Автор не разбирается в машинах, просьба не буллить.

Гонщик

Я вылез из своего Ниссан Скайлайн, адреналин ещё колотил в висках, руки дрожали. Запах шин, асфальт дымился под шинами, а толпа вокруг орала и свистела, и все эти придурки теперь смотрят на меня как на короля. Ко мне подбежали, поздравляли, хлопали по плечу. Кто-то сунул в руку холодную банку пива, я открыл её одним движением, и пена хлынула через край, намочив пальцы и одежду. Выпил, не чувствуя вкуса, и смотрел сквозь толпу.

Ликование, я победил, 1 место в ночном заезде. Ух, ради этого стоит жить, адреналин, скорость, эйфория, ну и конечно девушки.

Я коротко кивнул пацанам, волосы мокрые от пота, и пошёл вдоль рядов машин, выискивая глазами ту, с которой проведу сегодняшнюю ночь.

Она стояла у чёрного G63, в черной кофте, в белой юбке. Длинные светлые волосы, как у девчонки из музыкального клипа, очаровательные ямочки на щечках, и она стояла — смотрела прямо на меня, не мигая. Когда я подошёл, улыбнулась уголком рта, как будто уже знала, чем кончится эта ночь.

— Красиво проехал, — сказала она, голос высокий, бархатный, возбуждающий. — Думала, на последнем заезде не справишься. Я Настя, приятно познакомиться, Вадим, я знаю тебя.

— О, известность впереди меня идёт, хаха, я не проигрываю, — я пожал плечами, но глаза уже скользили по её ногам. — Хочешь прокатиться? Покатаю тебя на горках. Настоящих.

Она прищурилась, секунду молчала, потом кивнула:

— Ладно. Только быстро, а то заскучаю.

Мы сели в салон. Дверь хлопнула, как сейф, внутри сразу запахло перегоревшим сцеплением, кожей и её духами — сладко-острыми, от которых член уже напрягся. Я тронулся, но она вдруг повернулась:

— Хорошая машина.

Тут из темноты вынырнул Даня с пачками денег. Мой друг. Быстро проговорил:

— Эй, куда собрались, голубки, забери свою долю.

— Спасибо, брат. Запах денег, красивая девушка — что может быть лучше? — я подмигнул Насте. — У меня родилась идея. Ты же не против, красотка? Соглашайся. Даня, садись за руль. Прокати нас по серпантину к холмам. Плавно на входах, резко на выходах. И не жалей газ — пусть прыгает, ты знаешь тему.

Даня оскалился, и сел на на водительское, после того как я перешел назад. Я тем временем схватил её за руку, потянул назад на заднее сиденье. Она не сопротивлялась — наоборот, сразу оседлала меня, юбка задралась до талии, трусики сдвинуты в сторону. Я расстегнул ширинку — член вырвался наружу, твёрдый, горячий, пульсирующий. Настя опустилась на меня медленно, сантиметр за сантиметром, и почувствовал, как горячая, влажная теснота обхватывает меня целиком — туго, влажно, с лёгким сопротивлением, от которого по всему телу прошла дрожь удовольствия.

— Ты всегда так быстро? — выдохнула она, но уже двигалась навстречу, бёдра сжимают меня плотно.

— Всегда, детка — прошептал я, впиваясь пальцами в упругую задницу. — Держись.

Даня вырулил с парковки, но как только мы свернули на старую дорогу — вдавил педаль в пол. Первая горка ударила резко: перепад высоты, короткий провал, и машина на миг потеряла сцепление с землёй. В эту секунду невесомости я толкнулся вверх, вбиваясь в неё до упора. Она ахнула, вцепилась мне в плечи ногтями, тело выгнулось дугой.

