— Ты как тут оказалась, милая?

Хотя вопрос был задан не по уставу, Марина всё-таки решила отвечать на него как положено.

— Статья. .., . ..

— Это за что такое дают? — самым дружелюбным тоном уточнил не молодой мужчина в форме, без погон.

— Проигралась в онлайн казино. Начала выводить деньги из фирмы. Хотела отыграться и вернуть. Но не отыгралась...

— Ой, как не красиво. — с наигранным сочуствием протянул мужчина, а потом обратился к следующей девушке. — А ты тут как?

— Да вообще не за что! Мне при задержании мен... — вторая девушка начала свой ответ эмоционально и совсем не по форме. А дойдя до слова "менты" осеклась и поправилась —. ..полицейские подкинули. Я вообще никогда закладками не занималась. Даже в руках не держала.

— Бедная девочка — с нескрываемым притворством пожалел её любопытный мужчина и обратился к следующей женщине бомжеватого вида. — А тебя как угораздило?

— Зинка — тварь. Бутылку у меня украла, так я ей этой бутылкой по башке и дала. А она чё-то оступилась и упала. Ну бухая в дюбель была. Я то вообще не причём. Меньше пить нужно. И чужое не брать...

— Ай-ай-ай... какая трагическая история. А вы знали что много лет назад, один австрийский император в такой же ситуации воскликнул: "Что за безобразие! Как в эту компанию приличных и невиновных людей попала подлая воровка и мошенница? Срочно выпустите её". — Потом мужчина обратился к молоденькому конвоиру. — Ну, что замер? Выпускай её и в камеру для допросов.

— В вашу или... — явно растерявшись, переспросил паренёк.

— Конечно в мою, балбес. Ты тут где-то следователей видишь?

...

Марину ввели в камеру, любопытный мужчина уже сидел там. Конвоир остался снаружи. Обычная камера для допросов: небольшое окно с решётками, тусклая лампочка, стол и два стула. Разве что в одном углу была маленькая, неприметная железная дверь.

— Подожди, подожди. Не садись. Давай сразу туда пройдём.

Мужчина вскочил со своего места и аккуратно коснулись спины направил Марину в сторону двери.

— Тут душ с горячей водой и туалет. Нормальный тёплый и удобный, ни как у женщин в камере — дырка в полу. Дезодорант и бумага трёхслойная — все прелести жизни. Проходи, потом посмотришь.

Пройдя по крорткому коридору с двумя дверями из которых одна, видимо, вела в душ, а другая в туалет, Марина вышла в небольшую камеру с четырьмя койками.

Обычные советские пружинистые кровати, только на них почему-то лежали толстенные, явно новые, матрасы.

— Садись, ну как тебе? У меня даже дома матрас хуже. А подушку потрогай. Ортопедическая с памятью. А одеяло... Это тебе не в камере на шконке спать.

Марина очень аккуратно присела на кровать. Мужчина плюхнулся рядом с ней и продолжил.

— Тут вот мои дурёхи и живут. Не смотри на меня так. Это они сами себя так называют. Сейчас у них фитнес, потом пойдут в кино, потом прогулка... Вобщем весь день занят. Вот на той кровати спит Света. Просто ангелочек, хрупкая, нежная. В жизни ни только никого не ударила, а даже слова грубого не сказала. Пока не узнала, что её жениху отсосала её лучшая подруга. А у Светы уже и венчание в церкви было заказано. И семейная ипотека рассчитана... В общем, хулиганка с травмами средней тяжести. Она у меня тут надолго. А всего то и надо было, что самой сосать у своего парня почаще, чтобы он на других баб смотреть не мог. Но ничего, я ей тут даю возможность реабилитироваться.

Мужчина довольно улыбнулся и многозначительно посмотрел на Марину. Однако та шутки не оценила. И тогда он продолжил.

— Там спит Аня. Тут каюсь, бывшая проститутка. Повздорила с клиентом, который решил, что за такие бабки у него "всё включено", а она анал не любила. Ну... Пока сюда не попала, не любила. Теперь то она... — мужчина опять улыбнулся, и опять наткнулся на непонимающий Маринин взгляд. — А тогда она решила мужчине проблемы создать, но не учла, что мужчина ей попался непростой. Проблемы возникли у Ани. Теперь она сама не понимает, почему так сильно свою задницу берегла. Сейчас могла бы жить на воле припеваючи. Ещё больше бы зарабатывала.

