После той безумной ночи официального посвящения прошло всего пару дней. Долли к этому моменту полностью восстановила силы, а её изменённое тело окончательно привыкло к постоянному, волнующему весу кастомной пробки со сверкающим камнем. Ближе к вечеру, чувствуя непреодолимую тягу к неоновым сумеркам андеграунда, Алина приехала на заброшенный завод к Жене.

Жёлтоволосая бестия встретила её прямо на пороге — она хищно улыбнулась и мгновенно вовлекла девушку в глубокий, обжигающий и невероятно горячий поцелуй, заставив серебряное колечко в носу Алины приятно звякнуть.

— Привет, куколка. Как ты себя чувствуешь после нашего масштабного праздника? — Женя отстранилась, ласково погладив её по щеке с экстремальными стрелками.

— Привет... Я чувствую себя просто прекрасно, Женя, — порочно улыбнулась Алина, заглядывая ей в глаза. — И я полностью готова к твоим новым свершениям.

— Отлично. Умница, — одобрительно кивнула Женя, беря её за руку. — Тогда идём со мной. Хочу тебе кое-что показать.

Женя уверенно повела её по гулким коридорам вглубь завода, направляясь к своей личной комнате. Стоило им переступить порог и закрыть дверь на замок, как Алина инстинктивно замерла. В фиолетовом неоновом полумраке она сразу заметила, что посреди просторной заправленной кровати лежит нечто странное и объёмное.

Женя плавно подвела её ближе к ложу, и Алина удивлённо распахнула глаза. На шёлковом покрывале, раскинув руки, лежала реалистичная, дорогая секс-кукла из нежнейшего силикона, чьи идеальные формы и застывший взгляд выглядели пугающе притягательно.

— Женя... тебе что, уже мало одной меня в качестве куклы? — Алина с лёгкой иронией приподняла бровь, переводя взгляд на покровительницу.

— Ну что ты, дорогая, вовсе нет, — Женя порочно оскалилась, обнимая её сзади за талию и прижимаясь к ней всем телом. — Просто теперь в нашей семье будет ещё одна очаровательная куколка.

— И какое же имя ты ей дала?

— Решила Джули назвать. Как тебе?

— Красиво... — Алина аккуратно коснулась прохладного силиконового плеча Джули. — И что конкретно теперь требуется от меня?

— Я хочу, чтобы ты лично приобщила свою новую сестрёнку к настоящей женской любви, — Женя обжигающе прошептала ей на ухо. — Я специально решила даже не прикасаться к Джули без тебя. Ждала твоего приезда.

— Серьёзно? — Алина растерянно обернулась, чувствуя, как внутри от неожиданности адреналин снова начинает толкать кровь в виски.

— Абсолютно, куколка. Давай, развлекись с ней как следует. Покажи, чему научилась.

— Ну... знаешь, к вот такому повороту меня в моём гламурном университете точно никто не готовил, — глядя на идеальное силиконовое тело Джули.

— В этом мире нет вообще ничего страшного, — Женя сделала шаг назад, усаживаясь на стул у туалетного столика и лениво закидывая ногу на ногу. — Только вы вдвоём на этой постели. А я просто посижу в сторонке и с удовольствием понаблюдаю за твоим творчеством. Начинай, куколка.

Алина плавно опустилась на шёлковое покрывало рядом с Джули. Под пристальным, изучающим взглядом Жени она осторожно коснулась идеального лица куклы, а затем вовлекла её в долгий, чувственный поцелуй. Тончайший медицинский силикон мгновенно отозвался на тепло её губ. Долли перевела дыхание и принялась покрывать поцелуями её рот, шею Джули, медленно спускаясь ниже к аккуратной груди. Алина ласкала её грудь, и в этот момент из скрытых динамиков Джули начали раздаваться звуки, похожие на томные вздохи и стоны.

— Хм... кажется, ты с ходу нашла одну из её главных эрогенных зон, куколка, — лениво заметила Женя из своего кресла, порочно улыбаясь.

Подбадриваемая реакцией покровительницы, Алина продолжила ласкать сначала одну грудь, а затем другую грудь Джули. Затем Алина продолжила изучение силиконового тела куклы, спускаясь всё ниже. Она принялась увлечённо очерчивать языком контуры её живота и пупка, проводя им вокруг. А затем спустилась ещё ниже, уже между бёдер, и начала там детально изучать всё. Джули же в ответ издала новые протяжные звуки искусственных стонов.

