Хорошие девочки тоже хотят неправильных вещей.

Вот только признаться в этом решаются не все...

Я никогда не изменяла мужу. Пока однажды он сам не попросил меня это сделать. Если бы двадцать лет назад мне сказали, что он будет застегивать мне чулки перед свиданием с другим мужчиной, я бы рассмеялась им в лицо.

Мы с Сергеем вместе уже двадцать три года. Мы всегда были той самой красивой парой — он высокий, статный, с широкими плечами и уверенной улыбкой человека, который привык добиваться своего. Я всегда была рядом: яркая, ухоженная, с той особой женской силой, которая не кричит о себе, а просто есть. Мы строили бизнес вместе, поднимали сына, путешествовали, смеялись, ссорились и мирились. Всё было по-настоящему. Живое.

Но годы шли, и в какой-то момент между нами поселилось это тихое, почти незаметное ощущение. Мы по-прежнему любили друг друга. Очень. Но секс превратился в привычку. Тёплую, нежную, предсказуемую. Я знала, как он кончит через три минуты после того, как войдёт в меня. Он знал, как я люблю, когда он целует мне шею. Всё было комфортно. И всё было… мало.

Я начала ловить себя на мыслях. На случайных взглядах в кафе, в зале аэропорта, на улице. На том, как моё тело вдруг отзывалось на чужой мужской голос, на чужие руки. Мне было стыдно. Я молчала.

Тогда мне казалось, что Сергей ничего не замечает. Сейчас я понимаю, какая была дура. Двадцать три года рядом с человеком учат читать друг друга лучше любых книг.

Он замечал всё.

Как я чуть дольше обычного смотрю вслед красивому мужчине. Как иногда вдруг замолкаю посреди разговора. Как улыбаюсь каким-то своим мыслям. Как задерживаю взгляд там, где раньше даже не остановилась бы.

Он ничего не спрашивал. Вообще ничего. Но иногда я ловила на себе его взгляд.

Не ревнивый. Не злой. Скорее задумчивый.

Тогда я не придавала этому значения. А потом, много позже, он признался, что именно тогда начал бояться.

Не того, что я уйду.

Не того, что изменю.

Он боялся другого. Что однажды я посмотрю на него и пойму, что мне не хватает…чего? жизни?

И не скажу об этом.

Сергей всегда был умнее меня. Пока я пряталась от собственных желаний, он уже пытался их понять. Потом он рассказывал, как долго спорил сам с собой. Как убеждал себя, что это просто фантазии.

Что всё пройдёт. Что у нас хорошая семья, хороший брак, хорошая жизнь.

Но мысль возвращалась снова и снова. Особенно в те моменты, когда он видел меня среди других людей. В ресторане. В аэропорту. На каком-нибудь мероприятии.

Он начал замечать то, что раньше принимал как должное. Что мужчины смотрят на меня. Смотрят часто. С интересом. С желанием.

И самое странное — его это не только раздражало. Ему это нравилось. Совсем чуть-чуть. Ровно настолько, чтобы испугаться самого себя.

Он говорил, что первое время даже злился на себя за эти мысли. Пытался их прогнать. Но чем сильнее прогонял, тем чаще они возвращались.

А потом случился вечер, который он вспоминал ещё много лет.

Я сидела напротив него на кухне, рассказывала какую-то ерунду про работу, смеялась, размахивала руками, как всегда делаю, когда увлекаюсь. И вдруг он поймал себя на мысли, что просто любуется мной.

Не женой. Не матерью его сына. Не бизнес-партнёром.

Женщиной. Красивой. Живой. Настоящей.

И тогда впервые подумал:

«Я не хочу владеть ею. Я хочу, чтобы она была счастлива.»

Наверное, именно тогда всё и началось. Хотя ни он, ни я этого ещё не понимали.

Однажды ночью, когда мы уже лежали в темноте, он притянул меня к себе и спросил тихо, но твёрдо:

— Тебе мало меня одного, да?

Я замерла. А потом всё-таки решилась и сказала правду. Про то, что мне хочется быть желанной не как жена, которую любят уже двадцать лет, а как женщина, которую хотят жадно, грубо, в моменте. Хочется чужих рук, чужого запаха, чужого дыхания на своей коже.

Сергей долго молчал. А потом сказал слова, которые перевернули всё:

— Я хочу, чтобы ты это получила. И я хочу быть рядом с этим…

После того разговора ничего не произошло.

Вообще ничего.

Именно этого я почему-то не ожидала. Мне казалось, что раз уж мы произнесли это вслух, то дальше события понесутся сами собой. Не понеслись.

Прошла неделя.

Потом ещё одна.