— Блядь… — простонала Настя, когда колёса стукнули об асфальт, и насадилась на меня ещё глубже, мышцы внутри сжались судорожно. Ногтями впилась мне в плечи. — Да… вот так… глубже…

Я шлёпнул её по заднице — звонко, сильно. Кожа вспыхнула красным, она вздрогнула, внутри сжалась ещё туже, и я чуть не кончил от этого ощущения — горячая волна прошла от основания члена до кончика. Шлёпнул ещё раз, другой рукой по другой ягодице — она застонала громче, наклонилась и впилась в мои губы жёстким поцелуем. Языки сплелись, она кусала мне нижнюю губу, я отвечал тем же, тянул её за волосы, заставляя выгнуть шею — целовал, посасывал кожу, оставляя влажные следы, потом прикусывал, чувствуя, как она дрожит от боли и удовольствия одновременно.

Даня держал 140–150, специально выбирая траекторию, чтобы поворот помогал нам трахаться. На каждом прыжке машина становилась лёгкой, как перо, и я синхронно с этим вбивался в неё — коротко, жёстко, чувствуя, как она дрожит. А когда машина падала вниз, удар амортизаторов толкал её тело на меня, и она кричала — рвано, хрипло, матерясь сквозь стоны.

Я держал её за бёдра, пальцы оставляют следы на коже, и трахал в ритме дороги: на подъёме — медленно, дразня, на спуске — резко, до конца. Каждый раз в невесомости она сжималась вокруг меня всем телом, как будто пытается проглотить целиком, и это было... блядь, это было лучше любой гонки. Вибрация от шин, гул мотора в груди, её дыхание на шее — всё сливалось в сплошное удовольствие.

— Ещё... покатай.. — шептала она, глаза полузакрыты, губы приоткрыты. — Пожалуйста...

Даня, услышав, специально свернул на самый разъёбанный участок — там асфальт давно сдох, ямы как кратеры. Машина запрыгала по ним: каждый удар отдавался в копчике, в яйцах, в члене, который и так пульсировал на пределе.

Настя уже не стонала — выла, впиваясь в мою шею, тело бьётся в конвульсиях. Я чувствовал, как она кончает — резко, с криком, который заглушил даже рёв движка. В этот миг мы как раз проходили скоростной вираж, и на пике влагалище сжало меня так сильно, что я не выдержал: кончил в неё длинными, горячими толчками, пока машина тряслась в воздухе, а мы — в такт ей.

Когда всё утихло, она обвисла на мне, тяжело дыша, лоб прижат к моему плечу, пот стекает по спине. Даня сбросил скорость до 80, включил тихий бит из колонок — ночь ещё не кончилась.

— Ну... — выдавила Настя наконец. — Прокатил... заебись, никогда такого не испытывала. Но это еще не всё.

Я тяжело дышал, член всё ещё внутри влагалища, чувствительный, пульсирующий. Настя вдруг приподнялась — медленно, с лёгким стоном, когда я вышел из неё. Горячая смесь наших соков потекла по её бёдрам, капнула на сиденье.

Она посмотрела на меня сверху вниз, глаза блестели, губы приоткрыты, щёки раскраснелись. Без слов соскользнула вниз, между моих ног, на пол салона. Её руки легли мне на бёдра, раздвинули их шире. Член всё ещё стоял — мокрый, блестящий от неё, от меня, слегка подрагивающий после оргазма.

Она наклонилась, сначала просто провела языком по всей длине — медленно, от основания до головки, собирая всё, что там осталось. Я вздрогнул — каждое касание языка отдавалось электрическим разрядом по всему телу, от копчика до затылка. Она обхватила губами головку, мягко посасывая, язык кружил вокруг уздечки, дразня, потом взяла глубже — горячо, влажно, плотно.

Я застонал, запрокинув голову, вцепился пальцами в её волосы. Она двигалась ритмично, в такт вибрации машины — Даня всё ещё держал скорость, серпантин не кончался. Каждый толчок подвески заставлял её губы скользить глубже, горло сжималось вокруг меня, когда она заглатывала до конца. Я чувствовал, как её язык давит на нижнюю сторону, как горло сглатывает, как слюна стекает по стволу, смешиваясь с остатками спермы.

