Лагерь Эдельвейс 3

Все выдумано, все персонажи достигли возраста согласия (ткого, как разрешено в твоей стране, читатель), все совпадения (именно в этом рассказе) случайны.

Следующие два дня пришлось вспомнить что я старший вожатый, навалились административные дела и даже пришлось съездить на попутках до райцентра. Возвращаясь, зашел все в тот же туалет, с которого все и началось. Это добротный кирпичный четурехугольник с раздельными входами для мальчиков и девочек. В прошлый раз я тупо не добежал до мужского, чтобы в него попасть с дороги, нужно было обходить заборчик и растущее там среди кустарника здоровенное дерево. Сейчас я не планировал хулиганить, поэтому пошел в обход.

В кустах рядом с деревом мне послышались какие-то звуки, потом затихли, а потом даже усилились.

— Да уймис ты, блядища. - Услышал я знакомый голос, а потом сдавленный писк девочки.

— Вы совсем охренели? Серега, выходи давай, кто там с тобой. Ну, блин, туалет же рядом, там кабинки закрываются, а вы прям на дороге ебетесь. Вот что вы за люди?

В кустах послышалась возня, а потом показалась Маринка, за ней, натягивая штаны вышел Серега.

— Ай, блядь! - Отпрыгнул он в сторону. - Кусты колючие, извините Олег Евгеньевич.

— Раз еще и кусты колючие, че вы там забыли?

— Это все блядина эта, ненасытная. - Он подошел к Маринке и натурально дал ей подсрачник. Я аж икнул от удивления. Удар был несильный, девушка даже не шелохнулась, но сам факт.

— Серега, а ты не охренел себя так вести?

— Олег Евгеньевич, - обратился он ко мне с надрывом, протягивая слова, - в печенках у меня уже эта потаскуха. - Он говорил и размахивал руками. - Я ее уже и на хуй посылал и пощечин надавал, по жопе линейкой отлупил. - Тут он слегка задумался, видимо вспоминая, но тут же помотал головой и продолжил. - А она пристала, как кусок говна на любимый тапок, хер соскребешь. Неповерите, вчера ее даже обоссал.

Я поднял брови и посмотрел вопросительно на Марину. Она же молчала, чуть ссутулившись, хотя это никак не портило ее внешний вид, с ее фигурой, это просто невозможно.

— И что она от тебя хочет?

— Ебаться она хочет и почему-то только со мной. Я уже кого ей только не подкладывал. Вчера, представляете, я пока Наташку ебал, так она из-за угла пялилась, пока мы не закончили, а потом выбежала, схватила за член и давай сосать. Ну, я тогда уже и не выдержал... ну... обоссал ее немного, а она потом опять член в рот и давай дальше сосать. Еле отбился от нее вчера. А сегодня вот поймала, пока в туалет шел. Ну а я что, сегодня только Катьке на рот дал, думаю, пусть порадуется. И тут вы.

— За Наташку мы отдельно поговорим, кто такая и как долго вы ебетесь. И как я понимаю опять кончаете внутрь без презерватива. Ладно, есть у меня мысли что с этой поебушкой стряслось.

Подошел к потупившейся Маринке, взял ее за подбородок, поднял, чтобы смотрела на меня.

— Пизду свою ебливую мыла сегодня, блядина? - И тут же отвесил легкую пощечину. - Я тебя спрашиваю, в глаза мне смотри.

— Мыла. - Пропищала она.

— Что ты мыла, блядина, полностью отвечай и не так, будто у тебя во рту сто хуев, поняла?

— Пизду сегодня свою... ебливую... мыла. Утром. - Зачем-то уточнила она.

Я поднял ее сарафан, оттянул трусы, пощупал девичью письку.

