После окончания второго курса Санкт-Петербургского университета мне и моим сокурсникам пришлось искать жильё, и съехать из университетского общежития в котором начался ремонт и попытаться найти квартиру недалеко, от университета. Поскольку это означало делить съемную квартиру с тремя-четырьмя ребятами.

Проблема была в том, что ежемесячная аренда квартиры, превышал мой скромный бюджет. Моя мать, которая, кстати, финансировала моё высшее образование, разумно утверждала, что я могу бесплатно поехать жить к бабушке, которая жила в пригороде Санкт-Петербурга.

Само собой, мне эта идея не очень понравилась. Это было далеко не то жильё на время ремонта общежития, которое я себе представлял. К тому же, я не видел свою бабушку, уже пару лет, на самом деле с тех пор, как визиты к бабушке в Павловск по выходным перестали быть обязательными. Тем не менее, здравый смысл взял верх, и мама позвонила своей матери. Бабушка, по-видимому, была вполне готова меня приютить, и в следующее воскресенье мы с мамой поехали в Павловск.

Моя бабушка Екатерина Сергеевна владела большим и уединённым домом в возрасте двадцатых лет на окраине Павловска. Хотя ей было всего за шестьдесят, она была вдовой почти десять лет и всё это время жила одна. Она открыла дверь с широкой приветливой улыбкой и пригласила нас с мамой войти в дом.

Моё первое впечатление, когда бабушка шла перед нами в гостиную, было таким, что у бабушки очень хорошая фигура, для её возраста. Её талия была подтянутой, а бёдра раздувались женственно, опуская взгляд к длинным, одетым в чулки и очень стройным ногам.

Когда Бабушка вернулась в комнату с подносом чая, я увидел, что она вполне привлекательная женщина. У неё было довольно полное лицо с высокими скулами, окружённые короткими тёмными волосами. У неё также были ослепительно зелёные глаза и полные губы, недавно и мастерски подкрашенные ярко-красной помадой. На ней было летнее платье с цветочным оттенком, и когда она наклонилась, чтобы налить мне чай, я заметил чётко выраженное декольте и быстро отвёл взгляд, от смущения.

После чая бабушка показала мне мою комнату. Должен признать, это было отличное место и намного лучше, чем я мог бы позволить себе снять квартиру со своими сокурсниками. У меня была большая двухместная спальня с собственной ванной и пространство по дому, включая потрясающую библиотеку и что в главном случае, небольшой бассейн в уединённом саду.

Более того, бабушка объявила о своём намерении готовить мне еду и в целом заняться всеми моими потребностями. Моя единственная опасение заключалась в том, что мне придётся отплатить ей за щедрость, проведя с ней время, а в моём понимании она была пожилой женщиной и поэтому скучной.

Я переехал к бабушке в конце сентября, за пару недель, до начала семестра. Через несколько дней я понял, что мои страхи скуки были беспочвенны. Бабушка, или бабой Катей, как она попросила меня её называть, была весёлой, действительно весёлой пожилой женщиной! У неё было отличное чувство юмора, она интересовалась почти всем и была хорошим слушателем. На самом деле, думаю, у меня было лучшее из сделки, она, наверное, подумала, что я скучный!

Екатерина Сергеевна не была против пары бокалов вина, и мы проводили много счастливых вечеров, слушая музыку, болтая и выпивая бутылку вина, а иногда и две по выходным. Пару раз она водила меня на обед в местный ресторан. Я приложил усилия и надел костюм и галстук. Екатерина Сергеевна неизменно выглядела отлично для своих шестидесяти двух лет, обычно выбирая облегающее платье, тёмные чулки и туфли на каблуках.

Она была осторожна с макияжем и выбором лака для ногтей, и мне не раз случалось видеть, как другие мужчины в ресторане пялятся на неё.

Несмотря на то, что я был обычным двадцатилетним, возбужденным парнем, который мастурбировал, как минимум два раза в день, а иногда и больше, в этот период я не осознавал сильную сексуальность бабушки. Дело было не в каком-либо неподобающем виде, она просто была сексуальна на вид, но я не знал об этом, по крайней мере, до инцидента с сигаретами.

Стоит добавить, что я иногда курил сигареты. Бабушка знала об этом и не особо осуждала, ведь много лет назад она сама курила. На самом деле, пару раз она делилась, со мной сигаретой, когда мы приближались к концу второй бутылки вина. Однако, я не обсуждал с ней курение гашиша, по понятным причинам.