Она работала языком жадно, посасывая сильнее, потом отпустила на секунду — только чтобы лизнуть яйца, взять их в рот по очереди, мягко посасывая, пока я не зарычал от переизбытка ощущений. Потом снова взяла член в рот — глубоко, до горла, и начала двигаться быстрее, издавая тихие влажные звуки, которые заглушал только рёв мотора.

— Бля… Настя… — выдохнул я, чувствуя, как второй оргазм накатывает уже через пару минут — слишком чувствительно после первого, слишком горячо, слишком влажно.

Она не остановилась — наоборот, ускорилась, рукой сжала основание, другой погладила яйца, и я кончил снова — резко, короткими толчками прямо ей в рот. Глотала, посасывая, пока я не обмяк, дрожа всем телом.

Когда она наконец поднялась, губы блестели, глаза сияли. Вытерла рот тыльной стороной ладони, улыбнулась.

— Теперь я сыта… на время.

Я хмыкнул, провёл рукой по её спине, чувствуя, как она всё ещё подрагивает.

— Это был только разогрев. Хочешь второй круг?

Она подняла голову, в глазах — туман и огонь одновременно.

— Вези. И глубже в этот раз.

Даня, не дожидаясь, уже разворачивался обратно к серпантину. Асфальт был горячим, ночь — бесконечной, а моя Ниссан... она знала, как передать каждое ощущение прямиком в кровь.

POV Настя

Я студентка медицинского вуза сегодня решила поучаствовать в нелегальных гонках. Ни как гонщик, а как обычная зрительница, поболеть за своих любимчиков, может даже с кем-то познакомиться. Кто знает. Просто наблюдать тоже может доставлять большое удовольствие, мне нравятся эти эмоции. Дух захватывает от их скорости, страсти, желаний.

Вылезла из толпы, сердце всё ещё колотилось где-то в горле, хотя гнала я сегодня не сама. Просто стояла у чёрной машины, смотрела, как этот Вадим выносит всех на своём Скайлайне. Последний поворот — и я уже знала: он первый. Опять. Адреналин от чужой победы тоже бывает сильным, особенно когда видишь, как машина летит, а парень за рулём — весь на нерве, но точный, интересно как он в постели, надеюсь, не такой же быстрый, как его машина. Мысленно я усмехнулась.

Толпа орала, пиво лилось, кто-то уже лез обниматься. А я просто смотрела на него. Мокрые волосы прилипли ко лбу, футболка облепила тело, глаза горят — король ночи. Он заметил меня почти сразу. Подошёл, уверенный — после заезда всегда так. Я улыбнулась краешком губ, не отводя взгляд.

— Красиво проехал, — сказала я, чуть наклонив голову. Голос специально сделала ниже, чтобы звучал более возбуждающе. — Думала, на последнем заезде не справишься. Я Настя, приятно познакомиться, Вадим, я знаю тебя.

Он усмехнулся, глаза сразу по моей юбке скользнули, по ногам. Пусть смотрит. Между ног повлажнело.

— О, известность впереди меня идёт, хаха. Не вынесло. Хочешь прокатиться? Покажу, как моя тачка скачет на горках. Настоящих.

Я прищурилась. Секунду молчала, специально — пусть помучается взглядом. Потом кивнула:

— Ладно. Только быстро, а то заскучаю.

Салон встретил запахом жжёного сцепления, горячей кожи и моего парфюма — сладко-острого, я знаю, как он бьёт в голову. Дверь хлопнула — и мир сузился до нас двоих. Он тронулся, но я уже повернулась к нему всем телом:

— Хорошая машина.

Тут из темноты вынырнул его кореш Даня с деньгами. Вадим подмигнул мне, мол, сейчас будет интереснее. И вдруг:

— Даня, садись за руль. Прокати нас по серпантину к холмам. Плавно на входах, резко на выходах. И не жалей газ — пусть прыгает.

