюда, отвезу домой... но сразу после этого подам на развод.

Беатрис недоверчиво посмотрела на него.

— Тогда почему ты такой спокойный? Это ведь твой брак. Шесть... семь лет жизни просто отправляются в мусор.

— Если я отвечу честно... по-настоящему честно... что я получу взамен?

— О-о, начинается торг. Я уже видела, как ты ведёшь переговоры, крутой парень. Ты говоришь мне правду — и я остаюсь должна тебе такую же правду. Давай попробуем немного доверия.

— Расчётливо... Но по рукам.

— Тогда отвечай. Какого чёрта ты такой спокойный?

Тоби усмехнулся.

— Всё проще простого. Я вовсе не спокоен. Я только делаю вид, что спокоен. А внутри мне... пиздец как больно.

Беатрис покачала головой.

— Херня. Никто не способен настолько хорошо скрывать свои чувства. Я бы заметила хоть что-нибудь. Какой-нибудь жест, взгляд, оговорку. Но ничего такого нет.

— А ты очень наблюдательная, Беатрис.

Он улыбнулся.

— Мне действительно больно. Чертовски. Но у меня великолепный покерфейс. Хотя, если быть совершенно честным... я заранее понимал, к чему всё идёт.

На лице Беатрис появилось выражение удовлетворения. Тоби на несколько секунд вновь сосредоточился на завтраке. Между ними повисла звенящая тишина.

— Этого недостаточно. Придётся рассказать больше.

Он кивнул, продолжая пережёвывать еду. Лишь проглотив, заговорил:

— Знаю. Но сначала твоя очередь. Это повлияет на мой ответ. Помнишь, ты обещала честность.

— Помню. Спрашивайте, мистер Понд.

— Кто для тебя Жан-Клод? Какие у вас отношения?

Тоби откинулся на спинку стула, взял стакан с соком и внимательно наблюдал за её лицом, пока она обдумывала ответ.

— Жан-Клод нанял меня через эскорт-агентство. Мы познакомились утром в пятницу, за несколько часов до того, как приехали вы с Кэролайн. Он платит мне за эти выходные. Формально я здесь как его сотрудница. И кроме этого между нами ничего нет.

Тоби слегка улыбнулся.

— Ну же... Это только факты. А теперь расскажи, почему ты действительно здесь.

Она немного помолчала, тщательно подбирая слова.

— Потому что мне стало любопытно. Появилась возможность, и я решила ею воспользоваться. Не хотелось упускать такой шанс. Я понятия не имела, что здесь будет происходить, и хотела узнать. Мне казалось, что это может быть интересным.

— И как? Интересно?

— Очень. Только всё пошло совсем... совсем не так, как я ожидала.

Она посмотрела на него.

— Теперь твоя очередь.

— Хорошо.

Тоби несколько секунд внимательно смотрел ей в глаза.

— Поведение Кэролайн изменилось примерно четыре... может, пять месяцев назад. Ничего резкого. Ничего такого, на что можно было бы сразу указать пальцем. Но её отношение ко мне немного изменилось. И её отношение к работе тоже.

Он сделал глоток апельсинового сока и поставил стакан обратно на стол.

— Я очень наблюдательный человек. Я замечаю закономерности. Изменения в поведении. Мне приходится это делать. Я живу, словно постоянно нахожусь в состоянии повышенной готовности.

Он ненадолго замолчал.

— Она спасла мне жизнь.

Он едва заметно усмехнулся.

— Звучит слишком драматично, знаю. Но для меня это правда. Когда мы познакомились, я находился в очень тяжёлом состоянии. Она... Даже не знаю, как правильнее сказать... вдохновила меня. Заставила захотеть стать другим человеком. Кем-то бо́льшим, чем я был.

Тоби поднялся из-за стола, подошёл к соседнему столику, где стоял кофейник, и налил себе чашку кофе. Приподняв кофейник, он молча предложил кофе Беатрис. Она покачала головой.

— Встреча с ней, наши отношения... заставили меня захотеть измениться. Я ведь уже говорил тебе: я не «хороший парень». И никогда особенно не стремился им стать. Мне всегда было важно только выжить, и ради этого я делал всё, что считал необходимым. Но, встретив её, оказавшись рядом с ней... я захотел стать тем мужчиной, каким она меня видела. А не тем, кем я являюсь на самом деле.

— Но ведь вы построили вместе хорошую жизнь. Вчера за ужином ты сам говорил...

— У нас действительно очень хорошая жизнь. Для нашего возраста мы многого добились. Мне нужно ещё три-шесть месяцев — и всё окончательно встанет на свои места. Но пока этого не произошло. Я ещё не тот человек, за которого она меня принимает. Не тот человек, которым сам хочу стать. Не тот мужчина, который мог бы стать хорошим отцом нашим детям. А именно этого я и хочу — быть хорошим отцом, хорошим мужем... «хорошим парнем».

