Максим вышел на крыльцо дачи, вокруг- тишина, лес и полное уединение.Здесь сохранен дух настоящей загородной жизни.Душ и туалет- во дворе, что бы вы могли быть ближе к природе в любое время.Внутри дома все просто, по домашнему: две уютные спальни, где сладко спится под пение птиц и светлая прихожая, куда приятно зайти после прогулки.

Вернувшись в дом, Максим развалился в

глубоком кожаном кресле, лениво переключал каналы на огромном плазменном экране, хотя на самом деле ничего не смотрел. Его взгляд то и дело возвращался к Кате и Алисе — близнецам, которые за последние годы превратились из просто симпатичных девчонок в настоящих искусительниц.

Катя, в коротких шортах, которые едва прикрывали её бесконечные бедра, свернулась калачиком на ковре, облокотившись на диван. Рядом, в коротком шелковом халатике, который расстегнулся на груди, полулежала Алиса, перебирая пальцами прядь своих длинных каштановых волос. Максим сглотнул, глядя на её высокую, упругую грудь, которая едва сдерживалась тонкой тканью.

– Хватит пялиться, Макс, — с усмешкой бросила Алиса, заметив его взгляд. – Ты так скоро в стул врастешь.

Катя хихикнула, приподнялась на локтях, и её короткие шорты задрались ещё выше, обнажая край кружевных трусиков.– Оставим его, Лиса. Ему нравится смотреть.

Максим не стал отрицать. Он поднялся, чувствуя, как внутри закипает знакомое нетерпение. Подтянувшись к девушкам, он первым делом обхватил Катю за талию, притягивая её к себе. Её кожа была горячей, пахла ванилью и чем-то ещё, глубоким и мускусным. Максим зарылся лицом в густые волосы сестры, вдыхая этот сводящий с ума запах, и его рука сама собой скользнула вниз, по бедру, вверх к мягкой плоти.

– Ой... – выдохнула Катя, выгибаясь в его руках, но не пытаясь отстраниться.

Алиса, видя это, не осталась в стороне. Она прильнула к Максиму с другой стороны, её ладонь легла ему на затылок, пальцы запутались в волосах, а губы коснулись его шеи. Максим почувствовал, как её язык медленно и влажно обводит линию его челюсти, вызывая дрожь по всему телу.

– Ты же хотел нас обоих? – прошептала Алиса ему в самое ухо, обжигая дыханием.

– Да.

– Тогда чего ждёшь?

Катя, глядя брату прямо в глаза, медленно стянула с себя шорты, обнажая свои идеальные ноги и маленькие стринги, которые врезались в сочные ягодицы. Алиса, не теряя времени, скинула халатик, оставаясь в одном белье. Максим, не сдерживаясь, жадно рассматривал их тела: общие черты, одинаковые линии, которые при этом едва заметно отличались. Одна была чуть более округлой, другая — точеной и атлетичной. Но обе сводили его с ума.

Он с силой притянул Катю к себе, накрывая её губы своими в грубом, требовательном поцелуе. Катя ответила с таким же жаром, её руки впились в его спину, ногти впились в кожу. В это же время Алиса, тихонько постанывая, стянула с Максима футболку и, опустившись на колени, принялась ласкать его плоть, которая уже давно требовала свободы.

– Господи, какой ты горячий... – простонала она, ловко освобождая его из-под джинсов.

. Она начала медленно водить рукой по его члену, знакомыми, уверенными движениями.Ее хватка была крепкой и требовательной, а пальцы прохладными.

. -Ох.бля....- он закрыл глаза, чувствуя, как по телу проходит первая волна жара.Алиса ласкала его с чувственностью, которая сводит с ума.Охватывая ствол, она двигалась сладостно вверх-вниз, иногда кончиками пальцев задевая залупу.Его тело напряглось, он слышал прерывистое дыхание девушки, видел, как ее грудь колышится в такт движения рук.

. Она наклонилась ниже, касаясь его губами, расхаживая языком по телу, поднимаясь выше.Когда ее губы сомкнулись вокруг члена, он вскрикнул, вонзив пальцы в ее волосы.Язык обволакивал его, влажный, горячий, играющий с ним, высасывая все, что осталось от его самообладания.