Мужчина опять затих, ожидая от Марины какой-то реакции, а недождавшись, продолжил:

— Там спит Любочка. Моя любовь. Она и её подруга влюбились в одного и того же парня. Парень выбрал подругу. Он, конечно, был любвеобильным. С обеими успел покувыркаться. Но остановился не на ней. Тогда она напоила двух однокурстников и подговорила их отомстить конкурентке. Да, что-то они переборщили. Парням за изнасилование влетело не слабо. Но и Любочка отгребла нормально. Мы с ней не скоро попрощаемся. Ну согласись, заставлять женщину заниматься сексом с нелюбимым мужчиной грех. Любочка теперь это на себе почувствовала.

Снова взгляд на Марину, и снова никакой реакции.

— Ну, а тут спала Наташа. Про неё ничего говорить не буду. Два дня назад вышла по УДО. Место пустует. Не хочешь занять?

— Я с тобой спать не буду.

— Почему?— с каким-то театральным удивлением спросил он.

— Не люблю лысых.

— Это не проблема. Врачи найдут у тебя педикулёз и побреют. Будем двое лысых друг друга радовать.

— Я не шлюха! — злобно, почти выкрикнула девушка.

— А-а-а... в этом смысле. Тогда прости. Я тебя неправильно понял. — с невероятно грустным видом ответил он и постучал в дверь рядом с кроватью. Марина немного удивилась поняв, что в этой камере два выхода: прямой и тот что через камеру для допросов. И у каждого выхода стояло по охраннику.

— Проводите девушку в её камеру. Мы тут закончили. — Приказал мужчина вбежавшему солдату.

...

— Вот это сосочка... это я понимаю... Я аж сразу потекла.

Марина не знала, как правильно входить в камеру. Из анекдотов и напутствий друзей знала какие-то традиции. Но правда это или нет, было непонятно. Пока она искала глазами полотенце на полу и думала про фразу "вечер в хату", от группы женщин отделилась мужиковатая бабенция явно бондитского вида. А за спиной у Марины оказались ещё две такие же.

— Ну-ка язычок покажи сладкая моя. — продолжила та которая, видимо, была тут за главную.

Марина даже не успела ничего сделать, как обе её руки закрутили назад, а бабенция больно потянула её за волосы вверх и наклонившись близко к лицу медленно повторила:

— Покажи язык шлюха.

Марина подчинилась и тут же бабища схватила её за язык пальцами свободной руки.

— Ничего такой, шерщавенький. Ну-ка пойдём, покажешь мне как ты им работаешь.

Бабища прошла к ближайшим нарам, уселась на них, стянула с себя панталоны и раздвинула ноги. Две бабы, что стояли сзади и держали руки, подвели Марину к своей главной, усадили на колени и уткнули носом прямо в её волосатую и давно не мытую пизду.

Сначала Марина пыталась сопротивляться. Отворачивалась. Пыталась кричать, но получив две болезненные пощёчины сдалась и принялась вылизыаать свою насильщицу.

Она не могла сейчас слышать диалог двух зечек в дальнем углу. Одна шёпотом возмутилась:

— Да что они такое делают! Нельзя же так с человеком...

Другая громким шёпотом ответила ей прямо в ухо:

— Молчи дурочка. Маманя знает что делает. Если новенькую сломает, то она пойдёт спать на мягкие матрасы с полковничими шлюшкам. А нам всем норму на фабрике опустят. И на ужин мяса дадут. Маманя сейчас для всех нас старается. За мой срок это уже не первую такую дуру к нам на перевоспитанте приводят. Да если бы я генералу приглянулась, я бы туда сломя ноги побежала и во все бы дыры ему дала. Эти сучки ещё и выёбываются...

