Глава 6 – Дорога домой

Вопрос Стейси сразу сменил тему разговора. Две дамы увлеклись обсуждением платьев, церквей и других вещей, которые меня не интересовали. Брайан посмотрел на меня, закатил глаза, и мы оба улыбнулись.

— По дороге мы зашли к семье Фелиситы. Они скоро спустятся на завтрак, — сказал мне Брайан.

— Спасибо. Мы отвезем их домой, прежде чем поедем в офис. Подстрахуешь меня?

— Конечно, Крис. Для этого я и здесь. В конце концов, кому еще ты доверишь управление делами, когда будешь в медовом месяце?

— Я об этом даже не думал! — воскликнул я. — Похоже, мы будем в отъезде некоторое время.

— Как минимум на неделю, — заверил меня Брайан. — Ты здесь босс. Возьми больше, если хочешь. Я никому не скажу.

— Нам нужно так много обсудить, — сказал я, глядя на Фелиситу. Она улыбнулась мне в замешательстве.

— Да, нам нужно обсудить детали, — сказала она мне.

— Верно, когда и где, кого пригласить, что все будут носить… — продолжила Стейси.

— Стейси, — упрекнул ее Брайан. — Пусть они сами планируют свою свадьбу.

— Все в порядке, Брайан. Нам нужна помощь. Никто из нас раньше этим не занимался, — сказал я им обоим.

Брайан указал на дверь. Мама и дедушка Фелиситы стояли в дверном проеме со слегка растерянным видом. Я кивнул и встал, чтобы их поприветствовать. Усадил за наш стол и принес им кофе. Фелисита показала им буфет. Они были поражены, увидев все это изобилие блюд. Обычные люди даже не бывали в таких местах. Это был еще один кусочек кубинской жизни, который предстояло изменить.

Мы все хорошо позавтракали. За столом мама Фелиситы присоединилась к разговору своей дочери и Стейси. Брайан и я развлекали дедушку. Он рассказал нам о предыдущей революции. Она закончилась примерно так же, как и эта. Как только Фидель захватил Гавану, вся страна внезапно оказалась под его контролем. Конец наступил быстро. Когда Батиста захватил власть, все произошло точно так же. Тот, кто контролирует Гавану, контролирует Кубу.

После завтрака мы вызвали машину. Когда она приехала, нам пришлось немного потесниться внутри. Мы собирались сначала завезти Стейси и Брайана в офис, а потом отвезти семью Фелиситы домой, но мама Фелиситы спросила, нельзя ли ей посмотреть, где мы работаем. Поэтому мы решили заехать в офис. Фелисита показала им свой кабинет и подробно объяснила, чем занимается компания. Они были очень впечатлены ее работой. Я рассказал, как мы перевозим товары между Кубой и Соединенными Штатами. Компьютеры, которые мы использовали для отслеживания грузов, казались им настоящим чудом.

После экскурсии мы отвезли их домой. По дороге мы обсуждали, где провести свадьбу. Фелисита упомянула, что мы ходили на мессу в церковь Иисуса де Мирамар.

— Это красивая церковь, — сказала ее мама. — Сам Папа Римский посещал ее.

— Я бы хотела обвенчаться именно там. Ты не против, Кристофер? — спросила она меня.

Я заметил, как у нее на глазах навернулись слезы.

— Я всегда надеялся, что мы поженимся именно там, с тех пор как впервые увидел эту церковь. Мне это очень нравится, — ответил я.

Уф! Один вопрос решен!

Остальную часть поездки две женщины обсуждали другие детали свадьбы, а дедушка Фелиситы рассказывал мне о достопримечательностях, мимо которых мы проезжали. Он вспоминал, как все было до Фиделя, и как сильно изменился город за эти годы. Было увлекательно смотреть на этот обветшалый город его глазами. Гавана снова станет прекрасной.

Мы не смогли сразу вернуться в город. Мама Фелиситы настояла, чтобы мы остались на обед и пообщались с некоторыми родственниками. Я почти ожидал этого, поэтому не стал спорить. Левую руку Фелиситы показывали, казалось, сотням людей. Мы были в центре внимания несколько часов. Я был благодарен, когда Фелисита после обеда объявила, что нам нужно возвращаться к работе. Мы уехали под бурные аплодисменты.

В машине по дороге обратно мы обсуждали, какой мы хотим видеть нашу свадьбу. Фелисита, конечно, хотела пригласить всю свою семью. Она вопросительно посмотрела на меня, потому что знала, что у меня нет родных. Я объяснил, что хочу позвать всех из главного офиса, кто сможет приехать, потому что они для меня как семья. Ей очень понравилась эта идея. Мы еще не выбрали дату, но хотели, чтобы это было как можно скорей. Я спросил, знает ли она, где можно провести мероприятие с таким количеством гостей. Она сказала, что ее семья обычно устраивает такие праздники на открытом воздухе. Я немного беспокоился из-за тропического климата, но решил довериться ее мнению. Она знала его гораздо лучше меня.

В офисе было почти невозможно сосредоточиться на работе. За последний день произошло слишком много событий. Снова. Когда мы вернулись, в офисе царила суматоха. В конце концов я сдался и понял, что сегодня не сделаю много. Мне удалось ускользнуть в свой кабинет, чтобы позвонить в Штаты.

Я позвонил Россу. Когда он ответил, сразу было слышно, что он обрадовался.

— Привет, Крис! Рад тебя слышать.

Я заверил его, что в Гаване все спокойно, и коротко рассказал, как идут дела в офисе.

— Так что за новость? — спросил он. — По голосу слышу, что что-то случилось.

Он всегда меня читал как открытую книгу.

— Росс, вчера вечером я сделал Фелисите предложение.

Он взорвался от восторга.

— Это потрясающе! Я так рад за вас обоих! Когда свадьба?

— Мы только начали планировать. Ты, конечно, приглашен. Все из компании, кто сможет приехать, приглашены. Я очень надеялся, что ты будешь здесь.

— Рассчитывай на меня, мой мальчик. Я обязательно приеду. Посмотрю, что можно сделать с остальными.

Мы поговорили о Фелисите, о том, где будем жить, о долгосрочных перспективах офиса и о многих других деталях. Мне стало немного не по себе, когда я подумал, сколько стоит этот телефонный разговор – мы болтали очень долго. Росс во многих отношениях был для меня как отец.

— Когда я смогу снова тебя увидеть? Я хочу познакомиться с твоей невестой, — предложил Росс.

— Думаю, мне нужно вернуться. Похоже, я буду жить здесь, поэтому надо упаковать вещи из квартиры и отправить их сюда.

— Отлично! Приезжай. И привези Фелиситу. Ты заслужил отпуск. Я попрошу Агнес все организовать.

— Сначала нужно позаботиться о паспорте для Фелиситы и визе. Думаю, она никогда не выезжала с Кубы. Сегодня поговорим об этом с посольством.

— Верно – посольство, — задумчиво произнес Росс. — Дипломатические отношения восстановлены. Мир меняется.

— Ты совершенно прав! Здесь все меняется так быстро, прямо на наших глазах, — сказал я.

— Дай мне знать, когда приедешь. Я хочу познакомиться с твоей невестой.

— Обязательно, Росс. Ты знаешь, что без тебя ничего этого бы не случилось.

— Называй это судьбой. Вам двоим суждено было быть вместе.

— Что бы это ни было, я рад, что это случилось.

Перед тем как закончить разговор, я услышал, как Росс громко позвал Агнес в свой кабинет. Он сказал ей, что у меня есть новости, и передал трубку. Перед тем как отдать ей телефон, он объяснил мне, что специально хотел, чтобы она была рядом с ним в кабинете, чтобы видеть ее лицо, когда я сообщу новость.

— Привет, Агнес, — сказал я.

— Кристофер! Как ты?

— Хорошо. На самом деле, даже лучше, чем хорошо. Я женюсь.

Агнес тихо вскрикнула. Это было совершенно не в ее характере, но она действительно была потрясена. Позже Росс рассказал мне, что ее лицо в тот момент он не скоро забудет. Она была безумно счастлива, особенно когда я сказал, что мы собираемся приехать, чтобы я мог забрать вещи из своей квартиры.

