24 августа

Никак не могу придти в себя после того, что со мной произошло. Меня поимели два громилы. Просто потому, что сами этого захотели. Моего согласия им не требовалось. Нет - нет, они меня не насиловали. По крайней мере сами они так не считали. О каком таком изнасиловании может идти речь, когда они мне заплатили за секс? Да, именно так. Перед уходом кинули на стол несколько смятых бумажек. Какого же, спрашивается, чёрта мне ещё нужно? Разве не для того у меня и дырка, чтобы усталые лесорубы могли туда сливать накопившееся в результате долгого воздержания семя?

Не могу понять, почему они выбрали для разрядки именно меня? Других баб в посёлке нет? Прежде всего одиноких. Я, между прочим, замужем. Наши с мужем отношения далеки от идеальных, но это вовсе не означает того, что я готова лечь под первого встречного, а тем более поучаствовать в групповухе. Я приехала в эту глушь, чтобы спрятаться от жестокого мужа, а не для того, чтобы стать проституткой. За меня некому заступиться, вот они и воспользовались моментом.

К тому же я - учитель. Это накладывает на меня определённые обязательства. Я должна быть образцом для подражания. Не только для своих учеников, но и для их родителей. Если только в школе узнают о том, что я приняла в себя члены двух мужчин, да ещё и взяла с них деньги, мне конец. Выгонят из школы, лишат этой комнаты. Что тогда делать? Возвращаться к мужу? После моего бегства он в бешенстве. Результат нашей встречи непредсказуем, но заранее известно, что ничего хорошего мне ожидать не приходится.

Пойти в полицию и заявить об изнасиловании? Ославлю себя на весь посёлок. По улице спокойно не пройдёшь.

— Смотрите - ка шлюха идёт! Её двое по очереди поимели. Знали мы, что городские бабы бесстыжие, но не до такой же степени.

А уж как Архип и Ермолай объявят во всеуслышание о том, что оставили мне деньги, мне не за что не отмыться. Придётся молчать и терпеть. Те двое, что мной попользовались будут первыми и последними. Больше никого к себе не подпущу. Крючок на двери надо бы заменить на что - то более надёжное. Мой дом - моя крепость. Идея неплохая. Только вот сама я с этой задачей не справлюсь. Потом, разве у меня есть хоть какие - нибудь инструменты? Задвигать дверь на ночь мебелью. Нет. Та ущербная мебель, что стоит в комнате, перемещений не выдержит. Развалится на части. Затаиться внутри, выключив свет? Проходите мимо. Меня нет дома. Кто же в такое поверит? Где я могу быть, если не в этой лачуге? Школа давно закрыта. На двери болтается навесной замок.

Что же мне остаётся? Уговоры? Пожалуйста, будьте так любезны, уйдите. Может быть вооружиться и отбиваться от незваных гостей? Чем? У меня есть только кухонный нож и маникюрные ножнички. Кроме того, разве я способна причинить вред живому существу? Положение безвыходное.

Так я думала, когда раздался негромкий стук в дверь. Моё сердце ушло в пятки. Затихла. Первая мысль: если не отзываться, может уйдут. Не ушли, постучали ещё. На этот раз погромче. Какая же я дура! Какой смысл таиться, если на подоконнике горит красный фонарь, выдавая меня с головой. Зачем я его зажгла? Как зачем! Пыталась релаксировать. Его мерцающий свет меня успокаивает. Как будто камин горит. Вроде как не одна. Постучали в третий раз.

— Александра Андреевна, - обратился ко мне из -за двери незнакомый мужской голос - Открывайте, не бойтесь. Это - Селиванов, местный участковый.

Взяла в руку нож ( Зачем, сама не понимаю) и подошла к двери.

— Александра Андреевна, ну что вы как маленькая. - рассмеялся мужчина за дверью - Не съем же я вас, в самом деле.

Скинула крючок с проушины и попятилась в угол. Дверь открылась и я увидела крупную фигуру в форме. Мужчина перешагнул порог и, сделав пару шагов, без приглашения уселся на скрипнувший под ним стул. Видимо, для моего спокойствия, участковый оставил дверь широко раскрытой.

— Добрый вечер, Александра Андреевна. - поздоровался он - Меня зовут Илья Матвеевич. Мой долг, как участкового, познакомиться с новым человеком, появившимся в наших диких краях.

