Полумрак номера-люкс (какого-никакого) в лучшем отеле провинциального городка на юге нашей необъятной был насквозь пропитан запахами яблочного кальяна, выдохшегося игристого «Абрау-Дюрсо» и разгоряченных потных тел.

Я сидел в глубоком кресле, а передо мной на коленях устроилась девица с фиолетовыми волосами, методично и глубоко заглатывая мой член до самых яиц. Напротив, в таком же кресле, развалилась её подруга с зелеными дредами: лениво пускала кольца дыма из кальяна и, никого не стесняясь, размеренно водила пальцами в трусиках.

Глядя на них, я на автомате прикидывал в уме расходы на эту поездку, от которой до последнего пытался откреститься. Но, прижимая ладонью фиолетовую голову к своему паху, я уже мысленно хвалил себя за то, что всё-таки решил приехать.

***

Строго говоря, кто видел одну провинциальную свадьбу — видел их все. Программа стандартная, как по ГОСТу: ЗАГС, душное кафе, идиотские конкурсы от тамады, выкуп невесты и опциональная драка родственников на заднем дворе. Мать невесты будет невпопад рыдать раз пять за вечер в разных стадиях опьянения — короче, народ гуляет от души.

Я сегодня здесь присутствовал на правах отца жениха и, что куда важнее, главного спонсора всего этого вертепа.

А начиналось всё полгода назад. Мое двадцатипятилетнее чадо нарисовалось у меня в офисе и с порога торжественно выдало:

— Пап, я женюсь!

— Хорошо, сынок, — я даже не оторвал взгляда от экрана ноутбука, всем видом показывая, что меня оторвали от важных дел. — От меня в этой ситуации требуется что?

— Мог бы и порадоваться за старшего сына... — надулся он, делая вид, что прозрачного намека не понял.

— Я искренне рад. Ну и?

— Да ладно тебе, пап. Я знаю, что ты вечно занят, но можешь нормально послушать?

— Ладно, слушаю внимательно.

Раз настаивает — точно пришел за деньгами. Раз пришел за деньгами — сумма явно не карманная. А раз сумма большая, проще сразу молча дать, чем разводить дебаты, и вернуться к работе.

— Короче, я маму с ней уже познакомил, — начал издалека сын. — Зовут Настя, на три года младше меня. Учится здесь в Бауманке, заканчивает в этом году.

Я далек от того, чтобы указывать своим детям, кого им брать в жены или за кого выходить замуж. Имея за спиной пять браков и столько же разводов, я прекрасно понимал, что моё мнение по этому вопросу всё-таки вряд ли можно считать экспертным.

Кроме пяти бывших жен в анамнезе имелось также порядочное количество женщин всех форм, размеров и возрастов (всё строго в рамках закона, товарищ майор) — и за эти годы я усвоил главное: в представительницах прекрасного пола я всё-таки больше всего ценил характер. Даже не ум — это штука довольно абстрактная (хотя откровенно тупых видно сразу), а именно характер. Терпеть не мог надменных «снежных королев», как бы ослепительно прекрасны они ни были. Как правило, под этой ледяной маской прячутся закомплексованные стервы с кучей внутренних травм, которые они годами тянут за собой, как якорь, методично отравляя жизнь себе и окружающим.

Веселые хохотушки, дерзкие, легкие на подъем и непосредственные — вот это мой типаж. Хотя, положа руку на сердце, я всегда слишком быстро охладевал к любой из них.

Но мы отвлеклись.

— И?

— Мы уже заявление подали. Праздновать решили у неё на родине, в Краснодарском крае, в августе.

— Одобряю, — сухо заметил я, пытаясь подтолкнуть его к сути. — В Москве вы на одном банкете разоритесь. Да и её родне ехать никуда не придется — тоже экономия.

— Вот кстати про «разоримся»... — сын замялся, почесал затылок и наконец выдал: — Я, собственно, что сказать-то хотел... Не мог бы ты одолжить? Тысяч шестьсот-семьсот.

Ну вот и вышли на главный запрос.

Понятно, что я мог без проблем отсыпать ему хоть семьсот тысяч, хоть семь миллионов — без всяких возвратов. Сын это прекрасно знал, но обычно старался отцовским кошельком без крайней нужды не злоупотреблять: сам крутился ведущим 1С-программистом и зарабатывал вполне достойно. Раз уж пришел просить такую сумму — значит, намерения у парня железобетонные.