Разговор вскоре закончился. Затем я позвонил в посольство США и спросил, есть ли у них информация о том, как кубинский гражданин может посетить Соединенные Штаты. Они сразу узнали мое имя и предложили всяческую помощь, но в отделе по делам гражданства и иммиграции пока не знали точного ответа. Мне пообещали перезвонить позже днем. Правда заключалась в том, что никто еще не знал, какую политику новое кубинское правительство будет проводить по выдаче паспортов.

Я подошел к кабинету Фелиситы. Она просматривала какие-то контракты.

— Привет, Крис, — сказала она, подняв глаза и увидев меня в дверях.

Ее лицо мгновенно просветлело. Мое сердце согрелось, когда я увидел эту улыбку.

— Хочешь поехать со мной в головной офис? — спросил я.

Она на мгновение задумалась. Потом ее глаза расширились.

— В Соединенные Штаты?

Я кивнул.

— Да! Я думала, что никогда не смогу этого сделать. Конечно, с удовольствием! Когда мы можем поехать?

— Сначала нужно получить для тебя паспорт и визу. Я уже говорил с посольством, они занимаются этим вопросом. Похоже, пока никто точно не знает, как новые власти будут выдавать документы.

Я позволил ей вернуться к работе и пошел поговорить с Брайаном. Я хотел заранее предупредить его о своей поездке, потому что он будет отвечать за офис, пока меня не будет. Я также хотел обсудить с ним возможность поездки домой для него и Стейси. Они оба были здесь уже несколько недель и должны были вернуться домой хотя бы на время. Мне очень хотелось узнать его мнение о переезде в Гавану. Я надеялся, что он останется со мной. Я хотел, чтобы он остался моим заместителем руководителя кубинского филиала на постоянной основе.

Он не выглядел слишком воодушевленным, когда я предложил ему поездку домой.

— Я надеялся остаться здесь с вами, — сказал он разочарованно.

— Думаю, ты меня не понял. Я хочу, чтобы ты остался здесь. Я надеялся, что ты останешься со мной. Я просто хотел дать тебе возможность вернуться, чтобы, незнаю, уладить какие-нибудь дела. Если ты этого захочешь. А как насчет Стейси? Думаешь, она тоже останется?

Брайан широко улыбнулся, наклонился над столом и прошептал:

— Я надеюсь. После того, как вы вернетесь из вашего медового месяца, я надеюсь взять отпуск.

— Брайан! — воскликнул я. — Я не знал!

— Тише! Я еще не говорил с ней об этом. Но думаю, она об этом думала. Она была очень взволнована, обсуждая планы свадьбы с Фелиситой.

Мы улыбнулись друг другу.

— Думаю, тебе не о чем беспокоиться. Я видел вас двоих вместе, — сказал я. Это была правда, Стейси и Брайан были влюблены друг в друга.

— Мы отличная команда. Я надеялся, что мы все останемся вместе, — добавил я, уходя.

Позже тем же днем пришел ответ из посольства. Очевидно, мое имя все еще имело вес у нового кубинского правительства – они собирались немедленно выдать Фелисите паспорт. Ей нужно было только сфотографироваться и заполнить несколько документов. Я отвез ее в фотостудию, чтобы сделать снимки. Фотограф заверил нас, что фотографии будут готовы уже на следующий день после обеда.

За ужином в тот вечер Фелисита с восторгом рассказывала о предстоящей поездке. Она никогда раньше не выезжала за пределы Кубы. До революции поездка в Соединенные Штаты казалась ей невообразимой роскошью.

Та ночь стала еще одним незабываемым моментом любви. Каждая ночь с Фелиситой была такой. На следующий день после обеда мы забрали фотографии и пошли в бюро, которое выдавало паспорта. Еще несколько недель назад то, что мы делали, казалось невозможным. Еще один признак того, как быстро меняются времена.

Обычно процесс оформления паспорта занимает несколько недель. Благодаря моим связям с правительством (и президентом) Фелисита получила паспорт всего за два дня. Когда мы вернулись в офис, я позвонил Агнес и попросил ее организовать поездку в конце недели. Агнес заверила меня, что все устроит, и добавила, что с нетерпением ждет встречи с Фелиситой.

Остаток недели тянулся очень медленно – мы с нетерпением ждали поездки. Я старался не слишком загружать себя работой, в основном, полагаясь на Брайана. Я хотел, чтобы он чувствовал, что я доверяю ему вести дела, пока меня не будет. Я рассчитывал вернуться через неделю. Я спросил в офисе, не хочет ли кто-нибудь, чтобы я привез что-нибудь особенное из США.

В субботу утром мы попрощались с Брайаном и Стейси. Мы выехали из отеля в аэропорт, точно так же, как я делал это примерно десять месяцев назад. После отмены торгового эмбарго несколько авиакомпаний открыли ежедневные рейсы между Гаваной и Майами. Нам пришлось сначала лететь в Майами, но оттуда уже был прямой рейс. Настроение в этой поездке было совершенно другим. Мы были счастливы, даже взволнованы. Фелисита никогда раньше не летала, но не казалась нервной. Похоже, она воспринимала это как новое большое приключение.

Мы зарегистрировались на новой стойке «American Airlines» и заплатили выездной налог – конечно, по-прежнему в американской валюте. С блестящими голографическими штампами на посадочных талонах мы прошли к выездному контролю. На этот раз Фелисита подошла к двери и предъявила свой новый паспорт сотруднику. Я шел сразу за ней. Как только наши документы проверили и проштамповали, дверь зажужжала. Фелисита толкнула ее и шагнула в совершенно новый мир.

Для меня это было повторение моей последней поездки, но без душевной боли. Для Фелиситы каждый ее шаг вел в место, где она никогда раньше не бывала. Мы выпили в баре, где несколько месяцев назад я плакал над своим последним мохито. Она восхищалась чистотой и размерами терминала. Поскольку он обычно предназначался для иностранцев и высокопоставленных чиновников, уровень его качества был заметно выше того, что привыкли видеть обычные кубинцы. Вскоре объявили наш рейс. Солдаты по-прежнему стояли у выхода (от старых привычек тяжело избавиться), но их было значительно меньше и теперь они поддерживали порядок, а не препятствовали кубинцам покидать страну. Возбуждение Фелиситы нарастало, когда мы прошли ворота терминала и начали двигаться по телетрапу. За углом, у двери самолета, стояла стюардесса – на этот раз без солдата. Она была там, чтобы в последний раз проверить наши посадочные талоны и поприветствовать нас на борту.

Я попросил Агнес забронировать нам места в первом классе – Фелисита летела самолетом впервые, и мне хотелось, чтобы для нее все прошло максимально комфортно. Агнес ответила, что поездку оплачивает компания, и Росс уже поручил ей забронировать места в первом классе.

Фелисита вошла в самолет и с восторгом огляделась вокруг. Я улыбнулся, подошел к ней и провел к нашим местам. Я убрал нашу ручную кладь в багажный отдел и усадил ее у окна, показав, как пристегнуть ремень безопасности и настроить кондиционер.

— Как здесь хорошо, — сказала она с удивлением в голосе, когда стюардесса приняла наш заказ на напитки.

— Не всегда так хорошо. Сегодня мы летим первым классом. Обычно я летаю экономклассом, — ответил я ей, указывая рукой на заднюю часть самолета.

Она заглянула за мое кресло.

— Там кресла намного меньше, — заметила она.

— Да, это так. И они не такие удобные. Это подарок от Росса.

Она задумалась на мгновение. Когда стюардесса подала нам напитки, она взяла свой стакан и сказала:

— Тогда я буду наслаждаться этим из уважения к нему.

Я тихо рассмеялся.

— А я буду наслаждаться эти, потому что я с тобой.

Когда она деликатно сделала глоток из своего стакана, солнечный свет, проникающий через окно, преломлялся в бриллианте на ее руке. Я глубоко вздохнул, чувствуя любовь к ней всем своим телом.

Фелисита внимательно слушала инструкции по безопасности, следя за карточкой. Я тоже старался делать то же самое – в основном ради нее. Было трудно сдержать улыбку, когда она смотрела с таким вниманием, как ребенок в первый день в школе. Все это было для нее новым; это был мир, который она никогда не ожидала увидеть до сегодняшнего дня.

Она выглядела немного нервной, когда услышала стук – дверь грузового отсека захлопнулась. Легкая дрожь прошла по ее телу, когда заработали двигатели. Я успокоил ее, взяв за руку. Вскоре мы вырулили на взлетную полосу, и она прилипла к окну. Когда мы остановились в конце полосы, она спросила:

— Почему мы остановились?

