Данный рассказ посвящается всем женщинам переживших эту страшную войну! И не надо осуждать их за их поступки совершенные ими! Время было такое!

Когда говорят, о Великой Отечественной Войне, то прежде всего говорят о фронтовиках. Им, главный почет и знаки уважения. Вспоминают военных, артистов, ученых, работавших над созданием оружия. Но никогда, о крестьянах, без героического труда которых победа в той войне была бы невозможна.

Война выкашивала семьи. Женщины и дети, оставшиеся дома, работали в лесу на заготовках леса, в колхозах, кормили фронт.

Один за другим уходили мужчины, из нашей деревни на войну, ушел и мой отец Яков Семенович. А вскоре, через месяц похоронка на него пришла. В войну, из нашей деревни уходили не только на фронт, но и в «Трудармию», в основном женщины. Остался, я один мужик на всю деревню …

А фронту требовалось много чего, – продовольствие, вооружение, оборудование, лес для оборонительных сооружений, строительства мостов, переправ… Красночетайский район Красноярского края, где находилась наша деревня, – край лесной. И пришлось моей матери Евдокии с другими женщинами разных возрастов взяться, за пилы и топоры.

Пилили вручную толстые ели. Утопая по пояс в снегу, вчетвером тянули двуручную пилу. Ежедневно нужно было заготавливать четыре кубометра. Уложиться в норму было неимоверно тяжело. Спасало то, что все женщины были, ещё не старыми, от двадцати, до сорока пяти лет, привыкшими к тяжелому крестьянскому труду.

Зимой сорок второго послали меня и Евдокию мою маму вместе с еще четырьмя женщинами на лесозаготовки в тайгу в пятидесяти километрах, от нашей деревни.

Хочу рассказать, что же произошло там со мной и моей мамой...

Меня зовут Василий. Мне восемнадцать лет. Первая неделя прошла нормально, но со второй недели мне стало очень тяжело.

До лесозаготовки у меня была очень насыщенная жизнь и особенно много разных подруг разного возраста, с которыми я часто занимался сексом, потому-что я остался один в деревне, кто мог сексуально удовлетворять женщин. А потом вдруг мне пришлось уехать на лесозаготовки, и больше никого не трахать в своей деревне.

Катастрофа!

Меня пугала именно отсутствие секса. Чтобы компенсировать этот физический недостаток и расслабиться, вечером мне просто приходилось мастурбировать в нашей с матерью землянке, представляя, как я ласкаю грудь или половую щель, одной из женщин нашей деревни...

Для моей матери это заточение в тайге тоже было тяжёлым бременем. Она ничего не говорила, но я это видел. Она ходила по кругу. Несомненно, ей тоже нужна была ласка. Она была одна, после гибели мужа, кажется, у неё давно не было в её «Детородном органе», мужского члена. Тем не менее, в свои сорок восемь лет она была довольно привлекательна. Довольно высокая, красивые округлые ягодицы и красивая грудь. Даже если бы я не был её сыном, я бы не отказался их раздвинуть, её красивые пухлые ягодицы, чтобы засунуть нос в её половые губы влагалища. Но, конечно, это было исключено. Это была моя мать...

Поэтому мне пришлось принять сексуальные ограничения в надежде, что они не продлится слишком долго...

А потом однажды вечером это случилось. Я был очень взволнован увидев голых женщин сушивших свою одежду у костра вместе с моей матерью. Это сработало, я возбудился. Я представлял, как я трахаю свою маму. Я был удивлён этим видением, но вскоре в моём воображении я увидел именно её, сидящей на моём возбужденном члене.

Это было довольно тревожно, и я не мог выбросить этот образ из головы. Я думал, что эти шальные мысли уйду с моей головы, но всё произошло наоборот. Мысль о том, чтобы переспать с матерью, возбуждала меня ещё больше. Я решил отпустить себя, мастурбировать ещё больше, представляя, как её большая грудь движется во все стороны надо мной. Я почти чувствовал всё внутри неё, глубоко в мягком тепле её влагалища. Это было так же тревожно, как и вкусно.

Вскоре я почувствовал, как оргазм нарастает. Затем я позволил удовольствию охватить меня, с красивой освобождающей эякуляцией в конце. Это был первый раз, когда я эякулировал, думая о маме. Мне было немного стыдно, но я был весьма впечатлён эффективностью этой фантазии.

