Галя пересчитывала рубли: ровно двести — зарплата её мамы за месяц, огромные деньги. Эту сумму Галя собирала почти год, экономя на обедах, откладывая деньги на карманные расходы, — всё ради того, чтобы купить джинсы: настоящие, американские, из плотной джинсовой ткани синего цвета, с красивой «лэйбой» «Монтана» или «Ли», или ещё какие-нибудь, но не менее знаменитой фирмы. Джинсы были заветной мечтой Гали вот уже целый год, с того момента, как Светка Ренжина припёрлась в таких на танцы. Галя зажмурилась и сжала кулачки. «Зараза», — процедила она, — «вертихвостка. Вот зачем он ей нужен? У неё и так ухажёров куча, а этот лопух бегает за ней. „Лёнька, посмотри, я не посадила пятно?“» — писклявым голосом передразнила Светку Ренжину Галина. «Ну ничего, у меня будут такие же или даже лучше. Тогда Лёня точно будет моим. А там...» Галя зажмурилась от своих мыслей, и внизу живота стало теплее: он будет за ней красиво ухаживать, носить за неё портфель. А после они поступят в один институт, где Лёня будет учиться на военной кафедре, а потом свадьба и много детишек — два мальчика и девочка. От планирования своей судьбы с Леонидом Галю отвлёк звук открывающейся двери.

— Ой, доча, привет, ты дома?

— Привет, мамуль, — сказала Галя, складывая деньги.

— Всё богатство свои считаешь? И как хватает?

— Хватает, — вздохнула девушка, — прям впритык хватает.

— И дались тебе эти джинсы, лучше бы пальто тебе купили или сапоги.

— Мамуль, ну не начинай, пожалуйста, мы же с тобой об этом уже говорили.

— Говорили, — подтвердила мать, — только вот узнаю, что ты это непотребство в школу наденешь — выпорю, как Сидорову козу, не посмотрю, что уже взрослая.

— Мамулечка, ну мы же говорили об этом, я только ради Лёньки, да чтоб Светке нос утереть.

— Горе ты моё луковое, — ласково улыбнулась женщина, — нужен тебе этот Лёнька?

— Когда за покупкой пойдёшь?

— На выходных, — мечтательно выдохнула Галя, — Гарик Легосян обещал помочь.

— Легосян... Легосян... А папа у него, случаем, не директор магазина «Берёзка»?

— Да, — ответила Галя.

— Ну хорошо, — согласилась мама, — Левон Оганесович — хороший человек, он не обманет.

— Мам, а можно я на танцы в пятницу пойду? Там все будут: и Лёнька, и Светка.

— Ну, если Лёнька будет, то, конечно, можно, — улыбаясь, сказала женщина.

К вечеру пятницы Галя готовилась основательно: умыкнув из маминой косметички импортные тени и болгарскую помаду красного цвета, девушка наводила красоту у зеркала.

«Ой, как плохо, что за джинсами только завтра, вот сегодня было бы здорово появиться в обновке на танцах, чтобы эта Светка от зависти лопнула. И тогда Лёня обратит на неё внимание».

Танцы были в ДК железнодорожников. В восемь вечера Галя договорилась встретиться с подружками там, на крыльце, ровно в девять. На входе, как всегда, дежурили два дружинника с красными повязками на рукавах, отлавливая тех, кто пытался пронести спиртное, и заворачивая тех, кто уже сильно принял на грудь и жаждал продолжения вечера простым и незамысловатым мордобоем.

— Галька, ну ты прям как актриса какая-то!

— Ленка, ну что ты такое говоришь? Всё очень скромно, — краснея от похвалы, говорила Галя.

— Если он тебя и сегодня не заметит, значит, он слепой и тупой, — не унималась подруга Катя, рыжая веснушчатая девушка восемнадцати лет.

— Верно Катька говорит, а может, ему там на его боксе вообще голову отбили, — поддакивала Лена.

Галя была миниатюрной брюнеткой ростом 165 см, со 2-м размером груди и красивым лицом. Из-за её небольшого роста и кукольной внешности Галю часто путали с подростком, отчего девушка носила с собой паспорт, и этот раз не стал исключением.

— Девочка, ты куда? — остановил Галю окрик одного из дружинников. — Дуй отсюда, а то домой тебя отведу, а там отец тебя ремнём отходит.