Я не успел ответить, как самолет начал разгоняться перед взлетом. Она откинулась на спинку кресла, широко раскрыв глаза. Мне с трудом удалось сдержать смех. Я взял ее за руку и попытался успокоить. Когда нос самолета оторвался от взлетной полосы, я почувствовал, как ее ногти глубоко впились в мою кожу.

— Все в порядке. Это нормально, — сказал я ей.

Она немного ослабила хватку и снова повернулась к окну. Самая страшная часть осталась позади, и теперь она видела свою страну с новой, непривычной высоты. Фелисита была полностью очарована видом из иллюминатора, даже когда мы вскоре оставили побережье Кубы позади.

— Что это? — спросила она, когда показалось побережье Флориды.

— Это… Америка, — с гордостью объявил я.

— Она так близко! — воскликнула она, и в голосе слышалось неподдельное удивление.

— Всего около ста пятидесяти километров от побережья Кубы, — ответил я.

Мне нравилось видеть все это впервые ее глазами.

Ее комментарии привлекли внимание стюардессы. Та подошла к нашим местам и опустилась на колени в проходе.

— Вы впервые покидаете Кубу? — мягко спросила она Фелиситу.

Фелисита широко раскрыла глаза и кивнула.

— В таком случае, — сказала стюардесса, и в ее голосе появилась официальная нотка, — пилот просил меня вручить вам эти крылышки в честь вашего первого полета.

Она встала, наклонилась надо мной и аккуратно прикрепила пластиковые крылышки к платью Фелиситы. Когда стюардесса выпрямилась, Фелисита благоговейно прикоснулась к ним пальцами, как если бы ей вручили медаль Конгресса за отвагу. Обычно такая церемония предназначена для маленьких детей, но для Фелиситы она не казалась нелепой.

— Через несколько минут мы приземлимся в Майами, — сказала мне стюардесса.

Время перелета из Гаваны в Майами оказалось действительно коротким. Вскоре мы уже готовились к посадке. Для Фелиситы это тоже была совершенно новая процедура. Она очень серьезно отнеслась ко всем требованиям: убедилась, что столик зафиксирован в вертикальном положении, спинка кресла полностью поднята, а ремень безопасности надежно застегнут. Я наблюдал за ней с легким удивлением. Для меня все это давно стало рутиной, автоматическими действиями. Для нее же каждая мелочь казалась важной и серьезной.

Она послушно оставалась на месте, пока самолет полностью не остановился и не погас знак «Пристегнуть ремни». У нас было достаточно времени до стыковочного рейса, поэтому никуда спешить не приходилось. В Майами нас ждал таможенный контроль – еще один новый опыт для нее. Полет был настолько коротким, что заполнить анкеты на посадку в самолете мы не успели. Пришлось делать это уже стоя в очереди. Фелисите очень помогло то, что анкета была напечатана на английском и испанском языках.

Когда настала наша очередь общаться с сотрудником таможни, она нервничала. Я видел, что она также гордилась тем, что впервые предъявляет свой новый паспорт. Сотрудник оказался дружелюбным: заметив дату выдачи, он тепло поприветствовал ее с первым визитом в Соединенные Штаты. Возможно, помогло и то, что она была взрослой девушкой, но при этом носила пластиковые крылышки от авиакомпании. Фелисита широко улыбнулась и искренне поблагодарила его.

Наши сумки тщательно досмотрели – вероятно, потому что мы прилетели из Кубы. Конечно, ничего подозрительного не нашли. Фелисита немного смутилась, когда мужчина-инспектор обнаружил ее нижнее белье от «Victoria’s Secret». Он отнесся к этому совершенно спокойно, вежливо игнорируя ее покрасневшее лицо.

Когда мы прошли таможню, мы подошли к автоматическим стеклянным дверям с надписью «Добро пожаловать в Соединенные Штаты Америки». Я видел, как Фелисита посмотрела на эту надпись, глубоко вздохнула и шагнула через дверь. Когда мы оказались по другую сторону, она повернулась ко мне.

— Мы теперь в Соединенных Штатах Америки, да?

— Да, мы здесь, — ответил я.

Она улыбнулась одной из самых широких улыбок, которые я когда-либо видел на ее лице. Огляделась по терминалу и сказала:

— Здесь очень красиво. — Она глубоко вздохнула. — Это запах свободы.

На самом деле запах ничем не отличался от аэропорта в Гаване – это все равно был аэропорт. Она не могла выйти на улицу, пока мы ожидали следующий рейс. Но все равно, мне было приятно наблюдать за ее волнением.

Фелисита восхищалась магазинами, расположенными вдоль зала ожидания по пути к нашему выходу. Мы провели немало времени, разглядывая витрины. Она была поражена всем, что продавалось, и количеством товаров. Здесь ничего не было нормировано. Я предложил ей немного наличных, чтобы она могла что-нибудь купить.

— Нет, спасибо, — вежливо ответила она.

Она залезла в сумочку и вытащила аккуратную пачку купюр. Я увидел, что это были те самые купюры с буквой «C». Фелисита зашла в соседний магазин, выбрала шоколадный батончик, и сама его купила. Затем она повернулась ко мне – в ее глазах блестели слезы гордости.

— Моя первая покупка в Америке, — сказала она, глядя мне прямо в глаза. — Это для тебя.

Она вложила батончик мне в руки.

— Я хотела использовать эти деньги, чтобы купить тебе подарок.

Я улыбнулся и поблагодарила ее. Это был такой милый, бескорыстный поступок.

Было около обеда, поэтому я отвел Фелиситу в кафетерий. Я не был уверен, что она выберет на обед. Затем я заметил то, чего она, вероятно, никогда раньше не пробовал – пиццу. Я оказался прав. Она не имела ни малейшего представления, что это такое, но, судя по ее лицу, с первого же кусочка влюбилась в нее. Это был типичный фастфуд, как и почти вся еда в аэропорту, но для нас он превратился в настоящий восхитительный обед.

Наш следующий рейс прошел почти так же, как и первый, разве что у Фелиситы теперь была пара крылышек. Когда стюардесса заметила их, она сразу догадалась, что Фелисита летит впервые, и подошла к нам поболтать. Она смотрела на нас как-то странно, внимательно изучая наши лица. Наконец она сказала:

— Я знаю, кто вы! Вы давали интервью CNN на Кубе!

Я поморщился. Я надеялся, что к этому времени вся эта история уже утихнет.

— Да, это мы, — ответил я, стараясь быть максимально вежливым.

К моему огромному облегчению, стюардесса переключила внимание на Фелиситу и ее первое путешествие за пределы Кубы, а не на мою роль в революции. Я откинулся в кресле и просто наблюдал, как две женщины разговаривают.

Когда стюардесса вернулась к своим обязанностям, Фелисита прильнула к окну. Мы пересекли залив и уже приближались к побережью Техаса. Я заметил, что она смотрит на проплывающий внизу пейзаж с тем же завороженным вниманием, с каким я когда-то смотрел на Гавану во время своего первого полета туда.

Мы приземлились в середине дня и, забрав багаж с ленты, взяли такси до моей квартиры. Фелисита видела квартиры в Гаване, но не была готова к относительной роскоши моего дома. Для меня это был просто дом. Для нее – новый мир. Она ходила из комнаты в комнату, просто разглядывая все вокруг. Даже посудомоечная машина привлекла ее внимание. Я уловил легкий запах затхлости. Она же увидела дворец. Пока она исследовала квартиру, я пересматривал вещи, решая, что отправить в Гавану, а от чего избавиться. Мне нужно было заняться этим на этой неделе. Я позвонил в агентство по аренде жилья и объяснил, что меня переводят, сказав, что съеду до конца месяца. Тем временем Фелисита обнаружила телевизор и восхищалась всеми каналами.

В тот вечер я взял Фелиситу с собой и показал ей Хьюстон. Мы поужинали – она настояла на еще одной пицце – и пошли танцевать. На нее было приятно смотреть. Я заметил, что она привлекает много внимания, и не удивился. Я знал, что моя невеста очень красивая. Она когда-то привлекла мое внимание, а теперь привлекала взгляды многих других мужчин. Видя ее в красивом новом платье, с наслаждением танцующей в ночном клубе, было почти смешно вспоминать, как она ездила на желтом скутере в футболке «Havana Club». Как изменились наши жизни!