После этого, конечно, на следующий день я начал нервничать перед ней. За завтраком она села за стол с кружкой морковного чая, и я даже не осмеливался на неё взглянуть. Особенно учитывая, что на ней была одета просто синяя штапельная сорочка, довольно лёгкая, что позволяло мне предположить её пышную форму груди, а соски ясно выступали сквозь ткань. Когда мама наклонилась к печке, чтобы взять кусочек разогретого хлеба, я не мог не посмотреть на её ягодицы. Я понял, что они действительно аппетитные! Вдруг мне захотелось положить руку на эту великолепную задницу. Эта мысль меня напугала. Я покраснел от стыда... Так что я всё равно пытался контролировать себя, вести себя так, будто ничего не произошло. И день прошёл монотонно, за рубкой леса.

Вечером я вернулся в нашу землянку. Оставшись в одиночестве, я, как обычно, собирался достать своё хозяйство и подрочить свой член. Я старался не думать о матери, но это было тяжело. На ужин она надела платье, обтягивающее, под которым я видел очертания её трусов. Это было очень волнительно... Весь ужин, я старался не обращать внимания, но как только лежал в постели, этот образ снова появился.

В этот момент, я услышал стук в дверь. Я думал, что мой разум играет со мной в полусонном состоянии, но потом увидел, как дверь в землянку открылась. Моя мама вернулась после обхода землянок. Это был не сон, это была она.

— Васенька, сыночек ты спишь?

— Нет... Ты в порядке, мама? Что происходит?

Она сделала шаг вперёд и села на край моей кровати. Она была одета в ночную рубашку, под которой было легко догадаться, что она почти ничего не носит. У меня перехватило дыхание.

— Слушай, Вася, я не могу уснуть, поэтому подумала об этом. Мы не собираемся проводить два месяца вот так. Я предлагаю тебе сделку. Мы с тобой немного утешим друг друга во время лесозаготовки, а потом забываем обо всём этом.

«Мама, но что ты имеешь в виду?»

Она взяла мою руку и положила её себе на грудь, через ночную рубашку. Тепло её груди сразу же пошло мне на пользу.

— Как думаешь? Не будь идиотом сынок, у тебя всё очень хорошо с женщинами. А меня уже больше не трахнет после гибели твоего отца на фронте Тебе нужен секс. Я знаю, что ты мастурбируешь каждый день с тех пор, как приехали сюда. О ком ты думаешь, когда делаешь это? Обо мне? Я уже давно вижу твои взгляды тайком, на моих ягодицах или на груди! Сегодня вечером перед ужином ты не отводил, от меня глаз...

Лицо моё залилось красным цветом. Мама заметила моё замешательство.

— Видишь ли, я догадалась об этом Васенька! Обычно я была бы очень зла на тебя. Но теперь ты знаешь, что для меня тоже нелегко быть одной без мужской ласки. Поэтому я предлагаю провести этот период пока мы на лесозаготовке, как можно приятнее вместе. Я предложу тебе это только один раз. Наслаждайся, мне и так тяжело говорить с тобой сынок об этом, это же большой грех.

Конечно, я был ошеломлён предложением матери. Но она оставила мою руку на своей груди, и этот контакт с приветливой массой её груди был восхитительным. Она делала движения моей рукой, нажимая на грудь, и это заставляло меня хотеть. Потом она просунула мою руку под ткань ночной рубашки, и именно на голой коже её груди моя рука оказалась на груди.

— Мама, ты сумасшедшая! Это действительно плохая идея. А если узнают про это?

— Прекрати! Ты уже возбудился, я уверена!

Она положила руку на моё одеяло, ближе к моему паху, и несмотря на толщину одеяла, она обнаружила, что мой член уже твёрд. Почти две недели без секса заставили меня оказаться в нужной ситуации. Она знала, что мне не нужно много, чтобы переключиться на тёмную сторону...

— Видишь, я права! Там внизу у тебя всё очень напряженно!

— О Боже мой, хватит, мама... Я не смогу устоять перед твоим предложением!

— Это хорошо сыночек, именно для этого и заключается наше соглашение! Я не продержусь и двух месяцев без секса мама...

Не дожидаясь моих возражений, мама откинула одеяло и открыла мой возбужденный член. Она посмотрела на него, совершенно не удивившись, обнаружив мой эрегированный орган. Затем она начала с удовольствием мастурбировать его. Ошеломлённый, я наблюдал, как она обращается с ним, словно с очаровательным маленьким животным, о котором она собирается заботиться с большим удовольствием. Я читал гордость в её глазах.

