Стоял теплый летний вечер, когда Оксана пригласила меня на свой

бал. Я согласился, ведь еще не было повода видеть ее в красивом вечернем платье.

Через 3 дня я наконец-то увидел ее во всей красе. Она была самой красивой девушкой на балу (ну или мне просто так казалось, ведь смотрел я только на нее. Ее черные волосы были аккуратно уложены в элегантную прическу, темно-синие глаза от макияжа стали еще больше и красивее. Нежно голубое платье открывало ее изящную шею и плечи.

И хотя ее фигура не была идеалом красоты, она не была похожа на тех подростков, которыми были ее одноклассницы.

Ее класс решил устроить бал на теплоходе. И вот настал долгожданный бал. Теплоход был просто обалденный (не зря Оксана училась в элитной школе-гимназии). Там было все как в ресторане, горели свечи, стоял нежный аромат цветов, верхняя палуба была украшена цветами, и маленькими лампочками разных цветов, что делало ее цвет каким то волшебным.

Сначала все веселились, играла громкая музыка, и на теплоходе было ужасно шумно. Через несколько часов зажигательные танцы всех порядком уморили, поэтому ребята включили медленную музыку и стали отдыхать. Все были изрядно подвыпившие, некоторые валялись в креслах, другие уходили по каютам, третьи продолжали танцевать.

Оксана не была пьяна, она сидела почему то грустная. Я сел рядом, она обняла меня.

«Пойдем погуляем», — улыбнулся я.

«Пойдем, а куда?», — спросила она.

«Ммм... а пойдем наверх, там такая красота» — ответил я, с взяв ее руку мы пошли наверх.

Когда мы поднялись наверх, то немного испугались. Мы заплыли под мост и вместо бесконечного неба увидели темный бетон. Но когда мы вновь оказались под звездным небом рты наши сами собой раскрылись а глаза заблестели. Мост, который только что нас испугал был золотой, а точнее горел. Тысячи огней было зажжено на нем. И вся вода была в золотых волнах и искрах. Он еще несколько минут горел, а потом стал обычным, и скрылся во тьме.

Почему то на верхней палубе никого не было, может потому что было прохладно, и выходить сюда в легких платьях девушки не решались. Но все было предусмотрено. На одном из диванчиков лежало несколько покрывал. Мы сели и укрылись.

«Как мне надоела эта прическа», — сказала Оксана, и выдернув несколько шпилек ее волосы упали на плечи. Ветерок раздул ее волосы, а огоньки стали играть на них. Она смотрела на небо, потом повернулась ко мне и поцеловала.

«Я люблю тебя», — чуть слышно прошептала она. Я еще крепче прижал ее к себе.

Стал целовать ее шею, плечи. Ее платье завязывалось сзади на шее, она легко развязала его. Лямки упали, открывая мне ее грудь. Я целовал ее грудь, живот, снимая платье, бедра, снимая трусики. И вот она лежала передо мной совсем беззащитная.

«Ты хочешь этого? Если нет я не буду настаивать», — спросил я прикрывая ее покрывалом.

«Если я и сделаю это, то только с тобой», — ответила она, и схватив меня за шею начала целовать. Руками я гладил ее грудь, живот, медленно приближаясь к ее губкам. Когда я коснулся их она немного вздрогнула. Немного поигравшись, и заметив что она уже приготовилась я разделся.

Она неумело гладила меня, задевая член, отчего у меня перехватывало дыхание. Я лег на Оксану и прошептал:"Извени что сделаю тебе больно...» и вошел в нее. Она вцепившись мне в спину и закусив губу застонала. Я медленно двигался, изучая ее изнутри, а она уже привыкнув начала тяжело дышать и стонать в такт моим движениям. Я чувствовал что вот вот все закончится, но не хотел делать это раньше нее. Медленно выйдя, я присел и раздвинул ее ножки еще сильнее. Передо мной были ее мокрые губки и красный от возбуждения клитор. Я прикоснулся к нему языком, стал играть с ним, как котенок с клубочком. оксана извивалась и стонала. Потом она резко сжалась и ее клитор запульсировал. Но его было трудно удержать губами. Секунду или две всего я смог его удержать, а потом пришлось держать Оксану. Ее мышцы расслабились, она лежала с закрытыми глазами. Я решил что не буду ее тревожить и закончу потом сам.

Потом мы оделись и встречали рассвет. Он был алым и золотым. Через 2 месяца мы с Оксаной поженились, и прожили вместе замечательных два года. У нас родилась маленькая дочь-Аня.

А потом Оксаны не стало. Ей было всего 21 год. Прошло уже n лет, но я до сих пор ее люблю и уважаю, ведь у меня есть частичка ее — наша дочка.