— Ну, все понятно, попал ты Серега. Ей нравится, когда с ней грубо обращаются, и то, что ты ее обоссал, только усугубило положение. Ты в лагере самый матюкливый и держался с ней грубо. Хотя, я бы тут на Шпалу, тху, на Костю поставил бы, памятую как вы Светку в туалете оформляли, но нет, зафиксировалась на тебе. Ты это, не гони ее, ставь условия, чем жестче с ней, тем ее штырит больше. Заставь, не знаю, член тебе сосать, перед тем как другую девочку трахать будешь, и чтоб смотрела. Заставь после анального секса член тебе вылизать. Хотя нет, это че-то перебор. - Кинул взгляд на Маринку, а та уже шумно дышит, зрачки расширены. - Яйца пусть тебе вылижит, очко пусть отполирует язычком. Не знаю, ну кабачок ей в жопу засунь, заставь ходить так по лагерю, только небольшой, нет, огурец лучше и сначала в презерватив его засунь, и смотри жопу ей не порви. Хотя нет, с этим лучше ко мне приходите, я покажу как делать, а то задолбемся потом объяснить как в девочке потерялся огурец. Выеби ее просто лучше огурцом и пусть ее подруги на это смотрят или друзья твои. Вот, с друзьями ее обоссыте, заставь ее трахнуться с кем-то, хоть за деньги в аренду сдавай. Но, только в пределах нашего лагеря. Я бы вот посоветовал привязать ее где-то и чтобы она даже не видела, кто ее ебет, а ты деньги с них бери, а за обоссать — отдельную доплату. Вот, и в жопе у нее пусть при этом морковка торчи, только мытая, ее за ботву потом легко вытащить можно.

Пока говорил, смотрел на звезды. Перевел взгляд на Серегу, а у того глаза круглые по пять копеек. Че, такой впечатлительный? А потом перевел взгляд на Маринку, та задрала платье, выпятила вперед свою пизденку, опершись о дерево, и натирает ее аж трясется, изо рта слюна прям капает. Рука начала двигаться как-то уже совсем быстро, а потом из Маринки брызнуло, не так как из Светки, нет, не струя, феййерверк какой-то, во все стороны, может она там придавила просто. Мы с Серегой отпрыгнули, а девушка начала оседать на пол, прислонившись к дереву.

Сергей подошел к Маринке потыкал в плечо пальцем.

— А ведь получается вы ее это, словами выебали. Уважуха, Олег Евгеньевич, это уровень. И знаете, мне понравились некоторые идеи. - Он приподнял Маринку, перекинул ее безвольную руку чере голову, взвалил на себя и пошел в сторону главного корпуса.

— Без самодеятельности только давай, обсудишь со мной все сначала, а то я и для тебя что-нибудь придумаю.

На последних словах Серега замер, сглотнул, повернулся ко мне и быстро закивал.

— Конечно, Олег Евгеньич, только по согласованию. Сейчас ее к бабам отнесу, пусть отсосет при них, ну, может свечкой в жопу трахну при девченках и все. Так нормально?

— Да, пойдет, только смазку используй, если презерватива нет, не повреди ей жопу, а то прибью. - Погрозил ему кулаком. - Девка-то не только твоя уже, считай наша.

— Все будет тип-топ.

А Маринка уже начала приходить в себя и от наших разговоров похоже опять завелась, вон, мацает правой рукой, за член пытается схватить. Послышалась легкая пощечина и они ускорились.

Так, а в туалет так и не сходил. Черт, и Маринку не трахнул... членом не трахнул. Ну тут уже ближе женский, опять через колючие кусты не пойду.

Унитазы, особенно в женской части отличные, чистые. Сел на него, и залип в телефоне, минут тридцать просидел, только бы ноги не затекли, не хватало растянуться тут на полу. Тут, конечно чисто, но далеко не стерильно. Ладно, еще пять минуточек и пойду, устал я что-то сегодня адски.

