История моих приключений 3.

Две недели в последующем мы вечерами ходили купаться на омут и вспоминали наше приключение – поход голышом, и всё было здорово, пока как-то Михаил не спросил меня снова.

— Серёга, а ты смог бы решиться уйти ещё дальше, чем мы с тобой ходили тогда?

— Смог бы конечно, но как ты на это бы отреагировал – подумав и посмотрев на голубое небо, ответил я, словно на нём был написан мой ответ или подсказка на него.

— Я долго думал, и мне захотелось повторить наш поход – ответил Михаил.

— Ну, тогда надо найти карту и посмотреть, куда можно нам отправиться, чтобы не заблудиться – сказал я.

— Карта есть у моего соседа в его тумбочке – ответил Миша, и потом на его лице радостная улыбка сменилась неким огорчением.

— Что-то не так – спросил я.

— Да нет, просто ты же работаешь и у меня тоже работа, хотя и график скользящий.

— Да, надо что-то придумать – сев на траву я стал чесать затылок, как бы ища там ответ.

— Я могу подмениться на два дня – сказал я Мише.

— А что молчал, это же выход, но, мне подмениться не получится, – радостно и в тоже время с грустью ответил Миша.

— Здорово, я тогда завтра тебе скажу о себе что у меня выйдет, отпустят или нет.

День пролетел быстро и встретив своего начальника перед концом рабочего дня я спросил у него.

— Вы не могли бы меня отпустить на два-три дня. Мне в деревню нужно съездить? – пояснил я и придумал несколько причин по хозяйству и сенокос.

— Надо так надо, можешь ехать – ответил начальник и хлопнув меня по спине легонько добавил.

— Молодец что дома помогаешь.

Я радостный вернулся в общагу и увидев Мишу, сообщил ему что у меня пять дней в ближайшие выходные. Можем идти в поход, как и тогда.

— Меня не отпустили – с грустинкой в голосе ответил Михаил.

— У нас два дня, чтобы подготовиться и вместе прогуляться, а потом ты можешь ещё три дня гулять, у меня есть идея, - сказал Миша.

— А куда пойдём? Вот карта – сказал Миша и протянул мне только что достатую из тумбочки карту области.

На ней было всё и все дороги и деревни и зелёным цветом лес, а жёлтым поля нанесены. Много было озёр и рек. Мы быстро нашли наш городок и повернув карту верхом на север стали рассматривать. Миша достал линейку и стал что-то измерять. Я и так быстро понял, что к чему так как умел работать с картами. Сделав умное лицо и что то быстро подсчитав на листочке Миша озвучил свой план и сказал.

— Куда мы с тобой ходили почти одиннадцать километров.

— По прямой – поправил я.

— Да – согласился Миша.

— А то как мы с тобой шли все шестнадцать будет – быстро прикинув, ответил я.

Миша только кивнул головой и сказал.

— До твоего села от нас сколько будет, - спросил Миша.

— По дороге сорок восемь км, а полями и лесами ещё больше, а зачем тебе, - не понял я.

— Если мы так же прогуляемся, как тогда и я вернусь в общагу, а ты пойдёшь в своё село голым, правда одному прийдётся, - объяснил Миша.

— А ты что в общагу один пойдёшь, не боишься, - спросил я.

— Придётся, зато ты пять дней проведешь голым и дома побываешь, - сказал Миша.

— А кто меня голым дома ждёт, как я без одежды то, - спросил я.

— Дома чьо нибудь наденешь а если за пять дней вернёшься к общаге, то я тебе принесу, - пояснил Миша.

Это было очень соблазнительно и очень рискованно. Я мог не попасть в дом и не взять одежду и вернуться обратно за такое короткое время я тоже не успевал, даже если бы шёл и днём и ночью. А без отдыха и без сна это было невозможно.

Мы не могли решиться, куда нам идти и соглашаться ли мне на эту авантюру Михаила. Без моего села направлений было несколько и все очень соблазнительные. Рядом не было ни дорог, ни деревень, и идти можно было хоть на юг вплоть до Казахстанской границы или на запад до первого водного препятствия в виде широкой реки. А на север можно было вообще идти сплошными лесами, что во многом облегчало передвижение.

— У нас не так много времени, чтоб далеко уходить, ведь потом назад ещё возвращаться придётся – одёрнув Мишу своими рассуждениями, я добавил следом.

Мы немного задумались, и мне пришла в голову интересная идея. Масштаб карты был шесть километров в одном сантиметре.