Мы не задержались допоздна. День выдался долгим, поэтому решили лечь спать пораньше. Фелисита действительно хорошо проводила время, но я видел, что она устала. Мы вернулись в мою квартиру, и я ожидал, что сразу же рухну в постель, но у нее были другие планы.

— Это мой первый шанс заняться любовью в Америке, Кристофер, — сказала она томным голосом.

Это была долгая ночь.

Хотя на Кубе она обычно раздевала меня почти ритуально, теперь она вела себя как настоящая американка. Я сел на край кровати, а она стояла передо мной и танцевала, медленно снимая с себя одежду. Я включил радио на стереосистеме, и она начала двигаться в такт музыке, пока вещи одна за другой падали на пол. Вскоре моя обнаженная красавица кружилась передо мной. Я встал, а она обвила руками мою шею и притянула к себе, чтобы я танцевал вместе с ней. Мы целовались и двигались в ритме, пока она снимала с меня одежду. Не прошло и нескольких песен, как мой член коснулся ее лобковых волос.

Из динамиков стереосистемы звучала радиостанция с хитами восьмидесятых. Когда очередная песня закончилась, заиграла «Tonight, I Celebrate My Love». Мы танцевали под эту медленную мелодию – наши тела терлись друг о друга в неспешной, чувственной версии кубинской сальсы. К тому моменту, когда песня подошла к концу, я был уже на грани. Фелисита опустилась на колени и сделала свой первый минет на американской земле.

Когда я кончил, мои колени дрожали. Она поднялась, осторожно оттолкнула меня на кровать, забралась сверху и поцеловала глубоко, долго. Я никогда не думал, что она окажется в моей постели, но вот мы здесь – в изменившемся мире.

Я перевернул нас и положил руку между ее ног, продолжая сосать сосок. Она играла с другим соском, закрыв глаза в экстазе. Несмотря на сильную усталость, я быстро восстановился и был готов оседлать эту латинскую красавицу. К сожалению, все мои презервативы остались на Кубе, а две новые коробки, которые я купил по дороге в аэропорт, лежали в чемодане. Я думал позитивно и взял несколько с собой в эту поездку домой. Черт!

— Я сейчас вернусь, — пообещал я, выскочив из спальни, ведомый своей эрекцией.

Я распахнул первый чемодан, открыл его и начал рыться в нем. Картонной коробки не было. Перешел ко второму. Моя рука наткнулась на атласное белье Фелиситы, напомнив мне о цели моей миссии. Наконец, я нашел коробку, которую искал, и практически побежал обратно в спальню. Моя любовь ждала меня на кровати, нежно лаская свою киску рукой. Она была так возбуждена, что я только надеялся угнаться за ней.

Надев презерватив на член, я переместился между ее ног. Она была настолько влажной, что я вошел в нее одним движением. Мы оба застонали, когда я прижался к ней всем телом. Мы занимались любовью медленно, наслаждаясь каждым прикосновением, каждой лаской, каждым соприкосновением мужчины и женщины. Пока я трахал ее стройное тело, мне пришла в голову мысль: это те же самые простыни, на которых я мастурбировал в ночь перед тем, как уехать на ее поиски. Реальность оказалась намного лучше любой фантазии.

Мы оставались в миссионерской позе все время. Мы целовались и обнимались, стонали и плакали. Мы поднимались на вершину вместе. Мне удалось продержаться, пока она кончила три раза. Во время второго и третьего оргазма она громко кричала. Мне было все равно, что подумают соседи. Я уезжал через неделю. В конце концов настала моя очередь достичь кульминации, и я закричал, изливая свою сперму в ее тело.

Я отдышался и понял, что мы оба вспотели. Я вытащил свой покрытый латексом член из ее киски и увидел, что ее лобковые волосы спутались – то ли от пота, то ли от моей спермы. Мы занимались потным, шумным сексом, и это было прекрасно. Я предложил принять душ, прежде чем продолжить. Она встала – на ней не было ничего, кроме обручального кольца – и направилась в ванную. Мы приняли душ вместе, долго намыливая и потирая друг друга скользкими телами.

В душе у меня снова появилась эрекция. Когда мы вернулись в постель, я притянул ее к себе в позу 69. Я наслаждался ее вкусом, пока она сосала мой член. Я держался за ее гладкую попку, исследуя киску языком. Время от времени я скользил языком по ее клитору – это ей очень нравилось. Я сразу понимал, когда делал что-то особенно приятное: она переставала двигать ртом вверх-вниз по моему члену. Когда привыкала к новой стимуляции, она начинала сосать меня с новой энергией. В конце концов я был вынужден лизать ее киску еще интенсивнее, чтобы хоть немного замедлить ее темп и оттянуть свой оргазм. Это было похоже на сюжет фильма «Поймай меня, если сможешь» – я не мог вечно оставаться на шаг впереди. Я крепко схватил ее за задницу и толкнул бедрами, когда она проглотила мою сперму. Я знал, что впиваюсь ногтями в ее нежную кожу слишком сильно, но ничего не мог с собой поделать – и она, похоже, не возражала. Когда я закончил кончать, она подняла голову с моего смягчающегося члена.

— Это было весело, — сказала она.

— Это было чудесно! — ответил я.

Она сползла с меня, повернулась и прижалась ко мне всем телом.

— Кристофер, я устала. Может, просто поспим?

— Звучит замечательно, — сказал я. — Это был долгий день.

Я встал и выключил свет. Вернулся к ней в постель, и мы вскоре заснули. Ночью я проснулся и улыбнулся, когда понял, где я и с кем рядом лежу. Кто бы мог подумать несколько недель назад, что такое вообще возможно?

На следующее утро нам пришлось завтракать вне дома. Поскольку я так долго отсутствовал, все, что осталось в моем холодильнике, уже давно испортилось. Мы взяли такси до центра города и зашли в маленькое кафе, которое я знал. Фелисита хотела попробовать все, что было в меню. Блины, вафли, буррито на завтрак – для нее все это было в новинку. В конце концов я убедил ее ограничиться двумя блюдами. Она выбрала блины и буррито на завтрак. Получилось интересное сочетание. Апельсиновый сок и кофе ее разочаровали. Когда привык к кубинскому кофе и свежевыжатому соку, все остальное кажется почти безвкусным.

Я взял ее с собой на мессу в свою церковь. Мы встретили нескольких друзей, которые были рады меня видеть и познакомиться с Фелиситой. Я уехал на Кубу так внезапно, что не успел рассказать многим, куда направляюсь. Большинство узнали, где я, из репортажей CNN. Я рассказал им, что возглавляю офис в Гаване и мы будем жить там некоторое время.

Остаток дня мы провели, осматривая город. Фелисита была поражена тем, насколько он чистый и ухоженный. Нам нравилось быть вместе в стране свободы. Перед тем как вернуться в квартиру, мы зашли в «Rice Epicurean Market» (пер. популярная в середине 2000-х сеть продуктовых магазинов в штате Техас) на Уэстхаймер, чтобы купить продукты на неделю. Я не осознавал, какое впечатление это произведет на Фелиситу.

Для нее, привыкшей к жизни на Кубе, такое изобилие продуктов, выставленных на продажу, должно было показаться почти неприличным. Для меня это было просто привычное место, где я покупал еду. Она остановилась у входа и просто стояла, оглядываясь вокруг. Из всех удивительных вещей, которые она увидела за время поездки, это, наверное, поразило ее сильнее всего. Я взял ее за руку и повел внутрь. Проходя мимо отдела мяса и морепродуктов, я вспомнил нашу первую совместную поездку по магазинам, когда мы говорили о том, что теперь она сможет есть мясо каждый день. Я знал, что никогда не забуду то выражение удивления на ее лице.

Когда мы подошли к кассе, она заметила стенд сети «End Hunger» и настояла, чтобы я купил сумку. У кассы я также пожертвовал деньги в фонд «Food For All». (пер. «End Hunger» и «Food For All» – глобальные кампании по борьбе с голодом) Покупка продуктов и так вышла довольно дорогой, но я понимал, что она знает, что такое настоящий голод. Ее сердце было на месте, поэтому я не стал возражать против благотворительности.

После завтрака в понедельник мы пошли в офис. Я оставил свою машину на хранении у служащего гаража, поэтому рассчитывал, что мы сможем ее забрать и наконец перестанем пользоваться такси. Я также с нетерпением ждал встречи со всеми в офисе. Меня не было несколько недель, и я хотел узнать последние новости из жизни своей компании. Но главное, я хотел похвастаться самым большим изменением в своей жизни.

