Солнце трудно пробивалось сквозь задвинутые шторы. Я перевернулась на бок и уткнулась носом в шерсть:

 — Свали отсюда, Жирдяй! — крикнула я на своего рыжего кота. Его кличка действительно Жирдяй. Он обиженно мяукнул и спрыгнул с кровати.

 — Собирайся, опоздаешь! — снизу прокричал мне отец.

 — Уже собрана! — прокричала я сонным голосом куда-то в пустоту.

Спустив ноги с кровати, и нащупывая пальцами ног тапочки, я продолжала спать. На автомате зашла в ванную, умылась и взглянула на себя в зеркало:

 — Мать твою! — испуганно отшатнулась я от зеркала, — это что за п***ц на моей голове?! — в зеркале отражались спутанные черные волосы, торчащие во все стороны, а одна прядь умудрилась «чудесным» образом запутаться в сережке.

Чуть не сломав расческу, я с горем пополам расчесалась, оделась, спустилась вниз. По-быстрому выпила молока, села на велосипед и поехала на работу. Лето только началось, школа осталась позади... По крайней мере, на три месяца, и чтобы хоть чем-то себя занять я устроилась фасовщицей в небольшой супермаркет, который был от фермы моего отца в двух километрах. Не очень много, но дорога проходила через небольшую сосновую рощу. Сама по себе колея была протоптанной, но старые серые сосны ветвились над головой, и было жутко ездить здесь поздно вечером.

И все-таки я успела. Приехала без пяти минут девятого. В девять открывается магазин для покупателей, и поэтому я оставила велосипед на стоянке для персонала, зашла в черный ход, пробила карту и пошла переодеваться.

***

Я заканчивала расставлять туалетную бумагу на полках, как зазвонил телефон в моем кармане. Взяв его в руку, я увидела номер отца.

 — Да пап?

 — Элизабет, ты сможешь сего... прийти... порань... к нам приезжают... вместе с сыном... Очень... Прошу

 — Пап, тебя плохо слышно. Папа? — в трубке раздавались короткие гудки. — Вот вечно он так — не дослушает до конца! — я кинула телефон в карман фартука.

***

 — За отгул после обеда, ты должна будешь работать в свой выходной. Ты меня поняла? — холодно разговаривал со мной главный менеджер. Этот скользкий блондин с зелеными глазами бесил меня больше всего в коллективе. Эти его гейские движения и манера тянуть буквы, словно патоку, заставляли меня представлять, как я раскатываю эту гадюку по полу отполированной битой...

 — Да, сэр, я поняла. Я вас не подведу. Спасибо! — прокричала я, выбегая из кабинета и стягивая с себя зеленую униформу магазина. «Чтоб тебя понос пробрал, Главный Менеджер, Стив Тонкс!!!»

Я со всех ног ринулась домой, соображая, что нужно сделать. «Так, если к нам приезжают гости, то нужно помочь отцу приготовить ужин и... О боже! Убраться в третьей спальне!» Перед моими глазами встал интерьер комнаты. Серые от пыли простыни на кровати, немытое окно, грязь на полу и много старой мебели, сваленной посередине комнаты, ввергли меня в ужас.

 — Папа, когда гости приезжают? — я залетела на кухню, как будто на улице меня поджидали волки.

 — Не беспокойся, они приедут после 11 вечера.

Я медленно перевела взгляд на часы. Они показывали без двадцати два.

 — Ты смеешься? Зачем тогда я отпрашивалась?

 — Отпрашивалась ты не зря. Мне нужно съездить за продуктами, а то у нас в холодильнике пусто, а урожая ждать до конца лета придется. На тебе уборка.

Я скорчила недовольное лицо. Отец, Джон Смит, знал, как меня раздражает убираться в огромном пустом доме, где жили мы с отцом, да кот Жирдяй. Все эти метры мы делили втроем, после смерти матери. Моя мать, Анжелика, умерла n лет назад — разбилась в аварии. Какой-то отбросок на высокой скорости въехал в ее правое крыло на машине, где она сидела. Мгновенная смерть. Я не помню ее похорон, потому что я была маленькой. Помню, что было очень много людей в черных костюмах, которые хлопали моего отца по спине и утешали его.

 — Да, еще, вспомнил отец, — почисти чердак. Туда поселим сына моего друга. Он, кстати, поступил в колледж недавно, так что не пугай его своими выходками. Он слишком впечатлительный.

 — Оке-е-й.

***

За уборкой и готовкой, пролетело время незаметно. Вот уже без пяти одиннадцать. Я устало бухнулась в кресло.

 — Ну и когда они приедут?

 — Скоро будут. Ты бы лучше себя привела в порядок

 — А это еще зачем? Сватать меня собираешься? — возмутилась я.