— У тебя есть циркуль – спросил я Мишу.

Он тут же достал из тумбочки готовальню и протянул мне его. Раздвинув его сантиметров на десять или двенадцать, я подал его Мише и сказал.

— Вот тут мы, ставь иголкой сюда, а карандашом делай пометки, где ты бы хотел побывать.

Иван выполнил всё в точности, описав еле заметный круг вокруг нашего городка и естественно общежития, в котором мы сидели и гадали, куда бы пойти. Потом он поставил четыре метки в тех местах, где окружность пересекала лесной массив и сказал.

— Думаю, что в любую из этих точек мы пройдём без проблем.

Я посмотрел и сразу два пункта убрал, так как там на пути, нам попадались болота, а обходить их по незнакомой местности было не безопасно. Можно было легко заблудиться.

— Осталось два Выбирай куда – предложил я ему.

Миша посмотрел на оба варианта и ткнул пальцем во второй. Там на пути было больше зелёного, а значит, идти было не так опасно.

— Видно судьба побывать дома, будем закупаться продуктами – сказал я и добавил.

— Придётся взять с собой что-нибудь, чтоб воду цедить от грязи, столько воды нам с собой не унести.

— Можно салфетки или бинты чистые – предложил Миша.

Я согласился, и мы два вечера готовились тщательно, продумывая всё, что нам могло было бы пригодиться.

В пятницу вечером сразу после работы мы оговорили время выхода. Миша немного волновался что-то и хотел о чём-то спросить, но не мог решиться, и мне пришлось его подтолкнуть к этому.

— Ты что-то хочешь спросить?

— Серёга, а это правда то, что ты рассказывал про себя и своего друга?

— Да, я что сочинять буду что ль. – ответил я.

— Я о другом. Это правда, что ты ну это перетягивал себе при своём друге? – уточнил он.

— А что тут такого, что тоже хочешь попробовать?

— Нет – покраснев, ответил Миша и добавил.

— Просто представить не могу. ... – и оборвал незаконченную фразу.

— Тебе что на это посмотреть хочется – спросил я уже прямо в лоб.

— Ага – ответил, кивнув два раза Миша.

— Ладно, я возьму с собой что нужно – сказал я и вернулся к себе.

У меня в сумке на самом дне под подкладкой лежали с десяток разных шнурков и верёвочек, которыми я иногда перетягивал себе и яйца и член оставаясь в комнате один, чтоб как то развлечь себя, и в последствии, бурно кончить. Потом осмотрелся по сторонам и вспомнил, что на кухне видел в мусорном баке выброшенные женские капроновые чулки. Я быстро сбегал и забрал их. Они хорошо растягивались и не так больно врезались в кожу. Добавив к ним ещё парк шнурков я сложил всё это в рюкзак и подумав ещё закрыл его. Всё было готово. До выхода оставался один час. Чтоб первое время не тратить продукты, которые мы вяли с собой, я решил хорошо поужинать. Время пролетело быстро и вот я уже слышу, как к комнате кто-то идёт. Стук и входит Миша

— Я готов. Идём – сказал он.

— Я тоже готов – пошли – ответил я в тон.

Мы вышли на улицу и скрывшись в зарослях аллеи. Я разделся и отдал Мише всю одежду, оставшись голым. Миша унёс её в общагу и быстро вернулся и мы быстро стали удаляться к окраине городка. Вскоре мы были уже в молодых зарослях осинника и березняка, и там Миша раздевшись, и спрятал свою одежду, и мы дальше уже оба пошли голышом в одних кроссовках и с рюкзаками на спине. Приключение началось.

Отойдя от города на пару километров, мы устроили небольшой привал. Я незаметно взял пару шнурков и отошёл в кусты, мол, типа по нужде. Перетянув полу возбуждённый член и доведя его до полного и твёрдого стояка, я туго затянул шнурок и завязал его на два контрольных узла. Потом я перемотал мошонку, оттянув, таким образом яйца как можно дальше от основания. Закрепив концы шнурка, и спрятав их, я вскоре вернулся и сел рядом с Мишей. Он поначалу ничего не заметил, так как было темно. Отблески луны выскакивающей из-за облаков, на короткое время освещали покрытый ночным мраком небольшой лесок. Улучшив такой момент, я встал и стоя лицом к Мише сказал.

— Ну что, хватит сидеть, надо уйти подальше пока темно.