— Дяденька, мне уже восемнадцать! — с гордостью заявила Галя, доставая паспорт из сумочки.

Дружинник взял протянутый документ, открыл, пробежал глазами по строчкам даты рождения, фамилии, имени и отчеству, ухмыльнулся, неопределённо произнеся: «Пигалица», — и вернул паспорт.

Галина уже было собралась пройти в клуб, как заметила «Волгу» цвета «мокрый асфальт». Машина подъехала к ДК, с пассажирского места выбралась Светка Ренжина.

Галина стояла молча, сверля взглядом Свету.

Света, захлопнув дверь, что-то сказала водителю, и машина неспеша тронулась.

Проходя мимо Гали, Света бросила на ту оценивающий взгляд; усмехнувшись, она отвернулась и прошествовала в здание ДК.

— Катька, ты видела, видела? Ты видела? Это же джинсы, фирма! А футболка, а кроссовки? Она прям как с обложки! — не успокаивалась Наташа. — Катька, ты представляешь, сколько стоят эти вещи?

«— Пошлите уже», — сказала Галя и тоже направилась в здание ДК. Вечер был испорчен, а ещё этот дурак Лёня сегодня даже не посмотрел на нее ни разу, зато вокруг этой фирменной шалавы крутился, — негодовала Галя, возвращаясь домой.

Ну ничего, завтра она купит эти проклятые джинсы, и тогда Лёня будет бегать за ней, а уж она найдет способ, как его наказать.

Утром Галя находилась вся в нетерпении: сегодня предстояло покупать её мечту.

Сбегав к соседке, бабушке-ветерану ВОВ, у которой был установлен телефон, Галя попросила позвонить.

— Звони, внучка, нам-то уже и некому, разрешила бабушка

Галя позвонила Гарику, и они договорились встретиться в портовом районе города. Дома в том районе были старые, одноэтажные, на одного хозяина, многие из которых были ещё дореволюционной постройки.

Встретившись с Гариком на остановке троллейбуса, Галя поздоровалась с парнем.

— Гарик, привет.

Гарик, осматриваясь по сторонам, быстро спросил: — Деньги принесла?

— Да, — ответила ничего не понимающая Галя и полезла в сумку за деньгами.

— Ты что, дура? Не здесь! А если кто увидит? Пойдем, тут недалеко.

— Но я думала...

— Что? Что я тебе их сюда принесу?

— Да, — кивнула Галя.

— Во-первых, их нужно мерить, или ты собралась их здесь мерить?

— Нет, — ответила Галя.

— Во-вторых, это фарцовка, и за это статья по УК СССР, а если ты где-то сболтнула и меня за жопу возьмут из-за твоих копеек? Нет, подруга, так не пойдет: или идем, или разбег.

— Хорошо, хорошо, идем, — согласилась Галя.

Гарик взял девушку за руку. Галя тут же отдернула руку и покраснела: — Ты чего?..

— За руку меня возьми, как будто мы парочка, так у всех местных бабушек вопросов будет меньше.

Галя кивнула и уже не сопротивлялась, когда Гарик взял ее за руку. От остановки шли около пятнадцати минут, все дальше углубляясь в застройку; показался забор порта, а в воздухе разносился запах йода и соли.

— Всё, пришли, — сказал Гарик, останавливаясь у калитки со звонком. Нажав на звонок в определенной последовательности, Гарик ждал, когда откроют.

Калитка распахнулась, и Галя ахнула, отшагнув назад.

В темном проеме калитки стоял негр и улыбался белозубой улыбкой. Реакция девушки его развеселила. В этой стране при его виде девушки вскрикивали, а женщины и старушки — особенно старушки — иногда крестились; это очень веселило Пьера.

— О, Гарри, заходи, — на ломаном русском с диким акцентом сказал негр и отошел в сторону, открывая проход.

— Че встала? Идем, — сказал Гарик, таща за собой Галину.

Пьер захлопнул калитку и пошел за гостями в дом. Зайдя в дом и пройдя в комнату, где был еще один негр, который сидел и смотрел фильм.

— Пьер, как договаривались, — сказал Гарик.

Пьер кивнул и что-то на французском сказал сидящему негру.

Тот, поднявшись, вышел в соседнюю комнату. Вернувшись минут через пять со свертком в руках, он протянул его Пьеру.

«— Деньги давай», — сказал Гарик Гале.