Однажды поздно в субботу днём, когда я подумал, что бабушка ушла за покупками в магазин, она неожиданно застала меня у двери кухни, курящего сигарету. Не было смысла скрывать это, поэтому я просто извинился и сказал что-то гадкое о том, что не понимаю, что на меня нашло курить на кухне, а не на улице.

К моему удивлению, она осталась невозмутимой. На самом деле она заинтересовалась и спросила, есть ли у меня ещё сигареты с гашишем. Через несколько минут я оказался в довольно неловкой позе, показывая бабушке, как устроен косяк. Она сказала, что пробовала его пару раз в свои двадцать и получила удовольствие, от результата.

Дальнейшие эксперименты, пока её муж был жив, были исключены, и после его смерти она не могла их получить гашиш, даже если бы знала, как. К моему небольшому облегчению, она открыла бутылку вина, и мы сделали глоток, пока я прикуривал, только что свернутый косяк, вдохнул и передала его бабушке.

Сделав затяжку, она глубоко вдохнула и позволила дыму вытекать через нос и рот. Она сделала ещё одну затяжку и вернула косяк мне. Мы курили и пили в тишине, пока косяк не закончился.

— Давай ещё покурим, Сережа, — сказала бабушка, немного настойчиво.

Мы покурили его и выпили ещё вина. Я чувствовал себя прекрасно, расслабленным и слегка под кайфом. Екатерина Сергеевна выглядела так же.

— Что ты думаешь бабушка? Спросил я.

— Это делает меня счастливой, я обожаю это чувство!

К этому времени мы оба сидели на полу в гостиной, прислонившись спиной к большому дивану. Юбка бабушки поднялась настолько, что её чулки были едва видны, но она этого не заметила или ей было всё равно. Впервые до меня дошло, что бабушка носит чулки и подтяжки, и я почувствовал лёгкую волну желания, настолько, что мой член зашевелится. Меня ещё больше возбудило, когда бабушка сказала:

— Сережечка! Может, выпьем ещё бутылку и покурим ещё? Думаю, я почувствовал, что если бы она была достаточно пьяна и под кайфом, я мог бы посмотреть на её чулки или даже на трусики.

К последней половине следующей бутылки и ещё двух крепких косяков мы оба были под приличным кайфом, смеялись, говорили глупости и хихикали ещё больше. Юбка бабушки, уже почти доходила до пояса, и я видел обнажённую кожу ног, над её чулками. Смутно надеясь начать неуместный разговор, я указал на её ноги.

— Бабушка, ты всегда носишь чулки и подтяжки?

— Да, они очень удобные, они ощущаются сексуально и не заставляют мою попу потеть. На это она разразилась смехом. Она посмотрела на меня с комичной аркой.

— Ты одобряешь, что твоя бабушка носит чулки, а не колготки?

— У тебя отличные ноги бабушка, почему бы и нет?

К этому времени у меня была полноценная эрекция, которая напрягала штаны. Я довольно дерзко сидел, вытянув ноги и не пытаясь это скрыть. Бабушка налила вино в бокалы. Моя эрекция была очевидна, и она посмотрела на неё, передавая мне бокал.

— Ну, вижу, внучек ты поклонник старомодного белья.

Я не совсем понимал, как с этим справиться, поэтому просто улыбнулся и сделал глоток вина из бокала.

— Спасибо за комплимент Сережа. Давно никто не говорил, что у меня красивые ноги.

— Ты действительно привлекательная женщина бабушка, — вырвалось это прежде, чем я понял, что хочу сказать. Екатерина Сергеевна улыбнулась мне довольно странно.

— А ты мой внук. Она встала, наклонилась надо мной и поцеловала меня в губы, задерживая поцелуй чуть дольше, чем требовал протокол.

— А я под кайфом, пьяная, иду спать, увидимся утром. Она вышла из комнаты, а я сел и думал о вечере, её ногах и ощущении её губ на моих.

На следующий день температура резко поднялась, и к одиннадцати часам я был у бассейна. Я не видел бабушку тем утром, хотя слышал, как её машина уехала около восьми часов. Я погружался в сонный транс, наполовину слушая садовые звуки пчёл и пение птиц, когда услышал, как открылись входные двери на участок.

