Утро выдалось нервным. Вика метались по квартире с чемоданом, проверяя документы, телефон, запасное нижнее белье, косметику. Саша сидел на кухне, прихлебывая кофе и наблюдал, как она в третий раз пересчитывает содержимое косметички.

— Ну? Все взяла? - спросил он.

— Вроде да. Блин, где блокнот, там все заметки... - Она нырнула в сумку, выудила потрепанный ежедневник. - Оппа. Все, кажись на этот раз - действительно все.

Саша встал, подошел, обнял ее за плечи. Вика прижалась к нему на секунду, выдохнула.

— Позвонишь, когда долетишь?

— Конечно. - Она повернулась, поцеловала его в губы. - Четыре дня - и я дома. Сильно не скучай.

— Ладно, буду скучать несильно, - усмехнулся он.

Такси приехало через десять минут. Саша помог ей донести чемодан до подъезда, открыл дверь машины. Вика села, помахала ему рукой. Он стоял, пока машина не скрылась за поворотом, потом вернулся в квартиру.

Тишина.. Пустые комнаты, его собственные шаги по паркету, гудение холодильника на кухне. Саша прошелся по гостиной, посмотрел в окно. Серое небо, голые деревья, редкие прохожие. Сраный ноябрь.

Он налил себе еще кофе, выпил, стоя у окна. Потом поставил чашку в раковину и пошел на балкон.

Балкон был забит хламом - старые лыжи, коробки с инструментами, банки с краской, которые он так и не выбросил после ремонта. В углу стоял металлический стеллаж, на нем лежали сверла, молотки, всякая мелочь для ремонта. Саша присел на корточки, отодвинул нижнюю полку, нащупал под ней защелку. Щелчок. Выдвижной ящик, скрытый в основании стеллажа.

Он открыл его, посмотрел на содержимое. Аккуратно сложенные вещи в прозрачных пакетах, коробочки, флаконы. Все на своих местах. Он заполнял этот ящик постепенно. Заказывал на маркетплейсах, покупал сам, когда был далеко от дома. Вика никогда не видела. Никто не видел, кроме него.

Саша достал все, что ему было нужно, отнес в спальню. Разложил на кровати. Потом пошел в ванную.

Вода в душе была почти обжигающей. Он стоял под струей минуту, потом взял станок. Начал с ног - медленно, тщательно, от щиколоток до бедер. Пена, лезвие, смыть. Кожа становилась гладкой, чувствительной. Он провел ладонью по икре, по внутренней стороне бедра. Приятные мурашки...

Потом пах. Он брился аккуратно, не спеша, чувствуя, как возбуждение нарастает с каждым движением. Член твердел, но он игнорировал это. Не сейчас.

Грудь была почти без волос - их было мало, жиденькие, светлые. Вика когда-то смеялась, говорила, что в темноте со спины его можно принять за коротко стриженную девушку. Он тогда отшутился, но запомнил. Подмышки - последними. Все смыл, намылился гелем с запахом ванили и персика, смыл снова.

Вышел из душа, вытерся. Кожа горела от горячей воды, от прикосновений полотенца. Он посмотрел на себя в зеркало - худощавое тело, узкие плечи, плоский живот. Никакой выраженной мускулатуры. Андрогин. Глина, из которой можно вылепить кого угодно.

Саша вернулся в спальню, включил музыку. Что-то медленное, тягучее, печальное - он поставил наугад. Сел на край кровати, взял первый пакет.

Чулки. Черные, с кружевной резинкой на бедрах. Он достал один, натянул на ногу. Ощущение было фантастическим - шелк скользил по гладкой коже, облегал икру, бедро. Второй чулок. Он встал, провел руками по ногам, чувствуя, как тонкая ткань натягивается при каждом движении. Возбуждение пульсировало внизу живота, член медленно качался в такт пульсации.

Трусики. Прозрачные, черные, с разрезом сзади. Он натянул их, поправил. Резинка врезалась в бедра, ткань едва прикрывала член спереди. Неважно. Пока неважно.

Чокер. Бархатный, узкий, с маленьким кольцом спереди. Он застегнул его на шее, провел пальцами по ткани. Легкое давление на горло, почти незаметное, но достаточное, чтобы чувствовать его постоянно.