Мысли мои прервал звут открывающейся двери в соседнюю кабинку. Щелчка не было, открытой дверь оставили, а вот стульчак кто-то поднял. Малолетний долбодятел пришел ссать в женский туалет, хоть стульчак поднять додумался, охламон, ща я ему уши накручу.

— А, ну, стоять, пиздюк малолетний! - Крикнул я, выходя из кабинки.

Лампочка давала тусклый свет, но я сразу понял, что ошибся. Ко мне испугано развернулась Светка и струя, только что мирно журчащая в унитаз устремилась ко мне. Заметил я это слишком поздно и мелкая засранка таки меня обоссала. Она поняла, что ссыт мне на штанину (наверное от удивления не отпрыгнул) и не нашла ничего лучше, чем прикрыть письку рукой, моча начала стекать по ее ручке прямо на сарафан, по ножкам и на пол, слегка затекая в сандалики.

— Фадеева, мать твою, это уже у тебя в привычку входит обоссывать меня. А мне такое даже не нравится. Какого черта ты стоя ссышь?

— Ой, это вы, Олег Евгеньич, а я так испугалась, аж дыхание перехватило. Слава, богу, это вы.

— Ты, Фадеева, с темы не соскакивай. Какого черта ты по ночам людей обоссываешь честных, а? Че стоя писяешь, быстро ответила.

Она шумно вздохнула.

— Я, мы, ну, с Костиком играли в общем и вот. - Она повернулась ко мне спинкой, задрала сарафанчик и еще до того, как она приспустила трусики, я понял в чем дело. Жопа ее была сине-бордового цвета.

— Ох, и всыплю я ему, совсем тут распоясались без старшего!

— Нет-нет, Олег Евгеньевич, все нормально, я сама хотела. Вот только сидеть теперь не могу, сплю только на животе, и при ходьбе побаливает.

— Писька не болит? Помню я его последнюю фразу тогда, глаза у него прям горели.

— Болит, но не сильно. Он туда слегка... линейкой и ладошкой, но мне понравилось, честно, честно.

— Чем он тебя?

— Ну, сначала ладошкой, потом ремнем, потом линейкойн. Еще пробовал лозиной, но та быстро сломалась. Вот лозиной было прям больно. Мне больше всего линейкой понравилось. Ремнем тоже больно, но и приятно, - она задумалась, - но все же больше больно.

— Плетку вам нужно, по письке линейкой сильно не желательно, а уж лозиной так точно. А вот легкая плетка, может даже не кожаная, вот это в самый раз, придумаю что-нибудь.

Я наклонился к Светке, еще раз развернул ее жопкой, поднял сарафан, спустил трусики ладонью. Потрогал оставленные следы, обошлось без повреждений, чуть раздвинул булочки, тут Светка запищала.

— Потерпи чуть, Светик, я должен убедиться, что он тебе письку не повредил. На ощупь не могу, пошли опять в мой кабинет. Традицие уже, прям.

— Олег Евгеньич. - Позвала она меня.

— Чего?

— А вы меня первый раз Светиком назвали, а до этого только Фадеева да Фадеева. - Она заулыбалась.

— Так ты меня бесила в прошлый раз, а в этот... да черт его знает, привык что ли я уже к вам.

Она нахмурилась сначала, переваривая «к вам», но потом все равно улыбнулась.

— Идемте.

— У меня там еще Спасатель есть и еще по мелочи крема разные. Ща будем обрабатывать твои ранения боевые.

— Так что, понравилось тебе с Костей, игра ваша?

— Даже не знаю. Сначала было очень хорошо. Ой! А я Катьку сосать научила!

— Тут ты, Светик молодец, но тему не меняй, что там с Костей?

Она чуть посмурнела.

— Мне хоршо было, правда, но иногда он перебарщивал и было все еще приятно, но больше больно, вот вы чувствуете когда нужно остановиться, а когда наоборот — добавить. А он нет. И вы его не ругайте, он не хотел мне больно сделать, честно-честно, он просто не знал как, а я дура молчала. Да и сама пока не знаю что мне нравится, ведь как понять, если не попробовать?