— Думаю, я присоединюсь к тебя сейчас внучек.

Через несколько минут она появилась в чёрном цельном купальнике, и когда она устроила кресло рядом с моим, я воспользовался моментом, чтобы рассмотреть её краем глаза. Купальник идеально подчёркивал её фигуру, и она явно постаралась с макияжем этим утром. К тому же она была в алом лаке для ногтей, что меня всегда заводило. В итоге мои плавки зашевелились, и мне пришлось поспешно перевернуться, чтобы скрыть свою эрекцию.

Остатки утра мы провели, купаясь и загорая, и около двух часов бабушка спросила, хочу ли я бокал вина. Бокал превратился в два или три, и к позднему полудню мы оба стали немного пьяными и смеялись. В конце концов бабушка объявила, что слишком пьяна, чтобы готовить, и заказывает еду по телефону. Она позвонила в службу доставки и сказала, что еду привезут через тридцать минут.

— Ну, это примерно даст тебе бабушка время одеться к ужину.»

— И что ты предлагаешь одеть бабушке? Чулки, наверное?

— Ну, ты действительно выглядишь в них потрясающе бабушка, — сказал я, надеясь, что она согласится.

Она исчезла в доме и появилась через четверть часа в чёрных чулках, обтягивающей юбке, белой шелковой блузке и чёрных туфлях на высоком каблуке.

— Ого!, покрутись бабушка.

Екатерина Сергеевна любезно повернулась, позволив мне увидеть, что чулки надеты. Мой желудок сжался, и вся кровь стекала в мой член. Увидев выражение моего лица, бабушка слегка улыбнулась.

— После того, что ты вчера сказала про мои ноги, я сегодня утром поехала и купила пару новых.

После еды, я свернул косяк, пока бабушка убирала со стола. Я был полон нервного напряжения. О возможностях вечера едва ли можно было думать. В конце концов мы сели бок о бок на диван, и я прикурил косяк, сделав довольно большой затяжку и позволив дыму выходить изо рта и ноздрей. Я передал его бабушке, которая тоже сделала длинный затяжку. Она глубоко вдохнула, затем, к моему удивлению, наклонилась, аккуратно приложила рот к моим губам и медленно выдохнула дым мне в рот.

— Так мы и делали это в мои времена, — сказала она, отстранившись.

Она вернула мне косяк, и я сделал ещё одну затяжку. На этот раз я тоже наклонился. Бабушка встретила меня на полпути, её рот был слегка приоткрыт, и я коснулся её губ и тихо выдохнул. Время шло, мы выпили ещё вина и покурили ещё. Я был сильно возбужден и отчаянно хотел сделать необратимый шаг, но сдерживался, боясь испортить волшебный вечер. В конце концов бабушка встала.

— Если я ещё выпью вина и покурю, я не буду отвечать за свои поступки внучек.

— Мне подходит, — сказал я, чувствуя, что вечер вот-вот ускользнёт из моих досягаемости.

Бабушка рассмеялась и, как и прошлым вечером, наклонилась и поцеловала меня на ночь. На этот раз она позволила поцелую задержаться и немного приоткрыла рот. Почти задыхаясь, я положил правую руку ей на затылок и очень аккуратно усилил давление. Мы целовались так как минимум тридцать секунд, что звучит недолго, но если это первый раз, когда ты действительно целуешь бабушку! В конце концов она отстранилась.

— Спасибо Сережечка, это было прекрасно, вечер был замечательным. Ты заставляешь меня чувствовать себя особенной Она снова поцеловала меня и медленно вышла из кухни.

В течение следующих нескольких дней мне пришлось действительно заняться учебой, и я закрылся в своей комнате, почти не видя бабушку и занявшись заданиями, которые слишком долго оставались невыполненными. Однажды утром мне позвонила мама и спросила, есть ли у меня планы на день рождения бабушки в ближайшую субботу. Конечно, у меня не было ни малейшего предположения, что сегодня её день рождения.

— Да, я приглашаю её на ужин, чтобы поблагодарить за всё, что она для меня сделала, — импровизировал я, и всё, что надеюсь, она сделает для меня в будущем, добавил молча.

Мама была очень довольна и назвала меня добрым и бескорыстным мальчиком, за что мне было немного стыдно.