Туфли. Черные лодочки на высоком каблуке. Он надел их, встал. Непривычно, но он умел в них ходить - тренировался, когда оставался один. Прошелся по комнате, каблуки цокали по полу. Музыка играла, он двигался в такт, медленно покачивая бедрами.

Сел за прикроватный столик, поставил на него Викино зеркало. Парик. Платиновый блонд, длинные прямые волосы. Он надел его, поправил, убрал пряди за уши. Посмотрел на свое отражение. Лицо преобразилось, но оставалось все еще узнаваемым.

Косметика. Он открыл коробочку, достал тени, кисти. Начал с глаз - темные, почти черные тени, растушевка, подводка. Линии вышли не идеально, но достаточно хорошо. Он смотрел ролики на Ютубе, тоже практиковался.

Тушь. Он прокрасил ресницы, моргнул. Глаза стали больше, выразительнее. Уже НЕ ЕГО глаза. ЕЕ.

Помада. Матовая, черная. Он провел ею по губам, растер, добавил еще слой. Посмотрел в зеркало. Платиновая блондинка с томными глазами и черными губами смотрела на него. Он медленно облизнул губы кончиком языка. Блондинка сделал то же.

Саша встал, подошел к кровати. Там лежала черная коробочка. Он открыл ее. Пояс целомудрия.

Изделие было произведением искусства само по себе. Маленькая клеточка из полированного металла, серебристого цвета с легким перламутровым отливом. Решеткаизящная, с тонкими прутьями, образующими геометрический узор. Внутри - анатомический катетер из мягкого силикона. Цепочки для фиксации на бедрах - тонкие, но прочные, с маленькими замочками. Основной замок сзади - миниатюрный, с крошечным ключиком на цепочке.

Он взял клеточку в руки, повертел. Металл был прохладным и приятным на ощупь. Гладким, без единой шероховатости. Саша провел пальцем по прутьям, по изгибам. Красиво. Нежно. И жестоко одновременно. Он хотел этого. Давно.

Попытался надеть. Член все еще стоял, твердый, упрямый. Клетка не налезала - металл упирался в плоть, было больно. Он отпустил, вздохнул.

Нужно было решить проблему стоящего члена. Но просто подрочить - это было слишком банально для сегодняшнего дня. Саша не искал легких путей. Он хотел кончить как женщина.

Он достал из ящика еще одну коробку. Внутри лежал фаллос из мягкого силикона, телесного цвета, с реалистичными венами и бордовой головкой. В основании - мощная присоска. Он купил его полгода назад, пользовался несколько раз.

Принес из кухни стул, поставил посреди комнаты. Прикрепил фаллос к сиденью, проверил - держится крепко, не шатается. Достал тюбик смазки, щедро нанес по всей длине. Выключил верхний свет, оставил только торшер в углу. В комнате стало сумрачно, тени легли на стены, на его тело в чулках.

Он открыл ноутбук на кровати, открыл закладку порносайта. Видео начало воспроизводиться - двое мужчин и женственный фембой в чулках-сеточках на широкой кровати. Приглушенные стоны, размеренные движения. Фембой был худым, гибким, с длинными черными волосами. Один мужчина входил в него сзади, широкими ладонями удерживая его за бедра. Второй стоял впереди, его член скользил между накрашенных губ фембоя. Тот подмахивал навстречу обоим, выгибался, покорно принимая их в себя.

Саша смотрел на экран, чувствуя, как возбуждение возвращается волной, острее, чем раньше. Он подошел к стулу, встал над ним. Посмотрел вниз на фаллос, потом на свое отражение в зеркале напротив. Платиновая блондинка в чулках и прозрачных трусиках. Черные губы приоткрыты. Знакомая и незнакомая одновременно.

Он развел ягодицы руками, медленно опустился. Головка фаллоса уперлась в разрез трусиков, надавила на вход. Саша выдохнул, расслабил мышцы, почувствовал, как силикон начинает постепенно входить внутрь.

Опустился ниже. Фаллос вошел глубже, заполнил его, растянул стенки изнутри. Саша застыл, привыкая к ощущению - давление, распирание, странное удовольствие где-то в глубине. Его собственный член пульсировал под тканью трусиков, оставляя влажное пятно.