. В этот момент Катя, не переставая целовать его, начала снимать остатки одежды,, чтобы полностью обнажиться перед ним.

– Посмотри на неё, Максим, – сдавленно выдавила Алиса, прерываясь на мгновение. – Посмотри, какая она сейчас... вся для тебя.

Максим открыл глаза и увидел перед собой возбужденную, влажную, жадную Катю. Её грудь тяжело вздымалась, соски затвердели, а на губах играла лукавая улыбка. Катя слизала капельку слюны с подбородка и, медленно раздвигая ноги, уселась на его бедра, чувствуя, как он упирается в неё своим возбуждением.

– Ах, бля... – выдохнул Максим, когда Катя, с трудом и с глубоким стоном, медленно опустилась на него, обхватывая его ногами за пояс и прижимаясь всем телом.

– Ох, черт... какой ты большой... – Катя зажмурилась, сжимаясь вокруг него, её пальцы впились в его плечи.

В этот момент в гостиную вошел Валерий. Он замер в дверном проеме, глядя на своих племянниц и сына. В его взгляде не было осуждения — только тяжелая, взрослая мудрость и нескрываемое желание. Ему сорок два -и это тот самый возраст, когда мужская привлекательность обретает глубину.У него крепкое, подтянутое телосложение, без суеты, но с ощущением скрытой силы.Сорок два года сделали его крепким, с седыми висками и открытым, мужским взглядом, который сейчас потемнел.

– Кажется, я вовремя, – тихо сказал Валерий, снимая с себя рубашку.

Алиса, всё ещё находясь на коленях у Максима, обернулась к дяде, её глаза сверкнули блеском.– Да, Валера. Мы как раз думали о тебе.

Валерий подошел ближе, его тяжелые шаги глухо отдавались в тишине комнаты. Он сел на диван позади Кати, обхватил её своими широкими руками, притягивая к себе, и начал целовать её в затылок, в плечо, спускаясь всё ниже, к лопаткам.

– Не останавливайтесь, – прошептала Катя, закидывая голову назад и прижимаясь затылком к груди дяди.

Валерий, чувствуя возбуждение девушки медленно расстегнул ремень и спустил брюки. Его рука легла на бедро Алисы, которая была совсем рядом, и начал сжимать её кожу, заставляя девушку всхлипнуть от неожиданности и удовольствия.

– Хочу тебя, дядя. – Алиса потянулась к нему, её тело изгибалось, принимая его руки.

Максим чувствовал, как Катя сжимает его внутри, её тело дрожало, когда дядя ласкал её грудь, а она одновременно продолжала двигаться на Максиме.

– Да, бери меня сильнее... – простонала Катя, впиваясь ногтями в спину Максиму. – Ох, бля, да... вот так...

Валерий, не разрывая контакта с Катей, сосредоточился на Алисе. Его рука скользнула между её ног, находя там влажную, податливую плоть. Алиса сдавленно вскрикнула, выгибаясь навстречу его пальцам, её бёдра начали невольно двигаться, ища большего.

– Посмотри на неё, Макс, – прошептал Валерий, глядя сыну в глаза и одновременно вбиваясь пальцами поглубже. – Посмотри, как она этого хочет.

Максим чувствовал, как внутри него растет нечто первобытное, мощное. Он видел, как его отец, уверенно и властно, добивается экстаза от Алисы, слышал её хриплые, ломающиеся стоны. Это возбуждало его до предела.

– Папа, помоги мне с ней... – попросил Максим, указывая на Катю, которая в этот момент почти достигла своего пика.

Валерий, понимая его без слов, перехватил племянницу, развернул её спиной к себе, заставляя встать на колени. Теперь Максим видел её полную, округлую задницу, ровные, крепкие ягодицы, нежно- розовые с четкими линиями мышц, которая так манила его всё это время.

– Давай, сын, – тихо произнес отец, прижимая Катю к себе сзади и управляя её движениями.

Максим с силой вогнал член, чувствуя, как плоть обхватывает его, обжигает жаром. Катя вскрикнула, запрокинув голову, её ноги задрожали. В это же время Алиса, изголодавшаяся по вниманию, прильнула к Валерию, её губы нашли его губы в глубоком, алчном поцелуе.