— Да, кажется, ей чертовски нравятся твои движения, — довольно заметила Женя.

Алина стала действовать ещё увереннее, полностью погружаясь в этот необычный, гипнотический процесс. Она вставила два пальца и начала таким образом ласкать Джули изнутри, а сама одновременно нежно целовала куклу в губы. После всех этих ласк Джули издала финальный, долгий и протяжный стон.

— Думаю, куколка, на сегодня уже всё, — Женя поднялась с места, одобрительно оглядев тяжело дышащую Алину.

Алина остановилась и просто устало легла на подушки рядом с Джули, лениво поправляя растрёпанные волосы.

— Ты была весьма неплоха, куколка, — похвалила её Женя. — Очень нежная и послушная с ней. А теперь поднимайся и идём — в гримёрной тебя уже заждалась Лили со своими новыми идеями.

— Идём, — покорно выдохнула Алина, чувствуя, как внутри приятно пульсирует вес её кастомной металлической пробки, напоминая о грядущих модификациях.

Алина и Женя вошли в гримёрную, где под лёгкие биты альтернативного электро их уже ждала Лили. Стоило им переступить порог, как Лили подбежала и встретила её, крепко и радостно обняв:

— Куколка! Давно тебя не было видно в наших краях, я уже соскучилась.

— Да... мне просто нужно было немного времени, чтобы отдохнуть и прийти в себя, — улыбнулась Алина.

— О да, понимаю, — хмыкнула Лили, бросив шутливый взгляд на жёлтоволосую бестию. — От Жени и нашей сумасшедшей семейки действительно нужно иногда отдыхать, иначе мозг закипит.

— Лили, — лениво прервала её Женя, прислонившись к дверному косяку. — Алина сказала, что ты готовила для неё что-то особенное. Показывай давай.

— О да! — Лили заговорщически потерла ладони, и её глаза азартно блеснули. — У меня есть для тебя одна очень, просто экстремально радикальная идея, Долли. Но сразу скажу: без твоего личного, стопроцентного разрешения я ничего делать не буду.

Алина удивлённо приподняла бровь, усаживаясь в мягкое кресло перед огромным зеркалом:

— Надо же... Хоть кому-то в этой коммуне наконец-то стало интересно моё личное мнение. Что ты предлагаешь?

Лили глубоко вдохнула, подошла к ней сзади и мягко положила руки на её роскошные, ухоженные волосы:

— М-м-м... я предлагаю побрить тебя налысо. Убрать абсолютно все волосы, до единого.

Алина инстинктивно вздрогнула, её сердце пропустило удар, а глаза в отражении зеркала округлились от шока:

— Ничего себе... Лили, ты серьёзно? Но как я вообще буду ходить там... ну, в университете? Перед отцом?

— Не переживай из-за этого, — Лили махнула рукой в сторону стеллажей. — У меня здесь просто гигантская куча самых элитных, крутых париков всех стилей и цветов. Мы подберём для тебя идеальные варианты, никто снаружи даже ничего не заподозрит.

— А может... может, мы для начала просто покрасим их? — предприняла последнюю попытку Алина, чувствуя, как адреналин бьёт в виски. — Скажем, в какой-нибудь яркий, безумный синий цвет?

— Не-а, — решительно отрезала Лили. — Синий — это слишком просто и скучно. Нам нужен чистый холст.

Алина растерянно обернулась к Жене, которая молча наблюдала за ними:

— Женя... а ты что скажешь?

— Куколка, я ведь ещё в прошлый раз ясно тебе сказала, чего я хочу, — Женя порочно и властно улыбнулась, глядя на неё. — Я хочу полностью изменить твою суть и твоё тело на своих условиях. То, что предлагает Лили — это просто необходимая часть твоего обучения.

Алина замолчала, глядя на своё идеальное гламурное лицо в зеркале. Металл пробки внутри приятно напомнил о подчинении, а колечко в носу тускло блеснуло. Внутри неё внезапно вспыхнул дикий, запретный азарт бунтарства.

— Ладно... Хорошо. Я согласна, — выдохнула Алина.