«Ладно, — подумал я тогда, закрывая крышку ноутбука. — Надеюсь, эта Настя хотя бы того стоит».

***

Должен признать: у моего отпрыска обнаружилось либо крайне специфическое чувство прекрасного, либо отменное чувство юмора. А скорее всего — гремучая смесь того и другого.

Невесту я впервые лицезрел непосредственно на торжестве, и эффект она, мягко говоря, произвела. Нет, это не была двухметровая Брунгильда с плечами шире моих или, упаси боже, полнотелая рембрандтовская Даная. Вполне ладная, фигуристая деваха: ноги от ушей, грудь на месте и в правильных пропорциях, миловидное породистое личико — в вопросах базовой женской анатомии сын явно руководствовался принципами, схожими с моими.

Но вот стайлинг...

Над головой бауманской отличницы гордо возвышался монументальный чернейший ирокез сантиметров под тридцать, залакированный насмерть до состояния холодного оружия. Платье — траурно-черное, корсет затянут так, что дышать ей явно приходилось через раз, на запястьях — внушительные кожаные напульсники с шипами, способными пробить обшивку легкового авто, а на лице — плотный, высокохудожественный готический раскрас в духе раннего Мэрилина Мэнсона. На ногах логично было бы ожидать тяжеленные армейские берцы или какие-нибудь гриндерсы с титановыми вставками, но Настя решила добить публику изощреннее: на ней красовались вычурные босоножки на шпильке с кожаными ремешками, обвивавшими бедра почти до самых трусиков.

Моя бывшая благоверная — мать жениха, которую сынуля осчастливил знакомством с невесткой сильно заранее, — пребывала в состоянии тихого кататонического ступора. Она с круглыми глазами шептала мне на ухо, что на семейных чаепитиях Настенька вела себя тише воды, носила пастельные кардиганы и вообще казалась «такой милой, воспитанной девочкой».

Теща тоже выглядела так, будто её только что с размаху приложили мешком с цементом по всем её надеждам на белое кружево и каравай. Зато тесть — кряжистый, пузатый и усатый казак в застиранной футболке блэк-метал группы “Immortal” — буквально светился от гордости и глушил местный коньяк стаканами. Сразу стало ясно, в кого именно дочурка пошла характером и к кому тянулась в детстве.

Свита невесты подобралась строго под стать предводительнице. Там была дредастая Ира, чьи косички отливали ядовито-кислотным зеленым цветом, фиолетововолосая Кристина с насмешливым прищуром опытной оторвы, огненно-красная Катя и еще полдюжины барышень аналогичного неформального разлива. Визуально это напоминало сходку альтернативного шабаша посреди кубанского рая.

На их фоне свита жениха смотрелась особенно эпично. Друзья сына поголовно вырядились в одинаковые строгие костюмы-тройки — специально арендовали партию под ивент, создавая вокруг молодых плотное кольцо хмурой «личной охраны» то ли наркобарона, то ли лидера культа. Сам же жених явился во фраке и цилиндре вызывающе-алого, кровавого оттенка. Сдавать позиции и уступать почти-жене в искусстве визуального эпатажа парень явно не собирался.

Впрочем, концептуальный перформанс радовал глаз ровно до тех пор, пока в дело не вступила тяжелая артиллерия. На любой подобной свадьбе неизбежно присутствует дальняя провинциальная родня — публика, которая в гробу видала весь этот столичный постмодернизм, готику и тонкую иронию. Именно они с третьей рюмки взяли на себя создание того самого уникального, неповторимого вайба душной привокзальной дискотеки нулевых...

***

Тамада, которого сын выписал из Ростова, наивно рассчитывал на интеллигентный вечер для столичных айтишников, но не учел фактор кубанской родни. Уже к восьми вечера сценарий полетел к чертям: микрофон железной хваткой перехватила громогласная тетка невесты в ядовито-баклажановом люрексе, требуя «нормальных конкурсов с ползунками», а некий дядя Коля уже деловито доставал бечевку и пустые бутылки. Сын в своем алом цилиндре медленно закипал, невестка Настя выразительно поигрывала шипами на браслетах, а тесть-казак глушил коньяк с музыкантами.

Я занял место в углу зала, цедил привезенный с собой односолодовый виски и откровенно скучал. Смотреть на этот балаган мне быстро надоело, и взгляд сам собой переключился на единственное эстетически приятное зрелище в радиусе десяти метров.

За соседним столиком сидели две подружки невесты — та самая зеленоволосая Ира и фиолетовая Кристина.