— Бабушка, — сказал я за ужином, — «Я хотел бы пригласить тебя поужинать в субботу вечером, чтобы отпраздновать твой день рождения и поблагодарить за то, что ты заботилась обо мне, пока я здесь живу». Она была тронута.

— Спасибо, это прекрасная мысль, но как ты сможешь позволить себе это? Ведь не дешёвый вечер в ресторане, знаешь ли! Она рассмеялась над моим замешательством.

— Извини, что дразню тебя, я бы с радостью пошла, но плачу я. Я начал возражать, но она меня прервала.

— Мой подарок на день рождения будет красивым. Мне понравилась твоя внимательность Сережа. Тем не менее, она была права, я не мог себе это финансово позволить.

Будучи студентом, у меня не было обширного гардероба, и честно говоря, я был немного неопрятным. Поэтому, я постарался на субботу: «Вымыл и подстриг волосы, аккуратно побрился, надел приличный пиджак, брюки и очень стильную рубашку, которую бабушка подарила мне на прошлый Новый Год. Я даже отполировал обувь». Бабушка появилась незадолго до того, как приехало такси. Она выглядела потрясающе. Чёрные чулки, красное шелковое платье в стиле футляров, маленький чёрный пиджак и чёрные туфли. Снова она аккуратно покрасилась и собрала волосы назад. Она нанесла тёмно-красный лак для ногтей. Я почти потерял дар речи.

—Ну, как я выгляжу, нормально?

— Ты, бабушка выглядишь потрясающе.

— Я стану предметом зависти всех мужчин в ресторане. И, наверное, некоторых женщины тоже, подумал я, но воздержался это сказать бабушке.

Ресторан, в котором я забронировал столик, оказался на самом деле довольно хорошим. Персонал заставлял чувствовать себя комфортно, обслуживание было отличным, еда была нормальной, а самое главное, нам предоставили отдельный столик в тёмном углу ниши рядом с главным залом. Стол был круглым и довольно маленьким, с одной стороны радиатор, поэтому нам пришлось сидеть довольно близко друг к другу, что меня устраивало. Вся эта ситуация нервно возбуждала меня с бабочками в животе и зарождающейся эрекцией члена. Мы постоянно разговаривали. Это был замечательный вечер. На середине основного блюда я сдвинул правую ногу, которая была немного затёкшей, и встретился с левой ногой бабушки. Я пробормотал «Извини», и начал откидывать ногу назад, но она улыбнулась и, положив руку мне на ногу, потянула её к себе.

— Места мало, так что не переживай о небольшом контакте. Зарождающаяся эрекция, которая тлела с перерывами большую часть трапезы, теперь раздулась, до рабочего размера. Остаток трапезы был мечтой, о остром контакте и борьбе с желанием прикоснуться к ней и даже поцеловать. За чашкой кофе, я посмотрел ей в глаза, надеясь, что это будет намёк.

— Это был один из самых приятных вечеров в моей жизни.

Бабушка улыбнулась и протянула руку, чтобы взять меня за руку.

— Спасибо! Сережа! У меня был очень прекрасный вечер. Ты ещё молод, но знаешь, как обращаться с женщиной и заставлять её чувствовать себя особенной. А с твоей внешностью это будет смертельно опасное сочетание. Я протянул ей другую руку, и мы сидели так несколько минут, пока не появился официант с счётом.

В такси домой мы оба сели на заднее сиденье, и когда мы отправились в путь к бабушкиному дому, я снова взял её за руку, приложив небольшое давление. К моей радости, она ответила давлением и немного придвинулась ко мне ближе на сиденье. Воодушевлённый, я другой рукой погладил тыльную сторону её ладони, в какой-то момент даже поднёс её к губам и нежно поцеловал.

Дома я придержал входную дверь, для бабушки и закрыл её за нами. В такси я достиг предела нервного волнения и знал, что если не начну действовать сейчас, возможно, никогда не смогу. Не говоря ни слова, я встал перед ней и положил ладони по обе стороны её талии, мягко притягивая её к себе и давая ей достаточно времени отстраниться. Она подошла, ко мне без сопротивления, и мы оба слегка наклонили головы и закрыли глаза, для первого поцелуя. На этот раз не было сомнений в намерениях. Её рот открылся навстречу моему, и кончик её языка скользнул в мой рот, чтобы скользнуть, по моему. Мои руки обняли её, а её — мою шею, и мы были заперты в самом страстном поцелуе в моей жизни.