Миша встал и закинув рюкзак за спину заметил мой перетянутый член и стоя полусогнутым замер как бы разглядывая то что увидел.

— Ты что там замер – сказал я ему в шутку.

В ответ была полная тишина, и я снова спросил его, сделав шаг в сторону. Он стоял в метре от меня, и я понял его заминку.

— Ты что-то спросить хочешь?

— Ты что перетянул его – полушёпотом спросил Миша как бы боясь говорить громче, потому что могли его услышать.

— Ты же сам интересовался – сказал я и добавил.

— Говори громче, а то прислушиваться приходится.

В это время луна полностью вышла из-за облака и осветила поляну, на которой мы стояли, собираясь отправиться в путь. Мишка посмотрел на мой член и яйца и спросил.

— А тебе не больно?

— Нет, конечно – ответил я улыбаясь, хотя кто мог это заметить в ночном лесу.

Мы шли по краю поля и вскоре вышли на полевую дорогу. Идти стало гораздо легче. Я шёл слева, а Мишка по правой колее. Мы разговаривали так ни о чём но каждый раз когда он что то рассказывал мне он постоянно бросал косые взгляды на мой тяжёлый и наверное посиневший от перетяжки член, который тяжело покачивался при каждом шаге ударяясь то о левую часть бедра то о правую. Иногда это сопровождалось лёгкими шлепками и это вызывало, некоторое внимание со стороны Мишки, к моим перетянутым гениталиям.

С каждым шагом и с каждым часом мы уходили всё дальше и дальше от города в котором учились и жили в общежитие. Спустя час с небольшим я остановился и развязав все шнурки освободил свои гениталии от тугой перетяжки.

— Что надоело уже – спросил Михаил.

— Нет, просто жгут не стоит держать более двух часов. – ответил я, и добавил следом.

— Пусть немного отдохнут, и потом можно будет повторить.

Михаил промолчал, и мы пошли дальше. Сколько мы прошли за ночь, я точно сказать не могу, но могу заверить точно, что более десяти километров, так как на рассвете нам пришлось стороной подойти деревне, попавшуюся нам на пути и пересечь трассу районного значения с асфальтовым покрытием. А вскоре за спиной стало светать и взошло солнце, показав небольшую часть над верхушками деревьев.

— Может устроим привал и перекусим. – предложил я.

— Я не против. – согласился Миша.

Мы устроились на опушке небольшого лесочка поодаль от дороги и достав из рюкзаков что у кого было, принялись за ранний завтрак на траве. Было так тихо и здорово, и полная свобода от всего просто кружила голову. Миша постоянно посматривал на мой член и яйца, которые были ещё час назад туго перетянуты, как бы пытаясь что-то разглядеть там. Но там ничего особенного не было видно, даже небольшого синяков, от которых, любая такая перетяжка не была застрахована. От его взгляда мой член стал возбуждаться и чтоб как то сгладить ситуацию я спросил.

— Хочешь, чтоб я ещё перетянул?

Мишка промолчал, слегка кивнув головой. Я не стал уходить в лес. Достав шнурки, я снова стал медленно перематывать член у основания, давая возможность Мише рассмотреть всё до мельчайших подробностей. Потом затянул узел туго-туго и спрятал концы, чтоб они не болтались. После этого проделал тоже самое с яйцами и мошонкой. Мишка смотрел, не отрываясь, и меня это возбуждало. Мне нравилось, когда кто-то смотрит на мои гениталии, и я в это время что-то с ним делаю. Не знаю, почему мне это нравилось, но я почувствовал это, ещё когда мы это делали с моим другом. Закончив с перетяжкой я только тогда посмотрел на Мишу и улыбнувшись сказал что первое пришло в голову.

— Как то так вот – произнёс я всё равно чувствуя от того что делал небольшое неудобство.

— Тебе точно не больно – спросил он, произнося эти слова как то необычно.

Я окинул его взглядом и увидел, что его член стоит колом.

— А тебе – отшутился я, глядя на его вздыбленный пенис.

Мишка улыбнулся и уже более свободным голосом ответил.

— Я просто не ожидал, что глядя на всё, что ты делал, так возбужусь.

Дальше мы говорили на другие темы и лишь иногда бросал косые взгляды Мишка на мой член, а я на его.

Отдохнув, я сказал Мишке.

— Если пойдём дальше вместе, то ты можешь не успеть вернуться.

— Жаль, а так было здорово, - сказал он.