Глазу здесь больше зацепиться было решительно не за что, поэтому я принялся не спеша, с профессиональным цинизмом опытного ценителя, сканировать их анатомию. Обеим было лет по двадцать два — самый сок, когда природная свежесть еще не требует косметологических ухищрений, а женственность уже окончательно оформилась.

Фигуры у девиц оказались на загляденье. Упругая, высокая грудь правильного второго-третьего размера аппетитно натягивала тонкую ткань топов и корсетов. Ноги — длинные, гладкие, породистые, а под короткими юбками угадывались плотные, круглые, явно выкованные в спортзале приседаниями ягодицы. Никакой дряблости или лишнего жирка — сухощавые, подтянутые, с идеальным мышечным тонусом. Смотреть на то, как они двигаются, перешептываются и закидывают ногу на ногу, было куда интереснее, чем на конкурсы с карандашами.

Я скользил по ним ленивым, тяжелым и абсолютно не скрывающимся мужским взглядом взрослого хищника.

В какой-то момент Ира повернула голову и перехватила мою траекторию. Встретившись со мной глазами, она замерла, мгновенно считав и мой откровенный интерес, и то, как именно я их только что раздевал в мыслях.

Не меняя скучающего, непроницаемого выражения лица, я просто коротко подмигнул ей поверх бокала с виски.

На лице зеленоволосой мелькнула дерзкая, понимающая усмешка. Она наклонилась к Кристине, что-то быстро шепнула ей на ухо, кивнув в мою сторону, после чего обе поднялись из-за стола и, покачивая бедрами, неторопливо направились прямиком к моему креслу...

****

— Папаша, у вас не занято?

Голос с легкой хрипотцой и наглой уверенностью принадлежал девице с зелеными дредами. Ира. В этой связке она определенно вела партию — шла первой, смотрела прямо в глаза и явно не привыкла церемониться.

— Для милых дам всегда свободно, — отозвался я, небрежно поведя рукой в сторону пустующих мест рядом.

Я не стал скромничать и совершенно открыто, без тени стеснения окинул обеих оценивающим мужским взглядом с головы до ног. Вблизи картина оказалась еще более впечатляющей. Тонкая, едва ли не прозрачная синтетика неоновых платьев подружек невесты натягивалась на телах так, что под обтягивающими лифами отчетливо вырисовывались возбужденно торчащие, ничем не прикрытые соски. Экстремально короткие подолы не оставляли пространства для фантазии, демонстрируя стройные, смуглые бедра, а убийственные шпильки заставляли упругие молодые ягодицы аппетитно подтягиваться при каждом шаге.

— Ну и как вам провинциальные свадьбы? — с усмешкой поинтересовалась Ира, присаживаясь рядом и окутывая меня запахом сладких духов вперемешку с яблочным никотином.

— За тридцать лет мало что изменилось, — хмыкнул я, сделав глоток виски со льдом. — Впрочем, я и сам не всегда был москвичом. Так что иммунитет к казачьим пляскам имеется.

— А вы ведь отец Макса? — внезапно вклинилась в разговор вторая, с ядовито-фиолетовым каре. Кристина. Глаза горят, на губах дерзкая полуулыбка. — Нам Настя по секрету сказала, что это вы банкет оплатили. Весь, до последней копейки.

Ира аж поперхнулась воздухом. Обескураженная столь «утонченным» чувством такта подруги, она испепелила ее взглядом, в котором читалась немая паника: «Дура, спугнешь же!»

Но портить вечер нравоучениями я не собирался. Напротив, эта неприкрытая зумерская наглость меня только позабавила. Я лишь снисходительно улыбнулся:

— Не совсем так, девочки. Да, львиная доля этого непотребства профинансирована лично мной. Но сын на финальном этапе слегка выбился из сметы — впрочем, парень он толковый, зарабатывает прилично, так что с перерасходом справился сам.

— О-о... — Ира тут же перехватила инициативу, облегченно выдохнув и стреляя глазами с утроенной силой. — То есть Настя у нас в надежных руках?

— В самых надежных, — подтвердил я, глядя прямо на ее приоткрытые, блестящие от блеска губы.

— А вы, Эдуард?.. — снова полезла на рожон Кристина, качнув фиолетовой челкой и подавшись корпусом вперед так, что вырез платья опасно натянулся. — Вы — надежный мужчина?

— Лично я в этом абсолютно уверен, — лениво протянул я, смакуя ее провокацию. — Правда, пять моих бывших жен вряд ли разделяют эту точку зрения.