— Три-шесть месяцев? Что именно тебе нужно сделать?

Тоби покачал головой.

— Прости, Беатрис. Это уже выходит за рамки нашего разговора.

Он ненадолго задумался, подбирая слова.

— Я очень осторожен. Поэтому решил кое-что проверить. Мне удалось узнать немного о нашем друге Жан-Клоде. Дальше оставалось только сложить два и два. Это настолько полный ответ, насколько я сейчас готов дать.

Он откинулся на спинку стула, словно предлагая ей сделать следующий ход.

— Честно говоря... я ожидала совсем не такого ответа.

— А чего ты ожидала? Я ведь видел вчера за столом: ты тоже была совершенно ошарашена.

Она усмехнулась.

— Только не этого. Даже не знаю, чего именно ждала. Я понимала, что всё это было заранее подстроено. Но не понимала, ради чего. Я знала, что ловушка расставлена именно для тебя. Но как именно и зачем — в это меня никто не посвящал.

В этот момент позади них послышались шаги. На веранду вышли один из мужчин вместе со своей женой.

— Доброе утро.

— Привет, Дуэйн. Привет, Руэнн, — поздоровалась Беатрис.

Супруги подошли к их столику.

— Мы не будем вам мешать, — сказал Дуэйн. — Если честно... я даже не знаю, что тебе сказать. Нам поручили просто присматривать за тобой. Проследить, чтобы ты оставался здесь до их возвращения в понедельник утром. И чтобы не возникло никаких неприятностей.

Тоби спокойно кивнул.

— Всё нормально, ребята. Я не собираюсь ничего устраивать. Планирую ближайшие пару дней просто отдыхать.

— Отлично.

Дуэйн жестом указал в сторону стола с завтраком. Жена улыбнулась, и они вместе направились за едой. Когда они отошли, Тоби посмотрел на Беатрис.

— Ты знаешь, что они на самом деле женаты?

На её лице появилось искреннее удивление.

— Нет. Я... честно говоря, даже не знаю, что именно думала.

— Они действительно муж и жена. Так же, как Лэнс и Дженни. И ни Лэнс, ни Дуэйн не являются юристами, как их представили. Они уже много лет работают на Жан-Клода — в качестве дополнительной пары мускулов.

— Зачем адвокату такие люди?

Тоби усмехнулся.

— Вот именно. Поневоле начинаешь задумываться. Представь моё удивление, когда в пятницу утром мне представили их как юристов.

— Так сколько ты на самом деле знаешь?

Тоби рассмеялся.

— Вот это уже правильный вопрос.

Он посмотрел ей прямо в глаза.

— Сколько мы знаем?

Ненадолго замолчав, он спросил:

— Ты знаешь, что такое информационная асимметрия?

Беатрис покачала головой.

— Это красивый термин для очень простой идеи. Я знаю то, что знаю. Ты знаешь то, что знаешь. Но ни один из нас не знает, что именно известно другому и чего он не знает. Возможно, у каждого есть информация, которая нужна другому, информация, способная полностью изменить его позицию. Но мы не знаем, какая именно это информация, есть ли она у тебя или у собеседника. Получается игра в угадайку.

Беатрис улыбнулась.

— Поняла. Как ты и сказал: идея простая, но объяснять её приходится долго.

— Именно.

Он сделал глоток кофе.

— Поскольку у меня появились серьёзные сомнения насчёт происходящего и вообще смысла этих выходных, я решил собрать информацию. Так же поступил и Жан-Клод.

— Откуда ты знаешь?

— Вчера он сказал несколько вещей, которые никак не мог узнать от Кэролайн. Это были факты, которые она, возможно, и могла бы знать, но я уверен, что не знала. Тем самым он слегка раскрыл свои карты.

— Каким образом?

— Он дал понять, что заранее собирал сведения обо мне.

Беатрис пожала плечами.

— И что? Для меня это уже слишком тонко.

Тоби улыбнулся.

— Подумай сама, Беа. Зачем вообще тратить силы на изучение такого человека, как я? Я никто. Всего лишь муж младшего помощника юриста. Зачем выискивать информацию обо мне? Зачем привозить сюда людей вроде Дуэйна и Лэнса? Зачем представлять их адвокатами?

Он видел, что она напряжённо размышляет. Беатрис действительно была очень сообразительной. Она умела внимательно слушать и быстро связывать между собой отдельные детали. Чем больше времени Тоби проводил рядом с ней, тем сильнее поражался тому, насколько легко она выстраивает логические связи. Сейчас он буквально видел, как в её голове складывается общая картина. Он вдруг поймал себя на мысли, что не хочет, чтобы она слишком глубоко копалась во всём происходящем. Ему стало любопытно... и одновременно немного тревожно, к каким выводам она может прийти.

— Знаешь, что? Давай лучше сыграем в шахматы. Потом можем прогуляться, разомнёмся. А пока... сыграем партию.