За это время мы дошли до входа в корпус, я открыл перед ней дверь, пропуская вперед.

— Не по годам размышляешь, Светик, молодчинка. А с Костей мы проведем отдельное занятие, я расскажу ему как нужно шлепать, где и какими инструментами. Он парень тоже не глупый, разберетесь. Стой, так а потрахались по итогу или как?

— Я казала что там все слишком болит, а он давай тыкать, я жопой вертеть, он еще раз мне ладонью по жопе, вот это было действительно больно. Я вырвалась и убежала, а он только кричал в след «Извини, прости», но за мной не побежал. Это утром было, заходил несколько раз просить прощения, но я пряталась.

— Плакала?

— Не, честно не плакала. Да нормально все будет, завтра помиримся, пока с Катькой миньеты будем ему делать. Просто нужно было чтобы все устаканилось в голове.

На этот раз кабинет я запер, а то не лагерь, а проходной дверь с Карькой еще осталось встретится. Хотя, Светка сегодня не боец, а разрядиться хочется.

— Снимай все, мешать будет, - сам пока шторы садвинул.

При хорошем свете лиловая жопа выглядела даже чуть стремно. Но видали мы и похуже. Цвет был больше к красному, а не синему, синяки только местами виднелись, очагами, так сказать, от блихи наверное. Сто пудово этот охламон с бляхой ее порол. Я думал будет хуже.

— Ругать его я не буду, но рассказать что к чему нужно было еще тогда. Тут и моей вины часть. Становись к столу, чуть ноги разведи, садиться не нужно.

Так, губки совсем немного припухли, немного налились вишневым, но в целом все хорошо. Я потрогал их, внимательно смотря на лицо Светы. Не морщится. Не удержался и чуть задержался на клиторе, Светка задышала чаще, ее глаза были видны на фоне сисек, она их слегка прикрыла, приподнимая подбородок.

— Я так понимаю у входа больно, так? - Я начал просовывать в стремительно мокреющее влагалище средний палец.

— С этой стороны не больно, если сзади заходить, тогда больно.

— Рзворачивайся попой, облакотись на стол, у меня где-то был крем с анестетиком, хоть ходить нормально сможешь, может даже спать.

Крем, слава яйцам ктулху, нашелся. Попка под моей ладонью подергивалась, но скоро крем начал действовать и девочка успокоилась, даже постанывала, чуть виляя попкой, иногда забавно вздрагивая.

— Не болит? - Я вытирал руки салфеткой.

Она аж просияла.

— Нет, почти не болит. - Она начала трогать попку руками. - Но, когда нажимаю, то болит.

— Ну, все лучше. Давай, ударница труда, отблагодари старшего вожатого своим знаменитым миньетом. Как только разместиться, чтобы ты на попу не опиралась.

— Олег Евгеньич, а.. ну..

— Че ты мямлишь? - Чуть не сказал Фадеева, и хорошо, что удержался. - Светик, ты миньет делать не хочешь? Так, не надо, потерплю до завтра, ученицу твою завтра опробую. Так сказать, приму зачет.

— Не в этом дело, потупилась она, я хочу, только...

— Да говори уже, Светик. - Притянул ее к себе и погладил по голове.

— Я хочу попробовать сзади, пока попка болит. - Тихим голосом пробормотала Света.

— А Косте тогда чего отказала?

— Так он лез, как Коза за капустой, я хотела, но он слишком резко вставлял, больно было. И после крема интересно как оно будет. Попка сейчас не болит, а приятно ноет, тянет немного, аж внизу живота отдает. Не могу объяснить, но приятно сейчас стало, боль ушла, а приятная часть осталась.

— Светик, ротиком, ротиком общаться нужно. Он твоих мыслей читать не умеет. Да и крема у вас не было, хотя могли бы и догадаться, олухи малолетние. Становись ко мне попкой, на исходную, к столу, сиси на стол, так сказать.