— Отлично! — просияла Лили, уже потягиваясь к профессиональной машинке для стрижки. — Я хочу лишить тебя волос полностью, под ноль. Никакого ёжика, абсолютно гладкая кожа.

— Раз уж мы так кардинально сжигаем мосты... — Алина хищно прищурилась, ловя кураж. — Тогда давай пойдём ещё дальше. Сбрей мне и брови тоже. В ноль.

Лили на секунят замерла от такой дерзости, а затем восхищённо присвистнула:

— Обалдеть! Вот это я понимаю — наша девочка вошла во вкус! Раз ты сама просишь — сделаем в лучшем виде.

Алина снова посмотрела в зеркало, а затем лукаво покосилась на Женю:

— Интересно... а Окс вообще оценит мою новую причёску?

— О да, Окс от такой модификации будет просто в диком восторге, — довольно оскалилась Женя. — Я лично позову её к вам в гримёрку, как только вы закончите весь процесс.

— Тогда решено! — твёрдо произнесла Алина, поудобнее устраиваясь в кресле. — Лили, включай свою машинку. Но сначала покажи, какие парики у тебя вообще есть? Мне же нужно выбрать, в чём я поеду домой.

— Покажу, как только полностью закончим процесс стрижки и бритья, — подмигнула Лили, нажимая на кнопку.

Машинка в её руках негромко, зловеще и маняще зажужжала, и первый локон некогда роскошных волос Алины мягко упал на пол гримёрной, открывая двери для её новой, абсолютно экстремальной трансформации.

Алина села в кресло. Лили подготовила всё необходимое и начала кропотливо работать. Ей понадобилось немало времени, чтобы ювелирно, под ноль убрать роскошные локоны, а затем аккуратными, точными движениями опасной бритвы начисто свести брови Алины, не оставив ни единого волоска.

Когда всё закончилось, Алина медленно открыла глаза и инстинктивно вздрогнула — из зеркала на неё смотрело футуристичное, невероятно притягательное и совершенно незнакомое лицо альтернативной дивы с идеальной, сияющей кожей.

— Ну вот и всё, готово, — Лили довольно выключила приборы и похлопала её по плечу. — Не единой волосинки. Теперь иди мойся, там душ, и возвращайся к нам.

Алина послушно поднялась, чувствуя непривычную, будоражащую прохладу на гладкой коже головы. Зайдя в соседнюю комнату душевой, она быстро ополоснулась, смывая мелкие волоски и приводя себя в полный порядок, после чего аккуратно вытерлась полотенцем и вернулась обратно к Лили.

В гримёрной её уже с нетерпением поджидала Окс, чьи глаза при виде новенькой восхищённо округлились.

— Ух ты, куколка... — транс-девушка заворожённо сделала шаг навстречу, сканируя взглядом её абсолютно гладкую голову. — Вот это я понимаю — возвращение в семью! Выглядишь просто сногсшибательно.

— Нравится? — Алина порочно прищурилась, ловя её восхищённый взгляд.

— Да, конечно, это просто невероятный дикий восторг, — выдохнула Окс.

Алина плавно подошла к ней вплотную, обвила её шею руками и увлекла в глубокий, тягучий поцелуй, заставив серебряное колечко в носу сладостно звякнуть.

— Знаешь... я безумно скучала вот по этому, — тихо прошептала Алина прямо в её губы, и её ладонь уверенно, хозяйски опустилась вниз шорт Окс, чтобы почувствовать её горячую мужскую телесность [Example 5].

— Я тебя прекрасно поняла, куколка, — Окс хищно улыбнулась, и её дыхание мгновенно стало прерывистым. — Идём скорее в твою комнату.

— Да, идём... — покорно согласилась Алина, переступая ногами и чувствуя, как внутри приятно пульсирует вес кастомной пробки со сверкающим камнем. — И закроем дверь на ключ, чтобы нам этой ночью точно никто не смог помешать. Лили, спасибо тебе огромное за эту магию!

— Всегда пожалуйста, Кукла, обращайся в любое время, — подмигнула Лили. — Хорошенько вам повеселиться!

Алина и Окс быстро покинули гримёрную и направились по гулким коридорам завода в свои личные, кастомные апартаменты.