Его лицо, освещённое мерцающим светом красного фонаря, казалось мне зловещим и пугающим. Я стояла, забившись в угол, и смотрела на гостя исподлобья. Участковый засмеялся:

— Что за ребячество! А ещё учительница. К вам пришёл не Бабай, не Кощей бессмертный, а представитель власти. Если угодно, ваш защитник, богатырь Илья Муромец. Причин для страха нет ни малейших.

Его смех оказался настолько заразительным, что засмеялась и я. Действительно, кому же мне доверять в сложившихся обстоятельствах, если не участковому?

— Вот видите, Александра Андреевна, я совсем не страшный. Прежде всего, бросьте нож. А то, чего доброго, поранитесь. Присаживайтесь на кровать. Побеседуем.

Я осторожно положила нож на стол и села на кровать, подтянув колени к груди. Илья Матвеевич подождал, пока я удобно устроюсь, а затем с улыбкой на лице продолжил:

— Как я уже сказал, пришёл познакомиться с вами узнать как вы обосновались на новом для себя месте. Как вам наши края? Что думаете о людях, с которыми успели познакомиться? Может быть у вас появились уже какие - нибудь вопросы, или, возможно, жалобы?

Я вздрогнула и внутренне напряглась. Надо быть осторожной. Ни в коем случае нельзя рассказывать ему о недавних визитёрах. Чего доброго участковый даст делу законный ход и тем самым опозорит меня перед всем посёлком.

— Спасибо. - ответила я - У меня всё хорошо.

— Приятно слышать. Мы, провинциалы, всегда волнуемся, принимая в свой круг новых людей. Боимся обидеть неосторожным словом или косым взглядом.

— Не волнуйтесь. - резко ответила я - Мне пока никто не давал повода для обид. Есть ещё вопросы?

— Ух! Какая вы колючая! - рассмеялся Илья Матвеевич — А с первого взгляда и не подумаешь.

— Послушайте, время позднее. Мне не хочется быть невежливой, но перед вашим приходом я как раз собиралась ложиться спать. Давайте перенесём этот разговор на другой день. Спасибо за беспокойство. На сегодняшний день у меня всё прекрасно.

Илья Матвеевич поднялся со стула и направился к двери. Я вздохнула с облегчением, но как оказалось преждевременно. Гость закрыл дверь изнутри, не забыв накинуть крючок, вернулся на стул.

— Александра Андреевна, я бы не советовал впредь так себя вести со мной. Дело в том, что по долгу службы я знаю обо всём, происходящем на вверенном мне участке. В том числе и о недавнем визите к вам Архипа и Еремея.

Я буквально окаменела от страха. Что он ещё знает?

— Я знаю всё в малейших деталях. - как будто прочитал мои мысли участковый — Не верите? Вы не бреете лобок. Мало? Вы трахаетесь без резинки. Ещё?

— Прекратите! - попросила я — Чего вы хотите от меня?

— Едва появившись в нашем посёлке, вы тут же заработали некоторую сумму денег собственной пиздой. Это называется проституцией. Как видите, я в курсе событий. Но пришёл я вовсе не за тем, чтобы пресечь ваши противоправные действия. Жалование провинциальной учительницы до смешного мало. Как же тут обойдёшься без дополнительного заработка? Ваша предшественница Елена Сергеевна активно торговала пиздюшатиной.

Я не смогла удержаться от тяжёлого вздоха.

— Смущаетесь? - хохотнул Илья Матвеевич - Это поначалу. Елена Сергеевна тоже не сразу свыклась с тем, что стала шлюхой. Терзалась, убивалась. Зачем? Как втянулась, начала получать удовольствие. С наслаждением трахалась со всеми, включая старшеклассников. И никаких угрызений совести.

Он немного помолчал. Его взгляд был направлен на меня, кончики пальцев постукивали по поверхности стола.

— Теперь я объясню, зачем я пришёл. - продолжил он - Вовсе не затем, чтобы запретить вам ваш древний как мир промысел. Раздвигайте ножки перед кем вам только угодно. Единственное, о чём я, как блюститель порядка, должен вас предупредить, распространения заразы по посёлку и его окрестностям, я терпеть не намерен. Прежде всего вам необходимо побрить пизду. Незачем плодить мандавошек. Может быть вы удивитесь, но у нас в посёлке есть и аптека. Не сочтите за труд, запаситесь гондонами.

