Обнаженное тело любимой моей...

Обнаженное тело любимой моей

Словно мрамор, искрящийся в свете лучей.

Оно амбры восточной струит аромат

И желанье во мне пробуждает лишь взгляд.

А когда я руками ласкаю его,

Сладкий трепет пронзает мое естество.

Губы алые я языком развожу,

А касаясь груди, всем телом дрожу.

Как нежна ее грудь! А сосок как орех!

Как он вкусен и тверд от любовных утех!

Ее пальцы скользят у меня по плечам,

Словно просят они поскорее начать.

Но не стану ее подчиняться рукам.

Поцелуями вниз устремлюсь до пупка.

Я по царской черте проведу языком

Вплоть до встречи его с золотистым лобком.

Я руками колени ее разведу,

И в тот нежный тюльпан поцелуем войду.

Сладкий стон проронила, любимая, ты...

И раскрылся цветок неземной красоты.

Аромат его мускусный мною любим.

Сладострастно вдыхаю, желаньем томим.

Языком я ласкаю его лепестки,

И по бедрам скольжу я движеньем руки.

В нетерпении страстном раскрылся цветок.

Как он жаждет вобрать золотой хоботок

От любимой пчелы, что нектар соберет

И подарит ему восхитительный мед.

Я не стану тебя в вожделенье томить –

Поспешу свой клинок в лоно ножен пустить.

Мы сольемся в единое тело с тобой,

Наслаждаясь восторгом любви неземной.

Как красиво распахнуты ноги твои!

Они словно парят, не касаясь земли.

Крылья чайки напомнил их гибкий излом.

И движеньям моим вторит тихий твой стон.

Вторя ритму сердец, заметались тела.

И уж близок конец, но еще не пришла

Та минута восторга любовной игры,

Что без сил нас оставит до самой зари.

Я прервал этот плоти восторженный зов,

Но для ласки врата не закрыл на засов.

Снова губы и руки по телу скользят –

Лучше слов о горячей любви говорят.

И опять заключила в объятья нас страсть.

Силы нет, что способна ее свергнуть власть.

В нетерпенье рукой ты коснулась клинка...

Как нежна и упряма любимой рука!

Как прекрасен изгиб грациозный спины!

И движенья ее – переливы волны.

Амазонкой, взлетевшей на спину коня,

Ты в порыве любви оседлала меня.

В ритме страсти вздымаются бедра и грудь...

В этой скачке нельзя нам назад повернуть.

В этой гонке дыханье срывается в стон.

Это пик наслажденья – корона корон.

Тихий вздох и расслабилось тело твое...

Тихий вздох и... О чудо! В нем имя мое!

Я награду такую не вправе принять.

Снова тело твое начинаю ласкать,

Снова руки по шелковой коже скользят,

Просят душу твою возвратиться назад.

На плечо мне склонилась головка твоя,

Грудь прильнула к груди, капли влаги храня.

Руки-змеи в объятии крепком сплелись,

Губы в нежном лобзании влажно слились.

Но недолго тянулось томленье твое.

Снова сброшено на пол с постели белье.

Пальцы нежно коснулись уздечки коня.

Он восстал на дыбы весь желаньем горя.

Бедра ног твоих стройных сжимают бока

И ласкает мне грудь беспокойно рука.

Я вошел в тебя, страстью своей опьянен,

И услышал блаженства я тихий твой стон.

Подо мною ты вся, над тобою парю,

И встречают тела новой страсти зарю.

Мой клинок в лоне ножен ритмично скользит,

Влажным губкам твоим свою ласку дарит.

Твои вздохи синхронны ударам клинка

Страсть бушует в груди, как весною река.

Я не в силах сдержаться, напрягся мой член -

Семя хочет разрушить телесный свой плен.

Тело милой моей натянулось струной

И прогнулось в спине штормовою волной.

Стон излившейся страсти заполнил альков,

И душа снова прочь из телесных оков!

Мы с любимой взметнулись в лазурную высь

И на крыльях любви к небесам унеслись.

Обнаженное тело любимой моей

Словно мрамор, искрящийся в свете лучей.

Оно амбры восточной струит аромат

И желанье во мне пробуждает лишь взгляд.