Комната была наполнена звуками шлепков плоти о плоть, сбитым дыханием и стонами. Воздух стал густым, пропитанным запахом пота и возбуждения. Максим двигался с силой, чувствуя, как Катя сжимает его, подгоняя, требуя большего.

– Да... ещё... ещё! – выдохнула Катя, её голос надломился. – Ах... Боже...

Валерий, чувствуя, что сын близок к развязке, притянул Алису к себе максимально плотно, его рука с силой сжала её бедро, заставляя её закричать.

– Сейчас... – прохрипел Максим, чувствуя, как всё его тело напрягается, мышцы каменеют, а дыхание сбивается.

Он сделал последний, самый мощный толчок, вбиваясь в Катю до самого упора. С глухим рыком он излился в нее, чувствуя каждый миллиметр своего члена, буквально вбивая семя внутрь ее горячего, влажного тела. Он ощущал, как разогретая сперма вливается в нее, заполняя до самого верха, смешиваясь с ее влагой.Девушка выгнулась, её

тело забилось в конвульсиях, и она срывалась на крик, чувствуя, как внутри неё разливается горячее, обжигающее тепло.

– Ох... бля... – Максим с силой выдохнул, переживая всплеск за всплеском, выбивая последние остатки кислорода из легких.

Почти одновременно с ним Алиса задрожала в руках дяди, её пальцы вонзились в его плечи, когда она достигла своего пика, захлебываясь стонами.

– Да, маленькая... вот так, умница... – негромко сказал Валерий, продолжая ласкать её, помогая пережить оргазм.

Когда буря утихла, они остались лежать в тишине, сплетённые друг с другом, тяжело дыша. Катя, всё ещё прижатая к Максиму, медленно выдохнула, её тело обмякло, а на лице появилась блаженная улыбка. Алиса, уткнувшись носом в плечо Валеры, лениво перебирала пальцами его седые волосы.

– Знаете, – тихо сказал Максим, глядя в потолок, – я никогда раньше не чувствовал себя таким... живым.

Валерий усмехнулся, обхватив девушек руками.– Это потому, что иногда нужно отпустить всё лишнее и просто чувствовать.

– Я бы хотела повторить... – прошептала Катя, потирая затекшее плечо.

– Обязательно, – кивнул Валерий, прижимая её ближе.

Алиса, лукаво взглянув на Максима, тихонько прикусила его за плечо, оставляя след, который ещё долго будет напоминать ему об этом дне.

Максим улыбнулся. Он знал, что эта ночь — только начало чего-то нового и гораздо более глубокого. В доме снова воцарилась тишина, но теперь она была наполнена общим секретом, от которого тепло разливалось по венам каждого из них.Максим почувствовал, что его тело, только что расслабленное, снова начинает напрягаться. Алиса, заметив это, тихонько рассмеялась, её пальцы скользнули вниз к его возбуждающемуся члену. Она прикусила нижнюю губу, глядя прямо ему в глаза, и в этом взгляде была не только похоть, но и какое-то хитрое, почти дерзкое торжество.

– Посмотри, как он быстро просыпается, – промурлыкала она, задавая пальцами ритмичный, дразнящий темп. – Кажется, нам будет мало одного раза.

Валерий, сидевший позади Кати, медленно разжал свои мощные руки. Он поднялся, глядя на Катю и сына, и в его взгляде читалось молчаливое одобрение. Для него это не было чем-то запретным; в их семье всегда царило понимание и уважение, а стены загородного дома хранили множество тайн, которые объединяли их больше, чем любая формальность.

– Я пойду, налью нам вина, – сказал он, поднимаясь с дивана. – Отдыхайте.

Катя потянулась, выгибаясь всем телом, и её грудь, всё ещё покрытая каплями пота, соблазнительно колыхнулась. Максим, не в силах больше сдерживаться, резко потянул её на себя, заставляя упасть ничком на ковёр.

– Ты ведь этого хотела, да? – прошептал он, втираясь в её спину, чувствуя, как её кожа обжигает.