Мне пришлось проводить Мишку до трассы и когда я убедился в том что он пересёк её без проблем, отправился в сторону своего села, как и было задумано Мишкой.

Мишка в течении всего дня, боясь каждого звука и шороха шёл в сторону общаги. Он несколько раз испытывал сильный страх от того что его могут увидеть и прятаясь, подолгу пережидал и как ни странно от испуга он сильно возбуждался, а так как меня рядом не было и стесняться ему было некого, дрочил несколько раз. Вскоре он увидел знакомые места, заросли молодых деревьев и нашёл свою одежду, а ещё через полчаса был уже в общаге и лёжа на кровати вспоминал своё путешествие в одиночестве, как это было экстремально и здорово. Потом вспомнил мой перетянутый и посиневший член и яйца. Он снова возбудился и подумал, вспомнив мои слова:

— "Хочешь сам попробовать?"

— Нет-нет – скоропалительно ответил тогда Мишка.

Мишка подумал и сам задал себе вопрос,

— А что имело ввиду Сергей, толи хотел чтобы я себе перетянул или хотел чтобы я ему перетянул, - рассуждал про себя Миша и почти голосов но тихо сказал.

— Жаль что не спросил Серёгу, надо было быть по решительнее...

Я, как Мишка ушёл обратно, припоминая карту отправился в сторону своего села. Приходилось петлять по лесам и огибать поля чтоб не попасть кому-нибудь на глаза. В лесах появились грибы и могли встретиться кто угодно. Почти два дня мне понадобилось чттб добраться до дома и ночью пробраться в огород, где я и ждал когда родители утром уйдут на работу. Взяв брюки и рубашку и в заначке немного денег на билет, насобирал в огороде овощей и вокруг села добрался до остановки чтоб односельчане не увидели и не сообщили моим. В общагу вернулся без приключений а вечером встретился с Мишкой и рассказал ему как я попутешествовал голым, а потом выслушал и его приключения. Мы посмеялись, потом у меня в комнате почаевничали и он спросил.

— Серёга, я тогда в лесу растерялся и не понял, ты что предлагал попробовать?

Я напрягся вспоминая наш разговор а когда вспомнил, улыбнулся и ответил.

— Я хотел предложить тебе, чтоб ты и попробовал мой член и яйца перетянуть. А ты испугался и отказался.

— А я думал ты хотел чтобы я себе перетянул, - сказал Миша.

— Это такое дело, как хочешь, я не навязываю, - сказал я.

— Если тебе, то я не против, согласен, - сказал Мишка подумав что надо попробовать сначала она ком то, а на себе всегда успею.

Я опешил и посмотрел на него с удивлением. Ведь он тогда наотрез отказался и тут вдруг сам спрашивает.

— Ты же сказал нет, тогда в лесу, – ответил я.

— Я думал, вернее не понял тогда тебя, – стал оправдываться Мишка или на самом деле он не понял мой вопрос и теперь выкручивается.

Я не знал что сказать, и ничего не оставалось, как протянуть ему шнурки.

— На, если есть желание, учись на моем.

Миша протянул руку и взял все шнурки. Потом он подсел рядом и я чтобы ему было удобнее лёг спиной на кровать подставив ему уже полу возбудившийся член и яйца раздвинув при этом немного ноги для удобства. Взяв осторожно одной рукой мой член, Миша стал обматывать его шнурком у самого основания, виток к витку как это делал я. Потом он завязал узел и стал затягивать его, посматривая на меня. Я просто старался не обращать на него внимания и смотрел в потолок, чтобы не смущать его.

— Тебе не больно – вдруг спросил он.

— Не а – коротко ответил я.

Мишка продолжил затягивать узел сильнее и вскоре снова спросил, больно мне или нет, и я снова мотнул головой, что нет. А когда он спросил уже в третий раз, отвлекая меня от разных мыслей, я приподнял голову и окинув взглядом себя от груди до ног сказал.

— А ты можешь делать и не спрашивать меня, а то с мыслей сбиваешь, подумать не даёшь?

— А вдруг тебе будет больно – парировал Мишка.

— Если будет, то я сам скажу – ответил я.

Я снова опустил голову на подушку предварительно взглянув на свой член и то что с ним делал в это время Михаил. Ничего такого, чтоб волноваться, я не заметил, и снова уставился в потолок. Конечно, я чувствовал, как он старается и изо всех сил затягивает узлы. Вот он опустил мой член, который лёг на мой живот и взял в руку яйца. Стал оттягивать их и мошонку обматывать новым шнурком. Вскоре я почувствовал, как он с силой затягивает узел, после чего взяв другой шнурок, стал дальше обкручивать им оставшееся нетронутым пространство на мошонке, оттягивая тем самым яйца всё дальше и дальше от основания члена.