Когда Маманя насладилась Марининым языком вдоволь. Пустила блаженную судорогу, откинулась на нары, она погладила заплаканую девушку по голове и подоброму сказала:

— Хорошая шлюшка. Будешь спать рядом, на тех нарах. Пока отдохни чуток. Отдышись. Скоро я тебя опять позову.

...

— Ты извращенка да?

На Маринину кровать села худенькая морщинистая зечка с резкими урывистыми повадками и заговорщиски подмигнула.

В ответ Марина только непонимающе повела головой.

— Ну ты мазохистка. Да?

Марина отрицательно покочала головой.

— А чё тогда ты, пока по этапу шла так и не придумала перед кем мандой подмахнуть, чтобы тебя в нормальную камеру посадили?

Марина непонимающе пожала плечами.

— Ты реально не понимаешь, что в этой камере быть красоткой — это пиздец пападалово. Вам сучкам со сладкими мордами и мужики получше достаются. И тачки с квартирами не за что дарят. Знай только ноги раздвигай. Да, блядь, вам даже места в автобусах уступают. А нам за всё бороться надо. Сейчас, пока мы тут сидим, такие вот шмары на хуях у наших мужей скачут. Понимаешь, что пока ты у Мамани в любимицах? А когда она тебя отпустит, тебе вообще полная пизда настанет.

— Что ты несёшь? — раздались недовольное ворчание с верхней койки. — Что за чушь? Просто слушать противно...

— Ебальник свой завалила! Я знаю что говорю. Не первый год чалюсь... — Гневно крикнула добрая советчица вверх, потом опять обратилась к Марине. — Когда Маманя тобой наиграется и по кругу пустит, эта тварь раньше меня прибежит и тебе на лицо усядится. Не жди этого. Подойти сейчас к двери постучи и попроси солдатика отвести тебя на допрос к начальнику зоны. Только не перепутай. Иначе на настоящий допрос отведут.

Сказав это, женщина пригнулась и быстро прошмыгнула к своей кровати.

А та, которую называли "Маманя", поднялась со своей койки. Пошла за перегородку, отделющую "очко" от остальной камеры и присела. Раздались громкие журчащие и другие неприятные звуки соответствующие туалету. Когда же Маманя вернулась на свою койку, она опять позвала Марину:

— Соска, ползи сюда, работка для тебя нарисовалась — тут срчно подлизать надо.

Маманькины лом-бабы подручные поднялись со своих коек и пошли за Мариной, но та не стала их дожидаться. С криками "нет, нет, нет", она побежала к дверям и стала изо всех сил стучаться в них.

...

Поковник уже ждал её в камере для допросов.

— Мне сказали, что ты хочешь меня видеть.

— Да, — быстро закиввла она головой.

— Раздевайся, садись.

Ирина подошла к столу, взглянула на табуретку перед ним и только сейчас заметила два лакированных деревянных члена прикреплённых сверху. Деревянные фалоимитаторы были изготовлены с анатомической точностью. Каждая морщинка и вздувшаяся вена была хорошо различима. Разве что размер... Таких огромных членов в жизни ей не встречалось, разве что в кино у профессиональных порновктёров...

— Какие-то проблемы? — спросил полковник, увидев заминку. — А просто любуешься? Сидела у меня тут одна мастерица. Точные копии моего хуя. Ты ещё не видела, какие она мне шахматы сделала... Не тяни время. Да — да. Нет — нет.

Марина быстро скинула с себя робу и начала усаживаться. Огромные деревянные головки никак не хотели проникать в её плоть. Передний член шёл легко, а вот задний в анус заходить не хотел. Опустившись примерно до половины членов, Марина замерла и с надеждой уставилась на полковник, сочтёт ли он такое унижение достаточным..?

Мужчина вышел из-за стола. Оказалось, что ниже пояса он полностью раздет. Подошёл к Марине и сел на стол прямо перед ней, Давая ей убедиться, что говорил чистую правду о том, что деревяшки внутри Марины — точные копии его члена. Он поочерёдно закинул обе ноги ей на плечи и только в этом положении вставил свой член в её рот. Прижал к себе сильно её голову, откинулся назад. Выгнулся мостиком, уперевщись в стол только лопатками и переместив весь вес своего тела на Маринины плечи.