Мы жили как раньше. Работали. Ужинали вместе. Смотрели фильмы по вечерам. Только теперь между нами появилась новая тайна. Она никуда не исчезала. Иногда Сергей ловил мой взгляд и едва заметно улыбался. Иногда я открывала рот, чтобы что-то сказать, но снова передумывала. Мы оба ходили вокруг этой темы кругами. Смешно, наверное. Два взрослых человека. Столько лет вместе, но боялись сделать следующий шаг.

Первым его сделал Сергей.

Как-то вечером он сидел рядом со мной на диване, листал телефон и вдруг спокойно спросил:

— Если бы ты могла выбрать любого мужчину в этом городе, каким бы он был?

Я даже растерялась.Мы тогда проговорили почти два часа.

Не о сексе…

О людях…

О симпатиях…

О том, что нас привлекает…

О том, что пугает…

А потом начались переписки. Осторожные. Неловкие. Несколько раз я уже была готова всё отменить.

Несколько раз Сергей говорил:

— Если тебе некомфортно, мы остановимся.

И каждый раз я понимала, что не хочу останавливаться. Мне было страшно. Ему тоже. Наверное, именно поэтому мы двигались так медленно.

Первый мужчина появился в нашей жизни не как герой фантазий. Он был совершенно обычным человеком. Спокойным. Вежливым. Без громких обещаний и красивых слов. И сейчас, спустя время, я думаю, что это было правильно. Потому что тогда речь шла не о нём. Речь шла о нас. О том, сможем ли мы пройти через это вместе.

В день моей первой встречи Сергей нервничал едва ли не больше меня. Хотя старательно делал вид, что всё под контролем. Он несколько раз спрашивал, уверена ли я. Несколько раз повторял, что я могу передумать в любую секунду. А потом просто обнял меня у двери. Крепко. Так, как обнимают любимого человека перед долгой дорогой.

И тихо сказал:

— Главное — возвращайся домой.

Только позже я поняла, что именно в этот момент он отпускал не меня. Он отпускал свой страх. Первое время мы оба ходили вокруг этой новой жизни осторожно. Будто проверяли её на прочность. После каждой встречи Сергей ждал меня дома. Я могла рассказать почти всё или практически ничего. Но я быстро заметила одну странную вещь. Чем честнее я была с ним, тем спокойнее он становился. Ему нужны были не подробности. Ему нужна была я. Без тайн и недомолвок.

Помню, как однажды собиралась на очередную встречу и никак не могла выбрать платье. В итоге вышла из гардеробной и показала ему сразу три варианта.

— Это похоже на какой-то экзамен, — рассмеялась я.

Сергей посмотрел на меня, потом на платья.

— Чёрное.

— Почему?

— Потому что в нём ты выглядишь опасно.

Я тогда только отмахнулась. А вечером поймала себя на мысли, что именно его мнение мне было важнее всего. Не того мужчины, к которому я ехала, а именно мужа.

Потом таких мелочей стало больше. Он советовал духи. Помогал выбрать украшения. Однажды сам купил мне комплект белья. Положил коробку на кровать и сделал вид, будто ничего особенного не произошло. А когда я примерила его вечером, долго молчал. Смотрел. Потом подошёл, провёл ладонью по моему бедру и тихо сказал:

— Красиво.

Происходящее перестало быть только моей историей. Теперь это была наша история тоже. И Сергей был ее неотъемлемой частью.

С того вечера всё изменилось. Он не просто принял это — он начал жить этим вместе со мной. Теперь он сам выбирал мне бельё перед встречами, смотрел, как я крашусь, иногда переписывался с мужчинами, договариваясь о времени. Ему нравилось собирать меня на свидание. Нравилось ждать моего возвращения. Нравилось слушать, как я рассказываю, что со мной делали. И мне не это тоже нравилось. Безумно.

Сегодня я собиралась к Дмитрию. Я стояла перед большим зеркалом в одном кружевном чёрном бельё. Сергей подошёл сзади, обнял меня за талию и тихо произнёс мне в самое ухо:

— Сначала чулки, любимая…

Он опустился передо мной на одно колено. Взял правую ногу и мягко поставил её себе на бедро. В руках у него уже был собранный в гармошку тонкий чёрный чулок.

Медленно, почти благоговейно он начал натягивать его на мою ступню. Его губы тут же коснулись пальчиков ноги — нежный, тёплый поцелуй. Потом чулок пополз выше, и каждый новый сантиметр ткани сопровождался поцелуем.

По щиколотке… по гладкой икре… по колену. У подколенной впадинки Сергей задержался, прижался губами плотнее и слегка прикусил кожу. Я невольно выгнулась.