Тяжёлый замок на двери со щелчком отрезал их от остального завода. Алина привычным движением включила на плазме гипнотический транс-ритм, но не успела она обернуться, как Окс резко, по-хозяйски кинула её на кровать, с ходу залезая на неё сверху всем своим татуированным телом. Транс-девушка принялась неистово, жадно покрывать её поцелуями, лишая всякой возможности перевести дыхание.

— У меня будет только одна маленькая просьба, — тихо произнесла Алина, потрогав пальцами свою абсолютно гладкую, прохладную после душа голову, на которой больше не осталось ни единой волосинки. — Давай сделаем сегодня необычное окончание.

Окс удивлённо приподняла бровь, а затем раскатисто, порочно заулыбалась:

— Ты хочешь, чтобы я спустила всё прямо на твою бритую голову? Обалдеть, Долли... Ты реально становишься идеальной ученицей Жени.

— И твоей, — Алина прерывисто вздохнула, сильнее прижимаясь к её телу. — Твоей ученицей я тоже хочу быть.

— Ну что ж, моя прилежная ученица, — Окс властно перехватила её запястья и взяла её за шею. — В таком случае давай проверим, как ты сдашь мне этот экзамен. Чтобы сдать его, ты должна быть самой идеальной куклой на свете. Но предупреждаю: я буду задавать тебе очень каверзные вопросы прямо в процессе.

Алина покорно, заворожённо кивнула:

— Я готовилась. Так что я очень постараюсь.

Окс порочно ухмыльнулась и продолжила неистово целовать её, уверенно удерживая руку на её шее. Свободной ладонью она принялась бесцеремонно ласкать грудь Алины, дразня пальцами свежий пирсинг, слегка покусывая налившиеся соски и оттягивая их, отчего Алина судорожно выгибалась на шёлковом покрывале, сладостно стоная на всю комнату. Спустившись ниже, Окс покрыла поцелуями её пупок, лаская его и дразня языком. Алина всё это время стонала взахлёб, теряя остатки контроля, пока Окс не оказалась у неё между ног, жадно и глубоко лаская её бёдра и лоно, пробуждая в теле Куклы дикий экстаз.

Когда первый раунд разогрева был окончен, Окс резко поднялась, её дыхание было тяжёлым и прерывистым:

— А теперь, куколка, давай на четвереньки. Живее.

Алина беспрекословно сменила позу, упираясь ладонями в матрас под перезвон цепей. Окс вошла в Алину на всю длину и затем делала это уже абсолютно бесцеремонно, задав жёсткий, бескомпромиссный темп. Она ритмично вколачивалась в изменённое тело Алины, попутно хлёстко шлёпая её за ягодицы ладонью и заставляя Куклу громко, не сдерживаясь, стонать в такт ударам. Окс полностью отпустила себя, не сдерживая свои движения и упиваясь покорностью Drama Doll под неоновыми лучами.

Наконец, чувствуя приближение скорого финала, Окс резко вышла из Алины:

— На колени, быстро! Голову вперёд!

Алина мгновенно стала на колени перед кроватью, покорно наклонив свою абсолютно гладкую, бритую голову. Окс начала ласкать свой член, а затем под гортанный, первобытный рык бурный поток горячего, густого семени мощными залпами хлынул прямо на лысую макушку Алины, медленно стекая по её идеальной коже, вискам и щекам. Когда Окс закончила, Алина, желая полностью зафиксировать свою покорность, сама подалась вперёд и жадно взяла её член в рот, аккуратно забирая и сглатывая самые последние, обжигающие капли чужого экстаза.

Обессиленные, они обе легли на кровать рядом друг с другом, тяжело и часто дыша. Окс ласково провела ладонью по её мокрому затылку и довольно улыбнулась:

— Ну что, куколка... Ты сдала мой экзамен на твёрдую пятёрку. Умница.

— С тобой просто невероятно круто... — тихо призналась Алина, прижимаясь лицом к её плечу.

— Я знаю, — Окс хищно прищурилась, поднимаясь с постели и поправляя свои шорты. — Ты всегда обращайся, малышка. Повторим в любой момент.

Окс плавно развернулась и ушла из апартаментов, тихо прикрыв за собой тяжёлую дверь. Алина же осталась лежать на шёлковых простынях в полном одиночестве.