Девушка расстегнула сумочку и извлекла деньги, протянув их Пьеру.

Пьер забрал деньги и отдал сверток Гале.

— Меряй, только давай быстрее, — с нетерпением сказал Гарик, поглядывая на часы.

— Прям здесь? — растерялась девушка.

— Ты что, дура? В комнату зайди, вон в ту, — показал Гарик, — ну, если хочешь, можешь при всех. — Галя пулей скрылась в указанной комнате.

Оттуда же сразу послышалось шуршание подола платья.

Галя вышла с поникшей головой. «Большие», — со слезами на глазах протянула девушка.

— Бери на вырост, — раздраженно процедил Гарик.

Галя отрицательно покачала головой и вернула джинсы Пьеру.

Пьер же достал деньги и протянул Гале.

Гарик смотрел, как накрываются его комиссионные.

Галя, взяв деньги, стояла всхлипывая.

Гарик раздраженно схватил девушку и потащил на выход, та безвольной куклой подалась за парнем.

— Гарри, подожди! — окликнул парня Пьер. — Если час, подождите, Франсуа за другими сходит.

— Нет, не получится, — тут же отозвался Гарик. — У меня ещё встреча.

— Я подожду, — с надеждой в голосе сказала Галя. — Сколько нужно, подожду, хоть час, хоть два. А ты иди, я домой сама доберусь.

Гарик посмотрел на Пьера и лишь кивнул. Достав деньги из кармана Пьер протянул парню пятьдесят рублей: — Твоя часть, сказал он

Гарик, забрав деньги, ничего не говоря, развернулся и вышел из дома.

Пьер повернулся к Франсуа и что-то долго ему объяснял. Тот стоял и кивал, затем, забрав джинсы, ушел.

— Садись, Галя, — сказал Пьер, показав на диван. — Сейчас Франсуа сходит и принесет джинсы, нужно ждать.

Галя, согласившись, кивнула и уселась на диван.

Пьер уселся в кресло и достал пульт управления видеомагнитофоном, включил видеомагнитофон.

Галя сидела и смотрела на все это как на магию. Конечно, она слышала о видеомагнитофоне, и даже у их семьи был цветной телевизор, но вот так сидеть и смотреть фильм по видеомагнитофону ей не приходилось. Девушку не смутило даже то, что фильм был на французском, а игравшая музыка завораживала, и все действо притягивало внимание. Фильм назывался «Эмануэль».

Пьер сидел и незаметно бросал взгляд на молодую красивую девушку.

Хорошая сучка. Пьеру очень нравились русские или, правильно сказать, советские женщины: они не были испорчены сексуальной революцией и не были сильно искусны в сексе, но они все делали с огромным энтузиазмом. Пьеру сразу вспомнилась Люда, работница портовой столовой, мать двоих сорванцов 8 и 10 лет, жена Алексея, крановщика портового крана. Пьер долго охаживал эту сучку, прежде чем отодрать ее в жопу. Пьер заерзал в кресле от приятных воспоминаний. А Света, продавец местного супермаркета, той так понравился секс с черным мужчиной, что она немного пугала Пьера. Зато с Светой можно не сдерживать себя, а самое главное — Света много не просила, немного подарков, и Бастион сдался. Как же она красиво смотрелась в подаренных кружевных чулках! Предаваясь воспоминаниям, Пьер не услышал, когда Галя спросила его о чем-то.

— Прости, что? — переспросил Пьер.

— Я говорю: а вы не могли бы рассказать, о чем фильм? — покраснев, повторила Галя.

— Про любовь. Все французские фильмы про любовь, — усмехнулся Пьер. — Хочешь пить?

Галя кивнула: — Если можно, воды стакан.

Пьер поднялся и прошел на кухню. Открыв старый холодильник «ЗиЛ» с ручкой, достал две банки «Кока-Колы», подцепил ногтем, растянул алюминиевый язычок и с характерным шипением и щелчком открыл одну и вторую банку. Оглянувшись, достал спрятанный пузырек, открыв его, вытряхнул на ладонь таблетку, располовинив ее. Одну часть забросил в банку и поболтал содержимым, чтобы быстрее растворилось. Подхватив банки, он вышел обратно в зал, где сидела девушка, протянув банку с «Кока-Колой» Галине.