— Как бы ни увлёкся, и не оторвал их мне – подумал я и предупредил его об этом.

Миша смутился, и вскоре завязав концы шнурка, затянув их не так туго, сел в сторонку. Я понял, что он закончил и сказал.

— Что, будем делать дальше, может на омут пойдём, искупаемся?

— Пошли – согласился он.

До конца августа было ещё три недели и стояло тепло. Одевшись мы вышли из общаги. Уже стемнело и в аллее даже не сговариваясь, оба разделись и спрятав одежду пошли купаться. После купания на берегу мы всё развязали и побродив вдоль речушки, вернулись в своё общежитие.

В течении всей недели Мишка вечерами перетягивать мой член и яйца и потом мы голыми шли купаться а если было прохладно то просто бродили по аллее.

И вот как то однажды, а до начала занятий оставалось всего девять дней, мы возвращались с омута и Мишка сказал.

— Я вчера уволился и не знаю что делать, домой съездить или тут болтаться.

— Ты что-то насчёт похода заикался. Может, сходим – добавил он следом после небольшой паузы.

— Я только за, только отпрошусь завтра, и три дня наши – согласился я.

В этот раз мы решили так далеко не ходить и с собой много не брать. В трёх километрах от города было поле засаженное подсолнухами, и они были с нас ростом. Это было прекрасное место для укрытия. Подсолнухи были ещё неспелыми и в них вряд ли кто будет заходить. Обсудив это, мы решили, что это наилучший вариант, чтоб хорошо провести выходные. Подготовка заняла не так много времени и уже во второй половине дня, мы спрятав свою одежду на окраине в зарослях молодого осинника, перебежали голышом небольшое поле чтобы скрыться в лесу и продолжить свой путь при свете яркого солнышка и большого риска быть замеченными. Это своего роды вызвало даже возбуждение чем страх. Мишка стал более смел и решителен и перестал бояться каждого шороха. За полтора или два час мы смогли добраться до безопасного места и забравшись поглубже в поле рухнули прямо на землю чтобы передохнуть. Было так тепло и тихо, что даже было слышно, как где-то рядом пролетел шмель или щебетали птички на окраине небольшого лесочка расположенного чуть поодаль от нас. Я стал доставать бутылку с водой, чтобы глотнуть пару глотков, так как горло пересохло от быстрого бега по открытому участку поляны. Шнурки, которые лежали на дне рюкзака прилипли к дну бутылки и вытащились следом, рассыпавшись по всей траектории по которой я подносил бутылку ко рту. Мишка глянул на них, потом на меня, но ничего не сказал.

— Что хочешь поэкспериментировать? - Спросил я его.

— Если тебе не больно и ты не против. – ответил он.

— Я же прошлый раз тебе сказал – ответил я коротко и лёг прямо спиной на землю между рядками высоких подсолнухов.Мишка подсел рядом и взяв валявшиеся на земле шнурки стал обматывать мой полу возбуждённый член который в его руках в считанные секунду уже стоял колом. Я просто лежал и смотрел вверх. Следить за его действиями было неудобно, и я просто наблюдал за склонившейся над головой большой шляпой ещё зелёного и цветущего подсолнуха. Мишка что-то там копошился, вертел мой член в разные стороны, обматывая его шнурком. Потом затягивал узлы, делая небольшие паузы, ожидая моей реакции. Я старался не обращать на него внимания, и даже когда было чуточку больно, сжимал зубы посильнее и не подавал вида. Вскоре Мишка освободил мой член из своих рук и положив его на мой живот принялся тискать и крутить мои яйца обматывая их шнурками и перетягивая по всей растянутой ли оттянутой мошонке оттесняя яйца всё дальше и дальше от основания члена.

— Вроде бы всё – вдруг произнёс он.

Я поднял голову и осмотрел его творение. Мой член был напряжён до предела. Головка была оголена и блестела на солнышке готовая вот-вот лопнуть от того что кожа на ней была слишком сильно натянута. Вены по всей длине сильно выступали, и при касании были твёрдыми, словно это были не венки и жилки, а натолканная в член проволока. Яйца тоже были оттянуты сантиметров на десять двенадцать от основания члена, а кожа на мошонке облегающая плотно вокруг оттянутых яичек, тоже была натянута до предела, что были видны все жилки.