— хахаха — девушки синхронно захохотали — ладно, то есть Вы надежны ровно настолько, что бы не выходить за Вас замуж? — продолжила Ира

— знаете, после пятого развода я и сам уже решил, что хватит.

— ну а в рамках одного вечера на Вас положиться можно?

— и какую же ответственность на меня пытаются возложить столь прекрасные дамы? — разговор явно двигался в интересном направлении, я уже подумывал, как предложить девушкам сбежать с этого «Титаника», возможно мне и предлагать не придется.

— ответственность за хорошее настроение двух красивых девушек, у которых еще не было столь галантных мужчин в окружении — Кристина продолжила гнуть линию дерзкой прямолинейности, что меня вполне устраивало, но, прежде чем принимать финальное решение, мне нужно было обозначить рамки или же полное их отсутствие.

— и как далеко красивые девушки готовы зайти ради своего хорошего настроения?

***

Так что мы возвращаемся в точку, с которой начали — как вы наверное поняли, девушки были готовы зайти максимально далеко.

Прихватив с банкета пару бутылок дешевого шампанского и заказав в номер кальян, они не стали терять время зря, взяв меня в оборот прямо с порога. Раздев меня в четыре руки и усадив в одно из кресел, девчонки спустили платья до животов, демонстрируя мне идеальные полушария грудей и устроив мне персональное лесби-шоу.

В свои 48 лет я не питал иллюзий о мужской здоровье и плотно сидел на ГЗТ, а потому мой на данный момент самый ценный орган отреагировал почти сразу. И вот, Кристиночка сидит у меня в ногах а Ира напротив и я думаю, кого из них трахнуть первой.

Проще всего поднять с колен Кристину, так жадно вцепившейся в мой член, что, кажется, её от него силой не оторвать. Но с другой стороны, про Иру тоже забывать не стоит, не все же ей самой себя удовлетворять.

Не отвлекая Кристину от её занятия и поманил Иру к себе. Встав со своего кресла и грациозно продефилировав ко мне, теряя по дороге остатки одежды, она устроилась сбоку от меня на подлокотнике и обхватив мою голову руками, поцеловала меня яростным, настойчивым поцелуем.

Вакуум на моем члене усилился и левая рука сама потянулась к затылку сидящей на коленях альтушки — прижимаю голову Кристины к своему телу и кончаю ей в рот, не позволяя сдвинуться ни на миллиметр, мычу в губы Ире.

Когда я перестаю оргазмировать, Кристина вылизывает мой член и я говорю Ире — присаживайся, покатаю.

Девушка сползает с подлокотника мне на колени а подруга направляет мой член ей во влагалище.

Когда она насаживается на меня до упора, прижимаясь сосками к моей груди и снова целуясь со мной, я начинаю двигаться.

Кристина никуда не девается — теперь она лижет мою машонку и анус подруги — у девушки явная оральная фиксация.

Но я не психолог, что бы копаться в её голове, в данный момент она меня интересует только в качестве временной любовницы и она великолепно соответствует моим ожиданиям.

Ира двигает тазом мне на встречу и стонет мне в рот, наши движения все сильнее ускоряются, я сжимаю её бедра до синяков и молю всех богов, что бы она кончила первой. В этом смысле у мен есть преимущество — второй раз я обычно кончаю сильно дольше, чем в первый. И действительно, после минут семи девушку выгибает дугой и трясет мелкой дрожью, она замирает на минуту, потом привстает с моего члена и сползает к моим ногам, туда, где сидит моя подруга и они уже в два языка вылизывают мои гениталии, пока Ира не насаживается горлом на член и доводит меня до второго оргазма. Сперма покрывает лица подруг, которые тут же целуются и делят друг с другом моё семя.

***

Кристину я решил брать на кровати. Разместив её на краю, я задрал её ноги почти к её ушам (девчонка оказалась спортивная, как я и предполагал, гнулась великолепно) и въелся языком в её мокрое влагалище. Ирина устроилась на лице своей подруги и получала свою порцию кайфа. Я люблю сначала доводить девушку до состояния, когда она сама умоляет войти в неё, так что я не торопился. Облизывая поочередно её половые губы и клитор, я смаковал её вкус и упивался чувством контроля.