Я решил, что сначала мы должны появиться на этаже руководства. Мы вышли из лифта – коридоры были еще пусты, так что никто не испортил наш сюрприз. Когда мы вошли в приемную офиса Росса, я услышал голос Агнес.

— Крис!

Скорее, это был крик – радостный крик. Она была в полном восторге, увидев нас. Подбежала от своего стола и крепко обняла меня. Потом отступила на шаг, приняла более официальный вид, посмотрела на милую девушку, державшую меня за руку, и спросила:

— Это, наверное, Фелисита?

Фелисита широко улыбнулась ей в ответ.

— Я так рада наконец-то познакомиться с тобой, — сказала Агнес, протянув руку к нашим соединенным ладоням, чтобы рассмотреть обручальное кольцо. — Оно прекрасное, как и ты.

Две женщины сразу понравились друг другу. Передо Мной стояли две женщины, которые, вероятно, заботились обо мне больше всех на свете. Агнес была для меня как мать. Они тут же оживленно заговорили, когда я услышал еще один знакомый голос.

— Мне показалось, что я слышу гостей, — сказал Росс, выходя из своего кабинета. Он бодро подошел ко мне и обнял. — Так хорошо, что ты снова с нами. Это она?

Я кивнул. Росс наклонился ближе и, явно чтобы Фелисита услышала, шепнул:

— Она прекрасна. Как такому парню, как ты, удалось покорить ее сердце?

Он рассмеялся и хлопнул меня по спине.

Я представил всех друг другу. Кто-то из соседних кабинетов, видимо, услышал наш разговор, потому что в приемной внезапно собралась толпа. Люди подходили ко мне, знакомились с Фелиситой. Мы были окружены счастливыми лицами. Я боялся, что она растеряется от такого напора, но Фелисита восприняла все спокойно. Я уверен, она не запомнила и половины имен. Нас поздравляли бесчисленное количество раз. Это было возвращение домой, которое явно не собиралось заканчиваться быстро.

Росс повысил голос, чтобы привлечь внимание всех.

— Итак, Крис, это навсегда или просто визит? — спросил он, явно намекая на мое решение возглавить офис в Гаване.

— Я уверен, вы понимаете, что я остаюсь в Гаване, — ответил я, обращаясь и к нему, и ко всем остальным.

Вокруг пробежали грустные улыбки. Они знали, что для меня это отличная возможность, и слышали, как сильно я этого хотел. Тем не менее, здесь у меня были друзья, и они будут скучать. Конечно, я буду приезжать в штаб-квартиру, но это будут просто визиты. В обозримом будущем я буду жить в Гаване.

— Я и не ожидал, что ты откажешься, — сказал Росс. — Наш самый быстрорастущий офис в регионе не мог бы быть в лучших руках. Ты же знаешь, что из-за тебя весь отдел доставки в постоянной суете?

Все рассмеялись.

— Никто не будет против, если дела пойдут немного медленнее, — добавил он.

— Я надеялся, что дела пойдут быстрее, — сказал я всем.

Смех сменился стонами.

— Извините, но дела идут хорошо, — добавил я с улыбкой.

— Очень хорошо, — услышал я, как сказал Майк. — Ты всех превзошел. Мы перенаправляем часть других грузов, чтобы успевать выполнять твои заказы.

Я не заметил, как вошел Майк. Он пожал мне руку и добавил:

— Я рад, что ты рискнул. Ты хорошо поработал.

Затем, многозначительно посмотрев на Фелиситу, он с улыбкой добавил:

— Очень хорошо.

Прошел почти час, прежде чем люди начали возвращаться к работе. Мне было неудобно, что я так сильно нарушил рабочий процесс, но никто, казалось, не обращал на это внимания, даже Росс. В конце концов, мы с Фелиситой вернулись в кабинет Росса, чтобы обсудить мой переезд. Я хотел упаковать вещи и отправить их на Кубу. Росс пошутил, что, по его мнению, на кораблях, идущих на Кубу, больше нет свободных мест из-за моих заказов. Мы поговорили о том, как обстоят дела в офисе. Я пригласил его приехать в гости, и он сказал, что обязательно воспользуется приглашением. Мы смешали деловые и личные вопросы. Мы еще не определились с датой свадьбы. Мы все еще пытались заказать платье для Фелиситы и организовать прием. Похоже, что это будет в конце осени.

Когда Фелисита отошла в туалет, я спросил у Росса совета насчет медового месяца.

— Фелисита сказала мне, что хочет увидеть снег. Где есть хороший, тихий, уединенный курорт, куда я мог бы ее отвезти, чтобы в конце ноября там уже лежал снег?

Росс ответил, не задумываясь:

— Агнес, подойди-ка сюда.

Когда она подошла, он повторил мой вопрос. Агнес улыбнулась.

— Крис, я знаю такое место. Мы с мужем провели там медовый месяц. Оно находится на севере Пенсильвании, и к тому времени там уже должен быть снег. Это курорт специально для пар. Вообще в той местности много курортов для пар. Я могу уточнить и дать тебе точный ответ чуть позже.

— Спасибо. Только, пожалуйста, – это сюрприз, — прошептал я, услышав, что Фелисита возвращается.

Агнес улыбнулась и кивнула.

Росс заверил меня, что сможет организовать переезд. Компания часто переводила сотрудников за границу, поэтому у него была налаженная связь с фирмой, которая могла организовать всю логистику. Я объяснил, что мы хотим провести следующие несколько дней, покупая вещи, которых на Кубе пока просто нет. Росс спросил, не против ли мы, если он устроит вечеринку по случаю нашей помолвки у себя дома, пока мы будем в городе. Мы согласились, хотя почти все гости будут из офиса. Мы уладили еще несколько деталей, прежде чем спустились в гараж и забрали мою машину. Я знал, что выгоднее будет продать ее, чем отправлять на Кубу. Мы будем пользоваться ею, пока здесь, и продадим перед отъездом. Домой.

Сначала было забавно думать о Гаване как о «доме», но потом я понял, что не было другого места, которое я хотел бы так называть. Странно было снова сесть за руль. Прошло несколько недель с тех пор, как я последний раз водил. Это был также первый раз, когда я вез Фелиситу. Она была очень впечатлена моей машиной. На самом деле, она была поражена практически всеми аспектами моей жизни здесь. Я объяснил ей, что это теперь и ее жизнь.

Я отвез ее в торговый центр, в который ходил накануне отъезда в Мексику. Она была в полном восторге от всех магазинов и разнообразия товаров, которые там продавались. Я хотел показать ей один конкретный магазин. Я знал, что она найдет там вещи, которые ей очень понравятся. Это были вещи, которых на Кубе просто не достать. Она узнала магазин еще издалека. Он носил то же название, что и бирки на ее нижнем белье. Фелисита не могла поверить, что существует магазин, который продает только женское нижнее белье. На самом деле там продают и другую женскую одежду, но нижнее белье – основная линейка товаров.

Я завел ее в «Victoria’s Secret» и сказал, чтобы она покупала все, что захочет. Она долго выбирала, и к нам подошла продавщица. В конце концов Фелисита остановилась на нескольких комплектах нижнего белья. Она спрашивала мое мнение о каждом. Я каждый раз отвечал одно и то же:

— Очень красиво. На тебе будет прекрасно смотреться.

Продавщица улыбнулась, когда я произнес это, наверное, в десятый раз. Это была чистая правда. На Фелисите все выглядело красиво. Конечно, у нее было идеальное телосложение. Но даже если бы это было не так, в моих глазах она все равно была бы самой прекрасной женщиной на планете. Я смотрел на нее не только глазами, но и сердцем.

Я думал, что Фелисита упадет в обморок, когда она увидела, сколько стоят ее покупки. Думаю, она никогда в жизни не тратила столько денег за один раз. Я просто улыбнулся и заплатил. Это были деньги, потраченные с пользой: мы покупали то, что понравится нам обоим. Если честно, я искренне верил, что ей это понравится даже больше, чем мне.

Мы еще немного походили по магазинам в торговом центре. Я хотел купить еще кое-что. Когда мы выходили из торгового центра, мне нужно было кое о чем поговорить с Фелиситой в машине.

— Мы собираемся пожениться, — начал я.

— Да, мы поженимся, — сказала она и улыбнулась.