Естественно, она тут же опустилась на табуретку, приняв в себя оба фалоимиьатора на всю глубину.

...

В камеру Марина вошла медленно передвигая ногами. Голова кружилась, а задница болела. В правой руке она несла ту самую табуретку с "драчёными хуями", с которой только что слезла.

Она увидела свободную кровать и пошла к ней. Табуретку оставила рядом.

— Эй, чё за нахуй? Кто хуи после твоей жопы мыть должен? — раздался недовольный выкрик с соседней кровати.

— Отстань от человека. Я сейчас помою. Видишь ей плохо. — ответили с другой кровати.

— Да мне до пизды. Всем первый раз плохо. Кого это ебёт? Вообще новенькая в камере обязана всем приветственный куни сделать. Чур я первая. Иди сюда шлюшка.

— Да отстань ты от человека.

— А ты попизди мне ещё. Я тебя заставлю свою пизду вылизывать.

— Ну заставь.

Первая девушка решительно соскочила с кровати, в два шага оказалась около второй, нависла над ней и очень мягко протянула:

— Ну пожалуйста, полижи у меня. Мне очень надо. А я у тебя.

— Ах ты ёбаная извращенка... куда тебя девать. Садись давай. — ответила вторая девушка. Потом вытащила язык, показывая, что готова. Скинула с себя одеяло и раздвинула ноги. Девушки легли валеттком и начали активно вылизывать друг-друга, громко постанывая при этом.

— Дуры озабоченные. Только об одном и думаете.

Третья девушка поднялась со своей кровати, подошла к Марине с тюбиком крема в руках и сочувствием спросила:

— Болит жопа?

Марина закивала.

— Поворачивайся. Сейчас помажу, станет легче. Да ты не бойся. Он у нас добрый. Лишний раз не обидит. Но жопу тебе всё равно разработает. Мне сначала тоже больно было, теперь даже кончать от этого научилась. Ко всему привыкаешь.

...

— Подъём!

Марина испуганно открыла глаза. С трудом осознала, что она находится в тюремной камере. Да, это вип-камера, но всё равно тюремная. Преодолевая боль в анусе, она встала со своей кровати. И только тут заметила, что другие девушки не торопятся вставать. Одна сладко потягивалась. Другая присела, укрывшись одеялом. Третья вообще промямлила что-то вроде "дайте поспать ещё" и спряталась под подушку.

Полковник подошёл к Марине, приобнял её левой рукой, а правой ухватил за ягодицу. Потревоженный сфинктор напомнил о себе резкой болью и Марина вскрикнула.

— Болит?

— Да... — пожаловалась она.

— Ничего. До УДО пройдёт. Тяжело в учениях, легко в бою. Главное, что вчера ты входной тест прошла. Дальше легче будет. Отдохни пока.

Потом он громко спросил, повернувшись в сторону других девчёнок:

— Кому протеиновый завтрак? С повышенным содержанием белков, углеводов и мужских гормонов?

— Можно мне? Можно мне? — девочка, которая вчера требовала от Марины куни, отбросила одеяло и спрыгнула на пол. — Ну, честное слово, на этой неделе уже все по два раза у вас отсосали. А я вообще ни разу. Я тоже хочу.

Полковник с надеждой посмотрел на двух других девушек, но они явно решили уступить сегодняшнее право на утренний миньет.

— Ладно... если хочешь...

Он растегнул брюки и скинул их на пол вместе с трусами. Девушка тут же прыгнула перед ним на колени и активно начала сосать.

Марина, конечно видела уже как делают миньет. Но только в кино. Смотреть на то, как это происходит буквально в полуметре от тебя, ей никогда не приходилось. Она и не могла предположить насколько это возбуждает.

Правая ручка сама без спроса полезла между ног в трусики. Нащупала там самую, чувствительную точку и начала её гладить.

Кончили они с полковником одновременно. Только вот он сделал это спокойно, почти без эмоций. Глубоко выдохнул и заправил штаны. А вот Маринин оргазм спрятать не получилось в самый яркий момент она громко застонала и затряслась всем телом под дружный хохот всех присутствующих.