Под действием его слов я окаменела. Неужели это происходит со мной? Участковый ведёт назидательную беседу с проституткой, и эта проститутка — я.

— Теперь поговорим непосредственно о нас с вами. - Вальяжно откинулся на спинку стула мужчина - За то, что я буду закрывать глаза на ваши шалости, я хотел бы получить определённое вознаграждение. Нет - нет, я не претендую на часть тех денег, что вы будете добывать из своей пизды, но в вашей постели я рассчитываю стать частым гостем. Вот таким будет наш с вами договор.

— Послушайте, - робко ответила я - Я вовсе не проститутка. То, что случилось между мной, Архипом и Еремеем - недоразумение. Они трахнули меня против моей воли, а денег я и вовсе у них не просила.

— Подробности меня не интересуют. Для меня важен результат. Передо мной сидит шлюха. Эта шлюха, очевидно, не хочет огласки. Поэтому, будет так, как я сказал. Сейчас вы разденетесь и покрутитесь передо мной. Хочется оценить ваши формы.

— Как же вы не поймёте... - начала я, не понимая, какие именно доводы я могу привести, чтобы остановить тот кошмар, который происходит.

— Хватит! - грубо оборвал меня Илья Матвеевич, переходя на ты - Раздевайся, я сказал! Ну!

Тон, которым были произнесены эти слова, сопровождённые ударом кулака по столу, напугал меня до дрожи. Мужчина ясно дал понять, что он, а не хозяин положения, и что спорить с ним бессмысленно. Со слезами на глазах начала расстёгивать пуговички блузки. Дрожащие пальцы не слушались.Я опустила глаза в пол и старалась не смотреть на неприятного гостя.

— Живее! - нетерпеливо поторопил меня Илья Матвеевич.

Я попыталась ускориться, но так получалось ещё хуже. Мужчина вскочил и, подойдя к кровати, взял меня за руки и завёл их мне за спину.

— Ни хера не можешь! - прохрипел он - Придётся самому!

Он быстро справился с пуговицами и молнией на юбке, а затем приказал мне встать. Едва коснулась ногами пола, юбка сползла на щиколотки. Участковый присел на корточки и проворно стянул мои трусики на колени.

— Ого, какой куст! - воскликнул он, когда его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от моего давно не знавшего ножниц лобка - Запустила себя, сучка. А ещё училка!

Мне стало ужасно стыдно. Мужа я давно не интересовала как женщина. Ухаживать за киской было не для кого. Илья Матвеевич, оставаясь на корточках, поднял свои длинные руки, чтобы рывком сдёрнуть с меня блузку и расстегнуть лифчик.

— Зачётные буфера. - прохрипел он, глядя на оголившуюся грудь снизу вверх. Его огромные ладони накрыли мои соски. Мужчина шумно и прерывисто дышал. Его безумно возбуждал запах моей волосатой киски. Видно было, что он теряет контроль над собой.

— Живо в койку! - выдохнул он, наконец совладав с эмоциями.

Подчинилась. Причём, даже обрадовалась. Так расстояние между мной и незваным гостем становилось больше.

— На спину! Ноги раздвинь! - распоряжался Илья Матвеевич — Да шире же! Ни хера не видно в твоём блядском лесу! Растяни манду руками!

Что за тон! Что за выражения! Разве такое поведение допустимо для представителя власти? Ничего более унизительного мне делать не приходилось. Попыталась осторожно возразить, но была осыпана такой отборной бранью, что сочла за лучшее сделать как велели. Отвернула лицо к единственному предмету не вызывавшему у меня ни страха, ни раздражения, красному фонарю, и двумя пальчиками каждой из рук приоткрыла губки.

— Фу! - тут же услышала я — Ты вообще когда — нибудь моешься? Что за белые комочки? Когда баба блядь, так она блядь во всём.

Опять я сгорала от стыда. Хотя почему - бы мне это было делать? Да, не успела подмыться, вот и результат. К тому же, я не ждала вовсе никаких гостей, тем более мужчин готовых меня не просто трахнуть, а ещё и устроить перед сексом настоящий гинекологический осмотр. Я ему не проститутка, чтобы быть постоянно готовой принять в себя член.

— Извините. - непроизвольно произнесла я в своё оправдание и тут же испугалась собственных слов. Как всё глупо! Мужик собирается поиметь меня против моей воли, а стыдно при этом мне.