— Может все же пососать сначала?

— Света, много разговариваешь. Такое не спрашивают, сразу садишься на корточки или коленки и сосешь. Но сейчас момент уже упущен, да и стоит у меня уже давно. Давай, разворачивайся, а то жуть как хочется пощечину твоим сиськам отвесить. Странно, что Костя сам не догадался, только ты ему не говори, а то опять начудит, сначала сами протестируем.

Глаза светы загорелись и она не спешила разворачиваться. Вместо этого она опустилась передо мной на колени, стянула штаны с трусами и жадно всосала в член.

— М-м, у тебя не рот, а пылесос. Как же ты сосешь. Яички в рот возьми и под яйцами полижи, давай. Да, молодчинка, да, вот так ручкой дрочи, пока яйца сосешь. М-мм. Все, Светка, заканчивай, я же так кончу. А потом опять ждать пока встанет, а я тебя хочу.

— Правда, меня? - Она оторвалась от члена и посмотрела мне в глаза, но ответа ждать не стала. Вместо этого выпрямилась и мой член покинул теплу гавать ее ебливого ротика. - Я хочу чтобы вы отшлепали мои сиськи, прямо сейчас. - Она сжала рукой правую грудь, зажав между пальцами вишневый сосок. Больше они стали, что ли с прошлого раза.

Вместо ответа я дал пощечину левой сиське, она чуть качнулась, вата залила мне уши от возбуждения, даже не услышал звук шлепка. Светка чуть согнулась в пояснице, но тут же выпрямилась, подставляя сиськи под новый шлепок.

— Еще, шлепайте сильнее. - Она закусила губку.

Шлепок и комната наполнилась ее стонами, она задышала чаще, я ускорился и стон перешел в подвывание.

— Нормально все? Светик, говори со мной, ссучечка.

— Да, все хорошо, продолжай.. те..

— Хватит с тебя пока, разворачивайся, подставляй многострадальную письку, дырочку твою посещу, пока ты возбуждена и еще не кончила.

— Честно, вы меня выебете? - И глазки такие невинные-невинные.

Где только освоила эти блядские разговоры, самородок, не иначе.

— И как вы меня выебете, засунете в меня свой большой член?

Я перевернул ее, нагнул, ибо она сама похоже уже полностью утратила связь с реальностью, зажимая между пальцев соски.

— Вы же кончите в меня, своей вкусной спермой, правда? Хочу, чтобы вы глубоко-глубоко разрядили свой член, прямо в мою горячую письку. Прям в пещерку, залейте ее спермой, залейте всю, чтобы вытекала, чтобы всю ночь из меня вытекала, хочу носить ее в себе, хочу на память пятно на кровати, чтобы все ножки залило ей.

Хрена ж себе ее несет. Это все отшлепаные сиськи ее так унесли? Вставил средний палец, только чуть подалась навстречу. Потрахал ее, мышлы на входе вообще, как с ума сошли, так сжали палец, что я чувствовал сопротивление. Добавил еще один и начал быстро трахать, она подала попу навстречу и булочки затряслись.

— А-а-а, да, как же приятно, раздрачивай меня своими пальцами, еби, трахай, хочу насадится на них, еще, еще. Трахай меня быстрее, трахай, еби и обязательно кончай в меня.

Так, пора вставлять член, а то сейчас меня самого словами оттрахают, засунул в нее и она тут же насадилась до лобка, упираясь в стол руками, чуть не завалился от неожиданного толчка назад.

— Да-а, засовывай, заполни свою ссучку большим членом, хочу, хочу насаживаться на него сама, снова и снова.