– Да... да, черт возьми, – выдохнула Катя, сворачиваясь в клубок и выставляя назад свои безупречные бедра. – Макс, пожалуйста... прямо сейчас.

Максим, не медля ни секунды, вошёл в неё сзади, со всем жаром и силой, на которую был способен. Катя вскрикнула от неожиданности и удовольствия, её пальцы впились в ворс ковра, а голова закинулась назад, обнажая длинную, беззащитную линию шеи. Алиса, наблюдая за этим, не осталась в стороне: она прижалась к спине Максима, обхватила его руками, её губы нашли его ухо.

– Ох, какой ты сейчас жёсткий... – простонала она, сжимаясь вокруг его руки, которой он массировал её грудь, одновременно продолжая двигаться в Кате. – Давай, не останавливайся.

Максим чувствовал, как внутри него разливается животное, первобытное возбуждение. Он вбивался в сестру всё сильнее, слыша хлюпающие звуки сочленения плотей, чувствуя, как Катя содрогается под ним, её стоны становились всё громче и ритмичнее.

– Сильнее!.. О боже, ещё сильнее!.. – Катя задыхалась, её тело превратилось в один сплошной сгусток нервных окончаний. – Макс, я... я сейчас... а-а-а!

Алиса в это время слизывала капли пота с его плеча, её дыхание обжигало кожу. Максим почувствовал, как очередная волна оргазма накрыла Катю; её внутренние мышцы зажали его настолько плотно, что он непроизвольно вздрогнул.

– Теперь я... – выдохнула Алиса, отстраняясь и хватая его за руку, заставляя перевернуться.

Она не стала ждать. Алиса с жадностью, почти с голодом, втянула его в себя, усаживаясь сверху, чтобы он мог видеть её лицо. Её глаза сверкали, губы припухли от поцелуев.

– Смотри на меня, – приказала она, начиная двигаться, медленно и плавно, ещё не до конца принимая его. – Смотри, что ты со мной делаешь...

Максим всхлипнул от удовольствия, чувствуя, как она обхватывает его. Катя, всё ещё находясь в послевкусии своего экстаза, свернулась рядом, наблюдая с полузакрытыми глазами.

– Ты такая... жадная, – прохрипел Максим, хватая Алису за бедра и помогая ей двигаться быстрее и глубже.

– Ты сам этого хотел, – Алиса резко прогнулась, её тело стало гибким, как лоза. Она сдавленно закричала, когда его толчки стали жёстче и интенсивнее. – Да... вот так... сильнее, черт с тобой, сильнее!

Она впилась ногтями в его плечи, оставляя багровые полосы. Её дыхание стало прерывистым, короткие всхлипы сменялись глубокими стонами.

– Я сейчас уйду... – Максим почувствовал, как внизу живота скручивается тугим узлом нестерпимое напряжение.

– Давай... в меня! – вскрикнула Алиса, сжимаясь вокруг него.

Максим с резким выдохом выплеснул в неё всё своё возбуждение, чувствуя, как тело Алисы содрогается в финальном, мощном оргазме. Она упала на него, тяжёлая, обмякшая, прижавшись к его груди и шумно дыша.

Катя тихонько перекатываясь, подошла к ним, её глаза блестели. Она положила руку на лоб брата, убирая прилипшие волосы.

– Ты вымотал нас, – прошептала она с улыбкой, в которой читалось бесконечное удовлетворение.

В этот момент в гостиную вернулся Валерий с бутылкой вина и бокалами. Он остановился, глядя на них, и усмехнулся, поставив вино на столик.

– Кажется, вино подождёт, – сказал он, с сожалением глядя на их переплетённые тела. – Или вы хотите, чтобы я присоединился к вам ещё раз?

Алиса, всё ещё лежа на груди Максима, перевела взгляд на Валерия. Её губы растянулись в невинной, но многообещающей улыбке.

– Мы не против.

Максим почувствовал, как новая волна желания, ещё более мощная, чем предыдущая, поднимается в нём.

– Иди к нам, пап, – сказал он, перехватывая руку Кати, которая всё ещё лежала рядом. – Нам ещё есть что обсудить... и чем заняться.