Он начал двигаться. Медленно поднимался, почти до выхода - головка фаллоса растягивала кольцо мышц сфинктера. Потом опускался, принимая его на всю длину. Мышцы бедер напряглись, каблуки скользили по полу, он балансировал, держась руками за края стула.

Видео на экране сменилось: теперь там была пара - женщина с короткой стрижкой и тот же фембой. Они глубоко и страстно целовались, камера вплотную приблизилась к им лицам, показывая в подробностях, как они почти облизывали друг друга.

Женщина толкнула фембоя на кровать лицом вниз. Он покорно лег, приподнялся на локтях, выгнув спину. Саша увидел на ней страпон - черный, глянцевый. Женщина смазала его, развела ягодицы фембоя и вошла одним резким движением. Тот застонал в подушку, пальцы вцепились в простыни.

Саша застонал вместе с ним. Звук вырвался сам - низкий, хриплый, почти всхлип. Он двигался быстрее, находя ритм, чувствуя, как что-то внутри откликается на каждое движение. Та самая точка. Он нашел угол, при котором головка фаллоса задевала ее. Вспышки удовольствия пробегали по телу, от копчика вверх по позвоночнику до шеи.

На экране женщина ускорилась, бедра ударялись о ягодицы фембоя с громкими шлепками. Ее рука легла на его затылок, прижимая лицо к подушке - доминирование, контроль. Саша любил и это.

Фембой на экране стонал громче, задыхаясь в подушке, подавался навстречу каждому ее толчку.

Саша закрыл глаза, сжал пальцы на краю стула. Дыхание сбилось окончательно, стоны вырывались на каждом выдохе - короткие, прерывистые. Он двигался быстрее, резче, насаживаясь на фаллос до конца. Пот выступил на лбу, потек по вискам, размазывая тени.

На экране женщина схватила фембоя за волосы, выгнула его еще сильнее. Тот кричал, его собственный член дергался, из головки тянулась вниз прозрачная ниточка.

Саша почувствовал, как где-то глубоко внутри растет напряжение. Не там, где обычно. Не в члене, не в паху. Глубже, в районе простаты. Давление накапливалось, росло, становилось невыносимым.

Оргазм пришел внезапно, резко. Вспышка там, потом - волны, одна за другой, затопили все тело от затылка до пальцев ног. В глазах потемнело, в ушах звон. Саша всхлипнул, рот открылся, из горла вырвался сдавленный стон. Он ощутил, как что-то вытекает из него - медленно, без толчков, не выстреливает, а сочится, течет теплыми волнами. Семя стекало по внутренней стороне бедра, липкое и теплое.

Он продолжал двигаться, продлевая ощущение, пока волны не начали стихать. Замедлился, остановился. Тяжело дышал, сидя на стуле, насаженный на фаллос. Возбуждение ушло оставив странную, опустошающую слабость в мышцах. Но желание - желание никуда не делось.

Саша медленно поднлся. Почувствовал, как фаллос выскользнул из него - влажный, скользкий от смазки. Ноги дрожали, он оперся о стул, ловя равновесие на каблуках. Выключил ноутбук. Вытерся салфетками, убрал фаллос, бережно упаковав его.

Постоял немного, собираясь с мыслями. Член висел, бледный, влажный. Пора.

Желание, желание попробовать что-то новое, запретное, то, что он никогда раньше не делал - но очень хотел, сжигало его изнутри, толкало вперед, дальше, к точке невозврата.

Он сел перед зеркалом снова, открыл еще одну коробку. Накладные ногти - длинные, острые, черные, глянцевые. Он достал клей, начал приклеивать их по одному. Большой палец, указательный, средний. Каждый ноготь выравнивал, прижимал, ждал, пока схватится. Левая рука, потом правая.

Когда закончил, поднял руки, посмотрел на них в свете лампы. Ногти щелкали друг о друга, когда он шевелил пальцами. Длинные, изящные, идеальные. Провел ими по своей шее, по ключицам - острые кончики царапали кожу, оставляя белые следы, которые тут же розовели. Красиво. Член шевельнулся снова.

Он посмотрел на себя в зеркало. Длинные черные ногти на тонких пальцах, платиновые волосы, черный макияж, черные губы. Она.. она выглядела потрясающе. Женственно. Порочно.