— У тебя здорово получилось – похвалил я Мишу.

Он улыбнулся, но ничего не ответил.

— Может, в лес сходим. Вдруг там ягоды, какие есть. – предложил он.

— Пошли – сказал я и тут же встал с земли.

Член тяжело покачивался при каждом шаге и касался колючих стеблей подсолнухов и листьев. Я побоялся, что кожица может лопнуть и стал придерживать и закрывать своё хозяйство от случайного касания. Когда мы вышли на край поля, а впереди была поляна со скошенной травой, я поднял руки вверх и потянулся.

— Хорошо-то как!!!

Осмотревшись по сторонам и убедившись, что кругом нет ни души, мы пересекли поляну и вошли в лес. Бродили по нему довольно долго, и нашли несколько кустом вишни, но ягод на них было мало и мы их быстро оборвали и съели. Убедившись, что больше искать в лесочке нечего мы вернулись назад. Мне было уже неприятно, и я сказал Михаилу.

— Время уже много прошло, надо развязать всё.

— Ага, сейчас – ответил он и тут же присев напротив меня быстро распутал и убрал все шнурки. Я взял член в руку и сделал несколько движений, чтобы размять его и восстановить кровообращение. Как только синева стала проходить, и цвет кожи на члене стал приобретать свой естественный цвет, я убрал руку и сел между рядками. Мой член тоже опустился и уткнулся оголённой головкой в сухую землю. Миша посмотрел на это и улыбнулся, но ничего не сказал. Я тоже промолчал. Мы чуток отдохнули и решили поужинать, так как уже было поздно и солнышко стало садиться за дальний лес, хотя было ещё светло. Потом мы приготовили из травы себе место для ночлега каждый в своём междурядье, после чего Миша ещё раз поиграл с моим членом и яйцами. Потом мы легли и вскоре уснули и хоть мы были голышом, но нам не было прохладно.

В течении последующих трёх дней, Миша по несколько раз в день игрался с моим членом и яйцами перетягивая их как ему этого хотелось. Я только посматривал на него из любопытства и удивлялся его фантазиям. Мишка больше не спрашивал меня, больно мне или нет, а просто дела то, какая фантазия в данный момент приходила ему в голову. Он делал из моего члена то снеговика передавливая его в трёх местах, то перетягивал каждое яйцо по отдельности. Одним словом экспериментировал с ним по своему усмотрению. Может проверял таким образом все возможности, чтоб потом попробовать на себе. Даже синяки, которые стали появляться после каждого его перетягивания его уже не смущали и не волновали ни чуточку. Наоборот уже в следующий раз он затягивал узел ещё сильнее и не один или два, а несколько, чтобы потом при разматывании время на это уходило больше чем обычно.

Еды нам конечно же было мало, и мы устраивали каждый день после обеда, походы в общежитие за пополнением съестных запасов. Одевались в осиннике, поднимались в общагу и набрав еды которая была куплена накануне, возвращались назад. Это было рискованно по окраине города разгуливать голым, но такой риск нам нравился.

Подошли к концу последние выходные, и мы с некоторыми трудностями вернулись домой в общежитие. Последних два дня мы с Мишкой развлекались в пустой общаге, как могли. Ему нравилось создавать мне трудности и это получалось у него здорово. Иногда стоя голым за кухонной дверью он заведёт разговор с девчонками что жили на нашем этаже и мог болтать с ними по часу, а я не мог выйти из-за двери и даже боялся дышать. А один раз когда стемнело и всё сидели в комнатах, я голым пошёл в туалет, Мишка тихо включил музыку, какая нравилась девчонками и я сидя в туалете подумал что это они что то делали и открыв двери, слушали тихо музыку и голым просидел в туалете больше часа, боялся выглянуть. Когда всё стихло, вернулся к себе и проходя мимо комнаты Мишки, увидел что дверь была открыта и он голый как и я в начале, лежал на кровати.

Впереди нас ждал очередной учебный год, он был последним. Мы заканчивали обучение в техникуме, и должны были разъехаться по распределению. Немного забегая вперёд, скажу, Михаилу было уже приготовлено место в районном управлении сельского хозяйства. Было грустно осознавать, что этот наш поход был последним, хотя я надеялся, что судьба ещё повернётся ко мне лицом и наши с Мишкой пути пересекутся.

marinakcnh@rsmbler.ru