Валерий подошёл к ним, его тяжёлая рука легла на шею сына, а затем перекочевала на бедро Алисы. В комнате снова стало тихо, только гул кондиционера и тяжёлое, совместное дыхание четырех человек, которые нашли друг в друге нечто большее, чем просто родство.

Они знали, что вечер будет длинным. И что июльская влажность больше не имеет значения.– Ты ведь любишь, когда тебя доминируют, да? — голос Валерия стал глухим и хриплым. Он притянул Алису за волосы, заставляя её выгнуть спину и посмотреть ему в глаза.

Алиса судорожно вдохнула, её зрачки расширились, и она сдавленно кивнула, подаваясь навстречу дяде– Да... пожалуйста...

Максим, наблюдая за этим, почувствовал, как в паху снова возникло знакомое томление. Теперь, когда первый импульс затихал, на смену ему пришло что-то более глубокое, тёмное и жадное. Он снова потянул Катю на себя, перекатывая её так, чтобы она оказалась у него на коленях, лицом к нему..

Максим схватил её за волосы, заставляя запрокинуть голову.– А ты? Ты этого хочешь? – прорычал он, вжимаясь в неё всем телом. – Хочешь, чтобы папа сотворил с тобой то, что он делает с Алисой?

Катя зажмурилась и с силой кивнула, её грудь прижималась к его груди, соски тёрлись о его тело– Да... очень.– Тогда вперед, – Максим толкнул её в сторону отца.

Валерий, молчаливый и властный, принял её. Его руки, большие и грубые, легли ей на ягодицы, сжимая плоть с такой силой, что Катя вскрикнула. Это была не боль — это был всплеск чистой, концентрированной страсти, смешанной с покорностью.

Алиса, освободившаяся, не осталась в стороне. Она, грациозно, словно кошка, переместилась к Максиму, обхватывая его за плечи и придираясь губами к его шее, оставляя влажные, горячие следы.

– Тебе нравится, когда её берут на твоих глазах? – прошептала она ему на ухо, обдавая кожу жарким дыханием.

Максим молчал, глядя на то, как его отец перекинул Катю через спинку дивана. Тело девушки, белое и гладкое, в лунном свете, пробивавшемся сквозь зашторенные окна, казалось почти прозрачным.Пизденка Катерины сияла, отзываясь на каждое движение дяди.Он развел губы пальцами, исследуя ее внимательно, почти с хирургическим любопытством, смешанным с диким вожделением.Он увидел ее внутреннюю часть ярко- розовую, набухшую и горячую.Она пульсировала, буквально умоляя о большем. Он заглянул туда, куда редко кто заглядывал Кожа бедер переходила в нежную, почти прозрачную плоть. Он видел все: и ее влажную плоть и то, что находилось чуть дальше его взгляда.Валерий, без слов вошел в неё сзади, одним мощным толчком. Катя вскрикнула, впиваясь пальцами в обивку дивана, её спина выгнулась дугой, а голова упала на плечо дяди.

– Ох, бля... – выдохнула Катя, когда Валерий начал двигаться внутри неё тяжёлыми, методичными толчками. – Да... вот так... больше.

Алиса, почувствовав, что Максим окончательно захвачен зрелищем, соскользнула внизи, не разрывая контакта глазами, накрыла его своим влажным и горячим ртом.

– Хм-м... – Максим глухо застонал, закидывая голову назад.

Её язык обвился вокруг его плоти, создавая невыносимое напряжение. Он чувствовал, как каждая клеточка его тела вибрирует. Спереди его ласкала сестра, а перед ним — в унисон с его собственным дыханием — развлекался отец с Катей. Звуки плоти, бьющейся о плоть, приглушённые стоны, запах возбуждения и дорогого парфюма — всё слилось в один бесконечный, охвативший его поток блаженства.

– Теперь ты... – Алиса, оторвавшись от него, тяжело задышала. – Я хочу, чтобы ты взял меня.

Максим перехватил её, с силой притянув к себе. Он не оставил ей выбора — развернул её лицом к себе, хватая за бедра и с силой прижимая к дивану. Алиса охнула, но в её глазах вспыхнуло предвкушение.