Саша достал платье - черное, короткое, облегающее. Надел его через голову, поправил на бедрах. Ткань натянулась, подчеркнула фигуру, облегла тело. Он посмотрел вниз. Член мягко висел под тканью, почти незаметно, но...

Но скоро снова придет возбуждение. Он знал это. Тело восстанавливалось быстро.

Вернулся к ящику, достал пояс верности. Клеточка блестела в полумраке, переливалась серебром. Саша задрал платье, взял пояс в руки. Член все еще был мягким - самое время.

Он смазал катетер, и медленно просунул его внутрь уретры - мягкий силикон вошел легко, на привычную глубину. Потом надел клеточку, заключая член внутрь ажурной решетки. Металл был прохладным, приятно холодил разгоряченную кожу. Застегнул цепочки на бедрах - тонкие звенья облегли кожу, замочки щелкнули. Провел основную цепь между ног, зафиксировал сзади. Вставил маленький ключик в замок, повернул. Щелчок. Все.

Саша встал, посмотрел на себя в зеркало. Пояс верности выглядел как ювелирное украшение - изящный, нежный, но абсолютно надежный. Решетка скрывала член почти полностью, оставляя видной только небольшую мошонку. Цепочки на бедрах блестели, подчеркивая линии тела.

Возбуждение начало возвращаться. Легкое покалывание, тепло внизу живота. Член попытался встать - и уткнулся в металл. Давление нарастало, но клетка держала, не давая подняться полностью. Давило, натирало, но не больно. Сладко. Так как он хотел... Она хотела.

Саша поправил платье, посмотрел на себя в зеркало. Теперь спереди все было идеально. Пояс под тканью не читался совсем. Грудь, конечно, была очень маленькой, но Саша оставил это на следующий раз... если он будет, это следующий раз.

Он прошелся по комнате, учась заново держать баланс. Каблуки цокали по полу, бедра покачивались. Каждый шаг отдавался внизу живота - металл терся о кожу, катетер шевелился внутри, создавая странные, необычные ощущения.

Саша взял ключ от замочка, положил его в коробку, закрыл ее. Спрятал обратно в ящик. Достал черную маленькую сумочку. Положил туда телефон, деньги, помаду для подкрашивания. Посмотрел на часы. Половина одиннадцатого. Пора.

Он вызвал такси через приложение.

Машина была на месте уже через пять минут. Саша спустился по лестнице, держась за перила - каблуки на ступенях требовали осторожности. Вышел на улицу. Холодный воздух ударил в лицо, он поежился, быстро сел в машину.

Водитель обернулся. Мужчина лет сорока, с короткой стрижкой и внимательными глазами. Посмотрел на Сашу оценивающе. Взгляд скользнул по лицу, по волосам, по платью. Саша поймал этот взгляд, улыбнулся уголками губ.

— Добрый вечер, - сказал водитель. Голос был низким, заинтересованным.

— Добрый, - ответил Саша. Его собственный голос звучал тише обычного, мягче.

Водитель помолчал, потом развернулся обратно, тронулся с места. Саша откинулся на сиденье, посмотрел в окно. Город проплывал мимо - огни витрин, редкие машины, пустые тротуары. Ноябрьская ночь.

— Куда едем? - спросил водитель через минуту.

— В приложении вроде указано, проверьте.

— Да, извините, вижу... Растерялся... Вы... очень эффектно выглядите.

Саша повернул голову, встретился с ним взглядом в зеркале заднего вида. Водитель смотрел открыто, без стеснения, улыбаясь.

— Спасибо, - сказал Саша.

— Может, после поездки как-нибудь встретимся? Кофе, пирожные?

— Нет, спасибо, я жен... замужем.

Водитель пожал плечами, улыбнулся.

— Жаль. Ну ладно.

Больше они не разговаривали. Саша смотрел в окно, чувствуя, как сжимается что-то внутри. Не страх. Скорее, предвкушение. Он ехал туда, куда никогда не ездил. К людям, которых не знал. В образе, который скрывал годами.

Машина свернула на боковую улицу, притормозила у старого здания с неоновой вывеской.

— Приехали, - сказал водитель.