Судя по звукам, которые я, не сводящая глаз с горящего красного фонаря, слышала, Илья Матвеевич поспешно разделся. Сразу в постель не пошёл. Подошёл к окну и дунул на фитиль фонаря. Наступила чернильная темнота. На улице пасмурно. Ни звёзд, ни луны в тот вечер не наблюдалось. Последнее, что успело увидеть при неярком красном свете — здоровенный торчащий между его ног член с крупными болтающимися из стороны в сторону волосатыми яйцами. Кто бы другой упрекал меня за волосатый лобок, только не он!

Тяжёлый топот босых ног и на меня оказывается массивное мужское тело. В полной темноте меня грубо лапают шершавые, дрожащие от нетерпения, ладони. Мужские пальцы хозяйничают у меня в промежности, растягивают поросшие мягкими вьющимися волосами половые губки, проникают в дырочку, мнут грудь, гладят живот. Рук — то было всего две, но мне казалось что они повсюду. Твёрдый член тыкался мне в бедро, потом в живот. Замерев в ожидании проникновения, услышала грубый окрик:

— Чего ждёшь? Забыла что ли кто ты такая?

— Чего вы хотите ? - не поняла я.

— Девкам твоей профессии полагается угождать клиентам, угадывать их желания. Не поняла? Полагается самой пихать в себя елдак! Давай — ка работай как положено!

Спорить я не решилась. К чему? В конце концов, результат будет тем же. Трахнут, не заботясь о тех последствиях, что могут меня ожидать. Нащупала член рукой и удивилась его размерам. Короткий, но необычно толстый. Как такой в меня залезет?

— Чего тянешь? Действуй! - пробурчал Илья Матвеевич, заползая на меня.

Легко сказать действуй. Без смазки такой баклажан что — нибудь мне наверняка повредит. От страха, растерянности и отвращения ( прежде всего к самой себе, нелепо вляпавшейся в неприятности) моё влагалище было совершенно сухим и плотно сжавшимся. Без увлажнения ничего не получится. Пришлось сделать то, в чём я даже мужу старалась отказывать.

— Подождите пожалуйста. - попросила я, останавливая мужчину ладонью с широко разведёнными пальцами.

Ладонь ткнулась в темноте в грудь, поросшую густыми жёсткими волосами. Да он весь волосатый!

— Чего ты хочешь? - недовольно вскрикнул Илья Матвеевич.

— Лягте на спину, пожалуйста... Если вам не трудно...

— Аааа! - обрадовался гость — Вот в чём дело! Хочешь поиграть в наездницу? Это я люблю.

— Не совсем... - начала было я, но поняв, что подробности партнёру совсем не интересны, замолчала.

Я дождалась, пока Илья уляжется на спину и взяла в рот его вонючий хер. Запах был мерзкий. А про затхло - солёный резкий вкус и говорить нечего. Разумеется, долго сосать его толстый огурец я и не планировала. Так, смочить слюной, не более того. Только вот Илья Матвеевич отнёсся к моему поступку по — своему. Он вцепился мне в волосы и не отпускал, пока не получил полноценный минет. Мои протестующие поскуливания, хрипы и кашель его совершенно не волновали. Член был такой же неухоженный, как и моя киска. Не понимаю как смогла удержаться от того, чтобы не блевануть. Может быть задержка дыхания помогла. Не знаю. Кроме того, ведь этот поганец кончил в мой рот. Таких мерзких штук даже мой склонный к садизму муж себе не позволял. Кончил и заржал как конь. Животное! Сплюнула сперму прямо на пол. А куда ещё было?

Потом долго плевалась и утирала рот краем простыни. Илья Матвеевич с трудом поднялся, потопал по комнате и вернулся в постель с горящей сигаретой в зубах.

— Между первой палкой и второй перерывчик небольшой. - сказал он, забираясь под одеяло, и сам посмеялся над собственной «шуткой». Я сидела на краю кровати и с тревогой смотрела на огонёк его сигареты, когда он объявил:

— Пора. Мой жеребец окреп и рвётся в бой. Оседлай - ка меня.

Тут мне вспомнилась та назидательная беседа, которую он только что со мной провёл. Про то, что мне нужно запастись презервативами, про опасность мандавошек.

— Как же насчёт безопасного секса, болезней и разной живности?

— Со мной можешь про всё забыть. - равнодушно сказал он — Это я про других мужиков говорил. Лесорубов и прочую пьянь. Садись на хуй, не бойся. Стерильно как в операционной.