– Делай со мной всё, что хочешь, – прошептала она, обхватывая его ногами за пояс.

Он вошел в неё резко, одним движением, заставив её закричать. Её крик смешался с рычанием отца, который в этот момент достиг пика своего возбуждения, сжимая Катю так крепко, что та едва могла дышать.

– Да! – закричала Катя, её тело забилось в конвульсиях, когда дядя обвалился на неё, тяжело дыша. – Ох... боже...

Максим, чувствуя, как её возбуждение передается и Алисе, начал двигаться всё быстрее. Он вжимал её в диван, стараясь проникнуть как можно глубже, чувствуя, как её стены сжимаются вокруг него плотным, обжигающим кольцом.

– Я кончаю... – Алиса сжала его плечи, её голос сорвался. – Макс, быстрее... умоляю... быстрее!

Каждый новый толчок выбивал из неё слова. Она извивалась под ним, её грудь вторила каждому его движению. Максим, перехватив её руки, прижал их над её головой одной рукой, а второй с силой ударил её по ягодице.

– Крепись, – прохрипел он, ускоряя темп.

Алиса выгнулась, её глаза закатились, и она с сильным и протяжным стоном обмякла в его руках, принимая его семя глубоко внутрь себя. Максим, почувствовав, что его собственный предел близок, с силой впился в её губы, заглушая её крики своим поцелуем. Он с силой дернулся в последний раз, чувствуя, как всё внутри него взрывается белым светом.

Прошло несколько минут, прежде чем они смогли заговорить. Валерий, медленно приходя в себя, отстранился от Кати, которая лежала, глядя в потолок с блаженным выражением на лице.

– Добро, – коротко сказал он, поднимаясь с дивана. – Давайте все таки выпьем вина.

Алиса, лежа в объятиях Максима, тихонько рассмеялась, приподнимаясь на локте.– Знаешь, Катя... кажется, нам теперь будет очень сложно вернуться к обычной жизни.

Катя перевернулась на бок, обхватывая Максима рукой.– Мы больше не вернемся к обычной жизни. Мы создали новую.

Максим прижал к себе обеих племянниц отца, чувствуя, как в жилах всё ещё пульсирует жар. За окном загородного дома сгущались сумерки, и июльская влажность наконец начала отступать, сменяясь прохладой ночи, которая обещала быть бесконечной.

Когда Валерий вернулся с вином, он застал их спящими — в одну большую, теплую кучу тел, запутавшихся в одеялах и друг в друге. Он укрыл их краем простыни, выключил свет и тихо закрыл дверь. В гостиной остался только мерный гул кондиционера и тяжёлое, синхронное дыхание трёх молодых людей и одного мужчины, который знал, что время в этом доме теперь течёт по иным законам.Валерий вернулся в гостиную, когда тени окончательно сгустились, и дом погрузился в мягкий полумрак. Бокалы вина ждали на столе: густое, темное, с ароматом терпких ягод. Он поставил бутылку, прислушался к размеренному дыханию спящих вповал, и невольно улыбнулся.

Прошло два часа. Максим первым открыл глаза, ощущая на своем теле тяжесть и тепло. Слева он чувствовал податливую мягкость бедра Кати, а справа — длинные волосы Алисы, которые щекотали ему шею. В комнате было тихо, только едва слышно вибрировал кондиционер.

– Проснулся? — Алиса открыла один глаз, хитро глядя на него. Её голос был хриплым, заспанным.

– Да, — Максим сел, потирая лицо. – Черт... голова не соображает.

Катя зашевелилась, неопределенно что-то пробормотав, и перевернулась на спину. Максим засмотрелся, чувствуя, как внизу живота снова просыпается знакомое напряжение.

– Вино разбудило? – Катя открыла глаза и, увидев его взгляд, лукаво улыбнулась, намеренно раздвигая ноги чуть шире. – Чего замер?

Валерий, сидевший в кресле с бокалом вина, неторопливо сменил позу. В его взгляде теперь было больше спокойствия, чем возбуждения, но плотоядная искра никуда не исчезла.

– Мы только начали, ребята, – заметил он. – Впереди целая ночь.