— Я подумал, что было бы неплохо, если бы нам больше не нужно было пользоваться презервативами. Мы будем только друг с другом.

— Ты имеешь в виду, что хочешь, чтобы я родила тебе детей? — спросила она.

По ее тону я понял, что она не планировала этого прямо сейчас, но сделала бы это ради меня.

— Да, но не сразу. Я подумал, что мы могли бы использовать другой метод контрацепции.

По выражению ее лица я увидел, что она меня не понимает.

— В Америке многие женщины принимают противозачаточные таблетки. Есть и другие методы, которые не требуют ежедневных действий. Я бы хотел, чтобы мы пошли к врачу и обсудили разные варианты, чтобы выбрать тот, который подходит именно нам.

Она слушала очень внимательно. Все, что я читал в ее взгляде и жестах, говорило: она согласна на все ради меня. Пришло время сказать самое неприятное и рискованное.

— Нам обоим нужно пройти обследование на заболевания, прежде чем мы перестанем пользоваться презервативами.

Вот, я это сказал. Венерические заболевания на Кубе были широко распространены. Я хотел, чтобы она прошла проверку. Теперь я ждал ее реакции. Она помолчала, обдумывая все это.

— Будет лучше, если мы пройдем обследование, — сказала она мне. — Мы оба были с другими людьми в своей жизни. Теперь, когда мы связаны друг с другом, это подходящий момент, чтобы сделать это.

Я почувствовал огромное облегчение. Я не был уверен, как она отнесется к моей просьбе. Теперь я понял, как сильно она любит меня, и как сильно я люблю ее.

— Я могу записать нас обоих к своему врачу, или ты можешь выбрать специалиста по женскому здоровью.

— Мне подойдет твой врач, Кристофер.

Я позвонил своему врачу и записал нас обоих на прием. Тим, мой врач, ответил, что может принять нас в тот же день после обеда. Мы также заехали в банк, где я договорился о переводе своих средств на счет в канадском банке «Scotiabank» – чтобы иметь к ним доступ на Кубе. Не смотря на отмену эмбарго, американские банки не спешили открывать свои филиалы на Кубе. Я еще не решил, как поступить с машиной. Можно было бы отдать ее дилеру, но выгоднее было продать ее самостоятельно. Проблема была во времени. Я хотел вернуться в Гавану в конце недели и планировал пользоваться машиной, пока мы здесь.

Встреча с врачом прошла хорошо. Когда я объяснил, зачем мы пришли, нас приняли вместе.

— Так ты женишься, Крис? Замечательно, — сказал Тим, входя в кабинет.

— Да, мы женимся. Тим, хочу познакомить тебя с моей невестой.

Мы представились, и я объяснил, что Фелисита с Кубы. Мы хотели пройти полное обследование на заболевания, передающиеся половым путем, и обсудить варианты контрацепции.

— Я не знаю, какие средства доступны на Кубе, но полагаю, что там можно найти хотя бы оральные контрацептивы. С отменой торгового эмбарго американские лекарства скоро появятся на рынке. Думаю, в твоих же интересах ускорить этот процесс, — сказал Тим с улыбкой и подмигнул мне.

Он подробно описал все варианты и их эффективность. В конце концов Фелисита выбрала то, что выбирают большинство американских женщин, – таблетки. Поскольку прошло уже несколько месяцев с тех пор, как кто-либо из нас имел сексуальные контакты с кем-либо еще, мы узнаем результаты теста на СПИД до того, как вернемся на Кубу. Фелисите выписали начальную дозу противозачаточных таблеток, и Тим предупредил нас, что нужно продолжать использовать презервативы в течение первой недели, пока таблетки не начнут действовать. Он провел нам полное медицинское обследование и взял кровь на анализы. Мы оба были в отличном состоянии здоровья. В Техасе для получения свидетельства о браке не требовалось никаких медицинских справок, но я не был уверен, нужны ли они кубинскому правительству. Возможно, на Кубе придется пройти еще одно обследование. Тим заверил меня, что я смогу позвонить и узнать результаты анализов в конце недели, перед тем как мы покинем страну. Он пожелал нам удачи, и я поблагодарил его.

Росс позвонил в тот же день и спросил, можно ли устроить вечеринку по случаю помолвки в среду вечером. Я заверил его, что все в порядке. Мы планировали вернуться в Гавану в субботу. Он сказал, что в пятницу со мной свяжется компания, занимающаяся переездом, чтобы упаковать вещи. Он добавил, чтобы я не волновался: если по какой-то причине в субботу утром все не будет готово, он лично проконтролирует остальное после нашего отъезда. Я знал, что с Россом, который всегда за мной присматривает, я в надежных руках.

Вторник и среду мы провели, осматривая достопримечательности. Я отвез Фелиситу в «AstroWorld» (пер. парк развлечений в Хьюстоне, Техас, закрыт в 2005 году). Она никогда раньше не была в парке развлечений. Мы также посмотрели игру «Astros» (пер. бейсбольный клуб, базирующийся в Хьюстоне, Техас) и посетили Космический центр Джонсона. Она видела бейсбольные матчи на Кубе, но две другие вещи были для нее совершенно новым опытом. В «AstroWorld» она вела себя как маленький ребенок, и я наслаждался еще одной возможностью увидеть знакомые мне вещи ей глазами впервые. Она держалась за меня, и мы кричали на американских горках, смеясь, когда вагончик подъезжал к концу маршрута. После всего, что мы пережили в Гаване, вряд ли было нужно защищать ее на аттракционах, но я все равно крепко обнимал ее. Я следил за тем, чтобы два Кристофера обеспечивали ее безопасность.

Мы также зашли в ювелирный магазин, чтобы купить обручальные кольца. Фелисита хотела приобрести их именно в Америке, а мне было все равно. Мне просто нравилось делать с ней все, что только укрепляло мое ощущение, что мы действительно собираемся пожениться.

В среду днем мы поехали к Россу домой. Мы приехали пораньше, хотели посмотреть, чем можем помочь. Фелисита была потрясена великолепием дома. Нас встретила Кейт, жена Росса, и сразу сказала, что Росс еще в офисе. Росс не пожалел средств на это мероприятие. Я ожидал небольшую коктейльную вечеринку с несколькими друзьями из офиса. Но то, что мы увидели, было совсем не таким скромным. Подготовка к банкету уже завершалась. Его масштабы напоминали свадебный прием.

— Церемония пройдет на Кубе и не все смогут туда приехать. Поэтому мы хотели как-то отпраздновать это событие со всеми здесь, — сказала нам Кейт. — Ты очень много значишь для всех нас, Крис. А теперь и ты тоже, Фелисита. Я была так рада, когда узнала о помолвке. Мы хотели как-то принять участие в этом событии.

— Спасибо, Кейт, мы очень ценим все это, но, кажется, это уже слишком. Правда, не нужно. Мы думали, что это будет небольшая вечеринка для близких друзей.

Кейт улыбнулась.

— С каких это пор Росс устраивает небольшие вечеринки?

Я рассмеялся и признал поражение.

— Ты победила. Давай устроим вечеринку. Как вы так быстро все организовали?

— Ну, на самом деле, мы начали работать над этим, еще когда Росс впервые услышал о помолвке.

На самом деле ничего делать не пришлось – все уже было организовано. Мы втроем ходили вокруг, рассматривая огромный тент возле бассейна, ледяную скульптуру, расставленные столы с едой, диджея, настраивающего оборудование, и даже фотографа. Это было ошеломляюще, особенно для Фелиситы. Я бывал здесь на вечеринках раньше, и Кейт была права: они всегда выходили грандиозными. Когда Росс предложил устроить вечеринку по случаю помолвки, я ожидал чего-то гораздо скромнее, но это не имело значения. Мы собирались отлично провести время, и я знал, что Росс действительно хотел сделать это для нас.

Росс пришел в половине шестого. Кейт ушла в дом переодеться, а мы с Фелиситой сидели у бассейна и разговаривали.

— Что скажешь, мой мальчик? — крикнул Росс, выходя из дверей и разводя руками, чтобы показать все приготовления.

— Я думаю, ты потратил слишком много денег, — ответил я ему.

— Ерунда. Ты женишься. Как часто такое бывает?

— Один раз, — уверенно ответил я. — Только один раз.

— Видишь? У меня только один шанс сделать все правильно.

Подошел официант и спросил, не желаем ли мы чего-нибудь выпить. Фелисита заказала манго-дайкири.