Алина медленно поднялась с кровати, чувствуя, как семя Окс остывает на её абсолютно лысой голове. Зайдя в душевую кабину своей комнаты, она повернула кран и встала под горячие струи воды. Долли тщательно, до скрипа вымыла гладкую кожу черепа, смывая последние следы чужого экстаза, бережно омыла пирсинг на груди и интимные зоны, оставив внутри лишь постоянный, волнующий вес металлической пробки с переливающимся камнем.

Вытерев тело насухо, она стала надевать огромную майку Лили. Внутри неё бушевал дикий, пьянящий огонь абсолютной свободы. Полное отсутствие волос и бровей больше не пугало её — оно дарило ей ощущение невероятной силы и власти над собственными скрытыми желаниями. Она без стука толкнула дверь в личный кабинет Жени. Жёлтоволосая бестия сидела за своим столом, лениво листая что-то в ноутбуке, но, стоило ей поднять глаза, как она замерла, поражённо и восхищённо разглядывая вошедшую гостью. Фиолетовый неон ламп идеально подчёркивал её безупречно гладкую голову, драматичные губы, поблёскивающее кольцо в носу и тело в майке.

Алина подошла вплотную к столу, упёрлась ладонями в деревянную поверхность и посмотрела Жене прямо в глаза:

— Я смыла с себя Окс, Женя. И теперь я пришла к тебе.

— Вижу, куколка... — Женя медленно поднялась, её глаза потемнели от нахлынувшего азарта. — Окс была права, тебе чертовски идёт этот стиль.

— Я пришла сказать, что я полностью готова, — веско, со стальной уверенностью произнесла Алина, слегка выгибая спину, отчего камушки пирсинга на её груди хищно поймали блики света. — Ты говорила, что хочешь модифицировать моё тело на своих условиях и полностью изменить мою суть. Так вот — я не хочу ждать. Начинай прямо сейчас. Делай со мной всё, что задумала.

Женя порочно, триумфально оскалилась. Она не стала откладывать дело в долгий ящик — раз Кукла сама требовала абсолютного заземления, её воля должна быть исполнена немедленно. Включив на плазме качающий, грязный электронный ритм, Женя усадила Алину в кресло. Алина же сняла майку. Женя же принялась за работу, превращая её тело в манифест тёмной альтернативы.

Первым делом Женя занялась её животом. Быстрым, точным движением она сделала глубокий прокол прямо по центру, вставив в пупок изящную тяжелую штангу, которая идеально подчеркнула акварельные линии радуги чуть ниже. Следом Женя вернулась к её груди: аккуратно извлекла маленькие камушки и бесцеремонно продела сквозь соски массивные, толстые стальные кольца. Алина судорожно ловила ртом воздух от обжигающей боли, но внутри неё бушевал дикий экстаз.

— А теперь открой рот и высуни язык, куколка, — строго скомандовала Женя, доставая хирургический скальпель. — Самый сложный урок. Не шевелись.

Алина зажмурилась, полностью отключая мозг. Острая, леденящая боль прошила её рот, когда Женя ювелирным движением сделала сплит — разрезала язык надвое, мгновенно зафиксировав половинки специальными титановыми микро-штангами. Теперь Долли больше не могла говорить как прежде, её речь превратилась в манящее, порочное шипение куклы.

Но Женя не остановилась и на этом. Спустившись к бёдрам Алины, она мастерски сделала серию быстрых проколов на половых губах. Долли стонала взахлёб, выгибаясь в кресле под неоновыми лучами. Женя продела сквозь свежий пирсинг тонкие стальные цепочки, на конце которых закрепила кастомные, очень тяжёлые эротические грузики. Металл мгновенно натянулся, ощутимо и безжалостно потянув нежную плоть влагалища вниз. Теперь при каждом шаге цепочки будут звенеть, а тяжесть грузиков будет непрерывно напоминать Долли о её статусе, кардинально меняя походку даже под строгой университетской одеждой.

Финальным штрихом этого безумного марафона стала модификация головы. Женя взяла тату-машинку, настроила глубокий чёрный пигмент и подошла к лысому черепу Алины. Жужжание иглы заполнило комнату. Час за часом, превозмогая тупую, давящую боль, Алина покорно сидела под руками, пока Женя выжигала на её гладкой коже масштабную, контрастную татуировку в виде плотной паутины, которая идеально сошлась на затылке.