Галя смотрела на банку с восхищением и опаской. Попытавшись отказаться от напитка, она, давя свое смущение, проговорила: — У меня нет лишних денег.

Пьер лишь улыбнулся: — Просто пей, это просто напиток.

Галя с трепетом взяла протянутую банку: — А стакан? — тут же сказала она.

Пьер рассмеялся: — Пей с банки, вот так, — и показал своим примером.

Галя смаковала вкус «Кока-Колы», стараясь растянуть удовольствие. «Ну, чего бы я могла подумать?» — вертелось у нее в голове. Сегодня самый лучший день: она как какая-то иностранка сидит в компании негра-француза, смотрит иностранное кино по видеомагнитофону и пьет «Кока-Колу», а совсем скоро она заберет свои джинсы. «Будет чем похвастаться, девчонка... Или нельзя?» — тут же очнулась Галя. — «Гарик будет ругаться, точно он же предупреждал ее, чтобы она молчала по поводу того, что увидит здесь».

В голове Гали приятно зашумело, а комната пустилась кружиться. От неспешного перекатывания мыслей в голове Галю оторвало действие, которое происходило в фильме. Девушка глубоко дышала, щеки заалели. Галя почувствовала, как трусики намокли.

— Что-то мне нехорошо, — прошептала девушка.

— Все в порядке, ты первый раз смотришь взрослое кино, — спросил Пьер.

— Да, — тихо ответила Галя.

Пьер громко рассмеялся: — Не переживай, просто ты очень сильно возбуждена. Мне тоже нравится этот фильм, он всегда возбуждает, — сказал Пьер, опустив взгляд на свой пах.

Галя проследила за взглядом Пьера, и ее глаза расширились от ужаса и одновременно удивления.

— Нравится? — спросил довольный Пьер.

Галя заторможено смотрела на бугор в паху Пьера. Ничего не ответив, она лишь попой поерзала на диване.

«Знаю, что нравится, хочешь его увидеть?» — спросил улыбающийся Пьер.

«Нет», — неуверенно ответила Галина, а ее дыхание при этом участилось.

«Хочешь? Я же вижу. Не бойся, девочка, только смотри, никто ничего плохого не сделает». С этими словами Пьер стянул шорты вместе с трусами.

Галя судорожно сглотнула: это был первый в ее жизни член, который она увидела так близко.

«Он очень большой», — прошептала девушка, неотрывно глядя на член негра, перевитый венами. Крайняя плоть отсутствовала, поэтому огромная головка была открыта, на кончике головки выступила капля.

«Поможешь мне?» — спросил у девушки Пьер.

Галя непонимающе посмотрела на Пьера.

«Не могу сам, а разрядиться нужно, так что поможешь?»

В этот момент Галя совсем потеряла связь с реальностью и уже не понимала, где реальность, а где фильм, который она смотрела вместе с Пьером. В этот момент Галя была актрисой французского кино для взрослых. «А если это все не по-настоящему, тогда чего стесняться? А вдруг зрителям не понравится, как я играю? И Пьер ждет... А что делать-то? Как сказать, что Галя, то есть я, еще не была с мужчиной?»

«Возьми его в руку», — услышала слова Пьера Галя.

«Ой, как хорошо, что он такой добрый и замечательный», — пронеслось у нее в голове. «И с джинсами помог, и с фильмом. Нужно делать все, что он скажет», — ворочалась мысль в голове Гали.

Галя обхватила член Пьера ладонью, обхватить полностью не получилось. Пьер положил свою ладонь поверх руки Гали: «Вот так, двигай им вверх-вниз, вверх-вниз», — сказал Пьер, откидываясь на спинку дивана.

Галина ладонью ходила по члену негра, девушка смотрела на член, не отрываясь.

«Большой и толстый, а еще горячий, прямо наверное как настоящий. Жаль, что таких огромных в природе не бывает, или бывает? А как же с таким-то? Он же там все порвет, наверное, или не порвет? Там же все устроено для того, чтобы детей рожать, значит, и член такой выдержит».

«Смажь его», — сказал Пьер, отрывая Галю от ее мыслей.

«Как?» — не поняла девушка.

«Ртом, как же еще!»

Галя в очередной раз смотрела на него непонимающе.

«В рот его возьми и соси, как будто эскимо сосешь».

«У меня не получится, он большой», — отозвалась девушка.

«Давай, я помогу, если что», — сказал Пьер.