Чулок продолжал подниматься по внутренней стороне бедра. Чем выше он забирался, тем горячее становились его поцелуи. Когда край чулка почти дошёл до самого верха, Сергей приоткрыл рот и провёл языком по нежной коже, оставляя влажный след.

Я тихо застонала и вцепилась ему в волосы.

Он застегнул подвязку и, не вставая, поднял на меня глаза — тёмные, блестящие, полные желания.

— Теперь вторая ножка… — хрипло выдохнул он.

Со второй ногой он поступил ещё медленнее. Его губы словно танцевали по моей коже: лёгкие поцелуи, тёплые прикосновения языка, едва заметные укусы. Когда он добрался до самого верха бедра, то прижался открытым ртом прямо к моему межножью и горячо, глубоко выдохнул через тонкое кружево трусиков. Колени у меня дрогнули.

Сергей поднялся, но не отошёл. Прижался ко мне всем телом, провёл ладонями по ногам в чулках и тихо, почти шёпотом сказал:

— Ты сейчас выглядишь так, будто уже принадлежала кому-то другому… и это чертовски возбуждает.

Он наклонился и поцеловал меня в шею, потом ниже — в ложбинку между грудей.

— Теперь платье.

Я поправляла макияж, а он медленно водил ладонями по моим бёдрам, поднимая подол короткого чёрного платья.

— Этот цвет тебе очень идёт, — тихо проговорил он, целуя меня в шею. — Когда ты в чёрном, ты выглядишь как женщина, которая точно знает, чего хочет.

Я улыбнулась, глядя на нас обоих в зеркале. Его руки скользили выше, пальцы уже касались кружева трусиков.

— Ты сегодня особенно красивая, — продолжал он. — Хочу, чтобы он сорвал с тебя это бельё. Хочу, чтобы он увидел, как ты выглядишь, когда тебя по-настоящему хотят. Он сказал это спокойно… слишком спокойно. Как будто не отпускал меня — а сам вёл туда. Я повернулась к нему лицом. Провела ладонью по его груди вниз, чувствуя, какой он уже твёрдый.

— Тогда позволь мне сначала позаботиться о тебе… перед тем, как я уеду.

Медленно опустилась перед ним, ковёр мягко принял мои колени. Расстегнула его брюки и выпустила на свободу тяжёлый, налитой член. Он уже стоял гордо, пульсируя, головка блестела от первой прозрачной капли.

Я посмотрела Сергею прямо в глаза снизу вверх и облизнула губы. Потом провела языком по всей длине — медленно, вкусно, от самых яиц до самой макушки, собирая языком эту сладкую каплю. Сергей тяжело выдохнул и запустил пальцы мне в волосы.

Я обхватила его горячий ствол губами, плотно, влажно, и начала двигаться. Глубоко. Жадно. Мои губы скользили по всей длине, язык танцевал по уздечке, то быстро и трепетно, то медленно и с напором. Слюни текли обильно, стекали по стволу, капали на ковёр. Я сосала смачно, громко, чавкающими звуками заполняя всю спальню.

— Блять, Аня… — простонал он хрипло, сильнее сжимая мои волосы. — Ты сосёшь так, будто это последнее, что ты делаешь в жизни.

Я улыбнулась, не выпуская его изо рта, и заработала ещё яростнее. Заглатывала почти до самого основания, чувствуя, как головка упирается мне в горло, потом выпускала его с влажным чпоком и снова насаживалась. Слёзы уже текли от глубины, но я не останавливалась — работала ртом как ненасытная, как будто действительно хотела выпить его до дна.

Когда я почувствовала, что он уже на самом краю, я отстранилась всего на мгновение, тяжело дыша, с ниточкой слюней, тянущейся от моих губ к его блестящему члену, и прошептала:

— Кончи в рот, любимый. Хочу уехать к нему с твоим вкусом на губах.

Сергей зарычал, резко толкнулся мне в горло и кончил. Горячие, густые, обильные струи ударили прямо в рот. Я глотала жадно, не проронив ни капли, продолжая нежно сосать и выдавливать языком каждую следующую каплю, пока он не задрожал и не обмяк.

— Поедешь к нему… и всё равно вернёшься ко мне, — выдохнул он почти сквозь зубы.

Только после этого я поднялась, облизнула губы, словно кошка, и поцеловала его глубоко, давая ему почувствовать собственный солоноватый вкус на моём языке.

— Теперь я готова, — тихо сказала я.

Сергей провёл большим пальцем по моей нижней губе и улыбнулся той самой тёмной, собственнической улыбкой.

— Иди. И возвращайся с подробностями…

...

Подолжение уже опубликовано. Читайте на:

https://boosty.to/velvetintonation