Я даже удивилась. Я не собираюсь в групповом участвовать. Я не такая. Но просто смотрела, как Вадим перелезает назад, а потом тянет меня за руку. Я не сопротивлялась — наоборот, сразу оседлала его, юбка сама задралась, трусики сдвинула в сторону одним движением. Он уже расстегнул ширинку, член твёрдый, такой желанный. Между ног так мокро. Я опустилась медленно, чувствуя каждый сантиметр — как он раздвигает, заполняет, растягивает изнутри. Горячая, влажная теснота сомкнулась вокруг него, и я выдохнула прямо ему в губы:

— Ты всегда так быстро?

Он только ухмыльнулся, вцепился в мою задницу, люблю когда со мной так обращаются.

Даня выжал газ, и машина рванула. Первая горка — короткий провал, невесомость. В этот момент я сама насадилась до конца, резко, до боли-сладко. Ахнула, вцепилась ему в плечи ногтями. Колёса ударились об асфальт — и удар прошёл через нас обоих, вгоняя его ещё глубже. Мышцы внутри сжались судорожно, я застонала, между ног возник огонь, распространяясь по всему телу волнами:

— Блядь… да… вот так… глубже…

Он шлёпнул по заднице — сильно, звонко. Кожа вспыхнула, я вздрогнула, внутри сжалась ещё туже вокруг него. Ещё шлепок — я уже выла, наклонилась и впилась в его рот. Экстаз, дикий восторг. Я просто самка. Просто сучка. Кусала губу, тянула за волосы, он отвечал тем же — жёстко, грубо, вкусно. Шея горела от его зубов, от посасываний, от влажных следов.

— Ещё… покатай… пожалуйста…

Даня услышал. И снова начались покатушки на горках — ямы, взлёты, повороты. Машина запрыгала. Я уже выла, тело билось в конвульсиях, впиваясь в его шею. Оргазм накрыл резко — мышцы сжали его так сильно, что он зарычал и кончил следом, длинными горячими толчками, пока мы летели в очередной яме.

Когда всё утихло, я обвисла на нём, лицом к его плечу, пот стекал по спине, дыхание рваное. Он всё ещё внутри, чувствительный, пульсирующий. Я медленно приподнялась — с лёгким стоном, когда он вышел. Смесь наших соков потекла по бёдрам, капнула на сиденье.

Посмотрела на него сверху вниз — глаза блестят, губы приоткрыты, щёки горят. Без слов соскользнула вниз, между его ног. Руки легли на бёдра, раздвинула шире. Член всё ещё стоял — мокрый, блестящий, слегка подрагивающий. Мне так захотелось его пососать.

Я провела языком по всей длине — медленно, собирая всё, что осталось. Он вздрогнул, выдохнул. Обхватила губами головку, посасывая мягко, язык кружил вокруг уздечки. Потом глубже — горячо, влажно, плотно. Двигалась в такт вибрации машины, каждый толчок подвески загонял его мне в горло. Сглатывала, давила языком снизу, слюна стекала по стволу.

Отпустила на секунду — только чтобы взять яйца в рот по очереди, посасывая нежно, пока он не зарычал. Потом снова взяла член — глубоко, до конца, ускорилась. Рука сжала основание, другая гладила яйца. Он кончил через пару минут — горячий, терпкий, немного горечи, вот такой вкус спермы Вадима. Я глотала, посасывая, пока он не обмяк. Ублажать победителя, мне нравится, чувствуя как снова возбуждаюсь.

Поднялась, вытерла губы тыльной стороной ладони, улыбнулась:

— Теперь я сыта… на время.

Он хмыкнул, провёл рукой по моей спине — я всё ещё дрожала.

— Это был только разогрев. Хочешь второй круг?

Я подняла голову. Я хочу еще такого секса. Ни разу так не пробовала. Страсть, огонь, дикий секс в машине, водопад между ног, волны удовольствия по всему телу.

пишите, жду комментарии, без хейта, пожалуйста, обратная положительная связь ускоряет написание

https://t.me/daisy_tellstories