Бабушка была потрясающей: «Исследовала мой рот языком, сосала и покусывала мои губы, давила на затылок, чтобы усилить контакт. Моя рука скользнула, по шелковистости её спины и легла на ягодицы. Я притянул её к себе, прижимая её пах к своей эрекции. Несколько секунд она целовала меня ещё дико, даже слегка стонала, прежде чем отстраниться и посмотреть на меня с яростным взглядом».

Я приготовился к неизбежному чувству вины и «Это так неправильно». Что она сказала:

— Сережа, мы достигли точки не возврата. Мы подходим к этому уже несколько недель. Мы либо остановимся здесь, либо ложимся спать вместе.

— Ты что выберешь?

— Спать, — сказал я, едва веря, что все мои мечты вот-вот сбудутся. Моя потрясающая, сексуальная бабушка, как раз собиралась отвести меня к себе в кровать.

— Принеси нам обоим по бокалу вина. Нам нужно поговорить, прежде чем делать что-то ещё, и на самом деле косяк был бы отличной идеей, если у тебя он есть.

Мы сидели на диване, потягивая и обмениваясь сигаретой, я обнимал бабушку, за талию.

— Возможно, ты думал, что я воскликну с удивлением, насколько всё это неправильно?

— Ну да, я так и думал, что ты это скажешь бабушка.

Екатерина Сергеевна сделала большой глоток вина.

— Инцест, если он включает несогласие, жестокое обращение с детьми и не дай бог, генетические дефекты, — это совершенно неправильно. Если речь идёт о двух взрослых, которые не могут зачать детей, я не вижу в этом вреда. Я уверена, что это не широко распространённый принцип, поэтому прежде чем мы сделаем последний шаг, ты должен пообещать, что никому не расскажешь, ни при каких обстоятельствах.

— Понятно?

— Полностью.

— Хорошо, извини, что так говорю, я хочу этого так же сильно, как и ты, наверное, даже больше. Я уже много лет без мужчины, но это должен быть наш секрет. Никаких неподобающих прикосновений на публике, никаких двусмысленных мыслей, ничего намекающего на то, что мы любовники.

— Обещаю бабушка, — сказал я, наклонившись и снова поцеловав её.

— Ну что же, пойдём в кроватку?

Не сказав ни слова, мы пошли в её спальню, а не в мою комнату. У неё была отличная большая кровать. Повернувшись ко мне, мы снова поцеловались, страсть росла. Снова я обхватил её ягодицы руками и прижал её пах к своему каменно твёрдому члену. Бабушка прервала поцелуй и начала расстёгивать пуговицы на моей рубашке, снимала её с меня и начала расстёгивать ремень. С расстёгнутыми брюками она оттолкнула меня обратно на кровать и сняла их вместе с носками. Опустившись на колени между моих ног, она просунула руки, под пояс моих трусов.

— Я несколько раз чувствовала твой член сквозь твои штаны, теперь хочу увидеть, потрогать и попробовать. Я приподнял бёдра, позволяя ей стянуть трусы вниз и снять их. Я был невероятно возбуждён, и пред эякулят сочился, из головки моего члена. Бабушка слегка ахнула.

— Внучек, какой у тебя большой и толстый член. Она обхватила мой член вокруг шлема, размазала соки и скользнула рукой по стволу, забрав за собой мою крайнюю плоть. Я сглотнул и громко ахнул, когда бабушка взяла головку моего члена в рот, нежно проводя языком по головке. На ней была красная помада та, что осталась после нашего поцелуя, и видеть, как её губы скользят по моему члену, было потрясающе. Она взяла примерно первые пять сантиметров, прежде чем снова поднять рот. Одна рука была на моём бедре, другая обхватывала моя яйца, тёмно-красные ногти нежно царапали зубчатую кожу. После того как она втягивала мой член в шесть или семь раз, она начала лизать мой ствол, начиная с яиц, под корнем, и дразнила языком вверх и поверх моего шлема. Я оставался пассивным, кроме как протянул руку и погладил её по голове, пока она доставляла мне удовольствие. В конце концов она отпустила мой член и встала.

— Сними с меня платье, Сережа!