— Ох, Крис...— подала голос Ира. Девушки явно не впервые так развлекаются, судя по тому, с каким умением Кристина ласкает свою подругу. Но и я кое-что могу, так что скоро и Кристина начала постанывать в промежность Иры. О, эти стоны — музыка для моих ушей и сосредотачиваюсь на клиторе моей любовницы, дожидаясь от неё яркого оргазма. Чуть раньше, сидя на её лице кончила Ирина, и сейчас она обессиленная лежит на боку лицом к мне.

Что ж, пора приступить к главному. Отрывая свою голову от прекрасного межножия юной девушки, я пристраиваю к её киске член и вхожу на всю длину. Не собираясь давать ей никаких поблажек сразу ускоряюсь до максимального темпа — куй железо пока горячо, я возбужден до тряски и хочу услышать её крики. Пусть она кричит, пусть упирается пятками мне в поясницу, пусть её трясет от кайфа — не это ли заставляет мужскую кровь бежать быстрее, заставляя мозг вырабатывать тонны дофамина? Тестостерон и адреналин кипят во мне, я опираюсь на руки, и работаю бедрами с неотвратимостью перфоратора, Кристина почти сгибается пополам подо мной и в друг я чувствую на мошонке язык Иры — проказница пришла в себя и подкралась к нам сзади, найдя для себя применение. «Какая хорошая девочка» - успеваю подумать я и понимаю, что нужно еще продержаться, Кристина еще не кончила. Надо бы ускорить этот процесс и я кусаю её за сосок и это служит для неё триггером, она впивается нориями мне в спину а зубами в плечо, заглушая свой крик. Больно невероятно, но я тоже уже не могу сдерживаться и вжимаюсь ей в бедра, наплевав на все возможные последствия. Мы замираем еще где то на минуту, потом я скатываюсь с неё, тяжело дыша. На плече алеет след от её зубов, вроде не до крови, но довольно заметный.

Кристина лежит на спине с закрытыми глазами и часто дышит, пытаясь прийти в себя. Ирина уже прильнула к моему члену, отчищает его от спермы и женских соков

— Эдик, блять, меня так еще никто не ебал — не стесняясь в выражениях выдает Кристина

— Какие твои годы... — отвечаю я

Ирина сидит на коленях над нами и хихикает

— Чё ржешь, курица? — устало вопрошает Кристина

— Смешная ты, вот и ржу. И вообще, мне хорошо, у меня отличное настроение, так что вообще могу хихикать не замолкая. Ладно, может в душ сходим?

****

Голые девицы лежат на кровати лицом ко мне, я возвышаюсь над ними направив член к их лицам и своими язычками они снова приводят его в боевое состояние. За последние 2 часа я успел сходить в аптеку а девушки успели подготовиться к кое-чему особенному — пока они вилизывают мой орган, я готовлю их попки к анальной дефлорации.

Как выяснилось в разговоре за кальяном и шампанским, до этого девушки никогда такого не испытывали. Что ж, сегодня мы это исправим.

Первой я разворачиваю к себе Кристину.

— встань на четвереньки, крошка. Ир, подползи-ка под неё. Да, вот так, будешь отвлекать её, когда я буду её растягивать.

И

Кристина оперлась на локтями и опустилась промежностью на иркино лицо, пока я двумя пальцами растягиваю ей анус, другой рукой смазывая свой член — такой маневр не только отвлекал девочку от дискомфорта, но и невероятно возбуждал меня. Когда в попку Кристины вмещалось уже 3 пальца, я решил, что пора бы приступить.

Дав Ире полизать член (смазку с банановым вкусом юная оторва оценила на ура) приставил, наконец, головку к сфинктеру пурпурноголовой неформалки и надавил.

— А-А-А-А, БООООЖЕ!!! — я только проник в анус, а Кристина уже орала, как резаная

— мне прекратить?

— Блять...нет, просто дай привыкнуть — простонала девушка.

— отвлекись пока. Видишь ирин клитор? Лижи его пока, а я потихоньку начну, хорошо?

— Да-а-а-а — уже почти шептала Кристина

Я начал двигаться. Медленно, по сантиметру в 5 секунд, пусть привыкает. Вот, наконец, вошел до конца. Кристина стонет, но лижет Ирочку, доводя ту до взаимного стона.

Я начинаю движение обратно, в таком же медленном темпе. Потом снова вхожу. И снова обратно. Постепенно наращивая темп, я не говорил, что анал это легко, только то, что это незабываемо. Через 7 минут я уже выбиваюсь в неё в темпе отбойного молотка, она уже не способна ни на какую осмысленную деятельность, распластавшись на Ире морской звездой.