Максим, подавшись вперед, взял бокал с вином, сделал глоток и почувствовал, как алкоголь обжёг горло, приводя в чувство.– Знаешь, отец, я никогда не подозревал, что мы сможем...

– Мы все хотели этого, сын, – перебил его Валерий. – Видел бы ты их сейчас. Они как два котенка, которые сбросили цепи и не знают, куда бежать дальше.

Алиса, поднявшись на четвереньки, обвела себя взглядом. Её грудь, тяжелые и сочные сферы, качались в такт её движениям. Она медленно поползла в сторону дяди, намереваясь устроиться у него в ногах.

– Тебе не кажется, что нам слишком просто? – прошептала она, остановившись у его колен. – Может, добавим немного... строгости?

Катя, услышав это, резко села, её глаза вспыхнули.– О да... – выдохнула она. – Покажи нам, кто здесь главный, дядя.

Валерий медленно поставил бокал с вином на столик. Его лицо стало серьезным, челюсть напряглась. Он перехватил Алису за волосы, заставляя её закинуть голову назад, и в одно движение поднял её с пола, заставляя встать на колени

. Взгляд Валерия сосредоточился на анусе.Маленькое, сморщенное колечко мышц, которое то расслаблялось то сжималось в такт ее дыхания.Оно было темнее остальной кожи с аккуратными лучистыми складочками, похожими на цветок, который ждал, когда его раскроют.

—. Расслабься для меня, малышка, -он прижал подушечку пальца к центру чувс вуя, как кольцо сжимается вокруг кожи, ткань там была еще более чувствительной и горячей.Алиса задрожала всем телом.

. Валера медленно ввел один палец девушка резко выдохнула, подаваясь на встречу.За ним последовал второй.Он чувствовал, как ее тело принимает его, это было такое томное, интимное ощущение, что у него перехватило дыхание.

. Когда он проник членом в нее, она закричала.

. Ох, черт.., какой ты плотный!

. Он двигался в ней, чувствуя каждое соприкосновение ее плоти

Каждый толчок заставлял ее тело содрогаться.

. -Быстрее, пожалуйста, быстрее.

Она извивалась под ним, ее бебра двигались в рит его толчков.

. Он почувствовал, как она начала содрогаться.Ее внутреннее кольцо сжималось и разжималось в бесконечном ритме.Валера вошел в нее со всей мощи.

. - Ах, Алиса вскрикнула, ее тело выгнулось дугой, мышцы спазматически сжались и в этот момент он излил в нее все что накопил от возбуждения.Он сильно вжался в ее тело.

– Теперь ты, – Максим тяжело дыша, перехватил Катю, поднимая её за волосы вверх, чтобы она смотрела ему в лицо.

Катерина замерла, глядя в его серые, стальные глаза. В них уже не было ничего от прежнего спокойного Макса— только первобытный, подавляющий мужчина.

– Ты готова?

– Да... – выдохнула она, её тело дрожало от предвкушения.

Максим перевернул ее, развернув к себе, и с силой сжал за бедра, поднимая вверх, почувствовал, как она обмякла, отдаваясь ощущениям. Теперь её очередь.

Максим одним резким, властным движением вошёл в Катю. Она закричала, но он тут же зажал ей рот ладонью, заставляя заглушить крик.

– Тише, – рыкнул он ей в лицо, задавая тяжелый, бескомпромиссный темп. – Ты должна молчать. Катя застонала, её тело выгнулось, пальцы впились в пол. Теперь он владел ею так же, как отец владел Алисой.

В комнате воцарился хаос звуков: тяжёлые удары плоти о плоть, сбитые в одно дыхание стоны, шепот и приглушенные крики. Они двигались вместе, в одном грязном, сладком ритме, забыв о времени и пространстве.

Максим, чувствуя, что Катя достигает предела, с силой вжал её в кресло, вырываясь из неё в последний момент.

– Теперь ты, — прохрипел он, перехватывая Катю.

Максим, тяжело дышащий, отстранился, давая дорогу отцу. Катя с силой всхлипнула, принимая Валерия в себя.