— Можешь заказать, но думаю, ты будешь разочарована, — сказал я ей. — То, что здесь считается манго, далеко не то, к чему ты привыкла.

Официанту я объяснил:

— Она из страны, где был изобретен дайкири и «Havana Club».

— Как насчет пина-колады? — предложил он Фелисите.

Она кивнула.

— Я буду скотч со льдом, — сказал Росс мужчине в униформе.

— Ром с колой, — добавил я.

Он кивнул и оставил нас продолжать разговор.

— Это похоже на настоящий свадебный прием, — сказала я Россу.

— Нет, это только помолвка. Я буду на свадьбе и тогда мы устроим действительно большую вечеринку.

— Не думаю, что мы сможем устроить такую большую вечеринку на Кубе, — ответила Фелисита.

— Я не хочу навязываться, но я бы хотел помочь с организацией свадьбы. Ты для меня как сын, Крис. Я знаю, что у тебя нет ни родителей, ни другой родни. Кейт и я хотели бы, хотя бы ненадолго, стать для тебя семьей.

Слова Росса очень тронули меня.

— Ты заставляешь меня расчувствоваться, — сказал я, сдерживая слезы.

Росс протянул руку и положил ее мне на плечо.

— Это особенный момент в твоей жизни, в жизни всех нас. Кейт и я хотим быть его частью.

Фелисита деликатно положила свою руку на его.

— Мы будем в бешенстве.

Росс и я на мгновение удивленно посмотрели на нее. Потом я понял, что она хотела сказать. Я не хотел смеяться над ее ошибкой, поэтому собрался с силами, чтобы сохранить самообладание, и объяснил Россу:

— Я думаю, она хочет сказать, что мы будем в восторге.

Росс только улыбнулся и сказал:

— В любом случае, мы благодарны вам за то, что вы нам это позволили. Для нас это очень много значит.

Кейт присоединилась к нам у бассейна. Как обычно, она была одета непринужденно, но элегантно – она могла сделать любой наряд изящным.

— Что я пропустила? — спросила она, подходя к нам.

Росс ответил:

— Эти ребята согласились, чтобы мы помогли с организацией свадьбы.

— Здорово! Мы на это надеялись, но не хотели навязываться, — ответила Кейт, посмотрев на Фелиситу. — Я знаю, что твоя семья будет руководить всем. Мы просто хотим помочь.

— Я и не думала отстранять от этого процесса семью Кристофера, — дипломатично ответила Фелисита.

Когда она это сказала, Росс взял Кейт за руку и сжал ее. Это был маленький жест, но я его заметил. Это было движение пары, которая любит друг друга и делится радостью. Я с нетерпением ждал того момента, когда Фелисита и я станем такой же супружеской парой, как они.

Гости начали прибывать в семь вечера. Помимо практически всего офиса, были приглашены многие из моих друзей, не связанных с работой. Я думал, что мое добровольное отшельничество в течение тех девяти месяцев, которые я провел в ожидании возвращения к Фелисите, отдалило меня от большинства друзей. В тот вечер я понял, что это не так. Особенно теперь, когда причина моей прежней печали прижималась ко мне, все было понято и прощено. Мы, конечно, были в центре внимания. Фелисита не привыкла к таким грандиозным мероприятиям, тем более к роли почетной гостьи, но она справилась с этим без проблем.

Был один момент, когда я не знал, как себя вести. Что-то привлекло мое внимание и вызвало легкую панику в глубине души. Эллен выходила из дома. Я был удивлен, увидев ее там. Если бы не Фелисита, Эллен могла бы стать той женщиной, с которой я провел бы остаток своей жизни. Я постарался забыть о ней, после того как мы расстались, но вот она была здесь. Я задался вопросом, кто ее пригласил. На мгновение я глупо подумал, что смогу избегать ее весь вечер. Шансов было мало. Она пришла из-за меня.

Дело было безнадежно. Мне придется встретиться с ней лицом к лицу. Когда она наконец догнала нас, она сияла от улыбки. Я начал потеть – и не из-за жаркой летней погоды.

— Крис!

Я узнал этот голос. Я слышал, как она кричала мое имя почти тем же тоном в оргазме. Слышал, как она говорила томным голосом по телефону, приглашая меня на ужин и в кино. Пришло время ответить за свои поступки.

— Привет, Эллен, — сказал я, собрав всю свою смелость.

Даже когда мы попали под случайный артиллерийский обстрел в отеле, я не нервничал так, как сейчас.

— А ты, наверное, Фелисита, — сказала Эллен.

Фелисита улыбнулась и пожала протянутую руку.

— Я – Эллен.

Я ждал, когда же произойдет то, что должно было произойти.

Фелисита вежливо задала единственный вопрос, который, как я надеялся, не прозвучит ни сегодня ночью, ни когда либо еще.

— Приятно познакомиться, Эллен. Откуда ты знаешь Кристофера?

Эллен посмотрела на меня и улыбнулась опасной улыбкой. Я молился о землетрясении, торнадо или любом другом внезапном стихийном бедствии. Мои молитвы не были услышаны.

— Мы с Крисом давние друзья, — сказала Эллен. — Мы встречались, прежде чем он уехал на Кубу. Мы пытались возобновить отношения после его возвращения, но его сердце, похоже осталось там, с тобой. Он был предан тебе.

Затем, обращаясь ко мне, она добавила:

— Ты выглядишь очень счастливым, Крис. Я рада, что ты нашел то, что искал. Желаю вам обоим всего счастья, которое только можно найти.

Фелисита теперь холодно смотрела на блондинку, мгновенно поняв, что эта женщина была ее соперницей. Я ощутил, как ее рука сильно сжала мою. Мы никогда не обсуждали, с кем были после того, как я впервые уехал из Гаваны. Теперь Фелисита знала, что только что встретила мою бывшую. Я вспомнил слова Стейси: «Это чуть не свело Эллен с ума… В итоге она даже обратилась к психоаналитику». Перед глазами пронеслись кадры из «Рокового влечения». Устроит ли Эллен сцену? Я даже не дышал, ожидая.

Эллен тоже заметила перемену в поведении Фелиситы.

— Береги его, Фелисита. Я почти заполучила его. Надеюсь, ты сможешь его удержать.

Эллен злобно улыбнулась, глядя Фелисите прямо в глаза, а потом развернулась и ушла. Она не ушла с вечеринки. Просто перешла на другую сторону бассейна и завела разговор с нашими общими друзьями, продолжая наблюдать за нами с Фелиситой. Я бы предпочел столкнуться с кубинскими тайной полицией, чем оказаться в такой ситуации.

— Старая подруга? — спросила Фелисита.

По ее голосу я понял, что она старается сгладить неловкость, но внутри она была потрясена.

— Да, — прохрипел я, внезапно почувствовав острую потребность что-нибудь выпить.

Кто, черт возьми, ее пригласил? Я не мог придумать, что сказать дальше, чтобы не усугубить ситуацию еще больше. Еще несколько минут назад моя жизнь была идеальной. Как теперь вернуться к тому состоянию?

Кейт спасла меня. Она видела, как Эллен разговаривала с нами, и наблюдала за явно не самым дружелюбным прощанием. Кейт подошла с крепким напитком и протянула его мне.

— Кто эта женщина? — спросила она.

Я назвал имя Эллен.

— Ааа, эта Эллен. Я разговаривала с ней только по телефону, когда приглашала на вечеринку.

Она увидела мое потрясенное выражение лица и поняла, что совершила ужасную ошибку.

— Я просмотрела твой список контактов в «Outlook» и позвонила всем твоим друзьям, которые не работают в компании, чтобы пригласить их тоже. Она была в твоем списке.

Черт! Я так и не удалил ее имя из списка контактов. Наверное, я не ожидал, что когда-нибудь окажусь на вечеринке по случаю собственной помолвки и столкнусь со своей бывшей любовницей.

— Это была ошибка, да? — извиняющимся тоном спросила Кейт.

Прежде чем я успел ответить, Фелисита сказала:

— У нас обоих есть прошлое. И мы неизбежно, будем сталкиваться с людьми из него. Мы должны научиться с этим справляться.

Видя, что ситуация теперь под контролем, Кейт оставила нас. Не удивлюсь, если ближайшие пару минут она будет раздумывать, как придумать какой-нибудь способ, чтобы заставить Эллен уйти с вечеринки.