Обтёрла головку от остатков спермы всё той же простынёй и села. А куда было деваться? Член вошёл с большим трудом, до боли растянув влагалище. Двигаться и так было затруднительно., так этот скот ещё мешал как только мог. Всё моя грудь ему покоя не давала. Мял и мял. Синяков наоставлял, гад такой.

Удовольствие для Ильи Матвеевича получилось недолгим. Моё туго сжатое влагалище сильно сократило время случки. Довольно скоро член внутри меня запульсировал, выпуская струйку за струйкой. Каждый удар спермы, заставлял меня поёживаться от страха забеременеть. Уже после первой струи хотела соскочить, но гость не позволил. Вцепился в мои предплечья и держал как стервятник. Пока не слил все свои запасы, не отпустил. Получив свободу, спрыгнула с кровати и принялась тереть промежность своим единственным полотенцем.

Илья Матвеевич с весёлым смехом наблюдал за мной, оставаясь в постели. Больше всего я боялась того, что он рассчитывает на продолжение. Оказалось, напрасно. Мужчина явно устал, хотя и пытался не подавать вида. Он покурил и, не торопясь, начал одеваться. Я стояла в углу комнаты, вблизи окна и, боясь пошевелиться, наблюдала за ним, как за диким животным. Зверь утолил свой голод. Если не делать резких движений, то он уйдёт восвояси.

— Ты никак фонарь опять зажечь хочешь? - вдруг спросил Илья Матвеевич.

— С чего вы взяли? - нехотя ответила я.

— Так ведь ты же рядом с ним стоишь. Я уйду, а ты сразу дашь сигнал кобелям, что твоя норка свободна.

— Не понимаю о чём вы.

Говорила я через силу. Желания беседовать с человеком заставившим меня стать его секс - игрушкой не было ни малейшего.

— Ой -ой. Дурочку она включает! - неприятно засмеялся участковый.

Видя моё непонимание и недоумение, он объяснил мне что к чему. Оказалось, что красный фонарь Елена Сергеевна использовала в качестве сигнала для потенциальных клиентов. Маяка, если угодно. Раз горит, то она ждёт в гости скучающих мужчин. Не бесплатно, разумеется.

— Только не говори, что не знала об этом, когда фонарь зажигала. - закончил он свой рассказ.

— Честное слово, не знала - наивно ответила я.

Илья Матвеевич зашёлся в безудержном приступе смеха, а я, глядя на его веселье, всплакнула. Он отсмеялся и ушёл, а я мочила подушку до самого утра. Какая же я дура! Полюбовалась фонариком. Теперь все будут считать меня проституткой.

25 августа

То, что я узнала сегодня, полностью выбило меня из колеи. Слёзы душат меня и заливают тетрадный лист, на котором я пытаюсь писать. Тем не менее, я должна записать всё, что со мной произошло.

Утром идя в школу, услышала за своей спиной торопливые шаги. Кто - то явно пытался меня догнать.

— Доброе утро, Александра Андреевна - услышала я за своей спиной, прежде чем обернулась на звук шагов.

Едва успев подумать, что уже слышала этот голос, увидела рядом с собой здоровяка в телогрейке.

— Доброе утро, говорю - сказал он, заглядывая мне в лицо.

— Доброе утро. - машинально ответила я как воспитанный человек и только теперь узнала человека.

Архип! Мерзавец, поимевший меня на пару с приятелем и оставивший деньги на столе.

— Илья хвастался, что тебя бесплатно поимел. - спросил Архип с интонацией свойственной разве что близкому другу - Неужели правда?

— Какой ещё Илья? - не смогла я удержаться от ответного вопроса.

— Илья Селиванов. - охотно продолжил беседу Архип - Сказывал, что назвался участковым и платить не пришлось.

— Назвался? Как это назвался? - растеряно спросила я - Разве он не настоящий участковый? А форма как же?

— Значит правда. - сделал для себя вывод Архип и заржал - Какой он участковый! Охранник с лесопилки. Оттуда и форма. Вот ведь проныра!

— Не может этого быть! -воскликнула я, окончательно выдавая себя.

— Ещё как может. - смеялся Архип - Ильюха он такой.

Архип ещё что - то говорил, только я не слушала. Это же надо быть такой идиоткой! Как вообще можно верить людям? Казалось бы, провинция. Здесь люди должны быть открытыми и честными. Так нет же, всё наоборот.