– Ох, черт... — Максим сел на пол, прислонившись к стене. Его тело била дрожь от переизбытка чувств. Он видел, как отец делает с сестрой то же, что он делал с Алисой. Он слышал, как Катя умоляла его не останавливаться.

Алиса, сползая с кресла, привалилась к Максиму, тяжело дыша. Её кожа была влажной и блестящей в лунном свете.– Ты видел? – прошептала она. – Посмотри, как он её взял...

Максим смотрел, заворожённый. В этот момент он понял, что связь между ними стала ещё крепче, ещё глубже. Они больше не были просто членами одной семьи. Они стали общностью, связанной общей тайной, общим грехом... и общей любовью.

Когда всё закончилось, они долго лежали в тишине. Валерий, закинув руку за голову, задумчиво смотрел в потолок.

– Ну что, дети... – наконец произнес он. – Теперь мы можем выпить того вина?

Катя хихикнула, перекатываясь к нему и укладываясь головой ему на плечо. Алиса, прижавшись к Максиму, обхватила его рукой.

– Только если ты пообещаешь, что это повторится, – прошептала она, закрывая глаза.

Валерий усмехнулся, чувствуя, как по комнате разливается спокойствие и тепло.– Обещаю.

Снаружи шелестели деревья, но здесь, за толстыми стенами загородного дома, время остановилось. Они были в своём собственном мире, где не существовало ничего, кроме них самих, их тел и бесконечной ночи.Валерий медленно допил вино, чувствуя, как алкоголь согревает внутренности. Он перевел взгляд на спящих дочерей. Алиса и Катя лежали в обнимку, их ноги переплелись, а волосы рассыпались по ковру темным шелком. Максим, привалившись к стене с бокалом в руке, наблюдал за ними с выражением, которое Валерий знал слишком хорошо — смесью обожания и неуемного желания.

— Ты ведь понимаешь, что теперь не сможешь жить как прежде? — негромко произнес Валерий, стукнув бокалом по краю стола.

Максим поднял глаза. В них читалась усталость, но была и какая-то новая, взрослая сосредоточенность.– Понимаю, — ответил он, отпивая вино. — Хотя, честно говоря, мне плевать.

Валерий усмехнулся. Он встал, подошел к сыну и положил руку ему на плечо.– Главное, что мы теперь все заодно. Больше никаких секретов, никакого напряжения. Только мы.

Максим кивнул.– Ты выглядишь так, будто всё просчитал с самого начала.

— Расчеты здесь ни при чём, — Валерий пожал плечами. — Просто иногда жизнь заставляет тебя идти на риск. И если этот риск стоит того... значит, оно того стоило.

Дверь комнаты скрипнула, и на пороге появилась Катя. Она была полностью обнажена, её тонкая кожа в полумраке казалась жемчужной. Она медленно потянулась, изгибаясь всем телом, и её грудь колыхнулась, привлекая взгляд.

— О чем вы тут шепчетесь? — Катя лукаво прищурилась, подходя к ним. — Решили оставить меня одну?

— Мы обсуждали, как нам теперь с этим жить, — сказал Макс.

В ту ночь загородный дом наполнился звуками, которые больше никогда не станут привычными. Это была музыка плоти, ритм тел, которые нашли друг друга в темноте, в тесном переплетении желаний и потребностей.

К утру, когда первый серый свет просочился сквозь зашторированные окна, они все лежали в тишине, изнеможенно и счастливо. Максим чувствовал тяжесть сестёр по обе стороны от себя, слышал их ровное, спокойное дыхание.

— Что теперь? — тихо спросила Катя, приоткрыв один глаз.

– Теперь мы будем спать, — ответил Валерий.

– А потом? — Максим потянулся, чувствуя каждую мышцу своего тела.

— А потом мы попробуем заново, — с той же уверенностью ответил Валерий.

Максим закрыл глаза, зная, что впереди у них целая жизнь, полная новых открытий, тайных удовольствий и бесконечной близости, которую они обрели здесь, в этом доме. Влажный июльский воздух больше не казался удушливым — он был пропитан любовью, страстью и чем-то ещё, что невозможно было назвать, но что каждый из них чувствовал каждой клеткой своего тела.

2349   1907 28952  52   2  +10 [6]