 — Нет, ты просто на себя посмотри, — кивнул отец в сторону зеркала в коридоре.

Я спрыгнула с дивана, как кошка, и подбежала к зеркалу. В зеркале отражалась хрупкая, восемнадцатилетняя брюнетка, с синими, бездонными глазами. Вот только лицо, с красивыми чертами, прямым носом и пухлыми губами, было испачкано грязью, в волосах спряталась паутина, а на шее было что-то черное и жирное.

 — Ладно, я в душ.

***

Горячая вода струилась по коже, забираясь в тайне уголки моего тела. Я пристально осматривала себя в отражении душевой кабины. Упругая грудь, красивой формы, плоский живот с запятой пупка, аппетитная попка с родинкой на правой ягодице, длинные стройные ноги, начинающиеся темной полоской волос на лобке. «Все это когда-нибудь достанется тому Единственному, который раскроет мой бутон» — думала я. Потом мысли плавно перешли на сторону секса. И вот, я представляю, как мой первый мужчина ласкает меня, кусает мои соски, сжимает ягодицы, а я извиваюсь у него на коленях. От таких мыслей моя киска потекла, и рука сама непроизвольно потянулась вниз. Пальчиками я раскрыла свои половые губки, слегка потерла их. Другой рукой я ласкала свою грудь, оттягивая и теребя соски. Рука поднялась чуть повыше, и вот, я стою в душе с разведенными ногами, и ласкаю свой клитор. Щемящее чувство, от которого хочется стонать, или кричать, заполняет меня всю. Я тереблю свой клитор, иногда похлопываю его. Проникнув двумя пальчиками в себя, я начинаю двигать их вверх-вниз. Слышу, что там уже хлюпает очень сильно, и это не вода. Еще немного и второй рукой я тру клитор. Через некоторое время, наступает сильная волна оргазма, которая захлестывает меня. Стиснув зубы, чтобы не закричать, я чувствую, как мои выделения струятся по ногам, а зажатые влагалищем пальцы, ощущают вибрацию в теле.

Опомнившись после оргазма, я быстро ополоснулась и вышла из ванной.

***

 — Хеее, здорова, Френк! — Мой отец обнялся с высоким мускулистым мужчиной. Он радушно пригласил его в дом, предварительно забрав у него чемодан. Вслед за Френком, видимо, зашел его сын. На вид, ему было лет 20, но как потом оказалось, он был старше меня всего лишь на год. Темно-русые волосы торчали во все стороны, черные глаза смотрели пронизывающе, а один уголок губ был выше, чем другой. Создавалось впечатление, что он злобно ухмыляется. От такого типчика у меня прошли мурашки по коже. Поставив сумки на пол, он разогнулся и посмотрел на меня. На его лице отразилось гремучая смесь чувств: удивление, интерес, азарт, веселье и... желание?? Ладно, я могу понять его удивление и желание — на мне были одеты короткие шортики из старых джинс, еле закрывающее мою задницу, и клетчатая рубашка, завязанная на груди узлом, откуда были видны аппетитные полушария. Но при чем тут азарт?

 — Лизи, познакомься, это мой давний друг — Френк Войт. Мы служили с ним вместе. А это его сын — Оливер. Ему 18. Накрой пока на стол, а я покажу гостям их комнаты.

***

Со второго этажа спустились отец с Френком, подошли к столу.

 — Лизи, Оливер не будет ужинать, говорит что устал. Отложи ему ужин и отнеси в комнату, пожалуйста. Захочет — поест хотя бы.

 — Хорошо.

Я шла по второму этажу, держа в руках поднос, на котором стояла тарелка с вареной кукурузой, фасолью, мясом и еще какими-то овощами. Рядом с тарелкой стоял графин с соком и стакан. Поднявшись на чердак, я заметила, что дверь чердака слегка открыта, и из нее сочился голубоватый свет. Поставив поднос на пол, я хотела было постучать, но услышала тихие стоны. Посмотрев одним глазом в щель, я вцепилась пальцами в косяк. Оливер лежал на тюфяке, который я ему положила. На его коленях был планшетник, который и издавал голубой свет. Но что самое интересное, Оливер лежал и дрочил свой огромный член, перевитый жилами, с грибообразной головкой.

От такого зрелища у меня стала намокать ткань трусиков. А мой гость так и лежал с закрытыми глазами, никого не замечал и наяривал свой лошадиный член. Я запустила руку себе в шортики, и попыталась уловить ритм Оливера. Через какое-то время мы одновременно поднимали и опускали руки. Почувствовала, что скоро будет оргазм, я облокотилась на дверь и упала...

Tо bе cоntinuеd...