Галя медленно наклонилась к огромному члену, решаясь взять его в рот. Пьер положил свою ладонь на затылок девушке, подталкивая ее.

Приоткрыв рот, она пропустила только головку, языком ощущая солоноватый вкус и что-то еще неизвестное ей.

Пьер убрал руку с затылка девушки: «Нет, не так. Вытяни губы и возьми его губами». Галя сделала, как сказал Пьер.

«Вот, теперь язычком вокруг головки», — Пьер шумно выдохнул. «Вот, уже хорошо». Снова положив руку на затылок девушки, Пьер слегка надавил, заставляя опуститься ей ниже.

Галя запротестовала, стараясь отстраниться, но член не выпустила.

«Ничего, ничего, привыкнешь», — сказал Пьер. Рука негра переместилась на спину девушки; нашарив змейку на платье, Пьер потянул за замок, растягивая платье; нашарив рукой застежки лифа, Пьер расстегнул его.

Галя сосала член негра, не понимая, в какой момент нужно остановиться. «Как же тяжело быть актрисой, тяжело и в то же время очень увлекательно. Трусики совсем промокли», — пронеслось в голове девушки. «Как бы их незаметно снять, чтобы никто не увидел?» Тут Галя почувствовала, как Пьер расстегнул ее платье, затем и лифчик. «Действительно, так удобней, и вообще ей очень душно, и одежда только мешает. Точно под этим предлогом можно и трусики снять».

Галя отстранилась от члена и потянула платье за подол, снимая его.

За платьем Галя сняла лифчик и трусики.

«Кажется, так выглядит актриса того кино. Она ничего не стеснялась, и Галя не должна. Она ничем не хуже, а тем более лучше какой-то француженки», — думала Галя, ловя ртом член Пьера.

Пьер рукой ухватил Галю за сиську, играясь с ней; он больно сжимал и оттягивал сосок. От такого обращения девушка замирала, а соски напряглись.

От долгого сосания у Гали начало сводить уголки рта. Заметив это, Пьер отстранил ее от члена.

— Давай теперь я.

Галя смотрела, не понимая, что Пьер собрался делать.

Он же навис над девушкой, осыпая ее шею поцелуями, спустился к груди и зубами ухватил ее за розовые соски: сначала один, затем второй, опустился ниже, целуя ее животик, а затем спустился к лобку, покрытому волосиками, втянув ноздрями девичий запах. Пьер растянулся в улыбке.

Подхватив Галю под колени, Пьер широко развел Галины бедра, отчего девушка инстинктивно прикрыла рукой свою киску.

— Не надо закрываться, я ничего плохого не сделаю, обещаю, тебе понравится, — сказал Пьер, ныряя лицом в киску Гали.

Галя смотрела на его действия, и поначалу ей было неуютно, в голове крутилась какая-то глупость про то, что в Африке еще местами процветает каннибализм. Все эти глупости пропали мгновенно, когда Пьер языком прошёлся по клитору Гали, вызвав громкий стон девушки. Галя положила руки ему на затылок и инстинктивно подалась бедрами навстречу умелому языку.

Внезапно Пьер отстранился от девушки.

— Ты что, девственница? — с удивлением в голосе спросил он.

Раскрасневшаяся Галя кивнула.

— Может, тогда в жопу? — спросил Пьер.

Галя не поняла, о чем он, но все же утвердительно кивнула.

Негр опять растянул свой рот в белозубой улыбке и опять опустился между бедер девушки. Галя ощутила его горячий влажный язык на своей киске, как вдруг что-то большое внезапно коснулось колечка ее ануса, отчего тот сжался. Настойчивый гость отступил, и Галя расслабилась, как в ту же минуту смазанный чем-то влажным гость опять попробовал проникнуть в ее попку. Ласки Пьера и настойчивость его пальцев дали свой результат, и Галя расслабила свой анус, а настойчивый палец проскользнул в ее попку, вызывая чувство заполненности. Постепенно язык Пьера ускорился, и Галю затрясло в судороге оргазма.

— Ну как ты? — спросил Пьер, надрачивая свой член.

Галя глубоко дышала, краснота постепенно сходила с ее лица.

Подняв девушку, Пьер поставил Галю раком на диване и надавил на спину, заставляя максимально прогнуться и отставить попку.