В восторге от её слова, я расстегнул молнию на нём и натянул на голову, увидев, что на ней чёрные шелковые трусики, чёрный кружевной пояс и подходящий бюстгальтер. Мы снова поцеловались. На этот раз, я скользнул руками под её трусики, чтобы провести ими, по обнажённой ягодицам, а затем расстегнул бюстгальтер. Она отступила, чтобы снять бюстгальтер с плеч, и впервые я увидел её обнажённую и красивую грудь. Они были полными, но не неприятными, с большими тёмными сосками. Поцеловавшись снова, я почувствовал, как они прижимаются к моей груди. Мои руки потянулись к её трусикам, и я аккуратно поднял их вверх, чтобы вдавить ластовицу, во влагалище. Бабушка ответила, двигая бёдрами вперёд, чтобы усилить ощущение. Она целовала и кусала меня за шею, проводила ногтями по спине, вонзившись ими в мои ягодицы.

— Оставить чулки на мне Сереженька! — прошептала мне на ухо бабушка. «Я люблю носить чулки, когда меня трахают».

— Да! Прошептал в ответ я.

Я опустился на колени, стянул с неё трусики и позволил ей выйти из них. Она переместилась на кровать и легла, раздвинув ноги. Её влагалище было восхитительно аккуратным и аккуратно подстриженным. Половые губы были золотисто-коричневого цвета и теперь были слегка приоткрыты, открывая гладкую, розовую внутренность влагалища. Опустившись на колени между её ног, я попытался использовать рот на нём.

— Нет, Сережа, я хочу, чтобы ты был внутри меня, мы можем сделать это позже.

Я взял её за лодыжки и поднял ноги, притягивая к себе, пока её промокшее влагалище почти не касалась головки моего члена. Мой железный твёрдый член приоткрыл её половые губы, когда я вошёл в неё полностью, опустился вниз, опираясь на локти и целуя её поднятое лицо. Мои бёдра двигались взад-вперёд, почти полностью вытягивая наружу и медленно отправляя обратно член внутрь влагалища. Бабушка застонала и обвила меня ногами в чулках. Её ногти вонзились мне в спину, и она толкнула бёдра, чтобы встретиться с моими, тяжело дыша и задыхаясь.

— Трахни меня, Сереженька, трахай меня своим большим членом, трахай меня до оргазма, трахай меня, трахай меня, дорогой.

Я начал увеличивать скорость и силу, сильно толкая её. Её влагалище было насквозь промокшим, но всё ещё тугим, для шестидесяти двухлетней рожавшей женщины. Её глаза затуманились, бабушка вздрогнула и закричала.

— Да...а!Господи! Я кончаю! Она издала последний дрожащий крик, вцепилась ногтями в мои ягодицы и, подняв голову, насильно коснулась моих губ, где расслабилась, пока мы целовались.

— Продолжай, дорогой, входи в меня, пожалуйста своим членом.

Я был только более чем готов подчиниться. Как мне удавалось удержаться от того, чтобы не брызгать в неё своим семенем, теперь я никогда не узнаю. «Я никогда не был так возбуждён. Я почувствовал накопление в яйцах и восхитительное покалывание, разливающееся, от основания члена».

— Бабушка! Я кончаю! Мой член выстрелил в её влагалище спермой. Она обняла меня за шею.

— Да, мой дорогой, наполни меня своей горячей спермой.

Поток спермы замедлился, и я был полностью вымотан. Я посмотрел на свою бабушку и нежно поцеловал её в губы.

— Спасибо, внучек, — ответила она. «Не думаю, что мне нужно рассказывать, как мне это понравилось и как я с нетерпением жду возможности сделать это снова, скоро с тобой?».

Она встала и исчезла в ванной комнате, появившись через несколько мгновений полностью голой.

— Сережа! Хочешь остаться со мной сегодня ночью? Я хочу, чтобы ты это сделал ещё несколько раз.

— С удовольствием! Бабушка, — ответил я.

Чуть позже мы лежали в объятиях друг друга, шептались и целовались. После короткой паузы, я понял, что бабушка уснула. Я мягко отстранился и нежно поцеловал её в лоб, затем повернулся и закрыл глаза, размышляя на несколько секунд, о невероятных событиях вечера и обещаниях будущего. Я тоже уснул.

После этого мы стали любовниками, и вот уже на протяжении нескольких лет мой член ублажает бабушкино влагалище...