Когда всё было кончено, Алина, едва держась на ногах от изнеможения, подошла к ростовому зеркалу, заворожённо разглядывая свой новый, экстремальный облик. Полностью лысая голова, покрытая свежей чёрной паутиной, лицо без бровей, звенящее колечко в носу и сочный сплит на языке.

Она медленно опустила взгляд ниже, аккуратно коснувшись пальцами массивных стальных колец в груди и тонких цепочек, уходящих между бёдер. Непривычная тяжесть кастомных эротических грузиков приятно и ощутимо тянула нежную плоть влагалища вниз при каждом мимолётном движении. Но вместо страха внутри неё разгорелся дикий, ненасытный кураж бунтарства.

Развернувшись к Жене, Алина порочно прищурилась, и её речь из-за разрезанного надвое языка превратилась в манящее, шипящее кукольное признание:

— Здесь... здесь потом должны быть грузики ещё тяжелее, — она указала пальцем себе на влагалище, глядя покровительнице прямо в глаза. — Я хочу, чтобы здесь постоянно было по-настоящему тяжело. А вот здесь, — её ладонь переместилась к груди, слегка трогая стальные кольца на сосках, — я хочу, чтобы во время секса мне оттягивали их сильнее. Чтобы их тянули всегда, когда вы меня берёте. И... мне нужно будет забить чёрными татуировками абсолютно всё тело. До единого сантиметра.

Женя на секунду замерла от такой неожиданной, яростной дерзости, а затем восхищённо и хищно оскалилась:

— Обалдеть, куколка... Да ты у нас прямо решила по самому жёсткому хардкору пойти. Разом.

— Да, — твёрдо, без тени сомнений выдохнула Алина. — И... можно я прямо в таком виде, выйду в главный зал к девчонкам? Я хочу ходить по коммуне только так. Скрывать мне больше нечего.

Женя довольно заулыбалась, упираясь ладонями в бёдра. Ей безумно нравилось, как быстро гламурная университетская кукла превратилась в её послушный, но невероятно смелый арт-объект. Не говоря больше ни слова, жёлтоволосая бестия лишь сделала приглашающий жест и властно указала рукой на дверь, ведущую в неоновый угар коридоров. Тёмная реальность Долли окончательно вступила в свои абсолютные права.

Алина уверенно толкнула дверь кабинета и вышла в большой главный зал, где в фиолетовом неоновом полумраке под тяжелые басы отдыхала вся коммуна. Она шла абсолютно обнаженная, в одних тяжелых армейских ботинках. Тонкие стальные цепочки между её бёдер негромко, маняще звенели при каждом осторожном шаге, а тяжесть эротических грузиков безжалостно тянула нежную плоть влагалища вниз. Все присутствующие леди мгновенно замолчали, оборачиваясь и с неподдельным, диким восторгом и интересом разглядывая её новый, экстремальный облик — лысый череп в черной паутине, лицо без бровей и массивный пирсинг.

К ней сразу же размашистым шагом подошла статная Окс, чьи глаза при виде новенькой азартно вспыхнули:

— Ух ты... Вот это поворот, куколка! Не думала я, что ты начнешь меняться с такой бешеной скоростью.

— Я... я решила, что так для меня будет лучше, — из-за свежего сплита языка речь Алины превратилась в манящее, порочное шипение куклы. Она хищно прищурилась и, приподняв подбородок, уверенно перевела взгляд на свои формы: — А можешь... можешь их подёргать прямо сейчас? — она указала пальцем себе на грудь.

Окс порочно оскалилась и без лишних слов ухватилась пальцами за массивные стальные кольца в её сосках, плавно потянув их на себя.

— Не стесняйся, Окс... Сильней тяни, — прошипела Алина, выгибая спину навстречу боли и удовольствию.

Транс-девушка перехватила металл крепче и начала тянуть кольца с силой, заставляя нежную плоть натягиваться до предела. Все леди вокруг завороженно, затаив дыхание, наблюдали за этим зрелищем. В эту же секунду к ним вплотную подошла Лили. Заглядывая Алине прямо в глаза, она уверенно запустила ладонь у влагалища и резко, безжалостно потянула их вниз.