— Теперь я хочу кончить, — сказал Пьер, пристраивая свой член к попке девушки.

— Немного будет больно, но тебе обязательно понравится.

Пьер понемногу давил своим членом на сфинктер Гали, понемногу погружая головку в попку девушки, давая ей привыкнуть.

Галя натужно постанывая, сжимала кулачки каждый раз, когда Пьер пытался вставить член ей в попку.

Понемногу у Пьера начало получаться: уже до половины ввел член в гостеприимную жопу этой белой сучки. Медленно двигаясь вперед, Пьер почувствовал, как ударился яйцами о волосатую пизду своей молодой любовницы. Замерев на мгновение, он начал движение назад, вызывая у Гали протяжный стон облегчения. Пьер практически вышел из попки Гали, задержавшись только головкой, ощущая, как мышцы ануса непроизвольно сокращаются, массируя его головку.

Взявшись за бедра девушки, Пьер уже быстрее вошел в ее попку, подталкивая Галю на свой член, что опять вызвало у девушки протяжный стон. Спустя пять минут, постепенно увеличивая темп, Пьер уже размашисто трахал жопу Гали, шлепая яйцами по ее пизде.

Галя протяжно стонала: член в ее попе вызывал у девушки тянущее ощущение, как будто она хочет в туалет; через некоторое время Галя привыкла, и это чувство уже не так сильно доставляло дискомфорт. Пьер умудрился просунуть руку между бедер Гали и начал указательным пальцем ласкать возбужденный клитор девушки; от чего Галя уже сладко постанывала. Что-то горячее обожгло Галю изнутри, и девушка в этот момент получила второй оргазм с мужчиной. Опустившись полностью грудью на диван, она уткнулась лицом в его обивку и тяжело дышала.

Пьер вытащил свой опадающий член из раздолбанной попы девушки с влажным чавком, и из открытого, еще не сомкнувшегося ануса потекла его сперма. Хлопнув девушку по ягодице, Пьер сказал:

— Не шевелись, я быстро.

Найдя фотоаппарат Полароид, Пьер сделал пару фотографий на память.

Из забытья Галя выныривала постепенно. Сначала пришла мысль о том, что она голая в незнакомом доме, а затем сразу же мысль о том, что в доме малознакомый мужчина. Галя вскочила с дивана и быстро огляделась: комната была пуста, ее вещи лежали сложенные на журнальном столике, а поверх лежали две фотокарточки. Галя с расширенными от ужаса глазами смотрела на себя, запечатленную на фотографии: на свое лицо, чуть прикрытые глаза и улыбку, на свою попу и то отверстие в ней, из которого что-то текло. Рука моментально накрыла попку, а пальчики уже проверяли анус: он был припухший, но той страшной дыры не было. Галя быстро натянула свое нижнее белье и платье. Как раз в это время зашел Пьер.

— Салют, ты как?

— Что ты со мной сделал?

— Да ничего, ты сама все сделала, не помнишь что ли? Ты фильм смотрела и, видимо, очень возбудилась.

Галя залилась краской и опустила взгляд в пол, а мы, то есть я еще...

— Девственница? Да, ты сама разрешила только в попу. Там Франсуа принес джинсы, иди меряй.

— Нет, пожалуй, хватит примерок на сегодня, — сказала Галя, протянув Пьеру деньги.

— Оставь, это подарок от меня.

— Я так не могу, — запротестовала Галя.

— Бери, я сказал, и никогда не перечь мужчине. Сказал — подарок, — и вот еще Пьер протянул коробочку.

— Что это?

— Духи, сейчас самый модный аромат во Франции.

Дорогу домой Галя не запомнила. Зато хорошо вспомнила все, что было.

Успокаивая себя, Галя размышляла: «Ну, сосала я ему — это за секс не считается, можно сказать, что вообще поцелуй, целуются же люди, и что такого. Да и в попу тоже за секс не считается, девичья честь на месте, а там уже и не понять было, что и как». Зато приятные воспоминания о двух полученных оргазмах вновь намочили трусики, и Галя еще сильнее покраснела.

Дома, приняв душ и смыв с себя все сегодняшние приключения, Галя мерила джинсы, вертясь у зеркала; ткань плотно облегала ноги, бедра и попку девушки.

«Ну все, Ренжина, теперь держись!» — ликовала девушка, крутясь у зеркала.

https://boosty.to/storiesgreenman