И она начала реально трахать меня своей дыркой, отталкивая от стола руками, мышцы на входе при этом так сильно меня сжимали, что мне пришлось схватить ее за талию, чтобы добавлять усилий со своей стороны, чтобы член преодолевал сопротивление. Это что-то новенькое. Я подал таз ей навстречу, с силой насаживая на член так, что даже ударился яйцами о лобок девушки и они начали побаливать. При этом маневре я с силой втаранил таз в ее попку. И тут она взвыла. Анестетик анестетиком, но это уже перебор.

— О.. лег... Ев... геньевич, ебите, меня, еще. Ебите мою отбитую попу, как же она стонет, она умоляет вас, нет, я умоляю вас, ебите так, чтобы я чувствовала каждый ваш удар о мой отшлепаный зад. Даже не подозревала, что у меня такая блядскажо жопа, еще, пожалуйста. - Выдала она тираду и я ожидал, что ноги ее сейчас опять подкосятся, она действительно чуть подсела, но потом выпрямилась. - Сильнее, трахните меня как последнюю блядь, ебите, ебите. Расплющите мою попку, еще, еще. - Она в припадке замотала головой, и сама начала хаотично насаживаться на член. Я же, чтобы не упасть, крепче вцепился в девушку и начал трахать ее со своей стороны.

Девушка уже не просто стонала, она кричала.

— Е.. би, е.. би, еби, еби, сильнее, сильнее. Кончи, кончи в мою попку, кончи в меня, я выдою ваш член полностью, выдою до капли, хочу все в себя, все, всю сперму, полностью, залейте меня. Не отпущу ваш хуй, пока вы не выебете меня, пока не заебете, пока не накончаете.

Утер правой рукой пот со лба, перехватился поудобней и увеличил темп. Вот же она меня затуркала, совсем забыл как ей нравится. Шлепать ее сейчас бесполезно, я так сильно тараню ее, что попка плющится каждый раз. А вот этого ты не ждешь, Светка, резко выдергиваю член из письки, покидает он вход в Светку неохотно, на память мышцы сжимают под головкой, доставляя огромное удовольствие. Я от этого реально начинаю кончать. Тут же возвращаю член в Светку, но ноги ее таки не удержали и она падает на пол. Не расцепляя захват, продолжаю долбить ее стреляющим членом уже на полу сзади на боку. Ноги Светки затряслись, она то сгибала их, то разгибала, напрягая мышцы, глаза закатились, руки плотно прижались к письке.

— На, получай блядь, не жалко для тебя спермы, всю заполню, всю твою блядскую ненасытную дырку, дои мой член, дои его своей пиздищей.

Член, словно накалился, головка стала такой чувствительной, как никогда. Пизденка Светки хаотично сжималась и разжималась, я же продолжал делать короткие фрикции, заканчивая кончать в нее. Ощущение от головки пошло по члену и когда дошло до корня, я с удивлением понял, что кончаю еще раз. Все мысли в раз покинули голову, и волна неестественной прохлады, несущей легкость и то самое легкое покалывание возбужденных яичек понеслись навстречу друг другу, снизу, со стороны яичек верх и насвтречу из головы. Когда они встретились в груди, я потерял чувство реальности, утратив все остальные чувства, кроме этой истомы, словно я оказался в невисомости. Как сквозь пелену я расслышал свой голос.

— А-а-арр, - рычал я, продолжая трахать Светку с силой впечатываясь в ее многострадальную жопу. - Сука-а-а, на, получи, получи, получи, хотела моя сперму, шлюха, забирай ее всю.

Спустя десяток фрикций меня начало отпускать, реальность возвращалась медленно, начали саднить расцарапанные Светкой плечи, вообще не помню этого. Девушка тяжело дышала, все еще конвульсируя на члене, и это было приятно, из пизденки били небольшие струйки, стена напротив была залита капитально, а под нами уже набежала приличная лужа. Мы лежали в ней, и нам было по-е-бать. Я обнимал Светку расцарапаными руками и медленно шевелил внутри нее слабеющим членом.