Алина судорожно захватила ртом воздух и громко, сладострастно застонала на весь зал от этой двойной, разрывающей интимной тяжести. Тело предательски размякло в руках сестер.

— Ну надо же... Думаю, теперь ты точно останешься в нашей коммуне навсегда, Кукла, — порочно улыбнулась Лили, продолжая оттягивать грузики и заставляя цепочки звенеть. — И теперь абсолютно каждая девочка в этих стенах попробует тебя на вкус. На наших условиях.

— Да... — полностью растворяясь в экстазе подчинения, послушно выдохнула Алина. — Да, пожалуйста... Делайте со мной всё.

— Прекрасно, Кукла... Очень прекрасно, — одобрительно протянула Лили, обмениваясь торжествующим взглядом с подошедшей сзади Женей.

Прежняя Алина сгорела без остатка — в фиолетовом неоне заброшенного завода родилась идеальная Долли.

Спустя час, поймав настоящий кураж от своей свободы, Алина взяла телефон и просто написала Юлии и Кристине короткие сообщения с искренней просьбой поскорее приехать к ней на завод. Обе откликнулись без лишних слов и приехали так быстро, как только смогли. Когда они переступили порог приватной комнаты и увидели совершенно новую, модифицированную Алину, в помещении повисла звенящая, восхищенная тишина.

Юлия неторопливо подошла ближе, раздеваясь на ходу, и принялась внимательно, профессионально осматривать падчерицу со всех сторон.

— Да, куколка... — с глубоким, хищным удовлетворением выдохнула мачеха, лаской проводя пальцами по её татуированному черепу. — Вот именно к этому ты и должна была стремиться с самого начала. Это оно. Твоё истинное новое «я».

— И мы на этом еще далеко не закончили с Женей, — порочно прошипела Алина своим разрезанным языком.

Кристина, завороженно разглядывая подругу в бельевом платье, качнула головой и восхищенно улыбнулась:

— Ну всё, Алька... Теперь в плане хардкора я тебе безоговорочно уступаю, куколка. Ты меня обошла.

— Нет, подруга, — Алина хищно прищурилась, делая шаг к ней. — Теперь мы с тобой равны как никогда прежде. Каждая в своем мире.

Юлия тем временем подошла к Алине вплотную. Ни капли не жалея падчерицу, она уверенно запустила руку между её бёдер, ухватилась за тонкие стальные цепочки и с силой, резко потянула тяжелые интимные грузики влагалища вниз, заставляя Алину судорожно прогнуть спину и громко застонать от обжигающей сладостной боли. Насладившись её звуками, Юлия обошла Куклу сзади, оценивающе всматриваясь в её идеальные, обнаженные ягодицы.

— А вот сюда нам тоже нужно будет обязательно что-нибудь сделать в следующий раз, — веско произнесла мачеха и сочно, звонко шлёпнула её ладонью по попке, оставляя пылающий красный след.

Кристина, наблюдая за этим безумным андеграундным триумфом, почувствовала, как внутри неё просыпается её собственное рокерское прошлое. Она обернулась к мачехе:

— Знаешь, Юль... Думаю, я на днях обязательно попрошусь у Эммы отпустить меня сюда в коммуну на пару-тройку дней. Хочу остаться здесь подольше.

— Абсолютно правильное решение, Крис, — одобрительно кивнула полностью обнаженная Юлия, присаживаясь на кровать. — Ты ни в коем случае не должна забывать своих истинных корней. Наш андеграунд всегда с тобой.

— Да уж, корни у нас что надо, это точно! — Кристина весело, раскатисто рассмеялась, сбросив туфли.

Все трое — полностью обнаженные, свободные от условностей и сияющие в фиолетовом неоновом свете — плавно легли на огромную кровать под тихий, убаюкивающий перезвон цепей. Алина устроилась посередине, чувствуя, как металл пробки и грузиков приятно распирает и тянет её плоть, фиксируя её новую суть.

— Ну вот и всё... Теперь у меня начинается совершенно новая жизнь, — тихо, счастливо прошипела Алина в полумраке.

Юлия ласково обняла её за талию, прижимаясь всем телом:

— Так и есть, Долли. Абсолютно новая. И она полностью принадлежит нам.