Когда мы остались наедине, Фелисита повернулась ко мне. Она взяла мое лицо в ладони и очень тихо сказала:

— Ты знаешь, что я не была девственницей, когда встретила тебя. Я уверена, что ты столкнешься с моими бывшими парнями в Гаване. Нам обоим нужно научиться справляться с этим. Сейчас мы преданы друг другу. Прошлое больше не имеет значения.

От облегчения я почувствовал, что сейчас упаду в обморок.

— Спасибо. Я хочу объяснить… — начал я.

— Нет. Тебе не нужно мне ничего объяснять, Крис. Я знаю, что ты спал с этой женщиной после того, как вернулся сюда. Ты сам мне рассказал. Я просто не ожидала встретить ее на нашей помолвке. Я тоже говорила тебе, что спала кое с кем после нашего расставания. Но это в прошлом. Это только доказало нам, что мы хотим быть друг с другом, а не с кем-то другим. Я не жалею об этом, и тебе тоже не стоит. Я нашла мужчину, с которым хочу провести остаток своей жизни, и он стоит рядом со мной. Я люблю тебя, Крис.

Я наклонился и поцеловал ее. Это был глубокий, страстный поцелуй. Я совсем забыл, что за нами наблюдают гости. Все видели наш разговор с Эллен, и те, кто не знал, кто она такая, быстро узнали. Когда Эллен отошла от нас, в зале стало до неловкости тихо.

Диджей остановил песню, которая играла, и взял микрофон.

— Давайте поаплодируем счастливой паре, что скажете?

Толпа с облегчением разразилась аплодисментами и возгласами. Напряжение спало.

— Вот специальная песня для их танца.

Он запустил старую песню восьмидесятых «Tonight I Celebrate My Love».

— Думаю, это наш танец, — сказал я Фелисите.

Она улыбнулась и обняла меня за шею. Мы танцевали, а наши друзья смотрели на нас. В какой-то момент я заметил, что Эллен тоже смотрит. Увидев, что я смотрю на нее, она подняла бокал в знак приветствия. Я не знал, радоваться мне или бояться.

Эллен вскоре ушла с вечеринки. Остальная часть вечера прошла гораздо лучше. Были тосты и танцы. Еда была типичной для вечеринок, которые устраивали Росс и Кейт, – изысканной. Я представил Фелиситу всем, с кем она еще не была знакома в офисе. Многие парни в какой-то момент оттаскивали меня в сторону и говорили, как мне повезло. Мне не нужно было это слышать. Я и так это знал.

Фелисита была в окружении группы женщин, и я увидел, что рядом постоянно находилась Кейт, которая незаметно следила за ней. Когда я подошел, услышал, как они обсуждали детали свадьбы. Разговор зашел о девичнике, когда одна из женщин заметила, что я приближаюсь.

— Тише! Идет жених, — предупредила она остальных, сопровождая слова хихиканьем.

— Я слышала об американских свадебных традициях, — сказала Фелисита, увидев меня. — Я хочу, чтобы наша свадьба была смесью наших двух культур.

Женщины в один голос от умиления воскликнули:

— Оуууу!

Группа расступилась, чтобы я мог подойти к Фелисите.

— Все, что ты хочешь, дорогая, — сказал я ей, к радости женщин.

Когда вечеринка закончилась ранним утром, мы без приключений вернулись в мою квартиру, хотя я внимательно осмотрелся в поисках машины Эллен на парковке. Конечно же ее нигде не было. Кажется, я отделался легким испугом.

Мы разделись и упали в постель, уставшие после долгой и бессонной ночи. Но я не смог выбраться из этой горячей точки так быстро и легко, как думал.

— Кристофер? — позвала Фелисита в темноте.

Я потянулся к ней, нащупал ее грудь и ответил:

— Да?

— Ты любил Эллен?

Ой! Я отчаянно пытался придумать правильный ответ, но не хотел слишком долго думать. Я также не хотел, чтобы это выглядело так, будто я изо всех сил пытаюсь придумать правильный ответ.

— Сначала я думал, что да. Но только влюбившись в тебя, я понял, что такое настоящая любовь. До тебя я думал, что знаю, что такое любовь. Но пока я был с тобой, я понял, что никогда раньше не был влюблен. По-настоящему.

Она помолчала несколько минут. Мое сердце колотилось, пока я потел в этой бесконечной тишине.

Я услышал улыбку в ее голосе.

— Хороший ответ.

Она взяла мою руку и прижала ее к своему соску, обхватив мою руку своей. Затем она перевернулась на меня и поцеловала. В этом поцелуе были жар и страсть. Жар и страсть были и в том, что последовало за этим в темноте.

Следующий день мы провели в разговорах с компанией по переезду. Они прислали представителя, чтобы он записал, что именно нужно перевезти. Я собирался отправить практически все. У меня не было времени на гаражную распродажу – да и места тоже, – и на самом деле я не хотел ничего выбрасывать. Нам понадобится мебель. Бытовая техника останется в квартире. Кроме того, еще была одежда, компьютер, электроника – обычные вещи, которые накапливает холостяк. Он сказал мне, что они могут начать упаковку завтра, если я хочу, но закончат только в понедельник, потому что для международных перевозок требуется дополнительная упаковка в ящики. Я ожидал, что это займет некоторое время, и согласился. Компания займется всем этим после моего отъезда. Но это означало, что нам придется временно переехать в отель в пятницу вечером.

Я позвонил в офис и объяснил Агнес, что мне сказал представитель компании. Росс уже дал ей инструкции на случай подобной ситуации. Как обычно, Агнес заверила меня, что обо всем позаботятся. Затем она спросила, как далеко от меня сейчас находится Фелисита.

— Не далеко. Я могу ее позвать, — ответил я.

— Нет! Это насчет медового месяца, и я не хочу испортить сюрприз.

— Оооо. Хорошо. Что ты узнала?

Агнес рассказала мне о курорте для пар в горах Поконо в Пенсильвании. Он был довольно уединенным и очень романтичным. Обычно к концу ноября там уже выпадал снег. Она отправила мне на почту мне адрес сайта, чтобы я посмотрел.

— Спасибо за помощь, — сказал я.

— Не могу поверить, что ты скоро уезжаешь. Я буду скучать по тебе, Крис.

— Я буду приезжать время от времени, — заверил я. — Ты знаешь, что ты и Росс были для меня как родители.

— Я знаю. Если бы твои родители были еще живы, им бы понравилась Фелисита. Ей повезло, что у нее есть ты.

— Спасибо. Я думаю, мне тоже очень повезло.

После этого я повесил трубку. Мы с Фелиситой зашли в офис, чтобы я мог закончить последние бумажные дела и разобрать свой кабинет. Все приготовления к моему переезду на Кубу были завершены. В пятницу днем я должен был оставить свою машину в гараже офиса – Росс сказал, что сам позаботиться о ее продаже. Осталось только поехать в аэропорт в субботу. Брайан поддерживал связь с главным офисом, а Агнес держала меня в курсе того, что происходило на Кубе. Там все было под контролем, как я и рассчитывал.

В четверг днем мне позвонил Тим, мой врач. Пришли результаты наших анализов. Мы оба были здоровы. Он напомнил мне, что противозачаточные таблетки начнут надежно действовать только к понедельнику. Я поблагодарил его, и он пожелал мне удачи на Кубе. Я рассказал Фелисите хорошую новость.

— Больше не нужно пользоваться презервативами? — спросила она с надеждой.

— Мы все равно должны их использовать до понедельника. Так мы будем в безопасности.

— Не могу дождаться. Хочу почувствовать, тебя полностью.

— Скоро ты это почувствуешь.

В четверг вечером мы сходили в кино и поужинали в ресторанчике при кинотеатре. Это было то, чего Фелисита еще не делала в Америке. Я старался показать ей все, что только мог, за оставшееся время.

Вечер четверга мы провели в моей постели, заставляя пружины матраса жалобно скрипеть под напором наших обнаженных тел. Мы не пробовали ничего нового, просто много раз повторяли то, что уже знали и любили. Мы меняли позы, а Фелисита продолжала возбуждать меня минетом после каждого оргазма, пока я наконец не сдался от усталости около часа ночи. Думаю, она могла бы продолжать всю ночь, но успокоилась ради меня. Мы обнялись, пока наши потные тела быстро остывали под потоком воздуха из кондиционера, и через несколько минут мы заснули.