— Он тебе нравится мама?

— Да, очень Васенька.

Мать гордилась. Медленно она опустила своё лицо и обхватила губами мою головку. Она начала сосать меня с нежностью и умение сосать мужской член были просто потрясающими. Моя мать коммунистка, которую я считал совершенно чуждой сексу, оказалась экспертом в этой области. Она сделала мне совершенно невероятный минет. Чтобы чувствовать себя комфортнее, она снимает ночную рубашку. Под ней ничего не было. Тогда я открыл для себя её красоту. Её грудь была тяжёлой, красивой. Её величественная задница... Невероятно... Она была прекрасной ещё не старой красивой женщиной, жаждущей мужского члена. Но я не возненавидел это. Поскольку моя мать была блондинкой, волосы были тонкими и мягкими, приятными для поглаживания. Было легко разглядеть все детали её красивых половых губ, великолепной вульвы. Я был очарован.

— А тебе, мой дорогой мальчик, тебе нравится твоя мама?» Подойдёт ли она тебе для секса?

— Да... Ты прекрасна мама…

— Ну тогда покажи на что ты способен сыночек! Мягко сказала она мне.

Мама легла на спину и раздвинула ноги, снова показывая мне роскошный вид своего «Детородного органа». С определённым рвением, возбуждённый двумя неделями воздержания, я навалился сверху, повернул свой член к её половым губам влагалища и нажал. Её половые губы разомкнулись, и я словно был втянут в неё. Это было вкусно, тревожно. Вскоре, я оказался на самом дне. Я не осмеливался смотреть ей в глаза, мне было слишком стыдно. Но я начал серию движений взад-вперёд, которые сначала были довольно медленными, чтобы насладиться удовольствием ощущения моего члена внутри её влагалища. Это было очень трогательное чувство. Потом, я увеличил темп, довольно энергично, двигаясь туда-сюда. Я наблюдал, как мой член входит и выходит, из «Детородного органа», который произвел меня, я и представить не мог, о том что произошло между нами...

Поцеловать маму было здорово, в конце концов. Это было не только удачное время в эти трудные времена, но и очень помогло мне. Но кроме того, моя мать оказалась очень умелой любовницей. Даже блестящая, мягкая, чувственная и огненная одновременно. Мне это очень понравилось. Похоже, ей это тоже нравилось, потому что она начала стонать от получаемого удовольствия.

Она опустилась на колени и показала мне свою большую задницу.

— Трахни меня сзади, сыночек. Мне нравится, когда меня трахают сзади.

— Мне это тоже нравится, мамочка.

Я снова энергично проникал в неё, хватая её за круглые и пухлые бёдра, чтобы лучше удерживать, передавая энергичные, почти насильственные движения взад-вперёд. Чем сильнее я толкал свой член, тем сильнее она стонала. Потом я снова сменил позу, положил её на спину и очень высоко поднял ноги. Я был в кураже, забыл всякую приличие, всякую сдержанность.

— Мама, ты на самом деле всё так классно делаешь!

— Да, сыночек!» И я люблю тебя!

Моя мама, казалось, была в восторге от моей энергии. Мы трахались так целый час, оба кончали по несколько раз. Это было невероятно. Она даже попросила меня кончить на неё и размазала всю мою сперму на её большую грудь.

— Это удивительно, ты действительно хорошая любовница!

— Спасибо, мама! Я не ожидал…

— Ты не думал, что твоя старая мама может любить секс?

— Ну... Не думаю, что нам будет скучно теперь!

Мы провели так несколько недель, довольно часто, занимаясь сексом. Кроме того, отвлекающие факторы были редкостью, нам это очень подходило. Мама казалась мне с каждым днём всё более сексуальной, более желанной. Ранним утром, я не мог удержатся не просунул руку под её ночную рубашку, чтобы почувствовать мягкость её ягодиц, её «Детородный орган», родивший меня.

После лесозаготовки мы должны были вернуться к обычному порядку в нашей жизни. Когда, я спросил маму: «Не хотела бы она вернуться к своей прежней вдовьей жизни?». Она подошла ко мне, стянула с меня трусы, взяла мой член в рот, немного пососала и тихо сказала:

— Ты прав, это будет проблемой сыночек. Я не думаю, что смогла бы обойтись теперь, без твоего члена сейчас Васенька...

Так мы стали с мамой жить, как муж и жена тщательно скрывая, от деревенских наши с ней отношения...