Сама Ира не прекращает вылизывать клитор подруге, пока я не вбиваюсь последними толчками в кристинины ягодицы и не замираю в оргазмическом спазме. Кристина кончила еще секунд 30 назад, но я не мог оставить её попку без порции эукулята.

Тяжело дышу, вытаскиваю член из заднего прохода девицы и засовываю в рот дредастой развратницы.

— оближи, милая, немного приду в себя и за тебя возьмемся. Крис, хочешь посмотреть, как я Ире попку разрывать буду?

— Дааа... — устало отвечает та.

— тогда приходи в себя, помогать будешь.

***

Девушки снова сплелись в позе 69, на этот раз лежа на боку. Мне так даже сподручнее - покрываю член новой порцией лубриканта и пристраиваю член к анусу Иры.

Плавным движением проникаю в неё и она замирает, пока Кристина продолжает лизать её киску.

— Боже, какой ты болшооой — на выдохе говорит она.

— Ничего, привыкнешь

Наблюдая её реакцию, решаю не церемониться, сразу начиная работать интенсивно. Честно говоря, я не железный и уже подустал за этот марафон. Но мое чувство собственной важности будет уязвлено, если я не доведу даму до финала в последний раз и для ускорения жтого процесса я начиная целовать Ире мочки ушей и поглаживаю её соски По опыту знаю, многим девушкам такое нравится, и судя по её участившимся стонам, Ира как раз из таких. Параллельно Кристина продолжает стимулировать её клитор, так что даже теоретически вероятность, что дредастая не кончит, крайне мала. И действительно, пять минут такой стимуляции — и её снова трясет, как тогда, на кресле, она запрокидывает голову мне на плечо, зажмурившись и что-то нечленораздельно стонет сквозь сжатые зубы. Да-а, девочка очень горяча, хотя и подруга от неё не отстает, хватая мой член, вытащенный из иркиной попки, и глотает его до упора, лаская мошонку языком. Она явно хочет получить от меня порцию семени и я с облегчением дарю ей то, что она ожидает.

****

Звонок телефона заставляет меня с трудом открыть глаза.

Что бы до него добраться, мне нужно выбрать из под потных, прижатых ко мне девичьих тел.

— да слышу я, слышу, — обращаюсь я в никуда, прекрасно осознавая бесполезность этого ритуала.

На экране написано «Старший», я смотрю на время, уже полдень, значит меня, видимо потеряли.

— Алло! — впопыхах отвечаю я

— Пап, доброе утро

— Доброе, что хотел?

— Я тебя тоже рад слышать. Слушай, такой вопрос, помнишь Иру и Кристину, подружек Насти?

— Помню — говорю я, глядя на начавших просыпаться девушек.

— Настю их родаки достают, спрашивают где они, а то они на телефоны не отвечают. А ты вроде вчера с ними уезжал... — в голосе сына читался намек, что он прекрасно понимает, куда именно пропали девушки.

Я не мальчик, что бы оправдываться, по этому честно ему ответил:

— Собственно, я их вижу прямо сейчас. Живыми и здоровыми.

— Тааак, понятно. Пустили козла в огород...— отпрыск меня вряд ли осуждал, но не подколоть старого развратника точно не мог

— Ну что ты, сынок, девушки перебрали с алкоголем и попросились переночевать, что бы не показываться в таком непотребном виде своим родителям. А я, как джентельмен, не мог отказать столь сознательным девушкам.

— так все и было! — не поднимаясь с кровати поспешила подтвердить Кристина.

—Ага, а голые вы все исключительно из любви к натуризму

— Не могу ни подтвердить, ни опровергнуть, сынок

— Ладно, скажу Насте, что девочки просто загуляли и телефоны на бесшумном были. Отдыхай, пап.

Только напоминаю, что в 5 у нас продолжение, ждем тебя на даче Настиных родителей. Не шокируй там никого, приезжайте все таки раздельно.

— хорошо, понял тебя, буду. До вечера.

Положив трубку, поворачиваюсь к кровати.

— слышали, голожопики, нас просили не палиться. Так что марш в душ, завтракать, и разбегаемся до вечера.

Ответом мне был девичий смех двух юных сирен. Ладно, душ у нас сегодня тоже будет совместный.

Любуясь двумя обнаженными нимфами, я почти всерьез думал переехать куда-нибудь в Сочи, может, в Анапу или Туапсе.

«Коль повезло в Империи родиться, так лучше жить в провинции, у моря» — как говорил классик. Сейчас я был склонен с ним согласиться.