Я проходил по улице.

Жаркий день клонился к вечеру.

Это будет потом, а сейчас его звали Маратом.

Марат, — мимо него не пройдёшь.

В школе он был всегда двоечником.

Иначе я не был бы кормом для него, стряхивая завтраки и мелочь на проезд до «художки».

Ведь Марат, — пуля в глаз, точнее, кулак.

Он был гораздо здоровее меня. Тогда.

А сейчас меня окликнул какой-то смурной, безнадзорного вида, тип в замурзанной одежде:

— Угости сигаретой, уважаемый.

— Нету с собой, а это ты, что ли, Марат?! Привет тебе, школьный товарищ.

— Ну я. Не узнал сразу? Короче: есть сотка, взаймы? или полтинник?

— Нет, всё на карте.

— Да пошёл ты! товарищ...

Мы бы с ним поговорили дальше, вспоминая школьные деньки.

И я бы купил ему целую пачку дорогих сигарет, раз он так хочет.

Но обстановка, требовала иных действий.

Я проходил по улице, а в том магазине делался ремонт, производились отделочные работы.

В том числе, отделка на улице.

Марат скребком что-то делал возле окна.

Поэтому мы заметили друг друга: я проходил мимо, а Марат скреб стену.

— Э-э, рабатай, рабатай давай.

Окликнул его человек явно не русской национальности:

— Рабатай, рабатай!

Ещё прихлопнул руками, словно подгоняя овец.

—Цоб!!

Сначала он стоял возле машины; крепкий, уверенный в себе мужчина.

Чистый, выбритый, наверно принял душ с утра, но все равно от него исходил терпкий запах самца.

В красивой рубашке, он двинулся к Марату.

Теперь мы стояли треугольником: Марат, я, и, . ..

Джонни, пусть будет так, называться тот мужчина.

Почему Джонни: музыка из припаркованной машины, по радио играла песню про Джонни.

Так вот, Джонни, подошел к Марату, отобрал скребок.

Стал показывать, как надо правильно работать.

Я стоял, смотрел на всю сцену.

Марат угрюмо покосился на меня: понятно, встретит, — убьет.

Почему так: да потому что, Марат отбил, у меня, мою любимую девчонку, Вику.

На выпускном вечере он пригласил её, на медленный танец под эту мелодию. Она стала потом его женой. А не моей.

— Джонни, о-о, е-е, — снова донесся томный припев из тонированной «десятки».

Я ухмыльнулся, прошёл дальше.

Где мог наслаждаться своёй песней, и личной свободой.

«Джонни, о-о-о, е-е......»